- Князь... - мы стояли на берегу, над нами было тревожно-белое небо, предвещающее зимнюю бурю, тяжёлую и очень снежную. Море ходило бурунами, перекатывались огромные волны, то тут то там мелькали маслянистые спины белых червей, которые так и не оставили нас.
- Мораван, - назвал он своё имя. Я пристально вгляделась в его глаза, отметив серые вихри в них - волнение, с усилием скрываемое князем. Это я волную его?
- Мораван, - повторила я, - Мы с моей небольшой командой смертников плывём на Антару, чтобы помочь родиться дракону! Не спрашивайте, откуда у нас дракон - мы скажем потом, когда разберёмся с червями, - кивнула я на поблёскивающие шкурки, - Бог-покровитель народа Ташасскара сказал о такой тьме нечисти там, на Даархите, что мы морально готовимся ко всему... Нам нужны воины, князь, очень. Каждый умелый страж будет повышать наши шансы на победу или на исполнение нашей цели. Если бы вы присутствовали на Совете, то знали бы, о чём я.
- Я знаю, что было на Совете, - уверил меня князь, - Знаю о яйце, которое нашёл ваш приёмный отец, но вот почему вам нужно плыть к даархитам?
- Мне нужен дракон, - нетерпеливо выступил вперёд Оворн, - Мора, нам пора на корабль! Мунон не решается прервать вас, но он уже связался с командой. Они дали ему сигнал, который расшифровывается, как наивысшая степень опасности. Чтобы выйти в море, нам нужно будет проредить этот живой ковёр.
Да, наш маэйни очень нервничал: приближался корабль очень медленно, то и дело вспышками отмечая смерть особо ретивых тварей под своим днищем. Когда до нас оставались уже считанные метры, черви с гнусным визгом выскочили на берег. Тамонцы перегруппировались и встретили их туши слаженным залпом нутаговых стрел и размашистыми рубящими ударами, своими мечами они перерубали белесые тела сразу надвое. Копья кололи в то же место, которое показал нам Латакк.
Мы с моими демонами тоже вступили в бой. Авантюрины слаженным дуэтом ушли в тень и дымным облаком появлялись возле тварей для точного и смертельного удара. Эми и Ланнар вынули фамильные клинки и шинковали червей, вымещая на них злость последних недель. Как я их понимаю! Сама я тоже хочу схватки, чтобы кровь врага лилась рекой, рубить и колоть то, что пытается согнать нас с наших земель! Оворн отошёл подальше и чаровал стихийные ловушки для червей, они спутали уже порядочное число тварей в клубок. Наш дракон создал потрясающее огненное плетение, кружевное и мерцающее, оно лёгкой паутинкой накрыло клубок скользких туш и мгновенно превратило их в пепел. Донну тоже были на высоте, выдавая немалый опыт.
Даоран и Нангаран очевидно уже имели дело с червями: они выпустили шикарнейшие крылья и генерировали некру волнами. Их сила заставляла нежить корчиться и с огромными выгрызенными ранами отскакивать, судорожно извиваясь, и с противным визгом уползать под клинки саашту.
- Прорывайтесь к кораблю, скорее! - кричал Мунон, насаживая очередного ощерившегося червя на своё сверкающее копьё, - Скоро начнётся буря!
Я выпустила Нюю, указав на левую сторону. Моя подруга стала носиться среди нежити, выпивая всех подряд, а кого не успевала, тех просто отпугивала своей дымно-чёрной исполинской тушей. Черви шарахались от неё, чувствуя смерть, беспощадную и неумолимую. Они отчаянно пытались уползти обратно в море, но Нюя танцевала вокруг них, сбивая их в стаю, они тесно сплелись, мешая друг другу, тогда их накрыло очередное творение Оворна, сжигая. Правда на этот раз не дотла, всего лишь обуглив их мясо до кости - мой маг истратил много сил.
Вторую сторону коридора обеспечили тамонцы с моими демонами. Корабль уткнулся носом в берег, придавив двух не успевших сбежать червей. Мы вбежали по трапу на палубу, Мунон тут же стал выяснять у команды, насколько истощён корабль, не повредили ли черви защиту дна. Лёгкими, изящными снежными тенями впорхнули на борт тамонцы. Последним, показывая заботу о своих, взошёл сам князь. Как же они отличались от остальных донну! Возможно и правда в их основателях числились драконы? Если Оворн станет снова Оворораном, спрошу обязательно!
Нос судна стал уходить с каменистого берега, мы медленно возвращались в море. Нюя напоследок испепелила и жадно впитала в себя некру от сотни-другой червей, копошащихся на берегу, и нырнула под судно. Какая гадкая некра! Просто тошнотная...
- Она очистит нам путь, - пояснила я своим спутникам. Мы стояли на палубе и провожали берег пристальными, напряжёнными взглядами. Холодный, невероятно студёный ветер трепал зло наши плащи, волосы. Поднималась буря, берег уже заносило снегом. В море зимой никто не выходит, это время опасных подводных течений, коварных льдов, способных за миг пропороть днище и потопить даже зачарованный корабль.
Тамонцы все, как один, провожали суровыми взглядами свой Замок-крепость. Изящный, белоснежный, будто из сказки. Интересно было бы побывать там, узнать, как выглядит тронный зал, есть ли там такая же оранжерея, как у саашту. Вообще интересно, как живут эти холодные статуи! Саашту тоже с волнением провожали горный пейзаж.
Вороны разговаривали с донну. Последних интересовало, почему не присоединился принц. Искривив совершенные губы в гневных улыбках, Нангаран и Даоран сказали, что это моё решение. Вот как? Так вы оба на стороне Зари? Как интерес-сно! Стражи согласно покивали головами, полностью поддерживая воронов в их неприязни ко мне. Мои гневно сощуренные глаза они не видели, но недоброе почуяли - передёрнули крыльями, а донну - тревожно заоглядывались.
- Нужно Воззвание? - спросил Оворн Мунона.
- Давайте оставим это на самый крайний случай, - поджал бледные губы сорхит, - Боги тоже не всесильны, вы ведь знаете. В защиту корабля можно влить и другую магию. Я покажу вам!
Мы спустились в трюм, прошли вдоль коридора с каютами в самый конец. Там находилась комната, дверь которой защищала колючая, морозная сила. По косяку и створке пробегали блики инеисто-голубого огня. Я ступила поближе, но сорхит с тревогой схватил мою руку.
- Не стоит, лэя Морайя, это очень опасно! Даже для вас, - нежно сжав мои пальцы, он отвёл меня немного назад, затем прижал обе свои руки ко льду, - Этот корабль, как и все ключевые механизмы в нашем городе, зачарован на крови правящей семьи. Проходите!
Дверь просто истаяла, открыв странное помещение. Чем-то оно походило на пещеру в Драконе: круглое, под стенами камни разной величины. Создавалось впечатление, что это застывшие гигантские капли. Они мерно мерцали, переливались, отстреливали искрами. В центре рос раскидистый кристалл. Острые пики разной длины соединялись в гигантскую друзу, отсвечивая на стены синевой, инеистая поверхность последних таинственно переливалась. Все в комнату не вместились - я, Эми, Ланнар, Оворн, Марак, принцы и князь Тамона. Мы долго стояли в шоке, впитывая в себя такую невероятную красоту и изящество чар элементалей.
- Это Тахенна! Живой лёд, - сказал Мунон. Он весь сиял от гордости за свой народ, что невероятно красило его: лазурные волосы искрились, как снег под луной, губы теплились лукавой улыбкой, а глаза с кристалла скользнули на меня, нашли мои и не отпускали. Внезапно в молодом сорхите проглянул будущий правитель, властный, сильный. Демоница призывно раскрыла губы, дыхание стало частым, сердце зашлось сладостным предчувствием борьбы двух внутренних демонов. Сорхит подошёл ко мне, склонился к моим губам и пояснял так интимно, лишь для меня, - Его растят жрецы. Нас, наследников, приводят к нему и оставляют на несколько дней. Мы смотрим на него, любуемся мерцанием, - Шептал он в мои губы, опаляя дыханием, - Мы становимся с ним одним целым...
- И что же он делает, этот ваш Тахенна? - прервал наш невероятно чувственный момент князь Тамона. Мы обернулись к нему с одинаково зверскими лицами.
- Он и есть корабль, князь! Это сердце моего судна. Здесь мы настраиваем защиту, скорость, все службы корабля, - Мунон с разочарованием провёл меня взглядом и указал нам на круглые камни, - Положите руки на хэо и вливайте силу. Не спешите, понемногу.
Рядом со мной на камни уложили руки Турмалин и Рубин. Огненная и бело-голубая энергии тонкими струйками скользнули в камни, в них наметилось странное движение. Будто небольшое щупальце появилось внутри, оно обвилось вокруг уже приличных лужиц магии, осторожно потрогало их, а затем выпило как сок через соломинку!
- Ваша магия принята! Но этого мало - Тахенна истощён почти полностью. Мора... вы - сильнейшая магиня в мире. Прошу вас...
- Я попробую, Муни, но ничего не обещаю. Всё же моя энергия тёмная, неживая.
Я стала на колено и прижала ладони к гладкому, холодному камню. Тьма скользнула внутрь, затемнив каплю чёрным облаком. Не сразу мы поняли, что мою энергию корабль отверг полностью, только спустя несколько минут, когда в шаре не было никаких изменений, а в самом главном кристалле стал рождаться тревожный белый свет, Мунон оторвал меня от хэо.
- Прости, Муни, - грустно улыбнулась я. Да, я - тьма, я почти такая же нечисть, как и та, что ждёт нас на Антаре. Эмиасс отпихнул сорхита и с нежными объятиями и такими же поцелуями стал уверять меня, что я самая светлая из всех тёмных, которых он встречал в жизни.
- Ничего, - улыбнулся тот, - У нас есть ещё два мага.
- Оворн? - спросила я. Сорхит кивнул, - А кто ещё?
Меня развернули к князю, тот скривил свои бледные губы в подобии улыбки и вытянул руку вперёд. На ней с каждым мигом всё увеличивался снежный сугроб, по комнате заметалась снежная буря в миниатюре.
- У вас необычная магия, князь! У всех донну магия стихийная, но такой разновидности я ещё не видела, - я накрыла его руку своей. Холодно... Снежок исчез так же внезапно, как и появился. Рука донну потеплела, а потом и вовсе обожгла мою. Я зачарованно смотрела на наши руки, но князь решил не затягивать с делом - он освободил свои пальцы из моих, впрочем с некой трепетной нежностью. Я озадаченно застыла на месте. Тамона присел у хэо, опустил свои длинные пальцы на камень и влил вихрь снежинок в каплю. Я ахнула от восторга! Мы, некроманты, к своему выпуску получаем не только опыт борьбы с нежитью, поднятия зомби или упокоения их же, но и своеобразное восприятие действительности. Когда осознаёшь, что всё вокруг тлен и будущее удобрение, поневоле становишься таким чёрствым и бесчувственным, что сам себя пугаешь порой. Но с приходом в мои мысли демоницы, многое поменялось: я стала любить и ценить жизнь, прощать то, за что убила бы раньше, не задумываясь.
Вот и сейчас забытое уже, похороненное в селении авайков ощущение чуда, восторга и непередаваемой совершенной красоты магии, снова захватило меня. На побережье были зимы, но были они без снега, только с сильным ветром и большими волнами, делавшими невозможным выход в море для рыбаков. В Матроссе тоже мягкий климат, да и магия не давала погоде испортить студентам учёбу. Я поймала задумчивый взгляд князя на меня. Странное мелькнуло в его глазах... Нет, Эми, необязательно было раскрывать все тайны! Турмалин в своём желании угодить разрушил и эту тайну - считал мысли князя и показал их мне. Я возмущённо выговаривала ему мысленно, а князь меж тем всё понял и закружил вокруг нас снежный вихрь.
- Не смей лезть мне в голову, щенок! - прорычал он и сверкнул вылезшими из-под губы клыками! Я в восторге уставилась на это чудо, - Лэя Морайя?
- Кто вы, князь? Вы ведь не донну, верно? - обошла его кругом, полюбовалась на снежные волосы, на широкую спину и узкую талию. В лицо дохнуло морозной свежестью, озоном.
- Я не открываю тайну своего рода всем желающим! Её могут знать лишь кровные родичи. Или супруги! - припечатал Мораван и встряхнулся, - Лэй Мунон, укажите, где мы можем разместиться, пожалуйста!
Эмиасс презрительно фыркнул, а я злобно зыркнула на обоих. Один таится, а другой подставляет меня на раз-два.
В комнату с лёгким поклоном вошёл сорхит-помощник или матрос, я не знаю.
- Ланон, проводи князя и остальных в каюты! Вашим воинам придётся потесниться - комнат у нас немного. И воронам, и саашту, и донну - всем тоже доведётся спать в одной комнате.
- За это не беспокойтесь, лэй! Мы были и в куда худших условиях, - махнул рукой князь и вышел вслед сорхиту.
Энергия Оворна так же была благосклонно принята кристаллом, что существенно пополнило силы корабля. Марак кивнул своему магу, и тот влил в шар свою коричнево-зелёную силу. Мунон был доволен. Он отправил нас по каютам - отдыхать, сказал, что его команда пока будет готовить ужин.
За окном выл ветер, моросил дождь, волны перехлёстывали за борта, впрочем откатываясь тут же от мерцающей купольной защиты. Наш маленький корабль плыл по бескрайнему белому морю, черви отстали наконец-то. До ужина ещё пара часов, так что можно привести себя в порядок, принять ванну. В мою комнату напрашивались и Рубин, и Эмиасс, но оба остались за дверью - сегодня я зла на обоих. На Эми за бесцеремонность, а на Ланнара - за то, что поддержал друга и искренне не понимал, за что я злюсь! Ну показал тот мне, что князь Тамона восхищался мной, что хотел бы сделать, будь мы наедине... Там такие нежные, такие трепетные были желания, а они!
Я сидела на кровати в тёплом халате и не хотела ничего: ни одеваться, ни идти на ужин, чтобы снова улыбаться, быть сильной и жёсткой, раздавать команды и приказы... Слёзы сами собой стали литься из глаз. Так всё навалилось вдруг: и смерть Стойна, и разлука с младшими, и убийство Амората... и отказ Марака. Лента моего донну, всё ещё с его кровью, бурой, спёкшейся, которой я не позволяла вымыться заклинанием, обвивала запястье над браслетом-хранилищем. Мы ещё увидимся, Стойн... на той стороне, любимый. Огонёк... Погладила алый камень, тот тут же засиял и отозвался теплом. Как же мы с тобой одиноки, милый! " Мама..." Зажала рот ладонью, чтобы не закричать от неожиданности. Да, знаю, что каюты все изолированы, и при желании можно ставить полную неслышимость, но всё же.
- Мора! Мора, открой! - стучал Эмиасс в дверь. За ним ворчал что-то даархит, журчал своим красивым голосом что-то сорхит.
- Мораван, - назвал он своё имя. Я пристально вгляделась в его глаза, отметив серые вихри в них - волнение, с усилием скрываемое князем. Это я волную его?
- Мораван, - повторила я, - Мы с моей небольшой командой смертников плывём на Антару, чтобы помочь родиться дракону! Не спрашивайте, откуда у нас дракон - мы скажем потом, когда разберёмся с червями, - кивнула я на поблёскивающие шкурки, - Бог-покровитель народа Ташасскара сказал о такой тьме нечисти там, на Даархите, что мы морально готовимся ко всему... Нам нужны воины, князь, очень. Каждый умелый страж будет повышать наши шансы на победу или на исполнение нашей цели. Если бы вы присутствовали на Совете, то знали бы, о чём я.
- Я знаю, что было на Совете, - уверил меня князь, - Знаю о яйце, которое нашёл ваш приёмный отец, но вот почему вам нужно плыть к даархитам?
- Мне нужен дракон, - нетерпеливо выступил вперёд Оворн, - Мора, нам пора на корабль! Мунон не решается прервать вас, но он уже связался с командой. Они дали ему сигнал, который расшифровывается, как наивысшая степень опасности. Чтобы выйти в море, нам нужно будет проредить этот живой ковёр.
Да, наш маэйни очень нервничал: приближался корабль очень медленно, то и дело вспышками отмечая смерть особо ретивых тварей под своим днищем. Когда до нас оставались уже считанные метры, черви с гнусным визгом выскочили на берег. Тамонцы перегруппировались и встретили их туши слаженным залпом нутаговых стрел и размашистыми рубящими ударами, своими мечами они перерубали белесые тела сразу надвое. Копья кололи в то же место, которое показал нам Латакк.
Мы с моими демонами тоже вступили в бой. Авантюрины слаженным дуэтом ушли в тень и дымным облаком появлялись возле тварей для точного и смертельного удара. Эми и Ланнар вынули фамильные клинки и шинковали червей, вымещая на них злость последних недель. Как я их понимаю! Сама я тоже хочу схватки, чтобы кровь врага лилась рекой, рубить и колоть то, что пытается согнать нас с наших земель! Оворн отошёл подальше и чаровал стихийные ловушки для червей, они спутали уже порядочное число тварей в клубок. Наш дракон создал потрясающее огненное плетение, кружевное и мерцающее, оно лёгкой паутинкой накрыло клубок скользких туш и мгновенно превратило их в пепел. Донну тоже были на высоте, выдавая немалый опыт.
Даоран и Нангаран очевидно уже имели дело с червями: они выпустили шикарнейшие крылья и генерировали некру волнами. Их сила заставляла нежить корчиться и с огромными выгрызенными ранами отскакивать, судорожно извиваясь, и с противным визгом уползать под клинки саашту.
- Прорывайтесь к кораблю, скорее! - кричал Мунон, насаживая очередного ощерившегося червя на своё сверкающее копьё, - Скоро начнётся буря!
Я выпустила Нюю, указав на левую сторону. Моя подруга стала носиться среди нежити, выпивая всех подряд, а кого не успевала, тех просто отпугивала своей дымно-чёрной исполинской тушей. Черви шарахались от неё, чувствуя смерть, беспощадную и неумолимую. Они отчаянно пытались уползти обратно в море, но Нюя танцевала вокруг них, сбивая их в стаю, они тесно сплелись, мешая друг другу, тогда их накрыло очередное творение Оворна, сжигая. Правда на этот раз не дотла, всего лишь обуглив их мясо до кости - мой маг истратил много сил.
Вторую сторону коридора обеспечили тамонцы с моими демонами. Корабль уткнулся носом в берег, придавив двух не успевших сбежать червей. Мы вбежали по трапу на палубу, Мунон тут же стал выяснять у команды, насколько истощён корабль, не повредили ли черви защиту дна. Лёгкими, изящными снежными тенями впорхнули на борт тамонцы. Последним, показывая заботу о своих, взошёл сам князь. Как же они отличались от остальных донну! Возможно и правда в их основателях числились драконы? Если Оворн станет снова Оворораном, спрошу обязательно!
Нос судна стал уходить с каменистого берега, мы медленно возвращались в море. Нюя напоследок испепелила и жадно впитала в себя некру от сотни-другой червей, копошащихся на берегу, и нырнула под судно. Какая гадкая некра! Просто тошнотная...
- Она очистит нам путь, - пояснила я своим спутникам. Мы стояли на палубе и провожали берег пристальными, напряжёнными взглядами. Холодный, невероятно студёный ветер трепал зло наши плащи, волосы. Поднималась буря, берег уже заносило снегом. В море зимой никто не выходит, это время опасных подводных течений, коварных льдов, способных за миг пропороть днище и потопить даже зачарованный корабль.
Тамонцы все, как один, провожали суровыми взглядами свой Замок-крепость. Изящный, белоснежный, будто из сказки. Интересно было бы побывать там, узнать, как выглядит тронный зал, есть ли там такая же оранжерея, как у саашту. Вообще интересно, как живут эти холодные статуи! Саашту тоже с волнением провожали горный пейзаж.
Вороны разговаривали с донну. Последних интересовало, почему не присоединился принц. Искривив совершенные губы в гневных улыбках, Нангаран и Даоран сказали, что это моё решение. Вот как? Так вы оба на стороне Зари? Как интерес-сно! Стражи согласно покивали головами, полностью поддерживая воронов в их неприязни ко мне. Мои гневно сощуренные глаза они не видели, но недоброе почуяли - передёрнули крыльями, а донну - тревожно заоглядывались.
- Нужно Воззвание? - спросил Оворн Мунона.
- Давайте оставим это на самый крайний случай, - поджал бледные губы сорхит, - Боги тоже не всесильны, вы ведь знаете. В защиту корабля можно влить и другую магию. Я покажу вам!
Мы спустились в трюм, прошли вдоль коридора с каютами в самый конец. Там находилась комната, дверь которой защищала колючая, морозная сила. По косяку и створке пробегали блики инеисто-голубого огня. Я ступила поближе, но сорхит с тревогой схватил мою руку.
- Не стоит, лэя Морайя, это очень опасно! Даже для вас, - нежно сжав мои пальцы, он отвёл меня немного назад, затем прижал обе свои руки ко льду, - Этот корабль, как и все ключевые механизмы в нашем городе, зачарован на крови правящей семьи. Проходите!
Дверь просто истаяла, открыв странное помещение. Чем-то оно походило на пещеру в Драконе: круглое, под стенами камни разной величины. Создавалось впечатление, что это застывшие гигантские капли. Они мерно мерцали, переливались, отстреливали искрами. В центре рос раскидистый кристалл. Острые пики разной длины соединялись в гигантскую друзу, отсвечивая на стены синевой, инеистая поверхность последних таинственно переливалась. Все в комнату не вместились - я, Эми, Ланнар, Оворн, Марак, принцы и князь Тамона. Мы долго стояли в шоке, впитывая в себя такую невероятную красоту и изящество чар элементалей.
- Это Тахенна! Живой лёд, - сказал Мунон. Он весь сиял от гордости за свой народ, что невероятно красило его: лазурные волосы искрились, как снег под луной, губы теплились лукавой улыбкой, а глаза с кристалла скользнули на меня, нашли мои и не отпускали. Внезапно в молодом сорхите проглянул будущий правитель, властный, сильный. Демоница призывно раскрыла губы, дыхание стало частым, сердце зашлось сладостным предчувствием борьбы двух внутренних демонов. Сорхит подошёл ко мне, склонился к моим губам и пояснял так интимно, лишь для меня, - Его растят жрецы. Нас, наследников, приводят к нему и оставляют на несколько дней. Мы смотрим на него, любуемся мерцанием, - Шептал он в мои губы, опаляя дыханием, - Мы становимся с ним одним целым...
- И что же он делает, этот ваш Тахенна? - прервал наш невероятно чувственный момент князь Тамона. Мы обернулись к нему с одинаково зверскими лицами.
- Он и есть корабль, князь! Это сердце моего судна. Здесь мы настраиваем защиту, скорость, все службы корабля, - Мунон с разочарованием провёл меня взглядом и указал нам на круглые камни, - Положите руки на хэо и вливайте силу. Не спешите, понемногу.
Рядом со мной на камни уложили руки Турмалин и Рубин. Огненная и бело-голубая энергии тонкими струйками скользнули в камни, в них наметилось странное движение. Будто небольшое щупальце появилось внутри, оно обвилось вокруг уже приличных лужиц магии, осторожно потрогало их, а затем выпило как сок через соломинку!
- Ваша магия принята! Но этого мало - Тахенна истощён почти полностью. Мора... вы - сильнейшая магиня в мире. Прошу вас...
- Я попробую, Муни, но ничего не обещаю. Всё же моя энергия тёмная, неживая.
Я стала на колено и прижала ладони к гладкому, холодному камню. Тьма скользнула внутрь, затемнив каплю чёрным облаком. Не сразу мы поняли, что мою энергию корабль отверг полностью, только спустя несколько минут, когда в шаре не было никаких изменений, а в самом главном кристалле стал рождаться тревожный белый свет, Мунон оторвал меня от хэо.
- Прости, Муни, - грустно улыбнулась я. Да, я - тьма, я почти такая же нечисть, как и та, что ждёт нас на Антаре. Эмиасс отпихнул сорхита и с нежными объятиями и такими же поцелуями стал уверять меня, что я самая светлая из всех тёмных, которых он встречал в жизни.
- Ничего, - улыбнулся тот, - У нас есть ещё два мага.
- Оворн? - спросила я. Сорхит кивнул, - А кто ещё?
Меня развернули к князю, тот скривил свои бледные губы в подобии улыбки и вытянул руку вперёд. На ней с каждым мигом всё увеличивался снежный сугроб, по комнате заметалась снежная буря в миниатюре.
- У вас необычная магия, князь! У всех донну магия стихийная, но такой разновидности я ещё не видела, - я накрыла его руку своей. Холодно... Снежок исчез так же внезапно, как и появился. Рука донну потеплела, а потом и вовсе обожгла мою. Я зачарованно смотрела на наши руки, но князь решил не затягивать с делом - он освободил свои пальцы из моих, впрочем с некой трепетной нежностью. Я озадаченно застыла на месте. Тамона присел у хэо, опустил свои длинные пальцы на камень и влил вихрь снежинок в каплю. Я ахнула от восторга! Мы, некроманты, к своему выпуску получаем не только опыт борьбы с нежитью, поднятия зомби или упокоения их же, но и своеобразное восприятие действительности. Когда осознаёшь, что всё вокруг тлен и будущее удобрение, поневоле становишься таким чёрствым и бесчувственным, что сам себя пугаешь порой. Но с приходом в мои мысли демоницы, многое поменялось: я стала любить и ценить жизнь, прощать то, за что убила бы раньше, не задумываясь.
Вот и сейчас забытое уже, похороненное в селении авайков ощущение чуда, восторга и непередаваемой совершенной красоты магии, снова захватило меня. На побережье были зимы, но были они без снега, только с сильным ветром и большими волнами, делавшими невозможным выход в море для рыбаков. В Матроссе тоже мягкий климат, да и магия не давала погоде испортить студентам учёбу. Я поймала задумчивый взгляд князя на меня. Странное мелькнуло в его глазах... Нет, Эми, необязательно было раскрывать все тайны! Турмалин в своём желании угодить разрушил и эту тайну - считал мысли князя и показал их мне. Я возмущённо выговаривала ему мысленно, а князь меж тем всё понял и закружил вокруг нас снежный вихрь.
- Не смей лезть мне в голову, щенок! - прорычал он и сверкнул вылезшими из-под губы клыками! Я в восторге уставилась на это чудо, - Лэя Морайя?
- Кто вы, князь? Вы ведь не донну, верно? - обошла его кругом, полюбовалась на снежные волосы, на широкую спину и узкую талию. В лицо дохнуло морозной свежестью, озоном.
- Я не открываю тайну своего рода всем желающим! Её могут знать лишь кровные родичи. Или супруги! - припечатал Мораван и встряхнулся, - Лэй Мунон, укажите, где мы можем разместиться, пожалуйста!
Эмиасс презрительно фыркнул, а я злобно зыркнула на обоих. Один таится, а другой подставляет меня на раз-два.
В комнату с лёгким поклоном вошёл сорхит-помощник или матрос, я не знаю.
- Ланон, проводи князя и остальных в каюты! Вашим воинам придётся потесниться - комнат у нас немного. И воронам, и саашту, и донну - всем тоже доведётся спать в одной комнате.
- За это не беспокойтесь, лэй! Мы были и в куда худших условиях, - махнул рукой князь и вышел вслед сорхиту.
Энергия Оворна так же была благосклонно принята кристаллом, что существенно пополнило силы корабля. Марак кивнул своему магу, и тот влил в шар свою коричнево-зелёную силу. Мунон был доволен. Он отправил нас по каютам - отдыхать, сказал, что его команда пока будет готовить ужин.
За окном выл ветер, моросил дождь, волны перехлёстывали за борта, впрочем откатываясь тут же от мерцающей купольной защиты. Наш маленький корабль плыл по бескрайнему белому морю, черви отстали наконец-то. До ужина ещё пара часов, так что можно привести себя в порядок, принять ванну. В мою комнату напрашивались и Рубин, и Эмиасс, но оба остались за дверью - сегодня я зла на обоих. На Эми за бесцеремонность, а на Ланнара - за то, что поддержал друга и искренне не понимал, за что я злюсь! Ну показал тот мне, что князь Тамона восхищался мной, что хотел бы сделать, будь мы наедине... Там такие нежные, такие трепетные были желания, а они!
Я сидела на кровати в тёплом халате и не хотела ничего: ни одеваться, ни идти на ужин, чтобы снова улыбаться, быть сильной и жёсткой, раздавать команды и приказы... Слёзы сами собой стали литься из глаз. Так всё навалилось вдруг: и смерть Стойна, и разлука с младшими, и убийство Амората... и отказ Марака. Лента моего донну, всё ещё с его кровью, бурой, спёкшейся, которой я не позволяла вымыться заклинанием, обвивала запястье над браслетом-хранилищем. Мы ещё увидимся, Стойн... на той стороне, любимый. Огонёк... Погладила алый камень, тот тут же засиял и отозвался теплом. Как же мы с тобой одиноки, милый! " Мама..." Зажала рот ладонью, чтобы не закричать от неожиданности. Да, знаю, что каюты все изолированы, и при желании можно ставить полную неслышимость, но всё же.
- Мора! Мора, открой! - стучал Эмиасс в дверь. За ним ворчал что-то даархит, журчал своим красивым голосом что-то сорхит.
