- Адмирал, удаление – по границе ви-сектора. ИР, мне нужен вымпел ардона.
- Считаешь, что это может быть не Сдильма? – склонившись ко мне, поинтересовался Таласки.
- Пытаюсь сообразить, свидетелями чего мы являемся, - ответила я сдержанно, – запланированного отхода или поспешного бегства.
- И что тебе больше не понравится? – вновь озадачил меня вопросом Игорь.
Можно было, конечно, вежливо попросить его заткнуться, но… ведь помогало если не думать, так хотя бы структурировать то, что уже бурлило в голове.
- Предательство в любом виде – грязная штука, - философски заметила я, - но когда предают те, кого называешь побратимой….
Заканчивать с выражением собственного взгляда на этот вопрос мне не пришлось – «спас» ИР:
- Капитан, ардон вышел из параметров крейсерского хода, идет на разгон.
- Ну, вот и определились. Бегство! - выдохнула я, пытаясь понять, насколько это меня радует. Оказалось – не очень. Для Тараса и ребят не имело особого значения, кто именно предал, важнее сам факт. – Костас, курс! Адмирал, ведем до прыжка!
Выслушав дружное: «Принято», с весьма недружелюбной улыбкой повернулась к Шураи. Откинулась на спинку, демонстрируя, что больше никуда не тороплюсь, закинула ногу на ногу, дав код отключения компенсаторов.
Еще одно нарушение в длинном списке… не критично.
- Продолжим?
Игорь за спиной фыркнул – весьма своевременная поддержка. Тимка, которого Стас успел пристегнуть, заворочался в тисках ремней, требуя свободы. Пришлось нахмуриться и качнуть головой. Окажись звереныш рядом, общаться с дароном стало бы на порядок проще, но сейчас я больше нуждалась в определенной свободе действий, чем в подсказках своего подопечного.
- Не смею отказать, госпожа капитан, - оторвался от созерцания происходившего на экране Шураи и тоже развернул ложемент в мою сторону. Стоило признать, не без усилий оторвался. Его явно интересовало, чем же закончится вся эта чехарда.
Будем считать некоторой компенсацией за мои моральные страдания.
- Я хотел бы заметить….
- Я с удовольствием выслушаю вас, дарон, - перебила я его, давая понять интонациями, что мое терпение на исходе, - как только увижу на карте месторасположение вашей родной планеты.
- Как прикажет госпожа капитан, - глубоко склонив голову, произнес он, выпрямился, небрежно, словно это было довольно привычным для него действием, ввел на дисплее пространственные координаты.
Взгляд, который я бросила на окрасившуюся в золотистый цвет систему, был коротким – чего-то очень близкого к увиденному и ожидала. Должны же были найтись основания, чтобы редко подводившее меня предчувствие приклеило к Шураи ярлык серого кардинала! А эти того стоили: даже не имея навигационных карт, добраться до его планеты мы могли за несколько стандартных суток.
- Вы ведь еще хотели мне на что-то намекнуть, дарон? – сделав вид, что ничего удивительного не произошло, любезно поинтересовалась я. Вот только пальцы отбарабанили по вертикальной стойке ложемента слышанный не раз мотив.
Слава Шторм…. Прищуренный взгляд; губы, кривящиеся в плотоядной ухмылке и пальцы, живущие своей жизнью, ритмом которой являлся марш Академии, которую он заканчивал.
Странные же у меня иногда возникали ассоциации.
- Я всего лишь хотел сказать, - Шураи не шевельнулся, но как-то весь подобрался. Словно перед прыжком, - что в отличие от ваших секторов, зоны, занимаемые оорами домонов, весьма условны. – Ответив на мою приподнятую бровь снисходительной улыбкой, продолжил: - Это, скорее, охотничьи угодья, чем место, которое они называют своим домом.
Переборов возникшее желание встать и вытрясти из него душу – не помогло бы даже успокоиться, - еще раз посмотрела на помаргивающую мне точку.
Если следовать предложенной им аналогии, то походило на свободные земли.
