Но когда воин распахнул дверь и придерживал её для несущей поднос девушки, он совершенно спокойно смотрел на сидящего на полу и не выразил никаких эмоций вообще! Ни вопросов, откуда в спальне царицы полуголый мужик, ни второй чашки на подносе, который принесла Афири! Они его просто не видели! Обалдеть! Но и сдаваться я не собиралась.
В кабинете горели три небольших масляных лампы, я села, отхлебнула из чашки местный травяной сбор и начала вчитываться в бумаги. Раз я не могу его выгнать, то могу не обращать внимания.
Не сразу, но я преодолела ощущение помехи от чужого присутствия. Доклад Тени меня совсем не радовал. Прислали его из достаточно далёкой провинции. Плохо даже не то, что наместник там берегов не видел. Плохо то, что Тень не брался рекомендовать кого-либо из служащих! Это значило, что там прогнил весь аппарат правления. Нужно собирать и отправлять проверку. Нужно искать человека-управленца на свободное место! А где я его возьму-то?! Их катастрофически не хватает! Потому и приходится пока закрывать глаза на мелкие прегрешения чиновников. Нет, конечно, по сравнению с тем, что было раньше, стало значительно чище… Но останавливаться нельзя ни в коем случае!
Я нервно отложила свиток папируса с докладом и задумалась. Может быть, неправилен сам подход к проверкам? Всё, что написал Тень, произошло уже более трёх месяцев назад. Но мыслей о том, как наладить более скоростную почту, у меня не было…
Разумеется, из школьных уроков я помнила всякие там световые сигналы и голубиную почту… Только вот что это даст? Даже тонкой бумаги нет для того, чтобы нагрузить голубя. Да и писать мелко и убористо просто нечем. Ну, про перья я помнила, но – на чём?! Какой-то безвыходный круг…
Нельзя сказать, что я совсем забыла о своём ночном госте.
Иногда, вечерами – вспоминала. Было в нём что-то несвойственное обычным людям, а загадки всегда манят. Кроме того, я поняла странную вещь – он был мне интересен как мужчина.
Только следует учитывать то, что уже прошло три с лишним, почти четыре года с момента моего появления здесь.
Начиная вспоминать прошлую жизнь, я понимала, как же сильно я изменилась! Из вечно добивающейся любви и внимания сорокалетней, неуверенной в себе девочки, кормушки для психологов и энергетических вампиров, я превратилась в молодую женщину, чьё слово несло и жизнь, и смерть. Это не могло не сказаться на моём характере и самоуважении.
У меня есть семья, и неважно, что, по сути, я несу роль «матери» этого «семейства». Даже не знаю, в силу ли черт характера или же в силу того, что мой социальный статус в этом мире столь высок. Думаю, что тут наложилось одно на другое.
Раньше мне казалось, что идеальный кандидат на роль отца моего ребёнка – Хасем. Он порядочен и не станет рвать власть на себя, он понимает, как важен разумный подход к управлению страной. И в то же время он – мужчина и воин. Он не боится смерти и ответственности.
Проблема была только в одном – во мне.
Я не могла воспринимать Хасема как своего мужчину. Не могла представить себя с ним в постели. А вот этот нахальный незнакомец пробудил во мне что-то изначально женское — желание прислониться к сильному, быть может? Его силу я чувствовала. Не самцовость и не мачизм, именно – внутреннюю силу. И она меня притягивала.
После бесчисленных походов к психологам в том мире, привычка копаться в собственной душе, стараться понимать свои желания и, главное, не врать самой себе держалась за меня мёртвой хваткой.
Поэтому – да, по вечерам я вспоминала его…
Но, если честно, особо времени на раздумья у меня и не было. Дни мои были полны работой. Интересной, завораживающей масштабами и возможностями.
Из первого выпуска Теней, ещё толком необученных и с несколько смутным пониманием, чего, собственно, от них ждут, выделилось несколько отличных специалистов. Их доклады, которые я по-прежнему всегда просматривала лично, были максимально толковыми. Их предложения по решению проблем и подбору кадров – всегда удачными. Они были достаточно молоды, их зарплата росла так, что к выходу «на пенсию» они станут не просто обеспеченными, а очень богатыми людьми.
Сложно назвать это удачей, но… Один из самых-самых, тот, что носил имя Хремет /речной бог/, остался инвалидом. Не совсем калекой, нет, но неудачное падение с коня сделало его хромым. Вот его-то я и поставила заведовать процессом обучения.
