Вернулся в дом и попытался продумать план действий. Но он не складывался, и тогда я на него плюнул и просто стал ждать, положив клинок рядом с собой.
Долго сидеть на одном месте было невыносимо, и я бродил по комнатам, несколько раз пообедав, хотя сначала мне казалось, что и кусок в горло не полезет. Поиграл на компьютере, постоянно вскакивая и выглядывая в окно. И зачем, спрашивается? Думал, убийцы ждут меня там, махая ручками? Только ближе к вечеру вдруг неожиданно для себя успокоился и начал действовать.
Занавесил шторы, включил свет в гостиной, спальне родителей и на кухне, прибавил громкости у телевизора. А, поднявшись к себе в комнату, напротив, оставил работающим только компьютер, чтобы всё было похоже на правду. Они собирались убить родителей на закате. До назначенного времени оставался ещё примерно час, и я решил выйти из дома через чёрный ход и проверить «территорию».
О чём я только думал? Меня могли поджидать укрывшиеся в саду маги. Хорошо, что я был не один. За поясом, прикрытый курткой, прятался проклятый клинок, на пальце -- перстень Корри, заранее предупреждавший об опасности.
Побродив немного, трясясь от страха, понял, что делаю себе только хуже и вернулся в дом. Будущая схватка с магами представлялась мне теперь сплошной авантюрой. Я понятия не имел, что буду делать, если они войдут в дом одновременно. «Один из них, не найдя родителей, поднимется наверх, и тогда я окажусь сразу против двоих. И с одним-то не знаю, как разобраться. Да они просто оглушат меня сонным заклинанием и утащат с собой! Жуть какая…»
От таких мыслей мне стало совсем плохо. Это только в комедиях ребёнок легко справляется с грабителями, в моей же ситуации было совсем не до веселья… А ещё этот клинок, которого я боялся не меньше магов. Если от страха случайно коснусь лезвия, в лучшем случае, останусь без пальцев.
В общем, паника нарастала, а я никак не мог взять себя в руки. И тут перстень потеплел, и только этим дело не ограничилось. У меня запульсировал затылок, заставив невольно зажмуриться от боли и увидеть, как человек-тень, словно в немом кино, сражался с другими тенями. В руке у него был такой же, как у меня, клинок.
Держа оружие за рукоять и не приближая руку к своему телу, он, зачем-то встряхнув его, просто бросал вперёд из разных положений, и тот сам всегда находил и поражал цель, немедленно возвращаясь к хозяину. Через несколько мгновений все противники были повержены, а человек-тень поклонился мне и исчез. Голова перестала болеть, и я открыл глаза.
Так вот какой урок преподал мне перстень. Совсем не обязательно быть метким или знать приёмы боя. Надо только его бросить, остальное клинок сделает сам. Главное, не приближать к себе, чтобы не напороться, как предатель в своё время…
Мне стало немного легче, и я перестал трястись, прошептав перстню: «Спасибо!» Тот ответил мне дружеским теплом. Ещё раз прокрутил в голове бой теней и понял, что оружие обязательно надо бросать первым, оставаясь незамеченным, не давая магам возможности произнести заклинание. Поэтому лучше спрятаться, и сделать это удобнее всего в платяном шкафу.
Я сложил мешающую одежду на свою кровать под покрывало и залез в шкаф, осторожно прикрыв дверцы. В одной из них была небольшое отверстие, через которое было удобно наблюдать за комнатой. Вынул кинжал из-за пояса и, не снимая ножен, оставил в руке. Через лёгкую штору просвечивал прекрасный весенний закат. Я впервые пожалел, что здесь есть балкон. Рядом деревья, с них забраться на него, а потом в комнату -- мне не составило бы никакого труда, значит, и магам…
Не успел додумать, как штора всколыхнулась от невидимого ветра, и в двух шагах от меня оказался человек в тёмной одежде. Его лицо было скрыто странной маской. Боги! Я сразу вспомнил рассказ Стора об отряде безжалостных убийц на службе Герцога, от которых ещё никто ускользал. За маски, похожие на свиные рыла, в народе их прозвали «свиньями», вкладывая в это прозвище всю ненависть к магам.
