– Майкл…– грустно сказала я и сжала его руку.
– Все нормально, дочка, – он ободряюще похлопал меня по руке. – Все случилось именно так, как должно было случиться, и никак иначе.
– Майкл, а что такое парализующая сеть? Алекс мне как-то про нее тоже говорил, – решила я сменить тему.
–Ты не знаешь? – удивился Майкл.
–Да я всего несколько дней назад сняла папин блок. Я ничего не знаю, умею только создавать порталы и прятаться.
– Ох, вот как значит… Понял, ладно, с этим разберемся позже. Парализующая сеть – это название говорит само за себя, это такое, назовем заклинание, выплетается из темно-серого потока, оно запрещено в нашем мире, так как лишает мага воли. Ты в сознании, но не можешь выплести ни контрзаклинание, ни пошевелиться, ни говорить. Как бревно с глазами. Вот таким они и погрузили меня в багажник своей машины, и я пропал на шесть лет.
–Майкл, мне так жаль… – я не знала, что еще сказать. В этот момент я винила только себя, но он крепко сжал мою руку, давая понять, чтобы я не брала на свой счет и продолжил:
– Сначала Харон пытал меня, хотел выудить информацию о тебе, но я молчал. Намного позже, от одного охранника, неплохой оказался парень, я узнал то, что рассказал тебе ранее, и что Харон, его приближенный маг, Солдат и две ищейки, что шли за вами по следу, перехватили твоих родителей где-то на границе с Польшей. Один Солдат по силе равен двум опытным сильным магам… – Майкл удрученно покачал головой. – Это было нечестно. Люди Харона напали, и твой отец принял единственное верное решение в той ситуации – создал пространственный карман и ушел туда с Ларой. Создать его может не каждый маг, а уж открыть такой же и пойти следом – вообще никто. Время там непостоянно, множественные миры – неизвестно, куда попадешь. Но выбора не было.
Как-то в один день Харону надоело возиться со мной, он пришел и сказал: «Я хотел по- хорошему, но ты предпочитаешь молчать», и его маг применил ко мне одно запрещенное заклинание. Оно называется «Ледяное сердце». Тогда под его воздействием я проговорился, что ты должна была прилететь в Сиэтл. Под влиянием этого заклинания ты забываешь о любви, привязанности, дружбе, всё человеческое словно покидает тебя, и ты чувствуешь только нестерпимую боль в груди. В этот момент ты не понимаешь, за что отдаешь свою жизнь и говоришь все, что от тебя хотят услышать, лишь бы побыстрее все это закончилось. Прости меня, детка, я не справился с этим.
– Ты ни в чем не виноват, слышишь? Тебе не за что просить у меня прощения! Во всем, что случилось, виноват только один человек, и он уже понес свое наказание.
Майкл только грустно кивнул и продолжил:
– Но даже то, что я проговорился, не помогло Харону, он обыскивал город не хуже поисковой собаки, но никак не мог напасть на твой след. Даже Солдат, которого заполучил Харон от Аббадона, ценой до сих пор непонятно какой сделки между ними, не мог выйти на тебя. Все изменилось после того, как в магазин Беатрисс пришел Данинг. Харон на тот момент уже похитил Мелиссу, и Исхан вовсю шпионил для него. Информация о том, что в магазине у Бейкер появилась помощница, как две капли воды похожая на Фирузе, очень быстро дошла до Харона. Он не хотел рисковать, хотел быть уверенным на сто процентов, что та девушка – это именно ты, и он послал за тобой Солдата. Ему было приказано следить за тобой, тебя ни в коем случае не убивать, и при любой удобной возможности доставить лично Харону. Не то, чтобы он переживал, что убьет невиновную девушку, нет, он хотел быть уверенным, что убьет именно тебя и тем самым свершит свое возмездие. К сожалению, узнать, ты ли та девушка или не ты, я уже не смог. Харон обнаружил, что тот парень, что присматривал за мной, передавал мне всю информацию, и его убили. А после я и сам впал в какое-то бессознательное состояние. Все остальное про Харона тебе уже рассказала Мелисса.
