Ира прилегла на диван. Обстановка показалась ей чересчур спартанской, словно здесь никто и не жил. Ни украшений на стенах, ни ковра на полу, только чёрный шкаф, похожий на гроб, диван, столик и кресло. Одно. Ира бы в такой комнате за неделю заработала депрессию. Порядок бы здесь навести! Обои наклеить, торшер поставить, люстру какую-нибудь хрустальную нацепить вместо этой безобразной лампочки на проводе... Ира одёрнула себя. Размечталась!
Незнакомца не было подозрительно долго. В какой-то момент из кухни понесло горелой бумагой, и почти сразу он вошёл с фаст-фудовским пакетом в руке.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Я принёс еду.
Он выставил на столик контейнеры и бутылку минералки. Содержимое контейнеров — жёлтенькое, красненькое и зелёненькое — скорее походило на набор цветных пуговиц, чем на съестное. Так вот какая она, пища из другого мира!
— Это съедобное? — изумилась Ира.
— Японской еды не видела?
— Бедные японцы, — сказала Ира. — Разве можно есть пуговицы?
Впервые за всё их знакомство он улыбнулся. Есть «это» было непросто, и он учил её брать одни непонятные штуки другими непонятными штуками, а она роняла и то, и другое и, смеясь над своей неловкостью, чувствовала, как возвращаются силы. Лихорадка спала — наверно, лекарство подействовало.
Глядя, как Ира воюет с палочками, незнакомец тоже не мог сдержать смех и немного оттаял, но ел только для виду, потому что Ира отказалась есть одна, и больше прикладывался к своей фляжке. Ирой овладело особое смущение, неведомое ранее: ведь недавно из этой же фляжки пила и она, а поскольку пить из одной посуды подобно поцелую, значит, она с ним поцеловалась? Лучше об этом не думать, а то она не сможет смотреть ему в глаза.
Они непринуждённо болтали за едой, как друзья. Незнакомец оказался хорошим собеседником, он ненавязчиво вытянул из Иры всё, что хотел знать, не сказав о себе ни слова, и подозрительно легко воспринял известие, что его гостья из другого мира.
— Крепко же тебе досталось, — вздохнул он. — Наверно, наш мир показался тебе адом.
Это была правда, но Ира не хотела обижать его.
— Ну почему же, у вас тоже много прекрасного. Чего стоит одна розовая планета.
— Это какая? — насторожился он.
Ира рассказала.
— Ты вовремя смылась, — сообщил он с усмешкой. — Это планета-убийца. Тому миру оставалось жить не более десяти минут. Уж можешь мне поверить.
У Иры на лице отразилось такое смятение, что он развеселился.
— Да успокойся, всё позади. Ты правильно поступила — мы все так смываемся, когда припечёт. Сгодится даже последний трамвай, если больше некуда прошмыгнуть. Только важно вовремя соскочить с трамвая, чтобы не уехать навсегда... — Он помрачнел и сменил тему. — А каково было в первые минуты, когда ты поняла, что находишься не в соседнем городе, а гораздо дальше? Фантастика, которую ты читала, хоть чуть-чуть помогла тебе адаптироваться?
— Я никогда не читала фантастики, — ответила Ира. — Читаю много, но... не фантастику.
— Жаль. Тебе было бы легче — в этих книгах на каждом шагу параллельные миры. Люди недооценивают фантастику. Она подготавливает человека к неизвестному. Видишь шкаф? Он забит фантастикой.
Ира посмотрела на шкаф. Гроб гробом.
— Как самочувствие? — неожиданно спросил незнакомец.
— Лучше. Гораздо лучше, — с благодарностью ответила Ира.
— Ладно, будем надеяться, что это были настоящие врачи. Но если тебя всё-таки заразили, весь твой мир может полететь к чертям.
— Никто меня ничем не заражал, — обиделась Ира. — И как весь мир может полететь к... куда ты сказал, из-за одного человека?
— Забудь, проехали, — сказал незнакомец. — Кстати, о твоём мире. Вспомни получше того дядьку с автостанции, с которым поменялась билетами. Его придётся найти, потому что он твой единственный ключ к возвращению. Как он выглядел?
