- Мне кажется, или из-за деревьев виднеется дым? - сказал Ютчи и указал на видневшиеся вдали клубы дыма. Нам повезло их увидеть в просвет между деревьями.
- Надо проверить! – ответил Акке, и мы направились в сторону дыма.
Все дома в трущобах не имели печных труб, поэтому их грели либо при помощи йорна, либо не грели вообще. Печь могла присутствовать только в том случае, если требуется греть большие помещения. Тогда связкой йорна и обычной печи можно было бы нагреть небольшой дворец. Нужно найти источник дыма. Возможно кто-то, кому требуются печи для работы, поселился здесь, и мы не можем пропустить его.
Несмотря на то, что хоть у Акке и притуплены чувства обоняния, осязания и т.д. вследствие его «дара», который не позволяет ему умереть, он подметил, что чувствует запах жженой плоти. Это заставило нас идти быстрее.
Когда мы пришли,то увидели горящие руины каменной башни. Горели деревянные опоры, которые должно быть держали старую башню.
- Что здесь произошло?! – я задал сам себе вопрос не ожидая услышать ответа.
- Вот здесь что-то написано - сказал Ютчи, указывая на выдолбленный текст, находящийся на стоящем рядом булыжнике.
«Господь создал нас и даровал нам жизнь, и мы не в праве ее менять или создавать без ВОЛИ его! »- прочел Акке надпись на булыжнике.
- Что это значит?! – спросил я.
- Ты знаешь, что любит делать церковь и ее армия на местах, где они побывали? Церковная армия всегда оставляет на чем-нибудь послание, отсылающееся на что-то из их писаний, как-либо относящееся к тому, из-за чего они тут были. – омраченным тоном ответил Акке, не сводя глаза с текста.
Это наводит на мысль, что церковники пришли сюда за Лейве. Но не слишком ли странное совпадение, что мы прибыли именно в тот момент, когда башня все еще горит.
- Хм, они не боятся, что кто-то может просто подделать текст и вершить бесчинства пользуясь их именем?
- Не знаю, по крайней мере я такого о таких случаях не слышал. Наверное, просто никто еще не осмелился так рисковать.
- Акке, если это и было логово того, кого мы ищем, то вполне возможно, он сумел сбежать. Не может быть такого, чтобы в бывшей башне городской стены не было бы какого-нибудь прохода на случай необходимости в отступлении.
- Да, это вполне может быть. – ответил Акке.
Ночью вряд ли кто-то смог бы нас увидеть, поэтому я и Ютчи сняли возгораемую одежду и стали разгребать завалы. Спустя какое-то время мы обнаружили люк, запечатанный при помощи йорна. Вполне возможно его запечатали, чтобы дым не попал туда, куда он ведет. Хоть люк было не открыть, но вырвать его целиком нам ничего не мешало. Под люком мы обнаружили что-то вроде погреба, и множество относительно свежих следов, ведущих к туннелю. Стены его были измазаны глиной.
Акке спустился вслед за нами только тогда, когда мы уже расчистили подход к тоннелю. Он выходил к огромному комплексу подземелий. Стены, пол и потолок были выложены из камня, кое-где встречались йорновые фонари, которые сами зажигались при приближении Акке, наверное потому что в нас совсем нет йорна.
Путешествие по подземелью не обещало быть долгим, его конструкция была крайне простой и видимо проходила прямо под городской стеной с частыми ответвлениями на комнаты с решетками и без. Даже Ютчи который все обычно делает в спешке очень медленно, чуть ли не расслабленно шел по коридорам подземелья. Он всем своим видом говорил что нам необязательно торопиться.
Чуть позже послышался шум, исходящий из глубины. Стоило его услышать, как Акке бросился бегом вглубь подземелья, без разумных на то объяснений. Нам ничего не осталось, кроме того, как последовать за ним. Мне показалось, будто Ютчи пытается задержать Акке, однако у него это не очень хорошо выходит.
