Святую мать сопровождала свита: красивый мужчина околоюридической специальности, вручавший всем великолепно распечатанные визитки, где он именовался академиком двух академий, а также девица, скромно назвавшаяся Аглаей.
Вопрос у гостей был несложный. Мария – правая рука основательницы новой церкви, сотни сторонников которой, по все стране, доносят правду для тысяч неофитов, чтобы собрать святое воинство из ста сорока четырех тысяч светлых людей, именуемый «Белым братством», которые….. Дальше Колун слушать не стал, мягко предложив перейти к сути. Сергей Владимирович был истинно советским православным. Крещенный бабушкой в детстве, с определенного времени стал с удовольствием носить красивый крест на солидной золотой цепи. Пост соблюдал по настроению, щедро жертвовал на строительство нового здания храма, к его настоятелю относился с доброжелательным уважением, и даже регулярно посещал службу, стоя перед алтарем со строгим и просветленным лицом. Глубже в вопросы веры заслуженный тренер не вникал, а к сегодняшним посетителям отнесся как партнерам, с новой, интересной бизнес - идеей.
Инвестиционный вклад в общее дело со стороны Сергея Владимировича включали в себя охрану групп сотрудников «Белого братства» по месту их основной работы, и местам проживания. Отдельно была оговорена силовая поддержка, в случаях, когда родные и близкие неофитов, искренне пожертвовавших свое движимое и недвижимое имущество в пользу новой церкви, начинали выражать свое отрицательное отношение к этому богоугодному делу. Доли были распределены по справедливости, контроль за денежными потоками сложности не представлял, поэтому, назначив ответственного за этот участок работы, Колун приготовился получать честные дивиденды.
Эта неделя у Сергея Владимировича не задалась с самого начала. Выехав по приглашению коллег на охоту в соседний регион, через три дня, Колун понял, что приехал зря. Темой разговоров был контроль над многочисленными шахтами – главным богатством здешних земель. Четко прозвучало количество бойцов, необходимых местным коллегам для справедливой, по их мнению, экспроприации эксплуататоров. Дальше начинались непонятки. Три дня мутных разговоров, чередуемых с употреблением элитного алкоголя и стрельбой из различного оружия с крыльца домика - теремка на закрытой для посторонних базе, не дали четкого ответа, что же получит группировка Колуна за своих элитных бойцов. Рано утром кортеж Сергей Владимировича покинул гостеприимных хозяев и двинулся к родному дому. При выезде на федеральную трассу, на трубку пробился звонок, которым Сергею Владимировичу доложили о вечернем нападении на места проживания сотрудников «Белого братства», а также утренних визитах правоохранительных органов по тем же адресам, сопряженные с обысками и задержаниями бойцов группировки.
Настроение упало ниже плинтуса. Коротко велев вызвать на встречу руководство «Белого братства» и направить штатных адвокатов для вызволения бойцов, Колун велел ехать на базу. Ситуация складывалась очень не хорошая. Неожиданная прыть правоохранителей, с массовыми обысками и задержаниями сулили лишние пустые хлопоты и накладные расходы. Скорее всего с партнерами придется расставаться, а для этого необходимо было подбить баланс и получить щедрую компенсацию на поправку здоровья безвинно пострадавших бойцов. По первоначальной договоренности, продажа квартир, подаренных «Братству», требовала определенного времени, и Сергей Владимирович был готов ждать выплаты доли от реализации недвижимости. Сейчас же была необходимость получить и эти деньги, так как судьба квартир становилась очень неопределенная. Единственное что беспокоило Колуна, так это не понятные религиозные обряды, практикуемые «Братством», о которых иногда докладывал старший над охраной. Механизм их был Сергею Владимировичу не понятен, но ломка психики и подавление личности тут имело место. Бабу в белой накидке Колун не боялся, но многолетняя жизнь на краю лезвия приучили его прислушиваться к своим инстинктам, и сейчас в голове, еле слышно, но постукивали тревожные молоточки. Кинув взгляд на покосившиеся пирамидки сельского кладбища, мимо которого мчался по трассе черный «Лэнд Крузер», тренер сделал еще один звонок. На базу огромный внедорожник прибыл за полчаса до назначенной встречи. У любимого коттеджа Колуна стоял скромный «Джип-Чероки», от которого в сторону Сергей Владимировича бодро двинулась стройная фигура в черной рясе. Колун подошел за благословением, потом улыбнулся молодому настоятелю:
- Здравствуйте, отец Антоний. Сперва о делах. Счета за позолоту куполов титаном оплачены, так что нанимайте работников, как потеплеет, пусть приступают.
