- Ну, что же, синьор Скарелли, - журналист решил перейти в наступление, - здешние разговоры бывают порой столь забавны, что ими интересуются даже такие серьёзные люди, как судьи.
- Не обольщайтесь, Фертран, - снисходительно улыбнулся хозяин виллы, жестом напоминая о кофе. – Всё, что вы разнюхали и опубликовали до сих пор, для нас тоже было не более чем забавно. Здесь вы оказались отнюдь не из-за своих заслуг перед человечеством, а только из-за ошибки кибера.
- Вот как?! А мне показалось, что мой журналистский нюх и в этот раз меня не подвёл.
- Наверное, мсье, - задумчиво покачал головой синьор Скарелли, - друзья вам не раз говаривали, что ваш нюх вас погубит?
- О! Что и говорить, - весело воскликнул Фертран. – Но, кто же не знает, что настоящий журналист любит иногда поиграть в прятки даже со смертью, ради сенсационного материала.
- Можете смело полагать, что в этот раз она вас нашла, - мрачно скаламбурил хозяин, подумав, кстати, что и эта вилла, и все здешние контакты у него были совсем на другую фамилию. Действительно не стоило недооценивать нюх этого человека.
- Я знаю, вы большой шутник, синьор Скарелли. Никогда не забуду, как вы устроили поджёг в игорном доме в Монте-Карло, когда там собрались повеселиться все ваши дружки. Я тогда писал, что это дело рук самой мафии. Но мне не поверили. Не увидели мотива.
- Да, верно, - весело засмеялся хозяин. – Я тогда снял фильм. Помню, потом мы смеялись все три часа пока он шёл!
- Но вот последняя ваша шутка явно не удалась. Я не вижу причин, из-за которых стоило бы сжигать мою машину и тащить меня сюда.
- Вы развеселили меня, мсье Фертран. Я, действительно, люблю шутку. Вы хотите, чтобы я пошутил и над вами? Извольте! Я дам вам сенсацию, о которой можно только мечтать, и с удовольствием посмеюсь, глядя, как вы будете мучиться, не имея возможности никому о ней сообщить.
- Буду вам очень благодарен, синьор, - иронично поклонился журналист, принимаясь, наконец, за кофе.
- Жозефина! – негромко позвал синьор Скарелли.
В ту же секунду дверь открылась и в комнату вошла стройная миловидная девушка высокого роста в ярком оранжевом комбинезоне.
- Я вас слушаю, синьор, - чуть склонив голову набок, мягко сказала она. Открыв в заученно предупредительной улыбке к тому же неплохие зубы.
- Познакомьтесь, мсье – это Жозефина. Можете называть её просто Жози. С этой минуты она будет вашей постоянной спутницей. Я думаю, вам не будет с ней скучно, интеллекта ей не занимать. Но, вы, французы, народ невоздержанный, поэтому предупреждаю заранее: не советую лезть к ней за пазуху. Это может для вас плохо кончиться.
- Вот как? А вы не боитесь, что я просто-напросто сбегу от вашей милой знакомой, вместе с сенсационным материалом?
- От Жозефины?! Я ничуть не сожалею о нашем знакомстве, мсье Фертран. Вы веселите меня сегодня весь вечер…
- Может вы скажите, почему я не смогу сбежать от этой дамы, и мы посмеёмся вместе?
- Не будьте наивны, Фертран. Неужели я приставил бы к вам обыкновенную женщину?
- Что вы хотите этим сказать?
- Думайте, Фертран! Вы всегда славились раскрепощённостью мышления. Смелее, смелее!
Синьор Скарелли в азарте даже привстал в кресле, сместив животом в сторону кофейный столик. Журналист, вначале смущённо, но затем всё более внимательно стал вглядываться в смотревшую прямо на него девушку. Что-то в её лице смущало Фертрана, но он никак не мог уловить, что именно. И тут вдруг, журналист понял – глаза! Они не смотрели! То есть, они, конечно, смотрели, в том смысле, что моргали и, по-видимому, воспринимали информацию, но в них не было того взаимопонимания, того моста, который всегда появляется между людьми, когда они смотрят в глаза друг друга.