- Что-то мне подсказывает, - заметив, как «закаменела» спина Искандера, задумчиво протянула я, - что господину адмиралу, который все еще возглавляет нашу делегацию, известно об этом стало только теперь. И стоит признать, мне бы очень хотелось узнать причину такой избирательности.
На этот раз ответить ему не дала уже я сама, остановив резким жестом.
На экране ближней сферы появилась отметка еще одного корабля. Полетный квадрат сдвинулся, укрупнился…. Рядом проявились контуры двух ардонов… вымпелы… параметры напряженности защитных полей… курсовые линии, устремляющиеся друг к другу….
- Капитан…. – Возглас невидимого Валечки был похож на стон.
Хотелось бы мне повторить, вот только не по чину…. Если только молча наблюдать, как перед глазами предстает подтверждение моих догадок. Дерхаи была верна Харитэ, но… для меня сейчас это мало что меняло.
Боевой разворот… изображение дернулось, расплылось серыми кляксами – я уже видела нечто подобное немногим более половины стандарта назад, пошло волнами, словно кто-то всемогущий вздернул пространство, вытряхивая из него пыль….
Залп грандера!
- Он его….
- Заткнись, - рявкнули мы одновременно с Игорем. Похоже, Таласки еще не забыл про «дурной» язык Костаса.
- Не успеет…. – сглотнул рядом Сумароков….
Вместо того чтобы выругаться, только сильнее сжала стойки ложемента. Антону простительно, он не летал со мной последние восемь стандартов, но как же я хотела, чтобы он оказался прав и гравитационное возмущение не затронуло ардон, на котором находилась моя «Легенда»!
- Госпожа капитан, - рука тарса легла на плечо настолько неожиданно, что я вздрогнула. Обернулась, успев стиснуть зубы, чтобы не вызвериться, - Дерхаи знает, что Сдильме удалось захватить «Дальнир». Они лишь пытаются сбить их выход на прыжок….
Кивнув, что приняла к сведению, поднялась. Не сделав даже попытки посмотреть на то, что творилось у меня за спиной, подошла к телепортационному кругу.
Несмотря на заверения Шураи и собственную уверенность, что все произойдет именно так, как и сказал тарс, сердце колотилось где-то в горле, грозя лишить остатков самообладания. Ангел, Хорс, Дюша….
С этим надо было что-то делать…. И, немедленно.
- Костас, - приказала я, только теперь отметив, насколько вязкой была тишина в командном, - курс на планету дарона. Сумароков на вахте.
Их «принято» я уже не услышала, успев покинуть командный до того, как они осознали, к кому именно я собиралась заглянуть в гости.
Оставалось понять, зачем же это нужно было мне.
- Ты сегодня тревожен. – Мики нежно провела ладонью по обнаженному плечу Индарса.
Император на непритязательную ласку женщины ответил грустной улыбкой:
- Прости…. Заботы. – Перехватил ее руку, коснулся губами запястья. – Только с тобой и отдыхаю.
Не часто он позволял себе слабость, если не сказать – никогда, но вот именно сейчас хотелось не столько сочувствия, сколько понимания.
Он устал. Сердцем… телом. Устал от внутреннего одиночества, от борьбы с самим собой, от мыслей о потерях, которыми был устлан его жизненный путь, от самой жизни, которая давала надежду лишь для того, чтобы тут же ее отнять.
- Рокос беспокоится о тебе….
Индарс приподнялся на локте, нахмурившись, посмотрел на мать своего внебрачного сына.
- Это он тебе сказал?
Другая бы на ее месте уже испугалась, Микари же спокойно встретила тяжелый взгляд настоящего… бывшего возлюбленного.
- Ты же знаешь, он не скажет. Но я – чувствую. Он замкнулся в себе. Причина может быть только одна. Ты!
- Так уж и только я? – Индарс вздохнул, вроде как с облегчением. – Может, любовь.
- Его любовь живет через два дома от нас, - откинувшись на подушку, отозвалась Мики. – Ее родители не против, так что все опять зависит лишь от тебя.
- И когда ты собиралась мне сказать? – В его голосе вновь проявились нотки недовольства. Взрослый сын – большая ответственность. В нем продолжение рода. Будущее….
