Все боролись со всеми, о мире не приходилось думать, любая попытка наладить что-либо разрушалась и предавалась забвению. Всё больше я понимала, что тут не умеют по-другому, лишь борьба, лишь вечная война, будто если в один миг всё прекратить и сплотиться ради мира и процветания, то само существование Грани перестанет существовать, и оно станет бессмысленным. Когда-то, миллионы лет тому назад, Ангелы и Демоны начали войну, и она продолжается до сих пор. Осознание того, что всё это время, всё своё существование мир всегда был погружен в войну, ужасало и омрачало. Смогу ли я стать одним из воинов этого мира? Хватит ли у меня сил? Смогу ли когда-нибудь принять правила игры и тоже начать по ним играть? А внутри, где-то очень глубоко, горело пока ещё неосознанное чувство другой борьбы, другого порядка. Дамиан не раз говорил, что я особенная, что когда-нибудь мне будет принадлежать огромная сила и в то же время власть. Вестники говорили, что мне суждено найти «Сиаар-Де-Гер» - самое могущественное оружие, когда-либо созданное на Земле. Все эти речи воодушевляли и вселяли надежду, но лишь сейчас я поняла, что может быть по-другому. Хватит ли у меня смелости и знаний, чтобы прекратить эту войну? Смогу ли я? Надежда и желание мира и процветания зажигались всё сильнее и сильнее с каждым новым днём. Доходило до абсурдного, будто в моих силах установить новый порядок, как-то остановить эту войну. Пока я не понимала, как это сделать, пока я не знала, как можно остановить войну, не воюя самой. Пока я понятия не имела, кто враг, кто друг, и существуют ли в реальности те или другие. Но всё это было не важно, все эти мысли и мечты были бессмысленными, пока я не пробужу силу внутри себя, пока не найду «Сиаар-де-гер» и не остановлю открытие врат ада. Столько всего ещё нужно было сделать, а времени казалось так мало.
Также выбивали из колеи сны. Монстры теперь снились реальными, сны стали более осознанными, и в них я начала видеть уже не Арию, а себя. Во многих я не могла контролировать происходящее: погони, убийства, демоны, война. Всё это накладывалось друг на друга и приносило ещё больше энтропии.
Но один сон беспокоил больше всего:
«Моя комната, светит солнце, в квартире пусто, я стою на балконе, наслаждаясь теплом. Чья-то мягкая рука нежно касается моего плеча, я поворачиваюсь, и передо мной стоит Алекс. Он улыбается и страстно целует меня. Его дыхание такое жаркое и приятное. Я вдыхаю сладкий аромат его тела. Он отстраняется от моих губ и молча смотрит мне в глаза. Зеленая глубина поглощает меня полностью, я ощущаю себя самым счастливым человеком на Земле. Но в миг что-то меняется, и счастье сменяется страхом и тревогой, ненависть заполняет меня полностью. Его глаза меняют цвет, становясь желтыми, оранжевыми, и загораются огнем, на лице появляется улыбка, похожая на оскал зверя. – Скоро ты станешь моей. Время близко. – громкий голос эхом разносится по пространству, причиняя ужасную боль».
Крича, я вскочила с кровати, тем самым причинив себе ещё больше боли.
Эти странные сны были необычными, ощущение боли и ужаса ещё долго преследовало меня после пробуждения. Если бы я только знала их значение…
Вот так, погруженная в свои невесёлые думы, на седьмой день отсутствия Дамиана я сидела на вершине лестницы в пролёте между первым и вторым этажами, крутя в руках кинжал. На дворе уже была глубокая ночь, и по-хорошему мне нужно было идти спать, но сон никак не шел.
Звук открывающейся двери вывел меня из раздумий, и я услышала голос Дамиана.
