Снова. Она с первой попытки впитала высвободившуюся энергию, зацепив его магию. Мужчине стало сложно контролировать себя и свои чувства, возникающие рядом с ней. Что такого особенного в этой малолетке, что его буквально магнитом к ней тянет?!
Он со злостью пнул дверь, ведущую в небольшой, выложенный мрамором зал. Ему необходимо успокоится. Девчонка слишком молода и отнюдь не красавица, так почему он постоянно о ней думает?!
Сев посередине ведического символа, который кто-то вырезал давным-давно в центре зала, мужчина прикрыл глаза и выкинул ненужные мысли. За столько лет практики ему удалось это почти сразу.
Мертвые шептали ему слова благодарности, ласкали своей энергией, а он отрешился от окружающего мира, сливаясь со Смертью воедино.
Мужчина только под утро вернулся в свои комнаты, чтобы переодеться и принять душ. Мысли опять вернулись к несуразной девчонке. Она смотрела на него таким взглядом, что он невольно испытывал совсем неправильные желания. А теперь, когда он не слышал ее мыслей и не чувствовал ее эмоций, Лука вообще перестал понимать ее. Он не мог определить причины, почему она вздрагивает от его прикосновений, когда в то же время спокойно дерется с Горюшкиным и ломает нос Твердину. Может, с ней когда-то поступили нехорошо люди более взрослого возраста? Но он не мог спросить, просто не имел на это право. Его вообще не должно волновать подобное. Она просто его ученица, подопечная. Естественно, ему важно знать, что она здорова. Может, у него проснулся отцовский инстинкт? Так считать гораздо проще.
Пробежка, наконец, помогла ему справиться с мыслями о своей «занозе», и мужчина, вновь нацепив привычную маску безразличия, приступил к работе.
В пятницу Демон снова вывел меня из душевного равновесия. Хоть я и не боялась теперь смотреть окружающим магам в глаза, почему-то его взгляд вызывал во мне дрожь отвращения. Он весь урок не спускал с меня своих звериных глаз. Странно, как остальные этого не заметили.
- Альбина, - мурлыкающе произнес мужчина в начале урока, - хорошо, что вы выздоровели. Вы ведь пришли на учебу через месяц от ее начала, и снова пропускаете занятия. Если я не увижу Ваших успехов, придется назначить Вам дополнительные уроки.
Меня прошиб холодный пот. Лучше с наставником позанимаюсь дополнительно, чем с этим маньяком! Хотя больше учитель и не возвращался к данной теме, и даже не прокомментировал мою домашнюю работу, страх перед вероятностью остаться с ним наедине не давал спокойно сидеть за партой. Вскоре Игорь стал недовольно тыкать меня ручкой в спину, мои ёрзанья его, видимо, раздражали. На следующее занятие местами с ним поменяюсь обязательно, чтоб меньше Демону на глаза попадаться.
- Чего ты дерганная такая? – после занятий удивился парень. – Случилось что вчера на отработке?
- Нет, - вздохнула я, - не в Сатане дело.
- А в чем тогда? – поинтересовался Игорь, умиляет его наивность.
- Тебе все расскажи, - отмахнулась я от назойливой «пиявки».
Я с ними без году неделю знакома, а ребята уже в душу лезут. Ну, вот откуда здесь такие берутся? Парни надулись, но настаивать на ответе не стали.
Так пролетела моя первая учебная неделя, а за ней не спеша потянулись следующие. На выходных мы устроили с ребятами спарринги, тренируя как магию, так и физическую форму. С Кувалдой нам оказалось быть в паре проще, чем Игорю с Вадимом, а девочки вообще отреклись от драк. Лиса сама по себе больше напоминала невинный цветок, не желающий никому причинять зла, а Варя, хоть и стеснительная, но на самом деле упертая в своих решениях, не желала потворствовать насилию.
