У меня нервно дёрнулся глаз.
– Уважаемый архимаг Фрей! Вам не кажется, что это уже перебор?
Мне опять никто не ответил.
Тяжело вздохнув, решила прибегнуть к уловке.
– Деда-а-а, – захныкала я, продолжая прислушиваться к магии, – а давай по старинке, а? Забеги, капканы, лазанье по горам в пижаме, ночной заплыв в озере с хищной рыбой… А то, боюсь, что, если так продолжится, ты будешь вынужден собирать ошмётки своей любимой и единственной внучки по всему лесу.
– Пф-ф-ф, зачем собирать-то? – фыркнул родственничек, усилив голос чарами.
– Чтобы по-тихому захоронить и не испортить своей репутации, – закатив глаза, выдала я.
– Ну и зачем?.. Просто сожгу весь лес заклятием драконьего пламени – и дело с концом!
Ага! Нашла голубчика!
Сконцентрировалась, дёрнула амулет переноса… и оказалась в объятиях дедушки.
– Молодчинка, Эльза, – расплылся в довольной улыбке этот… экспериментатор.
– А если бы я пострадала? – пытливо вгляделась в добрые карие глаза архимага.
– На тебе амулет защиты и чары, которые…
– Ты самолично разрабатывал, – закончила за старичка я. – Да-да, знаю, помню, горжусь.
– Что-то незаметно, – фыркнул дед. – А мне за их изобретение, между прочим, статус архимага и присвоили…
Хвастун.
– Пошли спать, – зевнула, удобно устраиваясь на руках у лучшего алхимика и артефактора современности.
Хмыкнув, дед Луиз перенёс нас портальным амулетом.
POV архимага Луиза Фрея.
Эльза уснула, как только её голова коснулась подушки.
Укутал малышку одеялом и сел рядом. Протянул руки к костру.
Да уж, напугал я её сегодня. Ну, что поделать? Девочка, живущая нашим – кочевым – образом жизни, должна быть готова всегда и ко всему.
– Эх, не такой жизни я хотел для тебя, дитя, – грустно улыбнувшись, погладил внучку по голове. – Шесть лет. Прошло уже целых шесть лет… Вот если бы Эвелина была жива, то всё было бы по-другому…
Лёг на траву и обратил взгляд в ночное небо.
– Звёзды сегодня необычайно яркие. Как и мысли. К сожалению.
Нервно провёл ладонью по лицу.
– Эти воспоминания такие горькие… но это всё, что мне осталось от тебя, дочь… – невесело усмехнулся. – Да уж, отвратный из меня вышел отец, раз ты предпочла мне этого узколобого сноба… И что ты в нём, вообще, нашла?..
Как же я был зол восемь лет назад, когда услышал, что моя дочь собирается выходить замуж гражданским браком, а не магическим. Не то чтобы это было плохо, я и сам на её матери женился гражданским браком, по залёту… кхм, мда, но это к делу не относится. Для своего единственного ребёнка я хотел только лучшего. Особенно учитывая, что пошла она в свою мать, то есть родилась обычным человеком, без дара. Не магом, короче говоря. А значит, и срок жизни ей был отмерян как минимум раза в два короче, чем наш – магов – потолок в тысячу лет. Да и стареют обычные люди быстрее. И волшебные омолаживающие и оздоравливающие эликсиры на них почти не действуют… А тут – собралась замуж за тысячелетнего, пусть и бракованного, без магии, да и явно незаконнорождённого, но всё с тем же бонусом, что и у этой «высшей касты людей» – в виде трёх-пяти тысяч лет жизни без старения, как и у остальных везучих рас нашего мира: драконов, светлых эльфов и метаморфов. И на тебе – гражданский брак! Профукать шанс на три тысячелетия жизни в вечно молодом теле! Тьфу!
Любовь, говорила она! Так ежели бы любил, то магическими узами связал, чтобы быть вместе до конца своих дней!
Но разве ж её переубедишь, мою Эвелину, когда она упёрлась рогами в стенку? Нет конечно!
Вот мы и разругались в пух и прах. Я и на свадьбу отказался прийти, не то что с женишком знакомиться!
– Эх, знал бы я, что это был последний раз, когда я видел тебя живой, доченька… Я бы послал подальше все свои эксперименты и путешествия! И всё время посвятил бы только тебе, моя Эви…
Глаза защипало.