- Я не хочу это слышать вновь. Меня уже достали вопросами, это моя личная жизнь. – раздраженный голос прорезал тишину дома. Чуть наклонившись, я видела, что он разговаривает по телефону. Он стоял спиной, боком к лестнице, и не мог видеть меня. – Да, личная, и пусть Мэт катится к чертям, он не тот, перед кем я буду отчитываться…. Родна тут не при чём… Да, я уверен. Девчонка будет со мной, и мне плевать на мнение остальных… Пусть… С каких пор меня это заботит?... Не могу… - зло огрызнулся он. По голосу было понятно, что разговор ему не доставляет удовольствия. Дамиан устало вздохнул и заговорил с собеседником совсем другим голосом. Я ещё никогда не слышала его таким…, таким нормальным, что ли. Сразу было заметно, что человек на другом конце провода был ему небезразличен. – Я не могу тебе сказать больше, чем уже сказал, так как тут не о чём разговаривать. Она… она очередная Хранительница. А живёт у меня, так как мне это сейчас удобно. Мне тоже иногда хочется проводить свои ночи не в одиночестве, если ты понимаешь, о чём я. А она… полностью подходит под эту временную роль. Не накручивай себя. Ты слишком много общаешься с этими сплетниками, ей богу, словно кумушки, обсуждаете всё подряд. Вот это меня уже начинает пугать, с каких пор ты заделался в психоаналитики?... – он засмеялся на ответ собеседника. – «Сиаар-Де-Гер»? Ничего необычного, праздное любопытство… Реликвии существуют, и тебе это прекрасно известно… Миф или не миф, нам неизвестно. Этот придурок сумел открыть врата ада, используя артефакт и ритуал, который мы тоже считали мифом, и к чему это всё привело? В ту ночь погибло слишком много хороших ребят, а цена, которую мы заплатили, для некоторых была слишком велика. И что в итоге? Ничего. Мы всё там же, где были и год назад. Нам ничего не известно о нём, и никто не может понять, откуда он вообще появился…. Не знаю, мать его, мы все слишком мало знаем обо всём этом. «Сиаар-Де-Гер» или не «Сиаар-Де-Гер», но в рукописях может быть информация о силе. И не говори мне, что тебя это не пугает. Мы все чувствовали остаточную силу, что была вложена в артефакт. Ни ты, ни я, никто из тех, у кого я спрашивал, никогда не чувствовали такого. Даже Реморте молчит, он спрятался и не выходит из своей норы, игнорируя любые призывы. И пока одни пытаются устранить последствия того ужаса, я хочу понять, что же на самом деле произошло в ту ночь. И Хроники - это то, с чего я решил начать…. Ты снова преувеличиваешь… Да пошел ты. – усмехнулся Дамиан и на этой ноте закончил разговор.
Несмотря на то, что он начал подниматься по лестнице, я не двинулась со своего места, то, что я подслушала, никак меня сейчас не волновало. Этот разговор задел меня. Я проглотила шпильку про «временную исполнительницу мужских потребностей», так как не была дурой и понимала, что правду он не мог сказать, а Мэт, видимо, достал его вопросами про меня. Вот уж не ожидала, что, увидев Дамиана с девушкой, поднимется такой переполох. Но я ничего не знала о Дамиане и поэтому не могла судить. А вот вторая часть разговора меня заинтересовала: «Сиаар-Де-Гер», непонятная сила, ритуал для открытия врат, и кто-то неизвестный, которого они не могут найти.
После этой недели я твёрдо решила, что хватит жить в коробке. Обучение обучением, но мне нужно узнать этот мир лучше. Нужно исполнить пророчество и стать настоящей Хранительницей.
Дамиан поднялся по лестнице, но, как только увидел меня, застыл на секунду, нахмурился и, делая вид, будто меня тут нет, прошагал мимо. Увидев такое поведение, я вскочила и остановила его.
- Даже не поздороваешься?
- Привет – буркнул он, вырывая руку из моего захвата и направляясь к своей спальне.
- С кем ты только что говорил? – я преградила ему путь, встав перед ним.
Молчание.
- Что случилось, когда были открыты врата?
Молчание.
- Кого вы ищете?
Молчание.
- Ты сам решил начать поиски «Сиаар-Де-Гер»?
Молчание.
- Где ты пропадал всё это время?
И снова молчание.
- Дамиан! – прикрикнула я, требовательно уставившись на него.
Но Дамиан никак не отреагировал, лишь холодно смотрел на меня, возвышаясь надо мной, словно статуя. Одним осторожным движением он отстранил меня и снова в молчании направился в свою комнату. Молниеносным движением я схватила его за руку и, сама не осознавая, что делаю, припёрла его к стене.
- Что за …
Но я не успела договорить и предъявить ему претензии. Он одним чётким движением вывернулся, развернул меня спиной к себе и, удерживая за горло одной рукой, а второй держа мои обе руки за спиной, наконец, соизволил заговорить.
