-- Как справиться с последствиями магического шторма.
Рядом стояло не менее десяти вопросительных знаков, значит, он не был уверен…
Избранный оттолкнул меня, жестом показав нам с «Бородой», чтобы отодвинулись как можно дальше, что мы немедленно и сделали. Кто знает, какие могут быть последствия от применения незнакомого заклинания. Сан подошёл к Расу вплотную и, взяв его ладонь, положил себе на лоб. Было видно, что каждое движение давалось ему с большим трудом, словно он переплывал бурную реку против течения.
Бледный от рождения, младший Избранный какого-там Дома стал белее снега в горах, но, откашлявшись, громко прочитал заклинание, ни разу при этом не сбившись. В то же мгновение Сан без сознания свалился ему на руки, и Рас осторожно положил мальчишку на диван, крикнув мне срывающимся на хрип голосом:
-- Тащи воду, рогатое чучело! Ну же, Крэг, поспеши, друг…
Я, трясясь как в жестокой лихорадке, наливал воду в кружку и, пролив половину, протянул её неожиданно покрывшемуся багровыми пятнами Избранному. Да, мы психовали и не стеснялись этого, Командир же сидел на стуле и жадно ловил ртом воздух, держась за сердце…
Рас приподнял магу голову, попытавшись напоить его водой, но почти вся жидкость вытекла назад. Впрочем, кое-что всё-таки попало, но не туда, куда надо. Сан закашлялся и, распахнув круглые серые глазищи, просипел:
-- Утопить меня решил, Избранный, -- и засмеялся, не переставая откашливаться.
Рас уронил кружку на пол, сжав мальчишку в объятьях:
-- Топить не буду, а вот придушу обязательно…
Сан положил взъерошенную голову другу на грудь и теребил его чёрную косу, подозрительно вздрагивая плечами, а Рас, до этого никому не позволявший прикасаться к волосам, словно не замечал грубого нарушения собственного же запрета и радостно улыбался.
Я прижал обоих, а через мгновение к нашим объятьям присоединился и счастливый Командир, пытавшийся протиснуться к юному магу, чтобы его расцеловать. Но мы с Расом не допускали «Бороду» к младшенькому, это была только наша добыча…
Что ж, подобных трогательных моментов у меня никогда раньше не было, и я запомнил этот день, на всю жизнь породнивший нас четверых. Потом мы ещё долго тискали отбивающуюся и смеющуюся «жертву», расспрашивая о странном поведении и необычном способе общения с нами.
Помрачнев, Сан вздохнул:
-- Простите, что заставил всех поволноваться, но я не мог вести себя по-другому: поразившая меня магия не позволяла говорить напрямую. Я был словно в оковах, даже дышал с трудом… Пришлось выкручиваться, как мог. Но вы такие молодцы, справились -- горжусь вами, ребята…
Все были счастливы, а Командир, довольно задрав нос, повторил:
-- Я же говорил, мы -- отряд, одна семья и своих не бросаем, -- на что Избранный хитро ухмыльнулся:
-- Точно, даже если кое-кто обзывал нас дезертирами…
Дарси покраснел, почти слившись цветом кожи с собственной шевелюрой, и грозно нахмурился:
-- А ну заткнись, балабол, шуток, что ли, не понимаешь? -- и, вытолкнув всех троих из дома, добавил, -- хватит отсиживаться в тепле, у нас дела, забыли? И пока я Командир -- отряд всегда будет впереди, мы -- лучшие…
Я довольно растянул рот в своей непревзойдённой улыбке:
-- А то! Кто бы спорил. Кстати, а «лучшим» полагается жалование? Достало уже бесплатно вкалывать, Командир. Эй, ты куда это вдруг заспешил, деньги где? Всё равно ведь догоню…
Так, смеясь, мы повернули к лесу навстречу новым приключениям…
Гава 3. Болото. Рас
Грязь под ногой противно чавкнула, покрываясь большими пузырями, и, глядя как сапог всё глубже погружается в казавшуюся поначалу небольшой лужу, я с тревогой окликнул Крэга:
-- Эй, темноликий божок местных ползучих гадов, кажется, меня засасывает трясина. Руку дай!
