Прежде чем она успела что-то сказать, я нагло предложила:
– Может, вместе спросим, чего хочет профессор? – и дернула ручку двери, гостеприимно распахнув её перед директрисой и театрально застыв на пороге.
– Это что такое?! – после секундного замешательства выпалила директриса и зашла в кабинет.
Я сразу же последовала за ней, не закрыв за нами дверь и изо всех сил пытаясь подавить ухмылку. Чем больше зрителей – тем лучше.
Картина шикарная, со стола профессора скинуты все документы. Ящик с личными запасами настоек перевернут и лежит на столе – наверное, он пытался выпить противоядие. Но, судя по тому, что Кристина сидит на столе, обвив его талию ногами, у профессора ничего не получилось. А как проникновенно они целуются, буквально пожирают друг друга. Лепота!
– ЭТО ЧТО, ВАШУ МАТЬ, ТАКОЕ?! ЗАХАРОВ?! – гаркнула директриса на весь кабинет, ибо на первый ее вопрос никто не отреагировал.
Кажется, она не должна была настолько разозлиться, разве что Захаров для нашей директрисы больше, чем один из преподавателей. На ее крики из приемной сбежались люди: секретарь, помощница и глава учительского совета.
– Мамочки… – пустила на эту картину слюнки пухлая секретарша Зина.
Добрая сердцем одинокая женщина лет за тридцать. И посочувствует, и накормит, если надо, вступится перед директрисой. Бедная, все жалуется на ужасную женскую долю и несправедливую судьбу. Мужа у нее отродясь не было, только книжки похабные читает и вместе с Кларой после пар обсуждает прочитанное. Они в этом плане очень похожи, считают, что любой женщине не хватает мужской ласки и тепла. Мне вот за последнюю ночь хватило, причем на всю жизнь! Так что и не хочу больше!
– Это что же такое творится? – улыбается во все зубы глава учебного совета Тамара Семеновна.
Та еще зараза, вечно меня задевает.
– Что за запах? – скривилась помощница.
– ПРЕКРАТИТЬ!!! – закричала директриса, а я незаметно раскрыла второй пакетик и быстрым движением метнула его в сторону наших голубков.
Директриса хотела броситься их разнимать, но мой порошок сработал, и комнату оглушил взрыв. Голубков отбросило в стенку. Прямиком на этажерку с порошками и баночками, в результате чего те с весёлым «Дзинь!» посыпались на бессознательную парочку сверху. Что-то я не думала, что взорвется так сильно, дозировку попутала?
– Это что было? – растерялась Маргарита Павловна, помощница директрисы.
– Так они в порыве страсти разбили чемодан с зельями, вот и сдетонировало, – на ходу сочинила я.
– Хоть живы? – испуганно всплеснула руками Зина и кинулась выяснять. Но я ее остановила: мало ли порошок на них остался.
– Не трогайте, тут разные зелья намешаны, это опасно! – остановила я желающих помочь.
– И то правда! Живо вызывайте целителей, будем разбираться с ними. Руднева, пошли уведомление через консьержку, только тихо. Нельзя чтобы узнали, чем они тут занимались, – отослала директриса, чему я была очень рада.
Нет уж, я сама позабочусь, чтобы все училище узнало, что и как случилось с этими двумя. Позор – это тоже часть мести. Кто же мне в этом поможет, как не та самая консьержка – первая сплетница училища? Надо же, как приятно быть плохой, у меня к этому талант.
Вальтер
Моё и так не бескрайнее терпение иссякло. Даже не так, оно исчезло, просто испарилось. Внутри проснулся ужасный дикий зверь, который требовал лишь одного – найти ее! Ее – это не некромантку, мне на нее плевать, если она, конечно, не является моей женой. А вот женушку я видеть хочу сильно. Очень, очень сильно! Столько вопросов к ее скромной персоне, что и не сосчитать.
От раздражения магия плохо слушается, комиссаров приводит в ужас вышедший из-под контроля родовой огонь. Как же ярко он горит, никогда раньше так не горел. Когда-то, очень давно отец рассказывал мне, что в этом огне горят души наших предков. Забавная сказка для маленьких детей. Но это единственное объяснение, почему огонь оберегает нас, защищает от опасностей, как родители защищают свое дитя. Отец говорил, что когда он женился на матери, огонь воспылал сильнее и ярче, словно обрел новую силу. Будто сами предки одобрили его выбор жены. Бред, никогда не верил в эту историю, пока подобное не случилось со мной. Однако уверен, что в моем случае предки не рады моему выбору, а просто насмехаются над моей глупостью.