- Спасибо, Сергей Владимирович, не оставляете вы строительство храма своим попечением.
- Не за что, отец Антоний, на возрождение храма денег не жалко. И просьба у меня будет небольшая. Не откажите….
- Все что в моих силах.
- Спасибо. Сейчас сюда подъедут сектанты, слышали наверное - «Белое братство». Знаю, что нехорошо, но мне с ними надо один вопрос закрыть.
- Грех это, Сергей Владимирович…..
- Знаю, знаю, поэтому и хочу их направить, чтобы они сюда дорогу забыли.
И слышал я о них много чего не хорошего, или гипноз практикуют или с нечистым знаются. Так вот, батюшка, прикройте меня, так сказать по своей основной специальности, обороните от нечисти.
Священник на миг растерялся, но быстро ответил:
- Скажи, чем могу помочь, сделаю, что в моих силах.
- Не хочу, что бы эти люди вас раньше времени видели, поэтому не сочтите за обиду, посидите с моими бойцами в машине минут сорок. Если что, тогда уж выручайте, как не знаю, действуйте по обстановке.
- Конечно, подожду.
Священник осенил заходящего в коттедж Колуна крестным знамением и легко скользнул в салон «наглухо» тонированного джипа.
Отец Антоний, выпускник Нижегородской семинарии, необъяснимым вывертом судьбы, назначенный священником в маленький обветшалый храм на окраине Города, был хороший человек, искренне верующий, все силы прилагающий на восстановление храма и окормления вверенной паствы. Но если в вопросах ересей он разбирался хорошо, считая это вопрос практического применения, то лекции по экзорцизму выветрились у молодого человека, как только был сдан зачет, так как предмет этот считался лишь данью преданьям старины глубокой. Поэтому, садясь в удобное кожаное сидение автомобиля, он не испытывал никакого волнения от предстоящего дела. Сидящие в салоне личные телохранители Колуна, со служебными пистолетами «ИЖ-71» в поясных кобурах и удостоверениями частных охранников, уважительно подвинулись и продолжили внимательно наблюдать за окнами коттеджа под ненавязчивую музыку из мощных колонок. Инструктаж Сергея Владимировича был короткий и четкий:
- Увидите в окне меня или Серегу Стрелочника – быстро ко мне, и святого отца возьмите.
В оговоренное время к домику подъехал знакомый серый «Вольво», из него грациозно выпорхнул, как всегда великолепная, глава «Братства» и легкой походкой шагнула на крыльцо. За ней бесплотной тенью семенила Аглая. Последним из «Вольво» вылез немолодой водитель, и сладко потянувшись, закурил сигарету.
Хрупкая девушка привычно шла за правым плечом Хозяйки. Проходя мимо черного джипа, она внимательно посмотрела на покрытые антрацитно - черной пленкой стекла. Из салона приглушенно раздавался голос диктора, было время местных новостей. Тонкий пальчик в кармане ловко нашел помеченную заранее каучуковую кнопочку маленького пульта. Голос диктора после щелчка сменился странной психоделической музыкой, с вплетением невнятного бормотания на неуловимо знакомом языке. Пассажиры в салоне продолжали внимательно смотреть на окна коттеджа, лишь отец Антоний удивленно вскинул глаза и протянул руку к плечу одного из охранников, но потом успокоился. Аглая улыбнулась и обогнала Хозяйку, чтобы открыть перед ней дверь - пять минут дружелюбного трепа с водителем джипа, и в крутой музыкальный центр «Тойоты» незаметно вставлен диск с нужной музыкой, а маленький пульт управления, заброшенный за ненадобностью в карман водительской двери, перекочевал в карман скромной девушки.
