- Ты уверена?
- Вполне. Мы просто немного поспорили, - и направилась к двери, но меня поймали и придвинули к себе.
Попыталась высвободиться, отцепить его руки от себя, да куда там.
- Лия, - он поднял мой подбородок, чтобы я посмотрела на него, - ты не одна.
К чему это все?
- Ты не случайно попала к нам, не случайно прошла через этот портал. Так предназначено судьбой, так захотел Бог.
- Кейлин, понятно, что все в этом мире не случайно. И в том, и в другом. За помощь тебе спасибо. Так мы идем кушать?
- Я пытаюсь сказать тебе важные вещи, а ты не хочешь слушать!
- Кейлин, я не понимаю, к чему все эти разговоры? Ты хочешь, чтобы я еще больше чувствовала себя обязанной тебе? Я и так безмерно благодарна, что мне еще сделать? - воззрилась на него большими глазами.
Он убрал руки.
- С тобой сложно. У тебе мышление другое. Ничего не нужно делать, кроме хорошей работы.
- Вот и отлично. В жертву меня приносить не собираетесь, выгонять тоже. Обещаю, что наглеть не стану, буду исправно выполнять свою работу и все возможное от себя сделаю, чтобы понравиться покупателям, и чего там вам еще нужно…
Владелец посмотрел на меня грустными глазами и произнес:
- Ничего ты не понимаешь, - в мой лоб уткнулся указательный палец и чуть толкнул.
Что я должна понимать? Все и так предельно ясно.
- Пошли.
Горн ждал нас у выхода, а как только мы появились в поле его зрения, поспешил выйти наружу. Кажется, он на меня еще сердит. Нехорошо это, надо восстановить мир хотя бы внешне. Но в ближайшее время это не представлялось возможным. То Кейлин был рядом, то я пропадала в подсобке, поговорить так и не удавалось.
Под конец рабочего дня в лавку влетел Юдин, схватил меня за руку и вытащил вон. Остановившись на тротуаре, впился в меня губами. От такого напора и наглости мои глаза округлились, а руки уперлись ему в грудь. Это еще что такое? Здесь так принято? Хватать малознакомых девушек?
Кейлин и Горн стояли у окна и наблюдали за нами. Один потешался над другим. Горн злился и презрительно фыркал.
- Ты бы уже определился. Тебе нравится эта свобода или нет? - говорили они на тему, понятную им одним.
- Это же очевидно, - не обращая внимания на слова брата, обронил Горн, продолжая наблюдать за разворачивающимися событиями за витриной. - Этот парень хочет только попользоваться ею! Здесь серьезным и не пахнет.
- Кто мы, чтобы влезать в судьбы людей? Им так нравится.
- Неужели она этого не чувствует?!
В этот момент братья заметили, что мои руки все сильнее упираются Юдину в грудь.
- Она сопротивляется, но значит ли это, что ей не нравится? - с сомнением проговорил Горн.
- Иди, я же сказал тебе присматривать за ней.
Больше Горну говорить ничего не пришлось. Он пулей вылетел наружу и, одним махом отцепив Юдина от меня, швырнул его на асфальт. Парень так разозлился, что выкрикнул:
- Проклятые харны, чтоб вы все вымерли!
Как я поняла, это высказывание относилось и ко мне. Переживать по поводу того, что меня лишили ухажера, я не стала, напротив, была благодарна и даже рада. Меня потащили обратно в лавку. Я им что, игрушка, таскать туда-сюда?
Встретил нас спокойный, как удав, Кейлин, но как только он заговорил, стало понятно, насколько он раздражен. Я стояла с порозовевшими щеками как школьница и не знала, куда деться от смущения.
- Лия, раз уж так вышло, что ты под нашей опекой, то и вести себя придется по нашим законам.
- Не поняла… - какая еще опека, я что, несовершеннолетняя? И каким еще законам?
- Я пытался тебе это объяснить раньше.
- Ни о какой опеке и речи не шло, только работа, - нервно переминалась я с ноги на ногу. Один стоит впереди, другой позади, что им от меня нужно?
- Нет, Лия. Все не так. Вернее, не совсем так. Мы, харны, народ особенный...