Стоявший на соседней кочке полудемон недовольно что-то пробурчал и, схватив за шиворот, одним движением вытянул меня из вонючей тёмной воды, поставив рядом с собой.
-- Высокородная дубина, разуй свои узкие глаза, прежде чем ставить ноги в самую топь. В следующий раз вытаскивать буду за косу, не визжи потом, если украшу твоим скальпом свои трофеи… Задери меня толстобрюхий демон, из какой вонючей дыры вылетели эти летающие монстры, что на теле уже живого места нет, -- ворчал он, неистово почёсываясь.
Я даже не стал ругаться, настолько устал, и просто, дёрнув его за измазанный болотной жижей рукав, показал на готовый вот-вот скрыться в «пучине» одинокий сапог. Крэг забористо выругался и, вытащив его из грязи, стряхнул прямо у моего лица. Новые бурые комья повисли на и так замызганном плаще, но я снова смолчал. Хорошо, хоть на голову не надел, с него, когда он в таком состоянии, станется…
Надо было знать мой вредный характер, чтобы по достоинству оценить проявленное терпение. В этот миг я сам себе казался измученным прекрасным ангелом, вынужденным третий час брести по этому мерзкому болоту в компании неадекватного полудемона, не выносившего укусов маленьких, но очень злобных москитов. Вот такой он Крэг -- сутки может идти по бездорожью, израненный и истекающий кровью, и ещё при этом шутить, но вот обычные комары доводили его до белого каления…
Крэг выломал для меня новую веху вместо потерянной и вытолкал вперёд.
-- Пойдёшь первым, Избранный. Так я хотя бы увижу, когда ты в очередной раз плюхнешься в трясину. Держи курс на ту большую корягу, -- он снова выругался и расчесал до крови толстую шею, -- если верить карте, что выдал нам наш заботливый Командир, после неё начинается сухая тропа, которая через четверть часа выведет к избушке. Они с Саном уже должны нас там ждать.
Вздохнув, я промолчал и поплёлся вперёд, тщательно проверяя глубину обманчивой, чёрной, как рожа моего напарника, воды, мысленно представляя, как, выйдя из болота, наконец отыграюсь на нём за все страдания. Он по полной получит за тупые шуточки и подколы, которые приходилось терпеть всю дорогу, как и Командир, рыжая образина, за то, что направил нас к пункту встречи через дурацкое болото, в сам, тем временем, потопал в обход по сухой балке.
Видите ли, он такой умный, что решил проверить, нет ли тут поста неприятеля. Это в топи-то? Идиот, да кто сюда полезет, кроме комаров и болотный змей? И вообще, какие могут быть «посты» у гигантских Тварей, напавших на наш мир из проклятой прорехи. Эти монстры, разрывавшие людей на части ради забавы, завязли бы в трясине быстрее любого из нас. Такие туши, чтоб их болото поглотило…
Внезапно веха нащупала твёрдую тропу, и, не веря себе, я вскрикнул:
-- Крэг! Тут земля, кажется, карта не обманула. Неужели вышли?
Ответом стала тишина, и я замер, холодея:
-- Неужели случилась беда, а заносчивый Избранный так разозлился, что ни разу не оглянулся, не проверив напарника?
Повернулся, чувствуя, как резко пересохло в горле, и замер от представшей картины: Крэг стоял, как вкопанный, и очень выразительно на меня смотрел. Ещё бы, ему не терпелось почесаться, но сделать это не было возможности -- в шею упиралась длинное блестящее оружие, напоминавшее большую вязальную спицу с заострённым концом. А держало его в лапах гигантское существо, очень смахивавшее на вставшего в полный рост чёрного богомола. Мамочки… Командир-то оказался прав, неприятельский пост был, и мы с Крэгом его прошляпили…
Двинуться на помощь полудемону мне не позволил не только страшный вид чудища -- видел я дрянь и похуже, но и чувствительно кольнувшая бок «спица» второй твари, незаметно подкравшейся сзади. Ай да разведчики, лучший, мать его, отряд. Стыдоба…
Я посмотрел в напряжённые глаза напарника и моргнул. Это был сигнал к действию. Обманчиво неповоротливый Крэг с ловкостью, достойной даже моей похвалы, в одно мгновение ухватился за «спицу» и сильным толчком назад насадил чёрную разверещавшуюся дрянь на собственное же оружие, с хрустом проткнув ей грудную клетку. А потом одним ударом меча сделал из одного страшного «богомола» две вполне симпатичные половинки.