И вот с ними мне предстояло сразиться? Да я определённо -- псих. Надо было действовать немедленно. Маг осматривался и, не увидев «жертву», скоро наверняка применит заклинание поиска. А меня словно сковали невидимые путы, не давая даже пошевелиться. Перстень нагрелся, и тут я понял, что не владею собственным телом.
А дальше… Это было страшно. Моя рука сама встряхнула кинжал и ножны исчезли. Нога осторожно приоткрыла дверцу шкафа, и он полетел вперёд. Сверкнуло голубое лезвие, маг упал на колени, с хрипом заваливаясь на бок. Я же с ужасом смотрел на кинжал в своей руке. Ножны снова были на нём. Всё заняло не больше нескольких секунд.
Вот так просто я убил человека. Перстень похолодел, и меня отпустило, я снова стал собой и задрожал. Тошнота подступала к горлу, а в груди зародился стон, перешедший в нечленораздельное мычание. Как же мне было плохо! Попытавшись прислониться к дверце, я вывалился из шкафа. Когда падал, «заботливый» перстень отвёл руку с кинжалом в сторону.
Я оказался на полу лицом к лицу с мертвецом. Вместо того, чтобы встать на ноги, протянул к нему свободную руку и снял маску. Почему-то мне очень хотелось увидеть его лицо. Даже не знаю, что мной двигало в тот момент, но точно не любопытство. Обычный невзрачный мужчина лет сорока. В память врезался его изумлённый взгляд: он словно не верил, что это с ним случилось.
Нет, входная дверь не скрипнула, папа всегда смазывал петли. Я понял, что второй маг вошёл, потому что мой «охранник» на пальце снова заледенел. В комнате было темно, но глаза уже приспособились и увидели, как он поворачивает голову в поисках напарника. Напряжение было настолько велико, а я так устал, желая, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился…
Поэтому, наверное, на этот раз мне не понадобилась помощь перстня. Не отрывая головы от пола, я едва приподнял руку с кинжалом, тряхнул им и прошептал, словно отдавал приказ собаке, о которой всегда мечтал: «Взять его!» Лезвие вошло магу в живот, прочертив вертикальную линию. Меня рвало, когда его внутренности вываливались на пол, и когда я бегом спускался по лестнице, еле домчавшись до ванной…
Желудок был совершенно пуст, голова кружилась, а из-за слёз я почти ничего не видел. Но рука продолжала крепко сжимать клинок.
-- Убирайся от меня, ненавижу тебя, сволочь! -- я рыдал, глядя на медленно тающий в воздухе кинжал. Дрожащими руками открыл кран и стал умываться, не переставая плакать. Наконец, слёзы кончились, я всхлипывал, причитая: «За что мне всё это? Почему -- я?»
Оставаться в доме, конечно, не мог и кое-как добрался до гаража. Поискал на полке коробку со спальниками, которые мы брали с собой в поход. Один из них расстелил прямо на полу и тут же уснул. А ведь не должен был бы. Видно, это опять были проделки перстня.
Утром меня разбудил крик Джека.
-- Мика, … нехороший ты ребёнок, что творишь? Разлёгся на полу! Да я чуть тебя не переехал, когда ставил машину в гараж.
Спросонья хлопал глазами, не понимая, где я, и что происходит. А Джек всё не унимался.
-- Ты почему не брал трубку, а? Я от волнения чуть с ума не сошёл, мчался сюда, как сумасшедший… Сынок, что случилось? Да на тебе лица нет…
Я смотрел на него, пытаясь хоть что-нибудь сказать, но не мог. Как в тот раз, когда только попал сюда. Бросился к нему на шею и потом, выпутавшись из мешка, потащил Джека к дому. Тут меня внезапно «прорвало». И я затараторил одно и тоже:
«Па, они там, я их убил, они там…»
Джек обнял меня, его лицо было одновременно и испуганным, и серьёзным.
-- Дай мне руку, Мика, пойдём вместе. Я с тобой, не бойся, сейчас посмотрим, что случилось.
