- Лин, - рявкнула мама, - давай размышлять об этом будем мы с отцом. Тебя это не должно заботить! Тебе вообще следует забыть об этом и больше никогда не упоминать.
- Хорошо, хорошо, - попыталась я остановить грозную тираду матери. И почему она так взъелась. Лучше бы поблагодарила о предупреждении.
- Итак, завтра утром за тобой прибудет машина. Будь готова!
- О, так быстро! Класс! – улыбнулась я, предвкушая скорое возвращение к цивилизации. Как же я долго этого ждала.
- Хорошо. Тогда до завтра. Целую тебя.
- И я тебя!
Я была так безгранично счастлива и рада, что вскоре отправлюсь домой, пусть и всего на пару недель. Поэтому я сразу же направилась к мастеру Моргану, чтобы обо всем его предупредить.
- Да, госпожа, - не дал договорить мне до конца радостную новость старик. – Господин Бейрин, меня уже обо всем известил.
Бейрин? Так он все знал и не сказал мне? Я хмурилась всю обратную дорогу до своей комнаты.
Почему он сам мне об этом не сообщил? Что происходит?
Нехорошие мысли так и роились в моей голове, а потому я решила сама все выяснить и позвонить ему.
Мало того, что он исчез на неделю, так еще и отсылает меня. Может, решил таким вот образом избавиться?!
Самым неприятным было то, что вся эта ситуация обижала меня до глубины души.
Вот глупая! Я же сама была на это готова! Ведь знала же, что рано или поздно наша песня будет спета. Просто я не ожидала, что все произойдет на столько быстро.
Он, что, решил бросить меня, даже ничего не объяснив?! Словно волк очнулся ото сна, и сейчас сожалеет о содеянном!
- Ну я ему сейчас все выскажу!
Гудок, еще один.
- Добрый день! Вас приветствует секретарь Герцога Нинтарет’Вэлн. Чем я могу вам помочь? – проговорил мелодичный женский голос, от чего я оторопела. – Говорите, вас не слышно – снова позвала волчица. И откуда она только узнала, что звонит человек?
- Эм, - подала голос я, - а можно услышать Бейрина.
- Герцог Нинтарет’Вэлн сейчас находится на королевском совете. Я могу записать и передать ему вашу информацию. Что вы хотели?
Я глубоко вздохнула, чтобы не разреветься и не наорать на не в чем неповинную девушку.
- Передайте, что звонила Лин.
- Лин? – попыталась выведать она еще и мою фамилию.
- Да, просто Лин, он все поймет.
- Хорошо, я вас поняла. Что-то еще?
— Это все. Спасибо.
В ярости я чуть не разбила телефон о стену.
Герцог Нинтарет’Вэлн? Секретарь? Я думала, он оставил мне свой личный номер. А теперь мне что, нужно к нему на прием записаться, чтобы поговорить. Как же подло! Это он у своего братца перенял, или был таким с самого начала?! Глупая Лин! Так мне и надо!
Я еще какое-то время порефлексировала, вытирая едкие слезы обиды, прежде чем собралась духом. Я быстро покидала свои немногочисленные пожитки в дорожную сумку, решив, что заберу все. Может, и возвращаться сюда не придется.
Подумав о Лейтто, я снова разревелась. Неужели я больше его никогда не увижу?! И что же с ним теперь будет?!
Гувернантка сильно удивилась, когда я с раскрасневшимися глазами вдруг явилась за малышом. Я сказала, что сегодня вечером и ночью сама за ним присмотрю. Волчонок же улыбнулся при видя меня, заставляя мое сердце сжаться от умиления и тревоги. Со всеми последними событиями, я стала какой-то нервозной и плаксивой.
Я также наказала горничной, чтобы после моего отъезда она выстирала все постельное белье и полотенца, да и вообще все, что только можно, чтобы духа моего здесь не было. Вот вернется этот волчище-фетишист, а мной тут и не пахнет.
Ох, как я на него злилась! Ведь он так и не перезвонил!
Утром следующего дня, после завтрака, как и говорила мама, за мной приехала машина. Поцеловав Лейтто на прощанье, я и глазом не моргнув, села в транспорт и укатила прочь из волчьего логова.
Почти бессонная ночь, которую я потратила на раздумья и слезы, заставила меня сложить свое четкое мнение относительно происходящего.
Теперь я решила, что тоже не буду заморачиваться, как это делают волки. Если им всем наплевать, то почему я должна быть самой ответственной?! Да, я переживала за Лейтто, но как сказал Бейрин, своих они в обиду не дают, а следовательно, ничего плохого с волчонком не случится.
Пара часов по бездорожью, в объезд больших городов, и я оказалась в родном доме. На удивление, меня, кроме нашей прислуги, никто не встретил. Точнее, на пороге меня встретил дворецкий и длинное письмо от матушки, с точным планом-инструкцией.
В нем она по пунктам расписала все, что мне следует делать, как одеться, что взять с собой, что отвечать всем, кто будет спрашивать о моем отсутствии.
Говорить мне следовало, что я якобы сильно приболела, а потому была отправлена в оздоровительный пансионат далеко на севере страны, где целебные термальные источники сотворили со мной чудо.
Как ни странно, все мои сумки за меня были заботливо собраны. А в спальне на кровати лежал пристойный дорожный костюм, в котором завтра мне надлежало выехать к Элийским.
Вечером я расспросила нашу кухарку Лизу, основной источник сплетен на всю округу, что и как тут было без меня.
Дом очень сильно изменился. За несколько месяцев моего отсутствия мама и папа не теряли времени зря. Была восстановлена оранжерея и конюшня. Я уже молчу о дорогостоящем ремонте, который вернул нашему дому красоту и достаток, коих на моей памяти не бывало и в лучшие годы. Теперь этот дом по истине мог называться родовым гнездом древнего рода, некогда владевшего половиной страны.
Элийские раскошелились не слабо. Это – хорошо. Видно, чувства Артуриана Элийского к моей сестре и правда были велики. Я вдруг подумала о Кло. Эта мартышка умудрилась в очередной раз выйти сухой из воды. Несмотря на то, что я ее очень любила, поквитаться мне с ней хотелось еще больше.
Вечером, засыпая в своей любимой постели, я вдруг отчетливо поняла, что как прежде уже не будет никогда. И эта мысль, как ни странно, меня нисколько не напугала. Я уже устала переживать за то, что другие совершают ошибки и не задумываются о последствиях. Жизнь менялась, но я была решительно настроена на лучшее.
На следующий день, следуя маминой инструкции, я была полностью готова к длительному путешествию. Дорога ни много ни мало занимала семь часов. Хоть мы и останавливались на перекус, с непривычки устала я очень.
Земли Элийских располагались далеко на юге. Здесь температура не опускалась ниже десяти градусов даже зимой. И сейчас здесь явно чувствовалась весенняя свежесть и легкая прохлада. Пока мы приближались к поместью, вдоль дороги нам встречались красивые, уже цветущие деревья, золотистые цветы которых источали приятный сладкий аромат.
Это было так удивительно, ведь еще совсем недавно я куталась в шубу, и вокруг лежал снег. А тут все, казалось, располагало к романтическому настроению, в предвкушении красивой свадебной церемонии. Не зря была выбрана дата в начале весны.
Снова никто, кроме дворецкого и пары лакеев не вышел мне на встречу.
Как я догадалась, Элийские выделили невесте и ее семье целый гостевой дом. Сама усадьба хозяев находилась чуть в стороне. Отсюда были видны только возвышающиеся колоны с барельефами и многоярусные крыши, укутанные зеленым кружевом деревьев. Лакеи подхватили мой багаж и куда-то с ним умчались. Дворецкий же проводил меня к комнате Кло, где они находились вместе с матушкой.
Милый, аккуратный домик с дорогим убранством. Когда дворецкий распахнул двери, передо мной предстала огромная светлая гостиная. Большие окна с тяжелыми светлыми портьерами пропускали столько света, что золотистые барельефы на стенах и резные детали мебели начинали светиться. В центре всего этого великолепия восседала мама, вокруг которой порхали две горничные. Кло сидела напротив, в кресле, и пила чай из изящной фарфоровой чашечки. Кроме как умилительной и умиротворяющей эту картину назвать было нельзя.
- О, Лин, - повернулась ко мне родительница, - как ты доехала?
Я тоже улыбнулась, дабы не нарушать сложившуюся идиллию.
- Хорошо, спасибо.
- Присаживайся, сестра, - подала голос Клотильда.
И я, немного растерявшись, проследовала до дивана. Горничная тут же налила мне чая, который приятно пах, наполняя комнату чудесным ароматом.
- Как долго ты была в пути? – обыденно поинтересовалась мама.
- Больше семи часов.
- Надеюсь, столь долгий переезд не пошатнул твое хрупкое здоровье, - заботливо проговорила мама, а я начала догадываться, что тут разыгрывается небольшое представление, подтверждающее мое алиби.
- Все в порядке, я лишь немного устала, - кивнула я, поддерживая игру по сценарию.
- Да, Лин, расскажи нам, как твой недуг? Надеюсь, он не помешает тебе принимать участие в моей свадьбе?
От этой фразы я чуть чашку не выронила из рук. Вот нахалка! Это кого она только что назвала недугом?! Хорошо, что нас с детства учили при любых обстоятельствах поддерживать милую улыбку на лице.
- Не могли бы вы оставить нас, - обратилась я к горничным, поставив чашку на столик.
Горничные в удивлении перевели глаза на Клотильду, а та в свою очередь на мать. Только после того, как та кивнула, сестра отдала приказ горничным, и те покинули комнату.
Подождав, пока дверь будет плотно закрыта, я продолжала сидеть, и все также натянуто улыбаться. Но только стоило замку на двери щелкнуть:
- Ах ты, овца тупая! – бросилась я на Кло с кулаками, начиная лупить наотмашь, как, бывало, в детстве, когда мы дрались. – Недуг?! Мой недуг?!
- Ай! Мама! Убери ее от меня! – визжала сестра, пытаясь отбиваться.
- Если ты хочешь знать, то у так называемого недуга уже появились зубки, и он пытается говорить! – добралась я до ее белокурых волос, и принялась их ерошить и тянуть.
- Девочки! Прекратите! Лин, замолчи! Вас могут услышать!
- Мам, она мне сейчас все волосы повыдергивает!
- Лин! Не смей бить ее по лицу!
О нет, я и не собиралась. Зачем же нам портить такой товар. Мама, наконец, удобно перехватила меня за талию и оттянула от покрасневшей и растрёпанной Кло.
- Идиотка! – орала я.
- Сама такая! – не отставала сестра.
- Ты каким место думала, когда… когда… решилась на такое?!! – зная, что нас могут услышать, я постаралась не называть вещи своими именами.
- Я… я не специально!
- Замолчите обе! – рявкнула мама. В ярости она разжала руки, так что я, не удержавшись, упала на колени. – Если я еще хоть слово от вас обеих услышу, касательно этой темы, прикончу обоих! И глазом не моргну! Вы меня поняли?! Никогда больше не сметь!!
Ненароком мы разбудили спящего дракона. В такие моменты ярости взгляд у нее становился немного безумным. Всего лишь пару раз в жизни мы доводили ее до такого состояния, и всякий раз все заканчивалось плачевно для нас. Поэтому мы живо притихли.
- Да, мама, - кивнули мы одновременно.
- Стоит мне еще раз хоть намек на это услышать, и я не посмотрю на то, что вы мои дочери. Это касается тебя, Лин! Свои домыслы и сарказм держи при себе.
- Но это не честно, - буркнула я. Но мама, перехватив мой взгляд, обманчиво спокойно произнесла:
- Ты хочешь прямо сейчас отсюда уехать?
- Нет.
- Хорошо. Кло, иди сейчас же в спальню и переделай прическу. А ты, - снова обратилась она ко мне, - немедленно иди в свою комнату. И чтобы я тебя до ужина не видела, - устало она села в кресло, и принялась ставить на блюдца перевернутые в ходе драки чашки.
Хоть я и понятия не имела, где же находится моя комната, я предпочла уточнить это у кого угодно другого.
За дверью в коридоре никого не было. Поэтому мне пришлось вернуться по тому же маршруту обратно в холл.
Там я встретила одного из лакеев, который забрал мой багаж. Я запомнила его по карим глазам и смуглой коже, не свойственной даже южанам.
- Извините, - позвала я, - мне нужно попасть в свою комнату. – Лакей так странно мне улыбнулся, что я поспешила добавить, - Я сестра леди Нордфолк.
- Да, конечно, - быстро поклонился он, - я вас провожу.
Моя спальня была менее обширной и претенциозной, чем у сестры. Располагалась на втором этаже в конце коридора, и окнами выходила на север, как раз на усадьбу Элийских. Приятно пахло свежим бельем, а голубые и бежевые тона интерьера так и располагали к полному расслаблению. Мои чемоданы ожидали меня у большой двуспальной кровати. Как сказал лакей-провожатый, в доме сейчас были заняты всего несколько комнат, но ближе к торжеству весь этот дом будет заполнен нашими родственниками.
В кое-то веке весь древний род соберется вместе. Мне даже стало интересно, кто еще приедет. Ведь даже если будут заняты комнаты на чердаке – этого будет недостаточно, чтобы вместить всех Нордфолков королевства. Наверняка многие уже забронировали себе гостиницы в близлежащих деревушках, ведь никто из наших не пропустит такое грандиозное событие.
Я уселась на низкий подоконник, выполняющий роль диванчика, и всмотрелась в даль.
Там, где вид не преграждала усадьба Элийских, зеленые поля убегали к горизонту. Мне так захотелось снять ботинки, и побежать босиком по пушистой траве к самому небу. Бежать и бежать, пока в груди не запылает огонь, а сердце будет бешено биться высоко в груди.
Интересно, как там поживает Лейтто? А Бейрин уже знает, что я уехала? Наверняка, раз все заранее было согласовано с отцом.
Странная тоска сжала сердце, захотелось что-нибудь сделать. Хоть что-нибудь! Но меня хватило только на то, чтобы распахнуть настежь окно. Прохладный воздух быстро заполнил всю комнату.
А что я еще могла?!
Глупый Бейрин! Глупая Кло! Глупая я!
Я ведь так пыталась избежать именно этого. Но вместо того, чтобы вовремя одуматься, поддалась искушению. Прямо как моя подружка олениха, сама потянулась за угощением. Вот и получила по заслугам!
Надеюсь, волки там еще не съели ее.
Семейные объятия.
Жить снова в доме с родителями и сестрой оказалось очень здорово. Словно и не было никогда опрометчивых поступков или никому не нужных мыслей и чувств. Мы были счастливы, снова одной дружной семьей.
Постепенно к нам стали присоединяться дяди и тети со своими семьями. К концу первой недели дом наполнился веселым смехом и голосами. По вечерам мы все собирались в большой гостиной.
В один из таких семейных вечеров папина старшая сестра, тетушка Гвин, спросила меня:
- Как твое здоровье, Лин? – вопрос прозвучал так неожиданно и так громко, что все остальные разговоры резко смолкли, и присутствующие сосредоточились на нас.
- Эм, хорошо, - ответила я, но, быстро поняв, к чему она клонит, добавила, - Сейчас уже лучше.
Я догадывалась, что мое алиби вызовет много вопросов. Мои тетушки, те еще стрелянные воробьи. Мама всегда говорила, что у них особый нюх на хорошую сплетню. И, конечно же, такое долгое отсутствие, по причине мнимой болезни вызовет не мало вопросов.
- А что же в итоге с тобой было?
- Что? – не придумала я ничего лучше, как притвориться глухой.
Все это время на меня, не мигая, смотрели несколько пар глаз. Даже черноглазый лакей, обслуживающий чайную церемонию, сейчас замер, с интересом и легкой усмешкой изучал мое растерянное лицо.
И далась же им эта моя болезнь! Я думала, мама им уже все рассказала.
- Я спрашиваю, что за хворь с тобой приключилась?
- Гвин, - наконец собралась мама и ответила за меня, - Я же тебе говорила, у нее было воспаление легких, в довольно тяжелой форме. Ты же знаешь, как долго происходит восстановление после такого серьезного заболевания. Врач порекомендовал нам отправить ее на север, к термальным источникам.
- Хорошо, хорошо, - попыталась я остановить грозную тираду матери. И почему она так взъелась. Лучше бы поблагодарила о предупреждении.
- Итак, завтра утром за тобой прибудет машина. Будь готова!
- О, так быстро! Класс! – улыбнулась я, предвкушая скорое возвращение к цивилизации. Как же я долго этого ждала.
- Хорошо. Тогда до завтра. Целую тебя.
- И я тебя!
Я была так безгранично счастлива и рада, что вскоре отправлюсь домой, пусть и всего на пару недель. Поэтому я сразу же направилась к мастеру Моргану, чтобы обо всем его предупредить.
- Да, госпожа, - не дал договорить мне до конца радостную новость старик. – Господин Бейрин, меня уже обо всем известил.
Бейрин? Так он все знал и не сказал мне? Я хмурилась всю обратную дорогу до своей комнаты.
Почему он сам мне об этом не сообщил? Что происходит?
Нехорошие мысли так и роились в моей голове, а потому я решила сама все выяснить и позвонить ему.
Мало того, что он исчез на неделю, так еще и отсылает меня. Может, решил таким вот образом избавиться?!
Самым неприятным было то, что вся эта ситуация обижала меня до глубины души.
Вот глупая! Я же сама была на это готова! Ведь знала же, что рано или поздно наша песня будет спета. Просто я не ожидала, что все произойдет на столько быстро.
Он, что, решил бросить меня, даже ничего не объяснив?! Словно волк очнулся ото сна, и сейчас сожалеет о содеянном!
- Ну я ему сейчас все выскажу!
Гудок, еще один.
- Добрый день! Вас приветствует секретарь Герцога Нинтарет’Вэлн. Чем я могу вам помочь? – проговорил мелодичный женский голос, от чего я оторопела. – Говорите, вас не слышно – снова позвала волчица. И откуда она только узнала, что звонит человек?
- Эм, - подала голос я, - а можно услышать Бейрина.
- Герцог Нинтарет’Вэлн сейчас находится на королевском совете. Я могу записать и передать ему вашу информацию. Что вы хотели?
Я глубоко вздохнула, чтобы не разреветься и не наорать на не в чем неповинную девушку.
- Передайте, что звонила Лин.
- Лин? – попыталась выведать она еще и мою фамилию.
- Да, просто Лин, он все поймет.
- Хорошо, я вас поняла. Что-то еще?
— Это все. Спасибо.
В ярости я чуть не разбила телефон о стену.
Герцог Нинтарет’Вэлн? Секретарь? Я думала, он оставил мне свой личный номер. А теперь мне что, нужно к нему на прием записаться, чтобы поговорить. Как же подло! Это он у своего братца перенял, или был таким с самого начала?! Глупая Лин! Так мне и надо!
Я еще какое-то время порефлексировала, вытирая едкие слезы обиды, прежде чем собралась духом. Я быстро покидала свои немногочисленные пожитки в дорожную сумку, решив, что заберу все. Может, и возвращаться сюда не придется.
Подумав о Лейтто, я снова разревелась. Неужели я больше его никогда не увижу?! И что же с ним теперь будет?!
Гувернантка сильно удивилась, когда я с раскрасневшимися глазами вдруг явилась за малышом. Я сказала, что сегодня вечером и ночью сама за ним присмотрю. Волчонок же улыбнулся при видя меня, заставляя мое сердце сжаться от умиления и тревоги. Со всеми последними событиями, я стала какой-то нервозной и плаксивой.
Я также наказала горничной, чтобы после моего отъезда она выстирала все постельное белье и полотенца, да и вообще все, что только можно, чтобы духа моего здесь не было. Вот вернется этот волчище-фетишист, а мной тут и не пахнет.
Ох, как я на него злилась! Ведь он так и не перезвонил!
Утром следующего дня, после завтрака, как и говорила мама, за мной приехала машина. Поцеловав Лейтто на прощанье, я и глазом не моргнув, села в транспорт и укатила прочь из волчьего логова.
Почти бессонная ночь, которую я потратила на раздумья и слезы, заставила меня сложить свое четкое мнение относительно происходящего.
Теперь я решила, что тоже не буду заморачиваться, как это делают волки. Если им всем наплевать, то почему я должна быть самой ответственной?! Да, я переживала за Лейтто, но как сказал Бейрин, своих они в обиду не дают, а следовательно, ничего плохого с волчонком не случится.
Пара часов по бездорожью, в объезд больших городов, и я оказалась в родном доме. На удивление, меня, кроме нашей прислуги, никто не встретил. Точнее, на пороге меня встретил дворецкий и длинное письмо от матушки, с точным планом-инструкцией.
В нем она по пунктам расписала все, что мне следует делать, как одеться, что взять с собой, что отвечать всем, кто будет спрашивать о моем отсутствии.
Говорить мне следовало, что я якобы сильно приболела, а потому была отправлена в оздоровительный пансионат далеко на севере страны, где целебные термальные источники сотворили со мной чудо.
Как ни странно, все мои сумки за меня были заботливо собраны. А в спальне на кровати лежал пристойный дорожный костюм, в котором завтра мне надлежало выехать к Элийским.
Вечером я расспросила нашу кухарку Лизу, основной источник сплетен на всю округу, что и как тут было без меня.
Дом очень сильно изменился. За несколько месяцев моего отсутствия мама и папа не теряли времени зря. Была восстановлена оранжерея и конюшня. Я уже молчу о дорогостоящем ремонте, который вернул нашему дому красоту и достаток, коих на моей памяти не бывало и в лучшие годы. Теперь этот дом по истине мог называться родовым гнездом древнего рода, некогда владевшего половиной страны.
Элийские раскошелились не слабо. Это – хорошо. Видно, чувства Артуриана Элийского к моей сестре и правда были велики. Я вдруг подумала о Кло. Эта мартышка умудрилась в очередной раз выйти сухой из воды. Несмотря на то, что я ее очень любила, поквитаться мне с ней хотелось еще больше.
Вечером, засыпая в своей любимой постели, я вдруг отчетливо поняла, что как прежде уже не будет никогда. И эта мысль, как ни странно, меня нисколько не напугала. Я уже устала переживать за то, что другие совершают ошибки и не задумываются о последствиях. Жизнь менялась, но я была решительно настроена на лучшее.
На следующий день, следуя маминой инструкции, я была полностью готова к длительному путешествию. Дорога ни много ни мало занимала семь часов. Хоть мы и останавливались на перекус, с непривычки устала я очень.
Земли Элийских располагались далеко на юге. Здесь температура не опускалась ниже десяти градусов даже зимой. И сейчас здесь явно чувствовалась весенняя свежесть и легкая прохлада. Пока мы приближались к поместью, вдоль дороги нам встречались красивые, уже цветущие деревья, золотистые цветы которых источали приятный сладкий аромат.
Это было так удивительно, ведь еще совсем недавно я куталась в шубу, и вокруг лежал снег. А тут все, казалось, располагало к романтическому настроению, в предвкушении красивой свадебной церемонии. Не зря была выбрана дата в начале весны.
Снова никто, кроме дворецкого и пары лакеев не вышел мне на встречу.
Как я догадалась, Элийские выделили невесте и ее семье целый гостевой дом. Сама усадьба хозяев находилась чуть в стороне. Отсюда были видны только возвышающиеся колоны с барельефами и многоярусные крыши, укутанные зеленым кружевом деревьев. Лакеи подхватили мой багаж и куда-то с ним умчались. Дворецкий же проводил меня к комнате Кло, где они находились вместе с матушкой.
Милый, аккуратный домик с дорогим убранством. Когда дворецкий распахнул двери, передо мной предстала огромная светлая гостиная. Большие окна с тяжелыми светлыми портьерами пропускали столько света, что золотистые барельефы на стенах и резные детали мебели начинали светиться. В центре всего этого великолепия восседала мама, вокруг которой порхали две горничные. Кло сидела напротив, в кресле, и пила чай из изящной фарфоровой чашечки. Кроме как умилительной и умиротворяющей эту картину назвать было нельзя.
- О, Лин, - повернулась ко мне родительница, - как ты доехала?
Я тоже улыбнулась, дабы не нарушать сложившуюся идиллию.
- Хорошо, спасибо.
- Присаживайся, сестра, - подала голос Клотильда.
И я, немного растерявшись, проследовала до дивана. Горничная тут же налила мне чая, который приятно пах, наполняя комнату чудесным ароматом.
- Как долго ты была в пути? – обыденно поинтересовалась мама.
- Больше семи часов.
- Надеюсь, столь долгий переезд не пошатнул твое хрупкое здоровье, - заботливо проговорила мама, а я начала догадываться, что тут разыгрывается небольшое представление, подтверждающее мое алиби.
- Все в порядке, я лишь немного устала, - кивнула я, поддерживая игру по сценарию.
- Да, Лин, расскажи нам, как твой недуг? Надеюсь, он не помешает тебе принимать участие в моей свадьбе?
От этой фразы я чуть чашку не выронила из рук. Вот нахалка! Это кого она только что назвала недугом?! Хорошо, что нас с детства учили при любых обстоятельствах поддерживать милую улыбку на лице.
- Не могли бы вы оставить нас, - обратилась я к горничным, поставив чашку на столик.
Горничные в удивлении перевели глаза на Клотильду, а та в свою очередь на мать. Только после того, как та кивнула, сестра отдала приказ горничным, и те покинули комнату.
Подождав, пока дверь будет плотно закрыта, я продолжала сидеть, и все также натянуто улыбаться. Но только стоило замку на двери щелкнуть:
- Ах ты, овца тупая! – бросилась я на Кло с кулаками, начиная лупить наотмашь, как, бывало, в детстве, когда мы дрались. – Недуг?! Мой недуг?!
- Ай! Мама! Убери ее от меня! – визжала сестра, пытаясь отбиваться.
- Если ты хочешь знать, то у так называемого недуга уже появились зубки, и он пытается говорить! – добралась я до ее белокурых волос, и принялась их ерошить и тянуть.
- Девочки! Прекратите! Лин, замолчи! Вас могут услышать!
- Мам, она мне сейчас все волосы повыдергивает!
- Лин! Не смей бить ее по лицу!
О нет, я и не собиралась. Зачем же нам портить такой товар. Мама, наконец, удобно перехватила меня за талию и оттянула от покрасневшей и растрёпанной Кло.
- Идиотка! – орала я.
- Сама такая! – не отставала сестра.
- Ты каким место думала, когда… когда… решилась на такое?!! – зная, что нас могут услышать, я постаралась не называть вещи своими именами.
- Я… я не специально!
- Замолчите обе! – рявкнула мама. В ярости она разжала руки, так что я, не удержавшись, упала на колени. – Если я еще хоть слово от вас обеих услышу, касательно этой темы, прикончу обоих! И глазом не моргну! Вы меня поняли?! Никогда больше не сметь!!
Ненароком мы разбудили спящего дракона. В такие моменты ярости взгляд у нее становился немного безумным. Всего лишь пару раз в жизни мы доводили ее до такого состояния, и всякий раз все заканчивалось плачевно для нас. Поэтому мы живо притихли.
- Да, мама, - кивнули мы одновременно.
- Стоит мне еще раз хоть намек на это услышать, и я не посмотрю на то, что вы мои дочери. Это касается тебя, Лин! Свои домыслы и сарказм держи при себе.
- Но это не честно, - буркнула я. Но мама, перехватив мой взгляд, обманчиво спокойно произнесла:
- Ты хочешь прямо сейчас отсюда уехать?
- Нет.
- Хорошо. Кло, иди сейчас же в спальню и переделай прическу. А ты, - снова обратилась она ко мне, - немедленно иди в свою комнату. И чтобы я тебя до ужина не видела, - устало она села в кресло, и принялась ставить на блюдца перевернутые в ходе драки чашки.
Хоть я и понятия не имела, где же находится моя комната, я предпочла уточнить это у кого угодно другого.
За дверью в коридоре никого не было. Поэтому мне пришлось вернуться по тому же маршруту обратно в холл.
Там я встретила одного из лакеев, который забрал мой багаж. Я запомнила его по карим глазам и смуглой коже, не свойственной даже южанам.
