Подаюсь всем корпусом вперед, обхватывая его шею руками, а торс ногами. Да! Теперь не сможешь ускользнуть! Я слишком близко! Кожа к коже! Мой стон облегчения, сливается с его рыком. Руки прижимают меня крепче, почти до боли, но я лишь хрипло выдыхаю, пытаясь слиться с ним в единое целое, утонуть в его ласках, раствориться в объятьях, прекратить наконец-то эту агонию.
— Сейчас… — со стоном выдыхаю я, чувствуя как его горячая, подрагивающая плоть, упирается в мое разгоряченное естество. — Дааа…
Одно плавное движение, и преграда, оставляя после себя отголоски боли, пала, а окружающая нас реальность взорвалась миллионом маленьких искорок, оповещающих меня о том, что пути назад больше нет — наш союз признали боги! Мои, или его не важно! Главное что он мой, а я его! Мы не сможем долго жить друг без друга! Умру я — умрет и он! Но если все будет наоборот, мне придется смириться с болью, для того, чтобы удержать остальных. Да… это мой рок, наказание за то, что я оказалась «особенной».
Хио замер, давая привыкнуть к новым ощущениям. Его руки удерживали меня за бедра, не позволяя при этом пошевелиться, а губы хаотично целовали все, что попадалось на их пути. Казалось, он сошел с ума! Его глаза стали фантастическими: вся радужка была заполнена жидким золотом, кажущимся сейчас живым. Оно словно море, плескалось в своем плену, не имея возможности разлиться за очерченные границы. Это зрелище завораживало! Я тонула, даже не пытаясь выплыть, спастись, убежать.
А дальше все было как во сне! Нежные, плавные движения, сменялись сильными, и резкими, они качали нас на волнах блаженства, не позволяя при этом выбраться на сушу. Да и не хотелось на сушу! Хотелось плыть глубже, и глубже, пока огонь внутри наших тел не уйдет, не потухнет, не остынет, оставляя после себя лишь до боли приятную, разливающуюся внутри негу.
Наше рванное, сбившееся дыхание, сплетение тел, тихие, стоны, рычание… шепот — все это давно смешалось! Буря захватила наш разум полностью. Отгородила от всего ныне существующего. Забрала все без остатка, оставляя лишь древний инстинкт, обладать тем, кто принадлежит тебе. Больше ничего нет… не существует… испарилось… мир взорвался миллионами звезд, и медленно потух.
Еще не открыв глаза, потянулась, и от воспоминаний, хлынувших в мозг, заурчала, как пересытившаяся кошка. Перевернулась на живот, и, уткнувшись в подушку, промычала что-то совершенно не связное, желая при этом выплеснуть на ничем неповинную перину еще не затихшие чувства. Казалось будто бы вот, только мгновенье назад, горячие руки мужа, блуждающие по моему телу оставили завоеванную территорию, и сейчас просто отстранились на мгновенье, для того чтоб снова ринуться в бой, доставить еще больше удовольствия, унести меня ввысь и снова окунуть в темные омуты невероятного блаженства. В этом весь он — мой Хио! Нежный, страстный, дикий, прекрасный. То медлительный и мягкий, а спустя секунду — ураган, сносящий своими действиями и эмоциями все преграды, которые могли бы разделить нас вчера, но… их просто не было, и муж доказывал мне снова и снова, что таковых и не предполагается. Он весь мой! Без остатка!
Снова потянувшись, почувствовала приятную ломоту в теле. Улыбнулась пронесшимся воспоминаниям, откинула шелковистое одеяло, и присев на край огромнейшей кровати, осмотрела свое внезапное пристанище.
