- Как вы, правы Кирилл Дмитриевич: Нонночка, в юности, была девушкой незаурядной, а уж какой красавицей она была…, редкостной!!! Да, болезнь никого не красит! – подхватили его слова дамы, стоящие от Кирилла Дмитриевича слева, в некоторой отдаленности…- и, далее, как эхо, эти слова были повторены многими, из присутствующих, лишь в разной вариации…
Андрон Семенович, как и всегда, не терял присутствия духа – и держал «руку на пульсе» - он слушал и запоминал, о чем говорят те, кто, якобы, пришли проститься с его дочерью… А, люди судачили о том, что сын покойной – Стас не удосужился одеться в траурные одеяния…, вот, вдовец выглядит грустным и, даже, потерянным…
- Отлично…- не подвел Нонну ее муженек: все присутствующие отметили скорбь и печаль Кирилла, а Стасик прибыл на похороны прямо с поезда…- ему можно и простить, его ненадлежащий вид! Посему, преследовать Кирилла не стану: он, почти, выполнил все пункты нашего договора… Дочка внебрачная родилась…, так эти, своевольные бабы, нас не спросясь, рожают…- зато у меня правнук народился…
Стоило Андрону Семеновичу появиться на службе, к нему сват заявился: на похоронах Нонны бедных родственничков не было, а теперь приперся…
- Сват, похороны моей дочери вы, проигнорировали, а ныне явился?! – Андрон Семенович и не думал, срывать свое недовольство, но зависимый от него родственник, не испугался его гнева, а веером, выложил фото перед ним!
- Андрон Семенович, мы с женой думали, что выдаем нашу дочь за приличного парня, а ваш Стас оказался садистом – и подвергает нашу Ирину постоянным избиениям - «полюбуйтесь» на фото! Иринка, пользуясь случаем, сбежала от своего мучителя и сейчас находится в больнице: из-за побоев Стаса, моя дочь потеряла ребенка! Мы требуем развода, иначе, все фотографии и выписка из больницы…, ляжет на стол первого… Ради дочери, я и в Москву поеду…, но лучше разойтись мирно! – бледный, с трясущимися губами и руками, отец Ирочки был готов, заплакать - от жалости к своей кровиночке…
Андрон Семенович, сперва, ознакомился с фотографиями, лежащими перед ним…- веский аргумент, для развода – и для служебных неприятностей: лично, для него…, да и для Стаса, если эти компрометирующие фотографии окажутся на столе командира его части… - и он изрек:
- Хорошо, развод так развод…- я вызову вас, когда у меня будет на руках свидетельство о расторжении брака…
Бледный и бедный, но пока еще родственник, тут же встал… и покинул кабинет Андрона Семеновича, не прощаясь…
Вернувшись домой, Андрон Семенович прошел в комнату, которую занимал внук Стас - и бросил перед ним, на кровать, злосчастные фотографии.
- Стас, что ты, творишь? В тюрьму захотел, за избиение жены? Придется тебя развести с Ириной: приходил твой тесть, грозил…
Стас, мельком, бросил свой взгляд на фото…- недобро усмехнулся…
- Мало я бил, эту малахольную…- и откуда только смелости набралась: вслед за мною, к своим родителям кинулась… Развод – это даже хорошо: это свобода…, и никто не скулит под ухом!!! – Стас поднялся с кровати, давая понять деду, что разговор на данную тему, исчерпал себя, но от Андрона Семеновича не так-то просто было отмахнуться: - Стас, зря ты, бил беременную Ирину, неужели ребеночка своего не хочешь заиметь?!