— Никак, — пожала плечами Ира. — Худой, небритый, в старом костюме.
— Он что-нибудь говорил?
— Про билет... Что в зале ожидания каждый раз одно и то же... — Она внезапно вспомнила. — Он сказал, что у него дома остались жена и дочка. Дочка... на меня похожа. Зовут Ира.
Они встали одновременно и уставились друг на друга. Ире пришли на память и другие слова мужичка: «Бросил её негодяй проклятый», но о них она умолчала, потому что зеленоглазый проклятый негодяй стоял сейчас перед ней.
— Я знаю эту семью, — вполголоса сказал он и упал обратно в кресло. — Считай, что ты уже дома.
Глава 5
Ира села. До неё дошло, что речь идёт о расставании. Сейчас он отправит её домой, и с концами, но тут ей в голову пришла мысль, которой она сама испугалась. Каким-то женским чутьем Ира поняла, что в её власти сделать так, чтобы он захотел остаться с ней навсегда. У неё на руках все козыри: внешность, имя, невероятные обстоятельства, при которых они познакомились, и стоит немножко подыграть — где нужно, улыбнуться, где нужно, промолчать — и её мечта сбудется.
Но честно ли это — подыгрывать? Не будет ли это кокетством? Ире не приходило в голову, что незнакомец тоже в ней нуждается, она думала лишь о сохранении приличий. Мама всегда осуждала кокеток, поэтому лучше умереть, но вести себя прилично! У Иры задрожала нижняя губа.
— Тебе лучше с длинными волосами, — вдруг сказал он, очевидно, сравнивая её со своей Ирой.
— Где мои туфли? — выпалила она, вскочила и побежала в ванную обуваться.
Когда она выходила из ванной, он звонил по телефону в прихожей. Чтобы не подслушивать — хватит, достаточно сегодня нагрешила! — она поспешно проскользнула в комнату. Остатки пиршества были уже убраны, и комната снова сияла холодной чистотой. Ира надела кофту, чтобы прикрыть бинты хотя бы на локтях. Услышав, что он положил трубку, она вышла в прихожую и увидела, как он перерезает телефонный кабель коротким толстым ножом. Бандитский нож. Выкидуха.
— Сейчас я отведу тебя в гости к тому самому мужику и его дочке, — не глядя на неё, деловито произнёс незнакомец, сложил пружинный ножик и спрятал в карман ветровки. Проследив за его движением, Ира заметила в том же кармане белый моток. Верёвка? Для чего? Интересно, но спрашивать невежливо.
— Они тебя ждут, — продолжал парень. — Этот мужик купит тебе билет и сам посадит на автобус, чтобы ты опять куда-нибудь не уехала. Так что через пару часов будешь дома.
— Спасибо большое! — только и смогла выжать из себя Ира. Хотелось-то ей сказать гораздо больше, но она чувствовала себя скованной, как никогда.
Он смерил её равнодушным взглядом, взял с полки чёрную расчёску и торжественно вручил:
— Дарю.
— Спасибо, — кивнула Ира и не сразу сообразила, что это намёк. Спохватившись, ещё раз забежала в ванную и как следует расчесала свои спутанные волосы — вот теперь совсем другой вид.
— Идём, — позвал он.
Она собралась выйти на лестничную площадку и уже толкнула дверь, но парень сухо сказал:
— Не туда. На кухню.
Больше он к ней не прикасался.
Они вышли из прихожей, парень сорвал с кухонного проёма занавеску, отодвинул табуретку и захлопнул дверь. Выждал секунду, открыл и жестом пригласил Иру войти. Это была уже не кухня. Они оказались в бесконечном коридоре со множеством дверей, слабо освещённом боковыми лампами. Незнакомец закрыл за собой дверь и быстро зашагал вперёд.
Ира семенила за ним, стараясь не отстать. Её железные каблуки опять предательски стучали, и стук усиливался многократным эхом. Коридор состоял из неизвестного желтоватого материала, похожего на дерево, и он был бесконечен не фигурально, а на самом деле.