- А я и не собиралась, - хохотнула Микари. Повернула голову к Индарсу, дождалась, когда тот взобьет подушку, облокотившись на нее. – Ты опять забыл, что главный в семье – он. Рокос твои решения не оспаривает.
- Только делает по-своему, - неожиданно легко улыбнулся Индарс, вспомнив, как буквально пару дней тому назад вел с сыном молчаливый спор.
Он засиделся допоздна. Не столько работал, сколько смотрел на чистый лист бумаги, на котором должны были появиться слова его будущей речи. Писать тексты выступлений он помощникам не то, что не доверял – считал, что те должны быть «своими», идти от души, а иначе кто же в них поверит.
На этот раз поведать свои замыслы невинной белизне никак не удавалось. В голове – пустота, на сердце – тяжесть, на губах ее имя.
Таши…. Натальей он ее никогда не называл.
Появление сына в кабинете не ощутил – у того были хорошие учителя, да и талантом природа не обделила, дав все, чтобы стать лучшим и среди лучших. Отослал дежурившего верного, замер напротив стола, практически полностью скрытый сбившимися к стенам сумраком искажающих полей.
Сколько Рокос стоял так, Индарс не знал, просто в какой-то момент поднял взгляд, встретившись с укоризненным его. Так они и смотрели друг на друга, пока он - император стархов, не сдался, резко поднявшись с кресла.
Тишины сын не нарушил и пока сопровождал до спальни.
Услышал Индарс голос сына, уже засыпая – для этого оказалось достаточно лишь лечь. Тихий шепот: «Пусть в снах твоих будет покой и сбываются мечты».
Слова, которые когда-то, очень давно, произносил отец, не забывая зайти в комнату, даже когда был очень занят.
Слова, которые он произносил своим детям. Всем, но не ему….
Пожелания Рокоса сбылись: она пришла этой ночью и оставалась с ним до утра. Сидела у окна, смотрела на подсвеченный крошечными светильниками парк, грустно вздыхала, иногда вытирая одинокую слезу…. Его наваждение - Таши….
- Он – мужчина, - не скрывая гордости произнесла Мики. Потянулась, на миг замерев струной под тонким одеялом. Заметив, как сбилось дыхание, когда его взгляд тронул обнажившуюся грудь, улыбнулась. – Ты ведь не торопишься?
- Тороплюсь, - хрипло отозвался Индарс, с иронией признаваясь самому себе, что этот бой между мечтой и реальностью, вновь выиграла реальность, - но не настолько, чтобы покинуть тебя немедленно.
Час спустя, выходя из дома доше, Индарс поднял взгляд на окно спальни, у которого, накинув на плечи тонкую шаль, стояла Микари. Провожая….
Не в первый раз, но почему-то именно в этот прощание было особо тягостным. Словно… навсегда.
- Отец…. - Рокос вышел следом. Индарс никогда не приходил в этот дом в его отсутствие, оберегая репутацию Мики. Мало ли с кем и какие дела могут быть у торговца, которым считали его сына. – Мама тебе сказала….
Странная фраза. Странный мир, замерший вокруг двух мужчин…. Странные птицы, беззвучно взмывшие к небу, застывший воздух, которым так трудно было дышать….
- О том, что ты хочешь завести семью? – попытался спасти ситуацию Индарс, прекрасно осознавая, что это уже невозможно.
- Нет, - качнул головой Рокос, не давая спуститься на следующую ступень. – О том, что ей нужна свобода!
- Свобода? – переспросил Индарс, уже зная, но, все еще надеясь, что ошибается. – Она всегда была свободна. В выборе, в поступках.
- Отец! – чуть повысил голос Рокос и… замолк, видно и сам удивленный своим демаршем. Но Индарс сделал вид, что ничего предосудительного в этом нет. Императором в этот момент он не был. – Она еще может стать счастливой, - продолжил тот, согласившись, что и он сейчас не верный, обязанный защищать своего господина, - но пока ты переступаешь порог этого дома, этого не произойдет. Для нее больше нет других мужчин, только ты. Если хоть немного любишь ее, отпусти… не мучай.
