Еще нашел четыре запасных магазина к пистолету Стечкина, деревянную кобуру – приклад к нему же, цинк патронов 5,45/39 7Н6М, несколько пачек пистолетных патронов 9/18ППО, хороший бинокль, несколько спальников, два блока сигарет и два ИПП немецкого производства. Была еще коробка с консервами, водкой и еще какой-то провизией, но «снайперский» огонь Витька из СКС, все это уничтожил, досталось и спальникам, но в отличие от разбитых бутылок водки, их можно было зашить и отстирать.
Убитого бандоса замотали в палатку и засунули в кузов «буханки», предварительно я снял с него сбрую и обувь. При этом Сиротины смотрели на меня как на вурдалака, особенно когда я стягивал с мертвеца, отличнейшие ботинки рыжего цвета, на которых, судя по состоянию подошвы, их хозяин вышел на улицы первый и последний раз в жизни. Если Сиротины такие брезгливые, то значит я один буду форсить в трофейных ботинках!
Пленника посадили за руль, руки и ноги, ему развязал. В водительском кресле его зафиксировали ремнем безопасности, защелку которого, замотали изолентой, чтобы нельзя было быстро отстегнуть ремень. Еще одной веревкой, я его перехватил в районе пояса, затянув так, чтобы парень мог только слегка ерзать в кресле, ну, и уже дежурно, накинул ему петлю на шею, зафиксировав второй конец за подголовник, петля была не самозатягивающая, всего лишь кольца наподобие ошейника.
Второе переднее сиденье открутили и сняли, чтобы не мешало. Я, Валя и Гриша, разместились в салоне. На всякий случай, я вышел в эфир и несколько раз громко кричал и сокрушался по поводу того, что пленник сбежал на нашем «Соболе» и мы никак не смогли его догнать, и вот теперь, придется удирать отсюда как можно скорее обратно в Сосновск. Помогло это или нет, не знаю, может кто-то из бандосов слушал нашу волну, а может и все мои потуги не имели никакого смысла.
Распрощались с остальными Сиротиными и укатили вдоль по грунтовке. Иван с остальными членами семьи уехал в другую сторону. На перекрестке остался сиротливо осевший на пробитых скатах «уазик». «Нивы» Витек отогнал в сторону и спрятал за одним из холмов, с дороги их не видно, может они и дождутся нас.
Проезжая мимо того холмика, где прятался радист, остановились, и быстренько сбегал, чтобы осмотреться на месте. Надеялся, что третий, в панике бросил рацию. Фиг тебе, а не рация. Нашел только кусок брезента на котором было разложено десятка два толовых шашек весом по четыреста грамм каждая. Брать их с собой не стал, так как взрывателей рядом не было. Свернул шашки в брезент, и затолкал в ближайшие кусты. Еще заметил множество собачьих следов на песке. Значит Смерта верно идет по следу.
- Звать то тебя как? – спросил я у пленника, когда вернулся обратно в машину.
- Илья.
- А в этот мир тебя брат «за что» пристроил? – спросил я.
- Можно я не буду отвечать?
- Нельзя.
- ДТП устроил со смертельным исходом. А брат хоть и адвокат, но никак не получалось на «условку» перевести. Слишком уж большой общественный резонанс получился.
- А чего за границу не свалил?
- Да, блин, загранпаспорт куда-то делся. Так бы, я, конечно, лучше в теплые страны укатил, деньги то у семьи есть, к мамке в Италию можно было бы. Но, ничего, годик – другой здесь перетусуюсь, да и вернусь обратно, Леха, говорит, что к тому времени все уляжется, он сделает мне новый паспорт и я смогу вернуться.
- Ты, собираешься, вернуться назад? – недоуменно, переспросил я.
- Да, а что? – удивился паренек.
- Нет, ничего, - тут же отозвался я, показав глазами, что Сиротины молчали, как рыбы об лед. Судя по открывшему рот Грише, он как раз собирался прокомментировать слова Ильи.
- А у тебя брательник, случаем не на «Тахо» ездит, а? И звать его не Алексей Викторович, тридцати трех лет отроду, но выглядит на двадцать?