Чем дольше мы бежали, тем сильнее этот шум напоминал человеческие голоса. Женский и мужские голоса разносились из глубины, именно в этот момент можно было понять, что мы не успели.
Попав на место мы увидели солдата, одетого в броню, исписанную различными церковными символами, а рядом был труп истерзанного старика. На лице мертвеца застыло выражения безумия и отчаяния. На его руках и ногах были одеты кандалы с острыми шипами направленные во внутрь, а на шее виднелся ошейник, который судя по всему был такой же конструкции. Заметив нас, солдат повернулся в нашу сторону:
- Что вы здесь делаете?! Никого здесь быть не должно!– сказал он обнажив свой меч.
- Скажи-ка мне, кто этот труп? Который прямо передо мной? Это Лейве?... - сказал Акке.
- Он обвинялся в очернении даров божьих, теперь только бог ему судья! – ответил солдат, пнув голову Лейве так, чтобы та подкатилась прямо к ногам Акке.
Из-за двери послышался женский крик. На который тот даже не обратил внимание.
- Кто там?! – воскликнул Акке, подбегая к солдату.
- Это не твоё дело! Ступай отсюда, здесь тебе быть не положено! – крикнул солдат, попытавшись, наставить меч на несущегося на него Акке.
Акке не намеревался его выслушивать, он схватил клинок за лезвие и острой кардой вонзил его в живот солдату. Затем подошел к двери, из-за чего я и Ютчи стали видны. До этого момента мы стояли в темноте за дверным проемом и смотрели на происходящее через спину Акке, а теперь он нас больше не укрывает. Когда нас заметил уже падающий от боли солдат, его лицо застыло в ужасе, а сам он вытащил из себя меч и направил на нас и Акке, а затем произнес: «И-и-именем господа н-нашего я лишаю тебя жизни за с-связь с демо… и...» Акке только собрался схватить его, как солдат упал. Странно, что он начал пересиливать боль после того, как увидел нас.
За дверью был истерзанный будто дикими зверями труп той, кого искал Акке все эти годы и которой он безмерно благодарен за подаренную ему свободу. И особенно за доказательство того, что для достижения целей столь символическое понятие, как надежда, не нужна.
Акке, заковавший в себе все высокие чувства, кроме одного, кроме привязанности, сломался. И теперь, движимый настоящей, не наигранной злостью и яростью, начал убивать солдат, которые надругались уже даже не над живой любовью Акке, над гомункулом, созданном в образе прекрасной девы.
"Первый искусственный интеллект созданный алхимией" - прошептал Ютчи.
(Некогда искусственная жизнь, обладающая настоящими чувствами и состраданием, которая была не свойственна даже ее создателю, была единственной причиной железной воли и хладнокровию Акке, все остальное было наигранно...)
Во время расправы над солдатами, Акке не убивал их сразу, тем самым растягивая мучения и продлевая свое удовольствие от кровавой расправы. Попытки сопротивления солдат меркли по сравнению с силой Акке, распаляемой жаждой мести.
Акке просовывал пальцы в глаза солдатам, а затем подымал их и швырял друг в друга. Даже когда его протыкали мечом, он хватал проткнувшего его за тело и не вынимая меч из себя рубил солдата на части его же мечом. Когда он расправился с пятёркой церковников, другие попытались сбежать через люк в потолке, собравшись толпой в углу помещения. Однако Акке не дал им этого сделать, он кулаком пробил насквозь солдата, который успел взобраться выше остальных, обрызгав рядом стоящих церковников кровью их соратника. Затем, когда церковники попытались напасть, Акке начал месить скопившихся в углу солдат руками и ногами. Со стороны это выглядило так, будто солдаты сражались с великаном. Они пытались окружить Акке и заколоть, ударяя в самые уязвимые точки.
