Оппа – обращение девушки к мужчине старше ее: брату, другу, коллеге и даже молодому человеку.
Глава 24. Твой единственный огонь
И кузнечик трубу свою поднял, и природа внезапно проснулась.
И запела печальная тварь славословье уму,
И подобье цветка в старой книге моей шевельнулось
Так, что сердце мое шевельнулось навстречу ему.
Николай Заболоцкий
Сеул. Южная Корея. Апрель 2025 года. Поздний вечер того же дня
Когда Питер, Ксения и Сон Ён вернулись домой, то уже было почти одиннадцать вечера. Они сели за стол и некоторое время пили чай в тишине. Няня доложила, что с малышом Габриэлем все хорошо, так что они могли уделить внимание серьезной задаче. Сон Ён сначала сидела спокойно, а потом снова расплакалась. Она вспомнила ту девушку из своего прошлого, что одно время с ней дружила, а потом по неизвестной причине увела у нее парня. С тех пор Сон Ён не доверяет мужчинам, у нее почти нет подруг и она не знает, как наладить личную жизнь.
– Тебе давно стоило поговорить с нами, – тронул ее за плечо Питер. – Сения непременно нашла бы для тебя время.
– Я не особенно в это верила, скажу честно.
– А теперь что изменилось? – вскинула брови Звонарева.
– Мы просто поговорили, ты описала ее, и я все вспомнила. Как будто не было стольких лет. Словно все случилось только вчера…
– По своему опыту скажу, что такое часто случается с моими клиентами.
– Как мы поступим дальше? – с надеждой посмотрела на невестку Сон Ён.
– Будем отталкиваться от твоего желания. Точнее, от того, что хочет твое сердце. Только так, иначе мы можем заблудиться в ложных представлениях о твоем прошлом.
– Если я вам не нужен, то пойду еще проверю кое-что, – сообщил им господин Чон.
– Да, милый, иди, – поддержала его Ксения. – У тебя скоро важное выступление.
Питер поцеловал жену, а затем младшую сестру. Взял свою чашку с новой порцией горячего чая и отправился в гостиную, где находился рояль. Ночью он играть не мог, но проверить ноты и свои пометки был обязан. Едва он ушел, как Сон Ён села ближе к невестке, но по-прежнему не поднимала глаз. Ей явно было стыдно за свое прежнее поведение, а подобрать нужные слова она то ли не могла, то ли не хотела:
– Ты не злись на меня… Ну, ты поняла. Да?
– Скоро ты сама все увидишь и сможешь многое понять. А если и не поймешь, то постепенно осознаешь, как важно помогать душам.
Они снова вернулись к той тени, что по-прежнему находилась за спиной Сон Ён. Разумеется, для полноты всей картины, медиум позвала Олега Данилова. Уж он точно все видит и слышит, даже то, что ему было недоступно. Олег явился почти сразу, но это лишь потому что он ощущал странное притяжение к той энергии.
– Ты видишь ее? – прямо спросила Сон Ён.
– Иногда. Твое поведение ее очень тронуло, когда мы были в ресторане.
– А теперь? Она рядом?
– Нужно сосредоточиться, – прикрыла глаза Звонарева.
Она провела рукой в воздухе, однако не ощутила тот поток, что возник в ресторане. Неужели душа уже ушла?
– Пусть она что-нибудь вспомнит о бывшей подруге, – шепнул ей на ухо Данилов. – Так она снова наладит связь…
– Тебе нужно все рассказать мне с самого начала. Опиши мне свою однокурсницу. Какая она была?
– Если это действительно важно, то я готова, – оживилась Сон Ён. – Мы были совсем юные, тогда еще и по уши влюблялись… Она всегда была добра ко мне, поддерживала, помогала чем могла. Если я ссорилась с отцом, то непременно ночевала у нее дома.
– То есть вы были очень близки?
– Верно сказано. Мы стояли друг за друга горой. У меня было больше денег, больше возможностей и соответственно больше одежды и других побрякушек. Я с радостью дарила ей вещи, отдавала, но чаще мы менялись платьями или юбками.
– Но вдруг что-то пошло не так, – прищурилась медиум, медленно передвигая на столе свою чашку.
