Прежде, чем идти в след за ними Наум осмотрел их кровати и заметил, что под подушкой одного из них спрятана целая стопка пропагандистских листовок Иллаков, которые распространялись по стране контрабандой.
Наум пропустил их в лес и за это время успел наглядеться на многое- как другие новобранцы и ветераны бежали, проходя прямо мимо часовых, будучи проигнорированными. Это вывело Наума из себя и когда солдаты вбежали в лес, Наум выхватил карабин из кобуры и открыл по бегущим солдатам огонь.
- Не сметь!
Прокричал Наум и решив, что их засекли не предавшие страну часовые, солдаты, которые были только на полпути от побега, ещё сомневающиеся в своём решении, начали медленно возвращаться в палатки, забывая идею о побеге. В то же время Наум не прекращал огонь, рассудив, что раненый солдат- это все ещё солдат. Он решил наставить глупцов на кажущийся только ему нужный путь, методом холоднокровной жестокости.
Из леса доносились стоны раненых и даже иногда умирающих, стрельба остановилась лишь когда к Науму подошёл Пикер.
- Стой! Наум, прекращай стрелять!
Пикер был калекой и не мог остановить его, он решил наброситься на Наума с разбега ударив всем телом, но это не сработало. Наум перебросил Пикера через себя. Как только Пикер упал, Наум прижал его к земле, наступив ногой на грудь, но огонь по своим он так и не прекратил.
- С-с-стой, не надо! НЕ стреляй! – кричал Пикер, но он так и не был услышан Наумом.
Пикер все продолжал кричать!
- Посмотри на меня Наум! Видишь?! Видишь?! Что от меня осталось? Мне уже не будет места даже среди семьи, кто вообще захочет заботиться об инвалиде, подобном мне? И таких, как я, покалеченных войной, очень много и не факт, что им повезёт, и они будут спасены, как я. Эти люди скорее просто погибнут из-за осколка какого-нибудь механизма, либо отравятся от противотиритовых боеприпасов. И ты ничем не отличаешься от них, или от меня, ты тоже смертен!
Наум остановил стрельбу и презрительно посмотрел на Пикера.
- Ты говоришь, что эти люди как ты… и даже я… отвратительно! Не смей равнять меня с собой, трус старый! Я пристрелю тебя, также, как этих ничтожных предателей!
Только Наум навёл ствол на голову Пикера, как резко поднял его обратно, и сразу на месте, где была его рука, пролетела пуля. Это стрелял Кагий, который решил, остановить беспредел Наума.
- Наум, как твой капитан я приказываю, отбрось ствол и ложись на землю держа руки за спиной!
Наум пускай был и не доволен, но решил подчиниться. Отбросив ствол к ногам Кагия, Наум лёг животом на землю, положив руки за спиной. Следом к нему подошёл Кагий и скрутил Наума верёвкой.
- Уж прости, что не наручниками, просто у меня их нет.
Потом Кагий помог Пикеру подняться, сказав ему, что он может идти. Перед тем, как уйти, Пикер сказал: «Вы сами понимаете, что он сделал»,- и только потом вошёл в палатку.
После произошедшего к лесу начали подтягиваться другие солдаты, которые подходили к убитым, или раненым сослуживцам и оказывали первую медицинскую помощь, а затем относили раненых в госпиталь.
- Наум … что ты натворил…
- Это все были предатели, посмотрите в моей палатке два пустых места возле дыры, и под подушкой- на одной из них лежит целая стопка листовок врага! Я более чем уверен, что такие же есть и у других.
Стоило сказать это, как Наум заметил, что один из тех кто нёс раненого солдата на носилках что-то доставал из комбинезона раненого.
- Стой! Что ты только что у него достал из комбинезона?!
Услышав это солдат быстро спрятал это в свой комбинезон и развернувшись начал отдаляться от Наума.
- А ну стой!
Наум со связанными за спиной руками вскочил и помчался к солдату. Это было неожиданно, как и для солдата, так и для Кагия, который должен был выстрелить в Наума, но не успел- тот повалил солдата, несущего раненого на носилках, и провернув руки, вытянул их перед собой и просунул их к внутреннему карману комбинезона солдата, вытащив оттуда смятый кусок бумаги.
- Смотрите ! – Наум повернулся к Кагию и развернул бумажку, это оказалась такая же листовка какие он видел под подушкой на кровати сослуживца.