- Когда я в таком настроении, если хочешь жить, то не перечь мне. – он говорил шепотом, но от его вкрадчивого голоса мурашки от страха бежали по телу. – Если я не отвечаю, значит, на это есть причины. Ты не в том положении, чтобы что-то требовать. Ясно?
Но я не ответила. Страх, злость и раздражение на его поведение взорвались фейерверком внутри. Я смогла вырвать руки и ударить его под рёбра. Видимо, он не ожидал такого, так как ослабил хватку, и я, сделав ему подсечку, повалила на пол. Хотелось ударить его, но Дамиан успел среагировать быстрее и просчитать мои и свои действия лучше. Он задержал мой кулак, вывернул руку, не больно, но ощутимо, ногами схватил меня за талию и подмял под себя. Четыре секунды, и он полностью заблокировал мои движения. Руки над головой, ноги зафиксированы, и его чёрные глаза смотрят со злобой, а я отвечаю ему в ответ.
- Почему ты скрываешь от меня то, что происходит? – спросила я зло. – С чего ты взял, что можешь… - Но мне снова не дали договорить и перебили самым неожиданным способом.
Дамиан поцеловал меня. Жестко, властно, требовательно и в то же время страстно. А я… во мне всё кипело, энергия бурлила, словно сумасшедшая, по всему телу. Я ответила на поцелуй, вкладывая всю силу и непокорность, что сейчас кипела внутри. А в конце со злости укусила его. Он тут же отстранился.
- Ты укусила меня – констатировал он, с прищуром смотря на меня с обещанием расплаты.
Я лишь ответила зеркальным взглядом. В нём читалось всё раздражение и злость, которые я испытывала за эти дни.
- В тебе совсем нет страха – прошептал он и снова впился мне в губы.
Это было словно ураган, тайфун, цунами. Он целовал меня властно, доминируя, заставляя подчиниться. Я отвечала, но пыталась перенять контроль на себя. Я не хотела подчиняться. Но он выигрывал битву, и шаг за шагом моё сознание уплывало. Оставались лишь чистые эмоции, ощущения, я уже не понимала, где я, что я. Я могла лишь чувствовать его губы на своих губах, его язык, сплетающийся с моим, его жаркое тело, прижимающееся к моему. Жар его кожи ощущался даже сквозь одежду, и от наших соприкосновений словно искры разлетались по всему телу, посылая тепло в низ живота. Я выгнулась под ним, глухо застонав.
Но стоило моему стону слететь с губ, как он тут же остановился. Победно улыбнулся, и молниеносным движением вскочил и, не оглядываясь, оставив меня лежать на полу, скрылся за дверью в своей спальне. Раздался щелчок ключа.
Я же осталась лежать на полу в полном недоумении и шоке от того, что только что произошло. Никогда в жизни мне так не сносило крышу. И не остановись он, я бы отдалась ему прямо тут на полу, и плевать на последствия. Но воспоминание его победной улыбки злило и разочаровывало одновременно.
Кое как поднявшись с пола, на чуть дрожащих ногах я вернулась в комнату. В ту ночь я ещё долго не могла уснуть. Страсть мне была понятна, но себя не обмануть, под этой злостью скрывалось что-то большее. Ревность и разочарование, что всё прекратилось. Ревность и разочарование, что это была всего лишь игра. До этого поцелуя я не осознавала своих эмоции и ощущений. Я даже не думала о Дамиане в этом ключе. А воспоминания о том, что он нередко пропадал по вечерам, и эта неделя его отсутствия… Лишь сейчас я осознала свою ревность. За эти недели я так привыкла видеть его постоянно рядом, что даже не думала о том, что у него кто-то мог быть. Но сейчас я прекрасно понимала, что такой мужчина, как Дамиан, не может быть один, от поклонниц скорее всего отбоя нет. Да что тут глаз воротить, я и сама нередко заглядывалась на него. Высокий, статный, сильный и невероятно привлекательный. Его тело было совершенным, состоящим из одних стальных мышц, в нём не было ни капли лишнего. За время наших тренировок я в идеале изучила его сильные руки и часто тонула в его объятьях, отвлекаясь от тренировок. Но он всегда держал себя в руках, и, хоть иногда и проскальзывали двусмысленные фразы, он ничем не показывал, что я его интересую как женщина. Даже когда я занималась в одном нижнем белье, его взгляд был холодным. Но сегодняшний поцелуй… Что это было? Просто попытка заткнуть меня? Попытка показать своё превосходство? Или что-то большее…? Мысли путались и не давали покоя.
