Как она выразилась? Включить голову? Именно это я сейчас и пыталась сделать, отодвигая эмоции на второй план. Как жаль, что не получалось их отключить совсем.
Не успела я решить, что полностью готова к приватному танцу, как появилась одна из уже знакомых мне банщиц и указала на дверь, через которую первая и вышла. Трезво рассудила, что нужно следовать за ней. По всей видимости, темный коридор, где мы оказались, вел в покои хозяев или господ, как их тут все называли.
Я уже думала коридор никогда не закончится, как мы оказались перед дверью. В темноте я не заметила, как банщица резко остановилась и налетела на нее.
- Прости, - решила извиниться я и тут же получила недоуменный взгляд в ответ.
А в следующий момент дверь передо мной распахнулась, и банщица втолкнула меня в маленькую круглую комнатку, залитую розовым светом, посреди которой высилась небольшая сцена. Стены комнаты были зеркальными, и что-то мне подсказывало, что с любого места за этим зеркалами я отлично просматриваюсь.
Зазор между стенами и сценой был настолько узок, что даже стоять ровно не получалось. Вынуждена была преодолеть несколько ступеней и замереть посреди сцены.
Свет переливался, но нигде я не заметила шара или еще каких дискотечных приблуд. А вот шест имелся. Возле него мне и предстояло извиваться. Именно в этот момент и зазвучала музыка. И снова произошло чудо – мое тело зажило самостоятельной жизнью. От изумления я даже забыла, как откровенно выгляжу. В какой-то момент поймала себя на мысли, что словно со стороны любуюсь своими умелыми движениями, словно то, что я делала можно было отнести разве что к наивысшему искусству. Мои новые способности – единственное, что мне нравилось в навязанной кем-то жизни.
Музыка звучала долго и когда закончилась, я почувствовала, как сильно взмокла, как прилипла туника к спине, а волосы облепили щеки. Стояла на сцене, не зная, что должна делать дальше. Прислушивалась к тишине, испытывая все больший стыд. Отчетливо осознавала, что кто-то сейчас меня пристально разглядывает. И видит он гораздо больше того, что хотела бы ему показать. С ужасом ждала любой команды, потому что к большему, чем сделала сейчас, готова не была и нового наказания не хотела. Но тишину не нарушал ни единый звук.
Когда ноги мои стали ватными от все нарастающего страха, дверь распахнулась и все та же банщица поманила меня рукой. Из груди вырвался вздох облегчения, и по телу разлилась предательская слабость. Как же я, оказывается, была напряжена!
Тем же коридором и анфиладой комнат меня вывели в резной холл и, наконец-то, я получила возможность скрыться в своей новой комнате, которую даже рассмотреть не успела. Впрочем, она ничем не отличалась от комнаты той же Стеллы – розовая и девчачья. Была бы моя воля, устроила бы я тут все по-другому.
Быстро приняв душ, стараясь не нарушать прически и макияжа, помня о следующем танце через час, я растянулась на кровати и принялась ждать мадам Виолетту. И она пришла, как и обещала. Быстро юркнула в мою сторону, если так можно сказать про ее дородную фигуру, и закрыла за собой дверь.
- Ты отлично справилась со своим первым танцем, - нехотя похвалила она и опустилась в кресло. - Но не расслабляйся раньше времени, клиенты бывают разными, - предупредила она, и мне почему-то стало неуютно под ее колючим взглядом, словно она желала мне гораздо более острых ощущений, а мечтам ее не суждено было осуществиться. Пока…
- А перед кем я сейчас танцевала? – спросила я, просто для того чтобы хоть что-то сказать и уж точно не ожидала столь бурной реакции.
- Ты задаешь слишком много вопросов! – окрысилась на меня мадам Виолетта. Даже с лица подурнела, так скривилась. – Если только клиент сам захочет открыться тебе, ты узнаешь, для кого танцевала. И не чаще раза в месяц каждая из девушек согревает постель кому-нибудь из медведей. Еще тогда их можно видеть в лицо…
- Как постель?! – в ужасе вскочила я с кровати и замерла возле нее. – Я правильно вас поняла?..