Карьера вечного странника наложила свой отпечаток на человека. При том, что ему были выплачены огромные деньги и предложено любое место для жизни, на выбор, садиться в поместье и заводить семью он решительно не хотел! И я его прекрасно понимала. После нескольких лет путешествий и наблюдений завести собственное село и следить за пахотой земли – скучно. Зато в школе Теней он сразу стал вводить что-то вроде тестовых задач, предлагая ученикам решить их. По итогам, лично отсеял почти пятую часть.
— Хремет, у нас и так не хватает людей для всех земель! Может быть, ты погорячился?
Внешность его была такой обычной, что глазу не за что зацепиться – мужчина, около тридцати, не нищий, но и не богач. Бритая голова и не слишком новая льняная юбка. Неопределённого цвета глаза и скромный медный ускх с единственной вставкой – маленьким бирюзовым скарабеем.
— Царица, да продлят светлые боги твои годы, из этих молодых людей выйдут прекрасные чиновники. Они честны и служить будут верно. Но ни один из них не лёг в лужу, когда понадобилось…
— В каком смысле – в лужу?!
— В прямом, царица. Утром им были выданы новые одежды – подарок от царицы за хорошую учёбу. Дорогие одежды с искусной вышивкой. А потом каждый из них, выполняя задание, провалил его… Единственный выход был – зарыться в грязь. Те, кто зарылись – остались. Остальных ты можешь устроить в другие места. В школе Теней им делать нечего.
Помолчала, несколько растерянно… Безусловно, в чём-то Хремет прав…
— Скажи, Хремет… Почему твои рекомендации по смене чиновника часто были неожиданны, но всегда – верны? Как ты определял мелкого чиновника, который будет разумно управлять и, даже если и будет нарушать законы, то – не через край. Ты выбирал самых добрых или самых умных?
— Нет, прекрасная госпожа, скорее – несколько трусливых, но не слишком жадных. Я смотрел, как они относятся к нищим и к своей семье. Даже если претендент хитёр и немного украдет, то, по крайней мере, он будет следить, чтобы люди не голодали и не доходили до края. Он будет всегда помнить, что случилось с предшественником.
Слышать это было не слишком приятно. Хотелось, безусловно хотелось услышать, что к власти вставали самые умные, честные и порядочные. И в то же время, я понимала, что такое бывает только в сказках. Все люди неидеальны. Значит, нужно использовать то, что есть. И отблагодарить за науку.
— Я благодарна тебе за мудрость, Хремет. Скажи, какую награду ты хочешь себе?
— Ты щедро одарила меня всем, чем можно, царица. У меня богатое поместье и полные кладовые…
— Хремет, это не значит, что ты не можешь попросить что-то ещё. То, что я тебе дала – благодарность за службу. То, что я тебе предлагаю – благодарность за науку. Всегда можно положить в кладовую ещё золота или украшений, найти молодую и красивую невесту… Проси!
Я заметила, что он мнётся. Даже представить не могу, чего он опасается попросить? Закралась неприятная мысль, что он может быть поклонником запрещённых богов. Вдруг попросит восстановить храм?! Пожалуй, я погорячилась с таким широким предложением…
— Говори, не бойся. Даже если я не сочту возможным выполнить, я не стану гневаться.
Неожиданно отбросив трость, на которую он опирался при ходьбе, Хремет встал с низенькой табуретки и упал ниц.
— Царица, я всегда мечтал увидеть чудо! Не гневись, царица…
Я даже не сразу поняла, что именно он имеет в виду!
— Чудо?! Какое именно чудо ты хочешь увидеть, Хремет?! Встань, ни к чему достойному человеку так раболепствовать…
— Золотой щит Великого Ра, светлая госпожа… Говорят, он может изрыгать огонь и переносить на огромные расстояния! Говорят, царица, что с его помощью ты можешь летать!
— И что же ты хочешь увидеть, Хремет?
— Полёт, царица! Больше всего я хочу увидеть полёт!
Я не стала отказывать верному человеку… Вечером я отнесла его в несколько известных мне точек страны, ночью Хремет увидел божественный огонь диска…
А через две недели заработала небольшая тайная мастерская по производству дельтапланов. Хремет клялся всеми богами вообще и Великим Ра в частности, что не бросит школу Теней, но если царица только позволит… Если он сможет летать сам, без палки, ни от кого не завися!
