- Добрый день, Федор Евгеньевич.
- Г-хм! – мужчина закашлялся, непроизвольно скосил глаза на бейджик. Отчества не было.
Помолчали. Собравшись с мыслями, мужчина начал второй заход.
- Мы знакомы?
- Вряд ли.
- Но откуда вы знаете мое отчество?
- Догадалась, я даже о вашей должности догадываюсь.
- Понятно.
Мой собеседник забарабанил кончиками пальцев по столешнице, разговор явно пошел не по плану.
- Людмила Владимировна, мы проанализировали день, когда вы пришли к нам для получения кредита….
- Я надеюсь с Дениской все в порядке, бо-бо прошло?
С Дениской? А, понял. Не знаю, Дениса мы уволили в тот же день за неподобающее поведение с клиентами.
- О, он и с клиентами так себя вел? Я думала, только с клиентками. Очень большой проказник, ваш Дениска.
Федор Евгеньевич выпучил глаза, затем засмеялся.
- Нет, я неправильно выразился, только с клиентками. Людмила Владимировна, давайте вернемся к теме нашего разговора, а то вы все время уводите его в сторону.
- Так я думала, что мы по теме и ведем разговор. Мне сказали, что кредит одобрен, я пришла его оформлять. В качестве извинения за поведение вашего сотрудника вы можете щедро снизить процентную ставку по кредиту.
- Людмила Владимировна - прибавил металл в голосе начальник службы безопасности банка…..
- А вы не шумите на меня, не надо. То, что ваши подчиненные в камеру смотрят и наш несуразный разговор слышат, а вы считаете, что выглядите смешно, не моя проблема. Я с вашим банком иметь дело зареклась, вы меня опять сами пригласили. Давайте, вы прямо скажете, что вам надо, я откажусь и пойду себе, у меня дел много.
- Не куда вы не пойдете – аж зарычал безопасник, и сделал какой то знак рукой.
Через два биения сердца дверь сзади хлопнула, и мне на плечо опустилась чья-то тяжелая ладонь.
Я повела плечом.
- Пусть руку уберет, я не люблю, когда незнакомые озабоченные мужчины меня трогают.
Глумливая усмешка, уверенность вернулась в глаза безопасника.
- Он уберет руку, когда я скажу. А теперь рассказывайте, где и по чьему заданию вы установили в кредитном отделе "прослушку"?
- То есть, вы ее не нашли?
- Нет.
- Не удивительно, не найти того, чего нет.
- Анализ вашего поведения….
- Анализ моего поведения и отсутствие "прослушки" должно было подсказать вам, что у меня особая интуиция. И, моя интуиция, говорит, что ваша горилла сзади, у которого от счастья ладошки вспотели, сейчас нас покинет.
Мужчина за моей спиной гневно фыркнул, больно сжал мое плечо, но, после этого давление сильных пальцев сразу ослабло, а потом рука сползла куда то в сторону.
Федор Евгеньевич с явным беспокойством следил за поведением своего подчиненного. Охранник за моей спиной, судя по звукам, опустился на стул у стены, а затем сладко басовито засопел. Я не оборачиваясь, улыбалась, глядя в глаза главного безопасника, который с ужасом смотрел на меня.
- А теперь выключайте запись у своих подчиненных и давайте, наконец, поговорим, что вы от меня хотите.
Начальник службы СБ прохрипел:
- А если сейчас мои…..
- Если еще кто-нибудь до меня дотронется, придется все здание эвакуировать.
Не знаю, что я несу, но дяденьку проняло. Он, побледнев, сказал:
- Пожалуйста, одну минутку, - и выбежал из кабинета.
Я перевела дух. А не надо хватать девушку за выпуклости, у девушки там маленькие иголочки торчат, а иголочки намазаны хитрым составом «Спи, глазок». Лишь бы начальник СБ не останавливался, не пытался вновь давить на меня. Нет, конечно, вид молодого, здорового охранника, который вдруг перестает демонстрировать агрессию, сжимая плечо наглой девчонке, а начинает искать стульчик, чтобы на нем уснуть – эта картинка может напугать человека с взвинченными нервами, но что мне делать дальше?