–Что он делал с тобой? Как он довел тебя до такого состояния? – с болью в голосе спросила я.
Я смотрела на Майкла и никак не могла свыкнуться с мыслью, что того молодого красивого мужчины, пышущего силой и здоровьем, к которому я должна была прилететь шесть лет назад, больше нет. Что на меня смотрит пусть не старик, но пожилой шестидесятилетний мужчина. И всё это сотворил с ним Харон за какие-то шесть лет!!! По-моему смерть – это малое для него наказание.
–Тебе не нужно знать об этом, Полли. Достаточно и того, что тебе рассказала Мелисса. Пусть это всё останется в прошлом, и давай больше не будем об этом вспоминать.
–Хорошо, – я кивнула.
– Объясни мне тогда другое, что такое пространственный карман? – спросила я.
– Ох, как бы попроще объяснить? – Майкл задумался. – Ты когда-нибудь слышала про кротовые норы, про червоточины в космосе?
Я кивнула.
– Их существование допускается современной человеческой физикой, но у людей пока нет доказательств, только теории, но поверь мне, это все существует в реальности. Для нас такие переходы вполне возможны. Да, это определенный риск, это опасно, но возможно! Главное, не заблудиться в пространстве, успеть сделать привязки с нашим миром и найти выход обратно. Ты же поняла, что я говорю про переходы в другие миры?
Я снова кивнула.
– Ты создаешь разрыв в пространстве, своего рода карман и все, – для всех в этом мире ты перестаешь существовать. Тот, кто преследует тебя, уже никогда не догонит. Даже если следом откроет переход, он уже попадет в совершенно другой мир, другое время. Ты исчезаешь для него навсегда. Твоему отцу ничего другого не оставалось. Либо смерть, либо малый, но шанс вернуться.
Я тяжело вздохнула.
–У них ведь нет шансов вернуться, да? Шесть лет уже прошло.
– Не знаю, Полли, – Майкл отвел от меня взгляд. – Мне такое никогда не было по силам, думаю надо верить и надеяться. До конца.
Но я видела, он не верил, для него мои родители были потеряны навсегда.
–А теперь я жду твоего рассказа, – сменил он тему.
И я рассказала ему все, с самого начала.
–Так что теперь миссис Смит думает, что ты секретный правительственный агент! – серьезным тоном, еле сдерживая смех, произнесла я.
– Ну, ты даешь! Она же теперь будет видеть в каждом моем движении, действии или слове какой-нибудь секретный знак или шифр! – сквозь смех произнес Майкл.
– Придется тебе сказать, что после последней операции тебя отправили на заслуженную пенсию, – я развела руками. – Прости, но это первое, что мне пришло тогда в голову.
– Спасибо тебе, это квартира была дорога мне. Хорошо, когда есть куда возвращаться. Это замечательная новость, я рад, что тебе удалось ее сохранить. Он немного помолчал и с грустью добавил:
– Мне очень жаль их, Боба и Маргарет.
– Да, мне тоже…
–Так ты сейчас, выходит, живешь у Беатрисс? – спросил Майкл.
–Ты же знаешь. Что конкретно ты хочешь услышать? – еле сдерживая улыбку, спросила я.
–Да так, ничего такого. Она вышла замуж? – с наигранным равнодушием спросил он.
– Нет, не вышла.
– Почему? – удивился Майкл.
– Кто знает, – я пожала плечами. – Возможно, обжегшись однажды, не захотела больше повторений. Был один мужчина, в которого она была влюблена, но он оказался равнодушен к ней.
Я выразительно посмотрела на Майкла и, подтверждая его догадку и надежду, промелькнувшую в его глазах, кивнула.
– Кто не обращал внимания?! – возмутился он, и из расслабленного состояния на подушках перешел в вертикальную стойку. – Да я …! Да она!!
– Ну, вы даете! – я покачала головой. – Как дети, ей богу! Что произошло тогда?