Зажмурился.
К счастью, мы успели помириться. Писали друг другу, общались по переговорному зеркалу, но всё же это не живое общение. Артефакт не даст обнять, поцеловать, передать чувства через тепло тела…
Моя Эви была так счастлива, так влюблена в этого своего Лореса. А как она радовалась беременности!
Я хотел присутствовать при рождении внука или внучки, но дочь воспротивилась.
Решил, что стесняется, и не стал настаивать. Старый дурак! Знал бы, в чём на самом деле было дело, примчался бы несмотря ни на что!
В тот вечер я читал гримуар по травологии, присланный моей бывшей одногруппницей по магистратуре, Юльсиэль, попивал вино из бокала, как внезапно в груди стало пусто, парный перстень-артефакт, настроенный на экстренную связь с Эви, похолодел, а плетение в нём истончилось.
Беда!
Я кинулся к выходу, схватил по дороге походную сумку, выскочил на улицу, использовал редчайший маг-накопитель, чтобы создать портал к дому дочери.
Надеясь на чудо, на сбой в работе перстня, я распахнул дверь и, оглядевшись, влетел по ступеням на второй этаж.
Услышал плач и рванул к дальней приоткрытой двери.
Вошёл.
И увидел картину, которая до сих пор снится мне в кошмарах.
Бездыханное тело дочери на окровавленных простынях. Плачущий ребёнок, лежащий у неё в ногах. Повитуха, с наливающимся синяком на щеке и разбитой губой, поднимающаяся с пола и пытающаяся закрыть собой ребёнка. И лощёный высокий длинноволосый блондин с полными бешеной ярости серебристо-серыми глазами, медленно подходящий к постели.
– Это отродье убило мою жену, – ледяным тоном произносит он.
– Господин, дитя не виновато. Здесь нужен был маг, но Вы запретили… – испуганно лепечет пожилая женщина, при этом продолжая защищать ребёнка и не сводя глаз с… господина.
– То есть виноват я? – зашипел он, практически склонившись над повитухой. – Это твоя работа – принимать роды. Ты уверяла, что всё будет хорошо! – рявкнул Лорес.
– Но без магии…
– Магия, магия, магия! Далась вам всем эта магия! И без неё можно прожить! Отойди!
Лэй с силой оттолкнул женщину и протянул руку к плачущему ребёнку.
Но схватить не успел. Воздушная волна приложила его о стену.
– Невозможно, – шокировано произнёс он. – Этого не может быть… Я не обладаю магией, Эви была обычным человеком… Почему у девчонки дар?
И столько злобы, ненависти и потаённой зависти прозвучало в его голосе…
Мужчина залился безумным смехом.
– Ха, видимо, из нас двоих только я испытывал чувства. Идиот. Повёлся как мальчишка. Это не мой ребёнок, – выдал Лэй. И ни одной эмоции ни на лице, ни в голосе!
Тут уж я не выдержал.
– Неуж-ж-жели?! – прошипел в лицо ублюдку, позорящему честь и память моей дочери.
Магия вокруг меня заискрилась.
– Кто Вы? И что забыли в моём доме?
– Отец Эвелины.
Блондин зло сощурился:
– Маг. Она не говорила, что состоит в родстве с магами, – прозвучало презрительно. – Впрочем, как оказалось, она о многом… не договаривала. Наш брак был ошибкой. Что Вам нужно?
Я еле сдержался, чтобы не растерзать негодяя на клочки ни магией, ни физически.
Позже, Фрей. Сейчас у тебя другая цель.
– Я забираю дочь и внучку.
– Как пожелаете, – пожал плечами… зять и, обойдя меня, направился к двери.
– Стой! И это всё? Никаких возражений? Претензий? Скандалов? Требований? – развернувшись к Лоресу Лэю, спросил я.
Он смерил меня высокомерным взглядом и отвернулся.
– У Вас полчаса, чтобы убраться из моего дома. На раздел имущества можете не надеяться. Вы ничего не получите. С девчонкой делайте, что хотите. Мне не интересно. А тело Эв… – запнулся мерзавец, – её тело похороните на городском кладбище. Я оплачу погребение и всё, что требуется. Пришлите счёт по маг-почте. Ибо встречаться с Вами или кем-то другим ещё раз я не намерен.