Но веселое настроение исчезло, как не бывало, в ночь с воскресенья на понедельник. Мне приснился мой недавно появившийся страх – Демон. Детали сна мне не запомнились, но осталось вязкое чувство отвращения и запачканности. Это не было, как со снами о смерти, которая сейчас воспринималась, как часть меня, ощущения остались гораздо неприятнее. Чувства возникли будто из детства, когда мы с братишкой попались под горячую руку соседу-алкоголику. От больницы нас тогда спасла бабушка-соседка, спрятавшая нас в своей каморке. Это остался чуть ли не мой самый сильный страх за прожитые шестнадцать лет. Тогда я тряслась в обнимку с Витей, вздрагивая от каждого удара по хлипкой двери коммуналки со стороны коридора. Когда же сосед угомонился и разлегся по середине прохода, пуская слюни и храпя, как слон, я решила для себя раз и навсегда, что не буду больше бояться взрослых, научусь драться и дам отпор в случае чего. И вот теперь снова вернулось то ощущение беспомощности и неминуемости.
Октябрь пролетел быстрее пули, я втягивалась в учебу и старалась поддерживать приятельские отношения с группой. Кроме Прынцессы с подругами и Волка, мне удавалось общаться почти со всеми ровно, близко к себе не подпуская. Но Игорь с Вадиком все равно старались набиться в друзья, стараясь везде сопровождать меня, посвящая в тайны магического бытия. Демон больше не снился, как и Грань, поэтому нервная система вновь пришла в норму, заставляя учиться почти наравне со всеми. Хотя приходилось прикладывать гораздо больше усилий, чем другим. Я до сих пор слабо верила в то, что я маг.
А в ноябре «любимый» наставник «обрадовал» новостью: у нас с ним будут дополнительные занятия по некромантии, потому что теория – это хорошо, но мне, как инициированной необходимо практиковаться в работе с Гранью, чтоб она не звала меня больше в гости. Он учил меня принимать свой дар таким, какой он есть и не отторгать энергию смерти. До конца он мою некромантию так и не разблокировал, опасаясь повторения Зова, но и маленьких капель энергии смерти хватало, чтобы призывать мертвых и пользоваться их силой.
С остальными направлениями магии оказалось проще. Стихии стали поддаваться после того, как я упросила Варю достать мне книгу, рекомендованную Завучем. И если до конца от мыслей мне избавиться не удалось, то визуализация того или иного проявления стихии мне давалась неплохо. На ментальной магии мне удалось выстроить элементарный блок, правда, Завуч сообщил, что этот дар у меня достаточно посредственен. Целительство тоже не входило в круг моих возможностей, но оказать первую помощь или снять боль мне стало вполне по силам. Пророческого дара у меня пока не обнаружилось, но развитая интуиция помогала на занятиях. Лиса вполне могла заменить нас с Варей в предсказании грядущего, поэтому особого смысла напрягаться я не видела, да и в будущее заглядывать не очень хотелось. По жизни предпочитаю видеть то, что происходит вокруг, а не через неделю или год. Наша ведунья потихоньку училась контролировать свою мощную энергию, поэтому стала легче с нами общаться и чуть реже прибегать к трансу.
В середине ноября в колледже устроили спортивные соревнования между первыми и вторыми курсами. Мы с Кувалдой заняли второе место, как представители группы, отчего нас еще долго чествовали и поздравляли. Больше всех старался Прапор, молчаливо хлопая нас по плечам, правда, по несколько раз в день, когда встречался в коридорах.
Но не все проходило для меня так спокойно, однажды, сопровождая Варю по какому-то поручению, мы застали Сатану в обнимку с Куклой в одном из кресел учительской. Это показалось очень странным. Вроде бы мужчина предпочитал не выставлять напоказ свои отношения, а тут такая демонстрация чувств. Варя смутилась и вылетела из кабинета, а я застыла памятником самой себе от испытанного культурного шока.
- Ворошилова, - вернул меня на землю язвительный голос наставника, - что вас так удивило, что вы уже минуту ловите ворон?
- Затрудняюсь ответить, - медленно произнесла я.
