Он говорил, что это символ чистоты и прочной связи даже за пределами мира. Что лебедь свободен и может путешествовать за грань. Что все это значит, я не совсем понимаю, но мне очень нравилась сама фигурка этой птицы. А однажды на день рождения своей жене он подарил браслет в виде змейки. Символ женского господства.
– А тебе он что-нибудь дарил? – спрашиваю.
– Да, рабский ошейник.
– Подарочек в стиле Линийских, – не удерживаюсь. Мейлин вздыхает, зря я, наверное. Нужно как-то ещё и о жалобе сообщить. Девочкам на реабилитацию скоро, чтобы не застало врасплох. Пережидаю немного, Антер отходит, садится в одном из кресел с сетевиком. Бросаю взгляд, но молчит. Вроде от наших ничего не приходило. Ладно, потом спрошу.
– Мейлин, – начинаю осторожно, – Клим претензию выставил, хочет, чтобы наше дело рассмотрели. В принципе, в этом вопросе у нас полномочия достаточно высокие, но могут прислать кого-нибудь для проверки. Он хочет, чтобы ты до разбирательства пожила в службе или вообще вернулась к нему. Не бойся, мы тебя не отдадим, но очень важно, если придёт проверяющий, чтобы он увидел, что это твоё решение и желание – остаться с нами. Понимаешь?
Мейлин кивает испуганно.
– Климу мы тебя не отдадим, – повторяю. – Но против законов идти нельзя. Всё зависит от тебя. Он в жалобе написал, что мы тебя заставили. Если приедет проверка, с тобой обязательно захотят пообщаться. Или, возможно, на занятии по реабилитации что-нибудь спросят. Если ты скажешь, что хочешь остаться с нами, никто против воли тебя не заберёт. Хорошо?
– Я хочу, – снова кивает Мейлин.
Тамалия Нилова 11 авг 2016 в 0:15
///Пост 133. Продолжение///
– Поэтому ничего не бойся и говори как есть. Отправим с вами кого-нибудь из охраны, на случай, если Клим вздумает тебя подкараулить. Если вдруг что, с нами свяжутся. И про браслет не забывай – при первом же сомнении смело нажимай. Он передаёт официальный сигнал, что ты зовёшь нас на помощь.
Антер выходит, я ещё какое-то время пытаюсь объяснить Мейлин, что бояться никого не нужно – по-моему, возможность послать Клима напрямую и подальше, совершенно не укладывается в её голове.
Неожиданно появляется Антер, ох, по лицу вижу, что-то придумал... И, кажется, даже знаю, что!
Приближается, протягивает небольшую тёмно-синюю шкатулочку из бархата.
– Мейлин, это тебе, – говорит, по-моему, слегка дрогнувшим голосом. Впрочем, Мейлин так удивлена, что ничего не замечает. Бросает вопросительный взгляд – киваю ободряюще. Смотрит на Антера – он тоже кивает, отдаёт шкатулку.
Девочка раскрывает – ох и глаза у неё, прямо слёзы наворачиваются! Небольшая изящная фигурка лебедя из какого-то материала, не знаю, хрусталь ли, но прозрачный и сверкающий, на тонкой золотой цепочке.
– Ты свободна, Мейлин, – произносит Антер.
Девочка замирает, дрожащими руками вытаскивает кулон.
– А Климу мы всё-таки ответим, – тихо говорит Антер, пока Мейлин вся в своём подарке, ничего не видит и не слышит вокруг. Смотрю вопросительно, показывает фотографию. Улыбающаяся девочка с грустными глазами, очень похожая на маму. И подпись «Верея Виан, дочь Лилиан Виан, незаконно прожившей девять лет в Таринском рабстве под именем Лайлы. Вольная, спасённая из рабского детдома и возвращённая родным».
Флора Станянская 11 авг 2016 в 14:02
///Пост 134///
После разговора со Свеллой так легко на душе становится! Все получается, она мне поможет и я тоже смогу ей отплатить за помощь! И это прекрасно! На радостях не могу удержаться, чтобы не навернуть пару кругов по городу на гравицикле. Великолепное утро!