- Неужели?! – журналист откинулся назад, ошеломлённый догадкой. – Вы, что же, кибер? – в упор глядя на Жозефину, спросил он, невольно весь напрягаясь, в ожидании ответа.
- Да, мсье, - спокойно и, даже как-то обыденно, ответила девушка.
- Браво! – захлопал в ладоши синьор Скарелли. – Вы действительно умный человек и большой профессионал, мсье журналист.
- И у вас, что же, есть эти самые, как их, рычаги, или там, кнопки управления? – всё ещё боясь розыгрыша, подозрительно спросил Фертран.
- Да, мсье.
- Очень интересно. А могу я узнать, где они находятся?
- Вот здесь, - девушка плавным движением указала себе на грудь.
- Понятно, почему мне не советовали туда заглядывать, - усмехнулся журналист. – Ну, а если я всё же попытаюсь вас … м-м-м, отключить?
- Я убью вас, мсье.
- Я уверен, что вы понравитесь друг другу, - опять засмеялся, довольно потирая руки, синьор Скарелли.
- Но, зачем делать кибера копией человека? – пожал плечами Фертран. – Если только для одной эстетики, то экономически, я уверен, это не оправдано.
- Вы правы, пока эта игрушка ещё очень дорога. Но скоро всё изменится. И тогда появятся сотни, тысячи, миллионы таких машин!
- Не уверен, что всех их купят. Мне лично, робот копия человека, был бы явно не по душе.
- Не говорите глупости, Фертран. Такие киберы нужны не вам, а нам. Вы знаете, что будет в государстве, в котором вдруг оказывается половина фальшивых денег? То же самое будет с государством, в котором вместо людей половина населения окажется вот таких роботов. Мы взорвём изнутри любой неугодный нам режим, перестроим любую систему! И никто, ничего не поймёт! Заводы будут работать, как работали, но вместо людей там будут трудиться наши киберы. Солдаты будут ходить солдатами, полицейские полицейскими, но это будут наши солдаты и наши полицейские.
- Но, что вы станете делать с людьми? С теми людьми, что окажутся за воротами без средств существования? Вряд ли они согласятся на такую замену, если вы, конечно, не собираетесь делиться с ними своими доходами от работы киберов.
- Какое мне дело до всего этого сброда? – презрительно скривил губы синьор Скарелли. – Пусть выкарабкиваются, как хотят!
- Очередная компания по завоеванию мирового господства? – усмехнулся журналист. – Кто посмеет заняться изготовлением этого вашего миллионного заказа человекоподобных роботов? Как только об этом станет известно, ООН запретит эти работы.
- Плевать мне на вашу ООН! – зло взорвался хозяин. – Кто знает, что такие киберы существуют? Люди выстроят нам заводы самого абстрактного назначения. Мы не будем там монтировать никакого подозрительного оборудования. Нам не нужны никакие манипуляторы, корявые роботы-станки и тому подобные достижения прогресса. У нас есть лучшее, что можно придумать – человек-робот. Когда положение станет, действительно, критическим, контрольный пакет акций от «мирового господства», как вы выразились, окажется в наших руках!
- Стоп, стоп, стоп, - точно от наваждения, отмахнулся Фертран. – О чём мы говорим? Чтобы это осуществить, нужны средства и организация крупного государства. Причём замкнутого, изолированного государства. А у вас нет ни первого, ни, особенно, второго. Кто не знает, что мафиози дай только повод и они тут же перережут друг другу глотки. Нет, всё, что вы рассказали, больше похоже на шутку или, извините, на бред шизофреника.
- Да, - снисходительно улыбнулся синьор Скарелли, - из того, что я вам рассказал, правильного вывода не сделать.
- Тогда должен вас огорчить, - развёл руками журналист, - это интересно, но не сенсационно. В наш объевшийся впечатлением век истинной сенсацией можно назвать, разве что-нибудь типа «космической находки».
При этих словах, синьор Скарелли бросил на Фертрана быстрый подозрительный взгляд, но, тут же, отведя глаза в сторону, поспешно сказал:
- К сожалению, у меня нет сейчас больше времени, для общения с вами. Жозефина проводит вас в отведённую вам комнату.