Покорно кивнул, но ноги не хотели идти туда. Джек меня не торопил, и когда я, наконец, набрался храбрости, мы вошли в дом. Я крепко вцепился в руку отца, и на его вопрос: «Где?» -- показал наверх. Поднялись по лестнице. Увидев засохшие «следы» моего бегства, Джек побледнел:
«Постой-ка здесь, сначала сам посмотрю».
Я не стал возражать. Стоял под дверью и ждал, когда он закричит: «О, боже мой! Мика, что ты натворил?» Ну, или что-то похожее… Но было подозрительно тихо. Вдруг я услышал ровный голос Джека:
«Мика, заходи и объясни, что здесь произошло».
Я вошёл и застал отца, присевшим на корточки над засохшей лужей крови. Недалеко была ещё одна лужа, поменьше, в ней лежала брошенная мной маска мага. Отец встал и, подойдя к маске, поднял её и повертел в руках. Он посмотрел на меня, и мне стало за него страшно, таким несчастным было его лицо.
-- Знакомая вещица, -- прохрипел он, показывая мне маску, а потом с размаха швырнул её на пол, разбив на мелкие осколки.
Джек развернулся к двери, на ходу бросив мне: «За мной!» -- и я побежал следом. Мы остановились только в его кабинете, сели на диван и, прокашлявшись, он произнёс:
«Рассказывай с самого начала, я жду».
И терпеливо выслушал мою историю. А потом схватился за голову и… промолчал. Мне и без слов было понятно, что он хотел сказать: я -- дурак, и всё сделал неправильно, потому что не доверился ему и опять соврал…
Джек встал и задумчиво ходил по комнате.
-- Мика, ты хоть понимаешь, что тебе просто повезло остаться в живых? Я бы назвал это чудом. Если бы рассказал кому-то из своих старых друзей историю о том, как моему маленькому сыну удалось справиться сразу с двумя магами-убийцами -- меня бы подняли на смех. До сих пор не понимаю, как ты смог?
-- Па, это не я! Кинжал и перстень, они сами…
-- Ерунда! И ты в это веришь? Наверное, это тень внушила тебе такую глупость. Я же просил не доверять вещам и людям из Тёмного мира. Мика! Не бывает «разумных» предметов. Даже сотворённые с помощью магии все они выполняют волю человека. Не они, а ты хотел покончить с магами, так?
-- Я защищал всех нас, и тебя, па, в том числе!
-- Знаю, и благодарен тебе, «отчаянный Мика». Прав был мой друг Стор, тысячу раз прав…
-- Пап, а где тела магов? Я уверен -- они точно были мертвы.
-- «Вернулись» на Родину. Они использовали неполное заклинание перехода, другого не знают. Оно работает не больше нескольких часов, а потом выбрасывает назад в свой мир. И неважно, жив человек или мёртв.
-- Но ты, Луиза и ваши дети, все живёте здесь.
-- Да. Потому что храним в секрете полный текст заклинания. Стор и его брат знали его. Я доверял им. И ещё один человек во дворце Герцога -- тот, кто его создал. Но это особая история… Когда ты вырастешь, Мика, тоже узнаешь это заклинание, как и другие мои сыновья.
Я поколебался, прежде чем спросить его.
-- И тебя не пугают слова магов, что я из Тёмного мира и, возможно, даже не человек?
-- Нет, с какой стати мне им верить? Кто они такие? Маги-убийцы. А ты -- мой сын, и сегодня доказал это. Я так горжусь тобой, Мика!
Как же я был счастлив, услышав от него эти слова! Потому что Джек верил в меня. А чему радовался внезапно ставший горячим перстень на моём пальце и его хозяин -- человек-тень?
Сказать, что, избавившись от магов, я быстро успокоился, означало бы солгать. И, спустя месяцы после ужасных событий, продолжал вскрикивать во сне, и вздрагивал от каждого, казавшегося мне подозрительным, звука. Джек возил меня на побережье океана, считая, что это поможет успокоиться. Не очень-то помогло, ну, хотя бы немного отвлекло…
Я сразу повзрослел, во всяком случае, мне так казалось. Внешне оставаясь с друзьями прежним -- озорным насмешником и забиякой, наедине с собой понимал, что просто притворяюсь. Никогда мне не почувствовать ту же лёгкость и беззаботность, всё изменилось. А по-другому и не могло быть. Слишком это тяжёлая ноша для любого человека, тем более -- ребёнка.