«Нужно выкинуть его из головы. Он мой учитель и ничего более» - приказала я себе, останавливая болтанку в голове и переключив внимание лишь на эту мысль. «Просто учитель» — это был приказ самой себе, и, успокоившись, я, наконец, смогла заснуть.
На второй день я проснулась лишь к полудню. На улице ярко светило солнце, а в комнате было холодно от открытого балкона. Не помню, когда я успела его открыть. Зябко ежась и кутаясь в одеяло, я поплелась в душ.
Утренние процедуры и хороший сон успокоили меня. Сейчас мне было даже где-то стыдно за свою выходку. Да, я всё ещё злилась на Дамиана, но мне не нужно было срываться на нём.
Дамиана я не видела весь день, либо его не было в доме, либо мы не пересекались, и сейчас я была рада этому. После вчерашнего не хотелось его видеть.
После небольшой тренировки я поднялась на второй этаж в библиотеку. Открыв дверь, я на миг замерла, - так происходило каждый раз, когда я входила в эту комнату. Я невольно вспомнила свой шок, когда вошла сюда впервые.
Большая, нет, огромная библиотека возвышалась на два, а может и три, этажа. Стеклянный куполообразный потолок освещал солнечными лучами десятки, сотни полок с книгами. Весь первый и второй ярус библиотеки были заполнены стеллажами с книгами. Посередине располагался добротный стол из красного дерева с удобным большим стулом, напоминающий мини-трон, обитый красным бархатом и с позолоченными подлокотниками. В тот день, пройдясь мимо полок с книгами, я удивилась разнообразию выбора. Здесь были книги из классических, оригинальных собраний великих классиков, таких, как Толстой, Гёте, Гюго, Вольтер, Бальзак, Булгаков и многие другие. Также я заметила труды древних философов: Платон, Аристотель, Конфуций, от книг по буддизму, несколько видов Библии и даже Тора на иврите, до такой банальности, как современные писатели, как Коэльо, Кастанеда, Мельхиседек, и другие эзотерические труды.
Многие имена мне были знакомы, но огромного количества я не знала, и это будоражило. Лора всегда говорила, что я, наверное, единственный человек, который считал книгу хорошим подарком. У меня дома была небольшая библиотека, даже мизерная по сравнению с этой. Но то, что я видела в этой библиотеке, было мечтой. На второй этаж вела отполированная деревянная лестница с резными перилами. Стеллажи и тут были расположены по периметру стен, а по всей окружности были деревянные перила в тон лестницы, так что этажи были разделены лишь визуально. Тут меня тоже ждал сюрприз. Большинство книг, выставленных здесь, на первый взгляд были очень древними, и так оно и оказалось. Они были написаны на непонятных языках, а по желтизне страниц и аккуратному каллиграфическому почерку было видно, что некоторым было более тысячи лет, а может и больше.
В одном из углублений второго этажа была ещё одна лестница, но она упиралась в закрытую дверь. Скорее всего она вела в какую-то мансарду с круглым окном-розой, которое я видела с улицы при входе в дом.
Также выбивали из колеи сны. Монстры теперь снились реальными, сны стали более осознанными, и в них я начала видеть уже не Арию, а себя. Во многих я не могла контролировать происходящее: погони, убийства, демоны, война. Всё это накладывалось друг на друга и приносило ещё больше энтропии.
Но один сон беспокоил больше всего:
«Моя комната, светит солнце, в квартире пусто, я стою на балконе, наслаждаясь теплом. Чья-то мягкая рука нежно касается моего плеча, я поворачиваюсь, и передо мной стоит Алекс. Он улыбается и страстно целует меня. Его дыхание такое жаркое и приятное. Я вдыхаю сладкий аромат его тела. Он отстраняется от моих губ и молча смотрит мне в глаза. Зеленая глубина поглощает меня полностью, я ощущаю себя самым счастливым человеком на Земле. Но в миг что-то меняется, и счастье сменяется страхом и тревогой, ненависть заполняет меня полностью. Его глаза меняют цвет, становясь желтыми, оранжевыми, и загораются огнем, на лице появляется улыбка, похожая на оскал зверя. – Скоро ты станешь моей. Время близко. – громкий голос эхом разносится по пространству, причиняя ужасную боль».