- Значит сенсация, которую вы мне обещали ещё впереди?
- До завтра, мсье Фертран, - задумчиво глядя себе под ноги, ответил хозяин виллы.
- Скажите, Жозефина, - шествуя за девушкой по коридору и всё время стараясь заметить в ней что-нибудь, что отличало бы её от человека, спросил, наконец, журналист, - это не шутка, ну, насчёт того, что вы…, то есть, ты… - Фертарн замялся, подыскивая слова.
- Нет, - спокойно ответила та.
- Не могу в это поверить!
Девушка остановилась и, немного помедлив, обернулась к журналисту.
- Боже! – в ужасе воскликнут Фертран, чувствуя, как волосы у него на голове становятся дыбом.
Перед ним, с насмешливым выражением лица, стояла симпатичная негритянка, с широким носом, чуть вывернутыми чувствительными губами и слегка отливающей синевой кожей.
- Ради бога, больше не надо! – умоляюще проговорил Фертран, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце.
- Хорошо, я приму прежний вид, - ответила Жозефина, без всякого участия, глядя на журналиста.
Она повернулась и плавной походкой направилась дальше. Фертран поплёлся следом. Обретя определённость, журналист, не смотря на испуг, почувствовал себя раскованнее.
- И что же, - вновь, правда не без некоторого колебания, сокращая дистанцию, спросил он, - ты всем, кто тебя спрашивает, признаёшься, что ты кибер?
- Нет, конечно, - Жозефина, не оборачиваясь, пожала плечами.
- Но ведь мне ты сказала сразу.
- Вы мне не опасны, мсье.
Это прозвучало, как приговор врача у постели умирающего больного.
- Как знать! Вдруг я всё записываю?
- Эту штуку, из-за уха, можете выбросить. Она без кассеты и аккумулятора.
«Однако, она с юмором, - перекладывая микроподслушивающее устройство в карман, подумал журналист, - С ней и правда, не соскучишься».
Комната, которую отвели Фертрану, оказалась большой и хорошо обставленной. Правда, прежде, чем Жозефина задёрнула шторы на окнах, Леже успел заметить, что стёкла в них отливают синевой, что говорило об их толщине и пуленепробиваемости. После этого наблюдения, всё вокруг, приобрело для Фертрана серость тюремного каземата. Так и подмывало убедиться в том, что стол, кресла и остальная мебель намертво привинчены к полу. Проверить это не дал стук в дверь.
- Это принесли ужин. Можно войти? – повернулась к нему Жозефина.
Журналист кивнул. Дверь тут же открылась, и вошёл слуга. Фертрана удивило, как тот так быстро узнал о согласии. Повинуясь жесту Жозефины, мужчина поставил поднос на стол и, откланявшись, вышел. Леже показалось забавным, что человек беспрекословно подчиняется жесту робота.
- Жози, а они что же, не знают, что ты кибер?
- Кто они?
- Слуги.
- Это был не человек.
От её слов, Фертрана дёрнуло, как от разряда электрического тока.
- Чёрт побери! – поражённый он уставился на Жозефину. – Ну, а люди-то здесь есть? Может и мистер Скарелли тоже кибер?
- Нет, синьор Скарелли человек.
- Никогда бы не подумал! – съехидничал Леже.
- Вот здесь ванная, - оставив без внимания его реплику, сказала Жозефина. -Пойдёмте, я посмотрю, как вы будете мыться.
- Зачем? – почувствовав какую-то неловкость, остановился журналист.
- Мне приказано всюду вас сопровождать, чтобы ничего не случилось.
- Может ты и в более интимные места будешь со мной ходить?!
- Успокойтесь, - укоризненно сказала Жозефина, - я же кибер.
- Слушай, а почему ко мне приставили именно тебя, а не какого-нибудь из мужчин? Ну хоть того же слугу, что приносил ужин.
- Он несовершенная модель для этого.
- А что, кроме тебя таких моделей больше нет?
- Это относится к вещам, на которые я отвечать не имею права.
- Ах, ах, какая секретность! – покрутил головой журналист. Но, подумав, что кривляться перед роботом, так же глупо, как перед стенкой, направился в ванную.