- Жду тебя в твоих комнатах, - страстно промурлыкала Сатане женщина.
Потом Кукла смерила меня неприязненным взглядом, но слезла, наконец, с колен мужчины и надменно вышла из учительской. При этом задела меня своей распущенной «гривой», заставляя чихнуть и потереть лицо.
- Даже так? – изогнул бровь Сатана, - Зачем вы вообще по вечерам в учительскую ходите?
- Завуч поручил Варе отнести сюда наши конспекты после ужина, а я с ней за компанию пошла, - честно ответила я, - но она настолько смутилась, что, видимо, забыла об этом.
- Завуч? – не понял наставник, лениво потягиваясь и поднимаясь на ноги.
В колледже не существовало такой должности. Наш менталист действительно служил заместителем директора по делам колледжа, но должность его звучала – заместитель директора по вопросам учебных кафедр. Меня Варя недавно просветила, когда я в сердцах ругала учителя «основ защиты разума» за огромное и непонятное задание в гостиной при одногруппниках.
- Ну, заместитель директора – Игнат… не помню отчества, - замялась я, мало ли, опять накажет за неуважение к старшим.
- А почему завуч?
- Он на нашего Бориса Палыча похож, - нехотя созналась я, мысленно капитулируя под внимательным взглядом темных глаз, - это завуч из моей старой школы, вот к заместителю и привязалось.
- А мне вы тоже прозвище придумали?
Мужчина подошел почти вплотную, заставляя меня вновь вдыхать его волнующий запах, отчего мое сердце забилось втрое быстрее.
- Вы сами себе его придумали на первом нашем с вами занятии, - выпалила я быстро, стараясь избавиться от неуместных чувств.
- А имя мое, хотя бы, помните?
Отступать оказалось уже некуда – моя спина вжалась в дверной косяк. Хорошо хоть, дверь открыта, а то поведение наставника за закрытыми дверьми меня бы напугало еще больше. Все мысли испарились, поэтому я отрицательно замотала головой, чувствуя себя беспомощной мышкой.
- Лука Русланович, - прошептал он мне на ухо, заставляя дрожать от совсем непонятных чувств внизу живота, - запомните, Ворошилова, иначе строго накажу в следующий раз, когда назовете Сатаной.
И покинул учительскую, обдав меня шлейфом своего терпкого мужского одеколона. Я от пережитых эмоций медленно сползла по стеночке на пол, пытаясь выровнять дыхание.
- Пригрозил, что души лишит? – вывела меня из транса напуганная Варя, складывающая бумаги Завуча на один из столов. Игорь, что ли на такие мысли ее надоумил?
- Поиздевался, - отрицательно замотала головой я, беря себя в руки и поднимаясь уже на ноги.
Варя лишь надрывно вздохнула, уводя безучастную меня подальше от «страшной» учительской. А она, вроде, в директора влюблена? Да по сравнению с бурей чувств, которые у меня вызвал наставник в очередной раз, ее влюбленность – детский лепет.
- А ты-то чего испугалась? - спросила я ее, немного придя в себя.
- Понимаешь, - как обычно, когда нервничала, закусила нижнюю губу та, - я раньше никогда отношений между взрослыми не видела еще вживую. Мама и папа чувств не демонстрируют при нас с братом, а знакомых у меня маловато. Кирилл своих девушек, так вообще очень редко приводит домой, с родителями знакомить, но дома тоже ничего такого не демонстрирует.
- А телевизор, книги, картины? – неподдельно удивилась я.
- Мама и папа не любят электронику, от этого магически насыщенные вещи барахлят, а в домашних книгах картинок нету.
- Да, тяжело тебе, подруга, - вздохнула я сочувственно, - ты, верно, не знаешь даже, что мужчине от женщины обычно нужно.
- Я не настолько не образована и про тычинки с пестиками читала, - густо покраснела девушка, но во всегда кротком голосе послышались недовольные нотки.
- Прости, если обидела, - примирительно улыбнулась я.
