- Привет. Я смотрю, день был тяжелым?
Я чуть не взвыла. Вот только не сейчас, не надо мне разговоров, я в свою кроватку хочу. Душ, кровать и сладкий сон, под теплым одеялком. Как же я завидовала крылатику, который завернувшись в мои волосы, мирно посапывал мне в ухо. Меня, даже моя жажда, уже не смущала, а всё оттого, что на протяжении всего вечера, меня дразнил сладостный аромат Карсайто, который так и не выдал признаков, нашего тесного с ним общения.
- Только не говори, что ты специально меня искал, чтобы поговорить… - угрюмо взглянула на блондина. Нет, мне, конечно, и самой нужно было задать ему несколько вопросов, но я хотела поговорить об этом завтра.
Блондин фыркнул.
- Эй, я, между прочим, за советом шел.
Мысленно взвыла, но разумно не продемонстрировала своё отношение к этому заявлению. Вяло взобралась на подоконник, протерла уставшие глаза и хрипло попросила начинать. Блондин пристально наблюдал за моими действиями и не спешил приближаться.
- Я хотел поговорить на счет Малисы… - и умолк, ожидая моей реакции.
- Что?
Вздох, которого я уж точно не ожидала. Отвел глаза в сторону и с усердием начал рассматривать невидимые трещины на стене.
Нет, ну ведет себя, как первоклашка. Он что...? Влюбился что ли?
- Слушай. – Я нетерпеливо спрыгнула с подоконника. – Если она тебе понравилась, со мной не стоит советоваться, я мало, что о ней знаю, и тебе в этом деле не помощник. Так что, сорри. А вообще, любая девушка любит, когда за ней ухаживают (ага, любая, но не я) цветочки там, конфетки, комплименты. Просто будь самим собой с ней и проявляй интерес.
Эйшетаро уставился на меня во все глаза.
- Я не…
- Да всё ты сможешь. – Отмахнулась я от него и зашагала прочь. – Извини, но я так вымоталась, что еле на ногах стою. Завтра в столовой увидимся.
Я чувствовала, как мою спину просто прожигает его взгляд, но и правда больше ничего не могла ему посоветовать, так что не стала оборачиваться.
На следующий день меня ждало потрясение. Весьма занятное, кстати. Не успела я разлепить глаза, как в мою шею впились клыки. Верещала я долго, протяжно и со знанием дела. Оказывается, фамильяры питаются кровью своих хозяев. Не то, чтобы мне об этом кто-то рассказал, я сама все поняла, когда, отдернув от себя ужастика, приложила его об пол. Ну, просто, зачем ещё ему бы меня кусать понадобилось?
- Дура неуравновешенная – пискнул мышь, пьяно покачиваясь на столе.
Я промолчала, частично чувствуя свою вину, частично, сдерживая новый порыв его приложить обо что-нибудь.
- Мог бы и раньше сказать. Скажи спасибо, что я к тому моменту просыпаться уже начала. А так бы вообще прибила.
- Да ты и так чуть не прибила!
Я вздохнула, переведя взгляд на Малису. Та, к слову сказать, вообще ведет себя, как ни в чем не бывало. Даже приветствие её как-то странно прозвучало с утра. Будто я и не пыталась копыта отбросить недавно. «Доброе утро, Лиса» и всё… Нет, ну нормально, а? Хотя… За время нашего общения, Малиса мне еще ни разу нормальной не показалась. Это же о многом должно говорить, да?
Вот только начали хорошо общаться, как у неё опять что-то клинануло. Теперь молчит.
- Не хочешь сегодня со мной прогуляться после занятий?
Вот опять! Головой покачала и всё. Ну и ладно!
- А своё зло ты выгулять не хочешь? – растекаясь лужицей по столу, спросил мышь.
- Да ты и так постоянно со мной. Вот какой от тебя прок, скажи мне? Болтаешь, вынуждаешь тебя защищать и кусаешься! Ты не питомец, ты ходячая неприятность, мне и своей персоны хватает.
- А вот ничегошеньки я тебе не скажу, злыдня! – возмутилось зло. - И вообще! Ты в ответе за тех, кого приручила!