Сергей Владимирович услышал шум мотора под окном, затем легкие шаги по лестнице, в кабинет вошла и села напротив него Мария, как ее там….
Вечная спутница и помощница скромно забилась в уголок дивана.
Колун упер тяжелый взгляд в безмятежные темно-синие глаза Марии.
- Все знаешь?
- Думаю, да.
- Считаю наше сотрудничество законченно, надо рассчитаться и расстаться друзьями.
- Озвучь свою цифру.
- Давай посчитаем. Лечение пострадавших, гонорары адвокатам, взятки ментам, доли с квартир. Сколько там у вас хат в оформлении - двадцать?
Колун бросил взгляд вбок.
- Двадцать две - вступил в разговор начальник охраны Серега Стрелочник. Стрелочник он был не из-за матери, всю жизнь отработавшей на железнодорожной станции, а за свои личные таланты. Обладая весело-наглым характером, Серега умел любую ситуацию вывернуть ровно наоборот, «переведя стрелки» на оппонента.
- Еще лучше, двадцать две. Давай, гони сюда своего законника, пусть восемнадцать квартир переоформляет на моих людей, четыре оставляю вам, на лишнее не претендую.
- Позволено ли будет мне узнать, как ваша треть превратилась в восемнадцать квартир – голос Марии звучал, как перезвон колокольчика.
- А че, непонятно? Пацаны пострадали, больших людей надо подключать, чтобы все было чики-пуки. Шеф по справедливости решил, оставил вам долю
вашу – Стрелочник старательно отрабатывал взыскание от Колуна, наложенное за хреновую организацию охраны.
- А как получилось, что сначала родители, а потом менты в квартирах оказались? – Мария была спокойна и доброжелательна.
- А что за вопрос такой гнилой? Договоренность была, что пацаны за порядком присматривают, они присматривали, а базара о том, что родителей детишек валить, да с ментами воевать – такого разговора не было. На что мы подписались, то и сделали, а то, что у вас непонятные замутки начались – не наша проблема.
Помолчали.
Сергей Владимирович, глядя в безмятежные глаза Марии, начал закипать.
- Еще у нас один вопрос остался. Я тебе парня дал, Клеща, на время. Где он, давно его не видел.
- Так я ему не хозяйка, он поручение последнее не выполнил и исчез куда-то, наверное, стесняется, что с легким заданием не справился.
- Ладно, вопрос с Клещом вынесем за скобки, если с парнем что случилось, потом спросим. Когда юриста ждать?
Новый голос включился в разговор:
- Уже не стоит ждать.
Колун оглянулся. Аглая заговорила, а он уже забыл, что она разговаривать умеет.
Сергей Владимирович открыл рот, чтобы поставить наглую девку на место, а дуреха еще и запела, и песня ее мало походила на мелодичную колыбельную.