Как так-то? Как я наломал таких дров? Как я поставил ей эту чёртову Брачною Метку?! Ладно, если бы она была невинна, но в это верится с трудом. Какая невинная девушка придёт к мужчине в номер голая? Комната сгорела полностью, никаких следов не осталось. Сам я был слишком пьян, чтобы заметить. Хорошо, допустим, она и впрямь была невинна, хоть это и смахивает на невозможный бред. Но все же, как я против ее воли забрал невинность? КАК?! ОНА ЖЕ САМА КО МНЕ ПРИШЛА!!! Да как такое возможно?!
Я думаю об этом все время, пока ору на комиссаров, пока допрашиваю персонал, который несет некий бред. Весь город стоит на ушах, правда не из-за одного меня. Один весьма сумасшедший военный министр сжег целый район столицы! Нет, официально там начался пожар. Вот только где вы видели пожар зеленого цвета?!
Похоже, некромантка и до него добралась, ему ведь она тоже грозилась отомстить. Знать бы: как отомстила? Я даже шпионов своих навострил, чтобы за ним поглядывали. Те вернулись довольно быстро и сообщили, что военный министр, оказывается, ищет женщину, прямо как описывал охранник: страшненькую с длинными волосами. У моей жены… Спаситель, как бесит это слово! У моей жены волосы, конечно, длинные, однако на лицо она точно не страшная. Но у меня никак не получается сложить всё в единую картину, в одном я уверен, некромантка и моя, прости Спаситель, жена как-то связаны. Не некромантку ли жёнушка тащила за собой из отеля? Очень может быть, что ее.
– Господин, что прикажете? – спрашивает Катрина, и я возвращаюсь в настоящее.
За окном закат, а я думал, что и до рассвета не доживу. Как все меняется резко, жизнь смешная штука. Когда-то я смирился со своей судьбой, теперь же не хочу ее принять. Какой же я идиот, умереть спокойно и то не могу. Красивый все-таки вид открывается из окна моего личного кабинета: на сад королевского дворца, но и он не способен отвлечь меня от мыслей.
– Господин? – переспросила Катрина, мой секретарь и наказание в одном лице.
Это существо, эта девушка ощущает один лишь голод. Не знаю, докладывает ли она Труту о каждом моем шаге, но отчего-то мне и не хочется этого знать. Моё отчаянье, злость и растерянность сыграли со мной плохую шутку.
– Найди мою жену, – сказал, совсем не подумав.
– Жену? – переспросила Катрина, и я уловил ее удивление.
Вот что я делаю? Не хватало, чтобы еще Трут узнал о моей женитьбе! Этот точно попытался бы убить мою новоиспеченную женушку, чтобы избавиться от меня и отомстить.
– Невеста, которой я отдал кольцо, выбросила его. Вы не слышали о поверье? Исходя из него, кольцо само найдет подходящую пару для меня, – выкрутился я с трудом, да мне не очень была нужна ее вера, нужно отослать ее подальше. – Так вот, Катрина, найдите мне родовое кольцо и его обладательницу. Если такая имеется, конечно.
С этими словами поднялся со стула, пнул сгоревший письменный стол. Я же говорил, что не контролирую теперь свои вспышки гнева. Прошелся по сгоревшему ковру и вышел в дыру, которая раньше была дверью. Хочу отдохнуть, но не могу. В отель возвращаться, смысла нет, так что решил поехать в свой столичный дом, он же мой, в конце концов.
Настроение ужасное, мысли все время возвращаются к прошлой ночи. Что скрывать, не всегда я вспоминаю ее итог. От этого становится тошно, ведь я повелся на ее чувства. Порой кажется, что я не могу доверять ни себе, ни собственному проклятью. В моей жизни осталось так мало того, чему я действительно могу доверять.
Особняк встретил меня шумом, что ни капли не радует. Чем дальше я прохожу вглубь своего дома, тем больше завожусь.
Серафима – моя будущая покойная сестрица – нашлась в моей собственной спальне. Да еще не одна. Жить ей, что ли, надоело? Вместе с ней, на МОЕЙ кровати разлеглись три полуголых мужика, да и сама она одета исключительно в кружевной пеньюар. Вальяжно лежит, пока эти доморощенные самцы кормят ее виноградом.
– ЭТО ЧТО ТАКОЕ?! – кричу, еле сдерживая родовой огонь. – Ты что за бордель устроила в моем доме?!
Мужики вскочили вместе с Серафимой с кровати. У этой дуры от страха даже рот открылся.
– Муж? – испуганно спросил один с мужиков у сестры.
– Хуже! Брат! – выпалила сестрица с ужасом.