Все закончилось лишь спустя часы, ярость Акке стихла и он упал на колени перед трупом гомункула и зарыдал темными, гнойными слезами которые омывали его лицо от крови солдат. « Мы обещали! Дать друг-другу новые имена!»- чуть ли не в истерике закричал Акке, закрывая её глаза. « Нет ... так это не должно было закончится… Неужели они осмелились, сделали такое с тобой, только из-за того, что верят в его волю, что всех их сильней. Если это так ... то я обещаю... я найду… »
Акке сражался яростно и беспощадно, однако ни капля крови солдат так и не упала на её труп...
Мне многое неясно- почему на протяжении многих лет Акке так и не смог найти Лейве, и почему за ним не пришла церковь раньше? Совсем не похоже на то, что Лейве умел хорошо скрываться. Я уверен, что происходящее с Акке вовсе не случайность.
- Акке, сколько лет ты её, не видел? … Откуда у тебя уверенность, что она та самая, которую ты ищешь? Вполне возможно, что… - я точно говорю не те слова, которые должен, но что, если вдруг мне удастся его убедить в том, что есть еще надежда...
- Я вижу её дух… дух что не уходит к богу на суд. Дух что должно быть не обретет покоя. А лишь растворится в вечности. И она ко мне взывает. Она меня узнала раньше, чем я её – сказал Акке, сначала встав на одно колено, потом выпрямившись полностью.
- Дух? Ты что-то видишь? ... Хотя... нет причин тебе не верить, возможно, что я просто чего-то не знаю. - слова Акке озадачили Ютчи.
Спустя мгновение в углу комнаты открылся люк ведущий наружу. Оттуда выглянул один из солдат, который увидев эту кровавую баню сильно перепугался и сразу же помчался прочь, однако Ютчи был быстрее и нас и его, он успел его поймать, пока тот не убежал слишком далеко.
Люк видимо соединяет подземелье и другую отдаленную башню, однако от башни на настоящий момент остался лишь фундамент и подвал.
Акке не хотел оставлять её тело в этой дыре, однако кажется её дух что-то сказал Акке и тот отправился наружу вместе со мной.
Ютчи крепко держал упавшего на землю солдата. Прежде чем я с Акке приблизились к нему, он произнес:
- Кажется он что-то хочет тебе сказать Акке…
Когда Акке приблизился, солдат повернул голову в его сторону и сказал:
- Бог тебя не простит за связи с демонами! – солдат плюнул в сторону Акке, но в тот же момент Ютчи сильнее нажал на закрученные руки солдата да так, что послышался хруст.
- Ты говорил, что вам кто-то рассказал о том, где именно прячется Лейве. Я слышал, что ты бубнил, когда пытался бежать! - пригрозил солдату Ютчи.
- Думаешь я что-то буду рассказывать демонам и их сообщникам! – лицо солдата наполнялось гордостью за то, что он не поддаётся допросам демона.
Его гордость была уж слишком преждевременной. Стоило только напугать его тем, что мы можем не просто искалечить его тело, но и душу, то он раскололся и все рассказал нам.
- Идите в собор Айс, в городской собор Айс, Епископ МатсЙанн всегда запоминает тех, кто приносит пользу… А я уйду и больше никогда не вернусь к священной службе, но только не убивайте! ... - еще немного и этот солдат расплачется.
Врет он про свои планы, или нет, нас не интересует, у него уже были увечья, поэтому он вряд ли сможет добраться до собора раньше нас. Мы оставили солдата здесь.
- Идем, как я знаю есть не так уж и много людей которым Лейве раскрывал свое имя. Так что мне очень интересно, кто же тот человек, который его сдал… - сказал Акке и двинулся в сторону города.
Ютчи все это время хранил нашу одежду за манипуляторами у него за спиной. Теперь для нас было не проблемой скрыться от чужих взглядов. Однако одежда Акке была вся в крови, и эту проблему он решил просто, надев её наизнанку. Так как она и без того была вся в швах, разница между внутренней и внешней стороной была незначительной.