- Песец… - старая как мир истина, но её дядюшка в меня с детства вдалбливал.
Первым же занятием у нас была общая тренировка, по крайней мере, на карточке с расписанием было именно так написано, да и притащило меня к огромному залу, набитому адептами с разных факультетов.
В просторном зале творилось безобразие. Шум, гам, смех. В общем, вечеринка без музыки и напитков. Но стоило войти учителю, как все затихли и сдвинулись к стенам.
- Здравствуйте! Сегодня, у нас по идее, должна быть вторая общая тренировка, но в связи со сменой правил в академии, планы несколько поменялись. – После этого сообщения от препода, в зале поднялся гомон. – Не переживайте, тренировка будет, но в качестве соревнований. Проведем пробный бой между командами. А сейчас, выстройтесь своими триадами в два ряда, и мы приступим, кто ещё не попался в играх, выбирайте себе боемагов материи из свободных.
Народ послушно сновал по залу, выстраиваясь в два ряда по три человека, а я безуспешно рыскала глазами по залу. ЧП нигде не было. В итоге, мне пришлось встать у стены и прикинуться фикусом, но мои потуги не оценили.
- Адептка, Вам нужно особое приглашение?
- У меня нет триады, Вы же видите, я одна стою. – Отчеканила я.
Ох, не понравился мне блеск в голубых глазах препода, попой чую подставу.
- Значит, вставайте одиночкой – хмыкнул он. – Это, ведь, лично Ваша проблема, что Ваш напарник не явился. Или Вас так и не выбрали целью? – по залу прокатились смешки студентов.
Ах, ты ж…
Вдох. Выдох.
Пошла в конец строя, может припрется еще, гад синеглазый.
И без каких-либо объяснений или напутствующих речей, препод дал команду к бою. Первая пара триад сражалась всего несколько минут, но это было весьма зрелищно и познавательно. О роли щита в бою, я узнала только сейчас, и впервые увидела в действии. Пока танки сражаются, питая свои мечи магией боенергиков, щиты возводят голубые прозрачные купола. Сначала, я не поняла, зачем это нужно, ведь идет ближний бой. А когда боенергики стали швыряться друг в друга цветными шарами, я обомлела и восхитилась. Ведь, я даже не догадывалась, что бои могут быть дистанционными. Осталось только выяснить, как это делается. Может, есть ещё что-то, чего я не знаю.
Я думала, у меня ноги отсохнут стоять, прошло, наверное, часа два, пока очередь не дошла до меня. В итоге, я вышла одна против триады. Надо ли говорить, что меня снова засмеяли? Но к моему счастью в момент, когда триаду противника закрыло голубым щитом, дверь в зал распахнулась, и пред нашим взором предстал невозмутимый ЧП. Так и подмывало ляпнуть о пунктуальности некоторых.
Он величаво прошагал к нам со своим свитком и встал передо мной, не удостоив меня и взглядом. Правда, нашелся что сказать.
- Не вмешивайся, стой спокойно.
Вот лицом бы ко мне стоял, точно бы всё ему высказала.
- Не понял, так она его боенергик?! – воскликнул кто-то.
Вообще-то, это он мой танк, но не будем придираться к словам.
Прозвучала команда, и в одно мгновение, в руках синеглазого появился меч, вместо свитка. К сожалению процесс преобразования я не увидела, передо мной всё время мелькала спина ЧП. И практически сразу боенергик противника, начал швыряться шариками. Умно, ведь у нас-то нет щита.
Так. Соберись в кучу тряпка, потребовала я от себя, когда шарик вписался в ногу Карсайто. Сосредоточиться. В прошлый раз, после многократных попыток привести мысли в порядок, мне помогло пение. Вот и начнем с этого.
На ум практически сразу пришел припев песни DV Street, я закрыла глаза и начала напевать. И с первой же строчки пространство наполнилось мягкими нитями.
Я подойду к тебе незаметно, ты…
Не увидишь моего лица,
Нити энергии снова, как живые, потянулись ко мне. Прильнули к рукам, лаская кожу. Я чувствовала их тепло и признание.
Я не отвечу на твои вопросы,
На яву не слышно моего голоса.
Они скрутились в мягкий клубок, и как в прошлый раз, погладив по лицу, соскользнули с рук, устремившись к ЧП. Меня до кончиков волос наполнило умиротворением. Откуда-то, из глубин моей души, я знала, что так и должно быть.
Я сделаю тебя счастливым
И заставлю тебя страдать.
Сама не заметила, когда начала петь в полный голос, но чем громче было звучание песни, тем ярче были нити. Мне стало любопытно, что происходит в реальности.
Твои глаза горят ярче солнца.
Я дороже золота.
Распахнув глаза, первое что я увидела, был космос. Насыщенные глаза просто искрились, а на лице полнейшее потрясение. В зале царила тишина, переведя взгляд на остальных, я поняла, что случилось что-то из ряда вон. Снова.
Разглядывая лица присутствующих в кабинете ректора, я нервно теребила край юбки. Мне было непонятно, что происходит, и оттого страшно.
Сразу после того поединка, учитель утащил меня к ректору, даже не сказав ни слова, не позволил узнать, как вообще прошел этот бой. Единственное, что я успела заметить, так это металлическую перчатку с когтями на руке ЧП, которая переливалась всеми цветами радуги. Ну и, собственно, потрясенные до глубины души лица присутствующих.
- Нир, объясните, как Вы это сделали. – Раздался голос ректора, после того, как учитель рассказал ему об увиденном.
- Я пела – робко предложила я вариант произошедшего.
- Вы пели… - эхом повторил ректор с налетом задумчивости в голосе.
Откровенно говоря, меня смущало то, что по этому поводу собрали целую комиссию. О произошедшем итак все знали, но всё равно как-то… Стрёмно, что ли.
- Бедокур – прозвучала моя кличка – А тебе не кажется, что вокруг тебя слишком много событий происходит? – спросил О’Шен.
Спросите тоже. Конечно, кажется. Я себя вообще эпицентром катастрофы чувствую, а самое хреновое в том, что понять ничего не могу. Мне чуждо всё, что происходит. На Земле, мои проблемы никогда не принимали столь масштабных размеров, а здесь… Впору взвыть в голос. И всего-то спела пару раз. Запретить себе что ли это неблагодарное дело?
- Я, если честно, не понимаю, что произошло. Вы не могли бы...
- Могли бы. – Отозвался ректор. – Но не станем, пока не поймем. Отныне, Вы не посещаете общие тренировки. В это время у Вас будет отдельное занятие с Вашим партнером. Попробуем выявить на что Вы способны без свидетелей.
Я задумалась. А оно мне вообще надо? Нет, по сути, то что происходит во время моего пения – прикольно, как минимум. Мне нравится, когда энергия так ластится, единя меня пространством. Но, в то же время, реакция окружающих пугает. Это как в моем мире, если человек отличается от других, он, либо урод, либо псих. А я тогда кто? А я как обычно – рыжая. Что уже само за себя говорит. У всех в академии есть способности, каждый из студентов может проявить себя во всей красе, тогда почему они так удивились, когда я продемонстрировала себя? Ну, может и есть какие-то отклонения от нормы. Наверное, это даже круто, выглядеть в глазах студентов необычной. Но такое внимание со стороны преподавательского состава не льстит совсем.
Да и ЧП, наверняка не в восторге будет. Стоит только вспомнить мину кирпичом, которая сама за себя говорит, что в гробу он таких партнеров видал. Нет, ну сам, ведь виноват! Не я же так подставилась, да и в мыслях бы не было, если бы не угроза придушить несчастную меня, почти воплощённую, между прочим. И чего вообще так взъелся, спрашивается? Ну, подумаешь, поцеловала,… А что там ректор говорил о срыве печати? Неужели, это как-то связано между собой? Башкой, Вася думать надо! Магический мир, люди – маги, соответственно и с поцелуями что-нибудь не то. Твою дивизию, вот я косипор!
Чуть не схватилась за голову, но вспомнила, что сижу у ректора в кабинете под внимательными взглядами.
- А можно партнера в эти тренировки не втягивать? – подняла я глаза на ректора.