- Нет, я ненавижу детей! И таким, как моя мать и я…, лучше не заводить потомства! Кому, к примеру, я был нужен?! Мой отец отлично обошелся без меня – и я обойдусь без сыночка, и без дочки!!! – лицо Стаса перекосила презрительная ухмылка…
- Ничего не выйдет у тебя: твоя бывшая – Ольга родила сына, от тебя…- Андрон Семенович не ожидал такой реакции от внука: моментально, Стас превратился в свирепое существо со стеклянными глазами: - Как родила?!! Кто ей позволил?!!! – Андрона Семеновича испугала ярость Стаса, и он пошел на попятную: - Успокойся!!! Я пошутил, но сына Ольга родила, своему мужу…
В ближайшую субботу, Андрон Семенович поехал в село, откуда был родом – и в сельсовете, на законном основании, брак между Станиславом и Ириной расторгли, без их присутствия… В понедельник, личный секретарь Андрона Семеновича передала его бывшему бедному родственнику конверт, в котором находилось свидетельство о расторжении брака Ирины…
В среду Станислав покинул квартиру деда и родной город, в частности: ему надлежало вернуться в свою часть… Его служебная квартира встретила Стаса холодом запустения и тревожной тишиной, но он быстро справился с неприятными ощущениями: принял душ, затем переоделся в чистое… Когда он был готов, к выходу в свет, направился в офицерскую столовую, к поварихе Зине: теперь этой особе предстояло, сносить его тяжелый характер…– и вкусно кормить его - и следить за уютом, и чистотой, в жилище Стаса.
«Беда не ходит одна»! В этом пришлось убедиться Андрону Семеновичу - внезапно, скончалась его супруга, которая никогда не жаловалась ему на свое здоровье, но оторвался тромб…, что и послужило причиной ее печальной и быстрой кончины. Смерть супруги едва не выбила из колеи, непробиваемого Андрона Семеновича: тяжело потерять дочь и жену, с небольшой разницей во времени, но рядом с ним еще оставалась Дора - помощница по хозяйству его покойной жены, что бесшумной тенью, кружила вокруг него и обхаживала своего господина…- и Андрон Семенович, почуяв рядом с собой, любящее его существо, смирился, постепенно, со смертью своей жены. В конце концов, когда поздним вечером Андрон Семенович возвращается домой, по-прежнему горит свет в столовой комнате, извещающий его о том, что Андрон Семенович еще необходим кому-то, в этом мире – и его ожидают со вкусным ужином… Вот, избирательная память стерла у Андрона Семеновича воспоминания о его правнуке Никите, словно, ранее, его сердце и не трепетало, от одного взгляда на малыша Ники…?! Возможно, подобное произошло из-за того, что от малютки отрекся его кровный отец Станислав…- и подсознание Андрона Семеновича приняло решение: достаточно волнений – и положительных, и дурных этому немолодому, пусть и крепкому еще мужчине?! Тем более, что и времена наступили непростые, и непонятные: горбачевская перестройка неистовствовала в стране…- один только «сухой закон» Андрону Семеновичу стоил немалых убытков и нервов…
Время продолжило свой неумолимый бег: Глеб и Ольга перешли на шестой курс обучения, в Медицинском институте, а их Никите миновало четыре годика…- у этой молодой семьи было все еще впереди…!!!
На восьмидесятом году жизни скончалась тетушка Роза, а через два месяца за своей сестрой последовала и тетушка Римма…– две пожилые женщины, что изжили свои жизни до самого донышка, своей кончиной, осиротили племянницу Веру: эта красивая, но одинокая женщина всегда находила опору в этих милых старушках – и они, долгие годы, были ее спасением от одиночества! Да, у Веры есть дочь Ольга, но у той своя жизнь…
До Нового года оставалась неделя, а у Андрона Семеновича было смутно на душе – и ведомый своим подсознанием или чутьем, он заглянул в гости к своему бывшему зятю Кириллу Дмитриевичу…
- Вы?! Какими ветрами вас принесло к моему порогу? – изумленный визитом своего бывшего тестя, через столько лет, Кирилл Дмитриевич не сумел, скрыть удивления…
- Дедуля, ты, где?! Наши сосисочки начали подгорать! – с кухни донеся взволнованный детский голос – и Кирилл Дмитриевич, показав Андрону Семеновичу многозначительный жест руками, побежал в сторону кухни…
Андрон Семенович, неторопливо, снял с себя шапку, дубленку и ботинки на меху, и пошел на голоса… На кухне, у газовой плиты, хлопотал Кирилл Дмитриевич, а его действиями руководил бойкий мальчик, лет четырех: черноволосый, розовощекий крепыш с соболиными бровями, вразлет и с большими глазами цвета расплавленного янтаря… - этот мальчуган являл собой копию своего биологического отца – Стаса…
Андрона Семеновича, словно громом поразило: как он мог позабыть о своем правнуке Никите?! Ведь, существование этого малыша делает жизнь его, Андрона Семеновича, осмысленной!