Крича, я вскочила с кровати, тем самым причинив себе ещё больше боли.
Эти странные сны были необычными, ощущение боли и ужаса ещё долго преследовало меня после пробуждения. Если бы я только знала их значение…
Вот так, погруженная в свои невесёлые думы, на седьмой день отсутствия Дамиана я сидела на вершине лестницы в пролёте между первым и вторым этажами, крутя в руках кинжал. На дворе уже была глубокая ночь, и по-хорошему мне нужно было идти спать, но сон никак не шел.
Звук открывающейся двери вывел меня из раздумий, и я услышала голос Дамиана.
- Я не хочу это слышать вновь. Меня уже достали вопросами, это моя личная жизнь. – раздраженный голос прорезал тишину дома. Чуть наклонившись, я видела, что он разговаривает по телефону. Он стоял спиной, боком к лестнице, и не мог видеть меня. – Да, личная, и пусть Мэт катится к чертям, он не тот, перед кем я буду отчитываться…. Родна тут не при чём… Да, я уверен. Девчонка будет со мной, и мне плевать на мнение остальных… Пусть… С каких пор меня это заботит?... Не могу… - зло огрызнулся он. По голосу было понятно, что разговор ему не доставляет удовольствия. Дамиан устало вздохнул и заговорил с собеседником совсем другим голосом. Я ещё никогда не слышала его таким…, таким нормальным, что ли. Сразу было заметно, что человек на другом конце провода был ему небезразличен. – Я не могу тебе сказать больше, чем уже сказал, так как тут не о чём разговаривать. Она… она очередная Хранительница. А живёт у меня, так как мне это сейчас удобно. Мне тоже иногда хочется проводить свои ночи не в одиночестве, если ты понимаешь, о чём я. А она… полностью подходит под эту временную роль. Не накручивай себя. Ты слишком много общаешься с этими сплетниками, ей богу, словно кумушки, обсуждаете всё подряд. Вот это меня уже начинает пугать, с каких пор ты заделался в психоаналитики?... – он засмеялся на ответ собеседника. – «Сиаар-Де-Гер»? Ничего необычного, праздное любопытство… Реликвии существуют, и тебе это прекрасно известно… Миф или не миф, нам неизвестно. Этот придурок сумел открыть врата ада, используя артефакт и ритуал, который мы тоже считали мифом, и к чему это всё привело? В ту ночь погибло слишком много хороших ребят, а цена, которую мы заплатили, для некоторых была слишком велика. И что в итоге? Ничего. Мы всё там же, где были и год назад. Нам ничего не известно о нём, и никто не может понять, откуда он вообще появился…. Не знаю, мать его, мы все слишком мало знаем обо всём этом. «Сиаар-Де-Гер» или не «Сиаар-Де-Гер», но в рукописях может быть информация о силе. И не говори мне, что тебя это не пугает. Мы все чувствовали остаточную силу, что была вложена в артефакт. Ни ты, ни я, никто из тех, у кого я спрашивал, никогда не чувствовали такого. Даже Реморте молчит, он спрятался и не выходит из своей норы, игнорируя любые призывы. И пока одни пытаются устранить последствия того ужаса, я хочу понять, что же на самом деле произошло в ту ночь. И Хроники - это то, с чего я решил начать…. Ты снова преувеличиваешь… Да пошел ты. – усмехнулся Дамиан и на этой ноте закончил разговор.
Несмотря на то, что он начал подниматься по лестнице, я не двинулась со своего места, то, что я подслушала, никак меня сейчас не волновало. Этот разговор задел меня. Я проглотила шпильку про «временную исполнительницу мужских потребностей», так как не была дурой и понимала, что правду он не мог сказать, а Мэт, видимо, достал его вопросами про меня. Вот уж не ожидала, что, увидев Дамиана с девушкой, поднимется такой переполох. Но я ничего не знала о Дамиане и поэтому не могла судить. А вот вторая часть разговора меня заинтересовала: «Сиаар-Де-Гер», непонятная сила, ритуал для открытия врат, и кто-то неизвестный, которого они не могут найти.
После этой недели я твёрдо решила, что хватит жить в коробке. Обучение обучением, но мне нужно узнать этот мир лучше. Нужно исполнить пророчество и стать настоящей Хранительницей.
Дамиан поднялся по лестнице, но, как только увидел меня, застыл на секунду, нахмурился и, делая вид, будто меня тут нет, прошагал мимо. Увидев такое поведение, я вскочила и остановила его.