Что ж, Индарс оказался прав – сын вырос и стал мужчиной. Способным принимать решения и следовать им….
Впору гордиться….
Тогда откуда эта боль, заставляющая сглатывать застывший в горле ком?! Откуда тоска, от которой грудь разрывает вскипающая ярость?!
- А ты не думал, что это только наше с ней дело? – добавив в голос рычащих ноток, поинтересовался он, наверное, впервые чувствуя себя настоящим отцом. Не с теми, кто имел право на власть, а именно с ним… безродным.
- Ваше, - согласился Рокос, грустно усмехнувшись. – Вот только это я вижу следы слез на ее глазах, я слышу ее приглушенные стоны, когда она рыдает ночью в подушку. Это мне она через силу улыбается, когда ты уходишь от нее. Ты сам назвал меня старшим, меня определил ее защитником. Так позволь мне сделать то, что я должен. Защитить ее. От тебя.
- Ты многого в этой жизни еще не понимаешь, - заставляя себя быть спокойным, возразил Индарс на слова сына. Одно из немногого, что он мог сказать. Все остальное, произнесенное Рокосом, было правдой, поспорить с которой он бы и хотел, но не имел права. Уважение к нему, как к императору, начиналось с тех, кто был ближе всех. – Мне нужна твоя мать, а ей….
- Ей нужен тот, - прервал его Рокос, - кого она сможет кормить ужином и завтраком, на чьем плече будет засыпать, кого будет спрашивать, как прошел день и слышать ответ. – Поднял взгляд на то самое окно, на которое смотрел совсем недавно и Индарс, ласково улыбнулся. Похоже, Микари продолжала стоять там и наблюдать за ними. Когда он заговорил вновь, тень этой улыбки все еще освещала нежностью его лицо. – Парадокс, отец, ты можешь все, но только не сделать счастливой женщину, которая мечтает о счастье….
Как же он был прав! До застывшего в горле рыка, до ненависти к самому себе, до… понимания, что жизнь вновь все расставила по своим местам, требуя сделать нелегкий выбор.
- Ты нашел ей мужа? – холодно спросил Индарс, дождавшись короткой паузы. Каждое слово сына ранило. Пусть и заслуженно.
- Да, отец. – Лицо Рокаса стало равнодушным. – Он уважаем, достаточно состоятелен, вдовец. Но, главное, он ее не обидит.
И ведь не скажешь, что упрек, но опалило, как хлестко ладонью по щеке….
Индарс больше ничего не сказал, только кивнул, то ли принимая к сведению, то ли… давая свое благословение. Но всю дорогу до дворца вспоминал три слова, которые сын выжег в его сердце: которая мечтает о счастье….
Около десяти тысяч лет тому назад….
Личный журнал капитана Тайраши…. (Адаптировано ИР «Дальнира»)
Домоны теснят нас вглубь галактики, отрезая от ремонтных и заправочных баз. Запас топлива – минимальный. Многие просто не успевают вернуться, навечно оставаясь среди звезд.
Глупо и бездарно….
Несколько дней назад слышала разговор: Джен спрашивал, кому нужно, чтобы мы умирали, Торс просил заткнуться, убеждая, что это не наше дело. Нам дан приказ, мы должны его выполнить.
Сегодня Джен не вернулся. Говорят, сбой в навигации. И почему я этому не верю?
- Я их вытащу! – вместо того, чтобы отправиться к себе в каюту и хоть немного передохнуть, я спустилась на технический уровень. Все остальное могло подождать, разговор с сыном – нет.
- Не сомневаюсь, - отозвался Юл, взглядом показав на Марка, второго техника, свернувшегося на небольшой лежанке. Своей каюте они предпочитали закуток в операторском отсеке. – Думаю, Андрей и Тарас считают также.
Стоило признать, что лично я видела этот разговор несколько иначе. В моем представлении это я должна была успокаивать и уверять, что мы справимся. На деле получалось наоборот.
Вздохнув – сын ответил понимающей ухмылкой, оглянулась на четырехлепестковый люк. Еще одна странность: идти сюда было тяжело, уходить – практически невозможно. Спокойно и уютно… уровнем выше ничего подобного уже не было.
