– Постой! Ты ведь из рода Райтуши верно?
– Извини даже если и так, я спешу, сейчас не время…
– Я тоже целитель и могу помочь…. Я слышал о том, что вы принимаете добровольцев… Тут что-то происходит…
– Послушай, такие вопросы… По поводу помощи во-о-о-он туда. – Она указала на Гиртриха, который быстро давал указание каждому, кто проходил мимо него.
– А по поводу приема в добровольцы в другую сторону, Во-о-о-н к нему. Он главнокомандующий, прием ведет он. – Она повернулась и быстро пошла по направлению к ректору. Видимо там все распоряжения получают.
Когда Ева все так же без предупреждения ворвалась в блок целителей, все так же через стены. Гиртрих стоял посреди коридора и колдовал . Он делал магическое расширение пространства. На такое количество раненных целительский блок академии не был расчитан. Когда он закончил, Ева подбежала к нему.
– Где он?!
– Ева он еще не прибыл…
– Что?!
– Успокойся, так всегда бывает.
– Не поняла, как так!?
– Место боя последним покидает полковник.
– Что? А если что-то случится и нет никого, кто мог бы помочь?….
– Ева… Я все понимаю… Но …. Я тоже очень люблю своего друга. Но это война и ослушаться приказа никто не имеет права. И этот демон, сильнейший в этом мире Ева…. По этому успокойся и доверься ему… Может… Поможешь? У тебя хорошо получается лечить… – Ева немного успокоилась, но все равно тревога нарастала в душе. Все же она решила отвлечься и согласилась с ректором.
– Хорошо, где Найнэ? Мне нужно сварить зелье…
– Найнэ в палате под номером 9. – Ева помчалась туда. Когда она вошла, замедлила шаг. В этой палате была защита. Не простая, Ева просмотрела ее магическим зрением. Она была сделана так, что бы туда входили только близкие и не выходил ни один больной. А палата была разделена на три секции натянутыми непрозрачными ширмами. Ева потихоньку прошлась по каждой и в каждой узнавала своих. Там лежали тяжело раненные. Эжи, Эрик и Вельге. Найнэ сидела возле огромного волка, точно так же как в тот раз у них в замке. Сердце Евы екнуло и заболело как никогда. Потом она быстро взяла себя в руки.
« Так! Прекратить панку…. Я нашла способ не выбирать, помощь получит каждый… Нужно сварить зелье и спеть песню…. Вот и все … Тогда все получиться. Я не буду выбирать, я не буду выбирать…. Не буду…»
– Найнэ! – Та вздрогнула и повернула заплаканное лицо. – Ты осмотрела раненных? – Как можно жестче спросила Ева. Та не знала, что ответить и рассеянно взирала на Еву.
– Понятно. Возьми себя в руки, осмотри его и каждого в этой палате. Я пойду варить зелье, на тебе масло. Давай! Шевелись! До песни, нужно всех обмыть, обработать раны и напоить зельем. Только после всего этого можно завершить песней. – Найнэ очнулась, быстро стерла слезы и принялась за осмотр. Ева же направилась в главную комнату, где происходило зельеварение. Едва Ева подошла, к ней тут же подбежала целитель Семильда.
– Леди Еванджелия! Чаны с водой кипят, там уже все ингридиенты. Кроме тех, что вы добавляли… У вас талант целительства. Все кто был тогда ранен, проснулись и ушли на своих ногах. Это просто чудо, так быстро и эффективно!
– Успокойтесь, я поняла. Сейчас я доделаю зелье до конца, а вы посчитайте и распределите раненных по категориям. Легкой, тяжелой и средней степени. Поселите их совместно с их тяжестью. Адепты, что прибыли в помощь пусть начинают промывать и обрабатывать легких, вы – средних. А мне предоставьте тяжелых. – Пока Ева раздавала указание целителю Семильде, Найнэ уже шла с маслами. А гости академии, которым было позволено все таки присоединиться к целителям, смотрели на это удивительное зрелище, прибывали в растерянности.