- Ники, как ты, вырос, с тех пор, как я видел тебя в последнюю нашу встречу! Четыре года прошло…, как один день! Сосиски любишь?! – спросил Андрон Семенович, но мальчик не нашел нужным, отвечать незнакомцу-дяде.
- Вот, по случаю, достал два килограмма молочных сосисок – мы и решили с Никитой, устроить себе праздник… Небольшой… Да, кто бы мог подумать, еще лет, этак пять, назад, что продукты будут распределяться по талонам…?! – Кирилл Дмитриевич глубоко и опечаленно вздохнул, достал три чистые тарелки из стенного шкафчика – в них он положил, поровну, кусочки поджаренных сосисок, а на гарнир – отварных макарон…
Андрон Семенович достал из своего портфеля непочатую бутылку коньяка и плитку шоколада – и двое мужчин, сперва выпили, по рюмочке, а шоколад… достался, целиком, Никите…- чему тот был, чрезвычайно, рад…
Время, за беседой, летит стремительно…- где-то через полтора часа, за Никитой пришли Ольга и Глеб…- и радостный мальчик побежал в прихожую, собираться домой…
Ольга прошла на кухню, чтобы положить на стол небольшой пакет…- в нем лежали нарезанными, кусочки пирогов. С Андроном Семеновичем она поздоровалась, как с незнакомцем, отца своего поцеловала, на прощание, в щеку. Они ушли, а в квартире Кирилла Дмитриевича «повисла» тишина, которую более не нарушал детский смех или говорок…
- Сегодня поминали тетушку Римму…- и Никита с утра был у меня: мы его оберегаем, пока, от понятия существования смерти...- старенькие тетушки Роза и Римма ушли к ангелам… Ольга с Глебом на последний курс перешли – на следующий год у них защита диплома и распределение…, а Вера Ивановна, мать моей дочери, остается в одиночестве… Вот, ей, особенно плохо, придется без тетушек…- и я надеюсь, что это обстоятельство сблизит нас! Спасибо покойным тетушкам Веры: они позволили мне бывать в их доме! Выпьем еще, по рюмочке! – в заключении своей тирады, предложил Кирилл Дмитриевич.
- Выпьем! – поддержал его почин Андрон Семенович, потом высказал главное: - Кирилл, ты, же понимаешь, что мне хотелось бы встречаться с правнуком почаще…, а я помогу семье Ольги деньгами и продуктами…
Кирилл Дмитриевич, молча, выпил рюмочку коньяка и завел речь о другом…
- Как поживает наш Стас?! Я слышал, что он развелся… По службе, занят чуть ли не сотворением универсального солдата?!
Его внук Стас был особой болью Андрона Семеновича – и он встрепенулся, из-за вопроса бывшего зятя: в решающий момент, он не настоял, перед дочерью Нонной – и Стас вырос без всякого участия в его жизни отца - Кирилла Дмитриевича…- о чем, позднее, горько пожалел могущественный Андрон… Теперь-то, поздно «локти кусать»!
- Нет, Стас больше не женился, но он, с головой, погружен в создание сверх выносливых солдат, для армии… Боюсь, вскоре его ждет жестокое разочарование: власть советов трещит по всем швам…- нашу страну и нас ждут колоссальные потрясения…- в свете случившегося, не думаю, что новая власть станет финансировать утопические проекты! Вот, чтобы подсластить Стасу пилюлю, создал для него малое предприятие…- по документам, а на деле открыл частную клинику, для особ, обеспеченных… Знаешь, я жалею, что не отдал тебе, тогда, Стаса на воспитание! - Андрон Семенович, на минуту, подумал, что сболтнул лишнего, но Кирилл Дмитриевич лишь спросил:
- Долго еще ждать, этих кардинальных перемен?! – и услышал в ответ:
- Совсем, скоро…все измениться! – Андрон Семенович, вдруг, заторопился домой.