Если он прибежит с подкреплением, я могу не справиться.
Нет, пришел один, сидит бледный , не знает с чего начать.
- Федор Евгеньевич, давайте с чего-нибудь начнем!
- Вы уверяете, что ни на кого не работаете, и что интуитивно почувствовали, что о вас говорит гадости бывший заместитель начальника кредитного отдела, поэтому вернулись и ударили его.
- Я никого не уверяю, мне это не за чем.
- Но у вас есть интуиция, которая помогает вам чувствовать, что о вас думают другие люди.
- Да, если вас это интересует.
- И что я о вас сейчас думаю.
- Для этого совсем не надо обладать интуицией. Вы меня очень не любите, и думаете о том, что бы вы со мной сделали, если бы могли.
- Ну, да, согласен.
- А вот два ваших подчиненных, которые стоят за дверью, они думают, что вы занимаетесь ерундой, и меня пора тащить в ваш маленький подвальчик, который ….. туда еще длинный тоннель идет.
- Впечатляет. Хорошо. Я вам верю. Я действительно пригласил вас, чтобы заключить кредитный договор. Сумма нас устраивает, в качестве залога выступает квартира вашего созаемщика, я как понимаю, это ваша бабушка.
- Да, все верно.
- Но есть одно условие. Мне нужна ваша помощь, а именно, чтобы вы применили вашу интуицию.
- Чем могу помочь?
- У нас в банке проблема. Проблема странная и нетипичная. У нас участились драки между персоналом. Причем, зачастую, агрессию проявляют к людям, с которыми обидчик не связан абсолютно, ни по служебным, ни по личным делам.
- Да, не приятно, но причем тут служба безопасности? Это скорее работа кадровиков.
- Знаете, я давно уже работаю, и у меня тоже выработалась интуиция.
Я чувствую, что это непросто ссоры коллег, не чьи-то расшатанные нервы, а именно кто-то провоцирует эти драки, чего-то добивается, я не могу объяснить, но я так ощущаю. Например, последний случай: операционист клиентского зала, девочка, только из декрета, счастлива, что снова вышла работу, весь день улыбается. Вообще, один позитив. Вчера в столовой взяла со стойки стакан чаю, вылила на голову старшему ревизору, которая стояла впереди нее в очереди, а затем вцепилась в волосы, еле отодрали. Расспрашиваем, что между ними произошло, а они даже не знакомы. Ревизор пришла к нам, когда операционист была в декретном отпуске. Кроме рыданий и уверений, что она больше так не будет, и не понимает, что на нее нашло, ничего добиться не удалось. И такое по два три раза в неделю.
Люди уже просто боятся своих коллег. У меня в голове не укладывается, что это может быть.
- Да уж, представляю.
- Мысли какие-нибудь возникли?
- Возникли, самое близкое к этому определение – гипноз.
- Послушайте, ну какой гипноз. Никто не уводил нападавших в укромный уголок, не качал перед ними шариком, не махал руками.
- Я же сказала, что гипноз – это самое близкое. Камеры в банке стоят?
- В операционных залах, кассе и денежных хранилищах. В остальных помещениях пока нет, финансирования не хватает.
- Скажите, когда можно сделать следующее – меня представляют, скажем, как контролера из головного офиса, и дают возможность пообщаться с каждым сотрудником. С каждым - это значит, что все, кто был в здании вчера, они все должны быть на рабочем месте, и я должна иметь возможность пару минут пообщаться с каждым.
- Хорошо, когда вы сможете придти?
- Давайте, завтра, к двенадцати часам.
- Хорошо, договорились. Что-то еще?
-Да. Я так и не услышала, что получу я в случае, если найду гипнотизера?
- Проценты по кредитному договору вас приятно удивят.