- Он самый, - подтвердил Илья. – А вы его знаете?
- Знаю, - подтвердил я, поняв, кого мне напоминает этот паренек, адвоката, который был связан с Ольгой, устроившей меня в этот мир. – Вот только не рад я этому знакомству, ой как не рад.
- Почему? – переспросил Илья.
- По кочану! – передразнил я. – Если все закончиться благополучно, то я тебе расскажу. А жизнь твоя теперь вдвойне ценнее. Так, что гляди в оба и помогай нам из-за всех сил, тебе это в первую очередь выгодно.
- Странно! – удивился парень. – Вы бы хоть намекнули.
- Если коротко, то думается мне, что твой брательник смерти твой хочет. И пропажа твоего загранпаспорта – его рук дело. Но, это так, мысли вслух, выживем, я тебе кое-что интересное расскажу про этот мир и про брата твоего, и даже про то, как я сюда попал. До вашего гадюшника далеко? – перевел я разговор в деловое русло.
- Нет, минут двадцать и будет видно поселок, - задумчиво ответил Илья.
- Так, дорогие мои, - обратился я к Валентине и Грише, - нам надо срочно придумать позывные, а то во время переговоров по рации, называть друг друга настоящими именами, это сущее неподобство. Ты, - ткнул я пальцем в сторону Гриши, - будешь Асланом. Ну, а вы Валентина батьковна, будете – Магомед, можно сокращенно – Мага, ну, а меня, зовите Русланом, - закончил я.
- А почему так? – подозрительно посмотрел на меня Гриша.
- Военная хитрость, - лаконично ответил я.
- Не, ну, а чо сразу чуркистанские клички брать? Нельзя что ли нормальные позывные выбрать? Злой, Свирепый, Резкий – чем тебе такие имена плохи? – обиженно спросил Гриша.
- Всем, - отрезал я. – К примеру, резким бывает еще и понос. Не спорь с командиром.
- Точно! Это все из-за мамкиного наследства. От сука! – неожиданно выдал, молчавший до этого Илья.
- Ты это о чем? – тут же спросил я.
- О брате. Ему выгодна моя смерть, потому что тогда все мамкино наследство достанется ему одному.
- Что сильно богатая у вас родительница? – поинтересовался я.
- Ей от её итальянского хахаля, достался дом и квартира, ну и на счетах, что-то около двухсот тысяч евро. А если дом продать, то, в общей сумме «лям евриков» наберется.
- Шикарно! Илюха, ты не бзди, поможешь нам это осиное гнездо выжечь, и мы твоего брата заставим раскошелиться на твою долю, еще до того, как придется делить наследство вашей маменьки. Связи в старом мире есть!
«Соболь» перевалил через небольшую сопку и перед нами открылся шикарный вид на несколько километров вперед. Дорога петляла змеей по склону вниз, огибая островки густых кустов, и небольших корявых деревьев, а где-то там внизу, блестела лента широкого ручья, на противоположном берегу ручья угадывалась полоса вырубки леса, среди которой стояло несколько модульных домиков, вагончиков на колесах и деревянных сараев с навесами. Взглянув в бинокль, я даже заметил разномастные машины, спрятанные среди деревьев. До цели оставалось чуть больше километра.
- Илья, давай, по медленней, мне надо подумать, - приказал я. Потом передал бинокль Валентине: - Что скажешь?
Женщина всматривалась несколько минут, потом машина резко затормозила и мы все повалились на пол. Первым делом я схватился за пистолет, почуяв неладное.
- Извиняюсь, - прохрипел Илья. Удавка на шее резко натянулась, едва не задушив его. – Тут полно карстовых расщелин и вымоин. Чуть в одну не угодили.
Выглянув, я убедился, что парень не врет. Действительно чем ниже по склону мы спускались, тем четче было видно, что многочисленные ручьи, образовавшиеся при таянье снега, стекали к речушке, проделывая в земле глубокие трещины и овраги.