Какие-то рваные звуки, вызывающие отвращение, заполнили комнату. Было удивительно, что субтильная барышня обладает столь мощным голосом. Колун рявкнул, чтобы Серега заткнул пасть этой твари, но с ужасом понял, что его челюсти как будто склеились, и вообще, весь он закаменел. Сильный мужчина мог вращать только зрачками глаз. Верный Серега сидел рядом, как проглотивший оглоблю, уставившись в одну точку. И тогда Колун встал. Он встал на одной силе воли, как заставлял себя встать сквозь багровый туман нокаута на боксерском ринге, подтягивая ватные ноги и поднимая ставшие чужими пудовые руки. Разрывая окаменевшие мышцы, Колун медленно двинулся к окну. Молодой, он заставлял себя встать и сокрушить уже празднующего чистую победу соперника. И сейчас он встал, медленно протаскивая ставшее деревянным тело через густой кисель наваждения, к окну, с которого не сводят глаз его самые верные и подготовленные бойцы, которых он вырастил из глупых, маленьких щенков. Массивное тело навалилось на оконную раму, глаза тренера ясно видели, как за прозрачным ветровым стеклом сидят и смотрят на него, слегка подергиваясь в такт какой-то мелодии, его мальчики, глядят на него и не видят. Затем в отражении стекла мелькнула тень, к нему двигался Серега. В душе колыхнулась радость, сейчас Стрелочник подойдет и поможет, сейчас….
Серега подошел, в стекле колыхнулась тень, боль под сердцем кольнула чуть-чуть, как от сердечного спазма, и больше Сергей Владимирович Колунов не увидел ничего.
Когда вечером старшие бригад приехали в коттедж с отчетом о работе за день, они с ужасом обнаружили своего шефа, стоящего у окна. Сбоку, полуобняв тренера, стоял Серега Стрелочник, с окровавленной правой рукой. Из-под левой лопатки шефа торчала рукоятка красивого узкого стилета, проткнувшее тело Колуна и пригвоздившее его к оконной раме. Стрелочник был жив, но не понимал, где он и что с ним произошло, только лупал глазами и мычал. Очевидно, что в этот раз перевести стрелки у него не получилось.
Весна неспешно приближалась Снежные валы, вздымающиеся на полтора метра над ледяными поверхностями плохо расчищенных дорожек, становись рыхлыми и ноздреватыми. Мэр Города отказался вывозить снег, ссылаясь на отсутствие топлива для самосвалов, и аргументируя, что скоро все само растает.
Меня, как и мэра, тоже мучили весенние заботы. Все мои попытки приобрести кусочек территории погибающего завода наталкивались на стойкую оборону Коробкова Вячеслава Анатольевича - заместителя директора завода сельскохозяйственных машин по общим вопросам.
Уяснив про себя, что это тупик, я стала думать, как пробиться к царю и богу завода – генеральному директору. Записываться на личный прием смысла не было, так как на приеме обязательно присутствовал мой оппонент.
Пришлось напяливать темно - серый халат и, взяв папку со старыми техническими документами, найденными в одном из заброшенных помещений, трясти этой пыльной кипой перед непробиваемым секретарем директора. Я громко стенала, что если директор срочно не подпишет заявку, то наш многострадальный тридцать шестой цех (такой есть, я узнавала) останется без выгодного заказа, который, по договору, оплачивался живыми деньгами, и тогда все сто пятьдесят голодных рабочих придут сюда, выяснять, что помешало уважаемому генеральному директору поставить закорючку на листе бумаги. Устав от моего комариного зудения. и представив толпу работяг, вваливающихся в ухоженную приемную в своих замасленных спецовках и кирзовых сапогах, секретарь нервно вздрогнула и протянула руку:
- Давай, занесу, подпишет.
Я испуганно спрятала бумаги за спину:
- Что вы, а вдруг у него вопросы будут, он не увидит чего-нибудь и откажется подписывать, а я потом крайней останусь!
Что-то невнятно пробормотав, наверное, сказав, какая я молодец, женщина, осторожно постучав, скрылась в кабинете, чтобы через минуту пригласить меня внутрь небрежным взмахом руки.
Знакомый мне мужчина сидел за огромным, заваленным кипами бумаг, столом. Не отводя взгляда от какого-то графика, мужчина поднял руку и делал нетерпеливые движения пальцами:
- Что там у вас, давайте быстрее!
Я аккуратно вложила в руку письмо от моей фирмы.
Через секунду два злых глаза, как ружейные стволы, уставились на меня:
- У вас одна минута объяснить, почему вместо заявки тридцать шестого цеха мне дали письмо сторонней организации.