Ндя… до сегодняшнего дня я считала что знаю, что такое богатство и роскошь, но именно сейчас поняла, насколько сильно заблуждалась. Даже покои самого повелителя эльфов не сравнить с тем, что окружает меня в данный момент. Это что-то невероятное! Так и хочется остаться в этой спальне, и никуда из нее не выходить. Да я бы, если честно, не отказалась и пожить здесь хоть немного. Может, удастся милого уговорить погостить тут еще пару дней? Ну, или по крайней мере до того момента, пока мы не разберемся, что там с его городом произошло. Да и с гнездом тоже, и со стражем…
— Ой, мамочки, — соскочив с кровати, чуть не навернулась, не заметив возвышения, на котором стоит это чудо сотворенное руками невероятно талантливого мастера. — Что же теперь будет? — ступая босыми ногами по мягкому, воздушному ковру, метнулась к ближайшей двери, в глубине души надеясь на то, что за ней обнаружиться ванная комната. Но, не успела! Меня прямо на «лету» перехватили чьи-то руки:
— Асаи, — прошептал чарующий, бархатистый голос, от которого все внутри задрожало, и я, расслабившись, откинула голову на грудь моего белокрылого гиганта. — Что тебя так встревожило? — вот вроде спросил без лишних эмоций, но я, скорее всего себя так накрутила, что моментально напряглась. Тут же вспомнились обрывки моего недавнего, необдуманного поступка. Перед глазами одна за другой, будто издеваясь надо мной, вспыхивали картинки, напоминая о странном, не присущем мне поведении. Почему я бросилась на стража, но не убила его? Ведь могла же! Он был открыт. — Шая?!
И что ответить? Я ведь чувствую, что он не хочет мириться с наличием остальных мужчин. Один, два, или три — ему без разницы. Он не примет! Позволит спасти, но не даст приблизиться. Будет насмерть стоять между мной и ними. Как объяснить, что это противостояние ничем хорошим не закончиться?
А я? Что делать мне? При заключении союза я предупредила крылатого о том, что он будет не единственным. Меня же будет тянуть к каждому, кто предназначен мне этой заразой — судьбой.
Разобраться бы еще с моими мальчиками. Тяга к каждому из них какая-то странная. К одним более сильная, а к другим приглушенная, или почти незаметная. Но она есть! И особенно сильно меня начало тянуть к Арсу и Савашу уже после того, как их рабское тату исчезло. Значит, истинный зов к остальным я почувствую лишь тогда, когда мне удастся освободить их.
— Шая?! — едва заметное движение, и наши глаза встречаются. Хио долго и пронзительно смотрит, будто ища что-то в моем взгляде, а после, вздохнув, прижимает к себе. — Прости, — вот что значит связь истинных! Он чувствует меня так же хорошо, как и я его. С одной стороны это невероятно удобно, а с другой — ничего не спрячешь.
— Ты должен понять, и принять меня такой, какая я есть на самом деле! Подожди, — остановила я его, не дав произнести ни слова. — Мне нужно рассказать тебе о том, кто я на самом деле, — склонившись, муж оставил короткий поцелуй на моих губах, и пока я не пришла в себя, взял слово:
— Мне все равно, кем ты являешься, — снова поцелуй, и мое возмущение улетучивается, будто его и не было вовсе. — Ты моя жена. Моя женщина. Моя асаи! — его губы касаются щек, лба, носа, снова возвращаются к моим устам. — То, что ты не принадлежишь ни к одной расе в нашем мире, я и так вижу. Твоя внешность не имеет ничего общего ни с нагами, ни с драконами, а про ведьмаков и магов я вообще молчу — все это абсолютно не то. И если честно, до сих пор не понимаю, как ты могла свободно перемещаться по землям Алеорна?!
— Да, в общем, проблем особых с этим и не возникало. Я почти везде была в плаще, да и капюшон помогал частично скрыть лицо, — вспомнился поход за одеждой, глаза цвета молодой листвы, и ментальный удар, который напрочь выбил из моей головы все мозги. Я ведь тогда забыла об осторожности, и даже на площадь, где проходили торги, отправилась абсолютно не думая, о своей безопасности. Может именно это и послужило толчком для нападения в лесу?! Но тогда в чем причина магической атаки, которая произошла не далеко от торговых рядов? Купленные рабы?