- И что? Я не харнка! И не надо мной командовать! И вообще я не понимаю, что здесь происходит! - попятилась назад и уперлась в препятствие.
Горн положил руки мне на плечи, я попыталась отойти - не дал. Так и осталась стоять спиной к нему. Стало не по себе.
- Лия, никто не собирается ущемлять твои права, мы просто объясняем некоторые моменты. Тебя здесь принимают за харнку. И всякому человеку-мужчине тешит самолюбие побыть с харнкой.
- Побыть?
Кейлин кивнул.
- В каком смысле побыть? Побыть на свидании, в парке или еще как-то?
Кейлин недовольно пожевал губами, как еще ей объяснять, и так ведь все понятно.
- Денег у меня нет, в квартиру Горн никого водить не разрешает, к тому же она не моя, что же еще?
- Ты откровенно издеваешься? - понял Кейлин и поднял одну бровь. За спиной хмыкнули.
- Ладно, - сдалась я, - вы переживаете, что я способна на беспорядочные связи с мужчинами, верно?
Пальцы на моих плечах ощутимо сжались.
- Не совсем. Ты легкая добыча, потому что выглядишь, как харнка, а ведешь себя, как человек.
- Ну и что?
- Мы научим тебя вести себя, как харнка.
- Это как? Остаться на всю жизнь старой девой? - подняла руки вверх. - Ну, уж нет! К чему мне вести себя, как харнка, когда с харнами мне не светит! И коль я застряла в этом мире, то и строить планы на будущую жизнь буду сама, без посторонней помощи. И отпусти меня, наконец! - передернула резко плечами.
Руки медленно сползли, но Горн не отошел, тогда я сама сделала шаг в сторону.
- Короче, так! Расставим все точки над "i". Вы не лезете в мою жизнь, кроме помощи - нужной, конечно, - не преминула отметить, - а я в вашу! Собственно, я и так в вашу не лезу.
- Хорошо! - Кейлин неожиданно быстро согласился и развел руками.
- Что? - возмутился Горн. - Ты понимаешь, что сейчас начнется?
- А что начнется? Ничего такого, что нас с тобой должно волновать.
- Эй, вы о чем?
- Ни о чем. К чему объяснения, если все точки расставлены, - и владелец лавки преспокойно вернулся к своей работе.
Горн же покачал головой и с досадой посмотрел на меня.
- Что он имеет в виду?
Он лишь недовольно сжал кулаки, отвернулся и скрылся в отделах лавки.
- Мне объявили бойкот?! - молчание. – Ну, и пожалуйста! – схватила сумку и вылетела наружу.
Глава 12
Домой не пошла. И так засиделась в застенках. Руки невольно потянулись к вискам, потерла их, потом помассировала. Никакого переутомления или перебора знаний не ощущалось. Старалась все делать, как говорил Кейлин. Интересный все же язык этот общемагический, и письмена необычные. Теперь мне все гораздо легче дается и понимания больше. Надо как-то саму себя похвалить и ободрить, и убедиться, что не пропаду в этом новом мире.
Сегодня я особенно поработала над своим внешним видом. Но, похоже, харны не оценили, не то, что Юдин. И что на него нашло? Я искусно накрасилась, подчеркнув естественную красоту. Уложила волосы, слегка завив. До сих пор благодарна Горну, что помог купить мне все необходимое для жизни! Надела розоватый сарафанчик и кофточку, что он купил, - смотрелось очень красиво. Легко, воздушно, будто я неземное существо.
Еще утром на моем лице была улыбка, сейчас шла чернее тучи, но это не мешало прохожим оглядываться на меня и откровенно разглядывать. Кто-то показывал на меня пальцами, и слышалось вдогонку - харнка! Не пойму, их так мало в природе, что ли? Дикие люди, чего таращатся? Совсем неприятно. К тому же я не харнка! Чувствую себя ущербно. Мне вдруг захотелось походить на этих людей, чтобы не выделяться, быть как все и спокойно ходить по улицам... Зарок - в таком наряде больше не гуляю. Что же имели в виду братья, говоря, что сейчас что-то начнется? На меня нападут, украдут? Или еще что похуже? Что можно сделать с харнкой?