Возвращаюсь к обеду, Мейлин уже готова к поездке. Настроение не такое тоскливое как вчера, но тоже взбудораженное. Напугана и окрылена надеждой одновременно. Интересно. Замечаю на шее у нее новое украшение.
- Ух ты, какая красота! Еще утром не было! Тайный поклонник? – неужели Клим подарил? Пока она пытается выдавить из себя ответ, пытаюсь прочитать сама. Ох утро у них выдалось! Ничего не разобрать! Клим дарил украшение (успеваю даже возмутится мысленно – я ему постельных привожу, с извинениями, а он подарки другой дарит! Совсем они, что ли, квалификацию потеряли, если он о своей постельной продолжает думать!), но картинку вижу совсем другую – какие-то дешевые бусики. А это сверкающее чудо тогда? Ответ нахожу одновременно со словами Мейлин:
- Это Антер подарил.
Ого! Подарок не то чтобы очень дорогой, но все-таки. Пока я думаю, как бы распросить подробнее, чтобы и самой что-то разобрать у нее в мыслях, усеваем погрузиться в гравикар. И Мейлин опережает меня с вопросами.
- Госпожа, вы не сердитесь на меня за то что я не вернулась к господину Климу?
Пожимаю плечами. Мне-то что?
- Почему я должна сердится? Я чувствую себя немного виноватой перед ним, потому что я тебя увезла и не привезла назад. Но я вижу, что с Антером и Тали тебе лучше. И Клим тоже успокоится. Я об этом позабочусь. – вспоминаю про оставленных постельных. Надо узнать, чем у них все закончилось. За те деньги, что я заплатила, они мне должны отчет в деталях. И картинках. Хотя нет, не хочу в картинках.
- Вы думаете, он меня простит? - вспоминает бусы. Что с этими бусами не так? Ох как сложно, бусы предателя, от Демиана. А нет, по рассказам Демиана. Демиан говорил, что такие - бусы – бусы предателя, которого повесят на дереве, вот. И что? А кто предатель? Клим считает Мейлин предателем и предлагает ей повесится?! Да ладно, не может быть! Он же хороший! С сомнением смотрю на Мейлин. Может, она так думает, потому что первая реабилитация не удалась? И до сих пор считает, что хозяин будет бить и обижать? Но боится вполне искренне, хотя и надеется на защиту Тали с Антером. Я в растерянности. Пытаюсь подбодрить Мейлин и немного оправдать Клима.
-А почему не простит? Он хороший, и такой несчастный, ему просто очень одиноко сейчас, вообще сложный период в жизни. Все утрясется.
Но не получается, она продолжает думать, что он желает ей смерти. «Одинокий. А я здесь причем? Да и не прощают аристократы предательства…»
- Госпожа я не хотела, чтобы все так получилось.
Как все странно. Может с Климом поговорить? Не может же быть, чтобы он был такой жестокий. Не верю…
В традиционном уже молчании добираемся до реабилитации.
Мейлин Ани-Мэйсон 11 авг 2016 в 21:57
//Пост 135//
И кто мне сказал, что танцевать это легко и приятно? Ах, да, я же сама себе и сказала. Теперь вот приходится вставать в неудобные позы, по десять раз повторять одно и тоже движение. И главное то пока не смотришь в зеркало, кажется что получается, а стоит взглянуть - все несуразно и бестолково. Госпожа Флора сопит, хмурится, но старается. Ну да, она наверное привыкла танцевать современные танцы, а здесь приходится изучать азы классических танцев. Да и доверять друг другу, вести в танце или быть ведомым оказалось не так то и просто. Наконец незадолго до окончания занятия нам позволили станцевать в свободном стиле. Какое же это наслаждение просто отдаться ритму музыки, не задумываясь о движениях. Мой восторг с не меньшим энтузиазмом разделила и госпожа Флора. А может в этом и заключается реабилитация – вызывать у нас одинаковые чувства. Хотя, чувства то может и одинаковые, а вот танец под одну и туже музыку у каждой свой получился. Госпожа старалась двигаться более сексуально, дразняще. Я же от эротических танцев наверное на всю жизнь устала, зато народный танец радости и веселья получился неплохо. К тому же и счастье меня сегодня переполняло через край. А причина тому - лебедь. Хрустальный лебедь. Конечно не такой как был у Демиана, но не менее прекрасный. С приподнятыми крыльями готовыми толи взлететь, толи просто обдать водой. А может и воздухом и водой. Лебедь, не знающий границ, не видящий препятствий. «Ты свободна», - сказал Антер, принося мне его в дар. Эти слова затронули что-то очень глубокое во мне. Желание быть свободной от чужой воли, от чужих желаний и интересов вновь забила живительной струей. Вспомнился тот день, когда нам объявили, что мы больше не рабы, тогда я для себя решила что больше никогда не встану на колени, но первый же гнев господина и я вновь упала. Теперь же этого не повторится. Раз господин меня похоронил, то я возрождаюсь для новой жизни. Пока не знаю для какой, но она у меня точно будет.