– Как такое может быть, адептка раздает указания целителям и они ее слушаются… – Потом тот самый эльф обратил внимание на Еву и узнал ее внешность. Ева давно перестала следить за своими глазами, когда волнуется или творит, ее глаза светились и иногда проступали родовые тату.
– Леди Еванджелия, я рад с вами познакомиться… Жаль, что при таких обстоятельствах… – Начал парень, но Ева его грубо прервала.
– Ты кто?
– Э-э-э-м, Я Эрроу из королевства лесных эльфов. – Ева на секунду зависла.
– И… Ты что тут делаешь?
– Я пришел помочь…
– Тогда помогай! Спроси у целителя Семильды, куда легких кладут и помогай им добраться до того блока, а потом берись и промывай раны и обрабатывай. – Она не дожидаясь ответа отошла от парня, а тот стоял с открытым ртом.
– Что такое Эрроу? Хотел потанцевал с принцессой? Вот она собственной персоной! Вот где она танцует и к стати я слышал, что еще и поет. Не стой без дела, приступай! – Подтолкнул парня его друг. Они оба попросились в помощь и перед балом поспорили. Кто первый потанцует с принцессой.
Слаженная работа началась в целительском блоке. Те кто поступал с легкими ранениями вскоре уходили. Получали свою порцию зелья – противоядия, обрабатывались и покидали этот блок в свои комнаты, получая порцию противоядия еще на завтра. Средней тяжести, обрабатывали, поили зельем, перебинтовывали и оставляли в палатах. А тяжелые получали зелье в первую очередь, что бы яд не расползался дальше и они могли спокойно ждать очереди. Над Вельге колдовала Найнэ, ей было не впервой. Она хорошо справлялась и начала командовать молодыми девчонками. Туда же примчались Джастина и Хлоя. Ева хотела заняться лично парнями, но девушки настояли, что бы Ева рассказала, что делать. Девчонки справлялись сами, аккуратно и бережно обработали раны. После зелье досталось каждому. Ева варила все новое и новое зелье и жертвовала свою кровь. А потом ей достался в пациенты Сэм. На нем не было места живого от лица до самых пят. Ева вздохнула, вытерла взмокший лоб и позвала себе в ассистенты целителя Семильду. Вместе они его очень и очень осторожно обмыли, просушили его раны. Но они были не свежие и загноились, Еве пришлось вырезать как у Шаена. Она провозилась долго, к счастью это был самый тяжелый и других уже не было. Так же как и Рикхарда, его все не было и не было. Поток прибывающих угас, всех уже распределили и даже «потерянных» отправили домой скорбящим родным. А Рикхарда все не было. Ева делала свое дело не смея отвлекаться и ей приходилось собирать все свою волю в кулак, что бы не волноваться и не думать сейчас о своем демоне. Сэм был без сознания, уже был на грани и на пути в мир мертвых. Но Ева не стала его оставлять, все же попробовала спасти. Зелье приходилось заливать насильно и следить, что бы проглотил. Он не мог сам даже проглотить питье. Раны быстро прочистила, он ничего не чувствовал. Потом вместе с Семильдой они его быстро перебинтовали. Сэм был последним. Почти на рассвете Ева прям там в палате у Сэма растянулась посреди пола. За окнами буря перестала бушевать. Бал закончился и все кто веселился этой ночью разбрелись по своим комнатам. В целительском блоке все больные получившие помощь успокоились и засыпали. Все кто помогал, устало потирали лбы и вески, тихо покидали палаты. Когда во всей академии воцарилась тишина, Ева начала петь. Песнь страждущим разносилась по всей округе, тихим и ровным мотивом. Во время этой песни никто не посмел и звука произнести. Ни существо, ни человек и даже природа притихла. Будто прислушивалась к словам и боялась помешать важному действию.
Селена лежала под своим деревом с закрытыми глазами и роняла слезы. Ее сердце трепетало и щемило одновременно. Душа ее переполнялась надеждой, надеждой на лучшую жизнь и возмездие.
Приглашенные гости с удивлением и благоговением слушали священную песнь. Это для многих было частью и участием в настоящей истории, что писалась прямо сейчас.