- Считаешь, что это может быть не Сдильма? – склонившись ко мне, поинтересовался Таласки.
- Пытаюсь сообразить, свидетелями чего мы являемся, - ответила я сдержанно, – запланированного отхода или поспешного бегства.
- И что тебе больше не понравится? – вновь озадачил меня вопросом Игорь.
Можно было, конечно, вежливо попросить его заткнуться, но… ведь помогало если не думать, так хотя бы структурировать то, что уже бурлило в голове.
- Предательство в любом виде – грязная штука, - философски заметила я, - но когда предают те, кого называешь побратимой….
Заканчивать с выражением собственного взгляда на этот вопрос мне не пришлось – «спас» ИР:
- Капитан, ардон вышел из параметров крейсерского хода, идет на разгон.
- Ну, вот и определились. Бегство! - выдохнула я, пытаясь понять, насколько это меня радует. Оказалось – не очень. Для Тараса и ребят не имело особого значения, кто именно предал, важнее сам факт. – Костас, курс! Адмирал, ведем до прыжка!
Выслушав дружное: «Принято», с весьма недружелюбной улыбкой повернулась к Шураи. Откинулась на спинку, демонстрируя, что больше никуда не тороплюсь, закинула ногу на ногу, дав код отключения компенсаторов.
Еще одно нарушение в длинном списке… не критично.
- Продолжим?
Игорь за спиной фыркнул – весьма своевременная поддержка. Тимка, которого Стас успел пристегнуть, заворочался в тисках ремней, требуя свободы. Пришлось нахмуриться и качнуть головой. Окажись звереныш рядом, общаться с дароном стало бы на порядок проще, но сейчас я больше нуждалась в определенной свободе действий, чем в подсказках своего подопечного.
- Не смею отказать, госпожа капитан, - оторвался от созерцания происходившего на экране Шураи и тоже развернул ложемент в мою сторону. Стоило признать, не без усилий оторвался. Его явно интересовало, чем же закончится вся эта чехарда.
Будем считать некоторой компенсацией за мои моральные страдания.
- Я хотел бы заметить….
- Я с удовольствием выслушаю вас, дарон, - перебила я его, давая понять интонациями, что мое терпение на исходе, - как только увижу на карте месторасположение вашей родной планеты.
- Как прикажет госпожа капитан, - глубоко склонив голову, произнес он, выпрямился, небрежно, словно это было довольно привычным для него действием, ввел на дисплее пространственные координаты.
Взгляд, который я бросила на окрасившуюся в золотистый цвет систему, был коротким – чего-то очень близкого к увиденному и ожидала. Должны же были найтись основания, чтобы редко подводившее меня предчувствие приклеило к Шураи ярлык серого кардинала! А эти того стоили: даже не имея навигационных карт, добраться до его планеты мы могли за несколько стандартных суток.
- Вы ведь еще хотели мне на что-то намекнуть, дарон? – сделав вид, что ничего удивительного не произошло, любезно поинтересовалась я. Вот только пальцы отбарабанили по вертикальной стойке ложемента слышанный не раз мотив.
Слава Шторм…. Прищуренный взгляд; губы, кривящиеся в плотоядной ухмылке и пальцы, живущие своей жизнью, ритмом которой являлся марш Академии, которую он заканчивал.
Странные же у меня иногда возникали ассоциации.
- Я всего лишь хотел сказать, - Шураи не шевельнулся, но как-то весь подобрался. Словно перед прыжком, - что в отличие от ваших секторов, зоны, занимаемые оорами домонов, весьма условны. – Ответив на мою приподнятую бровь снисходительной улыбкой, продолжил: - Это, скорее, охотничьи угодья, чем место, которое они называют своим домом.
Переборов возникшее желание встать и вытрясти из него душу – не помогло бы даже успокоиться, - еще раз посмотрела на помаргивающую мне точку.
Если следовать предложенной им аналогии, то походило на свободные земли.
- Что-то мне подсказывает, - заметив, как «закаменела» спина Искандера, задумчиво протянула я, - что господину адмиралу, который все еще возглавляет нашу делегацию, известно об этом стало только теперь. И стоит признать, мне бы очень хотелось узнать причину такой избирательности.