Улыбка не покидает моего лица, пока я растворяюсь в музыке, но вот она заканчивается, как и занятия по реабилитации на сегодня. Разрумяненные, довольные мы с госпожой Флорой спешим на выход, но там нас уже ждут двое мужчин неприметной внешности с располагающей улыбкой.
Флора Станянская 12 авг 2016 в 20:33
//Пост 136//
Танцевальные занятия оставили смешанные ощущения. Вести Мейлин было неприятно, а подчинятся ей и позволять вести себя – тем более. Но самое главное, а наверное и причина, то что мне неприятны были сами прикосновения к ней. Как, впрочем, и к большинству людей. Я слышала, как она паникует, когда ее просят взять мою руку в свою, а вторую положить мне на плечо. Как пугается, когда ей говорят, куда делать шаги, настаивают, что она должна быть главной, а я подчинятся. Ужас, я с одной стороны ощущала ее прикосновения, с другой – очень явно чувствовала свое костлявое плечо ее ладонью, ее вспотевшую ладошку – и свои холодные и жесткие пальцы. И все это на фоне бесконечных панических мыслей – как плохо у нее получается, ой как все позорно выглядит в зеркале, госпожа Флора на меня сердится за мою неуклюжесть.
Я пыталась отстранится от ощущений и чужих мыслей и сосредоточится хотя бы на ногах, потому что если двигаться за Мейлин еще выходило, то вести ее получалось откровенно плохо. Не знаю, что там подумали учителя, но я после этого парного занятия я ощутила себя вымотанной, опустошенной и наполненной снова тем, что приходило от Мейлин. Келла говорила, что в таких случаях хорошо принять душ или ванну, но я побоялась просится прямо в центре, еще подумают, что я от рабыни отмываюсь.
Хорошо хоть следующая часть, произвольные танцы (и какое счастье – не в паре!) прошли весело. Нам подобрали веселую современную музыку, мы под такое часто танцевали на дискотеках. И я танцевала, прикрыв глаза, и пыталась представить, что я в компании своих друзей. Надо завтра к ним наведаться, может и правда на дискотеку вырваться? Даже Мейлин готова взять.
Наконец все закончилось, тороплюсь к выходу, так хочется наконец в душ…и потом в бассейн...Хотя нет, сегодня же еще на прием идти. Сейчас не забыть бы отправить постельным сообщение, чтобы собирались.
Но мечты не сбылись – на выходе нас поджидают неприметные человечки, комиссия. Клим подал официальную жалобу, и теперь они должны разобраться в ситуации Мейлин. И как же без меня – я ведь свидетель всего! Ну, про то, что я свидетель изнасилования, надеюсь, Мейлин не проболтается, иначе я на нее сильно обижусь.
Говорить собираются с нами по очереди, напрашиваюсь вперед, мое время не резиновое. Вместе с людьми в белом, в кабинет проходит Барбара. Для моральной поддержки.
- Тебя зовут Флора Станянская, правильно? – спрашивает один из них, переходя сразу к делу, даже не представляясь. Это какие-то не наши, представители Альянса, которые в том числе разбирают и вот такие жалобы. Он весьма невысокого мнения о местных, считает аристократов мерзкими извращенцами. Прям как Антер.
Мое изумление его невежливостью настолько очевидно, что второй спешит исправиться.
- Я инспектор Линстер, а это – инспектор Баррос. Не бойся, мы зададим тебе несколько вопросов, чтобы разобраться в ситуации. Хорошо?
Чего мне вас боятся? Только, что из-за вас не попаду на прием? Хмуро киваю, понимая, что на сборы может остаться куда меньше времени, чем мне бы хотелось. И вероятно, я пойду туда замарашкой.
Но ощущения неприятные, это не наши мужчины, с их вечным подобострастием. Они считают себя ровней и женщинам и аристократам. Интересно, Мейлин так же ощущает присутствие хозяев?
- Ну вот и славно. Флора, расскажи нам, когда ты познакомилась с Мейлин?
Флора Станянская 12 авг 2016 в 20:34
//Пост 136. Продолжение//
- Они с хозяином приехали в подкупольный город, там и увиделись. – Баррос презрительно хмыкнул «Высшая аристократия!»
- Кто вас познакомил?
- Никто, я сама подошла.
-Расскажи, какой ты увидела Мейлин? Что она делала? Что говорила?
- Ничего она не делала и ничего не говорила. Клима взяли на работу и он приехал с вещами и служанкой. Ее не пускали, потому что пропуск оформили только на одного человека, и я предложила оставить ее подождать в комнате охраны, пока он оформит документы.
- Она выглядела испуганной?
- Нет.
- Какая была на ней одежда?
Да что я, рассматривала ее, что ли?!
- Не помню, платье какое-то.
- Как господин Линийский с ней разговаривал? Кричал, грубил?
Надо же – господин! Хотя видно, с каким усилием это слово далось Барросу.
- Нормально разговаривал, сказал ждать, пока он не разберется.
- Когда ты в следующий раз с ней встретилась?
- Когда вчера собиралась на реабилитацию.
- А почему именно тебя отправили на совместную реабилитацию с Мейлин?
Что-то мне поднадоедает эта игра в вопросы и ответы. И этот Баррос слишком усердно изображает из себя плохого парня. С удовольствием даже. Задумываюсь, как бы ответить и пытаюсь посмотреть его мысли поглубже, чем «личинка аристократическая», «сама, небось, в детстве любила в пульт потыкать» и тому подобное.
- Семья решила, что мне будет полезно, учитывая изменения на планете. – По документам действительно все оформляла моя мама, тут им не к чему придраться. – У нас слуги разошлись, остались только в возрасте, которые давно с нами. А Мейлин подходит по возрасту.
«Наказали тебя что ли за что-то?», - какой ты, Баррос, догадливый! Наказали – и сразу целая цепь воспоминаний у него высветилась по ассоциации. Как он участвовал в операции по ликвидации подпольного рабовладельческого притона, как он арестовывал владелицу. Надо навести его дальше на мысли и узнать подробнее, я же здесь как раз для такого!
- Вообще, меня наказали, - опускаю голову и изображаю покаяние. – Ушла из дому без спросу к друзьям. Ну и мама решила, что я безответственная, и вот - второй день отбываю наказание! – Подымаю голову и смотрю Барросу в глаза. Только он уже видит другую. Белокурую. Ангелина. «И эта такая же – ангелочек снаружи, и демон внутри!». Мелькает несколько картин, как он пытался выпустить демона из Ангелины…бррр. И они еще что-то про нас говорят! Двуличные ханжи! Напишу Келле, вдруг она что-то про это узнает!
- Понятно. – Баррос улыбается как гиена. – А когда вчера утром ты пришла за Мейлин, какая она была? Расстроенная, подавленная?
- Нормальная была, как и в первую встречу. Мы мало разговаривали, я ее видела второй раз в жизни, и не представляю, о чем можно говорить со служанкой.
«Маленькая дрянь, со служанкой она не может поговорить! Боится, что корона упадет! Жаль, что ей только четырнадцать!», - ого, еще немного, и набросится! Нет, конечно, я так не думаю, кто меня в центре тронет, тут же везде камеры. Да и Барбара рядом. Хотя вспоминаю, что Мейлин изнасиловали как раз в таком центре, и становится немного не по себе. Непроизвольно вспоминаю, как накладывала на Тиара антистояк.