Ева лежала на полу в палате Сэма с закрытыми глазами и тихо пела свою песнь. Силы и душу она вложила в слова песни и отдала страждущим, а сердцем она была там где был Рикхард. За дверью же палаты сидел не полу Шаен оперевшись об стену. Он следовал за Евой как тень. Как только песня была пропета, Ева снова покрылась легким голубоватым туманом и холодком. Шаен беззвучно вошел в комнату и взял на руки девушку. Далеко он ее не унес, повреждений на ней не увидел как при сотворении артефактов. Шаен занес ее в кабинет Найнэ. Там была кушетка, довольно удобная и Еву разместил там. Так же наколдовал ей подушку и одеяло. И позволил себе снять с нее обувь, уложил под одеяло и заботливо укрыл. После присел на небольшой диванчик, сложил руки на груди, а ноги на столик и прикрыл глаза. Тут же ему явилась рыжеволосая бестия. Он улыбнулся своим мыслям и устроился удобней.
Рикхард скакал вдоль подножья присматриваясь магическим зрением в завесу. После того как проводил последних раненных. Он призвал своего Сибура, вскочил ему на спину, Феникс кружил над его головой. Сибур облачился в боевую броню на всякий случай, так же как его наездник. Рикхард отошел по дальше от края завесы и напряг свое обновленное зрение.
« Наконец-то я смогу просмотреть что ты тут натворила…. Наконец-то никого нет и мне не нужно сдерживаться… Наконец-то смогу свободно действовать не боясь, что кого-то зацепит.»
Не смотря на вьюгу, что не утихала, Рикхарду удалось сосредоточиться и взглянуть на завесу по своему. Она была прозрачной, выходила из недр земли и уходила высоко в небо. Она трепетала и колыхалась, все полотно было пронизано голубыми жилками. Они пульсировали и сверкали. Рикхард вздохнул и решил просмотреть весь периметр. Откуда она начинается и где заканчивается. Не прерывая своего магического контакта с завесой, он помчался вдоль нее.
« Да…. Так и знал… Есть слабость…. Не одну сотню лет ты ее строила…. Слабеешь Игнесс… Значит у тебя есть сроки… Твои врата падут...»
Рикхард спешился, он скакал очень долго и очень быстро, ускорившись. Завеса очень-очень длинная и ее прожилки были крепкими и сияли. Но все же Рик нашел слабое место. Он подошел к этому месту. Жилки не так сильно сияли и были тонкими как струны, а в некоторых местах и вовсе как волоски. Он рассматривал их внимательно, а после присел. Положил обе руки на землю, зашептал заклинание замедленного разрушения. Он вложил в заклинание почти все свои силы, оставив себе лишь на возвращение домой. Учитывая, что сам был ранен дважды и яд все же высасывал из него жизненные силы прокладывая себе глубокую дорожку в организм могучего демона.
От его рук потекла синяя мгла, она была насыщенна так, что казалось сама тьма опустилась на землю. Жуткими рваными языками проникала под землю и оплетала вязь ослабленных голубых прожилок завесы и медленно пожирала их. Его глаза светились ярким синим огнем, после он шепнул еще одно заклинание. Заклинание полной невидимости. Он не хотел чтобы прореху обнаружили раньше времени, Рик поставил замедленное разрушение специально.
« Вот так то лучше…. Пока мы наберемся сил, тут произойдут изменения… Даже если ты заметишь, ничего не сможешь сделать. Если мое чутье меня не подводит и практика. Твои силы на исходе… Души заканчиваются Игнесс…. И ты не сможешь снова возвести нечто подобное без живого тела… Моя мгла сожрет твою завесу за месяц или два. И ты ничего не заметишь…. Это с запасом, на тот случай если придется долго восстанавливаться. А если нет, тебя ждет сюрприз…»
Ева сидела в столовой в полдень и ковырялась в тарелке. Аппетита не было, она нервничала и была дерганная, раздраженная. Сылы ее еще не восстановились после вчерашнего, лунные дни заканчивались. Тату снова утром кровила, она стала обьемной и сверкала как никогда. Она доставляла уже неудобства. Саднила и побаливала, после пробуждения в кабинете Найнэ, Ева отправилась в апартаменты Рика, приняла душ. Тело ломило, голова болела, тату раздражала. Сегодня пришлось надеть платье, по тому, что боялась придавливать тату корсетом. Она вела себя как живая и это слегка пугало Еву.