На следующий день, я, одетая в белоснежную блузку с коротким рукавом и узкую, черную юбку, входила в шикарный кабинет директора Н-ского филиала банка. Вслед за мной в дверь нырнула инспектор из отдела кадров, которая коротко представила меня, как специалиста по оптимизации использования рабочего времени из головного офиса. Равнодушный кивок моложавого мужчины в дорогом костюме, и я начала работать. В некоторые кабинеты я заходила буквально на пару секунд, но чаще всего приходилось здороваться, подсаживаться к робеющему работнику, коротко спрашивать о его обязанностях, делать пометки в блокноте. Свою цель я увидела сразу, едва открыла дверь кабинета. Женщина в красной жакете, с вплетенном в каштановую косу бантом, сидела ко мне спиной, внимательно просматривая что-то на экране монитора. Над ее головкой переливалась черная искорка. Я сделала шаг назад, спиной выпихивая в коридор натолкнувшуюся на меня «кадровичку»:
- Пойдемте дальше, здесь ничего интересного.
Также кратко посетив еще три отдела, я попросила проводить меня к начальнику СБ.
- Вот, Федор Евгеньевич, кабинет шестьсот пятый, стол второй слева, девушка в красном жакете с косой, это она.
Начальник СБ поднял трубку, повторил координаты, по коридору пробежало несколько человек.
Через несколько минут раздался звонок телефона, главный безопасник выслушал сообщение и, зажав трубку ладонью, спросил:
- Еще раз скажите, какой кабинет и какой стол…
Я повторила.
- Там нет никого, за этим столом сидел мужчина, который сейчас на больничном.
- Там была женщина, я не ошиблась. Я же просила, чтобы все были на своих рабочих местах. А что другие обитатели кабинета говорят?
- Они ни кого на этом месте не видели.
- То есть среди бело - черных людей появляется женщина в ярко-красной одежде, и на нее никто не обратил внимание?
- А вы ее разглядели?
- Нет, я ее видела со спины, если бы я подошла, она бы меня тоже увидела, и поняла, кто я.
Я подумала, что-то скребло меня изнутри.
- Федор Евгеньевич, а сегодня какие-то крупные платежи у вас в банке проходят?
- Сегодня нет, завтра ожидается очень крупная сделка, мы кредитуем приобретение крупного предприятия в Городе.
- Давайте, я еще похожу, может быть увижу барышню в красном пиджаке. Только вы мне дайте охранника поздоровее, пусть он в отдалении будет, чтобы я за помощью не бежала, а к нему обратилась.
- Сделаем.
И опять я с сотрудницей кадровой службы иду по бесконечным переходам банка.
- Скажите, а больше драк среди сотрудников не было?
- Ну как не было, сегодня с утра контролер отдела платежей ударила уборщицу, когда та мусор из корзинки забирала.
- И что у вас делают с теми, кто драки устраивает?
- Ну как что? Вечером трудовую и расчет в зубы, и до свидание.
- А контролер отдела платежей – чем занимается?
- Они отслеживают, чтобы операционист правильно вбила в компьютер реквизиты по крупным платежам, и своим ключом подтверждают платеж.
- То есть, человек, которого вечером выкинут с работы, сейчас контролирует правильность перечисления денег по крупным платежам, я правильно все поняла?
Инспектор кадров возмущенно фыркнула:
- Ну а что такого, зарплату то она за полный день получит.
- Ну да, действительно. А пойдемте мы с вами в отдел платежей.
Мы же там сегодня еще не были?
Помещение Отдела платежей было весьма оригинальным, оно имело два больших окна в коридор, а дверь в отдел была заперта на электронный замок. Дальнее от нас окно зала выходило в курилку, где среди клубов дыма стояло несколько сотрудников банка.
- Вон Самойлова, которая сегодня последний день работает – кадровик ткнула пальцем в молодую женщину, которая наклонившись к плечу оператора, диктовала какие-то цифры с зажатого в руке бланка.
Ну да, понятно, почему человек стоит с таким отрешенным лицом. Потерять хорошую работу ни за что, особенно сейчас – это горе. Но почему лицо оператора, размеренно выбивающего дробь на клавиатуре, такое же застывшее? Сочувствует подруге? И тут я поймала быстрый взгляд, брошенный в спину Самойловой девушкой, стоявшей с сигаретой в курилке. Она быстро отвернулась, но я узнала ее. Конечно, красного жакета на ней не было, но искорка слабо сверкнула через два давно не мытых стекла. Да и коса на затылке никуда не делась.