- Давай еще метров пятьсот вперед, и когда я скажу – притормози. Значит, так, слушаем меня сюда, братцы – кролики, - обратился я к своим бойцам: - Как только скажу, Валентина десантируешься через заднюю дверь и тут же в сторону, там заросли кустов, уйдешь по ним и займешь позицию. Спустимся ниже, я тоже выпрыгну, но поближе, мне все-таки из гранатометов работать. Ну, а вы спускаетесь вниз как можно медленнее, и где-то вон там, - я указал на большую поляну в низине, метрах в пятидесяти от ручья отделявшего нас от поселения. – Разворачиваетесь, и ты Гриша начинаешь работать из «ручника» по поселку. Твоя цель – морды машин и добротные домики, по сараям не работая, там, скорее всего пленники. Отдельных людей не выцеливай, на ходу, да еще с такого расстояния все равно не попадешь, разве, что только случайно. Деревянные сараи не трогай, там содержать пленных, - еще раз напомнил я. - Валя, а вот твоя цель, как раз отдельные личности при оружии. На обратном пути, заберете Валю. Подниметесь наверх, перевалите через бугор и ждите меня.
- А почему тебя сразу забрать нельзя? – спросил Гриша.
- Я элементарно не успею отстреляться и вернуться к дороге, тем более, что ваш отход надо будет прикрыть. За меня не беспокойся, если, что я уйду огородами, вернусь к тому месту, где запрятаны «Нивы» и свалю. Если связи со мной не будет, значит, ждете минут двадцать и уезжаете. Ну, если, что-то пойдет не так, и будет погоня, то валите сразу, как только подберете Валю. И без лишнего геройства мне, ибо и мне не поможете и сами угробитесь.
- А пленных, разве не попробуем освободить? – задал очередной вопрос Гриша.
- Нет, - отрезал я. – Если выживут, значит выживут. Повезет, вызволим их на волю. Ну, а не повезет, значит не судьба. Наша задача, лишить противника транспортных средств и отбить желание к вылазкам и задержать их здесь до прихода нашей подмоги. Ну, а там как получиться, грешное это дело, загадывать заранее. Больше никаких вопросов!
«Аглень» весит почти три килограмма, у меня их шесть, итого восемнадцать кило. За спиной автомат со спаренным магазином, в подсумках еще десять магазинов, пистолет, к нему запасные магазины, два ножа, две гранаты, рация, фонарик, ИПП. Нагрузился, как ишак. Вот только шлема на голове не хватало. Сейчас, я бы с радостью разменял два РПГ на один старенький СШ-68. Шлем – это очень важно, ибо даже, небольшой камешек, отскочивший от попадания пули, попадая в висок, гарантированно выводит из строя даже самого опытного и подготовленного бойца. О пулях и осколков от разрывов гранат, говорить не стоит, от них к сожаленью никакой шлем не спасет, даже кепка от них не спасает, пусть даже и модного «тактического» пошива, если кто не знает, это когда у кепке спереди пришита «липучка», для быстрого крепления эмблемы.
Валентина выпрыгнула легко и сноровисто, тут же отпрыгнула в кусты и скрылась из виду, помимо «тигра», она взяла себе и «ксюху» с тремя запасными магазинами. Тоже весьма характерный выбора, во второй чеченской компании, частенько наши «контрабасы» предпочитали носить на себе СВД и АКС-74У, первый для дальнего боя, второй для работы на коротких дистанциях и в помещениях.
Я тоже десантировался без особых проблем, только слегка завалился на бок, не рассчитав веса всех РПГ, связанных в одну связку. Отполз за кусты и тут же юркнул в вымоину, шедшую зигзагами вниз. Вымоина оказалась широкой, но не очень глубокой, да еще и с мокрой грязью на дне. Из-за всего этого пришлось передвигаться, низко пригибаясь, а иногда и вообще, ползком и на карачках.
Дождь все-таки начался, пока мелкий, но противный. Еще и набежавшие тучи закрыли уходящее за горизонт солнце. Темнело!