- Если можно, две минуты!
Злость во взгляде сменилась любопытством:
Вопрос у гостей был несложный. Мария – правая рука основательницы новой церкви, сотни сторонников которой, по все стране, доносят правду для тысяч неофитов, чтобы собрать святое воинство из ста сорока четырех тысяч светлых людей, именуемый «Белым братством», которые….. Дальше Колун слушать не стал, мягко предложив перейти к сути. Сергей Владимирович был истинно советским православным. Крещенный бабушкой в детстве, с определенного времени стал с удовольствием носить красивый крест на солидной золотой цепи. Пост соблюдал по настроению, щедро жертвовал на строительство нового здания храма, к его настоятелю относился с доброжелательным уважением, и даже регулярно посещал службу, стоя перед алтарем со строгим и просветленным лицом. Глубже в вопросы веры заслуженный тренер не вникал, а к сегодняшним посетителям отнесся как партнерам, с новой, интересной бизнес - идеей.
Инвестиционный вклад в общее дело со стороны Сергея Владимировича включали в себя охрану групп сотрудников «Белого братства» по месту их основной работы, и местам проживания. Отдельно была оговорена силовая поддержка, в случаях, когда родные и близкие неофитов, искренне пожертвовавших свое движимое и недвижимое имущество в пользу новой церкви, начинали выражать свое отрицательное отношение к этому богоугодному делу. Доли были распределены по справедливости, контроль за денежными потоками сложности не представлял, поэтому, назначив ответственного за этот участок работы, Колун приготовился получать честные дивиденды.
Эта неделя у Сергея Владимировича не задалась с самого начала. Выехав по приглашению коллег на охоту в соседний регион, через три дня, Колун понял, что приехал зря. Темой разговоров был контроль над многочисленными шахтами – главным богатством здешних земель. Четко прозвучало количество бойцов, необходимых местным коллегам для справедливой, по их мнению, экспроприации эксплуататоров. Дальше начинались непонятки. Три дня мутных разговоров, чередуемых с употреблением элитного алкоголя и стрельбой из различного оружия с крыльца домика - теремка на закрытой для посторонних базе, не дали четкого ответа, что же получит группировка Колуна за своих элитных бойцов. Рано утром кортеж Сергей Владимировича покинул гостеприимных хозяев и двинулся к родному дому. При выезде на федеральную трассу, на трубку пробился звонок, которым Сергею Владимировичу доложили о вечернем нападении на места проживания сотрудников «Белого братства», а также утренних визитах правоохранительных органов по тем же адресам, сопряженные с обысками и задержаниями бойцов группировки.
Настроение упало ниже плинтуса. Коротко велев вызвать на встречу руководство «Белого братства» и направить штатных адвокатов для вызволения бойцов, Колун велел ехать на базу. Ситуация складывалась очень не хорошая. Неожиданная прыть правоохранителей, с массовыми обысками и задержаниями сулили лишние пустые хлопоты и накладные расходы. Скорее всего с партнерами придется расставаться, а для этого необходимо было подбить баланс и получить щедрую компенсацию на поправку здоровья безвинно пострадавших бойцов. По первоначальной договоренности, продажа квартир, подаренных «Братству», требовала определенного времени, и Сергей Владимирович был готов ждать выплаты доли от реализации недвижимости. Сейчас же была необходимость получить и эти деньги, так как судьба квартир становилась очень неопределенная. Единственное что беспокоило Колуна, так это не понятные религиозные обряды, практикуемые «Братством», о которых иногда докладывал старший над охраной. Механизм их был Сергею Владимировичу не понятен, но ломка психики и подавление личности тут имело место. Бабу в белой накидке Колун не боялся, но многолетняя жизнь на краю лезвия приучили его прислушиваться к своим инстинктам, и сейчас в голове, еле слышно, но постукивали тревожные молоточки. Кинув взгляд на покосившиеся пирамидки сельского кладбища, мимо которого мчался по трассе черный «Лэнд Крузер», тренер сделал еще один звонок. На базу огромный внедорожник прибыл за полчаса до назначенной встречи. У любимого коттеджа Колуна стоял скромный «Джип-Чероки», от которого в сторону Сергей Владимировича бодро двинулась стройная фигура в черной рясе. Колун подошел за благословением, потом улыбнулся молодому настоятелю:
- Здравствуйте, отец Антоний. Сперва о делах. Счета за позолоту куполов титаном оплачены, так что нанимайте работников, как потеплеет, пусть приступают.