— Нет! — оборвал мои мысли Хио. — Плащ не смог бы скрыть потоки магии, оплетающие твое тело.
— Когда я попала в ваш мир, во мне не было ни крупицы магии. — Это ведь, правда! Ее не было до момента нападения на дом, и ранения Арса.
— Скорее всего, ты просто ее не чувствовала, — успокаивающе погладив меня по плечам, муж немного отстранился, и резко сменяя тему: — Обедать будешь? — Что? Обедать? А как же завтрак?
— Ты так сладко спала, что я не посмел потревожить твой сон, — и улыбнулся так мило, что захотелось к нему на ручки, и целовать, целовать, целовать эти невероятно привлекательные губы. Хм… Что-то меня конкретно переклинивает!
— Мне бы ванну принять, — улыбнувшись в ответ, снова пробежала взглядом по невероятно дорогим вещам, а после обратила внимание на себя любимую: — Это что? — только дошло до моих потерянных мозгов, что я одета во что-то чужое, да и не только это должно было волновать, но видимо мои мозги уплыли в дальнее плаванье, абсолютно не желая работать как надо.
— По моей просьбе Улаисари позаботилась о некоторых вещах, которые могут тебе понадобиться на первое время. Конечно это малость, но позже, я надеюсь, ты сможешь получить все то, чего захочет твоя душа. — Хм… это что еще за дамочка? Может она является хозяйкой этого места? А если нет?! Что связывает эту мадам с моим Хио? И что делать? Вот никогда не знала, что такое ревность, а тут, будто накрыло.
— Кто такая Улаисари? — нет, я не могу постоянно думать об этом! Лучше сразу определить статус этой женщины, и дальше уже отталкиваться от полученной информации.
— Асаи, — довольно разулыбался крылатый засранец, — Улаисари Ренау является смотрящей за порядком в этом доме. Но сейчас, к ее обязанностям добавиться еще и помощь тебе.
— Ладно, — заторможенное состояние не оставляло, да и понять не могла, чего это там шкребётся на задворках разума. Но нет! С головы пропало абсолютно всё, и я даже не задалась логичным вопросом: откуда же взялась эта Улаисари, если кроме нас двоих и стражей, никого небыло? — Так, где я могу принять ванну?
Конечно же, уединиться мне не дали. Хио подхватив меня на руки, прошел к той двери, куда я направлялась до этого. Открыл ее, и мы попали в светлую, почти белую, ванную комнату, которая оказалась невероятных размеров. Нда, одна бы я тут точно затерялась, а вот рядом с крылатым, точнее у него на руках, чувствую себя очень даже комфортно. Даже не раздражает тот факт, что одну из стен комнаты полностью занимает огромное окно, начинающееся от пола, и заканчивается высоким потолком. И это при том, что в этом мире существуют крылатые расы! Как вообще строился этот дворец? Неужели сей факт не был учтен?
Мысли об интерьере, и архитектурных оплошностях улетучились, как только мои босые ступни коснулись теплой поверхности пола. Тут же исчезла и ночная сорочка, так любезно предоставленная помощницей. Еще какие-то вещи упали к моим ногам, и муж так же оказался без одежды. Тело к телу, и стало вообще плевать на то, где я, и что находиться вокруг. Мы просто пропали! Растворились! Переплелись сознаниями, эмоциями, душами. Взлетели высоко в небо, и упали вниз, не касаясь земли, разлетаясь на мелкие осколки, исчезающие в тонкой материи, оставляющие после себя лишь отголоски испытанного удовольствия.
Первая ночь пребывания в гнезде вышла очень тяжелой, и речь идет не о жене вовсе, а о тех событиях, которые произошли уже после нашего с ней единения. О да, моя девочка оказалась очень чувственной, отзывчивой и неутомимой. Ее реакция на мои прикосновения сносила все барьеры, сдерживающие звериную ипостась. Хочется перекинуться, и взять дикую малышку в истинном облике, но это не возможно, так что приходиться сдерживаться из последних сил, дабы не сорваться с катушек, и не навредить своему чуду, которое волей богини, оказалось в моих руках.