- Думаю, правильно. Не дитя уже и должна знать такие вещи, - усмехнулась мадам, - хоть что-то мне и подсказывает, что ты еще девственница. Но это ненадолго…
- Но это невозможно, - потрясенно пробормотала я. – Что же за уроды позволяют себе такое?!
- Медведи, - тут же ответила мадам.
Она издевается?
- Я знаю, что они называют себя пятнистыми медведями, - постаралась я говорить спокойно, хоть все внутри и клокотало от злости. - Но что это за люди? Почему живут особняком? Кто дал им право так поступать с другими людьми?..
- Уймись, дорогая! – грубовато перебила меня мадам. – Нам запрещено говорить о хозяевах. Но сам Гордей дал мне разрешение. Да и скоро ты бы все равно об этом узнала. Может, мой рассказ спасет тебя от первого потрясения…
Мадам замолчала, собираясь с мыслями. И я тоже замерла в ожидании и безотчетном страхе.
- В клане пятнистых медведей живут не люди, а оборотни. Перевертыши, понимаешь?
Чувствуя, как отвисает челюсть, я только и смогла что потрясти головой. Нет, ну точно, она надо мной издевается!
- Они могут быть как людьми, так и медведями. Днем они чаще принимают вид четвероногих и охотятся в лесу, а вот ночью предпочитают возвращаться к человеческому облику. И это еще не все! – остановила она готовую сказать хоть что-то, чтобы поверить, что все это не сон, меня. – Оборотни, у которых мы живем, очень могущественные маги. Колдовство у них в крови, и очень часто они пользуются им для достижения своих целей. И вот еще что… Берегись! Потому как заинтересовался тобой сам Гордей. И к чему это приведет, если ты не усмиришь свой буйный нрав, даже я не знаю.
- И что ему надо? – тупо спросила я. Примерно такой я себя сейчас и чувствовала – ничего не соображающей.
- Ну что может быть нужно мужчине от симпатичной девушки? – снова усмехнулась мадам, хоть выражение напряжения и не сходило с ее лица. – Видно, приглянулась ты ему. Так уж и быть, скажу тебе еще кое-что. Сегодня в полночь ты танцуешь именно для него. Ну а сейчас готовься ко второму танцу. За тобой скоро придут…
Мадам встала с кресла и расправила складки своего платья. У самых дверей повернулась ко мне и предупредила:
- Не глупи, не усложняй себе жизнь. Подчиняйся приказам, если таковые будут. В общем, о чем бы тебя ни попросили во время танца, выполни. С таким покровителем, да при минимуме усилий с твоей стороны, ты сможешь добиться определенных высот. Правда и врагов наживешь немало, - недобро блеснула она на меня глазами и выплыла из комнаты.
Да уж… Рассказала, так рассказала. И я тоже хороша – обалдела до такой степени, что забыла спросить у нее про духа. Возможно, она что-то знает, но теперь можно только сожалеть.
И все же, я не верила. Ну не могла я поверить в правдивость слов мадам Виолетты. Какие оборотни? Сказки все это! Выдумки. Не иначе, как они тут все сумасшедшие. Стоп! А может, я и правда попала в психушку? Тронулась умом, вот и поместили меня в лечебницу. И сейчас я это осознала, потому что наступило временное просветление. Согласна, что для больницы это место выглядит довольно странно, но и я раньше не бывала в таких заведениях. Осталось объяснить себе необходимость танцевать в довольно откровенных нарядах неизвестно для кого. Хотя и это может быть плодом моей воспаленной фантазии.
На этих размышлениях о собственной нормальности меня и застала уже хорошо знакомая банщица. Жестом девушка пригласила меня следовать за собой. Не удержалась и ущипнула ее. И конечно же, за сегодняшний вечер я получила второй недоуменный взгляд этой молчуньи.