- Ладно, если подтвердится что листовки были у остальных, то возможно это как-то повлияет на твоё будущее. Но сейчас нет времени с этим разбираться, через два часа уже выезжаем на фронт и судить тебя будем после боя, если кто-то, конечно, из нас выживет...
Маршрут от лагеря до поля боя занимает всего лишь несколько часов езды на локомобиле через лес. Но вместо ироков бойцов встречает огромная наверное высотой в сотню метров насыпь перекрывающая обзор, за которой слышатся глухие выстрелы.
С верхушки насыпи вниз словно вода стекает пар. Один из солдат сказал, что такой пар может означать использование противотиритового оружия.
- Сейчас мы разделимся на две группы. Первая должна подъехать к Камассу, спрятанному в насыпи, для того, чтобы разогреть котлы. Вторая довезёт снаряды основного калибра. Для доставления снарядов хватит всего десяти человек! - выступил Кагий.
Вероятно, только Кагий знает, где сейчас спрятан его Ирок и именно поэтому он настолько спокоен.
Ироки- это грамотные машины войны, предназначенные лишь для полного подавления врага при помощи огневой мощи и несокрушимой брони. Однако, доставление самых больших вариантов таких машин на фронт практически невозможно. Поэтому эти ироки начли строить ещё до начала боевых действий. Их держат недалеко от границ государства в качестве таможни и меры контроля соседей, но в то же время такие же есть и у соседей. С началом боевых действий все ближайшие к фронту ироки отправляют прямиком к полю боя ради непосредственного участия и оттеснения линии боя вглубь государства врага, а оттуда уже через разбитую защиту противника можно будет расползтись по вражеским городам на средних и малых ироках.
Камасс, что было не удивительно, был спрятан в насыпи, которую сам и накопал. Возможность вздымать землю является стратегической особенностью, позволяющей хоть как-то защищаться от противотиритовых снарядов. При помощи спиралевидных столбов земля подымается вплоть до самой высокой точки ирока, а затем огромной горой движется вместе с машиной, перебрасывая лишнюю землю через себя.
Чтобы максимально оттянуть прибытие Наума на борт Ирока, Кагий назначил его подвезти грузовик со снарядом к Камассу. Найти его можно будет по огромной дыре в насыпи и по следу от гусениц Камасса, если тот успеет отъехать.
Наум вместе ещё с несколькими людьми отправился назад, чтобы встретить вторую колонну с боеприпасами и обменяться с ними машинами.
Далеко ехать не пришлось. Пускай на грузовиках через лес да и при том в сильнейшую темень продвигаться сложно, но не невозможно, поэтому, как только обмен был произведен, Наум сел за руль одного из грузовиков и двинулся за остальными.
Поездка обратно заняла уж слишком много времени. Когда колонна добралась до насыпи Камасс уже тронулся с места. Как только земля с носа Камасса спала, не успев подняться по механизмам, в оголённый метал сразу же прилетел снаряд, который с яркой вспышкой разорвал часть тиритовой обшивки. Судя по звукам, внутрь механизмов хлынули литры химии, разбрызгав некоторую часть даже за ирок. Этот снаряд сразу содержал и химикаты, и разрывной сердечник. Когда Наум осознал, что только что увидел, понял техническое превосходство врага- предотвратить детонирование сердечника, а вместе с этим сохранив капсулу с химикатами одновременно имея достойную дальнобойность и скорость снаряда имеющий размеры сравнимые с небольшим локомобилем! Эти технологии не изучались в учреждении, где учился Наум, а это значит что таких технологий, у Вавира нет.
Гигантская машина напоминала по своей форме стометровый куб, двигающийся при помощи гусениц, распложённых рядами. Из них выделялись те, что находились в центре ирока- они держались при помощи вращающейся платформы.
Корпус, утыканный со всех сторон пушками, выпирающий из толщи земли, не прекращал стрельбу ни на одну секунду, разрывая мелкие ироки, будто они из картона. На месте, где снаряд разорвал часть корпуса ирока, было видно, что снаряд пролетел буквально в паре метров от главного калибра. Главный калибр представлял собой огромную пушку, стреляющую снарядами, которые довозятся грузовиками по одному. Эта пушка обычно спрятана в глубине ирока, за самым толстым слоем брони до тех пор, пока она не будет готова для выстрела. Можно сказать, что весь ирок является всего лишь платформой для главного калибра.