Высунулся из-за кустов, осмотрелся. «Соболь» медленно ехал вниз по дороге, притормаживая перед каждым поворотом, как будто за рулем оказался ученик из автошколы. В районе поселка обозначилось некое оживление, загудели двигатели машин, раздавались крики, мат и даже какой-то смельчак выбежал навстречу нашему «бусику». Смельчак держал в руках автомат, а за спиной у него угадывался тубус гранатомета. Сука! Чего это он задумал?
- Мага, бегунка видишь? Прием! – произнес я в рацию.
- Ага, работать? Прием, – нарочито грубым голосом отозвалась женщина.
- Как только полезет за трубой, - приказал я.
И снова ползком по грязи, таща на себе эти чертовы «тубусы», которые вдруг стали неимоверно тяжелыми и неудобными. Неожиданно вымоина превратилась в глубокий овраг с песчаными стенками. Получилось выпрямиться в полный рост и припустить бегом. Жаль, что овраг забирал немного в сторону. Но ничего, главное сейчас скрытность перемещения и скорость. Наверху раздалась стрельба, вначале пара выстрелов, следом сразу несколько очередей и близкий грохот «гладкого», а дальше зачастил «ручник» длинными очередями, да еще и автомобильный двигатель, где-то поблизости начал реветь как раненый буйвол. Не удержавшись, полез наверх, посмотреть, что там да как…
Бегунок с автоматом и граником за спиной валялся на дороге. «Соболь» не доехал, до той поляны, на которой должен был развернуться и двинуться обратно, совсем немного. Сейчас наш бронеавтомобиль одним колесом провалился в яму и пытался выехать из неё. То ли из-за того, что яма была глубокая, то ли еще из-за чего, но несмотря на полный привод у него ничего не получалось, колеса крутились, закапываясь все глубже, но машина только дергалась и никак не могла вырваться на свободу. Сзади у «броневичка» были небольшие окошки-амбразуры, из одного из этих окошек торчал ствол РПК, который периодически украшал сноп дульной вспышки. В ответ по «Соболю» лупили несколько стволов. Между стрелками было метров триста, для охотничьего ружья дистанция великовата, а вот для автомата в самый раз. Пока «Соболь» держался, но, сколько это продлиться неизвестно, тем более, что у той стороны есть гранатометы.
Мля! Сглазил! Вспышка и огненная комета бьет в землю прям перед мордой «бусика», машина покачнулась, дернулась назад и вырвалась из ловушки. Инерция близкого разрыва, «вытолкнула» броневичок из ямы, машина тут же сдала назад, резко развернулась на склоне, чудом не перевернувшись при этом, и двинулась вверх по склону. Видать от радости, Гриша начал шмалить длиннющими очередями. Так можно и пулеметный ствол добела раскалить!
Прикинул дистанцию, сообразил, что могу начать стрельбу уже отсюда. Размотал веревку, которой скрутил «тубусы». Разложил два, остальные вновь смотал вместе. Вскинул на плечо, посмотрел назад, убедившись, что там никого нет, скорректировал угол наклона сквозь прицельную планку.
Выстрелил!
Тут же отбросил пустой тубус вниз, на дно оврага, схватил второй гранатомет, вскинул на плечо и снова выстрелил. Скатился вниз, подхватил связку гранатометов и побежал дальше. Овраг неожиданно завернул совсем не в ту сторону, что мне надо, поэтому пришлось карабкаться наверх и ползти вдоль кустов, до очередного укрытия.
Поблизости кипел настоящий бой. Стреляли из десятка стволов одновременно, в эту какофонию влез даже ПК, несколько раз шипели, пролетающие гранаты и гремели взрывы. Сквозь кусты, мне удалось разглядеть следы своих попаданий, видимо одна из ракет попала в ствол дерева, срубив его, зато другая, влетела в модульный домик, разорвав тот на две части. На месте домика полыхал огненный смерч, видать там хранили бензин к генератору или что-то еще огнеопасное и легковоспламеняющееся.
Следующее укрытия нашел быстро, очередная глубокая вымоина, где воды было почти по пояс, зато из нее шла хорошая такая канава, похожая на окоп полного профиля. По этому окопу можно было уйти еще дальше. Отвязал из связки один «тубус», прекрасно понимая, что никто мне не даст выстрелить второй раз. Тщательно прицелился в выезжающий из вражеского поселка «ГАЗ-66», и как только он двинулся через ручей, нажал на спуск, граната улетела, оставляя за собой едва заметный дымный следа, а я плюхнулся вниз и пополз вдоль по канаве.