Покидала комнату полная решимости проявлять стойкость духа до конца. В какое бы дикое место не занесла меня судьба, никто не вправе заставлять меня делать что-то, что идет вразрез с моими желаниями, чему активно противится моя душа и собственные принципы. Даже если меня окружают психически ненормальные люди, причем, все как один, я все равно найду способ справиться с ними. Нужно только всегда и везде проявлять твердость. Не убьют же они меня за непослушание или убьют?..
А вот в холле, куда я вышла в сопровождении банщицы, меня ждало потрясение, существенно подорвавшее веру в себя. Две девушки из нашей танцевальной труппы даже не вели, а тащили под руки рыдающую Сайку. На ней не было живого места. От костюма остались одни лохмотья, а слезы смешивались с кровью и обильно стекали по лицу.
Я застыла, не в силах вымолвить хоть слово или сделать шаг. Какой зверь посмел такое сотворить с девушкой?! Банщица тщетно дергала меня за руку. На нее я даже внимания не обращала, во все глаза глядя на крепкую фигуру танцовщицы, которая сейчас мне казалась безвозвратно сломленной.
Заметив меня, Сайка резко замерла на месте и закричала:
- Смотри, стерва! Любуйся! Ведь это из-за тебя Калина так разукрасил меня!..
Я только собиралась с мыслями, чтобы хоть что-то ответить на совершенно нелепое обвинение, как из комнаты соседней с моей выскочила Мальва и заорала не своим голосом:
- Молчи, дура! Хочешь подписать себе смертный приговор?! Ведите ее ко мне, а я позову мадам…
На меня она даже не посмотрела, пронеслась, как мимо пустого места. Тут банщица снова дернула меня за руку, да так сильно, что едва не повалила на пол. Вынуждена была подчиниться, хоть все еще пребывала в шоке. Даже не понимала отчего сильнее – от реплики Сайки или от ее вида.
Всю дорогу до гримерки и то время, пока банщица освежала мой макияж, я размышляла на тему, кто такой Калина, и каким боком он вообще относится ко мне. Ну точно, здесь собрались ненормальные!
Непосредственно перед выходом меня поджидал сюрприз, что хоть немного разбавил мерзкое чувство в душе, от которого я места себе не находила. Прозрачный балахон банщица предложила мне сменить на более приличную одежду – платье-разлетайку нежного бежевого оттенка, отливающего перламутром. Если оно и просвечивало, то самую малость, хоть и показалось мне ужасно коротким. С развратным бельем и чулками я тоже без сожаления рассталась и облачилась в атласный комплект, надежно прикрывающий мои прелести. Не иначе, как мне предстояло исполнять приватный танец перед пуританином.
Как и в первый раз, именно эту молчаливую девушку, что с деловым видом одевала меня, хотелось забросать вопросами. Кажется, я начинала испытывать настоящий информационный голод. Вокруг меня происходило слишком много непонятного и таинственного, что не могло не раздражать. И где искать ответы на многочисленные вопросы, ума не прилагала.
На этот раз меня привели в комнатку точь-в-точь такую же зеркальную и круглую, со сценой посредине, как и первая. Только эта отливала едва заметно голубым, отчего казалась холодной. Пока ждала музыки, чувствовала себя не очень уютно, словно за пределами комнаты все сковал трескучий мороз, разукрасив зеркала с той стороны причудливыми узорами, и холод его проникал сквозь щели и касался меня. Понимала, что иллюзию рисует мое разыгравшееся воображение, но так прониклась ею, что даже немного мерзла, хоть внутри и было достаточно тепло. С долей непривычного удовольствия начала двигаться в такт заигравшей мелодии. Вот только танец мой не продлился и минуты. С легким шуршанием одно из зеркал отделилось от стены, выехало вперед, а потом в сторону. В образовавшемся проеме моему изумленному взору предстал улыбающийся Лука, на этот раз полностью одетый. Обрадовалась ему, как родному. Что-то мне подсказывало, что он – один из немногих адекватных здесь и не несет никакой угрозы.