Но пока ничего страшного не происходило. Продолжала идти вниз, удаляясь от лавки. Главное, чтобы ночь мерзов не началась, а так вечер приятный - свежо, прохладный ветерок, есть о чем подумать, помечтать, а может, и попланировать. Мои мысли вновь вернулись к харнам. Куда ж я без них теперь? Они конкретно взяли надо мной шефство, будто я не человек вовсе, а и вправду харнка, их сестра, например. Чего так испугался Горн? Что вообще они делают в городе людей, где их откровенно недолюбливают за их же превосходство? Будто харны причиняют людям своим присутствием неудобство. Но ведь это не совсем так. Учитывая, сколько клиентов у Кейлина, их товары пользуются хорошим спросом.
Передо мной открылась прекрасная картина внизу: широкая река, далекий берег и заходящее солнце. Я как зачарованная остановилась на набережной, от нее тянулась лестница вниз, исчезая в песке. Заходящее солнце бросало оранжевые лучи, создавая на небе игру света. Выглядело красиво, и я завороженно смотрела на это буйство красок. Внизу плескалась вода, прохожие мерно шагали мимо и переговаривались, становилось хорошо и спокойно.
Вдруг услышала торопливые шаги позади себя и встревоженный голос:
- Вы харнка?! - скорее утверждение, чем вопрос. Ответить на него, мне не дали. - Прошу Вас, помогите мне!
Нехотя повернулась, и моему взору предстала заплаканная женщина. Ее темные волосы, собранные в пучок, сейчас выбились местами и торчали в разные стороны. Глаза, красные от рыданий, дрожащие губы, на вид ей было сорок с лишним лет. Одежда выглядела неброской, что удивительно, и неаккуратной.
Женщина умоляюще протянула ко мне руки и прошептала в мольбе:
- Я не знаю, что с моим мужем, ему плохо! Помогите! - она схватила мою руку.
- И чем я могу помочь?
- Вы же харнка, а ваш народ, как известно, разбирается в магии.
- Вы полагаете, с Вашим мужем что-то сделали?
- Я ничего не понимаю... - женщина всхлипнула. - Сегодня утром принесли какой-то пакет, он его развернул, а к вечеру ему стало плохо.
- А к врачу обращались?
- Да! Лекарь приходил, он не поймет, что с ним! - слезы полились из ее глаз, давя на мою жалость.
Объяснять, что я не харнка, не стала, ведь работаю с настоящими магами. Они-то наверняка поймут, в чем дело. Да и сердце сжалось от вида ее страданий.
- Ведите к Вашему мужу, - услышала себя словно со стороны. - Понадобится машина, чтобы отвезти Вашего мужа к моим друзьям. И прихватите с собой то, что вам утром принесли. Заверните это, на всякий случай!
Женщина лихорадочно стала вытирать слезы и часто закивала. Она готова была сделать все, как я говорила.
- Туда! - указала она рукой, приглашая идти за ней. - Пойдемте скорее.
Правильно ли я поступаю? А вдруг харны не помогут? С чего я вообще взяла на себя такую миссию? Мысли в голове будоражили, вопреки им продолжала бежать за женщиной. Мы влетели в дом, что выходил окнами и балконами на набережную, поднялись на второй этаж, нас встретили испуганные люди. Вбежали в комнату, и я чуть не села на пол. Мужчина на кровати лежал с закатанными глазами, судорожно сжимая кулаки. Самое ужасное - он был покрыт какими-то пятнами, похожими на белую плесень! А это не заразно? Чуть не вырвалось у меня. И зачем я вообще в это ввязалась? Что я знаю об этом мире? Стало тошно от одного его вида, я надула щеки, но в следующую секунду крикнула:
- В машину его!
Двое мужчин, стоявшие рядом, поспешно замотали пострадавшего в простыни, на которых он лежал, и вопреки его стонам, быстро понесли вниз. Машина стояла у самого подъезда, ожидая пассажиров. Все, кто здесь собрался, - соседи, возможно, родственники - участливо провожали нас и явно переживали всем сердцем. Я слышала со всех сторон - как им повезло увидеть харнку! Уложили на заднее сидение стонущего мужчину, втиснули туда же его жену, я села рядом с водителем, и мы тронулись в путь. Объяснять, где находится лавка харнов, не пришлось - это известно почти всем.