- Извините, - позвала я, - мне нужно попасть в свою комнату. – Лакей так странно мне улыбнулся, что я поспешила добавить, - Я сестра леди Нордфолк.
- Да, конечно, - быстро поклонился он, - я вас провожу.
Моя спальня была менее обширной и претенциозной, чем у сестры. Располагалась на втором этаже в конце коридора, и окнами выходила на север, как раз на усадьбу Элийских. Приятно пахло свежим бельем, а голубые и бежевые тона интерьера так и располагали к полному расслаблению. Мои чемоданы ожидали меня у большой двуспальной кровати. Как сказал лакей-провожатый, в доме сейчас были заняты всего несколько комнат, но ближе к торжеству весь этот дом будет заполнен нашими родственниками.
В кое-то веке весь древний род соберется вместе. Мне даже стало интересно, кто еще приедет. Ведь даже если будут заняты комнаты на чердаке – этого будет недостаточно, чтобы вместить всех Нордфолков королевства. Наверняка многие уже забронировали себе гостиницы в близлежащих деревушках, ведь никто из наших не пропустит такое грандиозное событие.
Я уселась на низкий подоконник, выполняющий роль диванчика, и всмотрелась в даль.
Там, где вид не преграждала усадьба Элийских, зеленые поля убегали к горизонту. Мне так захотелось снять ботинки, и побежать босиком по пушистой траве к самому небу. Бежать и бежать, пока в груди не запылает огонь, а сердце будет бешено биться высоко в груди.
Интересно, как там поживает Лейтто? А Бейрин уже знает, что я уехала? Наверняка, раз все заранее было согласовано с отцом.
Странная тоска сжала сердце, захотелось что-нибудь сделать. Хоть что-нибудь! Но меня хватило только на то, чтобы распахнуть настежь окно. Прохладный воздух быстро заполнил всю комнату.
А что я еще могла?!
Глупый Бейрин! Глупая Кло! Глупая я!
Я ведь так пыталась избежать именно этого. Но вместо того, чтобы вовремя одуматься, поддалась искушению. Прямо как моя подружка олениха, сама потянулась за угощением. Вот и получила по заслугам!
Надеюсь, волки там еще не съели ее.
Прода от 24.08.2021, 13:46
Глава 8
Семейные объятия.
Жить снова в доме с родителями и сестрой оказалось очень здорово. Словно и не было никогда опрометчивых поступков или никому не нужных мыслей и чувств. Мы были счастливы, снова одной дружной семьей.
Постепенно к нам стали присоединяться дяди и тети со своими семьями. К концу первой недели дом наполнился веселым смехом и голосами. По вечерам мы все собирались в большой гостиной.
В один из таких семейных вечеров папина старшая сестра, тетушка Гвин, спросила меня:
- Как твое здоровье, Лин? – вопрос прозвучал так неожиданно и так громко, что все остальные разговоры резко смолкли, и присутствующие сосредоточились на нас.
- Эм, хорошо, - ответила я, но, быстро поняв, к чему она клонит, добавила, - Сейчас уже лучше.
Я догадывалась, что мое алиби вызовет много вопросов. Мои тетушки, те еще стрелянные воробьи. Мама всегда говорила, что у них особый нюх на хорошую сплетню. И, конечно же, такое долгое отсутствие, по причине мнимой болезни вызовет не мало вопросов.
- А что же в итоге с тобой было?
- Что? – не придумала я ничего лучше, как притвориться глухой.
Все это время на меня, не мигая, смотрели несколько пар глаз. Даже черноглазый лакей, обслуживающий чайную церемонию, сейчас замер, с интересом и легкой усмешкой изучал мое растерянное лицо.
И далась же им эта моя болезнь! Я думала, мама им уже все рассказала.
- Я спрашиваю, что за хворь с тобой приключилась?
- Гвин, - наконец собралась мама и ответила за меня, - Я же тебе говорила, у нее было воспаление легких, в довольно тяжелой форме. Ты же знаешь, как долго происходит восстановление после такого серьезного заболевания. Врач порекомендовал нам отправить ее на север, к термальным источникам.