- Привет, красавица! – еще шире улыбнулся Лука, сделав шаг вперед и подождав, когда зеркало за его спиной встанет на место. – Я тут подумал, что еще больше, чем смотреть на тебя танцующую, хочу поболтать с тобой, как тогда, на кухне, - подмигнул он мне и уселся на край сцены.
Музыка продолжала звучать, но двигаться я перестала. Стояла посреди сцены, не зная, как лучше поступить дальше.
- Иди сюда, - похлопал Лука рукой рядом с собой. – Если честно, не такой уж я ценитель танцев. Это дядя мой пытается всех нас приучить к высокой культуре…
Ну я бы не стала называть то, что здесь происходит так высокопарно. Какая же это культура, когда кто-то кого-то заставляет выполнять малейшую прихоть? Скорее, смахивает на культурное извращение.
- Как тебе мой подарок? – поинтересовался Лука, когда я опустилась рядом с ним на край сцены и с удовольствием свесила с нее ноги. Даже захотелось поболтать ими, как в детстве.
Не сразу догадалась, что имеет ввиду он мой наряд. Лишь по тому, с каким удовольствием он разглядывает платье, поняла. И снова испытала неловкость, потому что взгляд его откровенно ласкал, словно мог видеть то, что находится под одеждой. Но выглядел Лука при этом таким бесхитростным, что ли, и довольным, что неловкость моя быстро испарилась, уступая место признательности. Я, действительно, была благодарна ему за избавление от позора. Не представляла себя, сейчас, в том откровенном наряде, мило болтающей с этим до ужаса обаятельным мужчиной.
То ли образ Луки после нашего первого знакомства значительно исказила моя память, то ли он, действительно, сегодня выглядел необычайно привлекательным. Только я не могла оторвать от него взгляда, любуясь теплыми карими глазами, блестящими густыми кудрями, его задорными ямочками на щеках… Он рассказывал, как позабавила я его сегодня забастовкой во время отбора на приватные танцы, восхищался стойкостью моего духа, кажется, и смеясь расписывал, как гордо я смотрелась в стороне ото всех, не желающая танцевать, но слушала все это я вполуха. Даже самой себе боялась признаться, как сильно нравится мне этот мужчина, каким мелодичным кажется его голос, как крепнет во мне желание видеть эти глаза перед собой как можно чаще… Кажется, каким-то совершенно непостижимым образом я умудрялась влюбляться в Луку. И первые семена этого чувства уже вовсю произрастали в моей душе с момента нашей первой встречи.
- У меня такое странное чувство, - задумчиво проговорил Лука. Именно то, что он вдруг посерьезнел, заставило меня внимательнее прислушаться к его словам, отвлечься от созерцания. – Не могу отделаться от мысли, что тебе тут не место. И в то же время, ужасно рад, что познакомился с тобой…
От его слов романтику с меня моментально сдуло. Даже подобралась вся, настраиваясь на серьезную беседу. Немного настораживал расстроенный вид Луки, но на него я постаралась не обращать внимания.
- Послушай, - начала я, тщательно подбирая слова. – Не знаю, как сюда попали все остальные, но моя история кажется мне совершенно дикой… Меня перенесла сюда дух, - выпалила я и внимательно следила за его лицом. Видела, как он напрягся. Заметила быстрый взгляд и то, как он поторопился отвести глаза в сторону. – Лука, - позвала, - ты ведь тоже ее видел?
- Не видел, - с явной неохотой ответил он через какое-то время. – Слышал только про нее.
Ну хоть что-то я выяснила. А точнее, поняла, что не сумасшедшая, что дух реально существует в этом месте. Осталось разобраться, где я, а вернее, мой отец, умудрился перейти ей дорогу. Об этом я и спросила Луку.
- Я пока вообще ничего не понимаю, - удрученно ответил он, и я поняла, что нет лукавства в его словах, что он, действительно, растерян. – Обещаю тебе все выяснить. Веришь мне? – заглянул он в мои глаза.