В столовой было мало народу. Многие отсыпались, кто после бала, кто после приема раненных, а кто-то просто не пришел оставаясь возле своих близких. Ева же сидела в полном одиночестве и нервно помешивала отвар в стакане. Ложка звонко пила об стены стеклянной посуды. Но никто не смел ей сделать замечание. Многие знали, чем она всю ночь занималась и уж точно все слышали песнь и крепко уснули под ее голос. Тут Ева вздрогнула и ложка выпала из рук, громко грохнулась на пол. Ева вскочила с места, сердце ее забилось в бешеном ритме, глаза засветились. В столовой сидели все те же и вздрогнули тоже когда она вскочила с места и обернулись.
– Наконец-то!!!! Черт тебя подери!!! – Не выдержала Ева и крикнула в пустое пространство. Адепты выпучили глаза и не понимали с кем она говорит. Но потом посреди столовой возник синий туман и из него вышел Рикхард. Он стоял весь обмотан в плащ и накинут капюшон, но глаза его чуть подсвечивались синим огнем. Он смотрел на нее, а она на него. Он молчал, а она схватила стакан и резко выглушила взвар и швырнула в него стакан.
– Молчишь?! Хоть словечко! Хоть одно словечко! Скупердяй! Трудно было передать!? Все вернулись, кроме тебя!!! – Она не выдержала и сорвалась на «ты» И не придерживалась никаких приличий. Адепты попытались слиться со столами. А Рикхард на ходу поймал стакан и поставил его на стол, шагнул ей на встречу.
– Ты опоздал!!! Ты опоздал демон!!! – Она швырнула в него тарелку, он ее на ходу развеял и все равно шел к ней.
–Нет… Не опоздал…
– Хромаешь?! Так! Так тебе и… – Ева хотела закончить фразу, но сердце сжалось глядя на него. Он снял капюшон, истощен, хромает и волосы обожжены, на лице порезы и следы крови. Он подошел к ней и заключил ее в обьятия и они оба исчезли в синем тумане. В столовой воцарилась тишина.
Ева опустилась на постель в темной комнате. Над ней навис Рикхард. Его глаза горели ярким и синим огнем, они не потухали не на секунду. Он не говорил ничего и вел себя странно. Ева осталась на постели, а он встал, выпрямился. Скинул свой плащ, снял боевую форму и направился в ванную. Но прежде прижался к ней всем телом, провел рукой по ее животу и вдохнул ее аромат за ушком. Голос его звучал слегка хрипловато и двойственным. Ева поняла, что тут полное соитие с демоном.
– Боишься меня? – Ева отрицательно помахала головой. – Хорошо… Не бойся…. Сокровище мое… Никуда не уходи. Я смою кровь… – После он встал с постели и прошел в ванну.
« Та-а-а-ак…. И где это мы? Похоже в его доме, где мы поругались… И что дальше? Странный он сейчас… Так, что там писала одна из женщин Сэйна. Клятва во время лунных дней, но он опоздал. Сегодня последний день, почти ничего нет. Но он сказал, что не опоздал…. Что тогда ему нужно было, если не эти дни? Как-то у нас все не так как у других Сэйнов… И как это будет… Странно он меня сейчас даже не поцеловал… А когда уходил насытится не мог, кусался даже… До чего же странный он сейчас...»
Ева все лежала на постели и не вставала. Рикхард не заставил ее долго ждать. Буквально через десять минут он вошел в спальню, уже переодет в домашние свободные брюки и все. Он щелкнул пальцем и камин загорелся в комнате, это был единственный источник света. День был пасмурный и шторы были закрыты в комнате. Ева наблюдала за ним, глаза его горели до сих пор. От него исходил темно-синий дымок, а брачное тату подсвечивалось в темноте и мерцало. Волосы он поправил в ванной, теперь у него была прическа такой же как тогда.