Убитого бандоса замотали в палатку и засунули в кузов «буханки», предварительно я снял с него сбрую и обувь. При этом Сиротины смотрели на меня как на вурдалака, особенно когда я стягивал с мертвеца, отличнейшие ботинки рыжего цвета, на которых, судя по состоянию подошвы, их хозяин вышел на улицы первый и последний раз в жизни. Если Сиротины такие брезгливые, то значит я один буду форсить в трофейных ботинках!
Пленника посадили за руль, руки и ноги, ему развязал. В водительском кресле его зафиксировали ремнем безопасности, защелку которого, замотали изолентой, чтобы нельзя было быстро отстегнуть ремень. Еще одной веревкой, я его перехватил в районе пояса, затянув так, чтобы парень мог только слегка ерзать в кресле, ну, и уже дежурно, накинул ему петлю на шею, зафиксировав второй конец за подголовник, петля была не самозатягивающая, всего лишь кольца наподобие ошейника.
Второе переднее сиденье открутили и сняли, чтобы не мешало. Я, Валя и Гриша, разместились в салоне. На всякий случай, я вышел в эфир и несколько раз громко кричал и сокрушался по поводу того, что пленник сбежал на нашем «Соболе» и мы никак не смогли его догнать, и вот теперь, придется удирать отсюда как можно скорее обратно в Сосновск. Помогло это или нет, не знаю, может кто-то из бандосов слушал нашу волну, а может и все мои потуги не имели никакого смысла.
Распрощались с остальными Сиротиными и укатили вдоль по грунтовке. Иван с остальными членами семьи уехал в другую сторону. На перекрестке остался сиротливо осевший на пробитых скатах «уазик». «Нивы» Витек отогнал в сторону и спрятал за одним из холмов, с дороги их не видно, может они и дождутся нас.
Проезжая мимо того холмика, где прятался радист, остановились, и быстренько сбегал, чтобы осмотреться на месте. Надеялся, что третий, в панике бросил рацию. Фиг тебе, а не рация. Нашел только кусок брезента на котором было разложено десятка два толовых шашек весом по четыреста грамм каждая. Брать их с собой не стал, так как взрывателей рядом не было. Свернул шашки в брезент, и затолкал в ближайшие кусты. Еще заметил множество собачьих следов на песке. Значит Смерта верно идет по следу.
- Звать то тебя как? – спросил я у пленника, когда вернулся обратно в машину.
- Илья.
- А в этот мир тебя брат «за что» пристроил? – спросил я.
- Можно я не буду отвечать?
- Нельзя.
- ДТП устроил со смертельным исходом. А брат хоть и адвокат, но никак не получалось на «условку» перевести. Слишком уж большой общественный резонанс получился.
- А чего за границу не свалил?
- Да, блин, загранпаспорт куда-то делся. Так бы, я, конечно, лучше в теплые страны укатил, деньги то у семьи есть, к мамке в Италию можно было бы. Но, ничего, годик – другой здесь перетусуюсь, да и вернусь обратно, Леха, говорит, что к тому времени все уляжется, он сделает мне новый паспорт и я смогу вернуться.
- Ты, собираешься, вернуться назад? – недоуменно, переспросил я.
- Да, а что? – удивился паренек.
- Нет, ничего, - тут же отозвался я, показав глазами, что Сиротины молчали, как рыбы об лед. Судя по открывшему рот Грише, он как раз собирался прокомментировать слова Ильи.
- А у тебя брательник, случаем не на «Тахо» ездит, а? И звать его не Алексей Викторович, тридцати трех лет отроду, но выглядит на двадцать?
- Он самый, - подтвердил Илья. – А вы его знаете?
- Знаю, - подтвердил я, поняв, кого мне напоминает этот паренек, адвоката, который был связан с Ольгой, устроившей меня в этот мир. – Вот только не рад я этому знакомству, ой как не рад.