После ванной Фертран почувствовал себя бодро и даже весело. Он облачился в просторный турецкий халат и феску.
- А что, Жози, - оставшись довольным своим видом, спросил он, - по-моему, я выгляжу неплохо? Как на твой женский взгляд?
- Бесподобно, - как показалось Фертрану, довольно язвительно ответила та. – Прошу к столу.
- Но здесь только один прибор. А как же ты?
- Спасибо. Я сыта.
- Что же, ты со мной даже ничего не выпьешь?
- Я не пью.
- Вот как? Ну, хотя бы машинного масла?
- Вы говорите глупости, мсье.
- Жози, ты напоминаешь мне мою классную даму, - с аппетитом принимаясь за еду, весело сказал Фертран. – Она всегда говорила нам тоже самое. Какой отменный вкус у этого вина! Уж не добавил ли сюда синьор Скарелли какого-нибудь яду?
- Кроме алкалоидов здесь никаких ядов больше нет, но концентрация их незначительна для вашего объёма тела. Отравление мало вероятно, но я прослежу за их количеством.
От такого комментария журналист чуть не подавился.
- Какого чёрта?! Не порть мне аппетит! Лучше скажи, тебе приходилось бывать на людях?
- Что вы имеете в виду?
- Ну, тебя выпускали в город?
- Я бывала во многих городах и даже странах.
- О, ты любишь путешествовать?! А одной тебе приходилось бывать среди людей?
- Много раз.
- И что же, за тобой ни разу не пытались ухаживать мужчины? Скроена ты неплохо.
- Пытались.
- Вот как? А как же ты от них отвязывалась?
- Очень просто. «Объединённый мозг» несравнимо умнее любого среднего человека. Я давала им это понять, и они тут же отставали.
Когда слуга, после ужина, убирал со стола, Фертран, внимательно к нему приглядевшись, заметил в этот раз, некоторую угловатость его движений и, особенно, малую подвижность лица. Оно скорее походило на лицо манекена, чем живого человека.
- Ложитесь, мсье Фертран. Я приготовила вам постель, - проговорила между тем Жозефина.
- Спасибо, - рассеянно поблагодарил журналист, развязывая пояс халата и усаживаясь на постель, но, взглянув на робота, тут же вскочил, пронзённый неприятной догадкой. – Ты, что же, и спать будешь здесь?!
- Да, я буду сидеть вон в том кресле.
- Нет! Этому не бывать. Я желаю немедленно видеть синьора Скарелли!
- Его вы сможете увидеть только завтра утром, - невозмутимо ответила Жозефина.
- Но, я же не смогу уснуть! - жалобно протянул Фертран, опускаясь на постель. – Вдруг у тебя глаза светятся?!
- Я ничем не буду вам мешать.
- Да?! А вдруг этот мафиози приказал тебе придушить меня во сне?
- Кто это мафиози? – спросила кибер, подходя к журналисту. – Не беспокойтесь, я только зажгу светильник над кроватью, - добавила она, насторожившемуся Фертрану.
Жозефина встала одним коленом на кровать и потянулась к светильнику. В этот момент кто-то постучал в дверь. Журналист повернулся на стук и, в ту же секунду, получил в затылок спокойный, точно рассчитанный удар локтя Жозефины. Взгляд Фертрана остекленел, и он, без сознания, повалился на кровать.
Когда журналист и Жозефина вышли, Скарелли ещё некоторое время неподвижно сидел в кресле, глядя им в след. Он был в растерянности. С одной стороны, чувствовалось, что Фертран не догадывается что в действительности должно произойти, но, с другой, появление его возле виллы именно сегодня и, особенно, его последние слова о «космической находке», заставляли насторожиться. Всё же зря он так расхвастался перед журналистом. Особенно не следовало этого делать в неэкранированной комнате. Пожалуй, отпускать Фертрана будет опасно. Да ещё сегодняшний гость, что-то задерживается. Наконец, в комнату вошёл мужчина, тот самый, что обыскивал журналиста.
- Приехал? – вышел из задумчивости синьор Скарелли. – Проводи его в их любимую комнату без окон. Я буду там.