Не успела я решить, что полностью готова к приватному танцу, как появилась одна из уже знакомых мне банщиц и указала на дверь, через которую первая и вышла. Трезво рассудила, что нужно следовать за ней. По всей видимости, темный коридор, где мы оказались, вел в покои хозяев или господ, как их тут все называли.
Я уже думала коридор никогда не закончится, как мы оказались перед дверью. В темноте я не заметила, как банщица резко остановилась и налетела на нее.
- Прости, - решила извиниться я и тут же получила недоуменный взгляд в ответ.
А в следующий момент дверь передо мной распахнулась, и банщица втолкнула меня в маленькую круглую комнатку, залитую розовым светом, посреди которой высилась небольшая сцена. Стены комнаты были зеркальными, и что-то мне подсказывало, что с любого места за этим зеркалами я отлично просматриваюсь.
Зазор между стенами и сценой был настолько узок, что даже стоять ровно не получалось. Вынуждена была преодолеть несколько ступеней и замереть посреди сцены.
Свет переливался, но нигде я не заметила шара или еще каких дискотечных приблуд. А вот шест имелся. Возле него мне и предстояло извиваться. Именно в этот момент и зазвучала музыка. И снова произошло чудо – мое тело зажило самостоятельной жизнью. От изумления я даже забыла, как откровенно выгляжу. В какой-то момент поймала себя на мысли, что словно со стороны любуюсь своими умелыми движениями, словно то, что я делала можно было отнести разве что к наивысшему искусству. Мои новые способности – единственное, что мне нравилось в навязанной кем-то жизни.
Музыка звучала долго и когда закончилась, я почувствовала, как сильно взмокла, как прилипла туника к спине, а волосы облепили щеки. Стояла на сцене, не зная, что должна делать дальше. Прислушивалась к тишине, испытывая все больший стыд. Отчетливо осознавала, что кто-то сейчас меня пристально разглядывает. И видит он гораздо больше того, что хотела бы ему показать. С ужасом ждала любой команды, потому что к большему, чем сделала сейчас, готова не была и нового наказания не хотела. Но тишину не нарушал ни единый звук.
Когда ноги мои стали ватными от все нарастающего страха, дверь распахнулась и все та же банщица поманила меня рукой. Из груди вырвался вздох облегчения, и по телу разлилась предательская слабость. Как же я, оказывается, была напряжена!
Тем же коридором и анфиладой комнат меня вывели в резной холл и, наконец-то, я получила возможность скрыться в своей новой комнате, которую даже рассмотреть не успела. Впрочем, она ничем не отличалась от комнаты той же Стеллы – розовая и девчачья. Была бы моя воля, устроила бы я тут все по-другому.
Быстро приняв душ, стараясь не нарушать прически и макияжа, помня о следующем танце через час, я растянулась на кровати и принялась ждать мадам Виолетту. И она пришла, как и обещала. Быстро юркнула в мою сторону, если так можно сказать про ее дородную фигуру, и закрыла за собой дверь.
- Ты отлично справилась со своим первым танцем, - нехотя похвалила она и опустилась в кресло. - Но не расслабляйся раньше времени, клиенты бывают разными, - предупредила она, и мне почему-то стало неуютно под ее колючим взглядом, словно она желала мне гораздо более острых ощущений, а мечтам ее не суждено было осуществиться. Пока…
- А перед кем я сейчас танцевала? – спросила я, просто для того чтобы хоть что-то сказать и уж точно не ожидала столь бурной реакции.
- Ты задаешь слишком много вопросов! – окрысилась на меня мадам Виолетта. Даже с лица подурнела, так скривилась. – Если только клиент сам захочет открыться тебе, ты узнаешь, для кого танцевала. И не чаще раза в месяц каждая из девушек согревает постель кому-нибудь из медведей. Еще тогда их можно видеть в лицо…
- Как постель?! – в ужасе вскочила я с кровати и замерла возле нее. – Я правильно вас поняла?..