Она смущенно улыбнулась в ответ, принимая извинения, больше мы тему взрослых и их отношений между полами в этот вечер не поднимали.
Ожидая следующим вечером дополнительных занятий с Сатаной, чтоб он своим ядом отравился, я, от нечего делать, прогуливалась по коридору, выглядывая в окна и стараясь внутренне настроиться на встречу со своим источником странных эмоций, потому что еще не отошла от такого интимного общения с ним в учительской. На улице стояла пасмурная и тоскливая пора, потому что первый снег выпал несколько дней назад. Хотя он и успел быстро растаять, ощущение близкой зимы неприятно скребло душу. Зимой всегда становилось сложнее, чем летом. Сложнее драться, сложнее убегать, но я упорно отгоняла панические мысли из детства, ведь мне больше не нужно защищать брата, а по дороге домой меня не станет манить в свою квартиру какой-нибудь сосед-алкоголик дядя Вася, чтобы угостить конфетами.
- Альбина, какой сюрприз, - раздалось негромкое из-за поворота к лестницам, отчего я внутренне сжалась и приготовилась в любой момент сбежать.
В коридоре, кроме меня, никого уже не наблюдалось, а наставник задерживался на совещании у директора, о возможности чего предупредил еще на утреннем уроке. Демон, прислонившись плечом к стене, заинтересованно меня разглядывал и явно никуда не спешил.
- Добрый вечер, Демьян Августович, - промямлила я неуверенно, отступая назад, хотя прекрасно понимала, что сзади тупик, и бежать мне некуда.
- Что же ты забыла в учебном корпусе после уроков? – промурлыкал он гипнотизирующим голосом, отлепляясь от стены и подходя ближе.
- Занятия с Лукой Руслановичем, - пояснила я, обшаривая коридор в поисках хотя бы одной живой души.
- Занятия? – он медленно надвигался, не оставляя мне шанса для побега, - а какого плана?
И чего ему от меня понадобилось? Мужчине привязаться не к кому? И намеки такие двусмысленные, особенно вкупе с изучающим взглядом. Я невольно съежилась и попыталась прикрыться руками, хотя я одела довольно плотную рубашку до середины бедра и неизменные джинсы, которые починили хранители замка, кстати. Света оказалсь права.
- Лука Русланович дополнительные уроки по некромантии назначил, я плохо материал усваиваю, - сообщила я учителю полуправду под настойчивым взглядом его желто-зеленых глаз.
- Жаль по моему предмету у тебя все гладко, - хмыкнул он, проведя большим пальцем по своей нижней губе, - я бы тоже тебе дополнительные назначил после занятий.
Меня прошиб холодный пот в очередной раз, а во рту пересохло. Кажется, мне теперь страшно передвигаться по территории колледжа. Демон почти открытым текстом заявил о своем желании заполучить меня в свою постель в качестве бесплатной игрушки, или у меня все же паранойя разыгралась? Хоть я и не самая слабая, но все же девчонка. Сил против него может и не хватить, в случае, если придется отбиваться. Я уж не думаю про магию. Немного согнула ноги в коленях, напряглась, готовая к тому, чтобы дать стрекача.
В голове тут же всплыл эпизод из прошлого. Маму как-то преследовал подобный тип лет пять назад, так же поджидал, когда она оказывалась одна. Намеки пошлые делал, папе угрожал. Все прекратилось только тогда, когда мы переехали, хоть папа несколько раз отправлял настойчивого ухажера на больничную койку.
- Аля, - вывел меня из ступора смутно знакомый голос, - ты конспекты по «основам защиты разума» забыла в классе.
За спиной Демона стоял Волк, протягивая мне тетрадь. Вся его поза показывала, что он готов к нападению, хотя я ни разу не видела, как одногруппник меняет ипостась. Ведь, по легендам, волкодлаки превращались в волков при полнолунии или во время неконтролируемой ярости. Учитель неприязненно скривился, но кивнул студенту и, скомкано попрощавшись, пошел по направлению к учительской, которая находилась в противоположной стороне от кабинета наставника. Волк тут же спрятал тетрадь, задумчиво разглядывая удаляющуюся спину Демона.