Времени почти нет, нужно срочно доставить снаряд к Камассу, но после первого выстрела началась колоссальная бомбардировка с воздуха прямо по ироку, кажется это работа вражеского аэростата, который сейчас скрыт где-то вне поля зрения.
Колонна остановилась в лесу- никто не хочет рисковать и подвозить снаряд. Наум тоже не дурак и решил сбросив снаряд подъехать на полной скорости к Камассу, чтобы забраться внутрь и оттуда через спасательный самолёт капитана добраться до аэростата. Он не дурак- он безумец…
Отброшенный снаряд не остался без внимания, слышались крики остальных водителей, которые что-то выкрикивали в след грузовику Наума, но разогнанный грузовик приглушал их выкрики. Был слышан лишь шум вырывающегося пара, который не успевал толкать поршни с необходимой быстротой, поэтому вся имеющаяся скорость была набрана при помощи одного толчка поршней вызванного сильным перегрузом.
Не все выстрелы попадали по Камассу, и наверное лишь поэтому тот продолжал своё движение, несмотря на концентрированный огонь со стороны врага. Хоть это и хорошо для солдат в Камассе, но критично для группы подвозившей снаряды, не позволяя подвезти их к погрузочному отсеку орудия, не сдетонировав при этом сам снаряд. Если это случится, то такое будет равносильно попаданию в плохо защищённую заднюю часть ирока из десятка бронебойных орудий средних ироков.
Бомбёжка врага определялась лишь по звуку разрыва снарядов попадающих по Камассу, а также свисту осколков, пролетавших в нескольких десятках метрах от макушек стоящей колонны. Наум, ориентируясь лишь по частоте ударов снарядов о землю, мчался на всех порах к входу в Камасс, маневрируя между ухабами, случайными снарядами, прилетевшими с вражеского аэростата, вылетающими из-под гусениц гигантского ирока камнями и тоннами грязи, которая с немалой скоростью нерегулярно слетала с верхушки Камасса.
В определённый момент, когда до Камасса было около двадцати метров, Наум не смог уклониться от прилетевшего снаряда, который будто невидимой рукой изменил свою траекторию полёта и детонировал прямо в машинной части грузовика. К счастью, кабина водителя бронирована, как раз на случай взрыва, и Наум смог выскочить, побежав в сторону ирока уже на своих двоих.
Одной из сложностей в преследовании Камасса было то, что след остающийся за ним состоял фактически полностью из мокрой и вязкой грязи, которую преодолевать что на грузовике, что на ногах очень сложно. Наум когда выбрался из грузовика заметил, что по дополнительным орудиям ирока ведётся весьма беглый и при этом точный огонь из средних калибров. Это означает, что враг уже довольно близко. Даже учитывая, что прямого контакта химикатов с пушками не было, то, как минимум, они контактировали с каплями, которые образовались при разбрызгивании от взрыва, так что прямое попадание по тиритовому стволу вполне может вывести его из строя.
Подбегающего к входу в ирок Наума никто из команды Камасса не заметил и не спустил ему лестницу, из-за этого Науму пришлось взобраться на гусеницу, одно звено которой было выше Наума на голову. Поднявшись по вращающейся гусенице, Наум начал ломиться во вход, но как бы он ни старался ворота не поддавалась, поэтому немного посомневавшись Наум начал лезть наверх- туда, где нет дополнительных пушек, и куда попадают снаряды реже всего, а именно к уровням, где проходят служебные помещения. Это примерно двадцать метров от гусениц, оттуда Наум планирует пробраться к носовой части Камасса и вместе с землёй быстро подняться до уровня пробоины.
На уровне служебных помещений находится множество второстепенных систем, которые из-за технических особенностей полностью не помещаются внутрь и выпирают наружу, вместе с ними и выпирают бронированные плиты, по коим вполне можно карабкаться. Наум воспользовался этой технической возможностью.
Несколько раз Наум из-за резких толчков почти срывался с гладких уступов ирока, но всё же смог добраться до места, откуда видно, что находится перед Камассом Как оказалось около двадцати или тридцати столбов света смотрели на корпус нашего ирока. Казалось, будто все средние и некоторые малые ироки армии врага смотрела только на этот ирок.