Пока напарник бранился, оттирая болотной травой меч от чёрной крови противника, я тоже закончил со своим соперником, с интересом разглядывая его отрубленную голову, ещё какое-то время продолжавшую шевелить жвалами.
И чуть не подскочил от раздавшихся совсем рядом громких хлопков нашего мага Сана. Он высунулся из-за дерева и, улыбаясь как дурачок, аплодировал вполне предсказуемому успеху:
-- Это было круто, ребята! Как же здорово вы их нашинковали, -- звонкий голос мальчишки напугал не только нас, но и всех комаров в округе.
Сердитый Крэг уже хотел было по своей привычке наорать на «никчёмного мага», из-за которого нам самим в очередной раз пришлось выкручиваться из неприятной ситуации. Но не успел. Хитрый мальчишка подбежал к нему и обнял, сияя ямочками на щеках, а потом быстро забормотал заклинание, от которого расчёсы на лице и руках полудемона мгновенно зажили:
-- Прости, Крэг, я правда хотел вмешаться, но…
-- Это я велел ему смотреть и учиться, как надо действовать по обстановке. У Сана ещё пока мало подобного опыта, к тому же, никто не сомневался, что вы оба справитесь, -- Командир говорил об этом так спокойно, словно завалить Тварей, которых мы видели первый раз в жизни, было парой пустяков, и мне отчаянно захотелось сказать ему пару ласковых слов, разумеется, с применением грубой физической силы…
По разъярённому лицу Крэга было понятно, что ему не терпится присоединиться ко мне. Но Командир сурово сдвинул брови, и пришлось сдержаться, ограничившись особыми словами на древнем наречии Избранных, впрочем, хорошо ему знакомыми, ибо я часто их повторял, когда злился. Это приводило «Рыжую бороду» в бешенство, а меня, напротив, успокаивало… Не понимавший происходившего, Сан удивлённо поднимал брови, а Крэг довольно улыбался.
На этом мы закончили выяснение отношений и под гневные вопли Командира о совершенно распустившейся Высокородной морде пошли вперёд к небольшой покосившейся избушке, непонятно кем поставленной в этой дремучей чаще, да ещё посреди болота. Но уставшим и изголодавшимся разведчикам было не до раздумий над этим вопросом, все хотели только одного -- затопить печь, почистить и высушить пропахшую болотной жижей одежду, выпить чего-нибудь горячего, а лучше -- горячительного и, расслабившись, закрыв уставшие глаза, лечь хотя бы на пол…
В избушке было пыльно и сыро, висевшая по углам паутина говорила о том, что единственными обитателями этого древнего жилища были пауки. Но мне было на это плевать. Быстро кинув меч на лавку у небольшой печки, тем самым «застолбив» место, стал осматривать наш будущий очаг и пришёл к выводу, что топить можно.
Сан и Крэг пошли за хворостом, а Командир достал из мешка крупу и, взяв из угла рассохшееся деревянное ведро, всё ещё злясь на меня, буркнул:
-- Я -- за водой, -- и исчез за дверью.
Крикнул ему вдогонку:
-- Из болота не бери, а то почернеешь, как Крэг, -- и занялся чисткой одежды.
Через полчаса криков, ругани и проветривания задымлённой комнаты, наконец, удалось нормально затопить печь и поесть горячего. Уставшие, мы повалились на лавки, и Сан, единственный бодрый человек в нашем отряде, спросил Командира:
-- А зачем мы вообще притащились в эту глушь?
Я, прикрыв глаза, собирался хоть немного вздремнуть, но от этого вопроса вздрогнул и сел, не спуская глаз с помрачневшего начальства:
-- И в самом деле, зачем мы здесь?
«Рыжая борода» сидел на лавке, опустив голову, и крутил в руках старый маленький нож, который всегда брал с собой. Мы с Крэгом обычно смеялись, что этим тупым лезвием даже грибы почистить будет нелегко, но Командир никогда не возражал нам и упорно отмалчивался, что было на него совсем не похоже.
Наконец, словно нехотя, он произнёс:
-- Хочу кое с кем поговорить…
От такого заявления Крэг поднялся и тоже сел на лавке, протирая кулаками слипающиеся глаза:
-- Однако, ты загнул! С кем тут разговаривать? Какой дурак потащится в это болото, чтобы перекинуться с тобой парой слов. Не держи нас за идиотов, выкладывай правду -- мы же вроде «семья», какие тут могут быть секреты?
«Борода» крякнул, нехотя буркнув:
-- Брат у меня здесь, буду с ним разговаривать.
Я не выдержал:
-- Уточни, о великий всезнайка, где именно «здесь», неужели в этой чаще живут люди?
Командир заёрзал:
-- Я и не говорил о людях. Духи леса, это их место…
От этих слов нашу сонливость как рукой сняло, и мы загалдели наперебой:
-- А кто интересно будет заклинать духов, уж не наш ли многомудрый Командир? Это даже не смешно -- ты единственный в отряде, в ком нет ни капли магии. Может, втихаря пригласил сюда кого-то, о ком нам не положено знать? -- допытывался Крэг.
-- И при чём тут твой брат? -- с подозрением вторил я напарнику.
Лицо «Рыжей бороды» сначала побледнело, а потом покрылось испариной. Он вскочил и с размаха стукнул кулаком в стену, так что по руке заструилась кровь. Мы с Крэгом сразу притихли, опустив глаза, а Сан, испуганно прошептал:
-- Что случилось с твоим братом, Дарси? -- быстро залечив его пораненную руку.
Какое-то время бородач смотрел на нас непонимающим взглядом, потом не спеша отвернулся к окну:
-- Я сам родом из этих мест. Мой младший братишка часто бегал с ребятами играть в лес и однажды не вернулся домой. Он пропал, маленький озорник. Тело так и не нашли, я долго бродил по лесу и наткнулся на эту заброшенную избушку. Около неё в траве лежал его нож, мой подарок. Думаю, брата похитили, привели сюда, но он пытался сбежать…
Много раз я возвращался на это место и однажды решился заночевать в доме. Не спалось -- страшно было, и, выглянув в окно, увидел, как какой-то ребёнок бродит вокруг дома, а потом, сев под дерево, бросает в землю призрачный ножик… Я не выдержал и выбежал к нему. Он был очень бледный и даже слегка просвечивал, но это меня не остановило. Увидев незнакомца, малыш испугался; ничего не оставалось, как показать ему нож, с которым я не расставался, и братишка узнал…
Командир замолчал, повернувшись к нам, тогда я впервые увидел, что он тоже умеет плакать. Сан подошёл и просто его обнял, это подействовало лучше любых слов утешения. Он всегда такой искренний, наш маленький маг, если уж сочувствует, то по-настоящему, от души. Мне такое, увы, не дано, поэтому, наверное, мы так привязались к Сану, прощая все его шалости.
-- А что было дальше, Командир? -- мальчишка смотрел в глаза Дарси так, что тот вытер слёзы и грустно улыбнулся.
-- А дальше, Сан, случилось чудо -- мы разговаривали, не вслух, а мысленно. Он рассказывал, что счастлив в лесу: забыл, что такое голод и холод, может бегать, где хочет и играть с маленькими зверушками. Но братик не помнил, что с ним случилось, а я -- не расспрашивал его об этом. С тех пор каждый месяц при полной луне он выходил сюда ко мне, и мы подолгу беседовали. Так я узнавал все лесные новости, пока не началась эта заварушка. И сегодня пришёл сюда в надежде, что малыш снова появится, и я смогу расспросить его о пришедших в наш мир Тварях. Если, конечно, повезёт, ведь целый год меня не было… Думаю, духам нашествие монстров тоже поперёк их призрачного горла.
Крэг откашлялся:
-- А нам-то что делать, Командир?
-- Ничего, ложитесь спать.
Рядом стояло не менее десяти вопросительных знаков, значит, он не был уверен…
Избранный оттолкнул меня, жестом показав нам с «Бородой», чтобы отодвинулись как можно дальше, что мы немедленно и сделали. Кто знает, какие могут быть последствия от применения незнакомого заклинания. Сан подошёл к Расу вплотную и, взяв его ладонь, положил себе на лоб. Было видно, что каждое движение давалось ему с большим трудом, словно он переплывал бурную реку против течения.
Бледный от рождения, младший Избранный какого-там Дома стал белее снега в горах, но, откашлявшись, громко прочитал заклинание, ни разу при этом не сбившись. В то же мгновение Сан без сознания свалился ему на руки, и Рас осторожно положил мальчишку на диван, крикнув мне срывающимся на хрип голосом:
-- Тащи воду, рогатое чучело! Ну же, Крэг, поспеши, друг…
Я, трясясь как в жестокой лихорадке, наливал воду в кружку и, пролив половину, протянул её неожиданно покрывшемуся багровыми пятнами Избранному. Да, мы психовали и не стеснялись этого, Командир же сидел на стуле и жадно ловил ртом воздух, держась за сердце…
Рас приподнял магу голову, попытавшись напоить его водой, но почти вся жидкость вытекла назад. Впрочем, кое-что всё-таки попало, но не туда, куда надо. Сан закашлялся и, распахнув круглые серые глазищи, просипел:
-- Утопить меня решил, Избранный, -- и засмеялся, не переставая откашливаться.
Рас уронил кружку на пол, сжав мальчишку в объятьях:
-- Топить не буду, а вот придушу обязательно…
Сан положил взъерошенную голову другу на грудь и теребил его чёрную косу, подозрительно вздрагивая плечами, а Рас, до этого никому не позволявший прикасаться к волосам, словно не замечал грубого нарушения собственного же запрета и радостно улыбался.
Я прижал обоих, а через мгновение к нашим объятьям присоединился и счастливый Командир, пытавшийся протиснуться к юному магу, чтобы его расцеловать. Но мы с Расом не допускали «Бороду» к младшенькому, это была только наша добыча…
Что ж, подобных трогательных моментов у меня никогда раньше не было, и я запомнил этот день, на всю жизнь породнивший нас четверых. Потом мы ещё долго тискали отбивающуюся и смеющуюся «жертву», расспрашивая о странном поведении и необычном способе общения с нами.
Помрачнев, Сан вздохнул:
-- Простите, что заставил всех поволноваться, но я не мог вести себя по-другому: поразившая меня магия не позволяла говорить напрямую. Я был словно в оковах, даже дышал с трудом… Пришлось выкручиваться, как мог. Но вы такие молодцы, справились -- горжусь вами, ребята…
Все были счастливы, а Командир, довольно задрав нос, повторил:
-- Я же говорил, мы -- отряд, одна семья и своих не бросаем, -- на что Избранный хитро ухмыльнулся:
-- Точно, даже если кое-кто обзывал нас дезертирами…
Дарси покраснел, почти слившись цветом кожи с собственной шевелюрой, и грозно нахмурился:
-- А ну заткнись, балабол, шуток, что ли, не понимаешь? -- и, вытолкнув всех троих из дома, добавил, -- хватит отсиживаться в тепле, у нас дела, забыли? И пока я Командир -- отряд всегда будет впереди, мы -- лучшие…
Я довольно растянул рот в своей непревзойдённой улыбке:
-- А то! Кто бы спорил. Кстати, а «лучшим» полагается жалование? Достало уже бесплатно вкалывать, Командир. Эй, ты куда это вдруг заспешил, деньги где? Всё равно ведь догоню…
Так, смеясь, мы повернули к лесу навстречу новым приключениям…
Прода от 07.02.2025, 06:14
Гава 3. Болото. Рас
Грязь под ногой противно чавкнула, покрываясь большими пузырями, и, глядя как сапог всё глубже погружается в казавшуюся поначалу небольшой лужу, я с тревогой окликнул Крэга:
-- Эй, темноликий божок местных ползучих гадов, кажется, меня засасывает трясина. Руку дай!
Стоявший на соседней кочке полудемон недовольно что-то пробурчал и, схватив за шиворот, одним движением вытянул меня из вонючей тёмной воды, поставив рядом с собой.
-- Высокородная дубина, разуй свои узкие глаза, прежде чем ставить ноги в самую топь. В следующий раз вытаскивать буду за косу, не визжи потом, если украшу твоим скальпом свои трофеи… Задери меня толстобрюхий демон, из какой вонючей дыры вылетели эти летающие монстры, что на теле уже живого места нет, -- ворчал он, неистово почёсываясь.
Я даже не стал ругаться, настолько устал, и просто, дёрнув его за измазанный болотной жижей рукав, показал на готовый вот-вот скрыться в «пучине» одинокий сапог. Крэг забористо выругался и, вытащив его из грязи, стряхнул прямо у моего лица. Новые бурые комья повисли на и так замызганном плаще, но я снова смолчал. Хорошо, хоть на голову не надел, с него, когда он в таком состоянии, станется…
Надо было знать мой вредный характер, чтобы по достоинству оценить проявленное терпение. В этот миг я сам себе казался измученным прекрасным ангелом, вынужденным третий час брести по этому мерзкому болоту в компании неадекватного полудемона, не выносившего укусов маленьких, но очень злобных москитов. Вот такой он Крэг -- сутки может идти по бездорожью, израненный и истекающий кровью, и ещё при этом шутить, но вот обычные комары доводили его до белого каления…
Крэг выломал для меня новую веху вместо потерянной и вытолкал вперёд.
-- Пойдёшь первым, Избранный. Так я хотя бы увижу, когда ты в очередной раз плюхнешься в трясину. Держи курс на ту большую корягу, -- он снова выругался и расчесал до крови толстую шею, -- если верить карте, что выдал нам наш заботливый Командир, после неё начинается сухая тропа, которая через четверть часа выведет к избушке. Они с Саном уже должны нас там ждать.
Вздохнув, я промолчал и поплёлся вперёд, тщательно проверяя глубину обманчивой, чёрной, как рожа моего напарника, воды, мысленно представляя, как, выйдя из болота, наконец отыграюсь на нём за все страдания. Он по полной получит за тупые шуточки и подколы, которые приходилось терпеть всю дорогу, как и Командир, рыжая образина, за то, что направил нас к пункту встречи через дурацкое болото, в сам, тем временем, потопал в обход по сухой балке.
Видите ли, он такой умный, что решил проверить, нет ли тут поста неприятеля. Это в топи-то? Идиот, да кто сюда полезет, кроме комаров и болотный змей? И вообще, какие могут быть «посты» у гигантских Тварей, напавших на наш мир из проклятой прорехи. Эти монстры, разрывавшие людей на части ради забавы, завязли бы в трясине быстрее любого из нас. Такие туши, чтоб их болото поглотило…
Внезапно веха нащупала твёрдую тропу, и, не веря себе, я вскрикнул:
-- Крэг! Тут земля, кажется, карта не обманула. Неужели вышли?
Ответом стала тишина, и я замер, холодея:
-- Неужели случилась беда, а заносчивый Избранный так разозлился, что ни разу не оглянулся, не проверив напарника?
Повернулся, чувствуя, как резко пересохло в горле, и замер от представшей картины: Крэг стоял, как вкопанный, и очень выразительно на меня смотрел. Ещё бы, ему не терпелось почесаться, но сделать это не было возможности -- в шею упиралась длинное блестящее оружие, напоминавшее большую вязальную спицу с заострённым концом. А держало его в лапах гигантское существо, очень смахивавшее на вставшего в полный рост чёрного богомола. Мамочки… Командир-то оказался прав, неприятельский пост был, и мы с Крэгом его прошляпили…
Двинуться на помощь полудемону мне не позволил не только страшный вид чудища -- видел я дрянь и похуже, но и чувствительно кольнувшая бок «спица» второй твари, незаметно подкравшейся сзади. Ай да разведчики, лучший, мать его, отряд. Стыдоба…
Я посмотрел в напряжённые глаза напарника и моргнул. Это был сигнал к действию. Обманчиво неповоротливый Крэг с ловкостью, достойной даже моей похвалы, в одно мгновение ухватился за «спицу» и сильным толчком назад насадил чёрную разверещавшуюся дрянь на собственное же оружие, с хрустом проткнув ей грудную клетку. А потом одним ударом меча сделал из одного страшного «богомола» две вполне симпатичные половинки.
Пока напарник бранился, оттирая болотной травой меч от чёрной крови противника, я тоже закончил со своим соперником, с интересом разглядывая его отрубленную голову, ещё какое-то время продолжавшую шевелить жвалами.
И чуть не подскочил от раздавшихся совсем рядом громких хлопков нашего мага Сана. Он высунулся из-за дерева и, улыбаясь как дурачок, аплодировал вполне предсказуемому успеху:
-- Это было круто, ребята! Как же здорово вы их нашинковали, -- звонкий голос мальчишки напугал не только нас, но и всех комаров в округе.
Сердитый Крэг уже хотел было по своей привычке наорать на «никчёмного мага», из-за которого нам самим в очередной раз пришлось выкручиваться из неприятной ситуации. Но не успел. Хитрый мальчишка подбежал к нему и обнял, сияя ямочками на щеках, а потом быстро забормотал заклинание, от которого расчёсы на лице и руках полудемона мгновенно зажили:
-- Прости, Крэг, я правда хотел вмешаться, но…
-- Это я велел ему смотреть и учиться, как надо действовать по обстановке. У Сана ещё пока мало подобного опыта, к тому же, никто не сомневался, что вы оба справитесь, -- Командир говорил об этом так спокойно, словно завалить Тварей, которых мы видели первый раз в жизни, было парой пустяков, и мне отчаянно захотелось сказать ему пару ласковых слов, разумеется, с применением грубой физической силы…
По разъярённому лицу Крэга было понятно, что ему не терпится присоединиться ко мне. Но Командир сурово сдвинул брови, и пришлось сдержаться, ограничившись особыми словами на древнем наречии Избранных, впрочем, хорошо ему знакомыми, ибо я часто их повторял, когда злился. Это приводило «Рыжую бороду» в бешенство, а меня, напротив, успокаивало… Не понимавший происходившего, Сан удивлённо поднимал брови, а Крэг довольно улыбался.
На этом мы закончили выяснение отношений и под гневные вопли Командира о совершенно распустившейся Высокородной морде пошли вперёд к небольшой покосившейся избушке, непонятно кем поставленной в этой дремучей чаще, да ещё посреди болота. Но уставшим и изголодавшимся разведчикам было не до раздумий над этим вопросом, все хотели только одного -- затопить печь, почистить и высушить пропахшую болотной жижей одежду, выпить чего-нибудь горячего, а лучше -- горячительного и, расслабившись, закрыв уставшие глаза, лечь хотя бы на пол…
В избушке было пыльно и сыро, висевшая по углам паутина говорила о том, что единственными обитателями этого древнего жилища были пауки. Но мне было на это плевать. Быстро кинув меч на лавку у небольшой печки, тем самым «застолбив» место, стал осматривать наш будущий очаг и пришёл к выводу, что топить можно.
Сан и Крэг пошли за хворостом, а Командир достал из мешка крупу и, взяв из угла рассохшееся деревянное ведро, всё ещё злясь на меня, буркнул:
-- Я -- за водой, -- и исчез за дверью.
Крикнул ему вдогонку:
-- Из болота не бери, а то почернеешь, как Крэг, -- и занялся чисткой одежды.
Через полчаса криков, ругани и проветривания задымлённой комнаты, наконец, удалось нормально затопить печь и поесть горячего. Уставшие, мы повалились на лавки, и Сан, единственный бодрый человек в нашем отряде, спросил Командира:
-- А зачем мы вообще притащились в эту глушь?
Я, прикрыв глаза, собирался хоть немного вздремнуть, но от этого вопроса вздрогнул и сел, не спуская глаз с помрачневшего начальства:
-- И в самом деле, зачем мы здесь?