— Царица, я всегда был предан тебе, но если меня научат летать…
Бедолага просто не нашёл нужных слов. Честно говоря, я была рада такой просьбе. Нет, мне было бы не жалко, если бы он попросил золота или земель, но человек, который желает чуда – это почти подарок небес в прагматичном мире.
Кроме того, решено было ставить государственные дома-почты и наладить сообщение с помощью дельтапланов между частями царства. И именно на Хремета я и взвалила этот проект.
— Сам будешь подбирать людей и учить. Я научу тебя, а остальных – ты. И не думай, что школу Теней можно будет забросить!
— Царица, и я сам смогу летать?! Без тебя?!
— Конечно. Но учти, платить придётся своим временем. А что ты хотел, Хремет? Чудеса нынче стоят очень дорого! — я засмеялась над его ошарашенным видом.
Большим счастьем было наблюдать его улыбку!
Всё же моё отношение не только к моей местной семье, но и ко всем жителям Египта – однозначно – материнское…
Сны мои в последнее время становились разнообразны, но утомительны.
Один из них явил мне разгневанную золотую богиню, которая, нахмурив брови, что-то долго объясняла мне. И запрещала поддерживать отношения с Анубисом потому, что это может повлиять на Великий Исход. Именно так, с большой буквы. Разумеется, объяснить мне, что это за исход и какое я к нему имею отношение, она не удосужилась.
Что-то похожее мне уже снилось, какое-то огромное стеклянное здание среди звёзд, ни то дворец, ни то гигантский замок. С непривычной архитектурой и соединёнными внутри пространствами разных миров…
Послушать, как я рассказываю свой сон сама себе – точно рехнуться можно! Откуда я взяла эти соединенные миры – а вот фиг знает! Чего только не приснится. Но, как говорил дедушка Фрейд в одном из анекдотов: «Иногда сон – это просто сон». Кроме того, тот, первый, я вспоминаю уже с большим трудом. Скорее уж, помню только отдельные клочья, а не суть. Так что и этот забудется со временем. Думаю, если бы не имя Анубиса – я бы и вообще его не запомнила – мало ли, какая чушь может присниться.
Дважды снился сам Анубис. Но это были именно сны, хоть и волнующие, но безопасные.
Приходил лично он только один раз. И я, как в его последнее посещение, не стала разгадывать загадки и допытываться, что ему нужно и чего он хочет. Моё какое дело?! Я не могу его выгнать, зато могу игнорировать! Угрозы от него я по-прежнему не чувствовала и присутствие, если и смущало, то, надеюсь, он этого не заметил. Раздражало только то, что Баська встретила его, как старого знакомого.
Снился и ещё один сон и не менее странный. Что к Баське в окно пробрался довольно большой пушистый кот необычной окраски. Не полосатый и не однотонный, а в каких-то мелких пестринках, более всего окрасом похожий на цесарку. И, честно говоря, мне кажется, что и не сон это был…
Во всяком случае, красавец так орал ночью, что я швырнула в него подушку. И эту подушку утром на моих глазах подняла у окна Амина… Что это за зверюга навещал мою девочку? Если что, она же не разродится! Он в два раза крупнее, чем Бася! На всякий случай, я приказала запирать её на ночь в одной из комнат. От греха, как говорится… Заодно, может быть, и похудеет слегка.
Но чаще всего мне снился сон о полёте. Не на дельтаплане. Я летала сама, без всяких технических деталей, кувыркалась в небе, испытывая неимоверный восторг от свободы и движения… От горьковатого запаха полыни и звёзд, от звёзд, что не кололи глаза, а ласково подмигивали…
И вот этих снов было жальче всего. Пожалуй, я несколько устала и от бесконечных дел и людей, и от постоянно возникающей нехватки кадров и сотен мелких занозистых нестыковок. То вдруг выяснилось, что металлические формы для денег изнашиваются гораздо быстрее, чем предполагалось раньше. И значит – надо снова искать железо. То сами Тени выловили одного из своих, который брал взятки. И, соответственно, через него пошла утечка информации и теперь институт Теней не являлся больше государственной тайной.
Пришлось совещаться с Хреметом и вывозить и учеников, и учителей в отдалённое от столицы место, а потом, через месяц, оттуда – уже в постоянное место проживания. Конечно, здесь нет фотоаппаратов, но всё равно, чем дольше лица Теней будут неизвестны, тем больше пользы принесёт каждый из них.