- Андрон Семенович, вы, сможете видеться с Никитой только в моем доме: я не стану, даже ради денег и продуктов, разрушать брак моей Ольги… По поводу Стаса: не корите себя…- если бы вы, пошли против воли Нонны, она и вас порезала бы ножичком, а возможно и зарезала, насмерть…- нам, тогда, обоим пришлось смириться с неизбежным…- Андрон Семенович потоптался у порога, обдумывая сказанное Кириллом Дмитриевичем – и, затем шагнул за порог…
Кирилл Дмитриевич был мужчиной сметливым – он быстро нашел предлог, чтобы почаще устраивать встречи Никиты с его прадедом Андроном.
- Молодежь: Ольга и Глеб, как вы, смотрите на то…, чтобы встретить Новый год в загородном санатории?! Четыре дня в хвойном лесу…- будут прогулки на лыжах…- это потом, а 31 декабря праздничный вечер в ресторане санатория и танцы… до самого утра… Заезд в санаторий 30 декабря, после двенадцати дня… Так, как?!
Ольга встрепенулась, моментально оценив заманчивость предложения, но взглянув на мать, сникла…: - Не знаю отец, а на кого мы бросим маму и Никиту?!
- На кого? На меня, конечно! Вашего Никиту и Веру я приглашу к себе – и у меня будут гости…- и, возможно, Дед Мороз заглянет к нам, тоже…, вероятность очень высока! Ники, ты, выучил стишок, что тебе дали в садике?!
Никита, обладавший хорошим воображением, как и его мама Ольга, представив себе, встречу с Дедом Морозом, просиял…
- Мама, папа, вы поезжайте в санаторий, а мы, я и бабуля Верочка, пойдем к деду Кириллу… Пожалуйста, бабулечка-красотулечка! Встретить Деда Мороза и поговорить с ним…- я даже и не мечтал…!!! - внук Никита так проникновенно смотрел на Веру Ивановну…- и она сказала «да»…
Потом, Кирилл Дмитриевич спустился к своей машине, чтобы забрать из нее две увесистые авоськи с продуктами…: их, он положил на кухонный стол, а сам вернулся в зальную комнату…
- Ольга, вот вам с Глебом путевки в санаторий… Вера, эти деньги на домашний расход…, продукты на столе, кажется ничего не забыл…, но я еще забегу к вам завтра, на ужин…- и Кирилл Дмитриевич ушел: он торопился, отчитаться перед Андроном Семеновичем, что Никита будет с ними встречать Новый год…- необходимо заказать, визит Деда Мороза…- внук будет надеяться…
Кирилл Дмитриевич ушел, а Ольга взяла со стола путевки в санаторий…, держа их в руках, от восторга, она закружила по комнате:
- Какое счастье: Новый год мы встретим в благопристойном месте и в приличном обществе, а не в институтской общаге, попивая «Портвейн 777» и закусывая консервами «Завтрак туриста»!!! Полагаю, в санатории будет накрыт изобильный и сытный стол, и «рекою» польется шампанское…- и в 1990 год мы войдем «как по маслу» - и удача нас не покинет! – нараспев, Ольга проговорила о своих надеждах …
- Здорово, я встречусь с Дедушкой Морозом!!! Ура!!! – мысленно, тешил себя надеждой сын Ольги – четырехлетний Никита…
За проявлениями бурных и радостных чувств Ольги и ее сына Никиты, со стороны, наблюдали серьезные…- Глеб и Вера Ивановна…
Номер, в санатории, Глебу и Ольге выделили превосходный! Новогоднее застолье для партийной и комсомольской номенклатуры организовали шикарное, словно, в стране не бушевала горбачевская перестройка, опустошившая прилавки продовольственных и промтоварных магазинов всей страны…- и обычному народонаселению, ныне, выдавались продукты по карточкам…
В ресторане санатория, 31 декабря, за столик к Ольге и Глебу посадили еще две семейные пары – и перезнакомившись, первоначально, все сидящие за этим столиком были настроены друг к другу дружелюбно! По мере того, как ведущий новогоднего огонька заводил публику своими шутками – и, затем провозглашал тосты…– и приглашенный цыганский хор добавлял свой градус задора и некой томности…- настроение присутствующих менялось…
Ольга была в восторге, от царящего в банкетном зале…: глаза ее горели,
Андрон Семенович, как и всегда, не терял присутствия духа – и держал «руку на пульсе» - он слушал и запоминал, о чем говорят те, кто, якобы, пришли проститься с его дочерью… А, люди судачили о том, что сын покойной – Стас не удосужился одеться в траурные одеяния…, вот, вдовец выглядит грустным и, даже, потерянным…