- Мы можем открыть эту дверь?
Инспектор отдела кадров замахала руками:
- Посторонним вход туда запрещен!
- Откройте мне эту дверь, быстро!
- Ну, хорошо, только отвечать будете вы! – она торопливо зашарила в кармане, видно в поисках ключа.
Услышав мой крик, к нам спешил приставленный охранник.
Я обернулась к нему:
- Там в курилке девушка с косой, она та, кого мы ищем.
Замок на двери пискнул, оттолкнув кадровика, я побежала к Самойловой.
Наперерез мне бросилась какая-то женщина, Самойлова резко обернулась, и с таким же отрешенным лицом, бросилась ко мне. Оператор продолжал забивать цифры, не обращая внимание на кавардак сзади.
Самойлова была девушкой высокой и крепкой, при столкновении с ней, до которого оставалось пара шагов, она бы меня снесла. А на помощь к ней спешила еще одна женщина, наверное начальница этого курятника. За шаг до столкновения с драчливым контролером, я сменила направление движения, подскочила к стене, и двумя руками рванула на себя россыпь разнообразных проводов, подключенных к нескольким десяткам разнообразных разъемов и розеток, собранных в несколько блоков. Я рвала провода, даже когда меня схватили сзади несколько пар рук. Я вырывалась и орала от отчаяния, в зале стоял дикий крик сотрудников, писк «безперебойников» и аварийно отключаемых компьютеров. Меня сбили с ног, когда я схватила за два последних провода, и я покатилась по затоптанному полу, сжимая руками два вырванных с мясом кабеля. Лежа на полу я подняла голову и замерла от удивления: оператор – напарница Самойловой, продолжала набивать какие-то, цифры не отрывая взгляда от потухшего экрана монитора.
Через полчаса я сидела в кабинете начальника СБ, за дверью стоял дикий ор – это руководители практически всех подразделений банка требовали моей немедленной казни. Через некоторое время шум стих, Федор Евгеньевич, красный от злости вошел в кабинет, тщательно заперев за собой дверь.
- Что там было в платежке?
- Завтрашний платеж за завод, но на другой расчетный счет и другому получателю.
- Дела. А девушку ту нашли?
- Нет.Никого не нашли, и люди в курилке не помнят, кто с ними еще был.
- Это плохо.
- Людмила Владимировна, сейчас принесут фото из отдела кадров, пожалуйста, закончим это дело, посмотрите фотографии сотрудниц.
- Конечно, я постараюсь.
- Как вы догадались?
- Не знаю. Просто, меня смутило, что женщину, работавшую на чужом рабочем месте, одетую так, что ее невозможно не заметить, никто из соседей по кабинету не помнил. А потом я узнала, что сегодня за драку должны уволить контролера, отвечающего за правильность крупных переводов, представила себя на ее месте. Ведь у нее наверное зарплата хорошая, семья, а ее через пару часов лишать работы. Наверняка, она была очень уязвима, поэтому я пошла на нее посмотреть. А там вижу, они с оператором какие-то бледные, а из –за угла девушка с косой выглядывает. Вот и завертелось.
Девушка на фотографии смотрела мне в лицо очень не добро. Наверное, догадывалась, что ничем хорошим наша встреча не закончится. Юрист из отдела взысканий, принята на работу три месяца назад, хорошие показатели в служебной деятельности. Правда, ни диплома, ни трудовой книжке в личном деле, почему-то, не нашли. И по адресу, списанному из паспорта, такая женщина не проживала. Но это была уже не моя проблема. Я же, под охраной двух молодцов, на машине банка, была отправлена домой. На дорогу мне был выдан оформленный и подписанный кредитный договор, размер процентов по которому обещал стать отрицательным при нынешней инфляции.
Николай.
Задание бригадиру «наружки» давал опер из отдела по тяжким преступлениям, но по моим данным. Ему галочка в ежемесячный показатель работы, ну, а я не хотел официально иметь отношение к этому делу.