Он со злостью пнул дверь, ведущую в небольшой, выложенный мрамором зал. Ему необходимо успокоится. Девчонка слишком молода и отнюдь не красавица, так почему он постоянно о ней думает?!
Сев посередине ведического символа, который кто-то вырезал давным-давно в центре зала, мужчина прикрыл глаза и выкинул ненужные мысли. За столько лет практики ему удалось это почти сразу.
Мертвые шептали ему слова благодарности, ласкали своей энергией, а он отрешился от окружающего мира, сливаясь со Смертью воедино.
Мужчина только под утро вернулся в свои комнаты, чтобы переодеться и принять душ. Мысли опять вернулись к несуразной девчонке. Она смотрела на него таким взглядом, что он невольно испытывал совсем неправильные желания. А теперь, когда он не слышал ее мыслей и не чувствовал ее эмоций, Лука вообще перестал понимать ее. Он не мог определить причины, почему она вздрагивает от его прикосновений, когда в то же время спокойно дерется с Горюшкиным и ломает нос Твердину. Может, с ней когда-то поступили нехорошо люди более взрослого возраста? Но он не мог спросить, просто не имел на это право. Его вообще не должно волновать подобное. Она просто его ученица, подопечная. Естественно, ему важно знать, что она здорова. Может, у него проснулся отцовский инстинкт? Так считать гораздо проще.
Пробежка, наконец, помогла ему справиться с мыслями о своей «занозе», и мужчина, вновь нацепив привычную маску безразличия, приступил к работе.
Глава 12.
В пятницу Демон снова вывел меня из душевного равновесия. Хоть я и не боялась теперь смотреть окружающим магам в глаза, почему-то его взгляд вызывал во мне дрожь отвращения. Он весь урок не спускал с меня своих звериных глаз. Странно, как остальные этого не заметили.
- Альбина, - мурлыкающе произнес мужчина в начале урока, - хорошо, что вы выздоровели. Вы ведь пришли на учебу через месяц от ее начала, и снова пропускаете занятия. Если я не увижу Ваших успехов, придется назначить Вам дополнительные уроки.
Меня прошиб холодный пот. Лучше с наставником позанимаюсь дополнительно, чем с этим маньяком! Хотя больше учитель и не возвращался к данной теме, и даже не прокомментировал мою домашнюю работу, страх перед вероятностью остаться с ним наедине не давал спокойно сидеть за партой. Вскоре Игорь стал недовольно тыкать меня ручкой в спину, мои ёрзанья его, видимо, раздражали. На следующее занятие местами с ним поменяюсь обязательно, чтоб меньше Демону на глаза попадаться.
- Чего ты дерганная такая? – после занятий удивился парень. – Случилось что вчера на отработке?
- Нет, - вздохнула я, - не в Сатане дело.
- А в чем тогда? – поинтересовался Игорь, умиляет его наивность.
- Тебе все расскажи, - отмахнулась я от назойливой «пиявки».
Я с ними без году неделю знакома, а ребята уже в душу лезут. Ну, вот откуда здесь такие берутся? Парни надулись, но настаивать на ответе не стали.
Так пролетела моя первая учебная неделя, а за ней не спеша потянулись следующие. На выходных мы устроили с ребятами спарринги, тренируя как магию, так и физическую форму. С Кувалдой нам оказалось быть в паре проще, чем Игорю с Вадимом, а девочки вообще отреклись от драк. Лиса сама по себе больше напоминала невинный цветок, не желающий никому причинять зла, а Варя, хоть и стеснительная, но на самом деле упертая в своих решениях, не желала потворствовать насилию.