- Думаю, правильно. Не дитя уже и должна знать такие вещи, - усмехнулась мадам, - хоть что-то мне и подсказывает, что ты еще девственница. Но это ненадолго…
- Но это невозможно, - потрясенно пробормотала я. – Что же за уроды позволяют себе такое?!
- Медведи, - тут же ответила мадам.
Она издевается?
- Я знаю, что они называют себя пятнистыми медведями, - постаралась я говорить спокойно, хоть все внутри и клокотало от злости. - Но что это за люди? Почему живут особняком? Кто дал им право так поступать с другими людьми?..
- Уймись, дорогая! – грубовато перебила меня мадам. – Нам запрещено говорить о хозяевах. Но сам Гордей дал мне разрешение. Да и скоро ты бы все равно об этом узнала. Может, мой рассказ спасет тебя от первого потрясения…
Мадам замолчала, собираясь с мыслями. И я тоже замерла в ожидании и безотчетном страхе.
- В клане пятнистых медведей живут не люди, а оборотни. Перевертыши, понимаешь?
Чувствуя, как отвисает челюсть, я только и смогла что потрясти головой. Нет, ну точно, она надо мной издевается!
- Они могут быть как людьми, так и медведями. Днем они чаще принимают вид четвероногих и охотятся в лесу, а вот ночью предпочитают возвращаться к человеческому облику. И это еще не все! – остановила она готовую сказать хоть что-то, чтобы поверить, что все это не сон, меня. – Оборотни, у которых мы живем, очень могущественные маги. Колдовство у них в крови, и очень часто они пользуются им для достижения своих целей. И вот еще что… Берегись! Потому как заинтересовался тобой сам Гордей. И к чему это приведет, если ты не усмиришь свой буйный нрав, даже я не знаю.
- И что ему надо? – тупо спросила я. Примерно такой я себя сейчас и чувствовала – ничего не соображающей.
- Ну что может быть нужно мужчине от симпатичной девушки? – снова усмехнулась мадам, хоть выражение напряжения и не сходило с ее лица. – Видно, приглянулась ты ему. Так уж и быть, скажу тебе еще кое-что. Сегодня в полночь ты танцуешь именно для него. Ну а сейчас готовься ко второму танцу. За тобой скоро придут…
Мадам встала с кресла и расправила складки своего платья. У самых дверей повернулась ко мне и предупредила:
- Не глупи, не усложняй себе жизнь. Подчиняйся приказам, если таковые будут. В общем, о чем бы тебя ни попросили во время танца, выполни. С таким покровителем, да при минимуме усилий с твоей стороны, ты сможешь добиться определенных высот. Правда и врагов наживешь немало, - недобро блеснула она на меня глазами и выплыла из комнаты.
Да уж… Рассказала, так рассказала. И я тоже хороша – обалдела до такой степени, что забыла спросить у нее про духа. Возможно, она что-то знает, но теперь можно только сожалеть.
И все же, я не верила. Ну не могла я поверить в правдивость слов мадам Виолетты. Какие оборотни? Сказки все это! Выдумки. Не иначе, как они тут все сумасшедшие. Стоп! А может, я и правда попала в психушку? Тронулась умом, вот и поместили меня в лечебницу. И сейчас я это осознала, потому что наступило временное просветление. Согласна, что для больницы это место выглядит довольно странно, но и я раньше не бывала в таких заведениях. Осталось объяснить себе необходимость танцевать в довольно откровенных нарядах неизвестно для кого. Хотя и это может быть плодом моей воспаленной фантазии.
На этих размышлениях о собственной нормальности меня и застала уже хорошо знакомая банщица. Жестом девушка пригласила меня следовать за собой. Не удержалась и ущипнула ее. И конечно же, за сегодняшний вечер я получила второй недоуменный взгляд этой молчуньи.