Абсолютно прямой, он напоминал ту самую штуку, которая получается, если два зеркала поставить друг напротив друга, и в нём было настолько жутко, что Ире захотелось снова уцепиться покрепче за рукав своего спутника, но она не рискнула. Что-то изменилось в поведении незнакомца — он за один миг стал чужим и холодным. Почему, Ира не знала. Кто их, мужчин, поймёт.
Резко остановившись, незнакомец толкнул ближайшую дверь справа, и они с Ирой вошли в похожий коридор, тоже длинный, но, слава богу, не бесконечный. Здесь незнакомец также выбрал нужную (а может, первую попавшуюся) дверь с правой стороны, и они вошли в третий коридор.
Ира боялась задавать вопросы. Умом она понимала, что такое расположение коридоров противоречит законам природы, но помалкивала. Вообще, она была сыта этим миром по горло. Скорее бы домой! Незнакомец остановился на этот раз у двери слева и толкнул её, но Ира задержалась, услышав сзади шаги. Она обернулась и чуть не закричала от ужаса.
— Иди, иди, — шёпотом поторопил её незнакомец.
— Что это было? — сдавленно спросила Ира, когда они оказались по ту сторону двери в очередном коридоре.
— Не обращай внимания, — будничным тоном ответил он, — тут ещё и не такое увидишь.
— Это было животное или человек? — не унималась Ира.
— Выкинь из головы, проехали, — отрезал он, закрывая тему. — Мы уже почти на месте. Остался один переход.
Он заметно нервничал, и его нервозность передалась Ире. Этот коридор отличался от предыдущих. Извилистый и неровный, он походил на пещеру с земляным полом, выложенную по стенам древесной корой. По чёрному, корявому потолку тянулся электрический кабель, и из него торчали грязные длинные лампочки, дающие жёлтый свет. Ира и незнакомец шли как бы внутри пустого ствола большого дерева.
Когда Ира два дня назад надевала в поездку свои лучшие туфли, она не предполагала, что ей придется топать в другом мире по земляному полу. Каблуки втыкались в грунт, цеплялись за корни и постепенно сбивались набок. Это называлось «прощай туфли».
Здесь двери попадались редко. Мимо первой, расположенной вблизи от входа, незнакомец прошёл как можно быстрее и даже не посмотрел на неё. Перед поворотом он замер и весь подобрался, прищурив глаза. Ира прислушалась. До неё донеслись неспешные шаги, а потом и голоса.
— Чёрт, патруль, — процедил незнакомец. — Делай всё, как я скажу. В случае чего — наша дверь первая слева, до неё рукой подать.
К нему вернулась кошачья грация. Правую руку он держал в кармане, не вынимая, а Ире велел идти слева. Во всём его облике появилось что-то пугающее, и он напомнил ей вчерашних охотников. Наверно, так выглядит каждый, кто собирается убивать.
— Может, пойдём обратно? — дрожащим голосом предложила Ира.
Он помотал головой.
— Не успеем. Один бы я удрал, а ты-то далеко убежишь? Держись как ни в чем не бывало. Авось пронесёт. И не стой слишком близко, когда с нами заговорят.
Из-за поворота им навстречу вышли два человека в чёрной форме с белыми нашивками. Ира и её спутник шли рядом, напустив на себя благочестивый вид. Когда люди в форме поравнялись с ними, один из патрулей произнёс:
— Прогуливаемся, молодые люди?
— А ну-ка, задержитесь на минутку, — доброжелательно проговорил второй.
По инерции незнакомца пронесло вперёд ещё на метр, он круто развернулся и шагнул обратно, глядя на патрулей. За секунду он обставил всё так, что между Ирой и нужной дверью не было препятствий. Ира стояла ни жива ни мертва. Она помнила указание не держаться слишком близко.
— Проверка документов, — дружески сказал страж порядка. — Сами понимаете, время неспокойное.
У Иры задрожали колени.
— У меня нет документов, — призналась она.
— Что же вы так? — скучным голосом упрекнул патруль. — Согласно указа 141 все люди без документов подлежат аресту.
— Девушка, вы пройдёте с нами, — объявил второй. — Согласно указа. А вы, молодой человек? Ваш паспорт?