- Почему? – переспросил Илья.
- По кочану! – передразнил я. – Если все закончиться благополучно, то я тебе расскажу. А жизнь твоя теперь вдвойне ценнее. Так, что гляди в оба и помогай нам из-за всех сил, тебе это в первую очередь выгодно.
- Странно! – удивился парень. – Вы бы хоть намекнули.
- Если коротко, то думается мне, что твой брательник смерти твой хочет. И пропажа твоего загранпаспорта – его рук дело. Но, это так, мысли вслух, выживем, я тебе кое-что интересное расскажу про этот мир и про брата твоего, и даже про то, как я сюда попал. До вашего гадюшника далеко? – перевел я разговор в деловое русло.
- Нет, минут двадцать и будет видно поселок, - задумчиво ответил Илья.
- Так, дорогие мои, - обратился я к Валентине и Грише, - нам надо срочно придумать позывные, а то во время переговоров по рации, называть друг друга настоящими именами, это сущее неподобство. Ты, - ткнул я пальцем в сторону Гриши, - будешь Асланом. Ну, а вы Валентина батьковна, будете – Магомед, можно сокращенно – Мага, ну, а меня, зовите Русланом, - закончил я.
- А почему так? – подозрительно посмотрел на меня Гриша.
- Военная хитрость, - лаконично ответил я.
- Не, ну, а чо сразу чуркистанские клички брать? Нельзя что ли нормальные позывные выбрать? Злой, Свирепый, Резкий – чем тебе такие имена плохи? – обиженно спросил Гриша.
- Всем, - отрезал я. – К примеру, резким бывает еще и понос. Не спорь с командиром.
- Точно! Это все из-за мамкиного наследства. От сука! – неожиданно выдал, молчавший до этого Илья.
- Ты это о чем? – тут же спросил я.
- О брате. Ему выгодна моя смерть, потому что тогда все мамкино наследство достанется ему одному.
- Что сильно богатая у вас родительница? – поинтересовался я.
- Ей от её итальянского хахаля, достался дом и квартира, ну и на счетах, что-то около двухсот тысяч евро. А если дом продать, то, в общей сумме «лям евриков» наберется.
- Шикарно! Илюха, ты не бзди, поможешь нам это осиное гнездо выжечь, и мы твоего брата заставим раскошелиться на твою долю, еще до того, как придется делить наследство вашей маменьки. Связи в старом мире есть!
«Соболь» перевалил через небольшую сопку и перед нами открылся шикарный вид на несколько километров вперед. Дорога петляла змеей по склону вниз, огибая островки густых кустов, и небольших корявых деревьев, а где-то там внизу, блестела лента широкого ручья, на противоположном берегу ручья угадывалась полоса вырубки леса, среди которой стояло несколько модульных домиков, вагончиков на колесах и деревянных сараев с навесами. Взглянув в бинокль, я даже заметил разномастные машины, спрятанные среди деревьев. До цели оставалось чуть больше километра.
- Илья, давай, по медленней, мне надо подумать, - приказал я. Потом передал бинокль Валентине: - Что скажешь?
Женщина всматривалась несколько минут, потом машина резко затормозила и мы все повалились на пол. Первым делом я схватился за пистолет, почуяв неладное.
- Извиняюсь, - прохрипел Илья. Удавка на шее резко натянулась, едва не задушив его. – Тут полно карстовых расщелин и вымоин. Чуть в одну не угодили.
Выглянув, я убедился, что парень не врет. Действительно чем ниже по склону мы спускались, тем четче было видно, что многочисленные ручьи, образовавшиеся при таянье снега, стекали к речушке, проделывая в земле глубокие трещины и овраги.