Уже стало понятно, что враг решил прорвать нашу оборону, спрятавшись в поднявшемся тумане и уничтожив один единственный ирок, прорваться в тыл нашей армии, чтобы затем расстрелять другие крупные ироки со спины. План врага может пойти крахом лишь от одной депеши посланной с борта Камасса. Но Камасс уже совершает критическую ошибку и вероятно намеренно, он не останавливает движение, хотя в данной ситуации нужно дать задний ход, чтобы не позволить врагу объехать нас, пускай в таком случае механизмы уже не смогут образовывать земляной щит пред нами, но это защитит наших союзников и возможно даже нашу страну.
Наум чуть ли не прыжками начал перебираться по корпусу Камасса, при этом ловко избегая тех мест, куда прилетают снаряды. Однако его ловкость не бесконечна, в момент, когда Наум добрался до носа Камасса и ухватился за плывущее в грязи бревно, именно в этот момент снаряд рванул об каменную глыбу, которая осколком расщепила бревно и ранило Наума. Осколок пробил лёгкое, застряв внутри, дыхание начало приносить огромную боль, а угасающее сознание стало постепенно наполняться страхом за собственную жизнь, такое было впервые с Наумом.
Несмотря на слабость и боль Наум смог зацепиться за выпирающую деталь Камасса и вцепившись в неё, он отогнул при помощи инструментов разорванную часть брони, вытащил застрявший осколок и перетянул свою рану за счёт рубахи носимой под комбинезоном. Боль не утихла, а лишь усилилась, пока грязь не попала внутрь, Наум, растеряв, почти все содержимое аптечки первой помощи, смог достать оттуда медицинский спирт, стерильные бинты и вату, которые он, сначала смочив в спирте, прижал к ране, засунув под рубаху и все при помощи той же нагрудной брони зафиксировал комок на теле.
Дождавшись очередного плывущего вверх по грязевому потоку бревна Наум продолжил свой стометровый заплыв. Приходилось немало маневрировать, уклоняясь то от падающего мусора, то от летящих снарядов, но особенную опасность представляла макушка, где слой земли уже не такой большой и есть не иллюзорная возможность попасть в мясорубку, которая поднимает землю.
Наум пропустил их в лес и за это время успел наглядеться на многое- как другие новобранцы и ветераны бежали, проходя прямо мимо часовых, будучи проигнорированными. Это вывело Наума из себя и когда солдаты вбежали в лес, Наум выхватил карабин из кобуры и открыл по бегущим солдатам огонь.
- Не сметь!
Прокричал Наум и решив, что их засекли не предавшие страну часовые, солдаты, которые были только на полпути от побега, ещё сомневающиеся в своём решении, начали медленно возвращаться в палатки, забывая идею о побеге. В то же время Наум не прекращал огонь, рассудив, что раненый солдат- это все ещё солдат. Он решил наставить глупцов на кажущийся только ему нужный путь, методом холоднокровной жестокости.
Из леса доносились стоны раненых и даже иногда умирающих, стрельба остановилась лишь когда к Науму подошёл Пикер.
- Стой! Наум, прекращай стрелять!
Пикер был калекой и не мог остановить его, он решил наброситься на Наума с разбега ударив всем телом, но это не сработало. Наум перебросил Пикера через себя. Как только Пикер упал, Наум прижал его к земле, наступив ногой на грудь, но огонь по своим он так и не прекратил.
- С-с-стой, не надо! НЕ стреляй! – кричал Пикер, но он так и не был услышан Наумом.
Пикер все продолжал кричать!
- Посмотри на меня Наум! Видишь?! Видишь?! Что от меня осталось? Мне уже не будет места даже среди семьи, кто вообще захочет заботиться об инвалиде, подобном мне? И таких, как я, покалеченных войной, очень много и не факт, что им повезёт, и они будут спасены, как я. Эти люди скорее просто погибнут из-за осколка какого-нибудь механизма, либо отравятся от противотиритовых боеприпасов. И ты ничем не отличаешься от них, или от меня, ты тоже смертен!
Наум остановил стрельбу и презрительно посмотрел на Пикера.
- Ты говоришь, что эти люди как ты… и даже я… отвратительно! Не смей равнять меня с собой, трус старый! Я пристрелю тебя, также, как этих ничтожных предателей!