– Я и сама удивилась. Она резко переменилась… стала мне грубить. Как потом мне рассказали, бывшая подруга всем заявляла, что я не имею права на недвижимость, на все что принадлежит мне…
– Погоди. Нам стоит ее спросить лично.
– Мы все планировали вместе, – вздохнула сестра композитора. – В те времена казалось, что роднее человека нет во всем мире. А вот мой отец, он как-то спокойно реагировал.
Тень за спиной Сон Ён внезапно проявилась, и Ксения ощутила всю глубину боли, раскаяния и тоски.
– Что с ней случилось?
– Сказали, что умерла. Честно говоря, я на нее была так зла, что даже не решилась уточнить. Кажется, все дело в аварии.
– Если ты готова, то мы пойдем до конца, – предупредила ее Звонарева.
Сон Ён сжала руку невестки, а затем утвердительно кивнула. Она и сама устала от этой истории, однако выбросить ее из головы окончательно почему-то не могла. Медиум помогла своей золовке лечь на диван и попросила рассказывать любые детали из прошлого. Как только сестра композитора максимально расслабилась, то ее речь стала более спокойной, и она перестала вспоминать прошлые события урывками. Давняя история вдруг ожила во всех подробностях и красках. Однокурсницу звали Мими (скорее то, было лишь прозвище), а настоящее имя всплыло чуть позднее.
– Когда она соблазнила моего парня, то я практически сразу впала в глубокую депрессию.
– А что Мими? Как она реагировала?
– Из теплой и любящей подруги, она стала мстительной гадиной. Уж прости за откровенность.
– Вы расстались врагами?
– Конечно, – усмехнулась Сон Ён. – После того, что она сделала. Мими предоставила мне доказательства того, что мой парень изменил с ней.
Возникла пауза. Медиум прислушалась к голосу тени, что стала еще более яркой и объемной.
– Неправда, – задрожала тень. – Он тебе не изменял. Мы только целовались тогда. Но мне было важно отнять у тебя все, что ты имела. Все, до последней капли.
– Расскажите истинную причину данного поведения, – попросила Ксения, делая записи в тетради.
– Ревность и зависть, – выпалила тень. – У меня не было и половины того, что для Сон Ён было естественным.
– Что у меня было? – открыла глаза сестра композитора. – Знаменитый брат, да. Конечно, финансовое положение заметно стало лучше, но мы никогда не жили в роскоши.
Тень Мими покачнулась и усмехнулась. По крайней мере, так показалось медиуму.
– Зависть становилась все сильнее. Мне нестерпимо хотелось, чтобы мы с матерью внезапно разбогатели. И однажды я была почти в шаге от серьезных перемен в жизни.
– Перемен? – вскинула брови Звонарева.
– Да. Перед выпускным, моя мать открыла главную тайну. Мой настоящий отец один из богатейших людей страны.
– Неожиданно, – удивилась Сон Ён. – И кто же он?
Ксения и Сон Ён сидели не шелохнувшись. Они точно не знали, услышат ли ответ на важный вопрос. Хотя почему важный? Им еще не было известно, кто отец покойной Мими, а все равно возникло ощущение, будто она принадлежит элите страны.
– Почему ты молчишь? – прикрыв глаза, спросила медиум.
Мими стояла напротив окна и сквозь нее струился свет от лампы на тумбочке. В таком ракурсе она выглядела почти реальной, если бы не одно, но ее фигура, облаченная в тонкую и прозрачную материю, заканчивалось где-то до колен. То, что обычно показывают в фильмах и сериалах, что призраки или духи ходят в обуви, как правило, далеко от истины. У тех, кто покинул физическое тело нет ног и тень они тоже не отбрасывают.
– Она ушла что ли? – заволновалась сестра композитора.
– Нет. Все еще здесь. Стоит возле окна.
– Тогда почему не реагирует?
– Дай мне пару минут, – Ксения поднялась с дивана и направилась к силуэту.
Мими вздрогнула, словно ощутила к себе более пристальное внимание:
– Я расскажу дальше. Для меня это было страшным ударом. Мама всегда описывала встречу с отцом, как нечто приятное и романтическое. На самом же деле, они работали в одной корпорации. И отец много раз пытался ее соблазнить, напоить, лишь бы получить то, что так хотел.
– Какой мерзкий тип, – поежилась Сон Ён.
– Он пригласил ее на праздник, потом уединился с ней в одной из комнат, где совершил насилие. Никто не мог или не захотел ей помочь.
– И что же дальше? – рассматривая ее прозрачное одеяние, поинтересовалась Звонарева.
– Она еще несколько раз имела подобные встречи с тем мужчиной. Он издевался над ней, а когда узнал, что она беременна, то сразу же уволил. Сказал, что скандалы ему не нужны, плюс он был удачно женат на дочери важного чиновника. Мать оказалась без работы и крыши над головой, ее почему-то еще и из комнаты выгнали. К счастью, ей помогли добрые люди найти жилье и новую работу. Она не собиралась мне ничего рассказывать, но пришло время…
– Надо бы узнать его имя, – усмехнулась Сон Ён.
– Это председатель Пак. Отец Пак Гон Шиль.
– Действительно неожиданно, – плюхнулась в кресло Ксения. – И что дальше? Ты к нему не приходила?
– В том-то и дело, что я сделала пару попыток с ним поговорить, – вздохнула Мими. – Да, только он и слушать не стал. Выгнал меня…
– Какой же гад, – покачала головой сестра композитора. – Тогда получается, что Пак Гон Шиль твоя старшая сестра?
Мими лишь кивнула. Ее грустное лицо бледным, почти восковым. Звонарева думала, как бы осторожно спросить ее о причине смерти, но решила немного повременить. Зачем сразу атаковать болезненными вопросами?
– Пришло время вам обеим отпустить прошлое, – заметила медиум. – Вот только понять бы, как нам действовать дальше.
– Важно еще выяснить, что стало с Мими, – шепнула ей Сон Ён.
– Я могла бы посмотреть, но пока не стану.
Мими тотчас дернулась и вскоре появилась за плечом Ксении. Этого было достаточно, чтобы та могла увидеть последние минуты короткой жизни. Мими в тот день поругалась со своим женихом. Она села в такси, а через десять минут случилась авария на дороге. Дальше все было не четко. Таксист сбежал с места аварии, а сама Мими пострадала, но возможность ее спасти все-таки была. К сожалению, все произошло поздним вечером, да к тому же не на самом оживленном отрезке дороги. Поэтому обнаружили такси лишь к утру, когда Мими с трудом дышала и уже не могла говорить.
– Я думаю, что это был вовсе не несчастный случай, – заявила Мими.
– Думаешь, кто-то хотел тебя устранить? – предположила Звонарева.
– Разумеется. В этой аварии мог быть заинтересован только председатель Пак, мой биологический отец.
– Это слишком жестоко, – захлюпала носом Сон Ён. – Столько лет я злилась и обижалась на тебя, даже не зная о том, что ты погибла…
Мими пожала плечами, словно все оказалось не важно. Медиум задумалась на пару минут. Пугающая и жестокая история произвела глубокое впечатление на слушателей. Поэтому она решила в ближайшее время лично поговорить с Гон Шиль, чтобы все окончательно выяснить.
– Вряд ли Гон Шиль многое известно, – прочитав ее мысли, сказала Мими. – Она была занята очередным женихом, а потом и вовсе влюбилась в Питера Чона.
– Мы все равно ее расспросим, – пообещала сестра композитора. – Ты ведь возьмёшь меня с собой?
– Ни за что, – вздрогнула Ксения. – Еще не хватало, чтобы мы вместе влипли в историю.
– Ты же поедешь не одна? Так?
– Мы утром все обсудим. А пока мы отпустим Мими.
– На самом интересном месте, – огорчилась Сон Ён.
Они поблагодарили душу Мими за беседу и помощь, а потом разошлись по своим комнатам. Первым делом, Звонарева подошла к кроватке сына и проверила все ли у него хорошо. Тот крепко спал и забавно двигал розовыми губами, негромко причмокивая.
– Милая, наконец-то ты пришла, – нежно обнял ее за плечи Питер.
– Мы что-то засиделись. Там все не просто.
– Надеюсь, сестре стало лучше?
– Уверяю тебя, что у из сердца ушла вся тяжесть и обиды, – почти шепотом сказала медиум.
– Нам важно наблюдать за Гон Шиль. Ты сама говорила. К тому же мне пора готовиться к выступлению, и для этого тоже нужно выделить время.
– Мы справимся, дорогой.
Они обнялись и обменялись нежными поцелуями. Всю ночь до самого рассвета Ксении снилась Мими и Дмитрий. Словно бы одного призрака для семьи Пак было недостаточно.
Москва. Июнь 2022 года. Тот же день
Леонид Шведов несмотря на крайне слабую актерскую игру все же имел свою публику, а еще умел зарабатывать деньги на рекламе. Так что его палата оказалась достаточно комфортабельной. К нему приходили коллеги, родные и даже друзья. Да, как ни странно, но друзья у него тоже имелись. Лежать в больнице ему довольно быстро надоело, поэтому он общался почти со всеми, кто лежал на том же этаже. Поэтому новость о том, что к нему пришла женщина, да еще цыганка его сильно взволновала.
– Вы знаете, кто она? – спросил у него доктор, показав фото на телефоне.
– Впервые вижу. А что ей нужно?
– Говорит, что ей необходимо вас увидеть. Передать привет от какого-то близкого друга.
– Имя друга вы помните? – напрягся Леня.
– Кажется, Олег.
Шведов аж подскочил на койке. Его лицо стало не менее белым, чем свежие простыни. Неужели он не ослышался?
– Если так, то мне следует поговорить с ней.
– Вы уверены? – доктор выглядел обеспокоенным.
– Конечно. Раз она пришла от друга, то меня ждет нечто важное.
– Вы главное не волнуйтесь, у нас везде видеокамеры. Если что то, мы ее вмиг отыщем.
После этой фразы Леонид весь сжался и ощутил холодок по спине. Словно кто-то резко распахнул окно и холодный воздух проник в помещение. Вскоре доктор вышел в коридор, а он остался дожидаться волнующей встречи. Цыганка прошла за медсестрой по коридору, а потом уже появилась в палате Шведова. При виде красивой цыганки Леня расплылся, как пломбир на солнце. Вот это да! Длинные черные волосы, смуглая кожа, янтарные глаза с пушистыми ресницами и красная помада на губах. Одета она была опрятно и даже дорого.
– Добрый день!
– Привет, – улыбнулся Леонид. – Ты откуда такая?
– Меня прислал ваш друг.
– Как интересно. Имя его помнишь?
– Конечно, помню, – кивнула цыганка. – Олег.
– У меня нет друзей с таким именем, красотка. Вернее, был один друг, но кк сожалению, он умер вначале этого года.
– Именно он и прислал.
– Ты смеешься? Как там тебя?
– Меня зовут Рада.
– Так вот, Рада, – сел на кровати Шведов. – Не мог тебе Олежек ничего передать…
– А вы считаете, что с того света души не спешат выйти на связь?
Глаза у Рады стали еще больше, и казалось, что в них плескается пламя костра. Страстная, стройная и гордая женщина.
– Я не верю в загробный мир, если что.
– И напрасно, – усмехнулась Рада. – Олег недоволен вашим поведением. Он видит, что вы творите и не одобряет ваших методов.
– Игра? Методы? О чем речь?
– Можете забрать себе Милену, даже жениться на ней. Лишь бы она не приходила больше на кладбище и не пыталась раскопать его могилу.
– Что? – крякнул от неожиданности Леня. – Раскопать? Что вы несете? Откуда эти дикие фантазии?
Цыганка звонко рассмеялась, поправляя пышные волосы. Браслеты на ее тонких руках игриво звякнули.
– Милена решила, что Олег оставил ей что-то в наследство. Так вот передайте, что для предателей у него нет ни времени, ни желания.
– Что за ерунда? Вы не имеете права такое говорить про Милену. К тому же как вы узнали про нее? Кто вам рассказал?
– Я же все объяснила, – растягивая слова, произнесла Рада. – Олег меня послал к вам.
– Не верю я тебе, так что можешь идти.