– А тебе он что-нибудь дарил? – спрашиваю.
– Да, рабский ошейник.
– Подарочек в стиле Линийских, – не удерживаюсь. Мейлин вздыхает, зря я, наверное. Нужно как-то ещё и о жалобе сообщить. Девочкам на реабилитацию скоро, чтобы не застало врасплох. Пережидаю немного, Антер отходит, садится в одном из кресел с сетевиком. Бросаю взгляд, но молчит. Вроде от наших ничего не приходило. Ладно, потом спрошу.
– Мейлин, – начинаю осторожно, – Клим претензию выставил, хочет, чтобы наше дело рассмотрели. В принципе, в этом вопросе у нас полномочия достаточно высокие, но могут прислать кого-нибудь для проверки. Он хочет, чтобы ты до разбирательства пожила в службе или вообще вернулась к нему. Не бойся, мы тебя не отдадим, но очень важно, если придёт проверяющий, чтобы он увидел, что это твоё решение и желание – остаться с нами. Понимаешь?
Мейлин кивает испуганно.
– Климу мы тебя не отдадим, – повторяю. – Но против законов идти нельзя. Всё зависит от тебя. Он в жалобе написал, что мы тебя заставили. Если приедет проверка, с тобой обязательно захотят пообщаться. Или, возможно, на занятии по реабилитации что-нибудь спросят. Если ты скажешь, что хочешь остаться с нами, никто против воли тебя не заберёт. Хорошо?
– Я хочу, – снова кивает Мейлин.
Тамалия Нилова 11 авг 2016 в 0:15
///Пост 133. Продолжение///
– Поэтому ничего не бойся и говори как есть. Отправим с вами кого-нибудь из охраны, на случай, если Клим вздумает тебя подкараулить. Если вдруг что, с нами свяжутся. И про браслет не забывай – при первом же сомнении смело нажимай. Он передаёт официальный сигнал, что ты зовёшь нас на помощь.
Антер выходит, я ещё какое-то время пытаюсь объяснить Мейлин, что бояться никого не нужно – по-моему, возможность послать Клима напрямую и подальше, совершенно не укладывается в её голове.
Неожиданно появляется Антер, ох, по лицу вижу, что-то придумал... И, кажется, даже знаю, что!
Приближается, протягивает небольшую тёмно-синюю шкатулочку из бархата.
– Мейлин, это тебе, – говорит, по-моему, слегка дрогнувшим голосом. Впрочем, Мейлин так удивлена, что ничего не замечает. Бросает вопросительный взгляд – киваю ободряюще. Смотрит на Антера – он тоже кивает, отдаёт шкатулку.
Девочка раскрывает – ох и глаза у неё, прямо слёзы наворачиваются! Небольшая изящная фигурка лебедя из какого-то материала, не знаю, хрусталь ли, но прозрачный и сверкающий, на тонкой золотой цепочке.
– Ты свободна, Мейлин, – произносит Антер.
Девочка замирает, дрожащими руками вытаскивает кулон.
– А Климу мы всё-таки ответим, – тихо говорит Антер, пока Мейлин вся в своём подарке, ничего не видит и не слышит вокруг. Смотрю вопросительно, показывает фотографию. Улыбающаяся девочка с грустными глазами, очень похожая на маму. И подпись «Верея Виан, дочь Лилиан Виан, незаконно прожившей девять лет в Таринском рабстве под именем Лайлы. Вольная, спасённая из рабского детдома и возвращённая родным».
Флора Станянская 11 авг 2016 в 14:02
///Пост 134///
После разговора со Свеллой так легко на душе становится! Все получается, она мне поможет и я тоже смогу ей отплатить за помощь! И это прекрасно! На радостях не могу удержаться, чтобы не навернуть пару кругов по городу на гравицикле. Великолепное утро!
Возвращаюсь к обеду, Мейлин уже готова к поездке. Настроение не такое тоскливое как вчера, но тоже взбудораженное. Напугана и окрылена надеждой одновременно. Интересно. Замечаю на шее у нее новое украшение.