К моменту, когда мы вошли в город, все еще была глухая ночь, но темнота продлится не больше пяти часов. Нужно действовать быстро, пока меньше всего людей нас могут заметить или помешать тому, что произойдет дальше.
Дойдя до собора мы увидели, что в нем все еще горел свет. Только уличные фонари и окна собора освещали улицы. Вряд ли епископ МатсЙанн читал проповеди посреди ночи.
Собор был самым высоким зданием в городе, и, пожалуй, самым красивым. Его стены были украшены колоннами со сложными орнаментами и изображениями, отсылающим к событиям из священного писания.
Все сокровища церкви охранялись небольшой частной церковной армией, состоящей от сорока до пятидесяти человек. Однако одиннадцать из них уже мертвы. Если мы просто так ворвемся, то подымется шум, который разбудит всю округу и в итоге наведет ненужную панику как на город, так возможно, и на королевство.
Мы решили попасть внутрь через окно в задней части собора. Пока мы перелезали через старый железный забор, его скрип привлек одного из стражников, от которого нам пришлось избавиться. Акке забрал его клинок. Открытых окон мы не нашли, поэтому разбили окно, ведущее к одной из многочисленных комнат собора. Звук разбивающегося стекла оказался громче, чем предполагалось, поэтому мы сразу же вышли из комнаты.
Побродив кругами по коридорам собора, мы наконец начали ориентироваться в нем, в конце концов нам удалось найти одного из служителей, который не спал в это время. Поймав его, Акке сразу же заткнул ему рот и прошептал на ухо:
- Если будешь кричать, то я тебе шею сверну, так что тихо отвечай, где покои епископа МатсЙанна? -
- З-з-зачем он вам? – спросил служитель храма. Наверное если мы ответим ему что, чтобы допросить и убить, то он явно не ответит.
- Мы за сокровищами епископа, которые он точно прячет где-то у себя в покоях! - сказал я, пока Акке не успел ему что-нибудь ответить.
Служитель, посмотрел на меня и сказал:
- До чего ты опустился брат! Тебя оправили искупить свои грехи перед богом, а ты пришел грабить божий храм в его же маске… - значит маска, что я нашу, не просто знак, что я провинился перед богом или церковью - это какой-то аналог икон.
- Тебя это волновать не додолжно! Быстро отвечай, где находятся покои епископа? – для лучшего понимания я повторил свой вопрос, но вдруг вмешался Акке:
- Нет лучше отведи нас прямо к нему, а если попытаешься что-то выкинуть, то умрешь! – это одновременно и более безопасный способ найти искомое и одновременно более опасный. Поскольку он может просто начать водить нас кругами по всему собору вплоть до рассвета. Тогда, возможно, епископ успеет сбежать.
- Хорошо я проведу вас, но только не трогайте епископа!
- Клянусь! - положа руку на сердце сказал Акке.
К нашему счастью, он не стал водить нас кругами и еще нам повезло никого не встретить по пути.
- Вот за этой дверью находятся покои епископа, а теперь можно… - Не успел служитель договорить, как его прервал Акке:
- Открой дверь! – очень угрожающим тоном.
Служитель хотел что-то сказать, но после того, как взглянул на Акке, передумал и открыл дверь. За дверью оказалась очень богато украшенная комната с изысканными светильниками, украшенными стенами, богатым ковром, а в центре стояла огромная кровать с которой как раз вставал епископ, услышав звуки за дверью.
Стоило служителю только открыть дверь, как Акке толкнул его, а после пронзил насквозь ему спину забранным у стражника мечом. Меч вышел из груди служителя, кровь брызгами полетела в сторону епископа, но тот лишь прикрыл лицо рукой, дабы не запачкать его кровью. На лице епископа появилось лишь легкое недовольство.
-Я вижу, что вы явно непросто воры, так зачем вы ко мне явились?