Что-то я не в ту сторону начал мыслить! Так вот речь о том, что в ночь после подтверждения парности, я почувствовал некий зов, не слишком навязчивый, но ощутимо толкающий меня наружу. Хотелось вылететь из гнезда, облететь местность, а после, проверить врата, и осмотреть город. Что бы это означало? Простое желание что-то вспомнить, или тяга к чему-то, или кому-то? Но город ведь пуст! Или все же нет? Возможно, этот зов означает опасность?! Я ведь так и не понял, откуда взялись напавшие на нас эн-лайши. Есть, конечно, предположение того, что они были в подобии моего состояния, но это было бы абсурдом! Зачем тому, кто ввел меня в стазис, оставлять в живых и этих существ? В чем смысл, и имеется ли он вообще в данной ситуации?
Облетев Эльмар, заметил еще шестерых сеа-лай*, которые по одиночке разгуливали в пустынном замке, и на прилегающих к нему териториях. Видимо, не только гнездо проснулось, но и его охрана тоже. Впрочем, о черных я уже знал! Встреча с двумя из них произошла совсем недавно, и особой радости она не принесла. Чувствую, со всем этим нужно будет разобраться! Может послать понравившегося Шае стража на осмотр городских территорий? Думаю для начала, этого будет достаточно для того, чтоб несколько дней, малышка не имела возможности, случайно наткнутся на этого индивида. А дальше придется как-нибудь изворачиваться для того, чтоб встреча и вовсе никогда не случилась. Я не позволю из нашей пары сотворить нечто не понятное! Всегда буду только я, и моя сладкая девочка, которую я никому не отдам! Пусть пока думает, что я не против остальных.
Знакомого черного у врат не оказалось, зато там был другой сюрприз в виде небольшой стайки, чего-то ожидающих, белокрылых. Вот тебе и пустой город! Всё же я оказался не единственным, оставшимся в живых, представителем нашей расы. Это безумно радовало! Ведь осознание того, что твоего народа больше не существует, тяжким грузом давило на душу. А сейчас… можно встрепенуться! Вот они! Такие разные, и такие неожиданно близкие по духу. Их сплотила одна беда.
— Смотрите! — заверещала маленькая девчушка, тыча пальцем в мою сторону.
Все вокруг пришло в движение. За считаные мгновенья, все собравшиеся стояли у входа, с интересом наблюдая за тем, как я приземляюсь, а после прохожу сквозь врата, останавливаясь:
— Манорос?! — с недоверием, вглядываюсь в черты лица лайши. Я не видел брата… Боги, сколько же лет прошло c последней нашей встрече, где ему было всего двадцать?
— Тасохиор! — он стоял впереди всех, поэтому подойти к родственнику не составило труда. Крепкие объятья, и снова разглядывание лиц друг друга. — Я не верю своим глазам, — признается он. — Мы все думали, что ты погиб на войне! Как, как ты выжил? Что произошло? Почему многих нет с нами? Отец... мать… они только что были, и вот их нет. Пропали! Нужно искать! Так у многих, — зачастил Рон, выливая на меня все и сразу. — Хио, что ты молчишь? Мы все почувствовали, что Эльмар проснулся, и интуитивно, каждый по отдельности прилетел именно сюда, надеясь найти ответы на множество, рвущихся наружу вопросов. Брат, все растеряны!— младший еще долго бы распалялся, если бы я повторно его не обнял.
— Я так рад тебя видеть! — да, проблем много, и их нужно решать, но вот эти слова я обязан был сказать ему. Я действительно любил своего младшего братишку!
— Взаимно брат, — сдавив меня в объятьях, Рон затих.
— Я сам пока ничего не понимаю, — отстранившись, обвел взглядом всех присутствующих, замечая при этом, что родителей, и ближайших родственников не наблюдаю, — но мы обязательно разберемся в том, что случилось с жителями.
— Шесин, что делать с детьми, потерявшими всех родственников? — задала вопрос одна из женщин.