Только Наум навёл ствол на голову Пикера, как резко поднял его обратно, и сразу на месте, где была его рука, пролетела пуля. Это стрелял Кагий, который решил, остановить беспредел Наума.
- Наум, как твой капитан я приказываю, отбрось ствол и ложись на землю держа руки за спиной!
Наум пускай был и не доволен, но решил подчиниться. Отбросив ствол к ногам Кагия, Наум лёг животом на землю, положив руки за спиной. Следом к нему подошёл Кагий и скрутил Наума верёвкой.
- Уж прости, что не наручниками, просто у меня их нет.
Потом Кагий помог Пикеру подняться, сказав ему, что он может идти. Перед тем, как уйти, Пикер сказал: «Вы сами понимаете, что он сделал»,- и только потом вошёл в палатку.
После произошедшего к лесу начали подтягиваться другие солдаты, которые подходили к убитым, или раненым сослуживцам и оказывали первую медицинскую помощь, а затем относили раненых в госпиталь.
- Наум … что ты натворил…
- Это все были предатели, посмотрите в моей палатке два пустых места возле дыры, и под подушкой- на одной из них лежит целая стопка листовок врага! Я более чем уверен, что такие же есть и у других.
Стоило сказать это, как Наум заметил, что один из тех кто нёс раненого солдата на носилках что-то доставал из комбинезона раненого.
- Стой! Что ты только что у него достал из комбинезона?!
Услышав это солдат быстро спрятал это в свой комбинезон и развернувшись начал отдаляться от Наума.
- А ну стой!
Наум со связанными за спиной руками вскочил и помчался к солдату. Это было неожиданно, как и для солдата, так и для Кагия, который должен был выстрелить в Наума, но не успел- тот повалил солдата, несущего раненого на носилках, и провернув руки, вытянул их перед собой и просунул их к внутреннему карману комбинезона солдата, вытащив оттуда смятый кусок бумаги.
- Смотрите ! – Наум повернулся к Кагию и развернул бумажку, это оказалась такая же листовка какие он видел под подушкой на кровати сослуживца.
- Ладно, если подтвердится что листовки были у остальных, то возможно это как-то повлияет на твоё будущее. Но сейчас нет времени с этим разбираться, через два часа уже выезжаем на фронт и судить тебя будем после боя, если кто-то, конечно, из нас выживет...
Глава 34. Война в голове ч.3
Маршрут от лагеря до поля боя занимает всего лишь несколько часов езды на локомобиле через лес. Но вместо ироков бойцов встречает огромная наверное высотой в сотню метров насыпь перекрывающая обзор, за которой слышатся глухие выстрелы.
С верхушки насыпи вниз словно вода стекает пар. Один из солдат сказал, что такой пар может означать использование противотиритового оружия.
- Сейчас мы разделимся на две группы. Первая должна подъехать к Камассу, спрятанному в насыпи, для того, чтобы разогреть котлы. Вторая довезёт снаряды основного калибра. Для доставления снарядов хватит всего десяти человек! - выступил Кагий.
Вероятно, только Кагий знает, где сейчас спрятан его Ирок и именно поэтому он настолько спокоен.
Ироки- это грамотные машины войны, предназначенные лишь для полного подавления врага при помощи огневой мощи и несокрушимой брони. Однако, доставление самых больших вариантов таких машин на фронт практически невозможно. Поэтому эти ироки начли строить ещё до начала боевых действий. Их держат недалеко от границ государства в качестве таможни и меры контроля соседей, но в то же время такие же есть и у соседей. С началом боевых действий все ближайшие к фронту ироки отправляют прямиком к полю боя ради непосредственного участия и оттеснения линии боя вглубь государства врага, а оттуда уже через разбитую защиту противника можно будет расползтись по вражеским городам на средних и малых ироках.
Камасс, что было не удивительно, был спрятан в насыпи, которую сам и накопал. Возможность вздымать землю является стратегической особенностью, позволяющей хоть как-то защищаться от противотиритовых снарядов. При помощи спиралевидных столбов земля подымается вплоть до самой высокой точки ирока, а затем огромной горой движется вместе с машиной, перебрасывая лишнюю землю через себя.