Вот только О’Шен ему ответить не дал, вместо этого пошел на меня, как танк.
- Бедокур! Что значит, партнера не втягивать?! Ты, как взводный должна понимать, что такие тренировки укрепляют боевой дух и налаживают отношения в команде!
Я ничего не ответила, понимая правоту его слов. Но, честное слово, не хочу видеть это выражение на лице синеглазого во время тренировок.
Договорившись о том, что я буду прилежной ученицей и начну себя контролировать во время любых тренировок, меня отправили восвояси. В это время, все студенты мчались в столовую, да и я уже испытывала не хилую такую жажду, поэтому последовала примеру остальных.
Уже по пути случилось две вещи. Первая - на меня напали. Сзади, без предупреждения и шума, который помог бы мне (я, во всяком случае, на это надеялась) распознать признаки висящей надо мной угрозы. Вторая – меня укусили. Сильная рука обвила меня со спины, крепко прижав к мужской груди, вторая отклонила мою голову в сторону, открывая доступ к шее. И все это случилось так скоропалительно, что я не сразу заметила, как раскаленным железом полыхнуло горло. А это могло значить только одно.
- Ты…
Договорить я не смогла. Вскрикнула от пронзительной боли, привлекая внимание спешащих в столовую адептов.
И я утонула в воспоминании, которое из меня будто вытягивали. Глаза затянуло поволокой, под кожей побежали искры сотен тысяч легких разрядов. Я не знала, с чем сравнить это ощущение. Это как… Любить и быть любимой, пьянеть от вкусного вина, стремительно падать с высокой горки и стрелять из автомата одновременно. Эйфория. Да, именно эйфория единения двух существ в одно целое.
Я крадучись переступаю босыми ногами по золотому песку, желая увидеть испуг на родном лице, чьи каштановые волосы сейчас так забавно треплет ветер. Вот смеху-то будет, когда я неожиданно вручу ему свою находку.
Делаю еще пару шагов, стучу маленькой ладошкой Женю по плечу, привлекая внимание, и когда он разворачивается, сую ему под нос паука лапами вперед.
Зелёные глаза Жени забавно скосились, в попытке рассмотреть, что же такое его трогает за нос. И тут приходит понимание, что это живое существо, которое дрыгает лапками, стараясь ухватиться за опору и удрать от греха подальше. От короткого судорожного вздоха существо с мохнатыми длинными лапками, почувствовав неладное, стало двигаться интенсивнее. И я даже не поняла, кто перепугался больше. Паук, который шокировано замер, растопырив свои страшные конечности, или Женя, который своим далеко не женским визгом «Паук», распугал чаек сидящих на берегу моря. Дядя в одну секунду с перекошенным от отвращения лицом, отпрыгнул на добрых три метра.
Над песчаным пляжем разнесся мой звонкий девчачий смех. Как же долго, я пыталась его напугать, он пауков боится!
- Василиса! – попытался успокоить меня Женя, но я хохотала до слез. Это будет лучшее воспоминание в моей жизни. – Он же ядовитый!
- Как ядовитый?!
- Василиса… - выдернули меня из солнечного воспоминания. – Это имя тоже красивое, но Васелия мне нравится больше.
Ненавязчивый шепот над ухом, заставил нехотя раскрыть глаза. Я уже не стояла на полу посреди коридора, я сидела на коленях ЧП в каком-то кабинете. Горло всё еще саднило, и голова кружилась, как после долгого катания на карусели. Мне определенно нужно было поесть, не ровен час, когда моя жажда меня сама вынудит кого-нибудь укусить.
- Зачем? – шепотом спрашиваю я.
Вызвал воспоминание, которое я многие годы лелею в своей памяти, ведь Женя, такой неэмоциональный. Я обожаю его широкие улыбки, потому что они редки, но еще реже я видела другие эмоции. Такие, как испуг, счастье, грусть, обожание, восхищение. Его лицо всегда бесстрастно. В общении с другими он часто употреблял ухмылку, но это скорее, чтобы оживить мимику, не более. А сейчас это разбередило мне душу, потому что я тоскую по нему.