– Извини даже если и так, я спешу, сейчас не время…
– Я тоже целитель и могу помочь…. Я слышал о том, что вы принимаете добровольцев… Тут что-то происходит…
– Послушай, такие вопросы… По поводу помощи во-о-о-он туда. – Она указала на Гиртриха, который быстро давал указание каждому, кто проходил мимо него.
– А по поводу приема в добровольцы в другую сторону, Во-о-о-н к нему. Он главнокомандующий, прием ведет он. – Она повернулась и быстро пошла по направлению к ректору. Видимо там все распоряжения получают.
Когда Ева все так же без предупреждения ворвалась в блок целителей, все так же через стены. Гиртрих стоял посреди коридора и колдовал . Он делал магическое расширение пространства. На такое количество раненных целительский блок академии не был расчитан. Когда он закончил, Ева подбежала к нему.
– Где он?!
– Ева он еще не прибыл…
– Что?!
– Успокойся, так всегда бывает.
– Не поняла, как так!?
– Место боя последним покидает полковник.
– Что? А если что-то случится и нет никого, кто мог бы помочь?….
– Ева… Я все понимаю… Но …. Я тоже очень люблю своего друга. Но это война и ослушаться приказа никто не имеет права. И этот демон, сильнейший в этом мире Ева…. По этому успокойся и доверься ему… Может… Поможешь? У тебя хорошо получается лечить… – Ева немного успокоилась, но все равно тревога нарастала в душе. Все же она решила отвлечься и согласилась с ректором.
– Хорошо, где Найнэ? Мне нужно сварить зелье…
– Найнэ в палате под номером 9. – Ева помчалась туда. Когда она вошла, замедлила шаг. В этой палате была защита. Не простая, Ева просмотрела ее магическим зрением. Она была сделана так, что бы туда входили только близкие и не выходил ни один больной. А палата была разделена на три секции натянутыми непрозрачными ширмами. Ева потихоньку прошлась по каждой и в каждой узнавала своих. Там лежали тяжело раненные. Эжи, Эрик и Вельге. Найнэ сидела возле огромного волка, точно так же как в тот раз у них в замке. Сердце Евы екнуло и заболело как никогда. Потом она быстро взяла себя в руки.
« Так! Прекратить панку…. Я нашла способ не выбирать, помощь получит каждый… Нужно сварить зелье и спеть песню…. Вот и все … Тогда все получиться. Я не буду выбирать, я не буду выбирать…. Не буду…»
– Найнэ! – Та вздрогнула и повернула заплаканное лицо. – Ты осмотрела раненных? – Как можно жестче спросила Ева. Та не знала, что ответить и рассеянно взирала на Еву.
– Понятно. Возьми себя в руки, осмотри его и каждого в этой палате. Я пойду варить зелье, на тебе масло. Давай! Шевелись! До песни, нужно всех обмыть, обработать раны и напоить зельем. Только после всего этого можно завершить песней. – Найнэ очнулась, быстро стерла слезы и принялась за осмотр. Ева же направилась в главную комнату, где происходило зельеварение. Едва Ева подошла, к ней тут же подбежала целитель Семильда.
– Леди Еванджелия! Чаны с водой кипят, там уже все ингридиенты. Кроме тех, что вы добавляли… У вас талант целительства. Все кто был тогда ранен, проснулись и ушли на своих ногах. Это просто чудо, так быстро и эффективно!
– Успокойтесь, я поняла. Сейчас я доделаю зелье до конца, а вы посчитайте и распределите раненных по категориям. Легкой, тяжелой и средней степени. Поселите их совместно с их тяжестью. Адепты, что прибыли в помощь пусть начинают промывать и обрабатывать легких, вы – средних. А мне предоставьте тяжелых. – Пока Ева раздавала указание целителю Семильде, Найнэ уже шла с маслами. А гости академии, которым было позволено все таки присоединиться к целителям, смотрели на это удивительное зрелище, прибывали в растерянности.