Чтобы максимально оттянуть прибытие Наума на борт Ирока, Кагий назначил его подвезти грузовик со снарядом к Камассу. Найти его можно будет по огромной дыре в насыпи и по следу от гусениц Камасса, если тот успеет отъехать.
Наум вместе ещё с несколькими людьми отправился назад, чтобы встретить вторую колонну с боеприпасами и обменяться с ними машинами.
Далеко ехать не пришлось. Пускай на грузовиках через лес да и при том в сильнейшую темень продвигаться сложно, но не невозможно, поэтому, как только обмен был произведен, Наум сел за руль одного из грузовиков и двинулся за остальными.
Поездка обратно заняла уж слишком много времени. Когда колонна добралась до насыпи Камасс уже тронулся с места. Как только земля с носа Камасса спала, не успев подняться по механизмам, в оголённый метал сразу же прилетел снаряд, который с яркой вспышкой разорвал часть тиритовой обшивки. Судя по звукам, внутрь механизмов хлынули литры химии, разбрызгав некоторую часть даже за ирок. Этот снаряд сразу содержал и химикаты, и разрывной сердечник. Когда Наум осознал, что только что увидел, понял техническое превосходство врага- предотвратить детонирование сердечника, а вместе с этим сохранив капсулу с химикатами одновременно имея достойную дальнобойность и скорость снаряда имеющий размеры сравнимые с небольшим локомобилем! Эти технологии не изучались в учреждении, где учился Наум, а это значит что таких технологий, у Вавира нет.
Гигантская машина напоминала по своей форме стометровый куб, двигающийся при помощи гусениц, распложённых рядами. Из них выделялись те, что находились в центре ирока- они держались при помощи вращающейся платформы.
Корпус, утыканный со всех сторон пушками, выпирающий из толщи земли, не прекращал стрельбу ни на одну секунду, разрывая мелкие ироки, будто они из картона. На месте, где снаряд разорвал часть корпуса ирока, было видно, что снаряд пролетел буквально в паре метров от главного калибра. Главный калибр представлял собой огромную пушку, стреляющую снарядами, которые довозятся грузовиками по одному. Эта пушка обычно спрятана в глубине ирока, за самым толстым слоем брони до тех пор, пока она не будет готова для выстрела. Можно сказать, что весь ирок является всего лишь платформой для главного калибра.
Времени почти нет, нужно срочно доставить снаряд к Камассу, но после первого выстрела началась колоссальная бомбардировка с воздуха прямо по ироку, кажется это работа вражеского аэростата, который сейчас скрыт где-то вне поля зрения.
Колонна остановилась в лесу- никто не хочет рисковать и подвозить снаряд. Наум тоже не дурак и решил сбросив снаряд подъехать на полной скорости к Камассу, чтобы забраться внутрь и оттуда через спасательный самолёт капитана добраться до аэростата. Он не дурак- он безумец…
Отброшенный снаряд не остался без внимания, слышались крики остальных водителей, которые что-то выкрикивали в след грузовику Наума, но разогнанный грузовик приглушал их выкрики. Был слышан лишь шум вырывающегося пара, который не успевал толкать поршни с необходимой быстротой, поэтому вся имеющаяся скорость была набрана при помощи одного толчка поршней вызванного сильным перегрузом.
Не все выстрелы попадали по Камассу, и наверное лишь поэтому тот продолжал своё движение, несмотря на концентрированный огонь со стороны врага. Хоть это и хорошо для солдат в Камассе, но критично для группы подвозившей снаряды, не позволяя подвезти их к погрузочному отсеку орудия, не сдетонировав при этом сам снаряд. Если это случится, то такое будет равносильно попаданию в плохо защищённую заднюю часть ирока из десятка бронебойных орудий средних ироков.
Бомбёжка врага определялась лишь по звуку разрыва снарядов попадающих по Камассу, а также свисту осколков, пролетавших в нескольких десятках метрах от макушек стоящей колонны. Наум, ориентируясь лишь по частоте ударов снарядов о землю, мчался на всех порах к входу в Камасс, маневрируя между ухабами, случайными снарядами, прилетевшими с вражеского аэростата, вылетающими из-под гусениц гигантского ирока камнями и тоннами грязи, которая с немалой скоростью нерегулярно слетала с верхушки Камасса.