Несмотря на увиденное, епископ не казался испуганным, он лишь проследил за падающим на пол служителем и все.
- Надо проверить! – ответил Акке, и мы направились в сторону дыма.
Все дома в трущобах не имели печных труб, поэтому их грели либо при помощи йорна, либо не грели вообще. Печь могла присутствовать только в том случае, если требуется греть большие помещения. Тогда связкой йорна и обычной печи можно было бы нагреть небольшой дворец. Нужно найти источник дыма. Возможно кто-то, кому требуются печи для работы, поселился здесь, и мы не можем пропустить его.
Несмотря на то, что хоть у Акке и притуплены чувства обоняния, осязания и т.д. вследствие его «дара», который не позволяет ему умереть, он подметил, что чувствует запах жженой плоти. Это заставило нас идти быстрее.
Когда мы пришли,то увидели горящие руины каменной башни. Горели деревянные опоры, которые должно быть держали старую башню.
- Что здесь произошло?! – я задал сам себе вопрос не ожидая услышать ответа.
- Вот здесь что-то написано - сказал Ютчи, указывая на выдолбленный текст, находящийся на стоящем рядом булыжнике.
«Господь создал нас и даровал нам жизнь, и мы не в праве ее менять или создавать без ВОЛИ его! »- прочел Акке надпись на булыжнике.
- Что это значит?! – спросил я.
- Ты знаешь, что любит делать церковь и ее армия на местах, где они побывали? Церковная армия всегда оставляет на чем-нибудь послание, отсылающееся на что-то из их писаний, как-либо относящееся к тому, из-за чего они тут были. – омраченным тоном ответил Акке, не сводя глаза с текста.
Это наводит на мысль, что церковники пришли сюда за Лейве. Но не слишком ли странное совпадение, что мы прибыли именно в тот момент, когда башня все еще горит.
- Хм, они не боятся, что кто-то может просто подделать текст и вершить бесчинства пользуясь их именем?
- Не знаю, по крайней мере я такого о таких случаях не слышал. Наверное, просто никто еще не осмелился так рисковать.
- Акке, если это и было логово того, кого мы ищем, то вполне возможно, он сумел сбежать. Не может быть такого, чтобы в бывшей башне городской стены не было бы какого-нибудь прохода на случай необходимости в отступлении.
- Да, это вполне может быть. – ответил Акке.
Ночью вряд ли кто-то смог бы нас увидеть, поэтому я и Ютчи сняли возгораемую одежду и стали разгребать завалы. Спустя какое-то время мы обнаружили люк, запечатанный при помощи йорна. Вполне возможно его запечатали, чтобы дым не попал туда, куда он ведет. Хоть люк было не открыть, но вырвать его целиком нам ничего не мешало. Под люком мы обнаружили что-то вроде погреба, и множество относительно свежих следов, ведущих к туннелю. Стены его были измазаны глиной.
Акке спустился вслед за нами только тогда, когда мы уже расчистили подход к тоннелю. Он выходил к огромному комплексу подземелий. Стены, пол и потолок были выложены из камня, кое-где встречались йорновые фонари, которые сами зажигались при приближении Акке, наверное потому что в нас совсем нет йорна.
Путешествие по подземелью не обещало быть долгим, его конструкция была крайне простой и видимо проходила прямо под городской стеной с частыми ответвлениями на комнаты с решетками и без. Даже Ютчи который все обычно делает в спешке очень медленно, чуть ли не расслабленно шел по коридорам подземелья. Он всем своим видом говорил что нам необязательно торопиться.
Чуть позже послышался шум, исходящий из глубины. Стоило его услышать, как Акке бросился бегом вглубь подземелья, без разумных на то объяснений. Нам ничего не осталось, кроме того, как последовать за ним. Мне показалось, будто Ютчи пытается задержать Акке, однако у него это не очень хорошо выходит.
Чем дольше мы бежали, тем сильнее этот шум напоминал человеческие голоса. Женский и мужские голоса разносились из глубины, именно в этот момент можно было понять, что мы не успели.