ГЛАВА 8
Покидала комнату полная решимости проявлять стойкость духа до конца. В какое бы дикое место не занесла меня судьба, никто не вправе заставлять меня делать что-то, что идет вразрез с моими желаниями, чему активно противится моя душа и собственные принципы. Даже если меня окружают психически ненормальные люди, причем, все как один, я все равно найду способ справиться с ними. Нужно только всегда и везде проявлять твердость. Не убьют же они меня за непослушание или убьют?..
А вот в холле, куда я вышла в сопровождении банщицы, меня ждало потрясение, существенно подорвавшее веру в себя. Две девушки из нашей танцевальной труппы даже не вели, а тащили под руки рыдающую Сайку. На ней не было живого места. От костюма остались одни лохмотья, а слезы смешивались с кровью и обильно стекали по лицу.
Я застыла, не в силах вымолвить хоть слово или сделать шаг. Какой зверь посмел такое сотворить с девушкой?! Банщица тщетно дергала меня за руку. На нее я даже внимания не обращала, во все глаза глядя на крепкую фигуру танцовщицы, которая сейчас мне казалась безвозвратно сломленной.
Заметив меня, Сайка резко замерла на месте и закричала:
- Смотри, стерва! Любуйся! Ведь это из-за тебя Калина так разукрасил меня!..
Я только собиралась с мыслями, чтобы хоть что-то ответить на совершенно нелепое обвинение, как из комнаты соседней с моей выскочила Мальва и заорала не своим голосом:
- Молчи, дура! Хочешь подписать себе смертный приговор?! Ведите ее ко мне, а я позову мадам…
На меня она даже не посмотрела, пронеслась, как мимо пустого места. Тут банщица снова дернула меня за руку, да так сильно, что едва не повалила на пол. Вынуждена была подчиниться, хоть все еще пребывала в шоке. Даже не понимала отчего сильнее – от реплики Сайки или от ее вида.
Всю дорогу до гримерки и то время, пока банщица освежала мой макияж, я размышляла на тему, кто такой Калина, и каким боком он вообще относится ко мне. Ну точно, здесь собрались ненормальные!
Непосредственно перед выходом меня поджидал сюрприз, что хоть немного разбавил мерзкое чувство в душе, от которого я места себе не находила. Прозрачный балахон банщица предложила мне сменить на более приличную одежду – платье-разлетайку нежного бежевого оттенка, отливающего перламутром. Если оно и просвечивало, то самую малость, хоть и показалось мне ужасно коротким. С развратным бельем и чулками я тоже без сожаления рассталась и облачилась в атласный комплект, надежно прикрывающий мои прелести. Не иначе, как мне предстояло исполнять приватный танец перед пуританином.
Как и в первый раз, именно эту молчаливую девушку, что с деловым видом одевала меня, хотелось забросать вопросами. Кажется, я начинала испытывать настоящий информационный голод. Вокруг меня происходило слишком много непонятного и таинственного, что не могло не раздражать. И где искать ответы на многочисленные вопросы, ума не прилагала.
На этот раз меня привели в комнатку точь-в-точь такую же зеркальную и круглую, со сценой посредине, как и первая. Только эта отливала едва заметно голубым, отчего казалась холодной. Пока ждала музыки, чувствовала себя не очень уютно, словно за пределами комнаты все сковал трескучий мороз, разукрасив зеркала с той стороны причудливыми узорами, и холод его проникал сквозь щели и касался меня. Понимала, что иллюзию рисует мое разыгравшееся воображение, но так прониклась ею, что даже немного мерзла, хоть внутри и было достаточно тепло. С долей непривычного удовольствия начала двигаться в такт заигравшей мелодии. Вот только танец мой не продлился и минуты. С легким шуршанием одно из зеркал отделилось от стены, выехало вперед, а потом в сторону. В образовавшемся проеме моему изумленному взору предстал улыбающийся Лука, на этот раз полностью одетый. Обрадовалась ему, как родному. Что-то мне подсказывало, что он – один из немногих адекватных здесь и не несет никакой угрозы.