— Рынки и магазины не работают! Их владельцы исчезли, так же как и остальные. Что делать с едой? — донеслось из толпы.
— Мы будем искать пропавших? — еще один голос.
— Сейчас… — со стоном выдыхаю я, чувствуя как его горячая, подрагивающая плоть, упирается в мое разгоряченное естество. — Дааа…
Одно плавное движение, и преграда, оставляя после себя отголоски боли, пала, а окружающая нас реальность взорвалась миллионом маленьких искорок, оповещающих меня о том, что пути назад больше нет — наш союз признали боги! Мои, или его не важно! Главное что он мой, а я его! Мы не сможем долго жить друг без друга! Умру я — умрет и он! Но если все будет наоборот, мне придется смириться с болью, для того, чтобы удержать остальных. Да… это мой рок, наказание за то, что я оказалась «особенной».
Хио замер, давая привыкнуть к новым ощущениям. Его руки удерживали меня за бедра, не позволяя при этом пошевелиться, а губы хаотично целовали все, что попадалось на их пути. Казалось, он сошел с ума! Его глаза стали фантастическими: вся радужка была заполнена жидким золотом, кажущимся сейчас живым. Оно словно море, плескалось в своем плену, не имея возможности разлиться за очерченные границы. Это зрелище завораживало! Я тонула, даже не пытаясь выплыть, спастись, убежать.
А дальше все было как во сне! Нежные, плавные движения, сменялись сильными, и резкими, они качали нас на волнах блаженства, не позволяя при этом выбраться на сушу. Да и не хотелось на сушу! Хотелось плыть глубже, и глубже, пока огонь внутри наших тел не уйдет, не потухнет, не остынет, оставляя после себя лишь до боли приятную, разливающуюся внутри негу.
Наше рванное, сбившееся дыхание, сплетение тел, тихие, стоны, рычание… шепот — все это давно смешалось! Буря захватила наш разум полностью. Отгородила от всего ныне существующего. Забрала все без остатка, оставляя лишь древний инстинкт, обладать тем, кто принадлежит тебе. Больше ничего нет… не существует… испарилось… мир взорвался миллионами звезд, и медленно потух.
Еще не открыв глаза, потянулась, и от воспоминаний, хлынувших в мозг, заурчала, как пересытившаяся кошка. Перевернулась на живот, и, уткнувшись в подушку, промычала что-то совершенно не связное, желая при этом выплеснуть на ничем неповинную перину еще не затихшие чувства. Казалось будто бы вот, только мгновенье назад, горячие руки мужа, блуждающие по моему телу оставили завоеванную территорию, и сейчас просто отстранились на мгновенье, для того чтоб снова ринуться в бой, доставить еще больше удовольствия, унести меня ввысь и снова окунуть в темные омуты невероятного блаженства. В этом весь он — мой Хио! Нежный, страстный, дикий, прекрасный. То медлительный и мягкий, а спустя секунду — ураган, сносящий своими действиями и эмоциями все преграды, которые могли бы разделить нас вчера, но… их просто не было, и муж доказывал мне снова и снова, что таковых и не предполагается. Он весь мой! Без остатка!
Снова потянувшись, почувствовала приятную ломоту в теле. Улыбнулась пронесшимся воспоминаниям, откинула шелковистое одеяло, и присев на край огромнейшей кровати, осмотрела свое внезапное пристанище.