На этот раз ответить ему не дала уже я сама, остановив резким жестом.
На экране ближней сферы появилась отметка еще одного корабля. Полетный квадрат сдвинулся, укрупнился…. Рядом проявились контуры двух ардонов… вымпелы… параметры напряженности защитных полей… курсовые линии, устремляющиеся друг к другу….
- Капитан…. – Возглас невидимого Валечки был похож на стон.
Хотелось бы мне повторить, вот только не по чину…. Если только молча наблюдать, как перед глазами предстает подтверждение моих догадок. Дерхаи была верна Харитэ, но… для меня сейчас это мало что меняло.
Боевой разворот… изображение дернулось, расплылось серыми кляксами – я уже видела нечто подобное немногим более половины стандарта назад, пошло волнами, словно кто-то всемогущий вздернул пространство, вытряхивая из него пыль….
Залп грандера!
- Он его….
- Заткнись, - рявкнули мы одновременно с Игорем. Похоже, Таласки еще не забыл про «дурной» язык Костаса.
- Не успеет…. – сглотнул рядом Сумароков….
Вместо того чтобы выругаться, только сильнее сжала стойки ложемента. Антону простительно, он не летал со мной последние восемь стандартов, но как же я хотела, чтобы он оказался прав и гравитационное возмущение не затронуло ардон, на котором находилась моя «Легенда»!
- Госпожа капитан, - рука тарса легла на плечо настолько неожиданно, что я вздрогнула. Обернулась, успев стиснуть зубы, чтобы не вызвериться, - Дерхаи знает, что Сдильме удалось захватить «Дальнир». Они лишь пытаются сбить их выход на прыжок….
Кивнув, что приняла к сведению, поднялась. Не сделав даже попытки посмотреть на то, что творилось у меня за спиной, подошла к телепортационному кругу.
Несмотря на заверения Шураи и собственную уверенность, что все произойдет именно так, как и сказал тарс, сердце колотилось где-то в горле, грозя лишить остатков самообладания. Ангел, Хорс, Дюша….
С этим надо было что-то делать…. И, немедленно.
- Костас, - приказала я, только теперь отметив, насколько вязкой была тишина в командном, - курс на планету дарона. Сумароков на вахте.
Их «принято» я уже не услышала, успев покинуть командный до того, как они осознали, к кому именно я собиралась заглянуть в гости.
Оставалось понять, зачем же это нужно было мне.
Глава 7
- Ты сегодня тревожен. – Мики нежно провела ладонью по обнаженному плечу Индарса.
Император на непритязательную ласку женщины ответил грустной улыбкой:
- Прости…. Заботы. – Перехватил ее руку, коснулся губами запястья. – Только с тобой и отдыхаю.
Не часто он позволял себе слабость, если не сказать – никогда, но вот именно сейчас хотелось не столько сочувствия, сколько понимания.
Он устал. Сердцем… телом. Устал от внутреннего одиночества, от борьбы с самим собой, от мыслей о потерях, которыми был устлан его жизненный путь, от самой жизни, которая давала надежду лишь для того, чтобы тут же ее отнять.
- Рокос беспокоится о тебе….
Индарс приподнялся на локте, нахмурившись, посмотрел на мать своего внебрачного сына.
- Это он тебе сказал?
Другая бы на ее месте уже испугалась, Микари же спокойно встретила тяжелый взгляд настоящего… бывшего возлюбленного.
- Ты же знаешь, он не скажет. Но я – чувствую. Он замкнулся в себе. Причина может быть только одна. Ты!
- Так уж и только я? – Индарс вздохнул, вроде как с облегчением. – Может, любовь.
- Его любовь живет через два дома от нас, - откинувшись на подушку, отозвалась Мики. – Ее родители не против, так что все опять зависит лишь от тебя.
- И когда ты собиралась мне сказать? – В его голосе вновь проявились нотки недовольства. Взрослый сын – большая ответственность. В нем продолжение рода. Будущее….