- Привет, красавица! – еще шире улыбнулся Лука, сделав шаг вперед и подождав, когда зеркало за его спиной встанет на место. – Я тут подумал, что еще больше, чем смотреть на тебя танцующую, хочу поболтать с тобой, как тогда, на кухне, - подмигнул он мне и уселся на край сцены.
Музыка продолжала звучать, но двигаться я перестала. Стояла посреди сцены, не зная, как лучше поступить дальше.
- Иди сюда, - похлопал Лука рукой рядом с собой. – Если честно, не такой уж я ценитель танцев. Это дядя мой пытается всех нас приучить к высокой культуре…
Ну я бы не стала называть то, что здесь происходит так высокопарно. Какая же это культура, когда кто-то кого-то заставляет выполнять малейшую прихоть? Скорее, смахивает на культурное извращение.
- Как тебе мой подарок? – поинтересовался Лука, когда я опустилась рядом с ним на край сцены и с удовольствием свесила с нее ноги. Даже захотелось поболтать ими, как в детстве.
Не сразу догадалась, что имеет ввиду он мой наряд. Лишь по тому, с каким удовольствием он разглядывает платье, поняла. И снова испытала неловкость, потому что взгляд его откровенно ласкал, словно мог видеть то, что находится под одеждой. Но выглядел Лука при этом таким бесхитростным, что ли, и довольным, что неловкость моя быстро испарилась, уступая место признательности. Я, действительно, была благодарна ему за избавление от позора. Не представляла себя, сейчас, в том откровенном наряде, мило болтающей с этим до ужаса обаятельным мужчиной.
То ли образ Луки после нашего первого знакомства значительно исказила моя память, то ли он, действительно, сегодня выглядел необычайно привлекательным. Только я не могла оторвать от него взгляда, любуясь теплыми карими глазами, блестящими густыми кудрями, его задорными ямочками на щеках… Он рассказывал, как позабавила я его сегодня забастовкой во время отбора на приватные танцы, восхищался стойкостью моего духа, кажется, и смеясь расписывал, как гордо я смотрелась в стороне ото всех, не желающая танцевать, но слушала все это я вполуха. Даже самой себе боялась признаться, как сильно нравится мне этот мужчина, каким мелодичным кажется его голос, как крепнет во мне желание видеть эти глаза перед собой как можно чаще… Кажется, каким-то совершенно непостижимым образом я умудрялась влюбляться в Луку. И первые семена этого чувства уже вовсю произрастали в моей душе с момента нашей первой встречи.
- У меня такое странное чувство, - задумчиво проговорил Лука. Именно то, что он вдруг посерьезнел, заставило меня внимательнее прислушаться к его словам, отвлечься от созерцания. – Не могу отделаться от мысли, что тебе тут не место. И в то же время, ужасно рад, что познакомился с тобой…
От его слов романтику с меня моментально сдуло. Даже подобралась вся, настраиваясь на серьезную беседу. Немного настораживал расстроенный вид Луки, но на него я постаралась не обращать внимания.
- Послушай, - начала я, тщательно подбирая слова. – Не знаю, как сюда попали все остальные, но моя история кажется мне совершенно дикой… Меня перенесла сюда дух, - выпалила я и внимательно следила за его лицом. Видела, как он напрягся. Заметила быстрый взгляд и то, как он поторопился отвести глаза в сторону. – Лука, - позвала, - ты ведь тоже ее видел?
- Не видел, - с явной неохотой ответил он через какое-то время. – Слышал только про нее.
Ну хоть что-то я выяснила. А точнее, поняла, что не сумасшедшая, что дух реально существует в этом месте. Осталось разобраться, где я, а вернее, мой отец, умудрился перейти ей дорогу. Об этом я и спросила Луку.
- Я пока вообще ничего не понимаю, - удрученно ответил он, и я поняла, что нет лукавства в его словах, что он, действительно, растерян. – Обещаю тебе все выяснить. Веришь мне? – заглянул он в мои глаза.