В некоторых городах были волнения среди писцов. Старых просто отправили по домам, работа писца всегда была денежной. Но сейчас, когда существовало два письменных языка и один из них совершенно явно вытеснял второй, те, кто знал иероглифы, стали опасаться за свои места. Пришлось в хорошем темпе организовывать из наиболее успешных учеников нечто вроде курсов. И, ясное дело, не все были довольны.
В чём-то я их даже понимаю. Это как профессору сказать, что учили его неверно и теперь, в сорок лет, он должен всё забыть и садиться учиться по-новому. А класс писцов в стране – это привилегированный класс. Конечно, всё это было ожидаемо, но всё равно не могло не нервировать.
И я пошла к Имхотепу. Разговор был долгий, но, когда он сказал:
— Ты просто устала, царица, и тебе нужен отдых…
Я вдруг поняла – да! Ёжечки-божечки, я действительно устала! Я хочу отпуск! Нормальный отпуск, где меня никто не будет дёргать!
На сборы ушло почти две недели.
На моей ладье, той самой, что была взята из подземелья, переоборудовали каюту. Запаслись продуктами, водой и вином. Сопровождать меня будут солдаты охраны с Сефу и ещё одна ладья с воинами Хасема. Ну и разумеется – каждый из них лично.
Я даже не интересовалась, куда именно мы поплывём. Мне, в целом, было без разницы. Просто я с тоской вспоминала то время, которое я провела в поместье Акила. Как там было спокойно и хорошо. Ничего не нужно было решать, ни за кем не нужно следить… Красота!
Наместником я оставила Имхотепа. Он отпустил меня без особой радости, но и без обид. Школа лекарей, его ненаглядное детище, забирала у него львиную долю времени. Так что его главное задачей было решать только то, что совсем не терпит отлагательства. А всё остальное спихнуть на своего помощника.
И, наконец, в день, когда мы должны были отплывать, пришёл бледный Сефу и кинулся на колени…
— Царица, молю тебя о великой милости!
— Сефу, встань! Что случилось?!
— Царица, прости, но я не могу отправиться сегодня с тобой. Молю тебя не гневаться, а отложить путешествие.
Я несколько растерялась. Во-первых, давным-давно никто из близкого мне окружения не падал передо мной ниц. Эту фигню оставили для купцов и иноземных послов, чисто для поддержания декора.
В кабинете горели три небольших масляных лампы, я села, отхлебнула из чашки местный травяной сбор и начала вчитываться в бумаги. Раз я не могу его выгнать, то могу не обращать внимания.
Не сразу, но я преодолела ощущение помехи от чужого присутствия. Доклад Тени меня совсем не радовал. Прислали его из достаточно далёкой провинции. Плохо даже не то, что наместник там берегов не видел. Плохо то, что Тень не брался рекомендовать кого-либо из служащих! Это значило, что там прогнил весь аппарат правления. Нужно собирать и отправлять проверку. Нужно искать человека-управленца на свободное место! А где я его возьму-то?! Их катастрофически не хватает! Потому и приходится пока закрывать глаза на мелкие прегрешения чиновников. Нет, конечно, по сравнению с тем, что было раньше, стало значительно чище… Но останавливаться нельзя ни в коем случае!
Я нервно отложила свиток папируса с докладом и задумалась. Может быть, неправилен сам подход к проверкам? Всё, что написал Тень, произошло уже более трёх месяцев назад. Но мыслей о том, как наладить более скоростную почту, у меня не было…
Разумеется, из школьных уроков я помнила всякие там световые сигналы и голубиную почту… Только вот что это даст? Даже тонкой бумаги нет для того, чтобы нагрузить голубя. Да и писать мелко и убористо просто нечем. Ну, про перья я помнила, но – на чём?! Какой-то безвыходный круг…
Глава 49
Нельзя сказать, что я совсем забыла о своём ночном госте.
Иногда, вечерами – вспоминала. Было в нём что-то несвойственное обычным людям, а загадки всегда манят. Кроме того, я поняла странную вещь – он был мне интересен как мужчина.
Только следует учитывать то, что уже прошло три с лишним, почти четыре года с момента моего появления здесь.
Начиная вспоминать прошлую жизнь, я понимала, как же сильно я изменилась! Из вечно добивающейся любви и внимания сорокалетней, неуверенной в себе девочки, кормушки для психологов и энергетических вампиров, я превратилась в молодую женщину, чьё слово несло и жизнь, и смерть. Это не могло не сказаться на моём характере и самоуважении.