Я чуть не взвыла. Вот только не сейчас, не надо мне разговоров, я в свою кроватку хочу. Душ, кровать и сладкий сон, под теплым одеялком. Как же я завидовала крылатику, который завернувшись в мои волосы, мирно посапывал мне в ухо. Меня, даже моя жажда, уже не смущала, а всё оттого, что на протяжении всего вечера, меня дразнил сладостный аромат Карсайто, который так и не выдал признаков, нашего тесного с ним общения.
- Только не говори, что ты специально меня искал, чтобы поговорить… - угрюмо взглянула на блондина. Нет, мне, конечно, и самой нужно было задать ему несколько вопросов, но я хотела поговорить об этом завтра.
Блондин фыркнул.
- Эй, я, между прочим, за советом шел.
Мысленно взвыла, но разумно не продемонстрировала своё отношение к этому заявлению. Вяло взобралась на подоконник, протерла уставшие глаза и хрипло попросила начинать. Блондин пристально наблюдал за моими действиями и не спешил приближаться.
- Я хотел поговорить на счет Малисы… - и умолк, ожидая моей реакции.
- Что?
Вздох, которого я уж точно не ожидала. Отвел глаза в сторону и с усердием начал рассматривать невидимые трещины на стене.
Нет, ну ведет себя, как первоклашка. Он что...? Влюбился что ли?
- Слушай. – Я нетерпеливо спрыгнула с подоконника. – Если она тебе понравилась, со мной не стоит советоваться, я мало, что о ней знаю, и тебе в этом деле не помощник. Так что, сорри. А вообще, любая девушка любит, когда за ней ухаживают (ага, любая, но не я) цветочки там, конфетки, комплименты. Просто будь самим собой с ней и проявляй интерес.
Эйшетаро уставился на меня во все глаза.
- Я не…
- Да всё ты сможешь. – Отмахнулась я от него и зашагала прочь. – Извини, но я так вымоталась, что еле на ногах стою. Завтра в столовой увидимся.
Я чувствовала, как мою спину просто прожигает его взгляд, но и правда больше ничего не могла ему посоветовать, так что не стала оборачиваться.
На следующий день меня ждало потрясение. Весьма занятное, кстати. Не успела я разлепить глаза, как в мою шею впились клыки. Верещала я долго, протяжно и со знанием дела. Оказывается, фамильяры питаются кровью своих хозяев. Не то, чтобы мне об этом кто-то рассказал, я сама все поняла, когда, отдернув от себя ужастика, приложила его об пол. Ну, просто, зачем ещё ему бы меня кусать понадобилось?
- Дура неуравновешенная – пискнул мышь, пьяно покачиваясь на столе.
Я промолчала, частично чувствуя свою вину, частично, сдерживая новый порыв его приложить обо что-нибудь.
- Мог бы и раньше сказать. Скажи спасибо, что я к тому моменту просыпаться уже начала. А так бы вообще прибила.
- Да ты и так чуть не прибила!
Я вздохнула, переведя взгляд на Малису. Та, к слову сказать, вообще ведет себя, как ни в чем не бывало. Даже приветствие её как-то странно прозвучало с утра. Будто я и не пыталась копыта отбросить недавно. «Доброе утро, Лиса» и всё… Нет, ну нормально, а? Хотя… За время нашего общения, Малиса мне еще ни разу нормальной не показалась. Это же о многом должно говорить, да?
Вот только начали хорошо общаться, как у неё опять что-то клинануло. Теперь молчит.
- Не хочешь сегодня со мной прогуляться после занятий?
Вот опять! Головой покачала и всё. Ну и ладно!
- А своё зло ты выгулять не хочешь? – растекаясь лужицей по столу, спросил мышь.
- Да ты и так постоянно со мной. Вот какой от тебя прок, скажи мне? Болтаешь, вынуждаешь тебя защищать и кусаешься! Ты не питомец, ты ходячая неприятность, мне и своей персоны хватает.
- А вот ничегошеньки я тебе не скажу, злыдня! – возмутилось зло. - И вообще! Ты в ответе за тех, кого приручила!