- Давай еще метров пятьсот вперед, и когда я скажу – притормози. Значит, так, слушаем меня сюда, братцы – кролики, - обратился я к своим бойцам: - Как только скажу, Валентина десантируешься через заднюю дверь и тут же в сторону, там заросли кустов, уйдешь по ним и займешь позицию. Спустимся ниже, я тоже выпрыгну, но поближе, мне все-таки из гранатометов работать. Ну, а вы спускаетесь вниз как можно медленнее, и где-то вон там, - я указал на большую поляну в низине, метрах в пятидесяти от ручья отделявшего нас от поселения. – Разворачиваетесь, и ты Гриша начинаешь работать из «ручника» по поселку. Твоя цель – морды машин и добротные домики, по сараям не работая, там, скорее всего пленники. Отдельных людей не выцеливай, на ходу, да еще с такого расстояния все равно не попадешь, разве, что только случайно. Деревянные сараи не трогай, там содержать пленных, - еще раз напомнил я. - Валя, а вот твоя цель, как раз отдельные личности при оружии. На обратном пути, заберете Валю. Подниметесь наверх, перевалите через бугор и ждите меня.
- А почему тебя сразу забрать нельзя? – спросил Гриша.
- Я элементарно не успею отстреляться и вернуться к дороге, тем более, что ваш отход надо будет прикрыть. За меня не беспокойся, если, что я уйду огородами, вернусь к тому месту, где запрятаны «Нивы» и свалю. Если связи со мной не будет, значит, ждете минут двадцать и уезжаете. Ну, если, что-то пойдет не так, и будет погоня, то валите сразу, как только подберете Валю. И без лишнего геройства мне, ибо и мне не поможете и сами угробитесь.
- А пленных, разве не попробуем освободить? – задал очередной вопрос Гриша.
- Нет, - отрезал я. – Если выживут, значит выживут. Повезет, вызволим их на волю. Ну, а не повезет, значит не судьба. Наша задача, лишить противника транспортных средств и отбить желание к вылазкам и задержать их здесь до прихода нашей подмоги. Ну, а там как получиться, грешное это дело, загадывать заранее. Больше никаких вопросов!
«Аглень» весит почти три килограмма, у меня их шесть, итого восемнадцать кило. За спиной автомат со спаренным магазином, в подсумках еще десять магазинов, пистолет, к нему запасные магазины, два ножа, две гранаты, рация, фонарик, ИПП. Нагрузился, как ишак. Вот только шлема на голове не хватало. Сейчас, я бы с радостью разменял два РПГ на один старенький СШ-68. Шлем – это очень важно, ибо даже, небольшой камешек, отскочивший от попадания пули, попадая в висок, гарантированно выводит из строя даже самого опытного и подготовленного бойца. О пулях и осколков от разрывов гранат, говорить не стоит, от них к сожаленью никакой шлем не спасет, даже кепка от них не спасает, пусть даже и модного «тактического» пошива, если кто не знает, это когда у кепке спереди пришита «липучка», для быстрого крепления эмблемы.
Валентина выпрыгнула легко и сноровисто, тут же отпрыгнула в кусты и скрылась из виду, помимо «тигра», она взяла себе и «ксюху» с тремя запасными магазинами. Тоже весьма характерный выбора, во второй чеченской компании, частенько наши «контрабасы» предпочитали носить на себе СВД и АКС-74У, первый для дальнего боя, второй для работы на коротких дистанциях и в помещениях.
Я тоже десантировался без особых проблем, только слегка завалился на бок, не рассчитав веса всех РПГ, связанных в одну связку. Отполз за кусты и тут же юркнул в вымоину, шедшую зигзагами вниз. Вымоина оказалась широкой, но не очень глубокой, да еще и с мокрой грязью на дне. Из-за всего этого пришлось передвигаться, низко пригибаясь, а иногда и вообще, ползком и на карачках.
Дождь все-таки начался, пока мелкий, но противный. Еще и набежавшие тучи закрыли уходящее за горизонт солнце. Темнело!
Высунулся из-за кустов, осмотрелся. «Соболь» медленно ехал вниз по дороге, притормаживая перед каждым поворотом, как будто за рулем оказался ученик из автошколы. В районе поселка обозначилось некое оживление, загудели двигатели машин, раздавались крики, мат и даже какой-то смельчак выбежал навстречу нашему «бусику». Смельчак держал в руках автомат, а за спиной у него угадывался тубус гранатомета. Сука! Чего это он задумал?