- Даже не поздороваешься?
- Привет – буркнул он, вырывая руку из моего захвата и направляясь к своей спальне.
- С кем ты только что говорил? – я преградила ему путь, встав перед ним.
Молчание.
- Что случилось, когда были открыты врата?
Молчание.
- Кого вы ищете?
Молчание.
- Ты сам решил начать поиски «Сиаар-Де-Гер»?
Молчание.
- Где ты пропадал всё это время?
И снова молчание.
- Дамиан! – прикрикнула я, требовательно уставившись на него.
Но Дамиан никак не отреагировал, лишь холодно смотрел на меня, возвышаясь надо мной, словно статуя. Одним осторожным движением он отстранил меня и снова в молчании направился в свою комнату. Молниеносным движением я схватила его за руку и, сама не осознавая, что делаю, припёрла его к стене.
- Что за …
Но я не успела договорить и предъявить ему претензии. Он одним чётким движением вывернулся, развернул меня спиной к себе и, удерживая за горло одной рукой, а второй держа мои обе руки за спиной, наконец, соизволил заговорить.
- Когда я в таком настроении, если хочешь жить, то не перечь мне. – он говорил шепотом, но от его вкрадчивого голоса мурашки от страха бежали по телу. – Если я не отвечаю, значит, на это есть причины. Ты не в том положении, чтобы что-то требовать. Ясно?
Но я не ответила. Страх, злость и раздражение на его поведение взорвались фейерверком внутри. Я смогла вырвать руки и ударить его под рёбра. Видимо, он не ожидал такого, так как ослабил хватку, и я, сделав ему подсечку, повалила на пол. Хотелось ударить его, но Дамиан успел среагировать быстрее и просчитать мои и свои действия лучше. Он задержал мой кулак, вывернул руку, не больно, но ощутимо, ногами схватил меня за талию и подмял под себя. Четыре секунды, и он полностью заблокировал мои движения. Руки над головой, ноги зафиксированы, и его чёрные глаза смотрят со злобой, а я отвечаю ему в ответ.
- Почему ты скрываешь от меня то, что происходит? – спросила я зло. – С чего ты взял, что можешь… - Но мне снова не дали договорить и перебили самым неожиданным способом.
Дамиан поцеловал меня. Жестко, властно, требовательно и в то же время страстно. А я… во мне всё кипело, энергия бурлила, словно сумасшедшая, по всему телу. Я ответила на поцелуй, вкладывая всю силу и непокорность, что сейчас кипела внутри. А в конце со злости укусила его. Он тут же отстранился.
- Ты укусила меня – констатировал он, с прищуром смотря на меня с обещанием расплаты.
Я лишь ответила зеркальным взглядом. В нём читалось всё раздражение и злость, которые я испытывала за эти дни.
- В тебе совсем нет страха – прошептал он и снова впился мне в губы.
Это было словно ураган, тайфун, цунами. Он целовал меня властно, доминируя, заставляя подчиниться. Я отвечала, но пыталась перенять контроль на себя. Я не хотела подчиняться. Но он выигрывал битву, и шаг за шагом моё сознание уплывало. Оставались лишь чистые эмоции, ощущения, я уже не понимала, где я, что я. Я могла лишь чувствовать его губы на своих губах, его язык, сплетающийся с моим, его жаркое тело, прижимающееся к моему. Жар его кожи ощущался даже сквозь одежду, и от наших соприкосновений словно искры разлетались по всему телу, посылая тепло в низ живота. Я выгнулась под ним, глухо застонав.
Но стоило моему стону слететь с губ, как он тут же остановился. Победно улыбнулся, и молниеносным движением вскочил и, не оглядываясь, оставив меня лежать на полу, скрылся за дверью в своей спальне. Раздался щелчок ключа.
Я же осталась лежать на полу в полном недоумении и шоке от того, что только что произошло. Никогда в жизни мне так не сносило крышу. И не остановись он, я бы отдалась ему прямо тут на полу, и плевать на последствия. Но воспоминание его победной улыбки злило и разочаровывало одновременно.