- Песец… - старая как мир истина, но её дядюшка в меня с детства вдалбливал.
Первым же занятием у нас была общая тренировка, по крайней мере, на карточке с расписанием было именно так написано, да и притащило меня к огромному залу, набитому адептами с разных факультетов.
В просторном зале творилось безобразие. Шум, гам, смех. В общем, вечеринка без музыки и напитков. Но стоило войти учителю, как все затихли и сдвинулись к стенам.
- Здравствуйте! Сегодня, у нас по идее, должна быть вторая общая тренировка, но в связи со сменой правил в академии, планы несколько поменялись. – После этого сообщения от препода, в зале поднялся гомон. – Не переживайте, тренировка будет, но в качестве соревнований. Проведем пробный бой между командами. А сейчас, выстройтесь своими триадами в два ряда, и мы приступим, кто ещё не попался в играх, выбирайте себе боемагов материи из свободных.
Народ послушно сновал по залу, выстраиваясь в два ряда по три человека, а я безуспешно рыскала глазами по залу. ЧП нигде не было. В итоге, мне пришлось встать у стены и прикинуться фикусом, но мои потуги не оценили.
- Адептка, Вам нужно особое приглашение?
- У меня нет триады, Вы же видите, я одна стою. – Отчеканила я.
Ох, не понравился мне блеск в голубых глазах препода, попой чую подставу.
- Значит, вставайте одиночкой – хмыкнул он. – Это, ведь, лично Ваша проблема, что Ваш напарник не явился. Или Вас так и не выбрали целью? – по залу прокатились смешки студентов.
Ах, ты ж…
Вдох. Выдох.
Пошла в конец строя, может припрется еще, гад синеглазый.
И без каких-либо объяснений или напутствующих речей, препод дал команду к бою. Первая пара триад сражалась всего несколько минут, но это было весьма зрелищно и познавательно. О роли щита в бою, я узнала только сейчас, и впервые увидела в действии. Пока танки сражаются, питая свои мечи магией боенергиков, щиты возводят голубые прозрачные купола. Сначала, я не поняла, зачем это нужно, ведь идет ближний бой. А когда боенергики стали швыряться друг в друга цветными шарами, я обомлела и восхитилась. Ведь, я даже не догадывалась, что бои могут быть дистанционными. Осталось только выяснить, как это делается. Может, есть ещё что-то, чего я не знаю.
Я думала, у меня ноги отсохнут стоять, прошло, наверное, часа два, пока очередь не дошла до меня. В итоге, я вышла одна против триады. Надо ли говорить, что меня снова засмеяли? Но к моему счастью в момент, когда триаду противника закрыло голубым щитом, дверь в зал распахнулась, и пред нашим взором предстал невозмутимый ЧП. Так и подмывало ляпнуть о пунктуальности некоторых.
Он величаво прошагал к нам со своим свитком и встал передо мной, не удостоив меня и взглядом. Правда, нашелся что сказать.
- Не вмешивайся, стой спокойно.
Вот лицом бы ко мне стоял, точно бы всё ему высказала.
- Не понял, так она его боенергик?! – воскликнул кто-то.
Вообще-то, это он мой танк, но не будем придираться к словам.
Прозвучала команда, и в одно мгновение, в руках синеглазого появился меч, вместо свитка. К сожалению процесс преобразования я не увидела, передо мной всё время мелькала спина ЧП. И практически сразу боенергик противника, начал швыряться шариками. Умно, ведь у нас-то нет щита.
Так. Соберись в кучу тряпка, потребовала я от себя, когда шарик вписался в ногу Карсайто. Сосредоточиться. В прошлый раз, после многократных попыток привести мысли в порядок, мне помогло пение. Вот и начнем с этого.
На ум практически сразу пришел припев песни DV Street, я закрыла глаза и начала напевать. И с первой же строчки пространство наполнилось мягкими нитями.
Я подойду к тебе незаметно, ты…
Не увидишь моего лица,
Нити энергии снова, как живые, потянулись ко мне. Прильнули к рукам, лаская кожу. Я чувствовала их тепло и признание.
Я не отвечу на твои вопросы,
На яву не слышно моего голоса.
Они скрутились в мягкий клубок, и как в прошлый раз, погладив по лицу, соскользнули с рук, устремившись к ЧП. Меня до кончиков волос наполнило умиротворением. Откуда-то, из глубин моей души, я знала, что так и должно быть.
Я сделаю тебя счастливым
И заставлю тебя страдать.
Сама не заметила, когда начала петь в полный голос, но чем громче было звучание песни, тем ярче были нити. Мне стало любопытно, что происходит в реальности.
Твои глаза горят ярче солнца.
Я дороже золота.
Распахнув глаза, первое что я увидела, был космос. Насыщенные глаза просто искрились, а на лице полнейшее потрясение. В зале царила тишина, переведя взгляд на остальных, я поняла, что случилось что-то из ряда вон. Снова.
ГЛАВА 7
Разглядывая лица присутствующих в кабинете ректора, я нервно теребила край юбки. Мне было непонятно, что происходит, и оттого страшно.
Сразу после того поединка, учитель утащил меня к ректору, даже не сказав ни слова, не позволил узнать, как вообще прошел этот бой. Единственное, что я успела заметить, так это металлическую перчатку с когтями на руке ЧП, которая переливалась всеми цветами радуги. Ну и, собственно, потрясенные до глубины души лица присутствующих.
- Нир, объясните, как Вы это сделали. – Раздался голос ректора, после того, как учитель рассказал ему об увиденном.
- Я пела – робко предложила я вариант произошедшего.
- Вы пели… - эхом повторил ректор с налетом задумчивости в голосе.
Откровенно говоря, меня смущало то, что по этому поводу собрали целую комиссию. О произошедшем итак все знали, но всё равно как-то… Стрёмно, что ли.
- Бедокур – прозвучала моя кличка – А тебе не кажется, что вокруг тебя слишком много событий происходит? – спросил О’Шен.
Спросите тоже. Конечно, кажется. Я себя вообще эпицентром катастрофы чувствую, а самое хреновое в том, что понять ничего не могу. Мне чуждо всё, что происходит. На Земле, мои проблемы никогда не принимали столь масштабных размеров, а здесь… Впору взвыть в голос. И всего-то спела пару раз. Запретить себе что ли это неблагодарное дело?
- Я, если честно, не понимаю, что произошло. Вы не могли бы...
- Могли бы. – Отозвался ректор. – Но не станем, пока не поймем. Отныне, Вы не посещаете общие тренировки. В это время у Вас будет отдельное занятие с Вашим партнером. Попробуем выявить на что Вы способны без свидетелей.
Я задумалась. А оно мне вообще надо? Нет, по сути, то что происходит во время моего пения – прикольно, как минимум. Мне нравится, когда энергия так ластится, единя меня пространством. Но, в то же время, реакция окружающих пугает. Это как в моем мире, если человек отличается от других, он, либо урод, либо псих. А я тогда кто? А я как обычно – рыжая. Что уже само за себя говорит. У всех в академии есть способности, каждый из студентов может проявить себя во всей красе, тогда почему они так удивились, когда я продемонстрировала себя? Ну, может и есть какие-то отклонения от нормы. Наверное, это даже круто, выглядеть в глазах студентов необычной. Но такое внимание со стороны преподавательского состава не льстит совсем.
Да и ЧП, наверняка не в восторге будет. Стоит только вспомнить мину кирпичом, которая сама за себя говорит, что в гробу он таких партнеров видал. Нет, ну сам, ведь виноват! Не я же так подставилась, да и в мыслях бы не было, если бы не угроза придушить несчастную меня, почти воплощённую, между прочим. И чего вообще так взъелся, спрашивается? Ну, подумаешь, поцеловала,… А что там ректор говорил о срыве печати? Неужели, это как-то связано между собой? Башкой, Вася думать надо! Магический мир, люди – маги, соответственно и с поцелуями что-нибудь не то. Твою дивизию, вот я косипор!
Чуть не схватилась за голову, но вспомнила, что сижу у ректора в кабинете под внимательными взглядами.
- А можно партнера в эти тренировки не втягивать? – подняла я глаза на ректора.