Попав на место мы увидели солдата, одетого в броню, исписанную различными церковными символами, а рядом был труп истерзанного старика. На лице мертвеца застыло выражения безумия и отчаяния. На его руках и ногах были одеты кандалы с острыми шипами направленные во внутрь, а на шее виднелся ошейник, который судя по всему был такой же конструкции. Заметив нас, солдат повернулся в нашу сторону:
- Что вы здесь делаете?! Никого здесь быть не должно!– сказал он обнажив свой меч.
- Скажи-ка мне, кто этот труп? Который прямо передо мной? Это Лейве?... - сказал Акке.
- Он обвинялся в очернении даров божьих, теперь только бог ему судья! – ответил солдат, пнув голову Лейве так, чтобы та подкатилась прямо к ногам Акке.
Из-за двери послышался женский крик. На который тот даже не обратил внимание.
- Кто там?! – воскликнул Акке, подбегая к солдату.
- Это не твоё дело! Ступай отсюда, здесь тебе быть не положено! – крикнул солдат, попытавшись, наставить меч на несущегося на него Акке.
Акке не намеревался его выслушивать, он схватил клинок за лезвие и острой кардой вонзил его в живот солдату. Затем подошел к двери, из-за чего я и Ютчи стали видны. До этого момента мы стояли в темноте за дверным проемом и смотрели на происходящее через спину Акке, а теперь он нас больше не укрывает. Когда нас заметил уже падающий от боли солдат, его лицо застыло в ужасе, а сам он вытащил из себя меч и направил на нас и Акке, а затем произнес: «И-и-именем господа н-нашего я лишаю тебя жизни за с-связь с демо… и...» Акке только собрался схватить его, как солдат упал. Странно, что он начал пересиливать боль после того, как увидел нас.
За дверью был истерзанный будто дикими зверями труп той, кого искал Акке все эти годы и которой он безмерно благодарен за подаренную ему свободу. И особенно за доказательство того, что для достижения целей столь символическое понятие, как надежда, не нужна.
Акке, заковавший в себе все высокие чувства, кроме одного, кроме привязанности, сломался. И теперь, движимый настоящей, не наигранной злостью и яростью, начал убивать солдат, которые надругались уже даже не над живой любовью Акке, над гомункулом, созданном в образе прекрасной девы.
"Первый искусственный интеллект созданный алхимией" - прошептал Ютчи.
(Некогда искусственная жизнь, обладающая настоящими чувствами и состраданием, которая была не свойственна даже ее создателю, была единственной причиной железной воли и хладнокровию Акке, все остальное было наигранно...)
Во время расправы над солдатами, Акке не убивал их сразу, тем самым растягивая мучения и продлевая свое удовольствие от кровавой расправы. Попытки сопротивления солдат меркли по сравнению с силой Акке, распаляемой жаждой мести.
Акке просовывал пальцы в глаза солдатам, а затем подымал их и швырял друг в друга. Даже когда его протыкали мечом, он хватал проткнувшего его за тело и не вынимая меч из себя рубил солдата на части его же мечом. Когда он расправился с пятёркой церковников, другие попытались сбежать через люк в потолке, собравшись толпой в углу помещения. Однако Акке не дал им этого сделать, он кулаком пробил насквозь солдата, который успел взобраться выше остальных, обрызгав рядом стоящих церковников кровью их соратника. Затем, когда церковники попытались напасть, Акке начал месить скопившихся в углу солдат руками и ногами. Со стороны это выглядило так, будто солдаты сражались с великаном. Они пытались окружить Акке и заколоть, ударяя в самые уязвимые точки.
Все закончилось лишь спустя часы, ярость Акке стихла и он упал на колени перед трупом гомункула и зарыдал темными, гнойными слезами которые омывали его лицо от крови солдат. « Мы обещали! Дать друг-другу новые имена!»- чуть ли не в истерике закричал Акке, закрывая её глаза. « Нет ... так это не должно было закончится… Неужели они осмелились, сделали такое с тобой, только из-за того, что верят в его волю, что всех их сильней. Если это так ... то я обещаю... я найду… »
Акке сражался яростно и беспощадно, однако ни капля крови солдат так и не упала на её труп...
Глава 17. Раскрытие тайн ч.1
Мне многое неясно- почему на протяжении многих лет Акке так и не смог найти Лейве, и почему за ним не пришла церковь раньше? Совсем не похоже на то, что Лейве умел хорошо скрываться. Я уверен, что происходящее с Акке вовсе не случайность.
- Акке, сколько лет ты её, не видел? … Откуда у тебя уверенность, что она та самая, которую ты ищешь? Вполне возможно, что… - я точно говорю не те слова, которые должен, но что, если вдруг мне удастся его убедить в том, что есть еще надежда...
- Я вижу её дух… дух что не уходит к богу на суд. Дух что должно быть не обретет покоя. А лишь растворится в вечности. И она ко мне взывает. Она меня узнала раньше, чем я её – сказал Акке, сначала встав на одно колено, потом выпрямившись полностью.
- Дух? Ты что-то видишь? ... Хотя... нет причин тебе не верить, возможно, что я просто чего-то не знаю. - слова Акке озадачили Ютчи.
Спустя мгновение в углу комнаты открылся люк ведущий наружу. Оттуда выглянул один из солдат, который увидев эту кровавую баню сильно перепугался и сразу же помчался прочь, однако Ютчи был быстрее и нас и его, он успел его поймать, пока тот не убежал слишком далеко.
Люк видимо соединяет подземелье и другую отдаленную башню, однако от башни на настоящий момент остался лишь фундамент и подвал.
Акке не хотел оставлять её тело в этой дыре, однако кажется её дух что-то сказал Акке и тот отправился наружу вместе со мной.
Ютчи крепко держал упавшего на землю солдата. Прежде чем я с Акке приблизились к нему, он произнес:
- Кажется он что-то хочет тебе сказать Акке…
Когда Акке приблизился, солдат повернул голову в его сторону и сказал:
- Бог тебя не простит за связи с демонами! – солдат плюнул в сторону Акке, но в тот же момент Ютчи сильнее нажал на закрученные руки солдата да так, что послышался хруст.
- Ты говорил, что вам кто-то рассказал о том, где именно прячется Лейве. Я слышал, что ты бубнил, когда пытался бежать! - пригрозил солдату Ютчи.
- Думаешь я что-то буду рассказывать демонам и их сообщникам! – лицо солдата наполнялось гордостью за то, что он не поддаётся допросам демона.
Его гордость была уж слишком преждевременной. Стоило только напугать его тем, что мы можем не просто искалечить его тело, но и душу, то он раскололся и все рассказал нам.
- Идите в собор Айс, в городской собор Айс, Епископ МатсЙанн всегда запоминает тех, кто приносит пользу… А я уйду и больше никогда не вернусь к священной службе, но только не убивайте! ... - еще немного и этот солдат расплачется.
Врет он про свои планы, или нет, нас не интересует, у него уже были увечья, поэтому он вряд ли сможет добраться до собора раньше нас. Мы оставили солдата здесь.
- Идем, как я знаю есть не так уж и много людей которым Лейве раскрывал свое имя. Так что мне очень интересно, кто же тот человек, который его сдал… - сказал Акке и двинулся в сторону города.
Ютчи все это время хранил нашу одежду за манипуляторами у него за спиной. Теперь для нас было не проблемой скрыться от чужих взглядов. Однако одежда Акке была вся в крови, и эту проблему он решил просто, надев её наизнанку. Так как она и без того была вся в швах, разница между внутренней и внешней стороной была незначительной.