- Отлично…- не подвел Нонну ее муженек: все присутствующие отметили скорбь и печаль Кирилла, а Стасик прибыл на похороны прямо с поезда…- ему можно и простить, его ненадлежащий вид! Посему, преследовать Кирилла не стану: он, почти, выполнил все пункты нашего договора… Дочка внебрачная родилась…, так эти, своевольные бабы, нас не спросясь, рожают…- зато у меня правнук народился…
***
Стоило Андрону Семеновичу появиться на службе, к нему сват заявился: на похоронах Нонны бедных родственничков не было, а теперь приперся…
- Сват, похороны моей дочери вы, проигнорировали, а ныне явился?! – Андрон Семенович и не думал, срывать свое недовольство, но зависимый от него родственник, не испугался его гнева, а веером, выложил фото перед ним!
- Андрон Семенович, мы с женой думали, что выдаем нашу дочь за приличного парня, а ваш Стас оказался садистом – и подвергает нашу Ирину постоянным избиениям - «полюбуйтесь» на фото! Иринка, пользуясь случаем, сбежала от своего мучителя и сейчас находится в больнице: из-за побоев Стаса, моя дочь потеряла ребенка! Мы требуем развода, иначе, все фотографии и выписка из больницы…, ляжет на стол первого… Ради дочери, я и в Москву поеду…, но лучше разойтись мирно! – бледный, с трясущимися губами и руками, отец Ирочки был готов, заплакать - от жалости к своей кровиночке…
Андрон Семенович, сперва, ознакомился с фотографиями, лежащими перед ним…- веский аргумент, для развода – и для служебных неприятностей: лично, для него…, да и для Стаса, если эти компрометирующие фотографии окажутся на столе командира его части… - и он изрек:
- Хорошо, развод так развод…- я вызову вас, когда у меня будет на руках свидетельство о расторжении брака…
Бледный и бедный, но пока еще родственник, тут же встал… и покинул кабинет Андрона Семеновича, не прощаясь…
Вернувшись домой, Андрон Семенович прошел в комнату, которую занимал внук Стас - и бросил перед ним, на кровать, злосчастные фотографии.
- Стас, что ты, творишь? В тюрьму захотел, за избиение жены? Придется тебя развести с Ириной: приходил твой тесть, грозил…
Стас, мельком, бросил свой взгляд на фото…- недобро усмехнулся…
- Мало я бил, эту малахольную…- и откуда только смелости набралась: вслед за мною, к своим родителям кинулась… Развод – это даже хорошо: это свобода…, и никто не скулит под ухом!!! – Стас поднялся с кровати, давая понять деду, что разговор на данную тему, исчерпал себя, но от Андрона Семеновича не так-то просто было отмахнуться: - Стас, зря ты, бил беременную Ирину, неужели ребеночка своего не хочешь заиметь?!
- Нет, я ненавижу детей! И таким, как моя мать и я…, лучше не заводить потомства! Кому, к примеру, я был нужен?! Мой отец отлично обошелся без меня – и я обойдусь без сыночка, и без дочки!!! – лицо Стаса перекосила презрительная ухмылка…
- Ничего не выйдет у тебя: твоя бывшая – Ольга родила сына, от тебя…- Андрон Семенович не ожидал такой реакции от внука: моментально, Стас превратился в свирепое существо со стеклянными глазами: - Как родила?!! Кто ей позволил?!!! – Андрона Семеновича испугала ярость Стаса, и он пошел на попятную: - Успокойся!!! Я пошутил, но сына Ольга родила, своему мужу…
***
В ближайшую субботу, Андрон Семенович поехал в село, откуда был родом – и в сельсовете, на законном основании, брак между Станиславом и Ириной расторгли, без их присутствия… В понедельник, личный секретарь Андрона Семеновича передала его бывшему бедному родственнику конверт, в котором находилось свидетельство о расторжении брака Ирины…
В среду Станислав покинул квартиру деда и родной город, в частности: ему надлежало вернуться в свою часть… Его служебная квартира встретила Стаса холодом запустения и тревожной тишиной, но он быстро справился с неприятными ощущениями: принял душ, затем переоделся в чистое… Когда он был готов, к выходу в свет, направился в офицерскую столовую, к поварихе Зине: теперь этой особе предстояло, сносить его тяжелый характер…– и вкусно кормить его - и следить за уютом, и чистотой, в жилище Стаса.