Вот только О’Шен ему ответить не дал, вместо этого пошел на меня, как танк.
- Бедокур! Что значит, партнера не втягивать?! Ты, как взводный должна понимать, что такие тренировки укрепляют боевой дух и налаживают отношения в команде!
Я ничего не ответила, понимая правоту его слов. Но, честное слово, не хочу видеть это выражение на лице синеглазого во время тренировок.
Договорившись о том, что я буду прилежной ученицей и начну себя контролировать во время любых тренировок, меня отправили восвояси. В это время, все студенты мчались в столовую, да и я уже испытывала не хилую такую жажду, поэтому последовала примеру остальных.
Уже по пути случилось две вещи. Первая - на меня напали. Сзади, без предупреждения и шума, который помог бы мне (я, во всяком случае, на это надеялась) распознать признаки висящей надо мной угрозы. Вторая – меня укусили. Сильная рука обвила меня со спины, крепко прижав к мужской груди, вторая отклонила мою голову в сторону, открывая доступ к шее. И все это случилось так скоропалительно, что я не сразу заметила, как раскаленным железом полыхнуло горло. А это могло значить только одно.
- Ты…
Договорить я не смогла. Вскрикнула от пронзительной боли, привлекая внимание спешащих в столовую адептов.
И я утонула в воспоминании, которое из меня будто вытягивали. Глаза затянуло поволокой, под кожей побежали искры сотен тысяч легких разрядов. Я не знала, с чем сравнить это ощущение. Это как… Любить и быть любимой, пьянеть от вкусного вина, стремительно падать с высокой горки и стрелять из автомата одновременно. Эйфория. Да, именно эйфория единения двух существ в одно целое.
Я крадучись переступаю босыми ногами по золотому песку, желая увидеть испуг на родном лице, чьи каштановые волосы сейчас так забавно треплет ветер. Вот смеху-то будет, когда я неожиданно вручу ему свою находку.
Делаю еще пару шагов, стучу маленькой ладошкой Женю по плечу, привлекая внимание, и когда он разворачивается, сую ему под нос паука лапами вперед.
Зелёные глаза Жени забавно скосились, в попытке рассмотреть, что же такое его трогает за нос. И тут приходит понимание, что это живое существо, которое дрыгает лапками, стараясь ухватиться за опору и удрать от греха подальше. От короткого судорожного вздоха существо с мохнатыми длинными лапками, почувствовав неладное, стало двигаться интенсивнее. И я даже не поняла, кто перепугался больше. Паук, который шокировано замер, растопырив свои страшные конечности, или Женя, который своим далеко не женским визгом «Паук», распугал чаек сидящих на берегу моря. Дядя в одну секунду с перекошенным от отвращения лицом, отпрыгнул на добрых три метра.
Над песчаным пляжем разнесся мой звонкий девчачий смех. Как же долго, я пыталась его напугать, он пауков боится!
- Василиса! – попытался успокоить меня Женя, но я хохотала до слез. Это будет лучшее воспоминание в моей жизни. – Он же ядовитый!
- Как ядовитый?!
- Василиса… - выдернули меня из солнечного воспоминания. – Это имя тоже красивое, но Васелия мне нравится больше.
Ненавязчивый шепот над ухом, заставил нехотя раскрыть глаза. Я уже не стояла на полу посреди коридора, я сидела на коленях ЧП в каком-то кабинете. Горло всё еще саднило, и голова кружилась, как после долгого катания на карусели. Мне определенно нужно было поесть, не ровен час, когда моя жажда меня сама вынудит кого-нибудь укусить.
- Зачем? – шепотом спрашиваю я.
Вызвал воспоминание, которое я многие годы лелею в своей памяти, ведь Женя, такой неэмоциональный. Я обожаю его широкие улыбки, потому что они редки, но еще реже я видела другие эмоции. Такие, как испуг, счастье, грусть, обожание, восхищение. Его лицо всегда бесстрастно. В общении с другими он часто употреблял ухмылку, но это скорее, чтобы оживить мимику, не более. А сейчас это разбередило мне душу, потому что я тоскую по нему.