- Г-хм! – мужчина закашлялся, непроизвольно скосил глаза на бейджик. Отчества не было.
Помолчали. Собравшись с мыслями, мужчина начал второй заход.
- Мы знакомы?
- Вряд ли.
- Но откуда вы знаете мое отчество?
- Догадалась, я даже о вашей должности догадываюсь.
- Понятно.
Мой собеседник забарабанил кончиками пальцев по столешнице, разговор явно пошел не по плану.
- Людмила Владимировна, мы проанализировали день, когда вы пришли к нам для получения кредита….
- Я надеюсь с Дениской все в порядке, бо-бо прошло?
С Дениской? А, понял. Не знаю, Дениса мы уволили в тот же день за неподобающее поведение с клиентами.
- О, он и с клиентами так себя вел? Я думала, только с клиентками. Очень большой проказник, ваш Дениска.
Федор Евгеньевич выпучил глаза, затем засмеялся.
- Нет, я неправильно выразился, только с клиентками. Людмила Владимировна, давайте вернемся к теме нашего разговора, а то вы все время уводите его в сторону.
- Так я думала, что мы по теме и ведем разговор. Мне сказали, что кредит одобрен, я пришла его оформлять. В качестве извинения за поведение вашего сотрудника вы можете щедро снизить процентную ставку по кредиту.
- Людмила Владимировна - прибавил металл в голосе начальник службы безопасности банка…..
- А вы не шумите на меня, не надо. То, что ваши подчиненные в камеру смотрят и наш несуразный разговор слышат, а вы считаете, что выглядите смешно, не моя проблема. Я с вашим банком иметь дело зареклась, вы меня опять сами пригласили. Давайте, вы прямо скажете, что вам надо, я откажусь и пойду себе, у меня дел много.
- Не куда вы не пойдете – аж зарычал безопасник, и сделал какой то знак рукой.
Через два биения сердца дверь сзади хлопнула, и мне на плечо опустилась чья-то тяжелая ладонь.
Я повела плечом.
- Пусть руку уберет, я не люблю, когда незнакомые озабоченные мужчины меня трогают.
Глумливая усмешка, уверенность вернулась в глаза безопасника.
- Он уберет руку, когда я скажу. А теперь рассказывайте, где и по чьему заданию вы установили в кредитном отделе "прослушку"?
- То есть, вы ее не нашли?
- Нет.
- Не удивительно, не найти того, чего нет.
- Анализ вашего поведения….
- Анализ моего поведения и отсутствие "прослушки" должно было подсказать вам, что у меня особая интуиция. И, моя интуиция, говорит, что ваша горилла сзади, у которого от счастья ладошки вспотели, сейчас нас покинет.
Мужчина за моей спиной гневно фыркнул, больно сжал мое плечо, но, после этого давление сильных пальцев сразу ослабло, а потом рука сползла куда то в сторону.
Федор Евгеньевич с явным беспокойством следил за поведением своего подчиненного. Охранник за моей спиной, судя по звукам, опустился на стул у стены, а затем сладко басовито засопел. Я не оборачиваясь, улыбалась, глядя в глаза главного безопасника, который с ужасом смотрел на меня.
- А теперь выключайте запись у своих подчиненных и давайте, наконец, поговорим, что вы от меня хотите.
Начальник службы СБ прохрипел:
- А если сейчас мои…..
- Если еще кто-нибудь до меня дотронется, придется все здание эвакуировать.
Не знаю, что я несу, но дяденьку проняло. Он, побледнев, сказал:
- Пожалуйста, одну минутку, - и выбежал из кабинета.
Я перевела дух. А не надо хватать девушку за выпуклости, у девушки там маленькие иголочки торчат, а иголочки намазаны хитрым составом «Спи, глазок». Лишь бы начальник СБ не останавливался, не пытался вновь давить на меня. Нет, конечно, вид молодого, здорового охранника, который вдруг перестает демонстрировать агрессию, сжимая плечо наглой девчонке, а начинает искать стульчик, чтобы на нем уснуть – эта картинка может напугать человека с взвинченными нервами, но что мне делать дальше?
Если он прибежит с подкреплением, я могу не справиться.
Нет, пришел один, сидит бледный , не знает с чего начать.
- Федор Евгеньевич, давайте с чего-нибудь начнем!
- Вы уверяете, что ни на кого не работаете, и что интуитивно почувствовали, что о вас говорит гадости бывший заместитель начальника кредитного отдела, поэтому вернулись и ударили его.
- Я никого не уверяю, мне это не за чем.
- Но у вас есть интуиция, которая помогает вам чувствовать, что о вас думают другие люди.
- Да, если вас это интересует.
- И что я о вас сейчас думаю.
- Для этого совсем не надо обладать интуицией. Вы меня очень не любите, и думаете о том, что бы вы со мной сделали, если бы могли.
- Ну, да, согласен.
- А вот два ваших подчиненных, которые стоят за дверью, они думают, что вы занимаетесь ерундой, и меня пора тащить в ваш маленький подвальчик, который ….. туда еще длинный тоннель идет.
- Впечатляет. Хорошо. Я вам верю. Я действительно пригласил вас, чтобы заключить кредитный договор. Сумма нас устраивает, в качестве залога выступает квартира вашего созаемщика, я как понимаю, это ваша бабушка.
- Да, все верно.
- Но есть одно условие. Мне нужна ваша помощь, а именно, чтобы вы применили вашу интуицию.
- Чем могу помочь?
- У нас в банке проблема. Проблема странная и нетипичная. У нас участились драки между персоналом. Причем, зачастую, агрессию проявляют к людям, с которыми обидчик не связан абсолютно, ни по служебным, ни по личным делам.
- Да, не приятно, но причем тут служба безопасности? Это скорее работа кадровиков.
- Знаете, я давно уже работаю, и у меня тоже выработалась интуиция.
Я чувствую, что это непросто ссоры коллег, не чьи-то расшатанные нервы, а именно кто-то провоцирует эти драки, чего-то добивается, я не могу объяснить, но я так ощущаю. Например, последний случай: операционист клиентского зала, девочка, только из декрета, счастлива, что снова вышла работу, весь день улыбается. Вообще, один позитив. Вчера в столовой взяла со стойки стакан чаю, вылила на голову старшему ревизору, которая стояла впереди нее в очереди, а затем вцепилась в волосы, еле отодрали. Расспрашиваем, что между ними произошло, а они даже не знакомы. Ревизор пришла к нам, когда операционист была в декретном отпуске. Кроме рыданий и уверений, что она больше так не будет, и не понимает, что на нее нашло, ничего добиться не удалось. И такое по два три раза в неделю.
Люди уже просто боятся своих коллег. У меня в голове не укладывается, что это может быть.
- Да уж, представляю.
- Мысли какие-нибудь возникли?
- Возникли, самое близкое к этому определение – гипноз.
- Послушайте, ну какой гипноз. Никто не уводил нападавших в укромный уголок, не качал перед ними шариком, не махал руками.
- Я же сказала, что гипноз – это самое близкое. Камеры в банке стоят?
- В операционных залах, кассе и денежных хранилищах. В остальных помещениях пока нет, финансирования не хватает.
- Скажите, когда можно сделать следующее – меня представляют, скажем, как контролера из головного офиса, и дают возможность пообщаться с каждым сотрудником. С каждым - это значит, что все, кто был в здании вчера, они все должны быть на рабочем месте, и я должна иметь возможность пару минут пообщаться с каждым.
- Хорошо, когда вы сможете придти?
- Давайте, завтра, к двенадцати часам.
- Хорошо, договорились. Что-то еще?
-Да. Я так и не услышала, что получу я в случае, если найду гипнотизера?
- Проценты по кредитному договору вас приятно удивят.