- Ух ты, какая красота! Еще утром не было! Тайный поклонник? – неужели Клим подарил? Пока она пытается выдавить из себя ответ, пытаюсь прочитать сама. Ох утро у них выдалось! Ничего не разобрать! Клим дарил украшение (успеваю даже возмутится мысленно – я ему постельных привожу, с извинениями, а он подарки другой дарит! Совсем они, что ли, квалификацию потеряли, если он о своей постельной продолжает думать!), но картинку вижу совсем другую – какие-то дешевые бусики. А это сверкающее чудо тогда? Ответ нахожу одновременно со словами Мейлин:
- Это Антер подарил.
Ого! Подарок не то чтобы очень дорогой, но все-таки. Пока я думаю, как бы распросить подробнее, чтобы и самой что-то разобрать у нее в мыслях, усеваем погрузиться в гравикар. И Мейлин опережает меня с вопросами.
- Госпожа, вы не сердитесь на меня за то что я не вернулась к господину Климу?
Пожимаю плечами. Мне-то что?
- Почему я должна сердится? Я чувствую себя немного виноватой перед ним, потому что я тебя увезла и не привезла назад. Но я вижу, что с Антером и Тали тебе лучше. И Клим тоже успокоится. Я об этом позабочусь. – вспоминаю про оставленных постельных. Надо узнать, чем у них все закончилось. За те деньги, что я заплатила, они мне должны отчет в деталях. И картинках. Хотя нет, не хочу в картинках.
- Вы думаете, он меня простит? - вспоминает бусы. Что с этими бусами не так? Ох как сложно, бусы предателя, от Демиана. А нет, по рассказам Демиана. Демиан говорил, что такие - бусы – бусы предателя, которого повесят на дереве, вот. И что? А кто предатель? Клим считает Мейлин предателем и предлагает ей повесится?! Да ладно, не может быть! Он же хороший! С сомнением смотрю на Мейлин. Может, она так думает, потому что первая реабилитация не удалась? И до сих пор считает, что хозяин будет бить и обижать? Но боится вполне искренне, хотя и надеется на защиту Тали с Антером. Я в растерянности. Пытаюсь подбодрить Мейлин и немного оправдать Клима.
-А почему не простит? Он хороший, и такой несчастный, ему просто очень одиноко сейчас, вообще сложный период в жизни. Все утрясется.
Но не получается, она продолжает думать, что он желает ей смерти. «Одинокий. А я здесь причем? Да и не прощают аристократы предательства…»
- Госпожа я не хотела, чтобы все так получилось.
Как все странно. Может с Климом поговорить? Не может же быть, чтобы он был такой жестокий. Не верю…
В традиционном уже молчании добираемся до реабилитации.
Мейлин Ани-Мэйсон 11 авг 2016 в 21:57
//Пост 135//
И кто мне сказал, что танцевать это легко и приятно? Ах, да, я же сама себе и сказала. Теперь вот приходится вставать в неудобные позы, по десять раз повторять одно и тоже движение. И главное то пока не смотришь в зеркало, кажется что получается, а стоит взглянуть - все несуразно и бестолково. Госпожа Флора сопит, хмурится, но старается. Ну да, она наверное привыкла танцевать современные танцы, а здесь приходится изучать азы классических танцев. Да и доверять друг другу, вести в танце или быть ведомым оказалось не так то и просто. Наконец незадолго до окончания занятия нам позволили станцевать в свободном стиле. Какое же это наслаждение просто отдаться ритму музыки, не задумываясь о движениях. Мой восторг с не меньшим энтузиазмом разделила и госпожа Флора. А может в этом и заключается реабилитация – вызывать у нас одинаковые чувства. Хотя, чувства то может и одинаковые, а вот танец под одну и туже музыку у каждой свой получился. Госпожа старалась двигаться более сексуально, дразняще. Я же от эротических танцев наверное на всю жизнь устала, зато народный танец радости и веселья получился неплохо. К тому же и счастье меня сегодня переполняло через край. А причина тому - лебедь. Хрустальный лебедь. Конечно не такой как был у Демиана, но не менее прекрасный. С приподнятыми крыльями готовыми толи взлететь, толи просто обдать водой. А может и воздухом и водой. Лебедь, не знающий границ, не видящий препятствий. «Ты свободна», - сказал Антер, принося мне его в дар. Эти слова затронули что-то очень глубокое во мне. Желание быть свободной от чужой воли, от чужих желаний и интересов вновь забила живительной струей. Вспомнился тот день, когда нам объявили, что мы больше не рабы, тогда я для себя решила что больше никогда не встану на колени, но первый же гнев господина и я вновь упала. Теперь же этого не повторится. Раз господин меня похоронил, то я возрождаюсь для новой жизни. Пока не знаю для какой, но она у меня точно будет.