У меня есть семья, и неважно, что, по сути, я несу роль «матери» этого «семейства». Даже не знаю, в силу ли черт характера или же в силу того, что мой социальный статус в этом мире столь высок. Думаю, что тут наложилось одно на другое.
Раньше мне казалось, что идеальный кандидат на роль отца моего ребёнка – Хасем. Он порядочен и не станет рвать власть на себя, он понимает, как важен разумный подход к управлению страной. И в то же время он – мужчина и воин. Он не боится смерти и ответственности.
Проблема была только в одном – во мне.
Я не могла воспринимать Хасема как своего мужчину. Не могла представить себя с ним в постели. А вот этот нахальный незнакомец пробудил во мне что-то изначально женское — желание прислониться к сильному, быть может? Его силу я чувствовала. Не самцовость и не мачизм, именно – внутреннюю силу. И она меня притягивала.
После бесчисленных походов к психологам в том мире, привычка копаться в собственной душе, стараться понимать свои желания и, главное, не врать самой себе держалась за меня мёртвой хваткой.
Поэтому – да, по вечерам я вспоминала его…
Но, если честно, особо времени на раздумья у меня и не было. Дни мои были полны работой. Интересной, завораживающей масштабами и возможностями.
Из первого выпуска Теней, ещё толком необученных и с несколько смутным пониманием, чего, собственно, от них ждут, выделилось несколько отличных специалистов. Их доклады, которые я по-прежнему всегда просматривала лично, были максимально толковыми. Их предложения по решению проблем и подбору кадров – всегда удачными. Они были достаточно молоды, их зарплата росла так, что к выходу «на пенсию» они станут не просто обеспеченными, а очень богатыми людьми.
Сложно назвать это удачей, но… Один из самых-самых, тот, что носил имя Хремет /речной бог/, остался инвалидом. Не совсем калекой, нет, но неудачное падение с коня сделало его хромым. Вот его-то я и поставила заведовать процессом обучения.
Карьера вечного странника наложила свой отпечаток на человека. При том, что ему были выплачены огромные деньги и предложено любое место для жизни, на выбор, садиться в поместье и заводить семью он решительно не хотел! И я его прекрасно понимала. После нескольких лет путешествий и наблюдений завести собственное село и следить за пахотой земли – скучно. Зато в школе Теней он сразу стал вводить что-то вроде тестовых задач, предлагая ученикам решить их. По итогам, лично отсеял почти пятую часть.
— Хремет, у нас и так не хватает людей для всех земель! Может быть, ты погорячился?
Внешность его была такой обычной, что глазу не за что зацепиться – мужчина, около тридцати, не нищий, но и не богач. Бритая голова и не слишком новая льняная юбка. Неопределённого цвета глаза и скромный медный ускх с единственной вставкой – маленьким бирюзовым скарабеем.
— Царица, да продлят светлые боги твои годы, из этих молодых людей выйдут прекрасные чиновники. Они честны и служить будут верно. Но ни один из них не лёг в лужу, когда понадобилось…
— В каком смысле – в лужу?!
— В прямом, царица. Утром им были выданы новые одежды – подарок от царицы за хорошую учёбу. Дорогие одежды с искусной вышивкой. А потом каждый из них, выполняя задание, провалил его… Единственный выход был – зарыться в грязь. Те, кто зарылись – остались. Остальных ты можешь устроить в другие места. В школе Теней им делать нечего.
Помолчала, несколько растерянно… Безусловно, в чём-то Хремет прав…
— Скажи, Хремет… Почему твои рекомендации по смене чиновника часто были неожиданны, но всегда – верны? Как ты определял мелкого чиновника, который будет разумно управлять и, даже если и будет нарушать законы, то – не через край. Ты выбирал самых добрых или самых умных?
— Нет, прекрасная госпожа, скорее – несколько трусливых, но не слишком жадных. Я смотрел, как они относятся к нищим и к своей семье. Даже если претендент хитёр и немного украдет, то, по крайней мере, он будет следить, чтобы люди не голодали и не доходили до края. Он будет всегда помнить, что случилось с предшественником.
Слышать это было не слишком приятно. Хотелось, безусловно хотелось услышать, что к власти вставали самые умные, честные и порядочные. И в то же время, я понимала, что такое бывает только в сказках. Все люди неидеальны. Значит, нужно использовать то, что есть. И отблагодарить за науку.