- Спасибо, Сергей Владимирович, не оставляете вы строительство храма своим попечением.
- Не за что, отец Антоний, на возрождение храма денег не жалко. И просьба у меня будет небольшая. Не откажите….
- Все что в моих силах.
- Спасибо. Сейчас сюда подъедут сектанты, слышали наверное - «Белое братство». Знаю, что нехорошо, но мне с ними надо один вопрос закрыть.
- Грех это, Сергей Владимирович…..
- Знаю, знаю, поэтому и хочу их направить, чтобы они сюда дорогу забыли.
И слышал я о них много чего не хорошего, или гипноз практикуют или с нечистым знаются. Так вот, батюшка, прикройте меня, так сказать по своей основной специальности, обороните от нечисти.
Священник на миг растерялся, но быстро ответил:
- Скажи, чем могу помочь, сделаю, что в моих силах.
- Не хочу, что бы эти люди вас раньше времени видели, поэтому не сочтите за обиду, посидите с моими бойцами в машине минут сорок. Если что, тогда уж выручайте, как не знаю, действуйте по обстановке.
- Конечно, подожду.
Священник осенил заходящего в коттедж Колуна крестным знамением и легко скользнул в салон «наглухо» тонированного джипа.
Отец Антоний, выпускник Нижегородской семинарии, необъяснимым вывертом судьбы, назначенный священником в маленький обветшалый храм на окраине Города, был хороший человек, искренне верующий, все силы прилагающий на восстановление храма и окормления вверенной паствы. Но если в вопросах ересей он разбирался хорошо, считая это вопрос практического применения, то лекции по экзорцизму выветрились у молодого человека, как только был сдан зачет, так как предмет этот считался лишь данью преданьям старины глубокой. Поэтому, садясь в удобное кожаное сидение автомобиля, он не испытывал никакого волнения от предстоящего дела. Сидящие в салоне личные телохранители Колуна, со служебными пистолетами «ИЖ-71» в поясных кобурах и удостоверениями частных охранников, уважительно подвинулись и продолжили внимательно наблюдать за окнами коттеджа под ненавязчивую музыку из мощных колонок. Инструктаж Сергея Владимировича был короткий и четкий:
- Увидите в окне меня или Серегу Стрелочника – быстро ко мне, и святого отца возьмите.
В оговоренное время к домику подъехал знакомый серый «Вольво», из него грациозно выпорхнул, как всегда великолепная, глава «Братства» и легкой походкой шагнула на крыльцо. За ней бесплотной тенью семенила Аглая. Последним из «Вольво» вылез немолодой водитель, и сладко потянувшись, закурил сигарету.
Хрупкая девушка привычно шла за правым плечом Хозяйки. Проходя мимо черного джипа, она внимательно посмотрела на покрытые антрацитно - черной пленкой стекла. Из салона приглушенно раздавался голос диктора, было время местных новостей. Тонкий пальчик в кармане ловко нашел помеченную заранее каучуковую кнопочку маленького пульта. Голос диктора после щелчка сменился странной психоделической музыкой, с вплетением невнятного бормотания на неуловимо знакомом языке. Пассажиры в салоне продолжали внимательно смотреть на окна коттеджа, лишь отец Антоний удивленно вскинул глаза и протянул руку к плечу одного из охранников, но потом успокоился. Аглая улыбнулась и обогнала Хозяйку, чтобы открыть перед ней дверь - пять минут дружелюбного трепа с водителем джипа, и в крутой музыкальный центр «Тойоты» незаметно вставлен диск с нужной музыкой, а маленький пульт управления, заброшенный за ненадобностью в карман водительской двери, перекочевал в карман скромной девушки.