К моменту, когда мы вошли в город, все еще была глухая ночь, но темнота продлится не больше пяти часов. Нужно действовать быстро, пока меньше всего людей нас могут заметить или помешать тому, что произойдет дальше.
Дойдя до собора мы увидели, что в нем все еще горел свет. Только уличные фонари и окна собора освещали улицы. Вряд ли епископ МатсЙанн читал проповеди посреди ночи.
Собор был самым высоким зданием в городе, и, пожалуй, самым красивым. Его стены были украшены колоннами со сложными орнаментами и изображениями, отсылающим к событиям из священного писания.
Все сокровища церкви охранялись небольшой частной церковной армией, состоящей от сорока до пятидесяти человек. Однако одиннадцать из них уже мертвы. Если мы просто так ворвемся, то подымется шум, который разбудит всю округу и в итоге наведет ненужную панику как на город, так возможно, и на королевство.
Мы решили попасть внутрь через окно в задней части собора. Пока мы перелезали через старый железный забор, его скрип привлек одного из стражников, от которого нам пришлось избавиться. Акке забрал его клинок. Открытых окон мы не нашли, поэтому разбили окно, ведущее к одной из многочисленных комнат собора. Звук разбивающегося стекла оказался громче, чем предполагалось, поэтому мы сразу же вышли из комнаты.
Побродив кругами по коридорам собора, мы наконец начали ориентироваться в нем, в конце концов нам удалось найти одного из служителей, который не спал в это время. Поймав его, Акке сразу же заткнул ему рот и прошептал на ухо:
- Если будешь кричать, то я тебе шею сверну, так что тихо отвечай, где покои епископа МатсЙанна? -
- З-з-зачем он вам? – спросил служитель храма. Наверное если мы ответим ему что, чтобы допросить и убить, то он явно не ответит.
- Мы за сокровищами епископа, которые он точно прячет где-то у себя в покоях! - сказал я, пока Акке не успел ему что-нибудь ответить.
Служитель, посмотрел на меня и сказал:
- До чего ты опустился брат! Тебя оправили искупить свои грехи перед богом, а ты пришел грабить божий храм в его же маске… - значит маска, что я нашу, не просто знак, что я провинился перед богом или церковью - это какой-то аналог икон.
- Тебя это волновать не додолжно! Быстро отвечай, где находятся покои епископа? – для лучшего понимания я повторил свой вопрос, но вдруг вмешался Акке:
- Нет лучше отведи нас прямо к нему, а если попытаешься что-то выкинуть, то умрешь! – это одновременно и более безопасный способ найти искомое и одновременно более опасный. Поскольку он может просто начать водить нас кругами по всему собору вплоть до рассвета. Тогда, возможно, епископ успеет сбежать.
- Хорошо я проведу вас, но только не трогайте епископа!
- Клянусь! - положа руку на сердце сказал Акке.
К нашему счастью, он не стал водить нас кругами и еще нам повезло никого не встретить по пути.
- Вот за этой дверью находятся покои епископа, а теперь можно… - Не успел служитель договорить, как его прервал Акке:
- Открой дверь! – очень угрожающим тоном.
Служитель хотел что-то сказать, но после того, как взглянул на Акке, передумал и открыл дверь. За дверью оказалась очень богато украшенная комната с изысканными светильниками, украшенными стенами, богатым ковром, а в центре стояла огромная кровать с которой как раз вставал епископ, услышав звуки за дверью.
Стоило служителю только открыть дверь, как Акке толкнул его, а после пронзил насквозь ему спину забранным у стражника мечом. Меч вышел из груди служителя, кровь брызгами полетела в сторону епископа, но тот лишь прикрыл лицо рукой, дабы не запачкать его кровью. На лице епископа появилось лишь легкое недовольство.
-Я вижу, что вы явно непросто воры, так зачем вы ко мне явились?
Несмотря на увиденное, епископ не казался испуганным, он лишь проследил за падающим на пол служителем и все.