- Мага, бегунка видишь? Прием! – произнес я в рацию.
- Ага, работать? Прием, – нарочито грубым голосом отозвалась женщина.
- Как только полезет за трубой, - приказал я.
И снова ползком по грязи, таща на себе эти чертовы «тубусы», которые вдруг стали неимоверно тяжелыми и неудобными. Неожиданно вымоина превратилась в глубокий овраг с песчаными стенками. Получилось выпрямиться в полный рост и припустить бегом. Жаль, что овраг забирал немного в сторону. Но ничего, главное сейчас скрытность перемещения и скорость. Наверху раздалась стрельба, вначале пара выстрелов, следом сразу несколько очередей и близкий грохот «гладкого», а дальше зачастил «ручник» длинными очередями, да еще и автомобильный двигатель, где-то поблизости начал реветь как раненый буйвол. Не удержавшись, полез наверх, посмотреть, что там да как…
Бегунок с автоматом и граником за спиной валялся на дороге. «Соболь» не доехал, до той поляны, на которой должен был развернуться и двинуться обратно, совсем немного. Сейчас наш бронеавтомобиль одним колесом провалился в яму и пытался выехать из неё. То ли из-за того, что яма была глубокая, то ли еще из-за чего, но несмотря на полный привод у него ничего не получалось, колеса крутились, закапываясь все глубже, но машина только дергалась и никак не могла вырваться на свободу. Сзади у «броневичка» были небольшие окошки-амбразуры, из одного из этих окошек торчал ствол РПК, который периодически украшал сноп дульной вспышки. В ответ по «Соболю» лупили несколько стволов. Между стрелками было метров триста, для охотничьего ружья дистанция великовата, а вот для автомата в самый раз. Пока «Соболь» держался, но, сколько это продлиться неизвестно, тем более, что у той стороны есть гранатометы.
Мля! Сглазил! Вспышка и огненная комета бьет в землю прям перед мордой «бусика», машина покачнулась, дернулась назад и вырвалась из ловушки. Инерция близкого разрыва, «вытолкнула» броневичок из ямы, машина тут же сдала назад, резко развернулась на склоне, чудом не перевернувшись при этом, и двинулась вверх по склону. Видать от радости, Гриша начал шмалить длиннющими очередями. Так можно и пулеметный ствол добела раскалить!
Прикинул дистанцию, сообразил, что могу начать стрельбу уже отсюда. Размотал веревку, которой скрутил «тубусы». Разложил два, остальные вновь смотал вместе. Вскинул на плечо, посмотрел назад, убедившись, что там никого нет, скорректировал угол наклона сквозь прицельную планку.
Выстрелил!
Тут же отбросил пустой тубус вниз, на дно оврага, схватил второй гранатомет, вскинул на плечо и снова выстрелил. Скатился вниз, подхватил связку гранатометов и побежал дальше. Овраг неожиданно завернул совсем не в ту сторону, что мне надо, поэтому пришлось карабкаться наверх и ползти вдоль кустов, до очередного укрытия.
Поблизости кипел настоящий бой. Стреляли из десятка стволов одновременно, в эту какофонию влез даже ПК, несколько раз шипели, пролетающие гранаты и гремели взрывы. Сквозь кусты, мне удалось разглядеть следы своих попаданий, видимо одна из ракет попала в ствол дерева, срубив его, зато другая, влетела в модульный домик, разорвав тот на две части. На месте домика полыхал огненный смерч, видать там хранили бензин к генератору или что-то еще огнеопасное и легковоспламеняющееся.
Следующее укрытия нашел быстро, очередная глубокая вымоина, где воды было почти по пояс, зато из нее шла хорошая такая канава, похожая на окоп полного профиля. По этому окопу можно было уйти еще дальше. Отвязал из связки один «тубус», прекрасно понимая, что никто мне не даст выстрелить второй раз. Тщательно прицелился в выезжающий из вражеского поселка «ГАЗ-66», и как только он двинулся через ручей, нажал на спуск, граната улетела, оставляя за собой едва заметный дымный следа, а я плюхнулся вниз и пополз вдоль по канаве.