Мужики неловко переглянулись, собирая свои вещички.
– Ты чего вернулся? – выдало чудо, называемое моей младшей сестрой.
– Что-то я не понял: ты спрашиваешь, почему я вернулся в СОБСТВЕННЫЙ ДОМ?! – злость колотит в груди, подсказывая, что не только кабинет сегодня подпалю.
Я дал свободу эмоциям, позволяя родовому огню окутать тело. Одежда сгорела почти сразу, хахали сестрицы, пригибаясь, бежали прочь из спальни на полусогнутых под мой громкий крик «ВОН!». Жаль, сестрица слов не понимает, ошибочно считая меня добрым старшим братом.
– Вальтер, да что на тебя нашло? – ошарашенно спрашивает она, и я понимаю, что с меня хватит.
– Тебе, моя дорогая сестрица, пора напомнить, где ты находишься и за чей счёт живешь! – пылая и в прямом, и в переносном смысле, подхожу к ней.
Огонь не сделает ей ничего плохого, все-таки она моя сестра, но владеть им она уже не может. Сколько раз мне приходилось платить за спаленное ею чужое добро, просто не счесть, но это все в прошлом.
– С чего бы это? По закону предков пока я не выйду замуж, или ты не женишься, я на полном твоем попечении! Так что не командуй мне тут! – нагло заявила эта стерва.
Вот значит, как мы заговорили, теперь она точно от меня ни копейки не получит!
– Так закон предков уже действует, Серафима, – кривлюсь, тщательно давя улыбку: хоть какой-то прок от этой женитьбы. – Так что тебе пора на выход!
– Почему это? Я пока замуж не собираюсь, а ты жениться не… – она резко умолкла на полуслове, с прищуром смотря на меня.
На ее хорошенькой мордашке появилась догадка, что ей явно несвойственно. Думать – это не удел таких женщин, как Серафима.
– Только не говори, что ты женился на этой дуре Камилле лишь бы избавиться от меня? – замогильным голосом поинтересовалось она.
– А я и не говорю, – магическим воздушным пинком подтолкнул её к выходу так, чтобы не увидела печать у меня на спине. – Я говорю: ПОШЛА ВОН!!!
У нас в семье просто «идеальные» семейные отношения.
– Вальтер! Ты не можешь! – взвизгнула сестрица, когда я поднял ее в воздух и, подхватив воздушным потоком, отправил за ворота своего дома прямо в пеньюаре.
– Еще как могу! – говорю с улыбкой, оставшись в одиночестве.
Обернулся на кровать, нет, на ней спать я больше не собираюсь. Остаток вечера я успокаивался тем, что нещадно палил собственную мебель. Лег спать поздно ночью на кушетке в прихожей, хоть и не был уверен, что сестрица не успела испоганить и эту мебель.
Засыпал трудно, все мои мысли крутились вокруг так называемой «дорогой» жены. Почему-то представилось, как я вот таким же образом застаю в своей кровати не сестру, а жену. Приснится же такой бред, в реальности такое невозможно. Если ее и коснется хотя бы один мужчина, мой родовой огонь мгновенно превратит его в пепел.
– Может, мы поговорим? – заискивающе смотрит на меня сестрица сквозь заиндевевшее стекло.
– Нет, – отвечаю ей прохладно, с видимым удовольствием отпивая горячий чай из чашки.
Утро сегодня хорошее, несмотря на плохие новости. Светит солнышко, погода – мороз и небольшой снег. Как раз то, что мне сейчас нужно, чтобы любоваться ее страданиями. Как не обрадоваться сестрице, стоящей у окна в одном летнем платье, укутанной в одеяло?
– Ну, Вальтер, ну, братик, – сюсюкает она, на что я с пренебрежением отвернулся.
Это с ее мужиками сцена с заплаканным лицом проходила, на меня это перестало действовать, едва ей стукнуло пять лет. Неужели она думает, что в ее сто с хвостиком что-то изменилось? «Мудрость приходит с возрастом» – это не про неё.
– Проваливай, – повторил, уткнувшись в очередные доклады своих подопечных.
Работы в последние дни накопилось много, весь город буквально кишит тайной полицией и комиссарами. Похоже, всего лишь одна некромантка может поднять на уши все карательные службы страны. Мои комиссары даже в провинции отправились искать эту девушку.
Работники, как всегда, жалуются, что им не хватает информации, мол, девушек с длинными волосами много. Как будто я не понимаю, какая это незначительная деталь?! Но что мне художника нанять, чтобы ее портрет нарисовал? Темно было, я еле запомнил черты ее лица, только глаза отчётливо помню. Кроме того, стоит мне это сделать, Трут сразу достанет копию портрета. Не сомневаюсь в своих возможностях, но все же на то он военный министр, чтобы быстро находить нужных ему людей. Да и не хочется давать ему еще одну возможность меня уничтожить.