Понимал это и Джек, старавшийся во всём меня поддерживать. Но, несмотря на их с Луизой искреннюю любовь и заботу, ничто не могло изменить случившегося. И хоть приёмный отец верил мне или пытался убедить в этом нас обоих -- я в себе сомневался.
Оставшись наедине со своими мыслями, вспоминал слова магов о том, что я родом из Тёмного мира и вообще не человек. Забыть такое просто невозможно. Кто же я такой? Зачем меня пытались похитить? Неужели, я -- особенный…
Эти мысли замучили меня, и, достав перстень из ящика письменного стола, убранный туда несколько месяцев назад, снова взял его в руку. Почему я его убрал? Он же манипулировал мной. А если Джек прав, и хозяин перстня хочет меня использовать в своих интересах? Я-то по своей наивности думал, что он помогает и сам ждёт от меня помощи. Но так ли это? Отец считал, что нет, заставив и меня сомневаться…
И всё же, сжав перстень в ладони, я решил «поговорить». Но он оставался холодным.
«Что случилось? Обиделся, что я его бросил? Что ж, значит, уберу к другим «тёмным вещам» -- кинжалу и камню-вампиру». Стоило мне так подумать, как он тотчас же потеплел. «Ну, вот так-то лучше», -- усмехнулся я.
-- Ну что, поговорим?
Приятное тепло снова согрело руку, значит, перстень был согласен на разговор.
-- У меня к тебе остались вопросы, человек-тень. Не думай, что я забыл, как ты меня спас.
В ответ пришла горячая пульсирующая волна.
-- И всё же, есть кое-что, из-за чего я не могу спокойно спать и, как раньше, радоваться жизни… Если поможешь разобраться в этом, буду считать тебя другом.
Опять «тепло», я ждал этого.
-- Обещай отвечать честно, лады?
Чуть не обжёг, надо же! Ему так не терпелось открыть мне страшные секреты, что ли? -- я иронично хмыкнул, и перстень сразу остыл.
-- Ты читаешь мои мысли, отвечай?
«Горячо», -- что ж, понятно.
-- Ты маг?
Снова положительный ответ, кто бы сомневался. Я помедлил несколько мгновений, потому что мне нелегко было решиться спросить о таком.
-- Я, Мика, родом из Тёмного мира?
«Да», -- даже не отрицает. Сдавило сердце, и кровь зашумела в ушах, но это меня не остановило.
-- Я -- человек? Если нет, то кто, демон тебя побери?
Он не отвечал. Ясно, некорректно поставленный вопрос.
-- Ответь на первую часть вопроса, -- я начал заводиться.
И вскрикнул, так стало горячо. Можно было перевести как: «Да, да, тупой индюк!» Это, конечно, вольный перевод. Но меня он устроил, и я выдохнул, радостно улыбаясь: «Как же, оказывается, приятно быть человеком!» Но на этом мой допрос не закончился.
Однако Джек считал иначе. Он зашёл в комнату и, увидев перстень на моей ладони, нахмурился.
-- Опять ты взял эту дрянь, снова решил ей довериться?
-- Нет, па. Просто так посмотрел, -- и я поспешно сунул перстень снова в ящик стола. Но как только Джек отвернулся, быстро переложил его в карман рубашки. -- А что случилось?
-- Я только что разговаривал с Дани. Он давно мне не звонил, -- голос отца стал грустным, -- и посоветовался с ним насчёт того, что произошло. Сын очень встревожен и сказал, что эти люди ни за что не оставят нас в покое. Кажется, тебя снова надо прятать, Мика.
От этих слов у меня подкосились ноги, и я сел на стул.
-- Ты хочешь меня отослать? Понимаю, от меня одни неприятности, я вас с Луизой подставляю…
-- Как же хочется иногда тебе всыпать, Мика! Может, дашь мне сначала сказать?
Я смутился и кивнул.
-- Знаешь, я привязан к этому дому, тут прошли мои самые счастливые годы, поэтому мне не хочется покидать его. Но раз тебе грозит опасность, мы переедем.
Прода от 08.11.2019, 09:03
Часть 5. Маги
Долго сидеть на одном месте было невыносимо, и я бродил по комнатам, несколько раз пообедав, хотя сначала мне казалось, что и кусок в горло не полезет. Поиграл на компьютере, постоянно вскакивая и выглядывая в окно. И зачем, спрашивается? Думал, убийцы ждут меня там, махая ручками? Только ближе к вечеру вдруг неожиданно для себя успокоился и начал действовать.
Занавесил шторы, включил свет в гостиной, спальне родителей и на кухне, прибавил громкости у телевизора. А, поднявшись к себе в комнату, напротив, оставил работающим только компьютер, чтобы всё было похоже на правду. Они собирались убить родителей на закате. До назначенного времени оставался ещё примерно час, и я решил выйти из дома через чёрный ход и проверить «территорию».
О чём я только думал? Меня могли поджидать укрывшиеся в саду маги. Хорошо, что я был не один. За поясом, прикрытый курткой, прятался проклятый клинок, на пальце -- перстень Корри, заранее предупреждавший об опасности.
Побродив немного, трясясь от страха, понял, что делаю себе только хуже и вернулся в дом. Будущая схватка с магами представлялась мне теперь сплошной авантюрой. Я понятия не имел, что буду делать, если они войдут в дом одновременно. «Один из них, не найдя родителей, поднимется наверх, и тогда я окажусь сразу против двоих. И с одним-то не знаю, как разобраться. Да они просто оглушат меня сонным заклинанием и утащат с собой! Жуть какая…»
От таких мыслей мне стало совсем плохо. Это только в комедиях ребёнок легко справляется с грабителями, в моей же ситуации было совсем не до веселья… А ещё этот клинок, которого я боялся не меньше магов. Если от страха случайно коснусь лезвия, в лучшем случае, останусь без пальцев.
В общем, паника нарастала, а я никак не мог взять себя в руки. И тут перстень потеплел, и только этим дело не ограничилось. У меня запульсировал затылок, заставив невольно зажмуриться от боли и увидеть, как человек-тень, словно в немом кино, сражался с другими тенями. В руке у него был такой же, как у меня, клинок.
Держа оружие за рукоять и не приближая руку к своему телу, он, зачем-то встряхнув его, просто бросал вперёд из разных положений, и тот сам всегда находил и поражал цель, немедленно возвращаясь к хозяину. Через несколько мгновений все противники были повержены, а человек-тень поклонился мне и исчез. Голова перестала болеть, и я открыл глаза.
Так вот какой урок преподал мне перстень. Совсем не обязательно быть метким или знать приёмы боя. Надо только его бросить, остальное клинок сделает сам. Главное, не приближать к себе, чтобы не напороться, как предатель в своё время…
Мне стало немного легче, и я перестал трястись, прошептав перстню: «Спасибо!» Тот ответил мне дружеским теплом. Ещё раз прокрутил в голове бой теней и понял, что оружие обязательно надо бросать первым, оставаясь незамеченным, не давая магам возможности произнести заклинание. Поэтому лучше спрятаться, и сделать это удобнее всего в платяном шкафу.
Я сложил мешающую одежду на свою кровать под покрывало и залез в шкаф, осторожно прикрыв дверцы. В одной из них была небольшое отверстие, через которое было удобно наблюдать за комнатой. Вынул кинжал из-за пояса и, не снимая ножен, оставил в руке. Через лёгкую штору просвечивал прекрасный весенний закат. Я впервые пожалел, что здесь есть балкон. Рядом деревья, с них забраться на него, а потом в комнату -- мне не составило бы никакого труда, значит, и магам…
Не успел додумать, как штора всколыхнулась от невидимого ветра, и в двух шагах от меня оказался человек в тёмной одежде. Его лицо было скрыто странной маской. Боги! Я сразу вспомнил рассказ Стора об отряде безжалостных убийц на службе Герцога, от которых ещё никто ускользал. За маски, похожие на свиные рыла, в народе их прозвали «свиньями», вкладывая в это прозвище всю ненависть к магам.
И вот с ними мне предстояло сразиться? Да я определённо -- псих. Надо было действовать немедленно. Маг осматривался и, не увидев «жертву», скоро наверняка применит заклинание поиска. А меня словно сковали невидимые путы, не давая даже пошевелиться. Перстень нагрелся, и тут я понял, что не владею собственным телом.
А дальше… Это было страшно. Моя рука сама встряхнула кинжал и ножны исчезли. Нога осторожно приоткрыла дверцу шкафа, и он полетел вперёд. Сверкнуло голубое лезвие, маг упал на колени, с хрипом заваливаясь на бок. Я же с ужасом смотрел на кинжал в своей руке. Ножны снова были на нём. Всё заняло не больше нескольких секунд.
Вот так просто я убил человека. Перстень похолодел, и меня отпустило, я снова стал собой и задрожал. Тошнота подступала к горлу, а в груди зародился стон, перешедший в нечленораздельное мычание. Как же мне было плохо! Попытавшись прислониться к дверце, я вывалился из шкафа. Когда падал, «заботливый» перстень отвёл руку с кинжалом в сторону.
Я оказался на полу лицом к лицу с мертвецом. Вместо того, чтобы встать на ноги, протянул к нему свободную руку и снял маску. Почему-то мне очень хотелось увидеть его лицо. Даже не знаю, что мной двигало в тот момент, но точно не любопытство. Обычный невзрачный мужчина лет сорока. В память врезался его изумлённый взгляд: он словно не верил, что это с ним случилось.
Нет, входная дверь не скрипнула, папа всегда смазывал петли. Я понял, что второй маг вошёл, потому что мой «охранник» на пальце снова заледенел. В комнате было темно, но глаза уже приспособились и увидели, как он поворачивает голову в поисках напарника. Напряжение было настолько велико, а я так устал, желая, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился…
Поэтому, наверное, на этот раз мне не понадобилась помощь перстня. Не отрывая головы от пола, я едва приподнял руку с кинжалом, тряхнул им и прошептал, словно отдавал приказ собаке, о которой всегда мечтал: «Взять его!» Лезвие вошло магу в живот, прочертив вертикальную линию. Меня рвало, когда его внутренности вываливались на пол, и когда я бегом спускался по лестнице, еле домчавшись до ванной…
Желудок был совершенно пуст, голова кружилась, а из-за слёз я почти ничего не видел. Но рука продолжала крепко сжимать клинок.
-- Убирайся от меня, ненавижу тебя, сволочь! -- я рыдал, глядя на медленно тающий в воздухе кинжал. Дрожащими руками открыл кран и стал умываться, не переставая плакать. Наконец, слёзы кончились, я всхлипывал, причитая: «За что мне всё это? Почему -- я?»
Оставаться в доме, конечно, не мог и кое-как добрался до гаража. Поискал на полке коробку со спальниками, которые мы брали с собой в поход. Один из них расстелил прямо на полу и тут же уснул. А ведь не должен был бы. Видно, это опять были проделки перстня.
Утром меня разбудил крик Джека.
-- Мика, … нехороший ты ребёнок, что творишь? Разлёгся на полу! Да я чуть тебя не переехал, когда ставил машину в гараж.
Спросонья хлопал глазами, не понимая, где я, и что происходит. А Джек всё не унимался.
-- Ты почему не брал трубку, а? Я от волнения чуть с ума не сошёл, мчался сюда, как сумасшедший… Сынок, что случилось? Да на тебе лица нет…
Я смотрел на него, пытаясь хоть что-нибудь сказать, но не мог. Как в тот раз, когда только попал сюда. Бросился к нему на шею и потом, выпутавшись из мешка, потащил Джека к дому. Тут меня внезапно «прорвало». И я затараторил одно и тоже:
«Па, они там, я их убил, они там…»
Джек обнял меня, его лицо было одновременно и испуганным, и серьёзным.
-- Дай мне руку, Мика, пойдём вместе. Я с тобой, не бойся, сейчас посмотрим, что случилось.
Покорно кивнул, но ноги не хотели идти туда. Джек меня не торопил, и когда я, наконец, набрался храбрости, мы вошли в дом. Я крепко вцепился в руку отца, и на его вопрос: «Где?» -- показал наверх. Поднялись по лестнице. Увидев засохшие «следы» моего бегства, Джек побледнел:
«Постой-ка здесь, сначала сам посмотрю».