– Как такое может быть, адептка раздает указания целителям и они ее слушаются… – Потом тот самый эльф обратил внимание на Еву и узнал ее внешность. Ева давно перестала следить за своими глазами, когда волнуется или творит, ее глаза светились и иногда проступали родовые тату.
– Леди Еванджелия, я рад с вами познакомиться… Жаль, что при таких обстоятельствах… – Начал парень, но Ева его грубо прервала.
– Ты кто?
– Э-э-э-м, Я Эрроу из королевства лесных эльфов. – Ева на секунду зависла.
– И… Ты что тут делаешь?
– Я пришел помочь…
– Тогда помогай! Спроси у целителя Семильды, куда легких кладут и помогай им добраться до того блока, а потом берись и промывай раны и обрабатывай. – Она не дожидаясь ответа отошла от парня, а тот стоял с открытым ртом.
– Что такое Эрроу? Хотел потанцевал с принцессой? Вот она собственной персоной! Вот где она танцует и к стати я слышал, что еще и поет. Не стой без дела, приступай! – Подтолкнул парня его друг. Они оба попросились в помощь и перед балом поспорили. Кто первый потанцует с принцессой.
Слаженная работа началась в целительском блоке. Те кто поступал с легкими ранениями вскоре уходили. Получали свою порцию зелья – противоядия, обрабатывались и покидали этот блок в свои комнаты, получая порцию противоядия еще на завтра. Средней тяжести, обрабатывали, поили зельем, перебинтовывали и оставляли в палатах. А тяжелые получали зелье в первую очередь, что бы яд не расползался дальше и они могли спокойно ждать очереди. Над Вельге колдовала Найнэ, ей было не впервой. Она хорошо справлялась и начала командовать молодыми девчонками. Туда же примчались Джастина и Хлоя. Ева хотела заняться лично парнями, но девушки настояли, что бы Ева рассказала, что делать. Девчонки справлялись сами, аккуратно и бережно обработали раны. После зелье досталось каждому. Ева варила все новое и новое зелье и жертвовала свою кровь. А потом ей достался в пациенты Сэм. На нем не было места живого от лица до самых пят. Ева вздохнула, вытерла взмокший лоб и позвала себе в ассистенты целителя Семильду. Вместе они его очень и очень осторожно обмыли, просушили его раны. Но они были не свежие и загноились, Еве пришлось вырезать как у Шаена. Она провозилась долго, к счастью это был самый тяжелый и других уже не было. Так же как и Рикхарда, его все не было и не было. Поток прибывающих угас, всех уже распределили и даже «потерянных» отправили домой скорбящим родным. А Рикхарда все не было. Ева делала свое дело не смея отвлекаться и ей приходилось собирать все свою волю в кулак, что бы не волноваться и не думать сейчас о своем демоне. Сэм был без сознания, уже был на грани и на пути в мир мертвых. Но Ева не стала его оставлять, все же попробовала спасти. Зелье приходилось заливать насильно и следить, что бы проглотил. Он не мог сам даже проглотить питье. Раны быстро прочистила, он ничего не чувствовал. Потом вместе с Семильдой они его быстро перебинтовали. Сэм был последним. Почти на рассвете Ева прям там в палате у Сэма растянулась посреди пола. За окнами буря перестала бушевать. Бал закончился и все кто веселился этой ночью разбрелись по своим комнатам. В целительском блоке все больные получившие помощь успокоились и засыпали. Все кто помогал, устало потирали лбы и вески, тихо покидали палаты. Когда во всей академии воцарилась тишина, Ева начала петь. Песнь страждущим разносилась по всей округе, тихим и ровным мотивом. Во время этой песни никто не посмел и звука произнести. Ни существо, ни человек и даже природа притихла. Будто прислушивалась к словам и боялась помешать важному действию.
Селена лежала под своим деревом с закрытыми глазами и роняла слезы. Ее сердце трепетало и щемило одновременно. Душа ее переполнялась надеждой, надеждой на лучшую жизнь и возмездие.
Приглашенные гости с удивлением и благоговением слушали священную песнь. Это для многих было частью и участием в настоящей истории, что писалась прямо сейчас.
Ева лежала на полу в палате Сэма с закрытыми глазами и тихо пела свою песнь. Силы и душу она вложила в слова песни и отдала страждущим, а сердцем она была там где был Рикхард. За дверью же палаты сидел не полу Шаен оперевшись об стену. Он следовал за Евой как тень. Как только песня была пропета, Ева снова покрылась легким голубоватым туманом и холодком. Шаен беззвучно вошел в комнату и взял на руки девушку. Далеко он ее не унес, повреждений на ней не увидел как при сотворении артефактов. Шаен занес ее в кабинет Найнэ. Там была кушетка, довольно удобная и Еву разместил там. Так же наколдовал ей подушку и одеяло. И позволил себе снять с нее обувь, уложил под одеяло и заботливо укрыл. После присел на небольшой диванчик, сложил руки на груди, а ноги на столик и прикрыл глаза. Тут же ему явилась рыжеволосая бестия. Он улыбнулся своим мыслям и устроился удобней.
Рикхард скакал вдоль подножья присматриваясь магическим зрением в завесу. После того как проводил последних раненных. Он призвал своего Сибура, вскочил ему на спину, Феникс кружил над его головой. Сибур облачился в боевую броню на всякий случай, так же как его наездник. Рикхард отошел по дальше от края завесы и напряг свое обновленное зрение.
« Наконец-то я смогу просмотреть что ты тут натворила…. Наконец-то никого нет и мне не нужно сдерживаться… Наконец-то смогу свободно действовать не боясь, что кого-то зацепит.»
Не смотря на вьюгу, что не утихала, Рикхарду удалось сосредоточиться и взглянуть на завесу по своему. Она была прозрачной, выходила из недр земли и уходила высоко в небо. Она трепетала и колыхалась, все полотно было пронизано голубыми жилками. Они пульсировали и сверкали. Рикхард вздохнул и решил просмотреть весь периметр. Откуда она начинается и где заканчивается. Не прерывая своего магического контакта с завесой, он помчался вдоль нее.
« Да…. Так и знал… Есть слабость…. Не одну сотню лет ты ее строила…. Слабеешь Игнесс… Значит у тебя есть сроки… Твои врата падут...»
Рикхард спешился, он скакал очень долго и очень быстро, ускорившись. Завеса очень-очень длинная и ее прожилки были крепкими и сияли. Но все же Рик нашел слабое место. Он подошел к этому месту. Жилки не так сильно сияли и были тонкими как струны, а в некоторых местах и вовсе как волоски. Он рассматривал их внимательно, а после присел. Положил обе руки на землю, зашептал заклинание замедленного разрушения. Он вложил в заклинание почти все свои силы, оставив себе лишь на возвращение домой. Учитывая, что сам был ранен дважды и яд все же высасывал из него жизненные силы прокладывая себе глубокую дорожку в организм могучего демона.
От его рук потекла синяя мгла, она была насыщенна так, что казалось сама тьма опустилась на землю. Жуткими рваными языками проникала под землю и оплетала вязь ослабленных голубых прожилок завесы и медленно пожирала их. Его глаза светились ярким синим огнем, после он шепнул еще одно заклинание. Заклинание полной невидимости. Он не хотел чтобы прореху обнаружили раньше времени, Рик поставил замедленное разрушение специально.
« Вот так то лучше…. Пока мы наберемся сил, тут произойдут изменения… Даже если ты заметишь, ничего не сможешь сделать. Если мое чутье меня не подводит и практика. Твои силы на исходе… Души заканчиваются Игнесс…. И ты не сможешь снова возвести нечто подобное без живого тела… Моя мгла сожрет твою завесу за месяц или два. И ты ничего не заметишь…. Это с запасом, на тот случай если придется долго восстанавливаться. А если нет, тебя ждет сюрприз…»
Ева сидела в столовой в полдень и ковырялась в тарелке. Аппетита не было, она нервничала и была дерганная, раздраженная. Сылы ее еще не восстановились после вчерашнего, лунные дни заканчивались. Тату снова утром кровила, она стала обьемной и сверкала как никогда. Она доставляла уже неудобства. Саднила и побаливала, после пробуждения в кабинете Найнэ, Ева отправилась в апартаменты Рика, приняла душ. Тело ломило, голова болела, тату раздражала. Сегодня пришлось надеть платье, по тому, что боялась придавливать тату корсетом. Она вела себя как живая и это слегка пугало Еву.