На следующий день, я, одетая в белоснежную блузку с коротким рукавом и узкую, черную юбку, входила в шикарный кабинет директора Н-ского филиала банка. Вслед за мной в дверь нырнула инспектор из отдела кадров, которая коротко представила меня, как специалиста по оптимизации использования рабочего времени из головного офиса. Равнодушный кивок моложавого мужчины в дорогом костюме, и я начала работать. В некоторые кабинеты я заходила буквально на пару секунд, но чаще всего приходилось здороваться, подсаживаться к робеющему работнику, коротко спрашивать о его обязанностях, делать пометки в блокноте. Свою цель я увидела сразу, едва открыла дверь кабинета. Женщина в красной жакете, с вплетенном в каштановую косу бантом, сидела ко мне спиной, внимательно просматривая что-то на экране монитора. Над ее головкой переливалась черная искорка. Я сделала шаг назад, спиной выпихивая в коридор натолкнувшуюся на меня «кадровичку»:
- Пойдемте дальше, здесь ничего интересного.
Также кратко посетив еще три отдела, я попросила проводить меня к начальнику СБ.
- Вот, Федор Евгеньевич, кабинет шестьсот пятый, стол второй слева, девушка в красном жакете с косой, это она.
Начальник СБ поднял трубку, повторил координаты, по коридору пробежало несколько человек.
Через несколько минут раздался звонок телефона, главный безопасник выслушал сообщение и, зажав трубку ладонью, спросил:
- Еще раз скажите, какой кабинет и какой стол…
Я повторила.
- Там нет никого, за этим столом сидел мужчина, который сейчас на больничном.
- Там была женщина, я не ошиблась. Я же просила, чтобы все были на своих рабочих местах. А что другие обитатели кабинета говорят?
- Они ни кого на этом месте не видели.
- То есть среди бело - черных людей появляется женщина в ярко-красной одежде, и на нее никто не обратил внимание?
- А вы ее разглядели?
- Нет, я ее видела со спины, если бы я подошла, она бы меня тоже увидела, и поняла, кто я.
Я подумала, что-то скребло меня изнутри.
- Федор Евгеньевич, а сегодня какие-то крупные платежи у вас в банке проходят?
- Сегодня нет, завтра ожидается очень крупная сделка, мы кредитуем приобретение крупного предприятия в Городе.
- Давайте, я еще похожу, может быть увижу барышню в красном пиджаке. Только вы мне дайте охранника поздоровее, пусть он в отдалении будет, чтобы я за помощью не бежала, а к нему обратилась.
- Сделаем.
И опять я с сотрудницей кадровой службы иду по бесконечным переходам банка.
- Скажите, а больше драк среди сотрудников не было?
- Ну как не было, сегодня с утра контролер отдела платежей ударила уборщицу, когда та мусор из корзинки забирала.
- И что у вас делают с теми, кто драки устраивает?
- Ну как что? Вечером трудовую и расчет в зубы, и до свидание.
- А контролер отдела платежей – чем занимается?
- Они отслеживают, чтобы операционист правильно вбила в компьютер реквизиты по крупным платежам, и своим ключом подтверждают платеж.
- То есть, человек, которого вечером выкинут с работы, сейчас контролирует правильность перечисления денег по крупным платежам, я правильно все поняла?
Инспектор кадров возмущенно фыркнула:
- Ну а что такого, зарплату то она за полный день получит.
- Ну да, действительно. А пойдемте мы с вами в отдел платежей.
Мы же там сегодня еще не были?
Помещение Отдела платежей было весьма оригинальным, оно имело два больших окна в коридор, а дверь в отдел была заперта на электронный замок. Дальнее от нас окно зала выходило в курилку, где среди клубов дыма стояло несколько сотрудников банка.
- Вон Самойлова, которая сегодня последний день работает – кадровик ткнула пальцем в молодую женщину, которая наклонившись к плечу оператора, диктовала какие-то цифры с зажатого в руке бланка.
Ну да, понятно, почему человек стоит с таким отрешенным лицом. Потерять хорошую работу ни за что, особенно сейчас – это горе. Но почему лицо оператора, размеренно выбивающего дробь на клавиатуре, такое же застывшее? Сочувствует подруге? И тут я поймала быстрый взгляд, брошенный в спину Самойловой девушкой, стоявшей с сигаретой в курилке. Она быстро отвернулась, но я узнала ее. Конечно, красного жакета на ней не было, но искорка слабо сверкнула через два давно не мытых стекла. Да и коса на затылке никуда не делась.