Так томительно ожидаемым гостем, оказался высокий худой мужчина со страдальческим выражением лица и нервными чувствительными руками.
- Не обольщайтесь, Фертран, - снисходительно улыбнулся хозяин виллы, жестом напоминая о кофе. – Всё, что вы разнюхали и опубликовали до сих пор, для нас тоже было не более чем забавно. Здесь вы оказались отнюдь не из-за своих заслуг перед человечеством, а только из-за ошибки кибера.
- Вот как?! А мне показалось, что мой журналистский нюх и в этот раз меня не подвёл.
- Наверное, мсье, - задумчиво покачал головой синьор Скарелли, - друзья вам не раз говаривали, что ваш нюх вас погубит?
- О! Что и говорить, - весело воскликнул Фертран. – Но, кто же не знает, что настоящий журналист любит иногда поиграть в прятки даже со смертью, ради сенсационного материала.
- Можете смело полагать, что в этот раз она вас нашла, - мрачно скаламбурил хозяин, подумав, кстати, что и эта вилла, и все здешние контакты у него были совсем на другую фамилию. Действительно не стоило недооценивать нюх этого человека.
- Я знаю, вы большой шутник, синьор Скарелли. Никогда не забуду, как вы устроили поджёг в игорном доме в Монте-Карло, когда там собрались повеселиться все ваши дружки. Я тогда писал, что это дело рук самой мафии. Но мне не поверили. Не увидели мотива.
- Да, верно, - весело засмеялся хозяин. – Я тогда снял фильм. Помню, потом мы смеялись все три часа пока он шёл!
- Но вот последняя ваша шутка явно не удалась. Я не вижу причин, из-за которых стоило бы сжигать мою машину и тащить меня сюда.
- Вы развеселили меня, мсье Фертран. Я, действительно, люблю шутку. Вы хотите, чтобы я пошутил и над вами? Извольте! Я дам вам сенсацию, о которой можно только мечтать, и с удовольствием посмеюсь, глядя, как вы будете мучиться, не имея возможности никому о ней сообщить.
- Буду вам очень благодарен, синьор, - иронично поклонился журналист, принимаясь, наконец, за кофе.
- Жозефина! – негромко позвал синьор Скарелли.
В ту же секунду дверь открылась и в комнату вошла стройная миловидная девушка высокого роста в ярком оранжевом комбинезоне.
- Я вас слушаю, синьор, - чуть склонив голову набок, мягко сказала она. Открыв в заученно предупредительной улыбке к тому же неплохие зубы.
- Познакомьтесь, мсье – это Жозефина. Можете называть её просто Жози. С этой минуты она будет вашей постоянной спутницей. Я думаю, вам не будет с ней скучно, интеллекта ей не занимать. Но, вы, французы, народ невоздержанный, поэтому предупреждаю заранее: не советую лезть к ней за пазуху. Это может для вас плохо кончиться.
- Вот как? А вы не боитесь, что я просто-напросто сбегу от вашей милой знакомой, вместе с сенсационным материалом?
- От Жозефины?! Я ничуть не сожалею о нашем знакомстве, мсье Фертран. Вы веселите меня сегодня весь вечер…
- Может вы скажите, почему я не смогу сбежать от этой дамы, и мы посмеёмся вместе?
- Не будьте наивны, Фертран. Неужели я приставил бы к вам обыкновенную женщину?
- Что вы хотите этим сказать?
- Думайте, Фертран! Вы всегда славились раскрепощённостью мышления. Смелее, смелее!
Синьор Скарелли в азарте даже привстал в кресле, сместив животом в сторону кофейный столик. Журналист, вначале смущённо, но затем всё более внимательно стал вглядываться в смотревшую прямо на него девушку. Что-то в её лице смущало Фертрана, но он никак не мог уловить, что именно. И тут вдруг, журналист понял – глаза! Они не смотрели! То есть, они, конечно, смотрели, в том смысле, что моргали и, по-видимому, воспринимали информацию, но в них не было того взаимопонимания, того моста, который всегда появляется между людьми, когда они смотрят в глаза друг друга.
- Неужели?! – журналист откинулся назад, ошеломлённый догадкой. – Вы, что же, кибер? – в упор глядя на Жозефину, спросил он, невольно весь напрягаясь, в ожидании ответа.