***
«Беда не ходит одна»! В этом пришлось убедиться Андрону Семеновичу - внезапно, скончалась его супруга, которая никогда не жаловалась ему на свое здоровье, но оторвался тромб…, что и послужило причиной ее печальной и быстрой кончины. Смерть супруги едва не выбила из колеи, непробиваемого Андрона Семеновича: тяжело потерять дочь и жену, с небольшой разницей во времени, но рядом с ним еще оставалась Дора - помощница по хозяйству его покойной жены, что бесшумной тенью, кружила вокруг него и обхаживала своего господина…- и Андрон Семенович, почуяв рядом с собой, любящее его существо, смирился, постепенно, со смертью своей жены. В конце концов, когда поздним вечером Андрон Семенович возвращается домой, по-прежнему горит свет в столовой комнате, извещающий его о том, что Андрон Семенович еще необходим кому-то, в этом мире – и его ожидают со вкусным ужином… Вот, избирательная память стерла у Андрона Семеновича воспоминания о его правнуке Никите, словно, ранее, его сердце и не трепетало, от одного взгляда на малыша Ники…?! Возможно, подобное произошло из-за того, что от малютки отрекся его кровный отец Станислав…- и подсознание Андрона Семеновича приняло решение: достаточно волнений – и положительных, и дурных этому немолодому, пусть и крепкому еще мужчине?! Тем более, что и времена наступили непростые, и непонятные: горбачевская перестройка неистовствовала в стране…- один только «сухой закон» Андрону Семеновичу стоил немалых убытков и нервов…
***
Время продолжило свой неумолимый бег: Глеб и Ольга перешли на шестой курс обучения, в Медицинском институте, а их Никите миновало четыре годика…- у этой молодой семьи было все еще впереди…!!!
На восьмидесятом году жизни скончалась тетушка Роза, а через два месяца за своей сестрой последовала и тетушка Римма…– две пожилые женщины, что изжили свои жизни до самого донышка, своей кончиной, осиротили племянницу Веру: эта красивая, но одинокая женщина всегда находила опору в этих милых старушках – и они, долгие годы, были ее спасением от одиночества! Да, у Веры есть дочь Ольга, но у той своя жизнь…
***
До Нового года оставалась неделя, а у Андрона Семеновича было смутно на душе – и ведомый своим подсознанием или чутьем, он заглянул в гости к своему бывшему зятю Кириллу Дмитриевичу…
- Вы?! Какими ветрами вас принесло к моему порогу? – изумленный визитом своего бывшего тестя, через столько лет, Кирилл Дмитриевич не сумел, скрыть удивления…
- Дедуля, ты, где?! Наши сосисочки начали подгорать! – с кухни донеся взволнованный детский голос – и Кирилл Дмитриевич, показав Андрону Семеновичу многозначительный жест руками, побежал в сторону кухни…
Андрон Семенович, неторопливо, снял с себя шапку, дубленку и ботинки на меху, и пошел на голоса… На кухне, у газовой плиты, хлопотал Кирилл Дмитриевич, а его действиями руководил бойкий мальчик, лет четырех: черноволосый, розовощекий крепыш с соболиными бровями, вразлет и с большими глазами цвета расплавленного янтаря… - этот мальчуган являл собой копию своего биологического отца – Стаса…
Андрона Семеновича, словно громом поразило: как он мог позабыть о своем правнуке Никите?! Ведь, существование этого малыша делает жизнь его, Андрона Семеновича, осмысленной!
- Ники, как ты, вырос, с тех пор, как я видел тебя в последнюю нашу встречу! Четыре года прошло…, как один день! Сосиски любишь?! – спросил Андрон Семенович, но мальчик не нашел нужным, отвечать незнакомцу-дяде.
- Вот, по случаю, достал два килограмма молочных сосисок – мы и решили с Никитой, устроить себе праздник… Небольшой… Да, кто бы мог подумать, еще лет, этак пять, назад, что продукты будут распределяться по талонам…?! – Кирилл Дмитриевич глубоко и опечаленно вздохнул, достал три чистые тарелки из стенного шкафчика – в них он положил, поровну, кусочки поджаренных сосисок, а на гарнир – отварных макарон…
Андрон Семенович достал из своего портфеля непочатую бутылку коньяка и плитку шоколада – и двое мужчин, сперва выпили, по рюмочке, а шоколад… достался, целиком, Никите…- чему тот был, чрезвычайно, рад…
Время, за беседой, летит стремительно…- где-то через полтора часа, за Никитой пришли Ольга и Глеб…- и радостный мальчик побежал в прихожую, собираться домой…
Ольга прошла на кухню, чтобы положить на стол небольшой пакет…- в нем лежали нарезанными, кусочки пирогов. С Андроном Семеновичем она поздоровалась, как с незнакомцем, отца своего поцеловала, на прощание, в щеку. Они ушли, а в квартире Кирилла Дмитриевича «повисла» тишина, которую более не нарушал детский смех или говорок…
- Сегодня поминали тетушку Римму…- и Никита с утра был у меня: мы его оберегаем, пока, от понятия существования смерти...- старенькие тетушки Роза и Римма ушли к ангелам… Ольга с Глебом на последний курс перешли – на следующий год у них защита диплома и распределение…, а Вера Ивановна, мать моей дочери, остается в одиночестве… Вот, ей, особенно плохо, придется без тетушек…- и я надеюсь, что это обстоятельство сблизит нас! Спасибо покойным тетушкам Веры: они позволили мне бывать в их доме! Выпьем еще, по рюмочке! – в заключении своей тирады, предложил Кирилл Дмитриевич.
- Выпьем! – поддержал его почин Андрон Семенович, потом высказал главное: - Кирилл, ты, же понимаешь, что мне хотелось бы встречаться с правнуком почаще…, а я помогу семье Ольги деньгами и продуктами…
Кирилл Дмитриевич, молча, выпил рюмочку коньяка и завел речь о другом…
- Как поживает наш Стас?! Я слышал, что он развелся… По службе, занят чуть ли не сотворением универсального солдата?!
Его внук Стас был особой болью Андрона Семеновича – и он встрепенулся, из-за вопроса бывшего зятя: в решающий момент, он не настоял, перед дочерью Нонной – и Стас вырос без всякого участия в его жизни отца - Кирилла Дмитриевича…- о чем, позднее, горько пожалел могущественный Андрон… Теперь-то, поздно «локти кусать»!
- Нет, Стас больше не женился, но он, с головой, погружен в создание сверх выносливых солдат, для армии… Боюсь, вскоре его ждет жестокое разочарование: власть советов трещит по всем швам…- нашу страну и нас ждут колоссальные потрясения…- в свете случившегося, не думаю, что новая власть станет финансировать утопические проекты! Вот, чтобы подсластить Стасу пилюлю, создал для него малое предприятие…- по документам, а на деле открыл частную клинику, для особ, обеспеченных… Знаешь, я жалею, что не отдал тебе, тогда, Стаса на воспитание! - Андрон Семенович, на минуту, подумал, что сболтнул лишнего, но Кирилл Дмитриевич лишь спросил:
- Долго еще ждать, этих кардинальных перемен?! – и услышал в ответ:
- Совсем, скоро…все измениться! – Андрон Семенович, вдруг, заторопился домой.
- Андрон Семенович, вы, сможете видеться с Никитой только в моем доме: я не стану, даже ради денег и продуктов, разрушать брак моей Ольги… По поводу Стаса: не корите себя…- если бы вы, пошли против воли Нонны, она и вас порезала бы ножичком, а возможно и зарезала, насмерть…- нам, тогда, обоим пришлось смириться с неизбежным…- Андрон Семенович потоптался у порога, обдумывая сказанное Кириллом Дмитриевичем – и, затем шагнул за порог…
***
Кирилл Дмитриевич был мужчиной сметливым – он быстро нашел предлог, чтобы почаще устраивать встречи Никиты с его прадедом Андроном.
- Молодежь: Ольга и Глеб, как вы, смотрите на то…, чтобы встретить Новый год в загородном санатории?! Четыре дня в хвойном лесу…- будут прогулки на лыжах…- это потом, а 31 декабря праздничный вечер в ресторане санатория и танцы… до самого утра… Заезд в санаторий 30 декабря, после двенадцати дня… Так, как?!
Ольга встрепенулась, моментально оценив заманчивость предложения, но взглянув на мать, сникла…: - Не знаю отец, а на кого мы бросим маму и Никиту?!
- На кого? На меня, конечно! Вашего Никиту и Веру я приглашу к себе – и у меня будут гости…- и, возможно, Дед Мороз заглянет к нам, тоже…, вероятность очень высока! Ники, ты, выучил стишок, что тебе дали в садике?!
Никита, обладавший хорошим воображением, как и его мама Ольга, представив себе, встречу с Дедом Морозом, просиял…
- Мама, папа, вы поезжайте в санаторий, а мы, я и бабуля Верочка, пойдем к деду Кириллу… Пожалуйста, бабулечка-красотулечка! Встретить Деда Мороза и поговорить с ним…- я даже и не мечтал…!!! - внук Никита так проникновенно смотрел на Веру Ивановну…- и она сказала «да»…
Потом, Кирилл Дмитриевич спустился к своей машине, чтобы забрать из нее две увесистые авоськи с продуктами…: их, он положил на кухонный стол, а сам вернулся в зальную комнату…
- Ольга, вот вам с Глебом путевки в санаторий… Вера, эти деньги на домашний расход…, продукты на столе, кажется ничего не забыл…, но я еще забегу к вам завтра, на ужин…- и Кирилл Дмитриевич ушел: он торопился, отчитаться перед Андроном Семеновичем, что Никита будет с ними встречать Новый год…- необходимо заказать, визит Деда Мороза…- внук будет надеяться…
***
Кирилл Дмитриевич ушел, а Ольга взяла со стола путевки в санаторий…, держа их в руках, от восторга, она закружила по комнате:
- Какое счастье: Новый год мы встретим в благопристойном месте и в приличном обществе, а не в институтской общаге, попивая «Портвейн 777» и закусывая консервами «Завтрак туриста»!!! Полагаю, в санатории будет накрыт изобильный и сытный стол, и «рекою» польется шампанское…- и в 1990 год мы войдем «как по маслу» - и удача нас не покинет! – нараспев, Ольга проговорила о своих надеждах …
- Здорово, я встречусь с Дедушкой Морозом!!! Ура!!! – мысленно, тешил себя надеждой сын Ольги – четырехлетний Никита…
За проявлениями бурных и радостных чувств Ольги и ее сына Никиты, со стороны, наблюдали серьезные…- Глеб и Вера Ивановна…
***
Номер, в санатории, Глебу и Ольге выделили превосходный! Новогоднее застолье для партийной и комсомольской номенклатуры организовали шикарное, словно, в стране не бушевала горбачевская перестройка, опустошившая прилавки продовольственных и промтоварных магазинов всей страны…- и обычному народонаселению, ныне, выдавались продукты по карточкам…
В ресторане санатория, 31 декабря, за столик к Ольге и Глебу посадили еще две семейные пары – и перезнакомившись, первоначально, все сидящие за этим столиком были настроены друг к другу дружелюбно! По мере того, как ведущий новогоднего огонька заводил публику своими шутками – и, затем провозглашал тосты…– и приглашенный цыганский хор добавлял свой градус задора и некой томности…- настроение присутствующих менялось…
Ольга была в восторге, от царящего в банкетном зале…: глаза ее горели,