— Я благодарна тебе за мудрость, Хремет. Скажи, какую награду ты хочешь себе?
— Ты щедро одарила меня всем, чем можно, царица. У меня богатое поместье и полные кладовые…
— Хремет, это не значит, что ты не можешь попросить что-то ещё. То, что я тебе дала – благодарность за службу. То, что я тебе предлагаю – благодарность за науку. Всегда можно положить в кладовую ещё золота или украшений, найти молодую и красивую невесту… Проси!
Я заметила, что он мнётся. Даже представить не могу, чего он опасается попросить? Закралась неприятная мысль, что он может быть поклонником запрещённых богов. Вдруг попросит восстановить храм?! Пожалуй, я погорячилась с таким широким предложением…
— Говори, не бойся. Даже если я не сочту возможным выполнить, я не стану гневаться.
Неожиданно отбросив трость, на которую он опирался при ходьбе, Хремет встал с низенькой табуретки и упал ниц.
— Царица, я всегда мечтал увидеть чудо! Не гневись, царица…
Я даже не сразу поняла, что именно он имеет в виду!
— Чудо?! Какое именно чудо ты хочешь увидеть, Хремет?! Встань, ни к чему достойному человеку так раболепствовать…
— Золотой щит Великого Ра, светлая госпожа… Говорят, он может изрыгать огонь и переносить на огромные расстояния! Говорят, царица, что с его помощью ты можешь летать!
— И что же ты хочешь увидеть, Хремет?
— Полёт, царица! Больше всего я хочу увидеть полёт!
Я не стала отказывать верному человеку… Вечером я отнесла его в несколько известных мне точек страны, ночью Хремет увидел божественный огонь диска…
А через две недели заработала небольшая тайная мастерская по производству дельтапланов. Хремет клялся всеми богами вообще и Великим Ра в частности, что не бросит школу Теней, но если царица только позволит… Если он сможет летать сам, без палки, ни от кого не завися!
— Царица, я всегда был предан тебе, но если меня научат летать…
Бедолага просто не нашёл нужных слов. Честно говоря, я была рада такой просьбе. Нет, мне было бы не жалко, если бы он попросил золота или земель, но человек, который желает чуда – это почти подарок небес в прагматичном мире.
Кроме того, решено было ставить государственные дома-почты и наладить сообщение с помощью дельтапланов между частями царства. И именно на Хремета я и взвалила этот проект.
— Сам будешь подбирать людей и учить. Я научу тебя, а остальных – ты. И не думай, что школу Теней можно будет забросить!
— Царица, и я сам смогу летать?! Без тебя?!
— Конечно. Но учти, платить придётся своим временем. А что ты хотел, Хремет? Чудеса нынче стоят очень дорого! — я засмеялась над его ошарашенным видом.
Большим счастьем было наблюдать его улыбку!
Всё же моё отношение не только к моей местной семье, но и ко всем жителям Египта – однозначно – материнское…
Глава 50
Сны мои в последнее время становились разнообразны, но утомительны.
Один из них явил мне разгневанную золотую богиню, которая, нахмурив брови, что-то долго объясняла мне. И запрещала поддерживать отношения с Анубисом потому, что это может повлиять на Великий Исход. Именно так, с большой буквы. Разумеется, объяснить мне, что это за исход и какое я к нему имею отношение, она не удосужилась.
Что-то похожее мне уже снилось, какое-то огромное стеклянное здание среди звёзд, ни то дворец, ни то гигантский замок. С непривычной архитектурой и соединёнными внутри пространствами разных миров…
Послушать, как я рассказываю свой сон сама себе – точно рехнуться можно! Откуда я взяла эти соединенные миры – а вот фиг знает! Чего только не приснится. Но, как говорил дедушка Фрейд в одном из анекдотов: «Иногда сон – это просто сон». Кроме того, тот, первый, я вспоминаю уже с большим трудом. Скорее уж, помню только отдельные клочья, а не суть. Так что и этот забудется со временем. Думаю, если бы не имя Анубиса – я бы и вообще его не запомнила – мало ли, какая чушь может присниться.
Дважды снился сам Анубис. Но это были именно сны, хоть и волнующие, но безопасные.