В определённый момент, когда до Камасса было около двадцати метров, Наум не смог уклониться от прилетевшего снаряда, который будто невидимой рукой изменил свою траекторию полёта и детонировал прямо в машинной части грузовика. К счастью, кабина водителя бронирована, как раз на случай взрыва, и Наум смог выскочить, побежав в сторону ирока уже на своих двоих.
Одной из сложностей в преследовании Камасса было то, что след остающийся за ним состоял фактически полностью из мокрой и вязкой грязи, которую преодолевать что на грузовике, что на ногах очень сложно. Наум когда выбрался из грузовика заметил, что по дополнительным орудиям ирока ведётся весьма беглый и при этом точный огонь из средних калибров. Это означает, что враг уже довольно близко. Даже учитывая, что прямого контакта химикатов с пушками не было, то, как минимум, они контактировали с каплями, которые образовались при разбрызгивании от взрыва, так что прямое попадание по тиритовому стволу вполне может вывести его из строя.
Подбегающего к входу в ирок Наума никто из команды Камасса не заметил и не спустил ему лестницу, из-за этого Науму пришлось взобраться на гусеницу, одно звено которой было выше Наума на голову. Поднявшись по вращающейся гусенице, Наум начал ломиться во вход, но как бы он ни старался ворота не поддавалась, поэтому немного посомневавшись Наум начал лезть наверх- туда, где нет дополнительных пушек, и куда попадают снаряды реже всего, а именно к уровням, где проходят служебные помещения. Это примерно двадцать метров от гусениц, оттуда Наум планирует пробраться к носовой части Камасса и вместе с землёй быстро подняться до уровня пробоины.
На уровне служебных помещений находится множество второстепенных систем, которые из-за технических особенностей полностью не помещаются внутрь и выпирают наружу, вместе с ними и выпирают бронированные плиты, по коим вполне можно карабкаться. Наум воспользовался этой технической возможностью.
Несколько раз Наум из-за резких толчков почти срывался с гладких уступов ирока, но всё же смог добраться до места, откуда видно, что находится перед Камассом Как оказалось около двадцати или тридцати столбов света смотрели на корпус нашего ирока. Казалось, будто все средние и некоторые малые ироки армии врага смотрела только на этот ирок.
Уже стало понятно, что враг решил прорвать нашу оборону, спрятавшись в поднявшемся тумане и уничтожив один единственный ирок, прорваться в тыл нашей армии, чтобы затем расстрелять другие крупные ироки со спины. План врага может пойти крахом лишь от одной депеши посланной с борта Камасса. Но Камасс уже совершает критическую ошибку и вероятно намеренно, он не останавливает движение, хотя в данной ситуации нужно дать задний ход, чтобы не позволить врагу объехать нас, пускай в таком случае механизмы уже не смогут образовывать земляной щит пред нами, но это защитит наших союзников и возможно даже нашу страну.
Наум чуть ли не прыжками начал перебираться по корпусу Камасса, при этом ловко избегая тех мест, куда прилетают снаряды. Однако его ловкость не бесконечна, в момент, когда Наум добрался до носа Камасса и ухватился за плывущее в грязи бревно, именно в этот момент снаряд рванул об каменную глыбу, которая осколком расщепила бревно и ранило Наума. Осколок пробил лёгкое, застряв внутри, дыхание начало приносить огромную боль, а угасающее сознание стало постепенно наполняться страхом за собственную жизнь, такое было впервые с Наумом.
Несмотря на слабость и боль Наум смог зацепиться за выпирающую деталь Камасса и вцепившись в неё, он отогнул при помощи инструментов разорванную часть брони, вытащил застрявший осколок и перетянул свою рану за счёт рубахи носимой под комбинезоном. Боль не утихла, а лишь усилилась, пока грязь не попала внутрь, Наум, растеряв, почти все содержимое аптечки первой помощи, смог достать оттуда медицинский спирт, стерильные бинты и вату, которые он, сначала смочив в спирте, прижал к ране, засунув под рубаху и все при помощи той же нагрудной брони зафиксировал комок на теле.
Дождавшись очередного плывущего вверх по грязевому потоку бревна Наум продолжил свой стометровый заплыв. Приходилось немало маневрировать, уклоняясь то от падающего мусора, то от летящих снарядов, но особенную опасность представляла макушка, где слой земли уже не такой большой и есть не иллюзорная возможность попасть в мясорубку, которая поднимает землю.