Я не стал возражать. Стоял под дверью и ждал, когда он закричит: «О, боже мой! Мика, что ты натворил?» Ну, или что-то похожее… Но было подозрительно тихо. Вдруг я услышал ровный голос Джека:
«Мика, заходи и объясни, что здесь произошло».
Я вошёл и застал отца, присевшим на корточки над засохшей лужей крови. Недалеко была ещё одна лужа, поменьше, в ней лежала брошенная мной маска мага. Отец встал и, подойдя к маске, поднял её и повертел в руках. Он посмотрел на меня, и мне стало за него страшно, таким несчастным было его лицо.
-- Знакомая вещица, -- прохрипел он, показывая мне маску, а потом с размаха швырнул её на пол, разбив на мелкие осколки.
Джек развернулся к двери, на ходу бросив мне: «За мной!» -- и я побежал следом. Мы остановились только в его кабинете, сели на диван и, прокашлявшись, он произнёс:
«Рассказывай с самого начала, я жду».
И терпеливо выслушал мою историю. А потом схватился за голову и… промолчал. Мне и без слов было понятно, что он хотел сказать: я -- дурак, и всё сделал неправильно, потому что не доверился ему и опять соврал…
Джек встал и задумчиво ходил по комнате.
-- Мика, ты хоть понимаешь, что тебе просто повезло остаться в живых? Я бы назвал это чудом. Если бы рассказал кому-то из своих старых друзей историю о том, как моему маленькому сыну удалось справиться сразу с двумя магами-убийцами -- меня бы подняли на смех. До сих пор не понимаю, как ты смог?
-- Па, это не я! Кинжал и перстень, они сами…
-- Ерунда! И ты в это веришь? Наверное, это тень внушила тебе такую глупость. Я же просил не доверять вещам и людям из Тёмного мира. Мика! Не бывает «разумных» предметов. Даже сотворённые с помощью магии все они выполняют волю человека. Не они, а ты хотел покончить с магами, так?
-- Я защищал всех нас, и тебя, па, в том числе!
-- Знаю, и благодарен тебе, «отчаянный Мика». Прав был мой друг Стор, тысячу раз прав…
-- Пап, а где тела магов? Я уверен -- они точно были мертвы.
-- «Вернулись» на Родину. Они использовали неполное заклинание перехода, другого не знают. Оно работает не больше нескольких часов, а потом выбрасывает назад в свой мир. И неважно, жив человек или мёртв.
-- Но ты, Луиза и ваши дети, все живёте здесь.
-- Да. Потому что храним в секрете полный текст заклинания. Стор и его брат знали его. Я доверял им. И ещё один человек во дворце Герцога -- тот, кто его создал. Но это особая история… Когда ты вырастешь, Мика, тоже узнаешь это заклинание, как и другие мои сыновья.
Я поколебался, прежде чем спросить его.
-- И тебя не пугают слова магов, что я из Тёмного мира и, возможно, даже не человек?
-- Нет, с какой стати мне им верить? Кто они такие? Маги-убийцы. А ты -- мой сын, и сегодня доказал это. Я так горжусь тобой, Мика!
Как же я был счастлив, услышав от него эти слова! Потому что Джек верил в меня. А чему радовался внезапно ставший горячим перстень на моём пальце и его хозяин -- человек-тень?
Прода от 09.11.2019, 09:14
Часть 6. Признание
Сказать, что, избавившись от магов, я быстро успокоился, означало бы солгать. И, спустя месяцы после ужасных событий, продолжал вскрикивать во сне, и вздрагивал от каждого, казавшегося мне подозрительным, звука. Джек возил меня на побережье океана, считая, что это поможет успокоиться. Не очень-то помогло, ну, хотя бы немного отвлекло…
Я сразу повзрослел, во всяком случае, мне так казалось. Внешне оставаясь с друзьями прежним -- озорным насмешником и забиякой, наедине с собой понимал, что просто притворяюсь. Никогда мне не почувствовать ту же лёгкость и беззаботность, всё изменилось. А по-другому и не могло быть. Слишком это тяжёлая ноша для любого человека, тем более -- ребёнка.