- А я и не собиралась, - хохотнула Микари. Повернула голову к Индарсу, дождалась, когда тот взобьет подушку, облокотившись на нее. – Ты опять забыл, что главный в семье – он. Рокос твои решения не оспаривает.
- Только делает по-своему, - неожиданно легко улыбнулся Индарс, вспомнив, как буквально пару дней тому назад вел с сыном молчаливый спор.
Он засиделся допоздна. Не столько работал, сколько смотрел на чистый лист бумаги, на котором должны были появиться слова его будущей речи. Писать тексты выступлений он помощникам не то, что не доверял – считал, что те должны быть «своими», идти от души, а иначе кто же в них поверит.
На этот раз поведать свои замыслы невинной белизне никак не удавалось. В голове – пустота, на сердце – тяжесть, на губах ее имя.
Таши…. Натальей он ее никогда не называл.
Появление сына в кабинете не ощутил – у того были хорошие учителя, да и талантом природа не обделила, дав все, чтобы стать лучшим и среди лучших. Отослал дежурившего верного, замер напротив стола, практически полностью скрытый сбившимися к стенам сумраком искажающих полей.
Сколько Рокос стоял так, Индарс не знал, просто в какой-то момент поднял взгляд, встретившись с укоризненным его. Так они и смотрели друг на друга, пока он - император стархов, не сдался, резко поднявшись с кресла.
Тишины сын не нарушил и пока сопровождал до спальни.
Услышал Индарс голос сына, уже засыпая – для этого оказалось достаточно лишь лечь. Тихий шепот: «Пусть в снах твоих будет покой и сбываются мечты».
Слова, которые когда-то, очень давно, произносил отец, не забывая зайти в комнату, даже когда был очень занят.
Слова, которые он произносил своим детям. Всем, но не ему….
Пожелания Рокоса сбылись: она пришла этой ночью и оставалась с ним до утра. Сидела у окна, смотрела на подсвеченный крошечными светильниками парк, грустно вздыхала, иногда вытирая одинокую слезу…. Его наваждение - Таши….
- Он – мужчина, - не скрывая гордости произнесла Мики. Потянулась, на миг замерев струной под тонким одеялом. Заметив, как сбилось дыхание, когда его взгляд тронул обнажившуюся грудь, улыбнулась. – Ты ведь не торопишься?
- Тороплюсь, - хрипло отозвался Индарс, с иронией признаваясь самому себе, что этот бой между мечтой и реальностью, вновь выиграла реальность, - но не настолько, чтобы покинуть тебя немедленно.
Час спустя, выходя из дома доше, Индарс поднял взгляд на окно спальни, у которого, накинув на плечи тонкую шаль, стояла Микари. Провожая….
Не в первый раз, но почему-то именно в этот прощание было особо тягостным. Словно… навсегда.
- Отец…. - Рокос вышел следом. Индарс никогда не приходил в этот дом в его отсутствие, оберегая репутацию Мики. Мало ли с кем и какие дела могут быть у торговца, которым считали его сына. – Мама тебе сказала….
Странная фраза. Странный мир, замерший вокруг двух мужчин…. Странные птицы, беззвучно взмывшие к небу, застывший воздух, которым так трудно было дышать….
- О том, что ты хочешь завести семью? – попытался спасти ситуацию Индарс, прекрасно осознавая, что это уже невозможно.
- Нет, - качнул головой Рокос, не давая спуститься на следующую ступень. – О том, что ей нужна свобода!
- Свобода? – переспросил Индарс, уже зная, но, все еще надеясь, что ошибается. – Она всегда была свободна. В выборе, в поступках.
- Отец! – чуть повысил голос Рокос и… замолк, видно и сам удивленный своим демаршем. Но Индарс сделал вид, что ничего предосудительного в этом нет. Императором в этот момент он не был. – Она еще может стать счастливой, - продолжил тот, согласившись, что и он сейчас не верный, обязанный защищать своего господина, - но пока ты переступаешь порог этого дома, этого не произойдет. Для нее больше нет других мужчин, только ты. Если хоть немного любишь ее, отпусти… не мучай.
Что ж, Индарс оказался прав – сын вырос и стал мужчиной. Способным принимать решения и следовать им….