- Да, мсье, - спокойно и, даже как-то обыденно, ответила девушка.
- Браво! – захлопал в ладоши синьор Скарелли. – Вы действительно умный человек и большой профессионал, мсье журналист.
- И у вас, что же, есть эти самые, как их, рычаги, или там, кнопки управления? – всё ещё боясь розыгрыша, подозрительно спросил Фертран.
- Да, мсье.
- Очень интересно. А могу я узнать, где они находятся?
- Вот здесь, - девушка плавным движением указала себе на грудь.
- Понятно, почему мне не советовали туда заглядывать, - усмехнулся журналист. – Ну, а если я всё же попытаюсь вас … м-м-м, отключить?
- Я убью вас, мсье.
- Я уверен, что вы понравитесь друг другу, - опять засмеялся, довольно потирая руки, синьор Скарелли.
- Но, зачем делать кибера копией человека? – пожал плечами Фертран. – Если только для одной эстетики, то экономически, я уверен, это не оправдано.
- Вы правы, пока эта игрушка ещё очень дорога. Но скоро всё изменится. И тогда появятся сотни, тысячи, миллионы таких машин!
- Не уверен, что всех их купят. Мне лично, робот копия человека, был бы явно не по душе.
- Не говорите глупости, Фертран. Такие киберы нужны не вам, а нам. Вы знаете, что будет в государстве, в котором вдруг оказывается половина фальшивых денег? То же самое будет с государством, в котором вместо людей половина населения окажется вот таких роботов. Мы взорвём изнутри любой неугодный нам режим, перестроим любую систему! И никто, ничего не поймёт! Заводы будут работать, как работали, но вместо людей там будут трудиться наши киберы. Солдаты будут ходить солдатами, полицейские полицейскими, но это будут наши солдаты и наши полицейские.
- Но, что вы станете делать с людьми? С теми людьми, что окажутся за воротами без средств существования? Вряд ли они согласятся на такую замену, если вы, конечно, не собираетесь делиться с ними своими доходами от работы киберов.
- Какое мне дело до всего этого сброда? – презрительно скривил губы синьор Скарелли. – Пусть выкарабкиваются, как хотят!
- Очередная компания по завоеванию мирового господства? – усмехнулся журналист. – Кто посмеет заняться изготовлением этого вашего миллионного заказа человекоподобных роботов? Как только об этом станет известно, ООН запретит эти работы.
- Плевать мне на вашу ООН! – зло взорвался хозяин. – Кто знает, что такие киберы существуют? Люди выстроят нам заводы самого абстрактного назначения. Мы не будем там монтировать никакого подозрительного оборудования. Нам не нужны никакие манипуляторы, корявые роботы-станки и тому подобные достижения прогресса. У нас есть лучшее, что можно придумать – человек-робот. Когда положение станет, действительно, критическим, контрольный пакет акций от «мирового господства», как вы выразились, окажется в наших руках!
- Стоп, стоп, стоп, - точно от наваждения, отмахнулся Фертран. – О чём мы говорим? Чтобы это осуществить, нужны средства и организация крупного государства. Причём замкнутого, изолированного государства. А у вас нет ни первого, ни, особенно, второго. Кто не знает, что мафиози дай только повод и они тут же перережут друг другу глотки. Нет, всё, что вы рассказали, больше похоже на шутку или, извините, на бред шизофреника.
- Да, - снисходительно улыбнулся синьор Скарелли, - из того, что я вам рассказал, правильного вывода не сделать.
- Тогда должен вас огорчить, - развёл руками журналист, - это интересно, но не сенсационно. В наш объевшийся впечатлением век истинной сенсацией можно назвать, разве что-нибудь типа «космической находки».
При этих словах, синьор Скарелли бросил на Фертрана быстрый подозрительный взгляд, но, тут же, отведя глаза в сторону, поспешно сказал:
- К сожалению, у меня нет сейчас больше времени, для общения с вами. Жозефина проводит вас в отведённую вам комнату.
- Значит сенсация, которую вы мне обещали ещё впереди?