Приходил лично он только один раз. И я, как в его последнее посещение, не стала разгадывать загадки и допытываться, что ему нужно и чего он хочет. Моё какое дело?! Я не могу его выгнать, зато могу игнорировать! Угрозы от него я по-прежнему не чувствовала и присутствие, если и смущало, то, надеюсь, он этого не заметил. Раздражало только то, что Баська встретила его, как старого знакомого.
Снился и ещё один сон и не менее странный. Что к Баське в окно пробрался довольно большой пушистый кот необычной окраски. Не полосатый и не однотонный, а в каких-то мелких пестринках, более всего окрасом похожий на цесарку. И, честно говоря, мне кажется, что и не сон это был…
Во всяком случае, красавец так орал ночью, что я швырнула в него подушку. И эту подушку утром на моих глазах подняла у окна Амина… Что это за зверюга навещал мою девочку? Если что, она же не разродится! Он в два раза крупнее, чем Бася! На всякий случай, я приказала запирать её на ночь в одной из комнат. От греха, как говорится… Заодно, может быть, и похудеет слегка.
Но чаще всего мне снился сон о полёте. Не на дельтаплане. Я летала сама, без всяких технических деталей, кувыркалась в небе, испытывая неимоверный восторг от свободы и движения… От горьковатого запаха полыни и звёзд, от звёзд, что не кололи глаза, а ласково подмигивали…
И вот этих снов было жальче всего. Пожалуй, я несколько устала и от бесконечных дел и людей, и от постоянно возникающей нехватки кадров и сотен мелких занозистых нестыковок. То вдруг выяснилось, что металлические формы для денег изнашиваются гораздо быстрее, чем предполагалось раньше. И значит – надо снова искать железо. То сами Тени выловили одного из своих, который брал взятки. И, соответственно, через него пошла утечка информации и теперь институт Теней не являлся больше государственной тайной.
Пришлось совещаться с Хреметом и вывозить и учеников, и учителей в отдалённое от столицы место, а потом, через месяц, оттуда – уже в постоянное место проживания. Конечно, здесь нет фотоаппаратов, но всё равно, чем дольше лица Теней будут неизвестны, тем больше пользы принесёт каждый из них.
В некоторых городах были волнения среди писцов. Старых просто отправили по домам, работа писца всегда была денежной. Но сейчас, когда существовало два письменных языка и один из них совершенно явно вытеснял второй, те, кто знал иероглифы, стали опасаться за свои места. Пришлось в хорошем темпе организовывать из наиболее успешных учеников нечто вроде курсов. И, ясное дело, не все были довольны.
В чём-то я их даже понимаю. Это как профессору сказать, что учили его неверно и теперь, в сорок лет, он должен всё забыть и садиться учиться по-новому. А класс писцов в стране – это привилегированный класс. Конечно, всё это было ожидаемо, но всё равно не могло не нервировать.
И я пошла к Имхотепу. Разговор был долгий, но, когда он сказал:
— Ты просто устала, царица, и тебе нужен отдых…
Я вдруг поняла – да! Ёжечки-божечки, я действительно устала! Я хочу отпуск! Нормальный отпуск, где меня никто не будет дёргать!
На сборы ушло почти две недели.
На моей ладье, той самой, что была взята из подземелья, переоборудовали каюту. Запаслись продуктами, водой и вином. Сопровождать меня будут солдаты охраны с Сефу и ещё одна ладья с воинами Хасема. Ну и разумеется – каждый из них лично.
Я даже не интересовалась, куда именно мы поплывём. Мне, в целом, было без разницы. Просто я с тоской вспоминала то время, которое я провела в поместье Акила. Как там было спокойно и хорошо. Ничего не нужно было решать, ни за кем не нужно следить… Красота!
Наместником я оставила Имхотепа. Он отпустил меня без особой радости, но и без обид. Школа лекарей, его ненаглядное детище, забирала у него львиную долю времени. Так что его главное задачей было решать только то, что совсем не терпит отлагательства. А всё остальное спихнуть на своего помощника.
И, наконец, в день, когда мы должны были отплывать, пришёл бледный Сефу и кинулся на колени…
— Царица, молю тебя о великой милости!
— Сефу, встань! Что случилось?!
— Царица, прости, но я не могу отправиться сегодня с тобой. Молю тебя не гневаться, а отложить путешествие.
Я несколько растерялась. Во-первых, давным-давно никто из близкого мне окружения не падал передо мной ниц. Эту фигню оставили для купцов и иноземных послов, чисто для поддержания декора.
