Бытовые заклинания знали все и нередко применяли их в жизни. А в случае ремонта - сам Бог велел. Даже я попробовала свои силы, но пока получалось не очень. Омишу пришлось исправлять ошибки пару раз.
Разровняли мы эти матового оттенка стены и, довольные, любовались своей работой. Цев появился весь в обляпанной одежде. Мы с Омишем выглядели не лучше, если не хуже, особенно я, учитывая побеленные волосы. Оставив Омиша и Цева разбираться с потолком, направилась к себе в каморку, заодно хотела зайти в подсобку, чтобы помыть руки и чего-нибудь попить - в горле пересохло, да и пыли наглоталась. Выйдя в основной коридор, услышала вдруг приглушенные голоса горнов за дверью, ведущей в квартиру Кейлина. Какое было искушение подойти и подслушать! Меня прямо как магнитом притянуло. Опомнилась лишь когда уже стояла с приложенным к двери ухом. Они ругались. Больше говорил Кейлин, отчитывая за что-то младшего брата.
- Я не могу в это поверить! Ты сам-то понимаешь, что сделал? Ты понимаешь, во что вверг себя? Я даже боюсь представить, какие муки могут ожидать тебя в ближайшее время. Люди - это не то, что харны. И то, что действует на харнов, не обязательно должно действовать на людей.
- Время покажет.
- И? Были изменения? Ты что-то почувствовал?
- Что ты по кругу одно и то же! Я-то знаю, на что себя обрек! Я и сам не пойму, как это случилось. Но лишь бы не так, как там. Ни я, ни Силлириана не хотим этого. Мы имеем право на выбор.
- Ты сделал это из эгоизма! Ты подверг и себя, и девушку опасности. Совет этого может не простить, и камень судьбы тебе не шутка!
- Ты просто убиваешь меня своими словами...
Я услышала, как Горн почти зарычал, последовал гулкий удар в стену, и я отпрянула. А когда они зашевелились в направлении двери, вовсе понеслась к каморке.
- Стой, мы еще не закончили! – вдруг послышалось позади меня.
Но это уж точно не мне. Кейлин прямо разошелся не на шутку.
- Ты ничего не скажешь, понял? Будешь молчать и держать себя в руках! Обещай мне! – прогремел его строгий голос.
Прямо страсти какие-то. Отчего-то вдруг стало неуютно, что захотелось бежать. А когда дверь действительно начала открываться, я заметалась по коридору и лучшего ничего не нашла, как скрыться за дверью подсобки. Тихо, стараясь не шуметь, облокотилась о полки, переведя дух. Сердце стучало, как бешеное… Плохой из меня шпион. Дверь неожиданно с силой рванула, и на пороге показался Кейлин. Сначала он уставился на меня, потом, не говоря ни слова, подошел к графину, налил себе воды, выпил залпом и так же исчез, резко хлопнув дверью. Я так и стекла вниз. Харны в гневе страшны.
Где я сегодня буду жить, плаксиво пропищала моя душа? Оставалось надеяться, что происходящее никоим образом ко мне не относится.
В кабинет пошла, прихватив с собой поднос с чаем на всех. Выискала в шкафчиках какие-то печенья, посыпанные красной пудрой, и положила бутерброды собственного приготовления. Пока все это делала, успела обдумать и переварить услышанное. Поскольку я все равно ничего не поняла, заключила, что тема не про меня. Тем более там прозвучало имя Силлирианы. Что же связывало ее с Горном?
Всем, кому несла чай, как раз входили в торговый салон, пришлось зарулить туда. Оба харна стояли за прилавком хмурые, я бы даже сказала, злые.
- Вы что, не в курсе, что сегодня ночь мерзов?! - мрачно проговорил хозяин лавки.
Наверное, он подумал, что Омиш, Цев и я собрались домой. За окнами витрин и полками, что стояли напротив, загромождая их, действительно проглядывались красные всполохи, домой уже не уйдешь.
- Нет... - так и замерла с подносом.
- А тебя вообще не спрашивают, - проворчал старший харн.
- Прекрати, она-то тут при чем? - сдавленно проговорил Горн.
Что с ними происходит? Так стало печально, словно частичка идиллии была нарушена. Знать бы чем, чтобы все исправить... Парни столпились у прилавка, не решаясь двинуться ни туда, ни сюда, наблюдая за харнами и переглядываясь между собой. Потом, найдя спасение в моем чае, кинулись расхватывать бутерброды с чашками.
Ночь мерзов вступала в свои права. На этот раз не было случайных прохожих, машин и людей, запертых внутри, с ужасом ожидающих страшную ночку. Мерзы появились внезапно и стайкой. Как-то слишком много за раз. Обычно они хаотично носятся поодиночке, а тут сразу четверо, и пятый, отделившись, медленно стал пролетать между домов. В последнее время мне приходилось видеть их вблизи, но только украдкой, наблюдая за ними из-за полок или из-за шторы в какой-нибудь комнате. Мерзкие на вид, прямо жуть берет. Вздохнула и положила печеньку на поднос, перехотелось есть. За окном все понятно, а что тут у нас внутри?
Кейлин и Горн успокоились, Цев и Омиш смирились со своей участью заночевать здесь, а я.... А что я? Пойду в свою каморку, но в начале отмою по возможности всю эту «красоту». Бросила взгляд за окно и остановилась. Мерзы рылись в соседнем мусорном баке на противоположной стороне улицы и буквально свинячили. Вот поросята! Я приблизилась к большому окну витрины. Наблюдала и смеялась. Рядом столько мужчин, почему-то стало совсем не страшно…
Спокойно стояла себе и наблюдала за этими мерзами, когда передо мной неожиданно возникла эта образина! Он мерзко заорал, вызвав во мне ужас и ответный крик. Как я закричала! Нет, не так! Я ЗАОРАЛА! Как он кривил морду, так и я повторяла вслед за ним, истошно крича! Лицо вытянулось, глаза сузились, исчезнув вообще, так что я, наверное, стала походить на призрак в ночи. Мужчины поспешно отняли меня от стекла и перетащили вглубь лавки. Я продолжала орать. Опомнилась лишь тогда, когда вокруг уже стоял дружный гогот. Открыв, наконец, глаза, убедилась, что передо мной не эти премерзкие существа, а люди и харны. Приходила в себя медленно, растерянно шаря глазами по сторонам и пытаясь встать на ноги. Народ прям загибался, чуть не скуля от смеха. Цев лежал на полу, Омиш скрючился рядом, Кейлин приник к какой-то полке с сувенирами и чуть не смахнул с нее товар, когда пытался вытереть слезы. Лишь Горн еле сдерживал себя, да и то, наверно, когда я покину комнату, пустится кататься по полу. Приняв чопорный вид, встала и выпрямилась, поправив зачем-то прическу, и с достоинством королевы покинула салон.
Чего они там увидели, ума не приложу. Я тут чуть с ума от ужаса не сошла, а они ржут надо мной, как кони! А харны - вообще народ непонятный! То нагнетают обстановку, того и гляди - все взорвется, то смеются, так что стены дрожат.
Зайдя в свою каморку, остановилась перед зеркалом. Ну и видок! Посмотрела на дверь, за которой все еще был слышен хохот. Понятненько. Да я белая от всего этого ремонта, как мерз! Лицо ''припудрено'', одежда, волосы, ох... Задержалась еще немного и принялась кривить лицо, как мерз - вышло мерзко. Боже, и это они видели? Ну, ладно, мерз, он еще омерзительный, но я! Поморщилась от досады. Надо бы отмыться, принять приемлемый вид - и спать. Кстати, придется сегодня устроиться здесь. На этом диване только мне сносно будет, больше никому. Пока мужчины доделывали дела внизу, я поднялась наверх и приняла душ, позаимствовав у Кейлина длинную футболку для сна, одеяло с подушкой и простынь. Когда полностью расположилась и почти легла, ко мне зашел Кейлин справиться о моем состоянии, потом Омиш, через полчаса Цевиан, осталось дождаться Горна, но он так и не появился. Получается, зря ждала и потеряла драгоценные минуты сна.
Утром разбудил Кейлин, посвежевший и сытый, сказав, что все уже давно на ногах. Омиш ушел к себе на работу, Цев где-то слонялся в поисках жилья и занимался оформлением документов. Горн еще не спустился. А мне дали всего час на все про все. Чтобы сбегала домой, переоделась, позавтракала и спустилась вниз. Сегодня ремонтные работы приостановили - клиенты жаждут покупок, да и нам терять деньги ни к чему. К тому же я много времени пропустила со дня начала учебы по харнскому учебнику. Язык надо знать, и чем скорее, тем лучше. Да тут со всеми этими событиями так закрутишься, про все забудешь!
Выползла на свет Божий и по стеночке, по тенечку, чтобы кто такую красу не увидел, поплелась к себе. Шмотки-то на себя пришлось надеть вчерашние, испачканные. Вернулась где-то через полтора часа. Меня снисходительно простили и отправили сначала за учебу с Горном.
Происходило это примерно так... Он как обычно налил в стакан воды, кинул туда что-то, размешал и подал мне. Я вцепилась в стакан, думая, что тот сразу перекочует мне в руку, но не тут-то было. Тогда посмотрела на Горна. Его взгляд не отрывался от моих глаз.
- Скажи, как ты чувствуешь себя в последнее время?
С чего вдруг такой вопрос? Я продолжала держать стакан, как и Горн.
- Вроде хорошо, а что?
Харн молчал, видимо, не зная, как еще меня спросить, чтобы я поняла.
- Ты не замечаешь внутри себя ничего постороннего?
Глаза округлила на все лицо. Это на что он намекает?! Я и не заметила, как внутри меня поднялась волна смятения. Выражение лица Горна тоже отреагировало на смену моих чувств. Он растерялся, брови поползли вверх, а потом разом все это слетело, как не бывало, и вернулась прежняя холодность и надменность.
- Ты слишком воображаешь и ярко мыслишь, будь сдержанней.
Стакан остался в моей руке, а харн покинул мою скромную обитель.
После обеда Кейлин учинил допрос. Вернее, стал тестировать полученные мной за последнее время знания. Стал водить по салону, показывая на различные предметы и требуя, чтобы я прочитала на харнском магическом языке их предназначение и действие работы. Это оказалось занимательно. В моей руке начали оживать предметы и творить чудеса. Правда, не все так гладко получалось. Например, деревянная чаша с ложкой вместо вкусной каши, что должна была дымиться и манить своим запахом, выдавала простой клейстер. Поводив ложкой, сникла, но Кейлин одобрительно потрепал по плечу, мол, для новичка и человека это лучший результат. Большего он и не ожидал, учитывая сложность произношения и плетения рун. Кстати, плетения рун в той книге, что я изучала, было мало, и к тому же самых простых. Для полного развития необходимо было читать и практиковаться по специальной книге, что мне и предстояло. Признаться, сложно, но ведь возможно! Не согласившись с начальником, тайком дорабатывала все упущенные моменты до совершенства. Смысл двигаться дальше, когда искусство здесь хромает. Кейлин продемонстрировал, каким заклинанием убирать за собой все косяки, то есть разбитые чашки, тарелки, скрюченные вилки и порванные ткани, а также испорченную кашу. Это оказалось довольно просто, и вовремя, потому что таких бед мне пришлось устранять множество.
Горн ко мне не переехал, зато меня переселили к Кейлину, а Цева и самого Кейлина - к Горну. На первое время. Харны были не против. Они вообще удивительные, вроде заносчивы из-за своего якобы божественного происхождения, и в то же время такие простые.
Ремонт общими усилиями закончили примерно через месяц. Повыкидывали все ненужное, особенно тот диван, на котором лежал Зим, - его в первую очередь и сразу. Также и тряпье сожгли прямо там, в подвале, посреди приемной. Полы выложили тонкими каменными пластами, И в кабинете, и в приемной, даже на лабораторию хватило, хотя Горн отказывался. Уж не знаю, чего он там хотел, все железными листами обить, что ли? Взрывать там собрался?
Вроде все получилось у нас интересно, и в то же время практично. Довольные харны расхаживали по своим владениям и благодарили нас за помощь и участие в этом предприятии. Ну, а мы рдели, как маки, и не прочь были еще чем-нибудь услужить. Зарплата капала мне в кошелек немалая, судя по местным расценкам, плюс реальная помощь от самих харнов… Я богатела. Не сказать, чтобы шмоток себе накупила много, разве что все самое необходимое.
Кейлин с Горном перестали ворчать и злиться друг на друга. У нас опять все складывалось мирно, дружно, никто нас не трогал после того случая с оранжереями, будто ничего и не было. Что касается метки, проступающей на моем виске, еле уговорила Горна снять ее, потом пришлось многократно объяснять Цеву и Омишу, что это была шутка харнов, ничего под собой не имеющая. В общем, я свободна, как пташка! Только почему мне кажется, что после всех этих маневров ничего не изменилось?
Как-то однажды ночь мерзов наступила неожиданно и внезапно. Люди подрастеряли свою осторожность, и многих она застала на улице. Наш рабочий день закончился, я задержалась, как и Кейлин с Горном. Омиш, зашедший к нам после рабочего дня, сидел, попивая чай, как уже было заведено. Вдруг все на улице покраснело.
- Вот это да. - Омиш крутанулся на стуле, приставленном к прилавку, и посмотрел в витрины. - Не может быть! Ведь ничего не предвещало…
Его сокрушение было понятным. Разворачивающиеся события означали лишь одно - ночевать придется снова у Кейлина.
- Когда такие перерывы, ночь мерзов может наступить неожиданно и без видимых предупреждений, - философски заметил владелец лавки, ничуть не переживая за ночных гостей.
- Придется переночевать у вас.
Кейлин только кивнул, пересчитывая собранные за день деньги. В этом мире свои правила. Каждый может оказаться на месте тех бедолаг, что застряли вне стен своего дома. Где бы они ни оказались, им обязательно должны помочь и приютить на время, пока правят мерзы. Это закон!
- Лягу внизу в приемной. Там диван удобный, опробовал уже.
Кейлин опять кивнул.
- Поднимись наверх, поешь, - проявила дополнительную гостеприимность я.
- На ужин ничего нет, надо готовить, - предупредил старший харн.
- Вот мы и займемся, согласен? - посмотрела на Омиша. Тот неопределенно пожал плечами. - Да ладно, Омиш, пойдем, поможешь мне, - схватила его за руку и потянула наверх.
Парень бросил странный взгляд на харнов, те застыли, прекратив свои занятия, и встал. Кейлин медленно перевел взгляд на брата.
- Стоило только снять обманку... А я тебя предупреждал.
- Может, ты уже прекратишь? - Горн раздражился и зачем-то оттянул горловину футболки, будто та сильно стягивала его шею.
Мне было непонятным, что такого, если Омиш поможет мне с ужином? Будто мы не ужином вовсе собрались заниматься. И я решила подразнить. Положила руку на плечо Омишу и заставила его слегка побледнеть после сказанной фразы:
- Ну, чем не муж, а!? И ремонт делает, и готовит, а какой друг - лучше не найти!
Кейлин и Горн проводили нас странными взглядами.
- Пошли, - скомандовала Омишу, - эти харны просто завидуют счастью обычных людей.
И спросила уже после выхода из лавки:
- Слушай, а девушка-то у тебя есть? - прекрасно сознавая, что давно уже была бы с ней знакома.
Мне честно ответили, что девушки нет, тогда я предложила себя в качестве нее. На что Омиш поперхнулся воздухом, но согласился, выпучив глаза. Наверное, не ожидал. Не знаю, пожалею об этом или нет, но когда харны поднялись наверх, а ужин почти был готов, я объявила им, что мы с Омишем теперь официально встречаемся. С этого момента, разумеется. А чего терять? Парень мне нравился, как и я ему. Братья переглянулись, после чего Горну вдруг где-то что-то понадобилось, а Кейлин, как родной отец, возразил на данное заявление: мол, его разрешения еще никто не спрашивал. Ну, не цирк ли?
Разровняли мы эти матового оттенка стены и, довольные, любовались своей работой. Цев появился весь в обляпанной одежде. Мы с Омишем выглядели не лучше, если не хуже, особенно я, учитывая побеленные волосы. Оставив Омиша и Цева разбираться с потолком, направилась к себе в каморку, заодно хотела зайти в подсобку, чтобы помыть руки и чего-нибудь попить - в горле пересохло, да и пыли наглоталась. Выйдя в основной коридор, услышала вдруг приглушенные голоса горнов за дверью, ведущей в квартиру Кейлина. Какое было искушение подойти и подслушать! Меня прямо как магнитом притянуло. Опомнилась лишь когда уже стояла с приложенным к двери ухом. Они ругались. Больше говорил Кейлин, отчитывая за что-то младшего брата.
- Я не могу в это поверить! Ты сам-то понимаешь, что сделал? Ты понимаешь, во что вверг себя? Я даже боюсь представить, какие муки могут ожидать тебя в ближайшее время. Люди - это не то, что харны. И то, что действует на харнов, не обязательно должно действовать на людей.
- Время покажет.
- И? Были изменения? Ты что-то почувствовал?
- Что ты по кругу одно и то же! Я-то знаю, на что себя обрек! Я и сам не пойму, как это случилось. Но лишь бы не так, как там. Ни я, ни Силлириана не хотим этого. Мы имеем право на выбор.
- Ты сделал это из эгоизма! Ты подверг и себя, и девушку опасности. Совет этого может не простить, и камень судьбы тебе не шутка!
- Ты просто убиваешь меня своими словами...
Я услышала, как Горн почти зарычал, последовал гулкий удар в стену, и я отпрянула. А когда они зашевелились в направлении двери, вовсе понеслась к каморке.
- Стой, мы еще не закончили! – вдруг послышалось позади меня.
Но это уж точно не мне. Кейлин прямо разошелся не на шутку.
- Ты ничего не скажешь, понял? Будешь молчать и держать себя в руках! Обещай мне! – прогремел его строгий голос.
Прямо страсти какие-то. Отчего-то вдруг стало неуютно, что захотелось бежать. А когда дверь действительно начала открываться, я заметалась по коридору и лучшего ничего не нашла, как скрыться за дверью подсобки. Тихо, стараясь не шуметь, облокотилась о полки, переведя дух. Сердце стучало, как бешеное… Плохой из меня шпион. Дверь неожиданно с силой рванула, и на пороге показался Кейлин. Сначала он уставился на меня, потом, не говоря ни слова, подошел к графину, налил себе воды, выпил залпом и так же исчез, резко хлопнув дверью. Я так и стекла вниз. Харны в гневе страшны.
Где я сегодня буду жить, плаксиво пропищала моя душа? Оставалось надеяться, что происходящее никоим образом ко мне не относится.
В кабинет пошла, прихватив с собой поднос с чаем на всех. Выискала в шкафчиках какие-то печенья, посыпанные красной пудрой, и положила бутерброды собственного приготовления. Пока все это делала, успела обдумать и переварить услышанное. Поскольку я все равно ничего не поняла, заключила, что тема не про меня. Тем более там прозвучало имя Силлирианы. Что же связывало ее с Горном?
Всем, кому несла чай, как раз входили в торговый салон, пришлось зарулить туда. Оба харна стояли за прилавком хмурые, я бы даже сказала, злые.
- Вы что, не в курсе, что сегодня ночь мерзов?! - мрачно проговорил хозяин лавки.
Наверное, он подумал, что Омиш, Цев и я собрались домой. За окнами витрин и полками, что стояли напротив, загромождая их, действительно проглядывались красные всполохи, домой уже не уйдешь.
- Нет... - так и замерла с подносом.
- А тебя вообще не спрашивают, - проворчал старший харн.
- Прекрати, она-то тут при чем? - сдавленно проговорил Горн.
Что с ними происходит? Так стало печально, словно частичка идиллии была нарушена. Знать бы чем, чтобы все исправить... Парни столпились у прилавка, не решаясь двинуться ни туда, ни сюда, наблюдая за харнами и переглядываясь между собой. Потом, найдя спасение в моем чае, кинулись расхватывать бутерброды с чашками.
Ночь мерзов вступала в свои права. На этот раз не было случайных прохожих, машин и людей, запертых внутри, с ужасом ожидающих страшную ночку. Мерзы появились внезапно и стайкой. Как-то слишком много за раз. Обычно они хаотично носятся поодиночке, а тут сразу четверо, и пятый, отделившись, медленно стал пролетать между домов. В последнее время мне приходилось видеть их вблизи, но только украдкой, наблюдая за ними из-за полок или из-за шторы в какой-нибудь комнате. Мерзкие на вид, прямо жуть берет. Вздохнула и положила печеньку на поднос, перехотелось есть. За окном все понятно, а что тут у нас внутри?
Кейлин и Горн успокоились, Цев и Омиш смирились со своей участью заночевать здесь, а я.... А что я? Пойду в свою каморку, но в начале отмою по возможности всю эту «красоту». Бросила взгляд за окно и остановилась. Мерзы рылись в соседнем мусорном баке на противоположной стороне улицы и буквально свинячили. Вот поросята! Я приблизилась к большому окну витрины. Наблюдала и смеялась. Рядом столько мужчин, почему-то стало совсем не страшно…
Спокойно стояла себе и наблюдала за этими мерзами, когда передо мной неожиданно возникла эта образина! Он мерзко заорал, вызвав во мне ужас и ответный крик. Как я закричала! Нет, не так! Я ЗАОРАЛА! Как он кривил морду, так и я повторяла вслед за ним, истошно крича! Лицо вытянулось, глаза сузились, исчезнув вообще, так что я, наверное, стала походить на призрак в ночи. Мужчины поспешно отняли меня от стекла и перетащили вглубь лавки. Я продолжала орать. Опомнилась лишь тогда, когда вокруг уже стоял дружный гогот. Открыв, наконец, глаза, убедилась, что передо мной не эти премерзкие существа, а люди и харны. Приходила в себя медленно, растерянно шаря глазами по сторонам и пытаясь встать на ноги. Народ прям загибался, чуть не скуля от смеха. Цев лежал на полу, Омиш скрючился рядом, Кейлин приник к какой-то полке с сувенирами и чуть не смахнул с нее товар, когда пытался вытереть слезы. Лишь Горн еле сдерживал себя, да и то, наверно, когда я покину комнату, пустится кататься по полу. Приняв чопорный вид, встала и выпрямилась, поправив зачем-то прическу, и с достоинством королевы покинула салон.
Чего они там увидели, ума не приложу. Я тут чуть с ума от ужаса не сошла, а они ржут надо мной, как кони! А харны - вообще народ непонятный! То нагнетают обстановку, того и гляди - все взорвется, то смеются, так что стены дрожат.
Зайдя в свою каморку, остановилась перед зеркалом. Ну и видок! Посмотрела на дверь, за которой все еще был слышен хохот. Понятненько. Да я белая от всего этого ремонта, как мерз! Лицо ''припудрено'', одежда, волосы, ох... Задержалась еще немного и принялась кривить лицо, как мерз - вышло мерзко. Боже, и это они видели? Ну, ладно, мерз, он еще омерзительный, но я! Поморщилась от досады. Надо бы отмыться, принять приемлемый вид - и спать. Кстати, придется сегодня устроиться здесь. На этом диване только мне сносно будет, больше никому. Пока мужчины доделывали дела внизу, я поднялась наверх и приняла душ, позаимствовав у Кейлина длинную футболку для сна, одеяло с подушкой и простынь. Когда полностью расположилась и почти легла, ко мне зашел Кейлин справиться о моем состоянии, потом Омиш, через полчаса Цевиан, осталось дождаться Горна, но он так и не появился. Получается, зря ждала и потеряла драгоценные минуты сна.
Утром разбудил Кейлин, посвежевший и сытый, сказав, что все уже давно на ногах. Омиш ушел к себе на работу, Цев где-то слонялся в поисках жилья и занимался оформлением документов. Горн еще не спустился. А мне дали всего час на все про все. Чтобы сбегала домой, переоделась, позавтракала и спустилась вниз. Сегодня ремонтные работы приостановили - клиенты жаждут покупок, да и нам терять деньги ни к чему. К тому же я много времени пропустила со дня начала учебы по харнскому учебнику. Язык надо знать, и чем скорее, тем лучше. Да тут со всеми этими событиями так закрутишься, про все забудешь!
Выползла на свет Божий и по стеночке, по тенечку, чтобы кто такую красу не увидел, поплелась к себе. Шмотки-то на себя пришлось надеть вчерашние, испачканные. Вернулась где-то через полтора часа. Меня снисходительно простили и отправили сначала за учебу с Горном.
Происходило это примерно так... Он как обычно налил в стакан воды, кинул туда что-то, размешал и подал мне. Я вцепилась в стакан, думая, что тот сразу перекочует мне в руку, но не тут-то было. Тогда посмотрела на Горна. Его взгляд не отрывался от моих глаз.
- Скажи, как ты чувствуешь себя в последнее время?
С чего вдруг такой вопрос? Я продолжала держать стакан, как и Горн.
- Вроде хорошо, а что?
Харн молчал, видимо, не зная, как еще меня спросить, чтобы я поняла.
- Ты не замечаешь внутри себя ничего постороннего?
Глаза округлила на все лицо. Это на что он намекает?! Я и не заметила, как внутри меня поднялась волна смятения. Выражение лица Горна тоже отреагировало на смену моих чувств. Он растерялся, брови поползли вверх, а потом разом все это слетело, как не бывало, и вернулась прежняя холодность и надменность.
- Ты слишком воображаешь и ярко мыслишь, будь сдержанней.
Стакан остался в моей руке, а харн покинул мою скромную обитель.
После обеда Кейлин учинил допрос. Вернее, стал тестировать полученные мной за последнее время знания. Стал водить по салону, показывая на различные предметы и требуя, чтобы я прочитала на харнском магическом языке их предназначение и действие работы. Это оказалось занимательно. В моей руке начали оживать предметы и творить чудеса. Правда, не все так гладко получалось. Например, деревянная чаша с ложкой вместо вкусной каши, что должна была дымиться и манить своим запахом, выдавала простой клейстер. Поводив ложкой, сникла, но Кейлин одобрительно потрепал по плечу, мол, для новичка и человека это лучший результат. Большего он и не ожидал, учитывая сложность произношения и плетения рун. Кстати, плетения рун в той книге, что я изучала, было мало, и к тому же самых простых. Для полного развития необходимо было читать и практиковаться по специальной книге, что мне и предстояло. Признаться, сложно, но ведь возможно! Не согласившись с начальником, тайком дорабатывала все упущенные моменты до совершенства. Смысл двигаться дальше, когда искусство здесь хромает. Кейлин продемонстрировал, каким заклинанием убирать за собой все косяки, то есть разбитые чашки, тарелки, скрюченные вилки и порванные ткани, а также испорченную кашу. Это оказалось довольно просто, и вовремя, потому что таких бед мне пришлось устранять множество.
Горн ко мне не переехал, зато меня переселили к Кейлину, а Цева и самого Кейлина - к Горну. На первое время. Харны были не против. Они вообще удивительные, вроде заносчивы из-за своего якобы божественного происхождения, и в то же время такие простые.
Ремонт общими усилиями закончили примерно через месяц. Повыкидывали все ненужное, особенно тот диван, на котором лежал Зим, - его в первую очередь и сразу. Также и тряпье сожгли прямо там, в подвале, посреди приемной. Полы выложили тонкими каменными пластами, И в кабинете, и в приемной, даже на лабораторию хватило, хотя Горн отказывался. Уж не знаю, чего он там хотел, все железными листами обить, что ли? Взрывать там собрался?
Вроде все получилось у нас интересно, и в то же время практично. Довольные харны расхаживали по своим владениям и благодарили нас за помощь и участие в этом предприятии. Ну, а мы рдели, как маки, и не прочь были еще чем-нибудь услужить. Зарплата капала мне в кошелек немалая, судя по местным расценкам, плюс реальная помощь от самих харнов… Я богатела. Не сказать, чтобы шмоток себе накупила много, разве что все самое необходимое.
Кейлин с Горном перестали ворчать и злиться друг на друга. У нас опять все складывалось мирно, дружно, никто нас не трогал после того случая с оранжереями, будто ничего и не было. Что касается метки, проступающей на моем виске, еле уговорила Горна снять ее, потом пришлось многократно объяснять Цеву и Омишу, что это была шутка харнов, ничего под собой не имеющая. В общем, я свободна, как пташка! Только почему мне кажется, что после всех этих маневров ничего не изменилось?
Как-то однажды ночь мерзов наступила неожиданно и внезапно. Люди подрастеряли свою осторожность, и многих она застала на улице. Наш рабочий день закончился, я задержалась, как и Кейлин с Горном. Омиш, зашедший к нам после рабочего дня, сидел, попивая чай, как уже было заведено. Вдруг все на улице покраснело.
- Вот это да. - Омиш крутанулся на стуле, приставленном к прилавку, и посмотрел в витрины. - Не может быть! Ведь ничего не предвещало…
Его сокрушение было понятным. Разворачивающиеся события означали лишь одно - ночевать придется снова у Кейлина.
- Когда такие перерывы, ночь мерзов может наступить неожиданно и без видимых предупреждений, - философски заметил владелец лавки, ничуть не переживая за ночных гостей.
- Придется переночевать у вас.
Кейлин только кивнул, пересчитывая собранные за день деньги. В этом мире свои правила. Каждый может оказаться на месте тех бедолаг, что застряли вне стен своего дома. Где бы они ни оказались, им обязательно должны помочь и приютить на время, пока правят мерзы. Это закон!
- Лягу внизу в приемной. Там диван удобный, опробовал уже.
Кейлин опять кивнул.
- Поднимись наверх, поешь, - проявила дополнительную гостеприимность я.
- На ужин ничего нет, надо готовить, - предупредил старший харн.
- Вот мы и займемся, согласен? - посмотрела на Омиша. Тот неопределенно пожал плечами. - Да ладно, Омиш, пойдем, поможешь мне, - схватила его за руку и потянула наверх.
Парень бросил странный взгляд на харнов, те застыли, прекратив свои занятия, и встал. Кейлин медленно перевел взгляд на брата.
- Стоило только снять обманку... А я тебя предупреждал.
- Может, ты уже прекратишь? - Горн раздражился и зачем-то оттянул горловину футболки, будто та сильно стягивала его шею.
Мне было непонятным, что такого, если Омиш поможет мне с ужином? Будто мы не ужином вовсе собрались заниматься. И я решила подразнить. Положила руку на плечо Омишу и заставила его слегка побледнеть после сказанной фразы:
- Ну, чем не муж, а!? И ремонт делает, и готовит, а какой друг - лучше не найти!
Кейлин и Горн проводили нас странными взглядами.
- Пошли, - скомандовала Омишу, - эти харны просто завидуют счастью обычных людей.
И спросила уже после выхода из лавки:
- Слушай, а девушка-то у тебя есть? - прекрасно сознавая, что давно уже была бы с ней знакома.
Мне честно ответили, что девушки нет, тогда я предложила себя в качестве нее. На что Омиш поперхнулся воздухом, но согласился, выпучив глаза. Наверное, не ожидал. Не знаю, пожалею об этом или нет, но когда харны поднялись наверх, а ужин почти был готов, я объявила им, что мы с Омишем теперь официально встречаемся. С этого момента, разумеется. А чего терять? Парень мне нравился, как и я ему. Братья переглянулись, после чего Горну вдруг где-то что-то понадобилось, а Кейлин, как родной отец, возразил на данное заявление: мол, его разрешения еще никто не спрашивал. Ну, не цирк ли?