Впору гордиться….
Тогда откуда эта боль, заставляющая сглатывать застывший в горле ком?! Откуда тоска, от которой грудь разрывает вскипающая ярость?!
- А ты не думал, что это только наше с ней дело? – добавив в голос рычащих ноток, поинтересовался он, наверное, впервые чувствуя себя настоящим отцом. Не с теми, кто имел право на власть, а именно с ним… безродным.
- Ваше, - согласился Рокос, грустно усмехнувшись. – Вот только это я вижу следы слез на ее глазах, я слышу ее приглушенные стоны, когда она рыдает ночью в подушку. Это мне она через силу улыбается, когда ты уходишь от нее. Ты сам назвал меня старшим, меня определил ее защитником. Так позволь мне сделать то, что я должен. Защитить ее. От тебя.
- Ты многого в этой жизни еще не понимаешь, - заставляя себя быть спокойным, возразил Индарс на слова сына. Одно из немногого, что он мог сказать. Все остальное, произнесенное Рокосом, было правдой, поспорить с которой он бы и хотел, но не имел права. Уважение к нему, как к императору, начиналось с тех, кто был ближе всех. – Мне нужна твоя мать, а ей….
- Ей нужен тот, - прервал его Рокос, - кого она сможет кормить ужином и завтраком, на чьем плече будет засыпать, кого будет спрашивать, как прошел день и слышать ответ. – Поднял взгляд на то самое окно, на которое смотрел совсем недавно и Индарс, ласково улыбнулся. Похоже, Микари продолжала стоять там и наблюдать за ними. Когда он заговорил вновь, тень этой улыбки все еще освещала нежностью его лицо. – Парадокс, отец, ты можешь все, но только не сделать счастливой женщину, которая мечтает о счастье….
Как же он был прав! До застывшего в горле рыка, до ненависти к самому себе, до… понимания, что жизнь вновь все расставила по своим местам, требуя сделать нелегкий выбор.
- Ты нашел ей мужа? – холодно спросил Индарс, дождавшись короткой паузы. Каждое слово сына ранило. Пусть и заслуженно.
- Да, отец. – Лицо Рокаса стало равнодушным. – Он уважаем, достаточно состоятелен, вдовец. Но, главное, он ее не обидит.
И ведь не скажешь, что упрек, но опалило, как хлестко ладонью по щеке….
Индарс больше ничего не сказал, только кивнул, то ли принимая к сведению, то ли… давая свое благословение. Но всю дорогу до дворца вспоминал три слова, которые сын выжег в его сердце: которая мечтает о счастье….
***
Около десяти тысяч лет тому назад….
Личный журнал капитана Тайраши…. (Адаптировано ИР «Дальнира»)
Домоны теснят нас вглубь галактики, отрезая от ремонтных и заправочных баз. Запас топлива – минимальный. Многие просто не успевают вернуться, навечно оставаясь среди звезд.
Глупо и бездарно….
Несколько дней назад слышала разговор: Джен спрашивал, кому нужно, чтобы мы умирали, Торс просил заткнуться, убеждая, что это не наше дело. Нам дан приказ, мы должны его выполнить.
Сегодня Джен не вернулся. Говорят, сбой в навигации. И почему я этому не верю?
- Я их вытащу! – вместо того, чтобы отправиться к себе в каюту и хоть немного передохнуть, я спустилась на технический уровень. Все остальное могло подождать, разговор с сыном – нет.
- Не сомневаюсь, - отозвался Юл, взглядом показав на Марка, второго техника, свернувшегося на небольшой лежанке. Своей каюте они предпочитали закуток в операторском отсеке. – Думаю, Андрей и Тарас считают также.
Стоило признать, что лично я видела этот разговор несколько иначе. В моем представлении это я должна была успокаивать и уверять, что мы справимся. На деле получалось наоборот.
Вздохнув – сын ответил понимающей ухмылкой, оглянулась на четырехлепестковый люк. Еще одна странность: идти сюда было тяжело, уходить – практически невозможно. Спокойно и уютно… уровнем выше ничего подобного уже не было.