- Что происходит? – изумленный Кейлин застыл на месте, увидев, как я влетаю в лавку, а следом за мной вносят человека, завернутого в простыни, и кладут на пол. До нашего внезапного появления они с Горном спокойно возились с товаром, перебирая его на прилавке и что-то записывая. - Труп?
Я лишь покачала головой. Отвечать не пришлось - завидев харнов, женщина упала перед ними на колени. Мужчину положили, не развернув, торчали только голые ноги и голова.
- О! - женщина сложила руки в мольбе и вновь заплакала, отчего привела всех в смущение. - Помогите моему мужу!
Кейлин и Горн смотрели на нас как на сумасшедших – влетели и требуем спасти живой труп?
- Мы не лечим и не занимаемся воскрешением, - сухо проговорил Кейлин.
Женщина зарыдала сильнее. А вместе с ней и у меня появились слезы на глазах.
- Хорошо, но мы не обещаем, мы не лекари. Что с ним?
- Вот... - женщина все еще стоя на коленях, протянула ему пакет. - Сегодня утром прислали, муж сам открывал. После этого ему и стало плохо.
Кейлин с осторожностью принял пакет, но разворачивать не стал.
- Идемте за мной, - на меня бросили строгий взгляд. - Лия, ты тоже.
Подхватив завернутого, двое мужчин понесли его следом за харнами. На этот раз Кейлин свернул в другую сторону коридора, открыл всего одну дверь и стал спускаться по лестнице. Что там, я не знала, и ни разу еще не интересовалась. Преодолев один пролет, мы вошли в просторную комнату, заваленную всякой всячиной. Посреди всего этого стоял диван, с него тут же смахнули вещи и уложили туда пострадавшего.
- Посторонние пусть уходят, вы, - указал на женщину, - останьтесь.
Я так и стояла в сторонке, не зная, чем могу оказаться полезной. Кейлин откуда-то достал белые перчатки и натянул на себя, а потом принялся разворачивать покрывало под стоны страдальца.
- Горн, помоги, надо посмотреть, насколько сильны повреждения.
Женщина еще громче запричитала. Я смотрела на нее и удивлялась, насколько она постарела за эти полчаса. От слез ее глаза покраснели еще больше, кожа покрылась красными пятнами. Я принялась утешать несчастную - не хорошо, если она будет мешать харнам своим плачем и горестными воплями. А потом и вовсе решила увести, угостить чаем. Помня свойство нашей входной двери открываться, когда кто-нибудь из продавцов в салоне, я отвела ее в подсобку. Усадила на диван и дала воды. Руки ее дрожали, зубы клацали по стеклу.
- Посидите пока здесь, я принесу чаю.
Женщина кивнула, а я поспешила в салон, надеясь, что мы никому в это время уже не понадобимся. Зайдя за прилавок, принялась рыскать на полке, где лежали чаи. Названия и описания были знакомы, выбрала нужный и поспешила обратно. Женщина плакала, закрыв лицо руками.
- Как Вас зовут? - опустилась рядом с ней.
- Ризми.
- Ризми, какое необычное имя, - погладила ее по спине. - У Вашего мужа есть враги?
- Что? - она подняла на меня удивленные глаза. - Нет! С чего бы? Он всегда такой дружелюбный, веселый, приветливый со всеми, он любит людей.
Хотелось спросить: «А НЕ людей?»
- А как у него с работой?
- Все хорошо. Не помню, чтобы он рассказывал о конфликтах, наоборот, всегда радовался, как идут дела.
- Как зовут Вашего мужа?
- Зим, - она вновь заплакала.
- Ризми, - поспешила я кинуть заварку в чашку и налить воды. - Вы можете разогреть чай?
Женщина удивленно согласилась, приняв чашку.
- Сейчас посидите здесь, мне надо еще кое-куда сходить.
Хотелось бы мне знать, что делать? Спустилась в комнату и вошла, когда Горн накрывал мужчину тряпкой где-то посередине. Они его раздели? Зачем? Так и застыла на пороге. Кейлин снимал перчатки, когда обратился ко мне:
