Он отпустил волосы, зато обеими руками ухватил за грудь. И сжал. Больно, так что не только вскрикнула, но и разозлилась. Что бы этот наркоша не принимал, но дрянь забористая. Мозги отключились полностью. Во всяком случае, отделы, заведующие анализом ситуации, причинно-следственными связями и расчетом будущего. Остались базовые инстинкты. Он, похоже, не отдавал отчета в своих действиях. Увидел сиськи – включился инстинкт размножения. И плевать, что будет дальше!
Такое бывает после черепно-мозговой травмы и принятия некоторых препаратов. Сила у таких пациентов возрастает многократно. Знакомая из психушки рассказывала, помню… Не сейчас, нужно быстро выкручиваться. Необычно то, что сохранили способность говорить связно. Может, попробовать достучаться до сознания? Не верится, что он ничего не соображает!
- Эй, что ты делаешь? А если кто-то войдет? – Пыталась оторвать чужие руки от своих грудей. Увы, он не замечал моих усилий. Как будто пытаюсь раздвинуть голыми руками железные арматурины.
- Не ссы, сучка. Дверь я запер, когда амбал ушел. Никто не помешает. Знал, что сама ко мне придешь. Захочешь попробовать настоящего мужика, а не этих старперов! Быстрее шевелись, пока я не рассердился!
С каким-то нездоровым хохотком отпустил мои многострадальные сиськи (наверное, теперь синяки останутся) и рванул ворот майки. Ткань легко поддалась, разойдясь чуть ли не до пупа. А этот тип по-звериному зарычал, уставившись вниз. Нужно срочно что-то предпринимать. Только что делать в такой ситуации?
Беда в том, что даже тренированный человек, попадая в непривычную ситуацию, может впасть в ступор. А ситуация не просто непривычная. Дурацкая ситуация. Пашека встречала сегодня на палубе. Казался вполне нормальным, адекватным парнем.
Но сейчас на меня смотрел совершенно другой человек. Да и человек ли? Что-то в поведении, жестах, взгляде, даже способе двигаться было чужое. Как будто через его глаза на меня смотрел… смотрело что-то еще. И это что-то было не просто другим. Оно было чужеродным. Не по-человечески безжалостным. На память пришел богомол. Насекомое такое, отдаленно похожее на человека строением. Но абсолютно, механически безжалостное.
Вопрос оставался один: что делать? Попытаться договориться? Не похоже, что он (оно) собирается разговаривать. Вон как ручонки шарят, глазки сверкают и даже слюна потекла. Звать на помощь? Бессмысленно, у зала отличная звукоизоляция. А двери он запер? Бросила взгляд в сторону и увидела, что в ручке двери торчит швабра. Что ж, действенно и эффективно. Чем бы он ни кололся, или что бы ни глотал, соображать не разучился. Так что же делать?
Классический совет гласит: если грозит изнасилование, нужно расслабиться и постараться получить удовольствие. А потом принять душ. Но что-то мне это вариант не казался привлекательным. Судя по поведению зверя, в которого превратился симпатяга матросик, удовольствием тут не пахло. В лучшем случае, повреждениями средней степени тяжести и травмами мягких частей тела.
Значит, нужно попытаться его вырубить.
Тип рывком перевернул меня на спину и уселся сверху. Да еще и вцепился клешней в горло. А второй начал шарить под разорванной майкой. Нет, это уже наглость!
- Погоди, я сама, - прохрипела с трудом. Хватка немного ослабла, на морде существа проступил довольный оскал. Ну ладно, радуйся, пока можешь… Поднять руки вверх… чуть подать вверх бедра… и сделать двойку: прямой правой в промежность и левой крюк в скулу. Добавить локтем в ухо. Откатиться в сторону, вскочить в стойку.
Увы, противник не валяется на полу и не корчится, держась за ушибленное место. Он вскочил на ноги. И казался сильно рассерженным. Интересно, почему меня это не удивило?
Попыталась достать его прямым ногой в бедро, матрос легко уклонился. И бросился на меня. Отскочила в сторону и ударила сзади в печень. Нападающего немного занесло, но других последствий не обнаружилось. Он не зашипел от боли, а развернулся и опять бросился в атаку.
Какое-то время спасало то, что противник действовал слишком прямолинейно. Бросался вперед, пытаясь ударить или свалить на пол. Оставалось уворачиваться и пытаться бить в спину или затылок. Пару раз удалось перехватить руку и швырнуть на татами, или зацепить подсечкой. Но результата не было. Тварь методично теснила меня в угол. А усталости не чувствовал вовсе. Даже ускорялся. А вот у меня начала сбиваться дыхалка. Нужно переходить к более активным действиям. Например, попробовать взять его на болевой и сломать руку. Или ногу. Или придушить, если получится. И делать это быстро, пока он меня не вымотал бесконечными атаками. Только подходящий момент все не наступал. Более того, очередная прямолинейная, как таран, атака чуть не завершилась успешно, он меня зацепил. Я упала и едва успела откатиться от свалившегося сверху тела. Зато удалось перехватить руку, зажать между бедрами и перегнуть, став чуть ли не на мостик.
В любом поединке на татами в такой ситуации соперник заколотил бы ладонью, признавая поражение. Но матрос (или с кем там я сражаюсь) правил не знал. Он начал подниматься на ноги, пытаясь меня стряхнуть. При этом мне еле удавалось удерживать захваченную руку, хотя чисто анатомически он, вроде бы, не мог ее согнуть. И плевать ему, что в локте уже то-то трещит, и что рвутся связки. Я заорала и выгнулась сильнее. Наконец громко хрустнуло. Захваченная рука ослабла и выгнулась в противоположную сторону. Я разжала хват, соскользнула на татами и перекатилась в стойку, переводя дыхание. Матрос Пашек недоуменно посмотрел на правую руку, поболтал ею и попытался согнуть. А когда не получилось, снова бросился в атаку.
Нет, это невозможно! Он двигается еще быстрее! А пролетая мимо, едва коснулся меня вытянутой левой. Бок ожгло, запахло паленым. Черт возьми, на майке остались две пропалины, как будто ее коснулись раскаленным металлом. А на теле, кажется, появился ожог. Ну ничего себе! Это что за чертовщина?
Тварь взглянула мне в глаза и зашипела. Это уже был не человек. И когда тварь изготовилась к броску, я швырнула в него фаерболом. Маленький шарик зеленого пламени ударил существо в грудь, оставив отметину в форме кляксы. Как будто на деревянную поверхность уронили капельку перегретого оловянного припоя. От второго шарика нападающий сумел уклониться, на кожаной обивке спортзала образовалась круглая дыра. С ладонь величиной.
Ну что ж, достижение. Теперь могу атаковать. Или сбивать атаки, как пришлось делать через секунду. Пашек рванулся ко мне, ухитрившись в падении поднырнуть под фаербол. И чуть не свалил с ног, горячая ладонь мелькнула возле бедра, чувствительно обдав жаром. Парнишка не на шутку разогрелся. Я отскочила, и только когда этот тип остановился напротив и расплылся в ухмылке, поняла, как сглупила. Увлекшись, оказалась в углу.
- Ну вот тебе и хана, шлюха. Хотела играть грубо? Теперь все будет очень грубо. И от тебя к утру останется шевелящаяся груда мяса. Не волнуйся, будешь умирать медленно и мучительно. А чтобы не бегала, поломаю тебе ноги. Вот этой штукой!
Он отступил на шаг, ухватил закрепленный на стойке гриф «олимпийской» штанги и одним движением вырвал крепления. А потом начал помахивать ею, держа в одной руке. Впечатляет. Железяка длиной 220 сантиметров и весом 20 кг вращалась, как легкий бамбуковый шест.
- Что, сучка, хочешь попрыгать напоследок? Ну попрыгай!
Махнул штангой в мою сторону, еле успела отпрыгнуть. А он рассмеялся и снова сделал выпад. Еле удалось отскочить. Потом еще раз. Но долго так продолжаться не может. Мой фаербол он отбил грифом, и огонек впитался в металл. Я еще успела подумать, что это какой-то вид электричества, раз его можно ловить громоотводом. Да, как раз время для глубокомысленных научных обобщений! Тут бы живой остаться! Поэтому развернулась и бросилась вперед, в угол. Пара шагов по татами, потом пара толчков по стене, и три длинных шага по потолку. В глубине сознания пыталась затрепыхаться мысль, что такое невозможно. Это даже не Шаолинь, а какой-то Болливуд сраный! Сейчас, того и гляди, грянет музычка, и мы с этим типом танцевать начнем!
Но главное - результат достигнут. Поравнявшись с нападавшим, оттолкнулась от потолка и рухнула на него сверху. В полете успев взять в удушающий захват, типа «мертвый замок». Оставалось прижаться в спине нападавшего и сдавить горло вместе с сонными артериями. Остановив дыхание и поступление крови к мозгу. Теперь нужно продержаться десять-пятнадцать секунд… Впрочем, это человек через десять секунд ослабнет и перестанет сопротивляться. А сколько продержится то, во что превратился матрос? Но отступать некуда. Нужно держаться на спине взбесившегося тигра. Хорошо еще, что его горячая рука занята железякой, а бросить ее он не догадывается… да, лишнее могущество не пошло на пользу твари, полностью лишив интеллекта.
Чтобы защититься от размахивающей палки, свалилась на спину, прикрывшись сверху дергающимся телом. Десять секунд… двадцать... черт, да я его так не удержу! Нет, вроде начал затихать. И тут вдали раздался какой-то грохот и знакомый голос заорал:
- Натали! Где вы? Что происходит!
- Крис, держи этого типа! – Заорала, уткнувшись в спину противнику. - Только берегись руки! И палки, которой он размахивает!
- Да ничем он не размахивает. Отпусти, ты его задушила. И у него рука сломана. Да, неплохо ты «слегка размялась». Главное, без физических нагрузок!
- Говоришь, с тобой все в порядке? Ну, кроме пары ссадин, подпалины на боку и подбитого глаза? А что с парнем? Зачем привязали? - допрашивал Джамаль.
- Говорю же, набросился, без причины, - вздохнула, поглаживая рукоять возвращенного кортика. Но, на всякий случай, не вынимая из ножен. Одно присутствие оружия вселяло уверенность, что врасплох не застанут.
- Ты не давала юноше авансов? Видел этого парня раньше. Он не производил впечатления сексуально озабоченного или ненормального.
- Тоже с ним общалась. У меня сперва сложилось впечатление, что он обкурился или наглотался какой-то дряни. Но…
- Но что заставило изменить мнение?
- Не встречала упоминаний о таблетках, от которых пациент может нагреть свои руки до такой температуры, – показала Джамалю футболку с прожженной на боку дырой.
- А это роскошное декольте тоже его вклад в дизайн?
- Вообще-то, да.
- Интересно вы общались. Я осмотрел спортзал вместе с нашим следопытом. Там есть несколько интересных отметин.
- Ну да, парочку оставила я. Оказывается, чтобы швырять фаерболы, нужно испугаться или разозлиться. И иметь перед собой достойного противника.
- А этот забавный расплавленный след на грифе штанги…
- Это он. А там действительно остался след? Не заметила.
- Ну да, ты была занята, душила бедолагу. Кстати, он жив? Или еще нет?
- Жив, конечно. Делает вид, что без сознания, - отозвалась Элли. – Чувствует себя не так плохо, как выглядит.
Скептически осмотрела матроса. Да, досталось бедолаге. Левая рука в пластиковом лубке, на перевязи и накрепко прибинтована к туловищу. На шее «воротник». В горло вставлена трубка, подающая воздух. Оставшаяся рука и обе ноги привязаны ремнями. Сразу вспомнилось, как сегодня утром (Правда? Это было всего лишь сегодня утром?) сама лежала здесь привязанной. Этими же ремнями.
- Кстати, Крис, как ты меня нашел? – оторвалась от созерцания побитой тушки.
- Ты сказала, что пол часика слегка разомнешься и отправишься в медпункт. Я пришел к Элли, не нашел тебя, немного разволновался. Честно говоря, боялся, что перестараешься и откроется рана. Обнаружил, что дверь заперта изнутри и оттуда доносится шум. Быстренько выломал дверь и увидел, что в зале бардак. В углу валялся тип, которого ты почти задушила.
- А как появились все остальные?
- Ну, все что-то почувствовали. И сейчас чувствуем. Что этот парень не спит и не без сознания. Он наблюдает за нами, - отозвался Акиро.
- Здесь что-то не так, - возразил подпирающий стенку Джо. - В нем как будто два сознания. Одно спит, второе следит за нами. И оно какое-то чужое. Кстати, что мы знаем об этом матросе?
- Пашек. Раньше был шустрым, сообразительным и нормальным парнем. Что с ним случилось, не понимаю.
- С его товарищами кто-то беседовал?
- А нужно?
- Конечно, - всполошился Джамаль. – Крис, ты лучше всех знаешь команду. Сходи в каюту, поговори с соседом. Заодно с боцманом и судовым механиком пообщайся, кажется, они приятели. Узнай, не происходило ли в последнее время чего-то странного.
- И не появлялись ли у него в последнее время новых вещей – амулетов, пояса, игрушки, колоды карт. Да чего угодно. Если увидишь или найдешь что-то необычное, тащи сюда. Попробуем его разбудить и побеседовать.
- Ну что ж, Элли, буди этого сексуального маньяка, - вздохнула я, когда за Крисом захлопнулась дверь.
- Да что его будить, - фыркнула та. – Он и так проснулся. Только не уверена, что говорить сможет. У паренька трахея раздавлена.
- Ничего, вытаскивай трубку. Заговорит как миленький. Правда, зверюшка?
- Сначала я тебя трахну, потом будем разговаривать, - прохрипел пациент. – А ну, быстро отвязали меня, пока я сам не порвал эти смешные веревки!
- Не такие они смешные, как тебе кажется, - я изо всех сил старалась, чтобы голос звучал спокойно. Хотя больше всего мне хотелось просто всадить в него кортик и смотреть, как из раны фонтаном бьет густая, красная, солоноватая и такая вкусная кровь.
- Ха, хочешь прирезать это тело? Давай, действуй! Только потом придется опасаться каждого, кто находится рядом. И я не буду тратить время на развлечение, которого хотел этот малыш! Ну же, добей его!
- Похоже, эта тварь говорит правду, как ни удивительно, - донесся из угла голос Джо. – Она действительно способна покинуть это тело, когда оно умрет.
- Но только после того, как умрет, - подтвердил склонившийся к пациенту Акиро. - До этого она привязана к человеку, его приютившему.
- И что делать? Убивать нельзя, держать в таком состоянии тоже не хочется…
- Я вам сейчас устрою, пациентов убивать! – возмутилась Элли. – Будем лечить. А пока пусть полежит, никуда не денется…
Тут какой-то из приборов пискнул, потом еще раз, затем снова, все сокращая интервалы. А тварь на койке дико захохотала и стала извиваться. Ремни, удерживающие тело, натянулись, но пока держали. Элли ухватила пациента за руку, чтобы поправить вставленную в вену иголку и в испуге отшатнулась.
- Черт, у него, температура. И давление зашкаливает!
- Температура около пятидесяти по Цельсию и продолжает расти. Оно хочет пережечь ремни, - флегматично заявил из своего угла Джо, глядя на показания приборов. – Уже шестьдесят. На сколько рассчитаны ремни?
- Понятия не имею, - нервно отозвалась Элли. – Вообще-то они рассчитаны на человека, а у живых людей больше 42 градусов быть не должно!
- Очень интересный способ передачи энергии по каналам, - обрадовано заметил Акиро, склонившийся к привязанной конечности монстра. Я читал о теоретической возможности такого. Этот трюк осваивали в каком-то из китайских монастырей. Но никто никогда не знает, на что способны китайцы, так что разработка оставалась чисто теоретической… Очень интересный способ использования энергии Ци…
Такое бывает после черепно-мозговой травмы и принятия некоторых препаратов. Сила у таких пациентов возрастает многократно. Знакомая из психушки рассказывала, помню… Не сейчас, нужно быстро выкручиваться. Необычно то, что сохранили способность говорить связно. Может, попробовать достучаться до сознания? Не верится, что он ничего не соображает!
- Эй, что ты делаешь? А если кто-то войдет? – Пыталась оторвать чужие руки от своих грудей. Увы, он не замечал моих усилий. Как будто пытаюсь раздвинуть голыми руками железные арматурины.
- Не ссы, сучка. Дверь я запер, когда амбал ушел. Никто не помешает. Знал, что сама ко мне придешь. Захочешь попробовать настоящего мужика, а не этих старперов! Быстрее шевелись, пока я не рассердился!
С каким-то нездоровым хохотком отпустил мои многострадальные сиськи (наверное, теперь синяки останутся) и рванул ворот майки. Ткань легко поддалась, разойдясь чуть ли не до пупа. А этот тип по-звериному зарычал, уставившись вниз. Нужно срочно что-то предпринимать. Только что делать в такой ситуации?
Беда в том, что даже тренированный человек, попадая в непривычную ситуацию, может впасть в ступор. А ситуация не просто непривычная. Дурацкая ситуация. Пашека встречала сегодня на палубе. Казался вполне нормальным, адекватным парнем.
Но сейчас на меня смотрел совершенно другой человек. Да и человек ли? Что-то в поведении, жестах, взгляде, даже способе двигаться было чужое. Как будто через его глаза на меня смотрел… смотрело что-то еще. И это что-то было не просто другим. Оно было чужеродным. Не по-человечески безжалостным. На память пришел богомол. Насекомое такое, отдаленно похожее на человека строением. Но абсолютно, механически безжалостное.
Вопрос оставался один: что делать? Попытаться договориться? Не похоже, что он (оно) собирается разговаривать. Вон как ручонки шарят, глазки сверкают и даже слюна потекла. Звать на помощь? Бессмысленно, у зала отличная звукоизоляция. А двери он запер? Бросила взгляд в сторону и увидела, что в ручке двери торчит швабра. Что ж, действенно и эффективно. Чем бы он ни кололся, или что бы ни глотал, соображать не разучился. Так что же делать?
Классический совет гласит: если грозит изнасилование, нужно расслабиться и постараться получить удовольствие. А потом принять душ. Но что-то мне это вариант не казался привлекательным. Судя по поведению зверя, в которого превратился симпатяга матросик, удовольствием тут не пахло. В лучшем случае, повреждениями средней степени тяжести и травмами мягких частей тела.
Значит, нужно попытаться его вырубить.
Тип рывком перевернул меня на спину и уселся сверху. Да еще и вцепился клешней в горло. А второй начал шарить под разорванной майкой. Нет, это уже наглость!
- Погоди, я сама, - прохрипела с трудом. Хватка немного ослабла, на морде существа проступил довольный оскал. Ну ладно, радуйся, пока можешь… Поднять руки вверх… чуть подать вверх бедра… и сделать двойку: прямой правой в промежность и левой крюк в скулу. Добавить локтем в ухо. Откатиться в сторону, вскочить в стойку.
Увы, противник не валяется на полу и не корчится, держась за ушибленное место. Он вскочил на ноги. И казался сильно рассерженным. Интересно, почему меня это не удивило?
Попыталась достать его прямым ногой в бедро, матрос легко уклонился. И бросился на меня. Отскочила в сторону и ударила сзади в печень. Нападающего немного занесло, но других последствий не обнаружилось. Он не зашипел от боли, а развернулся и опять бросился в атаку.
Какое-то время спасало то, что противник действовал слишком прямолинейно. Бросался вперед, пытаясь ударить или свалить на пол. Оставалось уворачиваться и пытаться бить в спину или затылок. Пару раз удалось перехватить руку и швырнуть на татами, или зацепить подсечкой. Но результата не было. Тварь методично теснила меня в угол. А усталости не чувствовал вовсе. Даже ускорялся. А вот у меня начала сбиваться дыхалка. Нужно переходить к более активным действиям. Например, попробовать взять его на болевой и сломать руку. Или ногу. Или придушить, если получится. И делать это быстро, пока он меня не вымотал бесконечными атаками. Только подходящий момент все не наступал. Более того, очередная прямолинейная, как таран, атака чуть не завершилась успешно, он меня зацепил. Я упала и едва успела откатиться от свалившегося сверху тела. Зато удалось перехватить руку, зажать между бедрами и перегнуть, став чуть ли не на мостик.
В любом поединке на татами в такой ситуации соперник заколотил бы ладонью, признавая поражение. Но матрос (или с кем там я сражаюсь) правил не знал. Он начал подниматься на ноги, пытаясь меня стряхнуть. При этом мне еле удавалось удерживать захваченную руку, хотя чисто анатомически он, вроде бы, не мог ее согнуть. И плевать ему, что в локте уже то-то трещит, и что рвутся связки. Я заорала и выгнулась сильнее. Наконец громко хрустнуло. Захваченная рука ослабла и выгнулась в противоположную сторону. Я разжала хват, соскользнула на татами и перекатилась в стойку, переводя дыхание. Матрос Пашек недоуменно посмотрел на правую руку, поболтал ею и попытался согнуть. А когда не получилось, снова бросился в атаку.
Нет, это невозможно! Он двигается еще быстрее! А пролетая мимо, едва коснулся меня вытянутой левой. Бок ожгло, запахло паленым. Черт возьми, на майке остались две пропалины, как будто ее коснулись раскаленным металлом. А на теле, кажется, появился ожог. Ну ничего себе! Это что за чертовщина?
Тварь взглянула мне в глаза и зашипела. Это уже был не человек. И когда тварь изготовилась к броску, я швырнула в него фаерболом. Маленький шарик зеленого пламени ударил существо в грудь, оставив отметину в форме кляксы. Как будто на деревянную поверхность уронили капельку перегретого оловянного припоя. От второго шарика нападающий сумел уклониться, на кожаной обивке спортзала образовалась круглая дыра. С ладонь величиной.
Ну что ж, достижение. Теперь могу атаковать. Или сбивать атаки, как пришлось делать через секунду. Пашек рванулся ко мне, ухитрившись в падении поднырнуть под фаербол. И чуть не свалил с ног, горячая ладонь мелькнула возле бедра, чувствительно обдав жаром. Парнишка не на шутку разогрелся. Я отскочила, и только когда этот тип остановился напротив и расплылся в ухмылке, поняла, как сглупила. Увлекшись, оказалась в углу.
- Ну вот тебе и хана, шлюха. Хотела играть грубо? Теперь все будет очень грубо. И от тебя к утру останется шевелящаяся груда мяса. Не волнуйся, будешь умирать медленно и мучительно. А чтобы не бегала, поломаю тебе ноги. Вот этой штукой!
Он отступил на шаг, ухватил закрепленный на стойке гриф «олимпийской» штанги и одним движением вырвал крепления. А потом начал помахивать ею, держа в одной руке. Впечатляет. Железяка длиной 220 сантиметров и весом 20 кг вращалась, как легкий бамбуковый шест.
- Что, сучка, хочешь попрыгать напоследок? Ну попрыгай!
Махнул штангой в мою сторону, еле успела отпрыгнуть. А он рассмеялся и снова сделал выпад. Еле удалось отскочить. Потом еще раз. Но долго так продолжаться не может. Мой фаербол он отбил грифом, и огонек впитался в металл. Я еще успела подумать, что это какой-то вид электричества, раз его можно ловить громоотводом. Да, как раз время для глубокомысленных научных обобщений! Тут бы живой остаться! Поэтому развернулась и бросилась вперед, в угол. Пара шагов по татами, потом пара толчков по стене, и три длинных шага по потолку. В глубине сознания пыталась затрепыхаться мысль, что такое невозможно. Это даже не Шаолинь, а какой-то Болливуд сраный! Сейчас, того и гляди, грянет музычка, и мы с этим типом танцевать начнем!
Но главное - результат достигнут. Поравнявшись с нападавшим, оттолкнулась от потолка и рухнула на него сверху. В полете успев взять в удушающий захват, типа «мертвый замок». Оставалось прижаться в спине нападавшего и сдавить горло вместе с сонными артериями. Остановив дыхание и поступление крови к мозгу. Теперь нужно продержаться десять-пятнадцать секунд… Впрочем, это человек через десять секунд ослабнет и перестанет сопротивляться. А сколько продержится то, во что превратился матрос? Но отступать некуда. Нужно держаться на спине взбесившегося тигра. Хорошо еще, что его горячая рука занята железякой, а бросить ее он не догадывается… да, лишнее могущество не пошло на пользу твари, полностью лишив интеллекта.
Чтобы защититься от размахивающей палки, свалилась на спину, прикрывшись сверху дергающимся телом. Десять секунд… двадцать... черт, да я его так не удержу! Нет, вроде начал затихать. И тут вдали раздался какой-то грохот и знакомый голос заорал:
- Натали! Где вы? Что происходит!
- Крис, держи этого типа! – Заорала, уткнувшись в спину противнику. - Только берегись руки! И палки, которой он размахивает!
- Да ничем он не размахивает. Отпусти, ты его задушила. И у него рука сломана. Да, неплохо ты «слегка размялась». Главное, без физических нагрузок!
Прода от 30.03.2021, 08:06
Глава 18. Изгнание блудного джинна
- Говоришь, с тобой все в порядке? Ну, кроме пары ссадин, подпалины на боку и подбитого глаза? А что с парнем? Зачем привязали? - допрашивал Джамаль.
- Говорю же, набросился, без причины, - вздохнула, поглаживая рукоять возвращенного кортика. Но, на всякий случай, не вынимая из ножен. Одно присутствие оружия вселяло уверенность, что врасплох не застанут.
- Ты не давала юноше авансов? Видел этого парня раньше. Он не производил впечатления сексуально озабоченного или ненормального.
- Тоже с ним общалась. У меня сперва сложилось впечатление, что он обкурился или наглотался какой-то дряни. Но…
- Но что заставило изменить мнение?
- Не встречала упоминаний о таблетках, от которых пациент может нагреть свои руки до такой температуры, – показала Джамалю футболку с прожженной на боку дырой.
- А это роскошное декольте тоже его вклад в дизайн?
- Вообще-то, да.
- Интересно вы общались. Я осмотрел спортзал вместе с нашим следопытом. Там есть несколько интересных отметин.
- Ну да, парочку оставила я. Оказывается, чтобы швырять фаерболы, нужно испугаться или разозлиться. И иметь перед собой достойного противника.
- А этот забавный расплавленный след на грифе штанги…
- Это он. А там действительно остался след? Не заметила.
- Ну да, ты была занята, душила бедолагу. Кстати, он жив? Или еще нет?
- Жив, конечно. Делает вид, что без сознания, - отозвалась Элли. – Чувствует себя не так плохо, как выглядит.
Скептически осмотрела матроса. Да, досталось бедолаге. Левая рука в пластиковом лубке, на перевязи и накрепко прибинтована к туловищу. На шее «воротник». В горло вставлена трубка, подающая воздух. Оставшаяся рука и обе ноги привязаны ремнями. Сразу вспомнилось, как сегодня утром (Правда? Это было всего лишь сегодня утром?) сама лежала здесь привязанной. Этими же ремнями.
- Кстати, Крис, как ты меня нашел? – оторвалась от созерцания побитой тушки.
- Ты сказала, что пол часика слегка разомнешься и отправишься в медпункт. Я пришел к Элли, не нашел тебя, немного разволновался. Честно говоря, боялся, что перестараешься и откроется рана. Обнаружил, что дверь заперта изнутри и оттуда доносится шум. Быстренько выломал дверь и увидел, что в зале бардак. В углу валялся тип, которого ты почти задушила.
- А как появились все остальные?
- Ну, все что-то почувствовали. И сейчас чувствуем. Что этот парень не спит и не без сознания. Он наблюдает за нами, - отозвался Акиро.
- Здесь что-то не так, - возразил подпирающий стенку Джо. - В нем как будто два сознания. Одно спит, второе следит за нами. И оно какое-то чужое. Кстати, что мы знаем об этом матросе?
- Пашек. Раньше был шустрым, сообразительным и нормальным парнем. Что с ним случилось, не понимаю.
- С его товарищами кто-то беседовал?
- А нужно?
- Конечно, - всполошился Джамаль. – Крис, ты лучше всех знаешь команду. Сходи в каюту, поговори с соседом. Заодно с боцманом и судовым механиком пообщайся, кажется, они приятели. Узнай, не происходило ли в последнее время чего-то странного.
- И не появлялись ли у него в последнее время новых вещей – амулетов, пояса, игрушки, колоды карт. Да чего угодно. Если увидишь или найдешь что-то необычное, тащи сюда. Попробуем его разбудить и побеседовать.
***
- Ну что ж, Элли, буди этого сексуального маньяка, - вздохнула я, когда за Крисом захлопнулась дверь.
- Да что его будить, - фыркнула та. – Он и так проснулся. Только не уверена, что говорить сможет. У паренька трахея раздавлена.
- Ничего, вытаскивай трубку. Заговорит как миленький. Правда, зверюшка?
- Сначала я тебя трахну, потом будем разговаривать, - прохрипел пациент. – А ну, быстро отвязали меня, пока я сам не порвал эти смешные веревки!
- Не такие они смешные, как тебе кажется, - я изо всех сил старалась, чтобы голос звучал спокойно. Хотя больше всего мне хотелось просто всадить в него кортик и смотреть, как из раны фонтаном бьет густая, красная, солоноватая и такая вкусная кровь.
- Ха, хочешь прирезать это тело? Давай, действуй! Только потом придется опасаться каждого, кто находится рядом. И я не буду тратить время на развлечение, которого хотел этот малыш! Ну же, добей его!
- Похоже, эта тварь говорит правду, как ни удивительно, - донесся из угла голос Джо. – Она действительно способна покинуть это тело, когда оно умрет.
- Но только после того, как умрет, - подтвердил склонившийся к пациенту Акиро. - До этого она привязана к человеку, его приютившему.
- И что делать? Убивать нельзя, держать в таком состоянии тоже не хочется…
- Я вам сейчас устрою, пациентов убивать! – возмутилась Элли. – Будем лечить. А пока пусть полежит, никуда не денется…
Тут какой-то из приборов пискнул, потом еще раз, затем снова, все сокращая интервалы. А тварь на койке дико захохотала и стала извиваться. Ремни, удерживающие тело, натянулись, но пока держали. Элли ухватила пациента за руку, чтобы поправить вставленную в вену иголку и в испуге отшатнулась.
- Черт, у него, температура. И давление зашкаливает!
- Температура около пятидесяти по Цельсию и продолжает расти. Оно хочет пережечь ремни, - флегматично заявил из своего угла Джо, глядя на показания приборов. – Уже шестьдесят. На сколько рассчитаны ремни?
- Понятия не имею, - нервно отозвалась Элли. – Вообще-то они рассчитаны на человека, а у живых людей больше 42 градусов быть не должно!
- Очень интересный способ передачи энергии по каналам, - обрадовано заметил Акиро, склонившийся к привязанной конечности монстра. Я читал о теоретической возможности такого. Этот трюк осваивали в каком-то из китайских монастырей. Но никто никогда не знает, на что способны китайцы, так что разработка оставалась чисто теоретической… Очень интересный способ использования энергии Ци…