Ндя… до сегодняшнего дня я считала что знаю, что такое богатство и роскошь, но именно сейчас поняла, насколько сильно заблуждалась. Даже покои самого повелителя эльфов не сравнить с тем, что окружает меня в данный момент. Это что-то невероятное! Так и хочется остаться в этой спальне, и никуда из нее не выходить. Да я бы, если честно, не отказалась и пожить здесь хоть немного. Может, удастся милого уговорить погостить тут еще пару дней? Ну, или по крайней мере до того момента, пока мы не разберемся, что там с его городом произошло. Да и с гнездом тоже, и со стражем…
— Ой, мамочки, — соскочив с кровати, чуть не навернулась, не заметив возвышения, на котором стоит это чудо сотворенное руками невероятно талантливого мастера. — Что же теперь будет? — ступая босыми ногами по мягкому, воздушному ковру, метнулась к ближайшей двери, в глубине души надеясь на то, что за ней обнаружиться ванная комната. Но, не успела! Меня прямо на «лету» перехватили чьи-то руки:
— Асаи, — прошептал чарующий, бархатистый голос, от которого все внутри задрожало, и я, расслабившись, откинула голову на грудь моего белокрылого гиганта. — Что тебя так встревожило? — вот вроде спросил без лишних эмоций, но я, скорее всего себя так накрутила, что моментально напряглась. Тут же вспомнились обрывки моего недавнего, необдуманного поступка. Перед глазами одна за другой, будто издеваясь надо мной, вспыхивали картинки, напоминая о странном, не присущем мне поведении. Почему я бросилась на стража, но не убила его? Ведь могла же! Он был открыт. — Шая?!
И что ответить? Я ведь чувствую, что он не хочет мириться с наличием остальных мужчин. Один, два, или три — ему без разницы. Он не примет! Позволит спасти, но не даст приблизиться. Будет насмерть стоять между мной и ними. Как объяснить, что это противостояние ничем хорошим не закончиться?
А я? Что делать мне? При заключении союза я предупредила крылатого о том, что он будет не единственным. Меня же будет тянуть к каждому, кто предназначен мне этой заразой — судьбой.
Разобраться бы еще с моими мальчиками. Тяга к каждому из них какая-то странная. К одним более сильная, а к другим приглушенная, или почти незаметная. Но она есть! И особенно сильно меня начало тянуть к Арсу и Савашу уже после того, как их рабское тату исчезло. Значит, истинный зов к остальным я почувствую лишь тогда, когда мне удастся освободить их.
— Шая?! — едва заметное движение, и наши глаза встречаются. Хио долго и пронзительно смотрит, будто ища что-то в моем взгляде, а после, вздохнув, прижимает к себе. — Прости, — вот что значит связь истинных! Он чувствует меня так же хорошо, как и я его. С одной стороны это невероятно удобно, а с другой — ничего не спрячешь.
— Ты должен понять, и принять меня такой, какая я есть на самом деле! Подожди, — остановила я его, не дав произнести ни слова. — Мне нужно рассказать тебе о том, кто я на самом деле, — склонившись, муж оставил короткий поцелуй на моих губах, и пока я не пришла в себя, взял слово:
— Мне все равно, кем ты являешься, — снова поцелуй, и мое возмущение улетучивается, будто его и не было вовсе. — Ты моя жена. Моя женщина. Моя асаи! — его губы касаются щек, лба, носа, снова возвращаются к моим устам. — То, что ты не принадлежишь ни к одной расе в нашем мире, я и так вижу. Твоя внешность не имеет ничего общего ни с нагами, ни с драконами, а про ведьмаков и магов я вообще молчу — все это абсолютно не то. И если честно, до сих пор не понимаю, как ты могла свободно перемещаться по землям Алеорна?!
— Да, в общем, проблем особых с этим и не возникало. Я почти везде была в плаще, да и капюшон помогал частично скрыть лицо, — вспомнился поход за одеждой, глаза цвета молодой листвы, и ментальный удар, который напрочь выбил из моей головы все мозги. Я ведь тогда забыла об осторожности, и даже на площадь, где проходили торги, отправилась абсолютно не думая, о своей безопасности. Может именно это и послужило толчком для нападения в лесу?! Но тогда в чем причина магической атаки, которая произошла не далеко от торговых рядов? Купленные рабы?
— Нет! — оборвал мои мысли Хио. — Плащ не смог бы скрыть потоки магии, оплетающие твое тело.
— Когда я попала в ваш мир, во мне не было ни крупицы магии. — Это ведь, правда! Ее не было до момента нападения на дом, и ранения Арса.
— Скорее всего, ты просто ее не чувствовала, — успокаивающе погладив меня по плечам, муж немного отстранился, и резко сменяя тему: — Обедать будешь? — Что? Обедать? А как же завтрак?
— Ты так сладко спала, что я не посмел потревожить твой сон, — и улыбнулся так мило, что захотелось к нему на ручки, и целовать, целовать, целовать эти невероятно привлекательные губы. Хм… Что-то меня конкретно переклинивает!
— Мне бы ванну принять, — улыбнувшись в ответ, снова пробежала взглядом по невероятно дорогим вещам, а после обратила внимание на себя любимую: — Это что? — только дошло до моих потерянных мозгов, что я одета во что-то чужое, да и не только это должно было волновать, но видимо мои мозги уплыли в дальнее плаванье, абсолютно не желая работать как надо.
— По моей просьбе Улаисари позаботилась о некоторых вещах, которые могут тебе понадобиться на первое время. Конечно это малость, но позже, я надеюсь, ты сможешь получить все то, чего захочет твоя душа. — Хм… это что еще за дамочка? Может она является хозяйкой этого места? А если нет?! Что связывает эту мадам с моим Хио? И что делать? Вот никогда не знала, что такое ревность, а тут, будто накрыло.
— Кто такая Улаисари? — нет, я не могу постоянно думать об этом! Лучше сразу определить статус этой женщины, и дальше уже отталкиваться от полученной информации.
— Асаи, — довольно разулыбался крылатый засранец, — Улаисари Ренау является смотрящей за порядком в этом доме. Но сейчас, к ее обязанностям добавиться еще и помощь тебе.
— Ладно, — заторможенное состояние не оставляло, да и понять не могла, чего это там шкребётся на задворках разума. Но нет! С головы пропало абсолютно всё, и я даже не задалась логичным вопросом: откуда же взялась эта Улаисари, если кроме нас двоих и стражей, никого небыло? — Так, где я могу принять ванну?
Конечно же, уединиться мне не дали. Хио подхватив меня на руки, прошел к той двери, куда я направлялась до этого. Открыл ее, и мы попали в светлую, почти белую, ванную комнату, которая оказалась невероятных размеров. Нда, одна бы я тут точно затерялась, а вот рядом с крылатым, точнее у него на руках, чувствую себя очень даже комфортно. Даже не раздражает тот факт, что одну из стен комнаты полностью занимает огромное окно, начинающееся от пола, и заканчивается высоким потолком. И это при том, что в этом мире существуют крылатые расы! Как вообще строился этот дворец? Неужели сей факт не был учтен?
Мысли об интерьере, и архитектурных оплошностях улетучились, как только мои босые ступни коснулись теплой поверхности пола. Тут же исчезла и ночная сорочка, так любезно предоставленная помощницей. Еще какие-то вещи упали к моим ногам, и муж так же оказался без одежды. Тело к телу, и стало вообще плевать на то, где я, и что находиться вокруг. Мы просто пропали! Растворились! Переплелись сознаниями, эмоциями, душами. Взлетели высоко в небо, и упали вниз, не касаясь земли, разлетаясь на мелкие осколки, исчезающие в тонкой материи, оставляющие после себя лишь отголоски испытанного удовольствия.
Глава 28. Ночь у врат. Хио
Первая ночь пребывания в гнезде вышла очень тяжелой, и речь идет не о жене вовсе, а о тех событиях, которые произошли уже после нашего с ней единения. О да, моя девочка оказалась очень чувственной, отзывчивой и неутомимой. Ее реакция на мои прикосновения сносила все барьеры, сдерживающие звериную ипостась. Хочется перекинуться, и взять дикую малышку в истинном облике, но это не возможно, так что приходиться сдерживаться из последних сил, дабы не сорваться с катушек, и не навредить своему чуду, которое волей богини, оказалось в моих руках.
Что-то я не в ту сторону начал мыслить! Так вот речь о том, что в ночь после подтверждения парности, я почувствовал некий зов, не слишком навязчивый, но ощутимо толкающий меня наружу. Хотелось вылететь из гнезда, облететь местность, а после, проверить врата, и осмотреть город. Что бы это означало? Простое желание что-то вспомнить, или тяга к чему-то, или кому-то? Но город ведь пуст! Или все же нет? Возможно, этот зов означает опасность?! Я ведь так и не понял, откуда взялись напавшие на нас эн-лайши. Есть, конечно, предположение того, что они были в подобии моего состояния, но это было бы абсурдом! Зачем тому, кто ввел меня в стазис, оставлять в живых и этих существ? В чем смысл, и имеется ли он вообще в данной ситуации?
Облетев Эльмар, заметил еще шестерых сеа-лай*, которые по одиночке разгуливали в пустынном замке, и на прилегающих к нему териториях. Видимо, не только гнездо проснулось, но и его охрана тоже. Впрочем, о черных я уже знал! Встреча с двумя из них произошла совсем недавно, и особой радости она не принесла. Чувствую, со всем этим нужно будет разобраться! Может послать понравившегося Шае стража на осмотр городских территорий? Думаю для начала, этого будет достаточно для того, чтоб несколько дней, малышка не имела возможности, случайно наткнутся на этого индивида. А дальше придется как-нибудь изворачиваться для того, чтоб встреча и вовсе никогда не случилась. Я не позволю из нашей пары сотворить нечто не понятное! Всегда буду только я, и моя сладкая девочка, которую я никому не отдам! Пусть пока думает, что я не против остальных.
Знакомого черного у врат не оказалось, зато там был другой сюрприз в виде небольшой стайки, чего-то ожидающих, белокрылых. Вот тебе и пустой город! Всё же я оказался не единственным, оставшимся в живых, представителем нашей расы. Это безумно радовало! Ведь осознание того, что твоего народа больше не существует, тяжким грузом давило на душу. А сейчас… можно встрепенуться! Вот они! Такие разные, и такие неожиданно близкие по духу. Их сплотила одна беда.
— Смотрите! — заверещала маленькая девчушка, тыча пальцем в мою сторону.
Все вокруг пришло в движение. За считаные мгновенья, все собравшиеся стояли у входа, с интересом наблюдая за тем, как я приземляюсь, а после прохожу сквозь врата, останавливаясь:
— Манорос?! — с недоверием, вглядываюсь в черты лица лайши. Я не видел брата… Боги, сколько же лет прошло c последней нашей встрече, где ему было всего двадцать?
— Тасохиор! — он стоял впереди всех, поэтому подойти к родственнику не составило труда. Крепкие объятья, и снова разглядывание лиц друг друга. — Я не верю своим глазам, — признается он. — Мы все думали, что ты погиб на войне! Как, как ты выжил? Что произошло? Почему многих нет с нами? Отец... мать… они только что были, и вот их нет. Пропали! Нужно искать! Так у многих, — зачастил Рон, выливая на меня все и сразу. — Хио, что ты молчишь? Мы все почувствовали, что Эльмар проснулся, и интуитивно, каждый по отдельности прилетел именно сюда, надеясь найти ответы на множество, рвущихся наружу вопросов. Брат, все растеряны!— младший еще долго бы распалялся, если бы я повторно его не обнял.
— Я так рад тебя видеть! — да, проблем много, и их нужно решать, но вот эти слова я обязан был сказать ему. Я действительно любил своего младшего братишку!
— Взаимно брат, — сдавив меня в объятьях, Рон затих.
— Я сам пока ничего не понимаю, — отстранившись, обвел взглядом всех присутствующих, замечая при этом, что родителей, и ближайших родственников не наблюдаю, — но мы обязательно разберемся в том, что случилось с жителями.
— Шесин, что делать с детьми, потерявшими всех родственников? — задала вопрос одна из женщин.
— Рынки и магазины не работают! Их владельцы исчезли, так же как и остальные. Что делать с едой? — донеслось из толпы.
— Мы будем искать пропавших? — еще один голос.