Понимал это и Джек, старавшийся во всём меня поддерживать. Но, несмотря на их с Луизой искреннюю любовь и заботу, ничто не могло изменить случившегося. И хоть приёмный отец верил мне или пытался убедить в этом нас обоих -- я в себе сомневался.
Оставшись наедине со своими мыслями, вспоминал слова магов о том, что я родом из Тёмного мира и вообще не человек. Забыть такое просто невозможно. Кто же я такой? Зачем меня пытались похитить? Неужели, я -- особенный…
Эти мысли замучили меня, и, достав перстень из ящика письменного стола, убранный туда несколько месяцев назад, снова взял его в руку. Почему я его убрал? Он же манипулировал мной. А если Джек прав, и хозяин перстня хочет меня использовать в своих интересах? Я-то по своей наивности думал, что он помогает и сам ждёт от меня помощи. Но так ли это? Отец считал, что нет, заставив и меня сомневаться…
И всё же, сжав перстень в ладони, я решил «поговорить». Но он оставался холодным.
«Что случилось? Обиделся, что я его бросил? Что ж, значит, уберу к другим «тёмным вещам» -- кинжалу и камню-вампиру». Стоило мне так подумать, как он тотчас же потеплел. «Ну, вот так-то лучше», -- усмехнулся я.
-- Ну что, поговорим?
Приятное тепло снова согрело руку, значит, перстень был согласен на разговор.
-- У меня к тебе остались вопросы, человек-тень. Не думай, что я забыл, как ты меня спас.
В ответ пришла горячая пульсирующая волна.
-- И всё же, есть кое-что, из-за чего я не могу спокойно спать и, как раньше, радоваться жизни… Если поможешь разобраться в этом, буду считать тебя другом.
Опять «тепло», я ждал этого.
-- Обещай отвечать честно, лады?
Чуть не обжёг, надо же! Ему так не терпелось открыть мне страшные секреты, что ли? -- я иронично хмыкнул, и перстень сразу остыл.
-- Ты читаешь мои мысли, отвечай?
«Горячо», -- что ж, понятно.
-- Ты маг?
Снова положительный ответ, кто бы сомневался. Я помедлил несколько мгновений, потому что мне нелегко было решиться спросить о таком.
-- Я, Мика, родом из Тёмного мира?
«Да», -- даже не отрицает. Сдавило сердце, и кровь зашумела в ушах, но это меня не остановило.
-- Я -- человек? Если нет, то кто, демон тебя побери?
Он не отвечал. Ясно, некорректно поставленный вопрос.
-- Ответь на первую часть вопроса, -- я начал заводиться.
И вскрикнул, так стало горячо. Можно было перевести как: «Да, да, тупой индюк!» Это, конечно, вольный перевод. Но меня он устроил, и я выдохнул, радостно улыбаясь: «Как же, оказывается, приятно быть человеком!» Но на этом мой допрос не закончился.
Однако Джек считал иначе. Он зашёл в комнату и, увидев перстень на моей ладони, нахмурился.
-- Опять ты взял эту дрянь, снова решил ей довериться?
-- Нет, па. Просто так посмотрел, -- и я поспешно сунул перстень снова в ящик стола. Но как только Джек отвернулся, быстро переложил его в карман рубашки. -- А что случилось?
-- Я только что разговаривал с Дани. Он давно мне не звонил, -- голос отца стал грустным, -- и посоветовался с ним насчёт того, что произошло. Сын очень встревожен и сказал, что эти люди ни за что не оставят нас в покое. Кажется, тебя снова надо прятать, Мика.
От этих слов у меня подкосились ноги, и я сел на стул.
-- Ты хочешь меня отослать? Понимаю, от меня одни неприятности, я вас с Луизой подставляю…
-- Как же хочется иногда тебе всыпать, Мика! Может, дашь мне сначала сказать?
Я смутился и кивнул.
-- Знаешь, я привязан к этому дому, тут прошли мои самые счастливые годы, поэтому мне не хочется покидать его. Но раз тебе грозит опасность, мы переедем.