- Мы можем открыть эту дверь?
Инспектор отдела кадров замахала руками:
- Посторонним вход туда запрещен!
- Откройте мне эту дверь, быстро!
- Ну, хорошо, только отвечать будете вы! – она торопливо зашарила в кармане, видно в поисках ключа.
Услышав мой крик, к нам спешил приставленный охранник.
Я обернулась к нему:
- Там в курилке девушка с косой, она та, кого мы ищем.
Замок на двери пискнул, оттолкнув кадровика, я побежала к Самойловой.
Наперерез мне бросилась какая-то женщина, Самойлова резко обернулась, и с таким же отрешенным лицом, бросилась ко мне. Оператор продолжал забивать цифры, не обращая внимание на кавардак сзади.
Самойлова была девушкой высокой и крепкой, при столкновении с ней, до которого оставалось пара шагов, она бы меня снесла. А на помощь к ней спешила еще одна женщина, наверное начальница этого курятника. За шаг до столкновения с драчливым контролером, я сменила направление движения, подскочила к стене, и двумя руками рванула на себя россыпь разнообразных проводов, подключенных к нескольким десяткам разнообразных разъемов и розеток, собранных в несколько блоков. Я рвала провода, даже когда меня схватили сзади несколько пар рук. Я вырывалась и орала от отчаяния, в зале стоял дикий крик сотрудников, писк «безперебойников» и аварийно отключаемых компьютеров. Меня сбили с ног, когда я схватила за два последних провода, и я покатилась по затоптанному полу, сжимая руками два вырванных с мясом кабеля. Лежа на полу я подняла голову и замерла от удивления: оператор – напарница Самойловой, продолжала набивать какие-то, цифры не отрывая взгляда от потухшего экрана монитора.
Через полчаса я сидела в кабинете начальника СБ, за дверью стоял дикий ор – это руководители практически всех подразделений банка требовали моей немедленной казни. Через некоторое время шум стих, Федор Евгеньевич, красный от злости вошел в кабинет, тщательно заперев за собой дверь.
- Что там было в платежке?
- Завтрашний платеж за завод, но на другой расчетный счет и другому получателю.
- Дела. А девушку ту нашли?
- Нет.Никого не нашли, и люди в курилке не помнят, кто с ними еще был.
- Это плохо.
- Людмила Владимировна, сейчас принесут фото из отдела кадров, пожалуйста, закончим это дело, посмотрите фотографии сотрудниц.
- Конечно, я постараюсь.
- Как вы догадались?
- Не знаю. Просто, меня смутило, что женщину, работавшую на чужом рабочем месте, одетую так, что ее невозможно не заметить, никто из соседей по кабинету не помнил. А потом я узнала, что сегодня за драку должны уволить контролера, отвечающего за правильность крупных переводов, представила себя на ее месте. Ведь у нее наверное зарплата хорошая, семья, а ее через пару часов лишать работы. Наверняка, она была очень уязвима, поэтому я пошла на нее посмотреть. А там вижу, они с оператором какие-то бледные, а из –за угла девушка с косой выглядывает. Вот и завертелось.
Девушка на фотографии смотрела мне в лицо очень не добро. Наверное, догадывалась, что ничем хорошим наша встреча не закончится. Юрист из отдела взысканий, принята на работу три месяца назад, хорошие показатели в служебной деятельности. Правда, ни диплома, ни трудовой книжке в личном деле, почему-то, не нашли. И по адресу, списанному из паспорта, такая женщина не проживала. Но это была уже не моя проблема. Я же, под охраной двух молодцов, на машине банка, была отправлена домой. На дорогу мне был выдан оформленный и подписанный кредитный договор, размер процентов по которому обещал стать отрицательным при нынешней инфляции.
Глава двадцатая. Чужой среди чужих.
Николай.
Задание бригадиру «наружки» давал опер из отдела по тяжким преступлениям, но по моим данным. Ему галочка в ежемесячный показатель работы, ну, а я не хотел официально иметь отношение к этому делу.