- До завтра, мсье Фертран, - задумчиво глядя себе под ноги, ответил хозяин виллы.
- Скажите, Жозефина, - шествуя за девушкой по коридору и всё время стараясь заметить в ней что-нибудь, что отличало бы её от человека, спросил, наконец, журналист, - это не шутка, ну, насчёт того, что вы…, то есть, ты… - Фертарн замялся, подыскивая слова.
- Нет, - спокойно ответила та.
- Не могу в это поверить!
Девушка остановилась и, немного помедлив, обернулась к журналисту.
- Боже! – в ужасе воскликнут Фертран, чувствуя, как волосы у него на голове становятся дыбом.
Перед ним, с насмешливым выражением лица, стояла симпатичная негритянка, с широким носом, чуть вывернутыми чувствительными губами и слегка отливающей синевой кожей.
- Ради бога, больше не надо! – умоляюще проговорил Фертран, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце.
- Хорошо, я приму прежний вид, - ответила Жозефина, без всякого участия, глядя на журналиста.
Она повернулась и плавной походкой направилась дальше. Фертран поплёлся следом. Обретя определённость, журналист, не смотря на испуг, почувствовал себя раскованнее.
- И что же, - вновь, правда не без некоторого колебания, сокращая дистанцию, спросил он, - ты всем, кто тебя спрашивает, признаёшься, что ты кибер?
- Нет, конечно, - Жозефина, не оборачиваясь, пожала плечами.
- Но ведь мне ты сказала сразу.
- Вы мне не опасны, мсье.
Это прозвучало, как приговор врача у постели умирающего больного.
- Как знать! Вдруг я всё записываю?
- Эту штуку, из-за уха, можете выбросить. Она без кассеты и аккумулятора.
«Однако, она с юмором, - перекладывая микроподслушивающее устройство в карман, подумал журналист, - С ней и правда, не соскучишься».
Комната, которую отвели Фертрану, оказалась большой и хорошо обставленной. Правда, прежде, чем Жозефина задёрнула шторы на окнах, Леже успел заметить, что стёкла в них отливают синевой, что говорило об их толщине и пуленепробиваемости. После этого наблюдения, всё вокруг, приобрело для Фертрана серость тюремного каземата. Так и подмывало убедиться в том, что стол, кресла и остальная мебель намертво привинчены к полу. Проверить это не дал стук в дверь.
- Это принесли ужин. Можно войти? – повернулась к нему Жозефина.
Журналист кивнул. Дверь тут же открылась, и вошёл слуга. Фертрана удивило, как тот так быстро узнал о согласии. Повинуясь жесту Жозефины, мужчина поставил поднос на стол и, откланявшись, вышел. Леже показалось забавным, что человек беспрекословно подчиняется жесту робота.
- Жози, а они что же, не знают, что ты кибер?
- Кто они?
- Слуги.
- Это был не человек.
От её слов, Фертрана дёрнуло, как от разряда электрического тока.
- Чёрт побери! – поражённый он уставился на Жозефину. – Ну, а люди-то здесь есть? Может и мистер Скарелли тоже кибер?
- Нет, синьор Скарелли человек.
- Никогда бы не подумал! – съехидничал Леже.
- Вот здесь ванная, - оставив без внимания его реплику, сказала Жозефина. -Пойдёмте, я посмотрю, как вы будете мыться.
- Зачем? – почувствовав какую-то неловкость, остановился журналист.
- Мне приказано всюду вас сопровождать, чтобы ничего не случилось.
- Может ты и в более интимные места будешь со мной ходить?!
- Успокойтесь, - укоризненно сказала Жозефина, - я же кибер.
- Слушай, а почему ко мне приставили именно тебя, а не какого-нибудь из мужчин? Ну хоть того же слугу, что приносил ужин.
- Он несовершенная модель для этого.
- А что, кроме тебя таких моделей больше нет?
- Это относится к вещам, на которые я отвечать не имею права.
- Ах, ах, какая секретность! – покрутил головой журналист. Но, подумав, что кривляться перед роботом, так же глупо, как перед стенкой, направился в ванную.
После ванной Фертран почувствовал себя бодро и даже весело. Он облачился в просторный турецкий халат и феску.