Сергей Владимирович услышал шум мотора под окном, затем легкие шаги по лестнице, в кабинет вошла и села напротив него Мария, как ее там….
Вечная спутница и помощница скромно забилась в уголок дивана.
Колун упер тяжелый взгляд в безмятежные темно-синие глаза Марии.
- Все знаешь?
- Думаю, да.
- Считаю наше сотрудничество законченно, надо рассчитаться и расстаться друзьями.
- Озвучь свою цифру.
- Давай посчитаем. Лечение пострадавших, гонорары адвокатам, взятки ментам, доли с квартир. Сколько там у вас хат в оформлении - двадцать?
Колун бросил взгляд вбок.
- Двадцать две - вступил в разговор начальник охраны Серега Стрелочник. Стрелочник он был не из-за матери, всю жизнь отработавшей на железнодорожной станции, а за свои личные таланты. Обладая весело-наглым характером, Серега умел любую ситуацию вывернуть ровно наоборот, «переведя стрелки» на оппонента.
- Еще лучше, двадцать две. Давай, гони сюда своего законника, пусть восемнадцать квартир переоформляет на моих людей, четыре оставляю вам, на лишнее не претендую.
- Позволено ли будет мне узнать, как ваша треть превратилась в восемнадцать квартир – голос Марии звучал, как перезвон колокольчика.
- А че, непонятно? Пацаны пострадали, больших людей надо подключать, чтобы все было чики-пуки. Шеф по справедливости решил, оставил вам долю
вашу – Стрелочник старательно отрабатывал взыскание от Колуна, наложенное за хреновую организацию охраны.
- А как получилось, что сначала родители, а потом менты в квартирах оказались? – Мария была спокойна и доброжелательна.
- А что за вопрос такой гнилой? Договоренность была, что пацаны за порядком присматривают, они присматривали, а базара о том, что родителей детишек валить, да с ментами воевать – такого разговора не было. На что мы подписались, то и сделали, а то, что у вас непонятные замутки начались – не наша проблема.
Помолчали.
Сергей Владимирович, глядя в безмятежные глаза Марии, начал закипать.
- Еще у нас один вопрос остался. Я тебе парня дал, Клеща, на время. Где он, давно его не видел.
- Так я ему не хозяйка, он поручение последнее не выполнил и исчез куда-то, наверное, стесняется, что с легким заданием не справился.
- Ладно, вопрос с Клещом вынесем за скобки, если с парнем что случилось, потом спросим. Когда юриста ждать?
Новый голос включился в разговор:
- Уже не стоит ждать.
Колун оглянулся. Аглая заговорила, а он уже забыл, что она разговаривать умеет.
Сергей Владимирович открыл рот, чтобы поставить наглую девку на место, а дуреха еще и запела, и песня ее мало походила на мелодичную колыбельную.
Какие-то рваные звуки, вызывающие отвращение, заполнили комнату. Было удивительно, что субтильная барышня обладает столь мощным голосом. Колун рявкнул, чтобы Серега заткнул пасть этой твари, но с ужасом понял, что его челюсти как будто склеились, и вообще, весь он закаменел. Сильный мужчина мог вращать только зрачками глаз. Верный Серега сидел рядом, как проглотивший оглоблю, уставившись в одну точку. И тогда Колун встал. Он встал на одной силе воли, как заставлял себя встать сквозь багровый туман нокаута на боксерском ринге, подтягивая ватные ноги и поднимая ставшие чужими пудовые руки. Разрывая окаменевшие мышцы, Колун медленно двинулся к окну. Молодой, он заставлял себя встать и сокрушить уже празднующего чистую победу соперника. И сейчас он встал, медленно протаскивая ставшее деревянным тело через густой кисель наваждения, к окну, с которого не сводят глаз его самые верные и подготовленные бойцы, которых он вырастил из глупых, маленьких щенков. Массивное тело навалилось на оконную раму, глаза тренера ясно видели, как за прозрачным ветровым стеклом сидят и смотрят на него, слегка подергиваясь в такт какой-то мелодии, его мальчики, глядят на него и не видят. Затем в отражении стекла мелькнула тень, к нему двигался Серега. В душе колыхнулась радость, сейчас Стрелочник подойдет и поможет, сейчас….