Улыбка не покидает моего лица, пока я растворяюсь в музыке, но вот она заканчивается, как и занятия по реабилитации на сегодня. Разрумяненные, довольные мы с госпожой Флорой спешим на выход, но там нас уже ждут двое мужчин неприметной внешности с располагающей улыбкой.
Флора Станянская 12 авг 2016 в 20:33
//Пост 136//
Танцевальные занятия оставили смешанные ощущения. Вести Мейлин было неприятно, а подчинятся ей и позволять вести себя – тем более. Но самое главное, а наверное и причина, то что мне неприятны были сами прикосновения к ней. Как, впрочем, и к большинству людей. Я слышала, как она паникует, когда ее просят взять мою руку в свою, а вторую положить мне на плечо. Как пугается, когда ей говорят, куда делать шаги, настаивают, что она должна быть главной, а я подчинятся. Ужас, я с одной стороны ощущала ее прикосновения, с другой – очень явно чувствовала свое костлявое плечо ее ладонью, ее вспотевшую ладошку – и свои холодные и жесткие пальцы. И все это на фоне бесконечных панических мыслей – как плохо у нее получается, ой как все позорно выглядит в зеркале, госпожа Флора на меня сердится за мою неуклюжесть.
Я пыталась отстранится от ощущений и чужих мыслей и сосредоточится хотя бы на ногах, потому что если двигаться за Мейлин еще выходило, то вести ее получалось откровенно плохо. Не знаю, что там подумали учителя, но я после этого парного занятия я ощутила себя вымотанной, опустошенной и наполненной снова тем, что приходило от Мейлин. Келла говорила, что в таких случаях хорошо принять душ или ванну, но я побоялась просится прямо в центре, еще подумают, что я от рабыни отмываюсь.
Хорошо хоть следующая часть, произвольные танцы (и какое счастье – не в паре!) прошли весело. Нам подобрали веселую современную музыку, мы под такое часто танцевали на дискотеках. И я танцевала, прикрыв глаза, и пыталась представить, что я в компании своих друзей. Надо завтра к ним наведаться, может и правда на дискотеку вырваться? Даже Мейлин готова взять.
Наконец все закончилось, тороплюсь к выходу, так хочется наконец в душ…и потом в бассейн...Хотя нет, сегодня же еще на прием идти. Сейчас не забыть бы отправить постельным сообщение, чтобы собирались.
Но мечты не сбылись – на выходе нас поджидают неприметные человечки, комиссия. Клим подал официальную жалобу, и теперь они должны разобраться в ситуации Мейлин. И как же без меня – я ведь свидетель всего! Ну, про то, что я свидетель изнасилования, надеюсь, Мейлин не проболтается, иначе я на нее сильно обижусь.
Говорить собираются с нами по очереди, напрашиваюсь вперед, мое время не резиновое. Вместе с людьми в белом, в кабинет проходит Барбара. Для моральной поддержки.
- Тебя зовут Флора Станянская, правильно? – спрашивает один из них, переходя сразу к делу, даже не представляясь. Это какие-то не наши, представители Альянса, которые в том числе разбирают и вот такие жалобы. Он весьма невысокого мнения о местных, считает аристократов мерзкими извращенцами. Прям как Антер.
Мое изумление его невежливостью настолько очевидно, что второй спешит исправиться.