Но веселое настроение исчезло, как не бывало, в ночь с воскресенья на понедельник. Мне приснился мой недавно появившийся страх – Демон. Детали сна мне не запомнились, но осталось вязкое чувство отвращения и запачканности. Это не было, как со снами о смерти, которая сейчас воспринималась, как часть меня, ощущения остались гораздо неприятнее. Чувства возникли будто из детства, когда мы с братишкой попались под горячую руку соседу-алкоголику. От больницы нас тогда спасла бабушка-соседка, спрятавшая нас в своей каморке. Это остался чуть ли не мой самый сильный страх за прожитые шестнадцать лет. Тогда я тряслась в обнимку с Витей, вздрагивая от каждого удара по хлипкой двери коммуналки со стороны коридора. Когда же сосед угомонился и разлегся по середине прохода, пуская слюни и храпя, как слон, я решила для себя раз и навсегда, что не буду больше бояться взрослых, научусь драться и дам отпор в случае чего. И вот теперь снова вернулось то ощущение беспомощности и неминуемости.
Октябрь пролетел быстрее пули, я втягивалась в учебу и старалась поддерживать приятельские отношения с группой. Кроме Прынцессы с подругами и Волка, мне удавалось общаться почти со всеми ровно, близко к себе не подпуская. Но Игорь с Вадиком все равно старались набиться в друзья, стараясь везде сопровождать меня, посвящая в тайны магического бытия. Демон больше не снился, как и Грань, поэтому нервная система вновь пришла в норму, заставляя учиться почти наравне со всеми. Хотя приходилось прикладывать гораздо больше усилий, чем другим. Я до сих пор слабо верила в то, что я маг.
А в ноябре «любимый» наставник «обрадовал» новостью: у нас с ним будут дополнительные занятия по некромантии, потому что теория – это хорошо, но мне, как инициированной необходимо практиковаться в работе с Гранью, чтоб она не звала меня больше в гости. Он учил меня принимать свой дар таким, какой он есть и не отторгать энергию смерти. До конца он мою некромантию так и не разблокировал, опасаясь повторения Зова, но и маленьких капель энергии смерти хватало, чтобы призывать мертвых и пользоваться их силой.
С остальными направлениями магии оказалось проще. Стихии стали поддаваться после того, как я упросила Варю достать мне книгу, рекомендованную Завучем. И если до конца от мыслей мне избавиться не удалось, то визуализация того или иного проявления стихии мне давалась неплохо. На ментальной магии мне удалось выстроить элементарный блок, правда, Завуч сообщил, что этот дар у меня достаточно посредственен. Целительство тоже не входило в круг моих возможностей, но оказать первую помощь или снять боль мне стало вполне по силам. Пророческого дара у меня пока не обнаружилось, но развитая интуиция помогала на занятиях. Лиса вполне могла заменить нас с Варей в предсказании грядущего, поэтому особого смысла напрягаться я не видела, да и в будущее заглядывать не очень хотелось. По жизни предпочитаю видеть то, что происходит вокруг, а не через неделю или год. Наша ведунья потихоньку училась контролировать свою мощную энергию, поэтому стала легче с нами общаться и чуть реже прибегать к трансу.
В середине ноября в колледже устроили спортивные соревнования между первыми и вторыми курсами. Мы с Кувалдой заняли второе место, как представители группы, отчего нас еще долго чествовали и поздравляли. Больше всех старался Прапор, молчаливо хлопая нас по плечам, правда, по несколько раз в день, когда встречался в коридорах.
Но не все проходило для меня так спокойно, однажды, сопровождая Варю по какому-то поручению, мы застали Сатану в обнимку с Куклой в одном из кресел учительской. Это показалось очень странным. Вроде бы мужчина предпочитал не выставлять напоказ свои отношения, а тут такая демонстрация чувств. Варя смутилась и вылетела из кабинета, а я застыла памятником самой себе от испытанного культурного шока.
- Ворошилова, - вернул меня на землю язвительный голос наставника, - что вас так удивило, что вы уже минуту ловите ворон?
- Затрудняюсь ответить, - медленно произнесла я.
- Жду тебя в твоих комнатах, - страстно промурлыкала Сатане женщина.
Потом Кукла смерила меня неприязненным взглядом, но слезла, наконец, с колен мужчины и надменно вышла из учительской. При этом задела меня своей распущенной «гривой», заставляя чихнуть и потереть лицо.
- Даже так? – изогнул бровь Сатана, - Зачем вы вообще по вечерам в учительскую ходите?
- Завуч поручил Варе отнести сюда наши конспекты после ужина, а я с ней за компанию пошла, - честно ответила я, - но она настолько смутилась, что, видимо, забыла об этом.
- Завуч? – не понял наставник, лениво потягиваясь и поднимаясь на ноги.
В колледже не существовало такой должности. Наш менталист действительно служил заместителем директора по делам колледжа, но должность его звучала – заместитель директора по вопросам учебных кафедр. Меня Варя недавно просветила, когда я в сердцах ругала учителя «основ защиты разума» за огромное и непонятное задание в гостиной при одногруппниках.
- Ну, заместитель директора – Игнат… не помню отчества, - замялась я, мало ли, опять накажет за неуважение к старшим.
- А почему завуч?
- Он на нашего Бориса Палыча похож, - нехотя созналась я, мысленно капитулируя под внимательным взглядом темных глаз, - это завуч из моей старой школы, вот к заместителю и привязалось.
- А мне вы тоже прозвище придумали?
Мужчина подошел почти вплотную, заставляя меня вновь вдыхать его волнующий запах, отчего мое сердце забилось втрое быстрее.
- Вы сами себе его придумали на первом нашем с вами занятии, - выпалила я быстро, стараясь избавиться от неуместных чувств.
- А имя мое, хотя бы, помните?
Отступать оказалось уже некуда – моя спина вжалась в дверной косяк. Хорошо хоть, дверь открыта, а то поведение наставника за закрытыми дверьми меня бы напугало еще больше. Все мысли испарились, поэтому я отрицательно замотала головой, чувствуя себя беспомощной мышкой.
- Лука Русланович, - прошептал он мне на ухо, заставляя дрожать от совсем непонятных чувств внизу живота, - запомните, Ворошилова, иначе строго накажу в следующий раз, когда назовете Сатаной.
И покинул учительскую, обдав меня шлейфом своего терпкого мужского одеколона. Я от пережитых эмоций медленно сползла по стеночке на пол, пытаясь выровнять дыхание.
- Пригрозил, что души лишит? – вывела меня из транса напуганная Варя, складывающая бумаги Завуча на один из столов. Игорь, что ли на такие мысли ее надоумил?
- Поиздевался, - отрицательно замотала головой я, беря себя в руки и поднимаясь уже на ноги.
Варя лишь надрывно вздохнула, уводя безучастную меня подальше от «страшной» учительской. А она, вроде, в директора влюблена? Да по сравнению с бурей чувств, которые у меня вызвал наставник в очередной раз, ее влюбленность – детский лепет.
- А ты-то чего испугалась? - спросила я ее, немного придя в себя.
- Понимаешь, - как обычно, когда нервничала, закусила нижнюю губу та, - я раньше никогда отношений между взрослыми не видела еще вживую. Мама и папа чувств не демонстрируют при нас с братом, а знакомых у меня маловато. Кирилл своих девушек, так вообще очень редко приводит домой, с родителями знакомить, но дома тоже ничего такого не демонстрирует.
- А телевизор, книги, картины? – неподдельно удивилась я.
- Мама и папа не любят электронику, от этого магически насыщенные вещи барахлят, а в домашних книгах картинок нету.
- Да, тяжело тебе, подруга, - вздохнула я сочувственно, - ты, верно, не знаешь даже, что мужчине от женщины обычно нужно.
- Я не настолько не образована и про тычинки с пестиками читала, - густо покраснела девушка, но во всегда кротком голосе послышались недовольные нотки.
- Прости, если обидела, - примирительно улыбнулась я.
Она смущенно улыбнулась в ответ, принимая извинения, больше мы тему взрослых и их отношений между полами в этот вечер не поднимали.