– Да, собственно, ничего, – Майкл успокоился, сложил руки на груди и слегка насупившись, откинулся на подушки. – У нас так ничего и не получилось. Нас познакомили на одном приеме общие знакомые, она тогда была с каким- то хлыщем, а я один и при исполнении. Мне она сразу очень понравилась, мы стали встречаться, но она была молодой, энергичной, боевой, деловой, у нее было много поклонников, я же был старше ее: степенен, спокоен и рассудителен. Я любил за всем наблюдать, она принимать участие. Мы были словно белое и черное. К тому же я жил в мире людей, а она в нашем мире. И, несмотря на свои чувства к ней, я решил оставить ее. Может быть, мы бы могли еще попробовать, если бы я чаще бывал в мире магов, и она, хоть немного показала бы, что я ей небезразличен, но о её чувствах я мог только догадываться, а о своих молчал – боялся выглядеть влюбленным глупцом. В итоге я исчез из ее жизни, а потом узнал, что она совершила преступление, и ее изгнали в мир людей. Тогда я выяснил, где её магазин и снял неподалеку квартиру.
Не знаю, почему я не попробовал тогда построить отношения с ней еще раз. Наверное, струсил, побоялся отказа или, что она воспримет это как жалость с моей стороны. Не знаю. Но все эти годы я присматривал за ней, не смог отказаться от нее, забыть. И, отправляясь за тобой, как чувствовал грядущую беду и решил повидаться с ней и повод нашел – дневник твоего отца. Случайно прихватил его с собой с моими же книгами, когда гостил у вас последний раз в Москве. Попросил сохранить, хотя в том не было необходимости, – Майкл грустно усмехнулся.
– Трисс была влюблена в тебя, но считала, что она тебе безразлична, а когда ее изгнали и лишили магии, решила, что недостойна тебя.
Майкл грустно покачал головой.
– Но ведь это все неправда, какие мы были глупцы, – печально произнес он.
–Я думаю, что вам нужно обязательно встретиться и обо всем поговорить. По-моему ваши чувства не прошли. Ни у тебя, ни у Трисс. Ты должен быть честен с ней, откройся ей уже. Если она до сих пор любит, то примет тебя такого, какой ты есть, а если нет, то хотя бы у тебя будет какая-то определенность.
– Не знаю, Полли, не знаю, слишком много времени прошло, – он задумчиво посмотрел в окно.
–Давай ты хотя бы просто придешь к ней в магазин под предлогом навестить меня, а там уже станет все более понятно. Ты же ведь вернешься в квартиру?
– Конечно. И я буду жить, как жил раньше – на два мира. Буду присматривать за магами в мире людей. Барнабас урезал мои обязанности, но не отстранил совсем. Даже и не знаю, как его благодарить. Во мне нет уже той силы, какая была раньше, а значит и возможностей стало меньше, но не хотелось бы в сто двадцать лет уходить на пенсию.
– Никак не привыкну к вашим возрастам, – усмехнулась я.
– Это и тебя касается, – Майкл улыбнулся мне и ласково погладил по голове. – Лет до двухсот пятидесяти тебе жизнь обеспечена.
– Если ничего не случится, – хмыкнула я.
–Ничего не случится, – серьезно заключил Майкл.
– Подожди минутку, я хочу кое-что проверить.
Я встала и отошла подальше от Майкла, отвернулась от него, закрыла глаза, представила его и позвала про себя: Майкл? Тишина. Потом позвала еще пару раз – ничего. Пока не услышала:
–Что ты делаешь, Полли? – удивленно спросил он.
–Да так, хотела проверить одну теорию.
Майкл рассмеялся и покачал головой. Мы тепло попрощались, и уже в дверях он окликнул меня:
– Полли?
Я обернулась.
– И все же, не пойми меня неправильно, я не имею ничего против племянника короля, но держись от него подальше. И от Амира тоже.
–Да почему? Что я ему – не пара по статусу?
– Не только. В руках Алехандро сконцентрировано слишком много власти, слишком много возможностей, как в нашем мире, так и в мире людей. Ты же, если будешь рядом с ним, станешь для всех его Ахиллесовой пятой, рычагом давления на него. Я не хочу, чтобы тебя использовали, не хочу, чтобы ты стала участницей дворцовых интриг и закулисных войн. Не хочу, чтобы стала предметом шантажа. Понимаешь меня? К тому же слишком много женщин за ним всегда охотилось, и если у вас и, правда, начнутся отношения, то сомневаюсь, что они вот так просто тебе его отдадут.
–У Трисс были другие аргументы, она считала, что он разобьет мне сердце.
–И это, кстати, тоже, – поддержал мнение Трисс Майкл. – Видишь, сколько доводов!
Я шумно выдохнула.
– Слушай, я понимаю, что ты волнуешься, что ты долгое время проработал на вашу тайную канцелярию и знаешь всю изнанку вашего мира, но давай не будем нагнетать?
–Что ж, пусть я ошибаюсь, – сказал он и улыбнулся мне на прощание.
Я послала Майклу воздушный поцелуй, вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.
Я не могла отказаться от Алекса, не хотела, – что бы они мне не говорили. Я перестроила свое зрение и посмотрела в район сердца. Насыщенно – розовые, чуть с серебром ниточки увеличились и стали более заметными. Я улыбнулась сама себе. Теперь я знала, что это. Связь.
Выйдя на улицу, я закрыла глаза, представила Алекса и тихонько позвала его: «Алекс?»
Через каких-то пять секунд недалеко от меня открылся портал, и оттуда вышел Алекс.
– Не объяснишь, как ты так быстро меня услышал? – я хитро смотрела на него. – Амира я звала с час, наверное.
– Просто мы с тобой больше общались, чем вы с Амиром. Друзья иногда могут слышать друг друга, – искусно врал он.
– Ага, конечно, – подумала я про себя. Я прекрасно помнила, что мне рассказывала про это Трисс. Интересно, почему меня услышал Амир? Может потому, что у них с Алексом какая-то там особая связь и как-то через неё? Как же всё сложно. Но однозначно в этом что-то есть. Я знаю Майкла всю свою жизнь, он член нашей семьи, но он не слышал меня даже с расстояния нескольких метров!
Я незаметно для Алекса перестроила зрение и посмотрела в район его груди, а там шли такие же насыщенно – розовые, отливая серебром ниточки, которые при моем приближении к нему сливались с моими нитями. Неужели он думает, что я не замечу? Я сдержала улыбку и решила, что раз он не готов говорить со мной об этом, то и я не буду. Но радовало, что я все-таки ему нравилась.
– Как поговорили? – спросил Алекс.
– Отлично, он хорошо выглядит, и я немного успокоилась. Я рада, что повидалась с Майклом. Знаешь, он ведь нам всегда был как член семьи, я помню его с детства, всегда привозил мне подарки, играл со мной, иногда мы жили у него, иногда он у нас. Наши проблемы – были его, его неприятности – наши. Мои родители действительно ушли в пространственный карман, – с грустью сказала я. – Харон не соврал. Они не вернутся, да? Нет надежды?
Алекс какое-то время молчал, обдумывая ответ.
– Не знаю, надо подумать, что можно сделать, – задумчиво произнес он.
– Не хочешь посмотреть столицу? – решил он отвлечь меня от грустных мыслей.
Я пожала плечами.
–Даже не знаю. Ну пойдем, посмотрим, так ли хороша ваша столица, как мне показалась с холма, – сыронизировала я.
Алекс рассмеялся.
– Поверь мне, ты проглотишь свои слова, когда ее увидишь!
Он взял меня за руку, и мы пошли по мощеной дороге в сторону центра города.
Я не могла налюбоваться столицей, вернее ее центром. Центр Тармиса оказался удивительным местом, каким-то сказочным. Не знаю, есть ли его аналог в человеческом мире, может какой-нибудь европейский город, но то, что увидела я, – в это невозможно было не влюбиться. Чистые мощеные улочки, трех – четырехэтажные, аккуратные, покрашенные в разнообразные цвета дома с черепичными крышами и маленькими балкончиками, чистый пьянящий воздух и цветы, много цветов, повсюду. Вообще здесь было много зелени, от цветущих кустарников до исполинских деревьев, что создавали целые аллеи с тенью и прохладой. Во многих домах, впрочем, так же как и у нас, на первых этажах размещались разнообразные магазинчики и лавочки с затейливыми витринами.
– Все нормально, дочка, – он ободряюще похлопал меня по руке. – Все случилось именно так, как должно было случиться, и никак иначе.
– Майкл, а что такое парализующая сеть? Алекс мне как-то про нее тоже говорил, – решила я сменить тему.
–Ты не знаешь? – удивился Майкл.
–Да я всего несколько дней назад сняла папин блок. Я ничего не знаю, умею только создавать порталы и прятаться.
– Ох, вот как значит… Понял, ладно, с этим разберемся позже. Парализующая сеть – это название говорит само за себя, это такое, назовем заклинание, выплетается из темно-серого потока, оно запрещено в нашем мире, так как лишает мага воли. Ты в сознании, но не можешь выплести ни контрзаклинание, ни пошевелиться, ни говорить. Как бревно с глазами. Вот таким они и погрузили меня в багажник своей машины, и я пропал на шесть лет.
–Майкл, мне так жаль… – я не знала, что еще сказать. В этот момент я винила только себя, но он крепко сжал мою руку, давая понять, чтобы я не брала на свой счет и продолжил:
– Сначала Харон пытал меня, хотел выудить информацию о тебе, но я молчал. Намного позже, от одного охранника, неплохой оказался парень, я узнал то, что рассказал тебе ранее, и что Харон, его приближенный маг, Солдат и две ищейки, что шли за вами по следу, перехватили твоих родителей где-то на границе с Польшей. Один Солдат по силе равен двум опытным сильным магам… – Майкл удрученно покачал головой. – Это было нечестно. Люди Харона напали, и твой отец принял единственное верное решение в той ситуации – создал пространственный карман и ушел туда с Ларой. Создать его может не каждый маг, а уж открыть такой же и пойти следом – вообще никто. Время там непостоянно, множественные миры – неизвестно, куда попадешь. Но выбора не было.
Как-то в один день Харону надоело возиться со мной, он пришел и сказал: «Я хотел по- хорошему, но ты предпочитаешь молчать», и его маг применил ко мне одно запрещенное заклинание. Оно называется «Ледяное сердце». Тогда под его воздействием я проговорился, что ты должна была прилететь в Сиэтл. Под влиянием этого заклинания ты забываешь о любви, привязанности, дружбе, всё человеческое словно покидает тебя, и ты чувствуешь только нестерпимую боль в груди. В этот момент ты не понимаешь, за что отдаешь свою жизнь и говоришь все, что от тебя хотят услышать, лишь бы побыстрее все это закончилось. Прости меня, детка, я не справился с этим.
– Ты ни в чем не виноват, слышишь? Тебе не за что просить у меня прощения! Во всем, что случилось, виноват только один человек, и он уже понес свое наказание.
Майкл только грустно кивнул и продолжил:
– Но даже то, что я проговорился, не помогло Харону, он обыскивал город не хуже поисковой собаки, но никак не мог напасть на твой след. Даже Солдат, которого заполучил Харон от Аббадона, ценой до сих пор непонятно какой сделки между ними, не мог выйти на тебя. Все изменилось после того, как в магазин Беатрисс пришел Данинг. Харон на тот момент уже похитил Мелиссу, и Исхан вовсю шпионил для него. Информация о том, что в магазине у Бейкер появилась помощница, как две капли воды похожая на Фирузе, очень быстро дошла до Харона. Он не хотел рисковать, хотел быть уверенным на сто процентов, что та девушка – это именно ты, и он послал за тобой Солдата. Ему было приказано следить за тобой, тебя ни в коем случае не убивать, и при любой удобной возможности доставить лично Харону. Не то, чтобы он переживал, что убьет невиновную девушку, нет, он хотел быть уверенным, что убьет именно тебя и тем самым свершит свое возмездие. К сожалению, узнать, ты ли та девушка или не ты, я уже не смог. Харон обнаружил, что тот парень, что присматривал за мной, передавал мне всю информацию, и его убили. А после я и сам впал в какое-то бессознательное состояние. Все остальное про Харона тебе уже рассказала Мелисса.
–Что он делал с тобой? Как он довел тебя до такого состояния? – с болью в голосе спросила я.
Я смотрела на Майкла и никак не могла свыкнуться с мыслью, что того молодого красивого мужчины, пышущего силой и здоровьем, к которому я должна была прилететь шесть лет назад, больше нет. Что на меня смотрит пусть не старик, но пожилой шестидесятилетний мужчина. И всё это сотворил с ним Харон за какие-то шесть лет!!! По-моему смерть – это малое для него наказание.
–Тебе не нужно знать об этом, Полли. Достаточно и того, что тебе рассказала Мелисса. Пусть это всё останется в прошлом, и давай больше не будем об этом вспоминать.
–Хорошо, – я кивнула.
– Объясни мне тогда другое, что такое пространственный карман? – спросила я.
– Ох, как бы попроще объяснить? – Майкл задумался. – Ты когда-нибудь слышала про кротовые норы, про червоточины в космосе?
Я кивнула.
– Их существование допускается современной человеческой физикой, но у людей пока нет доказательств, только теории, но поверь мне, это все существует в реальности. Для нас такие переходы вполне возможны. Да, это определенный риск, это опасно, но возможно! Главное, не заблудиться в пространстве, успеть сделать привязки с нашим миром и найти выход обратно. Ты же поняла, что я говорю про переходы в другие миры?
Я снова кивнула.
– Ты создаешь разрыв в пространстве, своего рода карман и все, – для всех в этом мире ты перестаешь существовать. Тот, кто преследует тебя, уже никогда не догонит. Даже если следом откроет переход, он уже попадет в совершенно другой мир, другое время. Ты исчезаешь для него навсегда. Твоему отцу ничего другого не оставалось. Либо смерть, либо малый, но шанс вернуться.
Я тяжело вздохнула.
–У них ведь нет шансов вернуться, да? Шесть лет уже прошло.
– Не знаю, Полли, – Майкл отвел от меня взгляд. – Мне такое никогда не было по силам, думаю надо верить и надеяться. До конца.
Но я видела, он не верил, для него мои родители были потеряны навсегда.
–А теперь я жду твоего рассказа, – сменил он тему.
И я рассказала ему все, с самого начала.
–Так что теперь миссис Смит думает, что ты секретный правительственный агент! – серьезным тоном, еле сдерживая смех, произнесла я.
– Ну, ты даешь! Она же теперь будет видеть в каждом моем движении, действии или слове какой-нибудь секретный знак или шифр! – сквозь смех произнес Майкл.
– Придется тебе сказать, что после последней операции тебя отправили на заслуженную пенсию, – я развела руками. – Прости, но это первое, что мне пришло тогда в голову.
– Спасибо тебе, это квартира была дорога мне. Хорошо, когда есть куда возвращаться. Это замечательная новость, я рад, что тебе удалось ее сохранить. Он немного помолчал и с грустью добавил:
– Мне очень жаль их, Боба и Маргарет.
– Да, мне тоже…
–Так ты сейчас, выходит, живешь у Беатрисс? – спросил Майкл.
–Ты же знаешь. Что конкретно ты хочешь услышать? – еле сдерживая улыбку, спросила я.
–Да так, ничего такого. Она вышла замуж? – с наигранным равнодушием спросил он.
– Нет, не вышла.
– Почему? – удивился Майкл.
– Кто знает, – я пожала плечами. – Возможно, обжегшись однажды, не захотела больше повторений. Был один мужчина, в которого она была влюблена, но он оказался равнодушен к ней.
Я выразительно посмотрела на Майкла и, подтверждая его догадку и надежду, промелькнувшую в его глазах, кивнула.
– Кто не обращал внимания?! – возмутился он, и из расслабленного состояния на подушках перешел в вертикальную стойку. – Да я …! Да она!!
– Ну, вы даете! – я покачала головой. – Как дети, ей богу! Что произошло тогда?
– Да, собственно, ничего, – Майкл успокоился, сложил руки на груди и слегка насупившись, откинулся на подушки. – У нас так ничего и не получилось. Нас познакомили на одном приеме общие знакомые, она тогда была с каким- то хлыщем, а я один и при исполнении. Мне она сразу очень понравилась, мы стали встречаться, но она была молодой, энергичной, боевой, деловой, у нее было много поклонников, я же был старше ее: степенен, спокоен и рассудителен. Я любил за всем наблюдать, она принимать участие. Мы были словно белое и черное. К тому же я жил в мире людей, а она в нашем мире. И, несмотря на свои чувства к ней, я решил оставить ее. Может быть, мы бы могли еще попробовать, если бы я чаще бывал в мире магов, и она, хоть немного показала бы, что я ей небезразличен, но о её чувствах я мог только догадываться, а о своих молчал – боялся выглядеть влюбленным глупцом. В итоге я исчез из ее жизни, а потом узнал, что она совершила преступление, и ее изгнали в мир людей. Тогда я выяснил, где её магазин и снял неподалеку квартиру.
Не знаю, почему я не попробовал тогда построить отношения с ней еще раз. Наверное, струсил, побоялся отказа или, что она воспримет это как жалость с моей стороны. Не знаю. Но все эти годы я присматривал за ней, не смог отказаться от нее, забыть. И, отправляясь за тобой, как чувствовал грядущую беду и решил повидаться с ней и повод нашел – дневник твоего отца. Случайно прихватил его с собой с моими же книгами, когда гостил у вас последний раз в Москве. Попросил сохранить, хотя в том не было необходимости, – Майкл грустно усмехнулся.
– Трисс была влюблена в тебя, но считала, что она тебе безразлична, а когда ее изгнали и лишили магии, решила, что недостойна тебя.
Майкл грустно покачал головой.
– Но ведь это все неправда, какие мы были глупцы, – печально произнес он.
–Я думаю, что вам нужно обязательно встретиться и обо всем поговорить. По-моему ваши чувства не прошли. Ни у тебя, ни у Трисс. Ты должен быть честен с ней, откройся ей уже. Если она до сих пор любит, то примет тебя такого, какой ты есть, а если нет, то хотя бы у тебя будет какая-то определенность.
– Не знаю, Полли, не знаю, слишком много времени прошло, – он задумчиво посмотрел в окно.
–Давай ты хотя бы просто придешь к ней в магазин под предлогом навестить меня, а там уже станет все более понятно. Ты же ведь вернешься в квартиру?
– Конечно. И я буду жить, как жил раньше – на два мира. Буду присматривать за магами в мире людей. Барнабас урезал мои обязанности, но не отстранил совсем. Даже и не знаю, как его благодарить. Во мне нет уже той силы, какая была раньше, а значит и возможностей стало меньше, но не хотелось бы в сто двадцать лет уходить на пенсию.
– Никак не привыкну к вашим возрастам, – усмехнулась я.
– Это и тебя касается, – Майкл улыбнулся мне и ласково погладил по голове. – Лет до двухсот пятидесяти тебе жизнь обеспечена.
– Если ничего не случится, – хмыкнула я.
–Ничего не случится, – серьезно заключил Майкл.
– Подожди минутку, я хочу кое-что проверить.
Я встала и отошла подальше от Майкла, отвернулась от него, закрыла глаза, представила его и позвала про себя: Майкл? Тишина. Потом позвала еще пару раз – ничего. Пока не услышала:
–Что ты делаешь, Полли? – удивленно спросил он.
–Да так, хотела проверить одну теорию.
Майкл рассмеялся и покачал головой. Мы тепло попрощались, и уже в дверях он окликнул меня:
– Полли?
Я обернулась.
– И все же, не пойми меня неправильно, я не имею ничего против племянника короля, но держись от него подальше. И от Амира тоже.
–Да почему? Что я ему – не пара по статусу?
– Не только. В руках Алехандро сконцентрировано слишком много власти, слишком много возможностей, как в нашем мире, так и в мире людей. Ты же, если будешь рядом с ним, станешь для всех его Ахиллесовой пятой, рычагом давления на него. Я не хочу, чтобы тебя использовали, не хочу, чтобы ты стала участницей дворцовых интриг и закулисных войн. Не хочу, чтобы стала предметом шантажа. Понимаешь меня? К тому же слишком много женщин за ним всегда охотилось, и если у вас и, правда, начнутся отношения, то сомневаюсь, что они вот так просто тебе его отдадут.
–У Трисс были другие аргументы, она считала, что он разобьет мне сердце.
–И это, кстати, тоже, – поддержал мнение Трисс Майкл. – Видишь, сколько доводов!
Я шумно выдохнула.
– Слушай, я понимаю, что ты волнуешься, что ты долгое время проработал на вашу тайную канцелярию и знаешь всю изнанку вашего мира, но давай не будем нагнетать?
–Что ж, пусть я ошибаюсь, – сказал он и улыбнулся мне на прощание.
Я послала Майклу воздушный поцелуй, вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.
Я не могла отказаться от Алекса, не хотела, – что бы они мне не говорили. Я перестроила свое зрение и посмотрела в район сердца. Насыщенно – розовые, чуть с серебром ниточки увеличились и стали более заметными. Я улыбнулась сама себе. Теперь я знала, что это. Связь.
Выйдя на улицу, я закрыла глаза, представила Алекса и тихонько позвала его: «Алекс?»
Через каких-то пять секунд недалеко от меня открылся портал, и оттуда вышел Алекс.
– Не объяснишь, как ты так быстро меня услышал? – я хитро смотрела на него. – Амира я звала с час, наверное.
– Просто мы с тобой больше общались, чем вы с Амиром. Друзья иногда могут слышать друг друга, – искусно врал он.
– Ага, конечно, – подумала я про себя. Я прекрасно помнила, что мне рассказывала про это Трисс. Интересно, почему меня услышал Амир? Может потому, что у них с Алексом какая-то там особая связь и как-то через неё? Как же всё сложно. Но однозначно в этом что-то есть. Я знаю Майкла всю свою жизнь, он член нашей семьи, но он не слышал меня даже с расстояния нескольких метров!
Я незаметно для Алекса перестроила зрение и посмотрела в район его груди, а там шли такие же насыщенно – розовые, отливая серебром ниточки, которые при моем приближении к нему сливались с моими нитями. Неужели он думает, что я не замечу? Я сдержала улыбку и решила, что раз он не готов говорить со мной об этом, то и я не буду. Но радовало, что я все-таки ему нравилась.
– Как поговорили? – спросил Алекс.
– Отлично, он хорошо выглядит, и я немного успокоилась. Я рада, что повидалась с Майклом. Знаешь, он ведь нам всегда был как член семьи, я помню его с детства, всегда привозил мне подарки, играл со мной, иногда мы жили у него, иногда он у нас. Наши проблемы – были его, его неприятности – наши. Мои родители действительно ушли в пространственный карман, – с грустью сказала я. – Харон не соврал. Они не вернутся, да? Нет надежды?
Алекс какое-то время молчал, обдумывая ответ.
– Не знаю, надо подумать, что можно сделать, – задумчиво произнес он.
– Не хочешь посмотреть столицу? – решил он отвлечь меня от грустных мыслей.
Я пожала плечами.
–Даже не знаю. Ну пойдем, посмотрим, так ли хороша ваша столица, как мне показалась с холма, – сыронизировала я.
Алекс рассмеялся.
– Поверь мне, ты проглотишь свои слова, когда ее увидишь!
Он взял меня за руку, и мы пошли по мощеной дороге в сторону центра города.
***
Я не могла налюбоваться столицей, вернее ее центром. Центр Тармиса оказался удивительным местом, каким-то сказочным. Не знаю, есть ли его аналог в человеческом мире, может какой-нибудь европейский город, но то, что увидела я, – в это невозможно было не влюбиться. Чистые мощеные улочки, трех – четырехэтажные, аккуратные, покрашенные в разнообразные цвета дома с черепичными крышами и маленькими балкончиками, чистый пьянящий воздух и цветы, много цветов, повсюду. Вообще здесь было много зелени, от цветущих кустарников до исполинских деревьев, что создавали целые аллеи с тенью и прохладой. Во многих домах, впрочем, так же как и у нас, на первых этажах размещались разнообразные магазинчики и лавочки с затейливыми витринами.