- А что, Жози, - оставшись довольным своим видом, спросил он, - по-моему, я выгляжу неплохо? Как на твой женский взгляд?
- Бесподобно, - как показалось Фертрану, довольно язвительно ответила та. – Прошу к столу.
- Но здесь только один прибор. А как же ты?
- Спасибо. Я сыта.
- Что же, ты со мной даже ничего не выпьешь?
- Я не пью.
- Вот как? Ну, хотя бы машинного масла?
- Вы говорите глупости, мсье.
- Жози, ты напоминаешь мне мою классную даму, - с аппетитом принимаясь за еду, весело сказал Фертран. – Она всегда говорила нам тоже самое. Какой отменный вкус у этого вина! Уж не добавил ли сюда синьор Скарелли какого-нибудь яду?
- Кроме алкалоидов здесь никаких ядов больше нет, но концентрация их незначительна для вашего объёма тела. Отравление мало вероятно, но я прослежу за их количеством.
От такого комментария журналист чуть не подавился.
- Какого чёрта?! Не порть мне аппетит! Лучше скажи, тебе приходилось бывать на людях?
- Что вы имеете в виду?
- Ну, тебя выпускали в город?
- Я бывала во многих городах и даже странах.
- О, ты любишь путешествовать?! А одной тебе приходилось бывать среди людей?
- Много раз.
- И что же, за тобой ни разу не пытались ухаживать мужчины? Скроена ты неплохо.
- Пытались.
- Вот как? А как же ты от них отвязывалась?
- Очень просто. «Объединённый мозг» несравнимо умнее любого среднего человека. Я давала им это понять, и они тут же отставали.
Когда слуга, после ужина, убирал со стола, Фертран, внимательно к нему приглядевшись, заметил в этот раз, некоторую угловатость его движений и, особенно, малую подвижность лица. Оно скорее походило на лицо манекена, чем живого человека.
- Ложитесь, мсье Фертран. Я приготовила вам постель, - проговорила между тем Жозефина.
- Спасибо, - рассеянно поблагодарил журналист, развязывая пояс халата и усаживаясь на постель, но, взглянув на робота, тут же вскочил, пронзённый неприятной догадкой. – Ты, что же, и спать будешь здесь?!
- Да, я буду сидеть вон в том кресле.
- Нет! Этому не бывать. Я желаю немедленно видеть синьора Скарелли!
- Его вы сможете увидеть только завтра утром, - невозмутимо ответила Жозефина.
- Но, я же не смогу уснуть! - жалобно протянул Фертран, опускаясь на постель. – Вдруг у тебя глаза светятся?!
- Я ничем не буду вам мешать.
- Да?! А вдруг этот мафиози приказал тебе придушить меня во сне?
- Кто это мафиози? – спросила кибер, подходя к журналисту. – Не беспокойтесь, я только зажгу светильник над кроватью, - добавила она, насторожившемуся Фертрану.
Жозефина встала одним коленом на кровать и потянулась к светильнику. В этот момент кто-то постучал в дверь. Журналист повернулся на стук и, в ту же секунду, получил в затылок спокойный, точно рассчитанный удар локтя Жозефины. Взгляд Фертрана остекленел, и он, без сознания, повалился на кровать.
Когда журналист и Жозефина вышли, Скарелли ещё некоторое время неподвижно сидел в кресле, глядя им в след. Он был в растерянности. С одной стороны, чувствовалось, что Фертран не догадывается что в действительности должно произойти, но, с другой, появление его возле виллы именно сегодня и, особенно, его последние слова о «космической находке», заставляли насторожиться. Всё же зря он так расхвастался перед журналистом. Особенно не следовало этого делать в неэкранированной комнате. Пожалуй, отпускать Фертрана будет опасно. Да ещё сегодняшний гость, что-то задерживается. Наконец, в комнату вошёл мужчина, тот самый, что обыскивал журналиста.
- Приехал? – вышел из задумчивости синьор Скарелли. – Проводи его в их любимую комнату без окон. Я буду там.
Так томительно ожидаемым гостем, оказался высокий худой мужчина со страдальческим выражением лица и нервными чувствительными руками.