Ожидая следующим вечером дополнительных занятий с Сатаной, чтоб он своим ядом отравился, я, от нечего делать, прогуливалась по коридору, выглядывая в окна и стараясь внутренне настроиться на встречу со своим источником странных эмоций, потому что еще не отошла от такого интимного общения с ним в учительской. На улице стояла пасмурная и тоскливая пора, потому что первый снег выпал несколько дней назад. Хотя он и успел быстро растаять, ощущение близкой зимы неприятно скребло душу. Зимой всегда становилось сложнее, чем летом. Сложнее драться, сложнее убегать, но я упорно отгоняла панические мысли из детства, ведь мне больше не нужно защищать брата, а по дороге домой меня не станет манить в свою квартиру какой-нибудь сосед-алкоголик дядя Вася, чтобы угостить конфетами.
- Альбина, какой сюрприз, - раздалось негромкое из-за поворота к лестницам, отчего я внутренне сжалась и приготовилась в любой момент сбежать.
В коридоре, кроме меня, никого уже не наблюдалось, а наставник задерживался на совещании у директора, о возможности чего предупредил еще на утреннем уроке. Демон, прислонившись плечом к стене, заинтересованно меня разглядывал и явно никуда не спешил.
- Добрый вечер, Демьян Августович, - промямлила я неуверенно, отступая назад, хотя прекрасно понимала, что сзади тупик, и бежать мне некуда.
- Что же ты забыла в учебном корпусе после уроков? – промурлыкал он гипнотизирующим голосом, отлепляясь от стены и подходя ближе.
- Занятия с Лукой Руслановичем, - пояснила я, обшаривая коридор в поисках хотя бы одной живой души.
- Занятия? – он медленно надвигался, не оставляя мне шанса для побега, - а какого плана?
И чего ему от меня понадобилось? Мужчине привязаться не к кому? И намеки такие двусмысленные, особенно вкупе с изучающим взглядом. Я невольно съежилась и попыталась прикрыться руками, хотя я одела довольно плотную рубашку до середины бедра и неизменные джинсы, которые починили хранители замка, кстати. Света оказалсь права.
- Лука Русланович дополнительные уроки по некромантии назначил, я плохо материал усваиваю, - сообщила я учителю полуправду под настойчивым взглядом его желто-зеленых глаз.
- Жаль по моему предмету у тебя все гладко, - хмыкнул он, проведя большим пальцем по своей нижней губе, - я бы тоже тебе дополнительные назначил после занятий.
Меня прошиб холодный пот в очередной раз, а во рту пересохло. Кажется, мне теперь страшно передвигаться по территории колледжа. Демон почти открытым текстом заявил о своем желании заполучить меня в свою постель в качестве бесплатной игрушки, или у меня все же паранойя разыгралась? Хоть я и не самая слабая, но все же девчонка. Сил против него может и не хватить, в случае, если придется отбиваться. Я уж не думаю про магию. Немного согнула ноги в коленях, напряглась, готовая к тому, чтобы дать стрекача.
В голове тут же всплыл эпизод из прошлого. Маму как-то преследовал подобный тип лет пять назад, так же поджидал, когда она оказывалась одна. Намеки пошлые делал, папе угрожал. Все прекратилось только тогда, когда мы переехали, хоть папа несколько раз отправлял настойчивого ухажера на больничную койку.
- Аля, - вывел меня из ступора смутно знакомый голос, - ты конспекты по «основам защиты разума» забыла в классе.
За спиной Демона стоял Волк, протягивая мне тетрадь. Вся его поза показывала, что он готов к нападению, хотя я ни разу не видела, как одногруппник меняет ипостась. Ведь, по легендам, волкодлаки превращались в волков при полнолунии или во время неконтролируемой ярости. Учитель неприязненно скривился, но кивнул студенту и, скомкано попрощавшись, пошел по направлению к учительской, которая находилась в противоположной стороне от кабинета наставника. Волк тут же спрятал тетрадь, задумчиво разглядывая удаляющуюся спину Демона.