В столовой было мало народу. Многие отсыпались, кто после бала, кто после приема раненных, а кто-то просто не пришел оставаясь возле своих близких. Ева же сидела в полном одиночестве и нервно помешивала отвар в стакане. Ложка звонко пила об стены стеклянной посуды. Но никто не смел ей сделать замечание. Многие знали, чем она всю ночь занималась и уж точно все слышали песнь и крепко уснули под ее голос. Тут Ева вздрогнула и ложка выпала из рук, громко грохнулась на пол. Ева вскочила с места, сердце ее забилось в бешеном ритме, глаза засветились. В столовой сидели все те же и вздрогнули тоже когда она вскочила с места и обернулись.
– Наконец-то!!!! Черт тебя подери!!! – Не выдержала Ева и крикнула в пустое пространство. Адепты выпучили глаза и не понимали с кем она говорит. Но потом посреди столовой возник синий туман и из него вышел Рикхард. Он стоял весь обмотан в плащ и накинут капюшон, но глаза его чуть подсвечивались синим огнем. Он смотрел на нее, а она на него. Он молчал, а она схватила стакан и резко выглушила взвар и швырнула в него стакан.
– Молчишь?! Хоть словечко! Хоть одно словечко! Скупердяй! Трудно было передать!? Все вернулись, кроме тебя!!! – Она не выдержала и сорвалась на «ты» И не придерживалась никаких приличий. Адепты попытались слиться со столами. А Рикхард на ходу поймал стакан и поставил его на стол, шагнул ей на встречу.
– Ты опоздал!!! Ты опоздал демон!!! – Она швырнула в него тарелку, он ее на ходу развеял и все равно шел к ней.
–Нет… Не опоздал…
– Хромаешь?! Так! Так тебе и… – Ева хотела закончить фразу, но сердце сжалось глядя на него. Он снял капюшон, истощен, хромает и волосы обожжены, на лице порезы и следы крови. Он подошел к ней и заключил ее в обьятия и они оба исчезли в синем тумане. В столовой воцарилась тишина.
Ева опустилась на постель в темной комнате. Над ней навис Рикхард. Его глаза горели ярким и синим огнем, они не потухали не на секунду. Он не говорил ничего и вел себя странно. Ева осталась на постели, а он встал, выпрямился. Скинул свой плащ, снял боевую форму и направился в ванную. Но прежде прижался к ней всем телом, провел рукой по ее животу и вдохнул ее аромат за ушком. Голос его звучал слегка хрипловато и двойственным. Ева поняла, что тут полное соитие с демоном.
– Боишься меня? – Ева отрицательно помахала головой. – Хорошо… Не бойся…. Сокровище мое… Никуда не уходи. Я смою кровь… – После он встал с постели и прошел в ванну.
« Та-а-а-ак…. И где это мы? Похоже в его доме, где мы поругались… И что дальше? Странный он сейчас… Так, что там писала одна из женщин Сэйна. Клятва во время лунных дней, но он опоздал. Сегодня последний день, почти ничего нет. Но он сказал, что не опоздал…. Что тогда ему нужно было, если не эти дни? Как-то у нас все не так как у других Сэйнов… И как это будет… Странно он меня сейчас даже не поцеловал… А когда уходил насытится не мог, кусался даже… До чего же странный он сейчас...»
Ева все лежала на постели и не вставала. Рикхард не заставил ее долго ждать. Буквально через десять минут он вошел в спальню, уже переодет в домашние свободные брюки и все. Он щелкнул пальцем и камин загорелся в комнате, это был единственный источник света. День был пасмурный и шторы были закрыты в комнате. Ева наблюдала за ним, глаза его горели до сих пор. От него исходил темно-синий дымок, а брачное тату подсвечивалось в темноте и мерцало. Волосы он поправил в ванной, теперь у него была прическа такой же как тогда.