Её спутник опустил руку в карман.
Ира поняла, что её надежды попасть домой рухнули. Сердце глухо забилось. Сейчас он предъявит паспорт и уйдёт, а её заберут в тюрьму. В здешнюю тюрьму. Она больше никогда не увидит родных. И даже незнакомец ей не поможет, ведь против властей все бессильны. Она покорно шагнула навстречу патрулям, но тут незнакомец скомандовал:
— Беги!
Его рука рванулась из кармана, и почти одновременно раздался свист рассекаемого воздуха. Ира увидела блестящий прозрачный круг. Прихрамывая, она побежала, но не потому, что он велел, а из страха перед дракой, и за спиной услышала крики и ругань. У двери остановилась и посмотрела назад. Один из людей в чёрной форме лежал на земле, второй скорчился на полу и тянулся рукой к пистолету на поясе. Незнакомец бежал к ней.
Ира обмерла. Что же он натворил! Он сделал её соучастницей — теперь ей отвечать ещё и за сопротивление ми… полиции. Понурив голову, она пошла назад, но незнакомец насильно втолкнул её в дверь и заскочил сам. Последнее, что она услышала по ту сторону, были выстрелы. Всё это заняло считанные секунды.
Ире легче было сдаться и пойти в тюрьму, чем нарушить закон, пускай даже и закон другого мира. Она попыталась прорваться обратно с криком: «Я же без документов!», и парень нехотя отступил. Не сообразив, что за дверью уже наверняка что-нибудь другое, она дёрнула ручку и высунулась в коридор, то есть, в то, что было теперь на месте коридора, и покраснела.
Из зала заседаний на неё с немым вопросом уставились десятки людей, сидящих за длинным пустым столом. Люди были в строгих костюмах, и всё это очень смахивало на большую политику. Незнакомец молча втащил её обратно за кофту и захлопнул дверь. Ира закусила губу. Так стыдно ей не было ещё никогда.
Они находились в заброшенном доме, когда-то жилом. Сквозь щели на заколоченных окнах светило солнце. Незнакомец прислонился спиной к двери и несколько раз глубоко вздохнул, прикрыв глаза. Из его правого кулака свисал длинный металлический волос с утолщением на конце.
Ира потрясённо смотрела на своего спутника. Ей отчетливо припомнились подробности вчерашнего вечера: драка у автостанции и истошный крик: «Струна!» Так вот что такое струна. Значит, это от него она побежала, как от огня.
Будь он стриженым, не удрала бы, и они встретились бы ещё вчера. Бабушка всегда пугала её длинноволосыми парнями, называла их «хиппи» и считала, что они гораздо опаснее стриженых. Добрая старушка упустила из виду, что шестидесятые давно закончились и теперь дело обстоит наоборот: самые опасные парни бреют голову налысо.
Ира тогда подумала: если лохматый — значит, хулиган... В принципе, так оно и оказалось, настоящий хулиган. Недавний стыд отступил под наплывом страха перед законом. До последней секунды она не верила, что он вырвет её из рук патруля. Одно дело побить уличную шпану, но чтобы сопротивляться стражам порядка, хоть в нашем мире, хоть в параллельном — такое не могло ей привидеться и в страшном сне. Получается, они вместе только что стали преступниками. Она, Ира — преступница! Охваченная ужасом, она спросила:
— Зачем ты меня спас от патруля?
— Что, не надо было? — отозвался он, не открывая глаз.
— Я не в этом смысле, — смущённо забормотала Ира, — спасибо тебе большое! Но ведь это милиция... полиция... военные... Разве можно?
— Они бы тебя знаешь куда упрятали? — Он уже успокоил дыхание и посмотрел на неё с интересом.
— Теперь мы вне закона.
— Ты всегда соблюдаешь закон? — спросил он.
— Конечно. Ты их не насмерть?
— Чем — этим, что ли? Хорошо, если шкуру попортил, — он поморщился и смотал струну — по-особому, чтобы она мгновенно распрямилась, когда он вытащит её в следующий раз. — Паспорт ему... Вот мой паспорт, — проворчал он и положил струну в карман. — Идём?