- Я инспектор Линстер, а это – инспектор Баррос. Не бойся, мы зададим тебе несколько вопросов, чтобы разобраться в ситуации. Хорошо?
Чего мне вас боятся? Только, что из-за вас не попаду на прием? Хмуро киваю, понимая, что на сборы может остаться куда меньше времени, чем мне бы хотелось. И вероятно, я пойду туда замарашкой.
Но ощущения неприятные, это не наши мужчины, с их вечным подобострастием. Они считают себя ровней и женщинам и аристократам. Интересно, Мейлин так же ощущает присутствие хозяев?
- Ну вот и славно. Флора, расскажи нам, когда ты познакомилась с Мейлин?
Флора Станянская 12 авг 2016 в 20:34
//Пост 136. Продолжение//
- Они с хозяином приехали в подкупольный город, там и увиделись. – Баррос презрительно хмыкнул «Высшая аристократия!»
- Кто вас познакомил?
- Никто, я сама подошла.
-Расскажи, какой ты увидела Мейлин? Что она делала? Что говорила?
- Ничего она не делала и ничего не говорила. Клима взяли на работу и он приехал с вещами и служанкой. Ее не пускали, потому что пропуск оформили только на одного человека, и я предложила оставить ее подождать в комнате охраны, пока он оформит документы.
- Она выглядела испуганной?
- Нет.
- Какая была на ней одежда?
Да что я, рассматривала ее, что ли?!
- Не помню, платье какое-то.
- Как господин Линийский с ней разговаривал? Кричал, грубил?
Надо же – господин! Хотя видно, с каким усилием это слово далось Барросу.
- Нормально разговаривал, сказал ждать, пока он не разберется.
- Когда ты в следующий раз с ней встретилась?
- Когда вчера собиралась на реабилитацию.
- А почему именно тебя отправили на совместную реабилитацию с Мейлин?
Что-то мне поднадоедает эта игра в вопросы и ответы. И этот Баррос слишком усердно изображает из себя плохого парня. С удовольствием даже. Задумываюсь, как бы ответить и пытаюсь посмотреть его мысли поглубже, чем «личинка аристократическая», «сама, небось, в детстве любила в пульт потыкать» и тому подобное.
- Семья решила, что мне будет полезно, учитывая изменения на планете. – По документам действительно все оформляла моя мама, тут им не к чему придраться. – У нас слуги разошлись, остались только в возрасте, которые давно с нами. А Мейлин подходит по возрасту.
«Наказали тебя что ли за что-то?», - какой ты, Баррос, догадливый! Наказали – и сразу целая цепь воспоминаний у него высветилась по ассоциации. Как он участвовал в операции по ликвидации подпольного рабовладельческого притона, как он арестовывал владелицу. Надо навести его дальше на мысли и узнать подробнее, я же здесь как раз для такого!
- Вообще, меня наказали, - опускаю голову и изображаю покаяние. – Ушла из дому без спросу к друзьям. Ну и мама решила, что я безответственная, и вот - второй день отбываю наказание! – Подымаю голову и смотрю Барросу в глаза. Только он уже видит другую. Белокурую. Ангелина. «И эта такая же – ангелочек снаружи, и демон внутри!». Мелькает несколько картин, как он пытался выпустить демона из Ангелины…бррр. И они еще что-то про нас говорят! Двуличные ханжи! Напишу Келле, вдруг она что-то про это узнает!
- Понятно. – Баррос улыбается как гиена. – А когда вчера утром ты пришла за Мейлин, какая она была? Расстроенная, подавленная?
- Нормальная была, как и в первую встречу. Мы мало разговаривали, я ее видела второй раз в жизни, и не представляю, о чем можно говорить со служанкой.
«Маленькая дрянь, со служанкой она не может поговорить! Боится, что корона упадет! Жаль, что ей только четырнадцать!», - ого, еще немного, и набросится! Нет, конечно, я так не думаю, кто меня в центре тронет, тут же везде камеры. Да и Барбара рядом. Хотя вспоминаю, что Мейлин изнасиловали как раз в таком центре, и становится немного не по себе. Непроизвольно вспоминаю, как накладывала на Тиара антистояк.