Серега подошел, в стекле колыхнулась тень, боль под сердцем кольнула чуть-чуть, как от сердечного спазма, и больше Сергей Владимирович Колунов не увидел ничего.
Когда вечером старшие бригад приехали в коттедж с отчетом о работе за день, они с ужасом обнаружили своего шефа, стоящего у окна. Сбоку, полуобняв тренера, стоял Серега Стрелочник, с окровавленной правой рукой. Из-под левой лопатки шефа торчала рукоятка красивого узкого стилета, проткнувшее тело Колуна и пригвоздившее его к оконной раме. Стрелочник был жив, но не понимал, где он и что с ним произошло, только лупал глазами и мычал. Очевидно, что в этот раз перевести стрелки у него не получилось.
Глава одиннадцать. Коммерческий подкуп.
Весна неспешно приближалась Снежные валы, вздымающиеся на полтора метра над ледяными поверхностями плохо расчищенных дорожек, становись рыхлыми и ноздреватыми. Мэр Города отказался вывозить снег, ссылаясь на отсутствие топлива для самосвалов, и аргументируя, что скоро все само растает.
Меня, как и мэра, тоже мучили весенние заботы. Все мои попытки приобрести кусочек территории погибающего завода наталкивались на стойкую оборону Коробкова Вячеслава Анатольевича - заместителя директора завода сельскохозяйственных машин по общим вопросам.
Уяснив про себя, что это тупик, я стала думать, как пробиться к царю и богу завода – генеральному директору. Записываться на личный прием смысла не было, так как на приеме обязательно присутствовал мой оппонент.
Пришлось напяливать темно - серый халат и, взяв папку со старыми техническими документами, найденными в одном из заброшенных помещений, трясти этой пыльной кипой перед непробиваемым секретарем директора. Я громко стенала, что если директор срочно не подпишет заявку, то наш многострадальный тридцать шестой цех (такой есть, я узнавала) останется без выгодного заказа, который, по договору, оплачивался живыми деньгами, и тогда все сто пятьдесят голодных рабочих придут сюда, выяснять, что помешало уважаемому генеральному директору поставить закорючку на листе бумаги. Устав от моего комариного зудения. и представив толпу работяг, вваливающихся в ухоженную приемную в своих замасленных спецовках и кирзовых сапогах, секретарь нервно вздрогнула и протянула руку:
- Давай, занесу, подпишет.
Я испуганно спрятала бумаги за спину:
- Что вы, а вдруг у него вопросы будут, он не увидит чего-нибудь и откажется подписывать, а я потом крайней останусь!
Что-то невнятно пробормотав, наверное, сказав, какая я молодец, женщина, осторожно постучав, скрылась в кабинете, чтобы через минуту пригласить меня внутрь небрежным взмахом руки.
Знакомый мне мужчина сидел за огромным, заваленным кипами бумаг, столом. Не отводя взгляда от какого-то графика, мужчина поднял руку и делал нетерпеливые движения пальцами:
- Что там у вас, давайте быстрее!
Я аккуратно вложила в руку письмо от моей фирмы.
Через секунду два злых глаза, как ружейные стволы, уставились на меня:
- У вас одна минута объяснить, почему вместо заявки тридцать шестого цеха мне дали письмо сторонней организации.
- Если можно, две минуты!
Злость во взгляде сменилась любопытством:
