Вновь заиграла разными цветами панель. Снова раздался звуковой сигнал компьютера, начавшего сверять образцы. Мы стояли неподвижно, боясь понадеяться на положительный результат и одновременно не в силах отвести взгляды от сейфа. Мышцы отчего-то напряглись настолько, что задрожали руки. Даже Джекки, для которого, в сущности, не имел никакого значения итог наших поисков, застыл, приоткрыв рот и заворожённо следя за выдвинутой ячейкой.
Опять тишина, погасшая панель, и…щелчок, которого не было прежде. Крышка ящика резко отъехала в сторону.
- Есть! – восторженно воскликнула Гайка, тихонько захлопав в ладоши.
Хендрейк облегчённо выдохнул, на секунду прикрыв глаза, но затем встал на цыпочки, чтобы лучше видеть содержимое камеры хранения. К счастью, он не попытался перехватить предмет прежде Макнэлла, так что конфликт не состоялся.
В ячейке обнаружился электронный блокнот. Батарея ещё работала, и прибор включился без проблем. Видимо, Линда зарядила его уже на «Ноктюрне». Я стояла рядом с Рэем и, глядя ему через плечо, увидела текст, состоявший из знакомых букв, но при этом совершенно нечитабельный. Рэй промотал его до конца. Несколько страниц, часть из них исписана формулами. В конце – электронная подпись и индивидуальная печать, в центре которой размещалась миниатюрная фотография уже знакомой мне блондинки.
Хмурясь, капитан вернулся к началу текста. Потом поднял глаза и нехотя обронил, видя, насколько нетерпеливо все ожидают ответа:
- Документ зашифрован, но подпись Линды. На двух страницах – химические формулы.
- Формулы попробую посмотреть, - вызвался док.
- Я тоже могу, - поднял руку Джекки. Смутился, встретив наши взгляды, опустил глаза и пробормотал: - Я просто в химии тоже разбираюсь…
Уолкс кивнул, хотя ботаник этого уже не видел, после чего вновь обратился к Рэю:
- Предположения насчёт шифра есть?
- Пока нет, - покачал головой тот. – Подозреваю, что он несложный, но я не специалист. Шифровальщик или лингвист наверняка разобрался бы быстро.
- Лингвиста я могу вам прислать, - неожиданно вызвалась помочь Зэоклейя. – Она хорошо разбирается в своём деле, и аппаратура у неё самая современная.
- Будем вам очень благодарны, - кивнул капитан.
- Хорошо. Я позвоню ей и попрошу приехать. Куда её пригласить? Хотите подождать здесь или вернётесь на корабль?
- Пожалуй, на корабль, - после непродолжительных колебаний решил Рэй.
Возвратились мы, правда, не одновременно. Капитан, Гайка и док как наиболее профессиональные члены экипажа отправились на звездолёт первыми, в то время как нам с Хендрейком и Джекки было поручено посетить местные магазины и пополнить запасы провианта. Сложностей это не составило, а мне к тому же дало возможность выкурить лишнюю сигаретку, так сказать, впрок. Да, я выиграла спор у Макнэлла, но не собиралась так сразу пользоваться своей победой. Предпочитала подождать до момента, когда по-настоящему припечёт. До корабля мы добрались на съёмном флаере. Водить наземные ни один из нас толком не умел, так что пришлось специально заглянуть в мужской квартал, где без труда можно было взять напрокат небольшой летательный аппарат. Забив багажник едой и питьём, мы быстро долетели до космопорта и оказались на корабле всего на пару часов позже остальных.
Если говорить совсем честно, я испытала чувство облегчения, обнаружив звездолёт на прежнем месте. Промелькнула в какой-то момент мысль, что Рэй с радостью бы избавился как от хакера, так и от ботаника. Я ему на корабле не мешала, но, с другой стороны, по изначальной договорённости он в любом случае должен был где-то меня высадить, и, строго говоря, Дуэлла подходила под нужные параметры. Так что капитан мог бы решить сразу несколько проблем, улетев раньше времени. Эта мысль застряла в глубине сознания, как заноза, и я избавилась от неё, лишь увидев на стоянке космопорта силуэт нашего корабля.
Местная специалистка по языковедению прибыла на звездолёт буквально через четверть часа. Высокая, как и все дуэллийки, с относительно крепким телосложением, делавшим её фигуру более похожей на человеческую, она была одета в светло-серый комбинезон из податливой, не сковывающей движений ткани. Короткие волосы имели бирюзовый оттенок, то ли естественный для здешних обитателей, то ли создававшийся при помощи популярной в женских кварталах краски. Глаза тоже были голубыми, и это опять-таки могло оказаться либо генетической особенностью, либо свойством контактных линз.
- Здравствуйте. Меня зовут Иолетрия Хризеис, - представилась она, уже не в первый раз заставляя нас ужаснуться сложности здешних имён. - Зэоклейя Миакронос сказала мне, что вам требуется лингвист для расшифровки текста.
- Добрый день. Прошу вас.
Капитан лично провёл её в командный отсек. Брэн уже находился там, мы с Гайкой, долго не раздумывая, юркнули следом. Кен и Джекки, помня строгий наказ Макнэлла, заходить в помещение не стали, но это не мешало им остаться у входа. Рэй недовольно зыркнул на пассажиров, но запирать дверь перед самым их носом всё-таки не стал. По крайней мере, пока.
Усадив Иолетрию в одно из кресел, он положил перед ней на стол электроблокнот. Аппарат был включён, а первая страница текста – выведена на экран.
- Вам понадобится компьютер? Выход в плантернет? Какие-либо дополнительные программы? – уточнил он.
Лингвист покачала головой.
- У меня есть лингуан. Этого достаточно, - заверила она.
- Кто? – морща лоб, переспросила Гайка.
Рэй бросил на неё неодобрительный взгляд, призывая к тишине, но затем и сам повернулся к дуэллийке в ожидании ответа.
- Лингуан, - повторила та. – Новейший компактный робот-переводчик. Знает сто семьдесят три языка, включая дуэллийские, человеческие и языки других разумных видов, современные и древние. Имеет доступ ко всем выявленным правилам универсальной грамматики. Умеет анализировать устную речь, информацию, сохранённую на электронных носителях, и тексты, написанные от руки. Переводит с одного языка на другой и проводит анализ неизвестных коммуникационных систем, которые не заложены в базу данных.
- Уточнение: анализ неизвестной системы коммуникации может быть неполным и требует вмешательства биологического лингвиста, в первую очередь в вопросах, касающихся семантических и прагматических особенностей нового языка, - произнёс механический голос.
Я шокированно уставилась на зверюшку, которая, как оказалось, висела на широком поясе Иолетрии, обхватив его четырьмя лапами. Вне всяких сомнений, именно она являлась источником звука. Очень похожая на ящерицу или игуану, она была почти вся покрыта мелкими чешуйками, практически не отличимыми по цвету от костюма лингвиста. Именно по этой причине лингуан оставался незаметным до тех пор, пока не проявил себя по собственной инициативе.
- Спасибо, лапушка. – Улыбнувшись, дуэллийка почесала зверя по металлической голове. Тот блаженно зажмурился. – Да, мы тоже иногда бываем нужны.
- Что такое «биологический лингвист»? – шёпотом спросил Джекки, выразив таким образом всеобщее недоумение, каковое было вызвано далеко не только этим словосочетанием.
- Не робот, - объяснила Иолетрия. – Судя по тому, что я уже вижу, - продолжила она, кивнув на электротетрадь, - с вашим текстом он справится самостоятельно и довольно быстро. Это не новый язык со своими специфическими правилами, а просто шифровка, в которой одни буквы заменены на другие. Для этого использованы два алфавита – латинница и символы, используемые на Миенге. Если не возражаете, мы начнём.
- Конечно, - кивнул капитан.
Дуэллийка поднесла лингуана к электротетради и держала в паре сантиметрах от неё в течение нескольких секунд.
- Он подключился к вашему носителю информации и скачивает текст, - пояснила она.
Затем опустила зверя на стол. Его глаза закрылись, чешуйки встопорщились, а затем до нас донеслись мелодичные звуки…
- Что это?
Вопрос снова был всеобщим, но озвучил его на этот раз док.
- Процесс запущен, - объяснила Иолетрия. – Лингуан анализирует текст. Если я не ошиблась, и задача достаточно лёгкая, результат будет доступен в течение пяти минут.
- Такая скорость впечатляет, - деловито кивнул Макнэлл, после чего понизил голос и заговорщицки прошептал: - Но что это за звуки?
- Ах, это. – Дуэллийка улыбнулась. – Он поёт. Арию из оперетты. Кажется, это Кальман.
- Зачем? – не понял Джекки. – Музыка помогает расшифровывать текст?
- Между структурой мелодии и строением предложений есть некоторое сходство, но оно недостаточно для нашей работы, - покачала головой дуэллийка. – Нет, лингуану просто нравится петь во время такой работы.
- Нравится? – По-моему, на этом месте капитан начал немного сердиться. – Но он же робот. Компьютер. Электронный словарь. Он не живой.
Иолетрия подняла на него внимательный взгляд и строго сказала:
- Я ведь упоминала, что он знает сто семьдесят три языка, не считая диалектов. Вы действительно полагаете, что, обладая информацией такого рода, можно остаться неживым?
- Не язык делает нас разумными.
Я была полностью согласна с Макнэллом, но дуэллийка даже бровью не повела.
- «Вначале было Слово». Вам когда-нибудь доводилось такое слышать? – полюбопытствовала она.
- Я готов допустить, что он обладает искусственным интеллектом, но…
Иолетрия снисходительно улыбнулась.
- Искусственный интеллект – это фикция. Всё, что искусственно, - не интеллект, а лишь подражание интеллекту. Настоящий ум – всегда живой. – Исследовательница сделала паузу, но, увидев, что мы в должной степени не прониклись её утверждением, продолжила: - Компьютеру ведомы только нули и единицы. Он не понимает, он действует так, как если бы понимал. А для того, чтобы полноценно овладеть языком, необходимо подлинное понимание.
За этим чрезвычайно странным, но любопытным, разговором, мы не заметили, как пение стихло.
- Если вы закончили обсуждать мою скромную персону, то я готов предоставить расшифровку, - с откровенным ехидством сообщил «электронный словарь». – То есть, простите, - он на миг замолчал, а затем низким голосом с лёгкими отголосками эха, характерным для классического робота, произнёс: - Задача выполнена.
- Лингуан может зачитать перевод либо переслать его на любой носитель информации в зоне ста сорока квадратных метров. – Иолтерия обвела рукой имевшиеся в отсеке компьютеры. Затем уточнила: - Расшифровка может быть загружена в текстовом или звуковом формате.
- Текстовом, - не колеблясь, ответил капитан. – Лучше всего – на эту же электротетрадь.
И он указал на носитель, с которого лингуан «считал» оригинал.
Чешуйки чудо-зверя слегка пошевелились. Больше ничего заметного человеческому глазу или слуху не произошло, но на экране электротетради высветилась иконка, оповещающая о получении нового файла.
Легонько прикоснувшись к ней подушечкой указательного пальца, Макнэлл открыл текст. Нам с Гайкой, как мы ни старались, ничего не было видно, а он всё скользил глазами по блокноту, время от времени резкими движениями пальцев перелистывая страницы…
Наконец, он оторвался от экрана и медленно обвёл взглядом всех нас – меня, Гайку, дока, дуэллийку и её лингуана, в памяти которого уже хранилась расшифрованная информация, а также застывших у двери Джекки и Хендрейка. На последнего Рэй смотрел особенно долго. Потом легонько качнул головой, давая пассажирам разрешение войти в отсек. И, снова наклонившись над блокнотом, вернул текст к первой странице. Выражение его лица оставалось при этом каменным, напоминая мне того Рейера Макнэлла, с которым я познакомилась в тюремной камере.
Медленно и чётко, не глотая окончаний и вникая в каждое произносимое слово, он стал зачитывать послание вслух.
«Если кто-то читает эти строки, значит, меня уже нет в живых. Я планирую забрать электроблокнот прежде, чем истечёт срок аренды камеры хранения. Но раз мне это не удалось, значит, мои наниматели всё-таки решили избавиться меня после завершения работы. Именно на такой случай я составляю эти записи. Чтобы люди – или иные разумные виды – узнали всю правду об освеномах.»
Я удивлённо нахмурилась и обвела взглядом остальных слушателей. Заодно выяснила, что Хендрейк успел перебраться внутрь отсека, и Джекки – следом за ним. В данный момент эти двое просто ожидали продолжения. Иолтерия слушала внимательно, но выражение лица при этом имела непроницаемое. Для Гайки «освеном», по-моему, было не более чем словом, пару раз мелькавшим в ленте новостей. И только Брэн, похоже, разделял моё недоумение. Какая опасность могла исходить от этих существ, пусть разумных, но чрезвычайно отстающих от людей, к тому же ещё и живущих в далёкой системе, на планете Монкор, куда без гипертоннеля и за тысячу лет было бы не добраться?
«Принято считать, что цивилизация освеномов намного менее развита, чем человеческая, дуэллийская и даже роцеанская. Но это ошибка. Возможно, в скором будущем (и даже прошлом, для получателя этого письма) эта ошибка станет трагической для населения Новой Земли. Причина всеобщего заблуждения связана с невысокой развитостью освеномских технологий. Однако и это тоже заблуждение. В действительности их технологии ни в чём не уступают человеческим. Просто освеномы используют принципиально иной вид энергии. Энергии, которой им постоянно не хватает. Именно это и создаёт иллюзию их ограниченности.
В ходе технического прогресса освеномы так и не научились использовать для собственных целей электричество, что не преминули отметить люди. Но подлинная причина заключается в том, что электричество им ненужно. Освеномы используют так называемую психическую энергию. Энергию эмоций. Я перерыла массу литературы, и могу сказать с относительной уверенностью: нашим физикам и биологам малоизвестна её природа. Но факт остаётся фактом: освеномы не только подпитываются такой энергией, но и давно научились преобразовывать её, используя для своих технологий. То есть, в сущности, они и есть самые настоящие энергетические вампиры.
Их беда, можно даже сказать, трагедия вида, заключается в том, что источников энергии постоянно не хватает. Когда-то освеномы пытались тянуть энергию друг у друга. Результатом стала междоусобная война. Эти существа разумны и поняли, что находятся на грани самоуничтожения. С тех пор на их планете введён строжайший запрет на использование освеномской психической энергии. Исключение составляют случаи, детально прописанные в Глобальном Монкорианском Соглашении. Например, освеном, страдающий после смерти жены (а жители этой планеты моногамны), может стать добровольным донором эмоций. Итог – взаимовыгодное сотрудничество: ему становится легче справиться с горем, а планета получает немного энергии на общие нужды.
Но этого совершенно не достаточно для того, чтобы снабдить весь Монкор искусственным освещением, эффективным транспортом, аналогами нашего телевидения, плантернета и умного дома, мощным оружием… Список можно продолжать долго, мне самой известна лишь небольшая часть наименований. Важно, что все эти разработки есть, но нет той силы, которая могла бы регулярно запускать их в работу. Стоит отметить, что эта ситуация объясняет и феномен животного мира Монкора, так удивляющий наших биологов. Несмотря на наличие многоклеточных животных, в том числе и позвоночных, на планете отсутствуют прогрессивные виды с относительно развитым интеллектом, не считая самих освеномов.
Опять тишина, погасшая панель, и…щелчок, которого не было прежде. Крышка ящика резко отъехала в сторону.
- Есть! – восторженно воскликнула Гайка, тихонько захлопав в ладоши.
Хендрейк облегчённо выдохнул, на секунду прикрыв глаза, но затем встал на цыпочки, чтобы лучше видеть содержимое камеры хранения. К счастью, он не попытался перехватить предмет прежде Макнэлла, так что конфликт не состоялся.
В ячейке обнаружился электронный блокнот. Батарея ещё работала, и прибор включился без проблем. Видимо, Линда зарядила его уже на «Ноктюрне». Я стояла рядом с Рэем и, глядя ему через плечо, увидела текст, состоявший из знакомых букв, но при этом совершенно нечитабельный. Рэй промотал его до конца. Несколько страниц, часть из них исписана формулами. В конце – электронная подпись и индивидуальная печать, в центре которой размещалась миниатюрная фотография уже знакомой мне блондинки.
Хмурясь, капитан вернулся к началу текста. Потом поднял глаза и нехотя обронил, видя, насколько нетерпеливо все ожидают ответа:
- Документ зашифрован, но подпись Линды. На двух страницах – химические формулы.
- Формулы попробую посмотреть, - вызвался док.
- Я тоже могу, - поднял руку Джекки. Смутился, встретив наши взгляды, опустил глаза и пробормотал: - Я просто в химии тоже разбираюсь…
Уолкс кивнул, хотя ботаник этого уже не видел, после чего вновь обратился к Рэю:
- Предположения насчёт шифра есть?
- Пока нет, - покачал головой тот. – Подозреваю, что он несложный, но я не специалист. Шифровальщик или лингвист наверняка разобрался бы быстро.
- Лингвиста я могу вам прислать, - неожиданно вызвалась помочь Зэоклейя. – Она хорошо разбирается в своём деле, и аппаратура у неё самая современная.
- Будем вам очень благодарны, - кивнул капитан.
- Хорошо. Я позвоню ей и попрошу приехать. Куда её пригласить? Хотите подождать здесь или вернётесь на корабль?
- Пожалуй, на корабль, - после непродолжительных колебаний решил Рэй.
Возвратились мы, правда, не одновременно. Капитан, Гайка и док как наиболее профессиональные члены экипажа отправились на звездолёт первыми, в то время как нам с Хендрейком и Джекки было поручено посетить местные магазины и пополнить запасы провианта. Сложностей это не составило, а мне к тому же дало возможность выкурить лишнюю сигаретку, так сказать, впрок. Да, я выиграла спор у Макнэлла, но не собиралась так сразу пользоваться своей победой. Предпочитала подождать до момента, когда по-настоящему припечёт. До корабля мы добрались на съёмном флаере. Водить наземные ни один из нас толком не умел, так что пришлось специально заглянуть в мужской квартал, где без труда можно было взять напрокат небольшой летательный аппарат. Забив багажник едой и питьём, мы быстро долетели до космопорта и оказались на корабле всего на пару часов позже остальных.
Если говорить совсем честно, я испытала чувство облегчения, обнаружив звездолёт на прежнем месте. Промелькнула в какой-то момент мысль, что Рэй с радостью бы избавился как от хакера, так и от ботаника. Я ему на корабле не мешала, но, с другой стороны, по изначальной договорённости он в любом случае должен был где-то меня высадить, и, строго говоря, Дуэлла подходила под нужные параметры. Так что капитан мог бы решить сразу несколько проблем, улетев раньше времени. Эта мысль застряла в глубине сознания, как заноза, и я избавилась от неё, лишь увидев на стоянке космопорта силуэт нашего корабля.
Глава 7
Местная специалистка по языковедению прибыла на звездолёт буквально через четверть часа. Высокая, как и все дуэллийки, с относительно крепким телосложением, делавшим её фигуру более похожей на человеческую, она была одета в светло-серый комбинезон из податливой, не сковывающей движений ткани. Короткие волосы имели бирюзовый оттенок, то ли естественный для здешних обитателей, то ли создававшийся при помощи популярной в женских кварталах краски. Глаза тоже были голубыми, и это опять-таки могло оказаться либо генетической особенностью, либо свойством контактных линз.
- Здравствуйте. Меня зовут Иолетрия Хризеис, - представилась она, уже не в первый раз заставляя нас ужаснуться сложности здешних имён. - Зэоклейя Миакронос сказала мне, что вам требуется лингвист для расшифровки текста.
- Добрый день. Прошу вас.
Капитан лично провёл её в командный отсек. Брэн уже находился там, мы с Гайкой, долго не раздумывая, юркнули следом. Кен и Джекки, помня строгий наказ Макнэлла, заходить в помещение не стали, но это не мешало им остаться у входа. Рэй недовольно зыркнул на пассажиров, но запирать дверь перед самым их носом всё-таки не стал. По крайней мере, пока.
Усадив Иолетрию в одно из кресел, он положил перед ней на стол электроблокнот. Аппарат был включён, а первая страница текста – выведена на экран.
- Вам понадобится компьютер? Выход в плантернет? Какие-либо дополнительные программы? – уточнил он.
Лингвист покачала головой.
- У меня есть лингуан. Этого достаточно, - заверила она.
- Кто? – морща лоб, переспросила Гайка.
Рэй бросил на неё неодобрительный взгляд, призывая к тишине, но затем и сам повернулся к дуэллийке в ожидании ответа.
- Лингуан, - повторила та. – Новейший компактный робот-переводчик. Знает сто семьдесят три языка, включая дуэллийские, человеческие и языки других разумных видов, современные и древние. Имеет доступ ко всем выявленным правилам универсальной грамматики. Умеет анализировать устную речь, информацию, сохранённую на электронных носителях, и тексты, написанные от руки. Переводит с одного языка на другой и проводит анализ неизвестных коммуникационных систем, которые не заложены в базу данных.
- Уточнение: анализ неизвестной системы коммуникации может быть неполным и требует вмешательства биологического лингвиста, в первую очередь в вопросах, касающихся семантических и прагматических особенностей нового языка, - произнёс механический голос.
Я шокированно уставилась на зверюшку, которая, как оказалось, висела на широком поясе Иолетрии, обхватив его четырьмя лапами. Вне всяких сомнений, именно она являлась источником звука. Очень похожая на ящерицу или игуану, она была почти вся покрыта мелкими чешуйками, практически не отличимыми по цвету от костюма лингвиста. Именно по этой причине лингуан оставался незаметным до тех пор, пока не проявил себя по собственной инициативе.
- Спасибо, лапушка. – Улыбнувшись, дуэллийка почесала зверя по металлической голове. Тот блаженно зажмурился. – Да, мы тоже иногда бываем нужны.
- Что такое «биологический лингвист»? – шёпотом спросил Джекки, выразив таким образом всеобщее недоумение, каковое было вызвано далеко не только этим словосочетанием.
- Не робот, - объяснила Иолетрия. – Судя по тому, что я уже вижу, - продолжила она, кивнув на электротетрадь, - с вашим текстом он справится самостоятельно и довольно быстро. Это не новый язык со своими специфическими правилами, а просто шифровка, в которой одни буквы заменены на другие. Для этого использованы два алфавита – латинница и символы, используемые на Миенге. Если не возражаете, мы начнём.
- Конечно, - кивнул капитан.
Дуэллийка поднесла лингуана к электротетради и держала в паре сантиметрах от неё в течение нескольких секунд.
- Он подключился к вашему носителю информации и скачивает текст, - пояснила она.
Затем опустила зверя на стол. Его глаза закрылись, чешуйки встопорщились, а затем до нас донеслись мелодичные звуки…
- Что это?
Вопрос снова был всеобщим, но озвучил его на этот раз док.
- Процесс запущен, - объяснила Иолетрия. – Лингуан анализирует текст. Если я не ошиблась, и задача достаточно лёгкая, результат будет доступен в течение пяти минут.
- Такая скорость впечатляет, - деловито кивнул Макнэлл, после чего понизил голос и заговорщицки прошептал: - Но что это за звуки?
- Ах, это. – Дуэллийка улыбнулась. – Он поёт. Арию из оперетты. Кажется, это Кальман.
- Зачем? – не понял Джекки. – Музыка помогает расшифровывать текст?
- Между структурой мелодии и строением предложений есть некоторое сходство, но оно недостаточно для нашей работы, - покачала головой дуэллийка. – Нет, лингуану просто нравится петь во время такой работы.
- Нравится? – По-моему, на этом месте капитан начал немного сердиться. – Но он же робот. Компьютер. Электронный словарь. Он не живой.
Иолетрия подняла на него внимательный взгляд и строго сказала:
- Я ведь упоминала, что он знает сто семьдесят три языка, не считая диалектов. Вы действительно полагаете, что, обладая информацией такого рода, можно остаться неживым?
- Не язык делает нас разумными.
Я была полностью согласна с Макнэллом, но дуэллийка даже бровью не повела.
- «Вначале было Слово». Вам когда-нибудь доводилось такое слышать? – полюбопытствовала она.
- Я готов допустить, что он обладает искусственным интеллектом, но…
Иолетрия снисходительно улыбнулась.
- Искусственный интеллект – это фикция. Всё, что искусственно, - не интеллект, а лишь подражание интеллекту. Настоящий ум – всегда живой. – Исследовательница сделала паузу, но, увидев, что мы в должной степени не прониклись её утверждением, продолжила: - Компьютеру ведомы только нули и единицы. Он не понимает, он действует так, как если бы понимал. А для того, чтобы полноценно овладеть языком, необходимо подлинное понимание.
За этим чрезвычайно странным, но любопытным, разговором, мы не заметили, как пение стихло.
- Если вы закончили обсуждать мою скромную персону, то я готов предоставить расшифровку, - с откровенным ехидством сообщил «электронный словарь». – То есть, простите, - он на миг замолчал, а затем низким голосом с лёгкими отголосками эха, характерным для классического робота, произнёс: - Задача выполнена.
- Лингуан может зачитать перевод либо переслать его на любой носитель информации в зоне ста сорока квадратных метров. – Иолтерия обвела рукой имевшиеся в отсеке компьютеры. Затем уточнила: - Расшифровка может быть загружена в текстовом или звуковом формате.
- Текстовом, - не колеблясь, ответил капитан. – Лучше всего – на эту же электротетрадь.
И он указал на носитель, с которого лингуан «считал» оригинал.
Чешуйки чудо-зверя слегка пошевелились. Больше ничего заметного человеческому глазу или слуху не произошло, но на экране электротетради высветилась иконка, оповещающая о получении нового файла.
Легонько прикоснувшись к ней подушечкой указательного пальца, Макнэлл открыл текст. Нам с Гайкой, как мы ни старались, ничего не было видно, а он всё скользил глазами по блокноту, время от времени резкими движениями пальцев перелистывая страницы…
Наконец, он оторвался от экрана и медленно обвёл взглядом всех нас – меня, Гайку, дока, дуэллийку и её лингуана, в памяти которого уже хранилась расшифрованная информация, а также застывших у двери Джекки и Хендрейка. На последнего Рэй смотрел особенно долго. Потом легонько качнул головой, давая пассажирам разрешение войти в отсек. И, снова наклонившись над блокнотом, вернул текст к первой странице. Выражение его лица оставалось при этом каменным, напоминая мне того Рейера Макнэлла, с которым я познакомилась в тюремной камере.
Медленно и чётко, не глотая окончаний и вникая в каждое произносимое слово, он стал зачитывать послание вслух.
«Если кто-то читает эти строки, значит, меня уже нет в живых. Я планирую забрать электроблокнот прежде, чем истечёт срок аренды камеры хранения. Но раз мне это не удалось, значит, мои наниматели всё-таки решили избавиться меня после завершения работы. Именно на такой случай я составляю эти записи. Чтобы люди – или иные разумные виды – узнали всю правду об освеномах.»
Я удивлённо нахмурилась и обвела взглядом остальных слушателей. Заодно выяснила, что Хендрейк успел перебраться внутрь отсека, и Джекки – следом за ним. В данный момент эти двое просто ожидали продолжения. Иолтерия слушала внимательно, но выражение лица при этом имела непроницаемое. Для Гайки «освеном», по-моему, было не более чем словом, пару раз мелькавшим в ленте новостей. И только Брэн, похоже, разделял моё недоумение. Какая опасность могла исходить от этих существ, пусть разумных, но чрезвычайно отстающих от людей, к тому же ещё и живущих в далёкой системе, на планете Монкор, куда без гипертоннеля и за тысячу лет было бы не добраться?
«Принято считать, что цивилизация освеномов намного менее развита, чем человеческая, дуэллийская и даже роцеанская. Но это ошибка. Возможно, в скором будущем (и даже прошлом, для получателя этого письма) эта ошибка станет трагической для населения Новой Земли. Причина всеобщего заблуждения связана с невысокой развитостью освеномских технологий. Однако и это тоже заблуждение. В действительности их технологии ни в чём не уступают человеческим. Просто освеномы используют принципиально иной вид энергии. Энергии, которой им постоянно не хватает. Именно это и создаёт иллюзию их ограниченности.
В ходе технического прогресса освеномы так и не научились использовать для собственных целей электричество, что не преминули отметить люди. Но подлинная причина заключается в том, что электричество им ненужно. Освеномы используют так называемую психическую энергию. Энергию эмоций. Я перерыла массу литературы, и могу сказать с относительной уверенностью: нашим физикам и биологам малоизвестна её природа. Но факт остаётся фактом: освеномы не только подпитываются такой энергией, но и давно научились преобразовывать её, используя для своих технологий. То есть, в сущности, они и есть самые настоящие энергетические вампиры.
Их беда, можно даже сказать, трагедия вида, заключается в том, что источников энергии постоянно не хватает. Когда-то освеномы пытались тянуть энергию друг у друга. Результатом стала междоусобная война. Эти существа разумны и поняли, что находятся на грани самоуничтожения. С тех пор на их планете введён строжайший запрет на использование освеномской психической энергии. Исключение составляют случаи, детально прописанные в Глобальном Монкорианском Соглашении. Например, освеном, страдающий после смерти жены (а жители этой планеты моногамны), может стать добровольным донором эмоций. Итог – взаимовыгодное сотрудничество: ему становится легче справиться с горем, а планета получает немного энергии на общие нужды.
Но этого совершенно не достаточно для того, чтобы снабдить весь Монкор искусственным освещением, эффективным транспортом, аналогами нашего телевидения, плантернета и умного дома, мощным оружием… Список можно продолжать долго, мне самой известна лишь небольшая часть наименований. Важно, что все эти разработки есть, но нет той силы, которая могла бы регулярно запускать их в работу. Стоит отметить, что эта ситуация объясняет и феномен животного мира Монкора, так удивляющий наших биологов. Несмотря на наличие многоклеточных животных, в том числе и позвоночных, на планете отсутствуют прогрессивные виды с относительно развитым интеллектом, не считая самих освеномов.