И он ушёл.
Просто вышел из комнаты, а затем и из дома.
Повитуха также ретировалась, бросив напоследок:
– Мне очень жаль, господин.
И я остался один. Совсем один.
Подошёл к дочери. Нежно обвёл овал навечно юного лица. Проследил пальцами улыбку. И закрыл рукой остекленевшие глаза.
– Двадцать лет… Магия, ей только двадцать лет!
В груди защемило. Горло сжал спазм. Я упал на колени, сжал в руках хрупкую холодную ладошку дочери и заплакал. Как ребёнок. Хотя даже в детстве я никогда не рыдал. Так горько. Так отчаянно. Так безнадёжно.
Всё, к чему я стремился, наверное, с самого рождения, – без малого, две сотни лет, – показалось мне таким далёким, ненужным, бесполезным.
– Тщеславный старый осёл, – хмыкнул я и, давясь слезами, расхохотался.
Так бы и продолжал жалеть себя, если бы не тёплый магический ветерок, внезапно ударивший мне в лицо.
Посмотрел в сторону источника и наткнулся на внимательный взгляд. Маленькое существо смешно зевнуло и заморгало.
Я невольно улыбнулся.
– И как я мог забыть про тебя?
Поднялся. Рукавом вытер слёзы. Подошёл к младенцу и взял на руки.
– Не один. Теперь у меня есть ты. И я не позволю никому причинить тебе боль, малышка.
Внучка что-то одобрительно воскликнула.
– Именно. А сейчас нам пора уходить.
И мы покинули дом.
Я экстренно вызвал Юльсиэль.
Эльфийка перенеслась к нам за считанные мгновения.
Сонная, всклокоченная, в мантии магистра, поверх кружевной ночной сорочки.
Увидев меня, она всё поняла без слов.
Только спросила, где Эви.
Я кивнул на дом.
А дальше подруга развила бурную деятельность.
Не прошло и десяти минут, как мы очутились на кладбище и началась церемония ритуального сожжения и захоронения. Ибо я не позволю какому-либо замшелому некромантишке использовать тело моей дочери после смерти.
Всё прошло как должно.
Краем глаза я заметил вдали Лореса Лэя.
Крепче прижал к себе внучку и плотнее закутал её в мантию.
– Пришёл, мерзавец, – буркнул себе под нос, покидая погост.
Но леди Юльсиэль Лоутс, разумеется, услышала.
У этих эльфов, вообще, поразительно тонкий слух.
– Расскажешь?
– Сначала нужно уложить спать ребёнка в нормальную постель.
– У тебя-то есть нормальная постель? Небось ютишься на старом диване, – фыркнула подруга.
Угадала.
– Ой, как всё запущенно, – проследив мою реакцию, закатила глаза Юльс. – Сегодня переночуете у меня. Девочка выспится, ты выговоришься, а завтра решим, что делать. А то я очень сомневаюсь, что наш гениальный архимаг Луиз Фрей разбирается в чём-либо, кроме магических наук и походной жизни.
Опять полетел камень в мой огород. Справедливо, надо сказать.
– Я, и правда, не силён в бытовых мелочах, – решил признать очевидное.
– Знаю, – фыркнула брюнетка. – До сих пор забыть не могу, как ты отбывал повинность за взрыв в преподавательской лаборатории на кухне академии. Хех, мы тогда всем составом альма-матер боялись травануться твоими шедеврами. А уж какой срач на самой кухне развёл, – захихикала Лоутс, сверкая тёмно-зелёными глазами. – Кто ж знал, что руки у нашего гения в плане готовки и уборки не из того места растут…
Я усмехнулся.
– Это был тактический ход. Меня же после этого больше не ставили отрабатывать повинность без магии, да ещё и в бытовой сфере. Стали посылать помогать в библиотеку. А ты же знаешь – я там как рыба в воде.
– Ну-ну, заливай в уши кому-нибудь другому! – рассмеялась Юльсиэль и открыла портал к себе домой, в эльфийское королевство Хоурнэль.
И мы оказались… перед огромным величественным дворцом, сплетённым из тысяч лиан, со всякими завитками, барельефами, витражами… А уж что там было внутри! Кругом золото, драгоценные камни, меха, шелка, картины во всю стену…
– Немножко простовато, но мы же всё-таки графский род. Папин дом в столице выглядит более представительно, – походя заметила подруга.
Вот так я впервые и охренел от представления светлых эльфов о простоте.
А дальше мы уложили в постельку малышку, навесили сигнальные чары и заперлись в кабинете, где я до утра изливал на Юльси все свои мысли и чувства.
– Мда, даже вспоминать стыдно, как я тогда напился и что рассказал. Но стресс сделал своё дело.
Подруга выслушала. И с тех пор всегда помогает советом или книгами по воспитанию Эльзы. Правда, у меня не всегда находится время их почитать… но это уже другая история…
Что касается нерадивого папашки Эль, то я просто вычеркнул его из нашей жизни. Тот его приход на кладбище буквально спас ублюдка от моей мести. Я отослал ему маг-почтой документы об отказе от дочери и любых претензий в будущем, которые он тут же и вернул мне со всеми подписями. Став единственным опекуном ребёнка по закону, я, наконец, официально смог дать ей имя – Эльза Фрей. Лэю же послал документы об отказе от прав на его имущество. На этом наше общение с бесчеловечным типом и закончилось.
А дальше… Дальше я решил стать хорошим дедом, раз отцом не вышло… Но надолго меня не хватило. Нет, с бытовой стороной вопроса я смирился: пелёнки, распашонки, вот это вот всё… Но сидеть на одном месте, быть заключённым в четырёх стенах? Нет, это не моё.
Я честно попытался. Стал лектором в Королевской академии Хоурнэля, благодаря рекомендациям и связям Юльси… Но меня хватило на три года. Как только моя Эль немножко подросла, так я и сбежал оттуда. Что далось мне с трудом, ибо остроухие по достоинству оценили волей случая попавшего в их загребущие лапки архимага алхимии и артефакторики. До сих пор приходится отбиваться от приглашений самых настойчивых. Да и совсем без потерь выбраться не получилось: раз в полгода приходится неделю вести лекции у старших курсов. Безвылазно. С самого утра до ночи. Благо эльфы, как и раньше, разрешают брать на пары Эльзу. Иначе бы я свихнулся, думая, не учудила ли чего внуча в моё отсутствие. Потому как свою магию она контролирует частично – слишком много её для малышки. Вот так вот проявилось отцовское наследие тысячелетних людей – стихия, подчиняющаяся воле, управление стихией без заклинаний. Для мага, коим и является Эль, это невозможно. Но стихия есть и просто жаждет выполнять желания. И если бы – ах, если бы! – стихия в подчинении, как и у тысячелетних, была всего одна! Ну, ладно, две! Так нет же! Все стихии вокруг готовы оказать «услугу» внуче! То потоп, то торнадо, то локальное землетрясение, а то и огненный вал! В общем, не соскучишься. На минуту нельзя оставить без присмотра. А то вдруг какая из стихий решит показать себя с лучшей стороны.
Пришлось чуть ли не с самого рождения начать обучать малышку магии и контролю. И всегда с собой брать, чтобы вовремя остановить спонтанный всплеск силы и предотвратить локальные разрушения.
Так и таскал мелочь с собой на все пары в люльке, а потом и на ручках. Адепты быстро привыкли и перестали обращать внимание на мои «странности».
И слава магии, что она даровала мне такого друга, как Юльси! Не будь эльфийки, я бы с катушек слетел, не имея возможности поэкспериментировать в лаборатории.
Ребёнка же туда не потащишь – опасно! А я всё же не цветочки пересаживаю! Ядовитые пары, взрывоопасные вещества… и Эль, которая не контролирует магию! Бр-р-р, только этого и не хватало…
– Деда, ты не спишь? – вытащил меня из воспоминаний тихий голос внучки.
– Да вот что-то не спится, – протянул я и повернулся к Эльзе. – А ты почему не спишь?
– Думаю, – вздохнула она.
– И о чём же?
– О Юльси.
Неожиданно…
– И?
– Она же тебя старше на два года, – задумчиво протянул ребёнок. – Но она молодая, красивая… Ей больше восемнадцати и не дашь. А ты… Дедуль, ты старик…
– Пф-ф-ф! Пара десятков морщин и седина не делают меня стариком, Эль. Я здоров как бык. Да и Юльси – эльфийка. Она будет выглядеть девчонкой до самой смерти. То есть ещё почти целых пять тысячелетий…
– Уважаемый архимаг Фрей! Вам не кажется, что это уже перебор?
Мне опять никто не ответил.
Тяжело вздохнув, решила прибегнуть к уловке.
– Деда-а-а, – захныкала я, продолжая прислушиваться к магии, – а давай по старинке, а? Забеги, капканы, лазанье по горам в пижаме, ночной заплыв в озере с хищной рыбой… А то, боюсь, что, если так продолжится, ты будешь вынужден собирать ошмётки своей любимой и единственной внучки по всему лесу.
– Пф-ф-ф, зачем собирать-то? – фыркнул родственничек, усилив голос чарами.
– Чтобы по-тихому захоронить и не испортить своей репутации, – закатив глаза, выдала я.
– Ну и зачем?.. Просто сожгу весь лес заклятием драконьего пламени – и дело с концом!
Ага! Нашла голубчика!
Сконцентрировалась, дёрнула амулет переноса… и оказалась в объятиях дедушки.
– Молодчинка, Эльза, – расплылся в довольной улыбке этот… экспериментатор.
– А если бы я пострадала? – пытливо вгляделась в добрые карие глаза архимага.
– На тебе амулет защиты и чары, которые…
– Ты самолично разрабатывал, – закончила за старичка я. – Да-да, знаю, помню, горжусь.
– Что-то незаметно, – фыркнул дед. – А мне за их изобретение, между прочим, статус архимага и присвоили…
Хвастун.
– Пошли спать, – зевнула, удобно устраиваясь на руках у лучшего алхимика и артефактора современности.
Хмыкнув, дед Луиз перенёс нас портальным амулетом.
***
POV архимага Луиза Фрея.
Эльза уснула, как только её голова коснулась подушки.
Укутал малышку одеялом и сел рядом. Протянул руки к костру.
Да уж, напугал я её сегодня. Ну, что поделать? Девочка, живущая нашим – кочевым – образом жизни, должна быть готова всегда и ко всему.
– Эх, не такой жизни я хотел для тебя, дитя, – грустно улыбнувшись, погладил внучку по голове. – Шесть лет. Прошло уже целых шесть лет… Вот если бы Эвелина была жива, то всё было бы по-другому…
Лёг на траву и обратил взгляд в ночное небо.
– Звёзды сегодня необычайно яркие. Как и мысли. К сожалению.
Нервно провёл ладонью по лицу.
– Эти воспоминания такие горькие… но это всё, что мне осталось от тебя, дочь… – невесело усмехнулся. – Да уж, отвратный из меня вышел отец, раз ты предпочла мне этого узколобого сноба… И что ты в нём, вообще, нашла?..
Как же я был зол восемь лет назад, когда услышал, что моя дочь собирается выходить замуж гражданским браком, а не магическим. Не то чтобы это было плохо, я и сам на её матери женился гражданским браком, по залёту… кхм, мда, но это к делу не относится. Для своего единственного ребёнка я хотел только лучшего. Особенно учитывая, что пошла она в свою мать, то есть родилась обычным человеком, без дара. Не магом, короче говоря. А значит, и срок жизни ей был отмерян как минимум раза в два короче, чем наш – магов – потолок в тысячу лет. Да и стареют обычные люди быстрее. И волшебные омолаживающие и оздоравливающие эликсиры на них почти не действуют… А тут – собралась замуж за тысячелетнего, пусть и бракованного, без магии, да и явно незаконнорождённого, но всё с тем же бонусом, что и у этой «высшей касты людей» – в виде трёх-пяти тысяч лет жизни без старения, как и у остальных везучих рас нашего мира: драконов, светлых эльфов и метаморфов. И на тебе – гражданский брак! Профукать шанс на три тысячелетия жизни в вечно молодом теле! Тьфу!
Любовь, говорила она! Так ежели бы любил, то магическими узами связал, чтобы быть вместе до конца своих дней!
Но разве ж её переубедишь, мою Эвелину, когда она упёрлась рогами в стенку? Нет конечно!
Вот мы и разругались в пух и прах. Я и на свадьбу отказался прийти, не то что с женишком знакомиться!
– Эх, знал бы я, что это был последний раз, когда я видел тебя живой, доченька… Я бы послал подальше все свои эксперименты и путешествия! И всё время посвятил бы только тебе, моя Эви…
Глаза защипало.
Зажмурился.
К счастью, мы успели помириться. Писали друг другу, общались по переговорному зеркалу, но всё же это не живое общение. Артефакт не даст обнять, поцеловать, передать чувства через тепло тела…
Моя Эви была так счастлива, так влюблена в этого своего Лореса. А как она радовалась беременности!
Я хотел присутствовать при рождении внука или внучки, но дочь воспротивилась.
Решил, что стесняется, и не стал настаивать. Старый дурак! Знал бы, в чём на самом деле было дело, примчался бы несмотря ни на что!
В тот вечер я читал гримуар по травологии, присланный моей бывшей одногруппницей по магистратуре, Юльсиэль, попивал вино из бокала, как внезапно в груди стало пусто, парный перстень-артефакт, настроенный на экстренную связь с Эви, похолодел, а плетение в нём истончилось.
Беда!
Я кинулся к выходу, схватил по дороге походную сумку, выскочил на улицу, использовал редчайший маг-накопитель, чтобы создать портал к дому дочери.
Надеясь на чудо, на сбой в работе перстня, я распахнул дверь и, оглядевшись, влетел по ступеням на второй этаж.
Услышал плач и рванул к дальней приоткрытой двери.
Вошёл.
И увидел картину, которая до сих пор снится мне в кошмарах.
Бездыханное тело дочери на окровавленных простынях. Плачущий ребёнок, лежащий у неё в ногах. Повитуха, с наливающимся синяком на щеке и разбитой губой, поднимающаяся с пола и пытающаяся закрыть собой ребёнка. И лощёный высокий длинноволосый блондин с полными бешеной ярости серебристо-серыми глазами, медленно подходящий к постели.
– Это отродье убило мою жену, – ледяным тоном произносит он.
– Господин, дитя не виновато. Здесь нужен был маг, но Вы запретили… – испуганно лепечет пожилая женщина, при этом продолжая защищать ребёнка и не сводя глаз с… господина.
– То есть виноват я? – зашипел он, практически склонившись над повитухой. – Это твоя работа – принимать роды. Ты уверяла, что всё будет хорошо! – рявкнул Лорес.
– Но без магии…
– Магия, магия, магия! Далась вам всем эта магия! И без неё можно прожить! Отойди!
Лэй с силой оттолкнул женщину и протянул руку к плачущему ребёнку.
Но схватить не успел. Воздушная волна приложила его о стену.
– Невозможно, – шокировано произнёс он. – Этого не может быть… Я не обладаю магией, Эви была обычным человеком… Почему у девчонки дар?
И столько злобы, ненависти и потаённой зависти прозвучало в его голосе…
Мужчина залился безумным смехом.
– Ха, видимо, из нас двоих только я испытывал чувства. Идиот. Повёлся как мальчишка. Это не мой ребёнок, – выдал Лэй. И ни одной эмоции ни на лице, ни в голосе!
Тут уж я не выдержал.
– Неуж-ж-жели?! – прошипел в лицо ублюдку, позорящему честь и память моей дочери.
Магия вокруг меня заискрилась.
– Кто Вы? И что забыли в моём доме?
– Отец Эвелины.
Блондин зло сощурился:
– Маг. Она не говорила, что состоит в родстве с магами, – прозвучало презрительно. – Впрочем, как оказалось, она о многом… не договаривала. Наш брак был ошибкой. Что Вам нужно?
Я еле сдержался, чтобы не растерзать негодяя на клочки ни магией, ни физически.
Позже, Фрей. Сейчас у тебя другая цель.
– Я забираю дочь и внучку.
– Как пожелаете, – пожал плечами… зять и, обойдя меня, направился к двери.
– Стой! И это всё? Никаких возражений? Претензий? Скандалов? Требований? – развернувшись к Лоресу Лэю, спросил я.
Он смерил меня высокомерным взглядом и отвернулся.
– У Вас полчаса, чтобы убраться из моего дома. На раздел имущества можете не надеяться. Вы ничего не получите. С девчонкой делайте, что хотите. Мне не интересно. А тело Эв… – запнулся мерзавец, – её тело похороните на городском кладбище. Я оплачу погребение и всё, что требуется. Пришлите счёт по маг-почте. Ибо встречаться с Вами или кем-то другим ещё раз я не намерен.
И он ушёл.
Просто вышел из комнаты, а затем и из дома.
Повитуха также ретировалась, бросив напоследок:
– Мне очень жаль, господин.
И я остался один. Совсем один.
Подошёл к дочери. Нежно обвёл овал навечно юного лица. Проследил пальцами улыбку. И закрыл рукой остекленевшие глаза.
– Двадцать лет… Магия, ей только двадцать лет!
В груди защемило. Горло сжал спазм. Я упал на колени, сжал в руках хрупкую холодную ладошку дочери и заплакал. Как ребёнок. Хотя даже в детстве я никогда не рыдал. Так горько. Так отчаянно. Так безнадёжно.
Всё, к чему я стремился, наверное, с самого рождения, – без малого, две сотни лет, – показалось мне таким далёким, ненужным, бесполезным.
– Тщеславный старый осёл, – хмыкнул я и, давясь слезами, расхохотался.
Так бы и продолжал жалеть себя, если бы не тёплый магический ветерок, внезапно ударивший мне в лицо.
Посмотрел в сторону источника и наткнулся на внимательный взгляд. Маленькое существо смешно зевнуло и заморгало.
Я невольно улыбнулся.
– И как я мог забыть про тебя?
Поднялся. Рукавом вытер слёзы. Подошёл к младенцу и взял на руки.
– Не один. Теперь у меня есть ты. И я не позволю никому причинить тебе боль, малышка.
Внучка что-то одобрительно воскликнула.
– Именно. А сейчас нам пора уходить.
И мы покинули дом.
Я экстренно вызвал Юльсиэль.
Эльфийка перенеслась к нам за считанные мгновения.
Сонная, всклокоченная, в мантии магистра, поверх кружевной ночной сорочки.
Увидев меня, она всё поняла без слов.
Только спросила, где Эви.
Я кивнул на дом.
А дальше подруга развила бурную деятельность.
Не прошло и десяти минут, как мы очутились на кладбище и началась церемония ритуального сожжения и захоронения. Ибо я не позволю какому-либо замшелому некромантишке использовать тело моей дочери после смерти.
Всё прошло как должно.
Краем глаза я заметил вдали Лореса Лэя.
Крепче прижал к себе внучку и плотнее закутал её в мантию.
– Пришёл, мерзавец, – буркнул себе под нос, покидая погост.
Но леди Юльсиэль Лоутс, разумеется, услышала.
У этих эльфов, вообще, поразительно тонкий слух.
– Расскажешь?
– Сначала нужно уложить спать ребёнка в нормальную постель.
– У тебя-то есть нормальная постель? Небось ютишься на старом диване, – фыркнула подруга.
Угадала.
– Ой, как всё запущенно, – проследив мою реакцию, закатила глаза Юльс. – Сегодня переночуете у меня. Девочка выспится, ты выговоришься, а завтра решим, что делать. А то я очень сомневаюсь, что наш гениальный архимаг Луиз Фрей разбирается в чём-либо, кроме магических наук и походной жизни.
Опять полетел камень в мой огород. Справедливо, надо сказать.
– Я, и правда, не силён в бытовых мелочах, – решил признать очевидное.
– Знаю, – фыркнула брюнетка. – До сих пор забыть не могу, как ты отбывал повинность за взрыв в преподавательской лаборатории на кухне академии. Хех, мы тогда всем составом альма-матер боялись травануться твоими шедеврами. А уж какой срач на самой кухне развёл, – захихикала Лоутс, сверкая тёмно-зелёными глазами. – Кто ж знал, что руки у нашего гения в плане готовки и уборки не из того места растут…
Я усмехнулся.
– Это был тактический ход. Меня же после этого больше не ставили отрабатывать повинность без магии, да ещё и в бытовой сфере. Стали посылать помогать в библиотеку. А ты же знаешь – я там как рыба в воде.
– Ну-ну, заливай в уши кому-нибудь другому! – рассмеялась Юльсиэль и открыла портал к себе домой, в эльфийское королевство Хоурнэль.
И мы оказались… перед огромным величественным дворцом, сплетённым из тысяч лиан, со всякими завитками, барельефами, витражами… А уж что там было внутри! Кругом золото, драгоценные камни, меха, шелка, картины во всю стену…
– Немножко простовато, но мы же всё-таки графский род. Папин дом в столице выглядит более представительно, – походя заметила подруга.
Вот так я впервые и охренел от представления светлых эльфов о простоте.
А дальше мы уложили в постельку малышку, навесили сигнальные чары и заперлись в кабинете, где я до утра изливал на Юльси все свои мысли и чувства.
– Мда, даже вспоминать стыдно, как я тогда напился и что рассказал. Но стресс сделал своё дело.
Подруга выслушала. И с тех пор всегда помогает советом или книгами по воспитанию Эльзы. Правда, у меня не всегда находится время их почитать… но это уже другая история…
Что касается нерадивого папашки Эль, то я просто вычеркнул его из нашей жизни. Тот его приход на кладбище буквально спас ублюдка от моей мести. Я отослал ему маг-почтой документы об отказе от дочери и любых претензий в будущем, которые он тут же и вернул мне со всеми подписями. Став единственным опекуном ребёнка по закону, я, наконец, официально смог дать ей имя – Эльза Фрей. Лэю же послал документы об отказе от прав на его имущество. На этом наше общение с бесчеловечным типом и закончилось.
А дальше… Дальше я решил стать хорошим дедом, раз отцом не вышло… Но надолго меня не хватило. Нет, с бытовой стороной вопроса я смирился: пелёнки, распашонки, вот это вот всё… Но сидеть на одном месте, быть заключённым в четырёх стенах? Нет, это не моё.
Я честно попытался. Стал лектором в Королевской академии Хоурнэля, благодаря рекомендациям и связям Юльси… Но меня хватило на три года. Как только моя Эль немножко подросла, так я и сбежал оттуда. Что далось мне с трудом, ибо остроухие по достоинству оценили волей случая попавшего в их загребущие лапки архимага алхимии и артефакторики. До сих пор приходится отбиваться от приглашений самых настойчивых. Да и совсем без потерь выбраться не получилось: раз в полгода приходится неделю вести лекции у старших курсов. Безвылазно. С самого утра до ночи. Благо эльфы, как и раньше, разрешают брать на пары Эльзу. Иначе бы я свихнулся, думая, не учудила ли чего внуча в моё отсутствие. Потому как свою магию она контролирует частично – слишком много её для малышки. Вот так вот проявилось отцовское наследие тысячелетних людей – стихия, подчиняющаяся воле, управление стихией без заклинаний. Для мага, коим и является Эль, это невозможно. Но стихия есть и просто жаждет выполнять желания. И если бы – ах, если бы! – стихия в подчинении, как и у тысячелетних, была всего одна! Ну, ладно, две! Так нет же! Все стихии вокруг готовы оказать «услугу» внуче! То потоп, то торнадо, то локальное землетрясение, а то и огненный вал! В общем, не соскучишься. На минуту нельзя оставить без присмотра. А то вдруг какая из стихий решит показать себя с лучшей стороны.
Пришлось чуть ли не с самого рождения начать обучать малышку магии и контролю. И всегда с собой брать, чтобы вовремя остановить спонтанный всплеск силы и предотвратить локальные разрушения.
Так и таскал мелочь с собой на все пары в люльке, а потом и на ручках. Адепты быстро привыкли и перестали обращать внимание на мои «странности».
И слава магии, что она даровала мне такого друга, как Юльси! Не будь эльфийки, я бы с катушек слетел, не имея возможности поэкспериментировать в лаборатории.
Ребёнка же туда не потащишь – опасно! А я всё же не цветочки пересаживаю! Ядовитые пары, взрывоопасные вещества… и Эль, которая не контролирует магию! Бр-р-р, только этого и не хватало…
– Деда, ты не спишь? – вытащил меня из воспоминаний тихий голос внучки.
– Да вот что-то не спится, – протянул я и повернулся к Эльзе. – А ты почему не спишь?
– Думаю, – вздохнула она.
– И о чём же?
– О Юльси.
Неожиданно…
– И?
– Она же тебя старше на два года, – задумчиво протянул ребёнок. – Но она молодая, красивая… Ей больше восемнадцати и не дашь. А ты… Дедуль, ты старик…
– Пф-ф-ф! Пара десятков морщин и седина не делают меня стариком, Эль. Я здоров как бык. Да и Юльси – эльфийка. Она будет выглядеть девчонкой до самой смерти. То есть ещё почти целых пять тысячелетий…