Кое как поднявшись с пола, на чуть дрожащих ногах я вернулась в комнату. В ту ночь я ещё долго не могла уснуть. Страсть мне была понятна, но себя не обмануть, под этой злостью скрывалось что-то большее. Ревность и разочарование, что всё прекратилось. Ревность и разочарование, что это была всего лишь игра. До этого поцелуя я не осознавала своих эмоции и ощущений. Я даже не думала о Дамиане в этом ключе. А воспоминания о том, что он нередко пропадал по вечерам, и эта неделя его отсутствия… Лишь сейчас я осознала свою ревность. За эти недели я так привыкла видеть его постоянно рядом, что даже не думала о том, что у него кто-то мог быть. Но сейчас я прекрасно понимала, что такой мужчина, как Дамиан, не может быть один, от поклонниц скорее всего отбоя нет. Да что тут глаз воротить, я и сама нередко заглядывалась на него. Высокий, статный, сильный и невероятно привлекательный. Его тело было совершенным, состоящим из одних стальных мышц, в нём не было ни капли лишнего. За время наших тренировок я в идеале изучила его сильные руки и часто тонула в его объятьях, отвлекаясь от тренировок. Но он всегда держал себя в руках, и, хоть иногда и проскальзывали двусмысленные фразы, он ничем не показывал, что я его интересую как женщина. Даже когда я занималась в одном нижнем белье, его взгляд был холодным. Но сегодняшний поцелуй… Что это было? Просто попытка заткнуть меня? Попытка показать своё превосходство? Или что-то большее…? Мысли путались и не давали покоя.
«Нужно выкинуть его из головы. Он мой учитель и ничего более» - приказала я себе, останавливая болтанку в голове и переключив внимание лишь на эту мысль. «Просто учитель» — это был приказ самой себе, и, успокоившись, я, наконец, смогла заснуть.
На второй день я проснулась лишь к полудню. На улице ярко светило солнце, а в комнате было холодно от открытого балкона. Не помню, когда я успела его открыть. Зябко ежась и кутаясь в одеяло, я поплелась в душ.
Утренние процедуры и хороший сон успокоили меня. Сейчас мне было даже где-то стыдно за свою выходку. Да, я всё ещё злилась на Дамиана, но мне не нужно было срываться на нём.
Дамиана я не видела весь день, либо его не было в доме, либо мы не пересекались, и сейчас я была рада этому. После вчерашнего не хотелось его видеть.
После небольшой тренировки я поднялась на второй этаж в библиотеку. Открыв дверь, я на миг замерла, - так происходило каждый раз, когда я входила в эту комнату. Я невольно вспомнила свой шок, когда вошла сюда впервые.
Большая, нет, огромная библиотека возвышалась на два, а может и три, этажа. Стеклянный куполообразный потолок освещал солнечными лучами десятки, сотни полок с книгами. Весь первый и второй ярус библиотеки были заполнены стеллажами с книгами. Посередине располагался добротный стол из красного дерева с удобным большим стулом, напоминающий мини-трон, обитый красным бархатом и с позолоченными подлокотниками. В тот день, пройдясь мимо полок с книгами, я удивилась разнообразию выбора. Здесь были книги из классических, оригинальных собраний великих классиков, таких, как Толстой, Гёте, Гюго, Вольтер, Бальзак, Булгаков и многие другие. Также я заметила труды древних философов: Платон, Аристотель, Конфуций, от книг по буддизму, несколько видов Библии и даже Тора на иврите, до такой банальности, как современные писатели, как Коэльо, Кастанеда, Мельхиседек, и другие эзотерические труды.
Многие имена мне были знакомы, но огромного количества я не знала, и это будоражило. Лора всегда говорила, что я, наверное, единственный человек, который считал книгу хорошим подарком. У меня дома была небольшая библиотека, даже мизерная по сравнению с этой. Но то, что я видела в этой библиотеке, было мечтой. На второй этаж вела отполированная деревянная лестница с резными перилами. Стеллажи и тут были расположены по периметру стен, а по всей окружности были деревянные перила в тон лестницы, так что этажи были разделены лишь визуально. Тут меня тоже ждал сюрприз. Большинство книг, выставленных здесь, на первый взгляд были очень древними, и так оно и оказалось. Они были написаны на непонятных языках, а по желтизне страниц и аккуратному каллиграфическому почерку было видно, что некоторым было более тысячи лет, а может и больше.
В одном из углублений второго этажа была ещё одна лестница, но она упиралась в закрытую дверь. Скорее всего она вела в какую-то мансарду с круглым окном-розой, которое я видела с улицы при входе в дом.