«Рыжая борода» сидел на лавке, опустив голову, и крутил в руках старый маленький нож, который всегда брал с собой. Мы с Крэгом обычно смеялись, что этим тупым лезвием даже грибы почистить будет нелегко, но Командир никогда не возражал нам и упорно отмалчивался, что было на него совсем не похоже.
Наконец, словно нехотя, он произнёс:
-- Хочу кое с кем поговорить…
От такого заявления Крэг поднялся и тоже сел на лавке, протирая кулаками слипающиеся глаза:
-- Однако, ты загнул! С кем тут разговаривать? Какой дурак потащится в это болото, чтобы перекинуться с тобой парой слов. Не держи нас за идиотов, выкладывай правду -- мы же вроде «семья», какие тут могут быть секреты?
«Борода» крякнул, нехотя буркнув:
-- Брат у меня здесь, буду с ним разговаривать.
Я не выдержал:
-- Уточни, о великий всезнайка, где именно «здесь», неужели в этой чаще живут люди?
Командир заёрзал:
-- Я и не говорил о людях. Духи леса, это их место…
От этих слов нашу сонливость как рукой сняло, и мы загалдели наперебой:
-- А кто интересно будет заклинать духов, уж не наш ли многомудрый Командир? Это даже не смешно -- ты единственный в отряде, в ком нет ни капли магии. Может, втихаря пригласил сюда кого-то, о ком нам не положено знать? -- допытывался Крэг.
-- И при чём тут твой брат? -- с подозрением вторил я напарнику.
Лицо «Рыжей бороды» сначала побледнело, а потом покрылось испариной. Он вскочил и с размаха стукнул кулаком в стену, так что по руке заструилась кровь. Мы с Крэгом сразу притихли, опустив глаза, а Сан, испуганно прошептал:
-- Что случилось с твоим братом, Дарси? -- быстро залечив его пораненную руку.
Какое-то время бородач смотрел на нас непонимающим взглядом, потом не спеша отвернулся к окну:
-- Я сам родом из этих мест. Мой младший братишка часто бегал с ребятами играть в лес и однажды не вернулся домой. Он пропал, маленький озорник. Тело так и не нашли, я долго бродил по лесу и наткнулся на эту заброшенную избушку. Около неё в траве лежал его нож, мой подарок. Думаю, брата похитили, привели сюда, но он пытался сбежать…
Много раз я возвращался на это место и однажды решился заночевать в доме. Не спалось -- страшно было, и, выглянув в окно, увидел, как какой-то ребёнок бродит вокруг дома, а потом, сев под дерево, бросает в землю призрачный ножик… Я не выдержал и выбежал к нему. Он был очень бледный и даже слегка просвечивал, но это меня не остановило. Увидев незнакомца, малыш испугался; ничего не оставалось, как показать ему нож, с которым я не расставался, и братишка узнал…
Командир замолчал, повернувшись к нам, тогда я впервые увидел, что он тоже умеет плакать. Сан подошёл и просто его обнял, это подействовало лучше любых слов утешения. Он всегда такой искренний, наш маленький маг, если уж сочувствует, то по-настоящему, от души. Мне такое, увы, не дано, поэтому, наверное, мы так привязались к Сану, прощая все его шалости.
-- А что было дальше, Командир? -- мальчишка смотрел в глаза Дарси так, что тот вытер слёзы и грустно улыбнулся.
-- А дальше, Сан, случилось чудо -- мы разговаривали, не вслух, а мысленно. Он рассказывал, что счастлив в лесу: забыл, что такое голод и холод, может бегать, где хочет и играть с маленькими зверушками. Но братик не помнил, что с ним случилось, а я -- не расспрашивал его об этом. С тех пор каждый месяц при полной луне он выходил сюда ко мне, и мы подолгу беседовали. Так я узнавал все лесные новости, пока не началась эта заварушка. И сегодня пришёл сюда в надежде, что малыш снова появится, и я смогу расспросить его о пришедших в наш мир Тварях. Если, конечно, повезёт, ведь целый год меня не было… Думаю, духам нашествие монстров тоже поперёк их призрачного горла.
Крэг откашлялся:
-- А нам-то что делать, Командир?
-- Ничего, ложитесь спать.