– Вальтер! Ты как со мной разговариваешь?! Я твоя сестра, между прочим!
О, как обычно, перешла к своему главному и единственному аргументу. Что я могу на это ответить? Ничего, просто продолжил вчитываться в бумажки.
На западе графы опять разбушевались, все никак не могут поделить один колодец, в нем недавно золотую руду нашли. Что тут ещё нового? Эльфы снова письмо прислали, мол, приедут с дипломатическим визитом. Опять, что ли, собрались предлагать нам свои земли на востоке? Сколько им можно объяснять, что нам те болота не нужны, сколько бы редчайших трав там не росло! Серьезно, о чем они вообще думают? Наверное, ищут очередной предлог, чтобы ещё раз попытаться свою принцессу замуж за нашего принца отдать. Эта дама настолько истерична, что даже моей сестрице до нее далеко.
Эльфийский род уже отчаялся найти ее жениха, ведь сия особа портит все представления об эльфах. Поговаривают, что отвратительный характер сводит на нет всю её красоту. Вздохнул, опять маячат проблемы на горизонте. Что король, что его семья – все представляют собой одну сплошную проблему. Иногда так хочется плюнуть на все это и пожить в свое удовольствие, ни за что не отвечая.
– Я от слуг слышала, что никакой жены у тебя нет! Не обманывай меня! Впусти хоть зимние платья забрать! – запричитала сестра и попыталась достать меня из-за окна.
Вскрик «Ой!», и она на своей шкуре опробовала защитные чары моего дома. Спаситель, почему она такая глупая?
– Это кто же из моих слуг на тебя подрабатывает, Серафима? – оторвался от доносов и скосил на сестру взгляд.
Сестрица обворожительно улыбнулась, мол, ничего не знаю. Ага, наверное, дворецкий Форс постарался, старый дедок, а все туда же! Стоит только бабе перед ним задом покрутить… Хотя, кто это говорит? Мужчина, поставивший Брачную Метку на первой встречной девушке? Мне-то самому гордиться нечем.
Скривился, упоминание об этой штуке начинает бесить. Впрочем, и неясность ситуации с моей дорогой женой тоже бесит. Некромантка или бродяжка? Да кто она вообще такая, и как смеет от меня прятаться? Вдруг вообще какая-то фанатичка? Вены себе вскроет, лишь бы меня убить вместе с собой? Некромантка вела себя очень странно, вот ее фанатичкой точно можно назвать.
– Может, вместе спросим, чего хочет профессор? – и дернула ручку двери, гостеприимно распахнув её перед директрисой и театрально застыв на пороге.
– Это что такое?! – после секундного замешательства выпалила директриса и зашла в кабинет.
Я сразу же последовала за ней, не закрыв за нами дверь и изо всех сил пытаясь подавить ухмылку. Чем больше зрителей – тем лучше.
Картина шикарная, со стола профессора скинуты все документы. Ящик с личными запасами настоек перевернут и лежит на столе – наверное, он пытался выпить противоядие. Но, судя по тому, что Кристина сидит на столе, обвив его талию ногами, у профессора ничего не получилось. А как проникновенно они целуются, буквально пожирают друг друга. Лепота!
– ЭТО ЧТО, ВАШУ МАТЬ, ТАКОЕ?! ЗАХАРОВ?! – гаркнула директриса на весь кабинет, ибо на первый ее вопрос никто не отреагировал.
Кажется, она не должна была настолько разозлиться, разве что Захаров для нашей директрисы больше, чем один из преподавателей. На ее крики из приемной сбежались люди: секретарь, помощница и глава учительского совета.
– Мамочки… – пустила на эту картину слюнки пухлая секретарша Зина.
Добрая сердцем одинокая женщина лет за тридцать. И посочувствует, и накормит, если надо, вступится перед директрисой. Бедная, все жалуется на ужасную женскую долю и несправедливую судьбу. Мужа у нее отродясь не было, только книжки похабные читает и вместе с Кларой после пар обсуждает прочитанное. Они в этом плане очень похожи, считают, что любой женщине не хватает мужской ласки и тепла. Мне вот за последнюю ночь хватило, причем на всю жизнь! Так что и не хочу больше!
– Это что же такое творится? – улыбается во все зубы глава учебного совета Тамара Семеновна.
Та еще зараза, вечно меня задевает.
– Что за запах? – скривилась помощница.
– ПРЕКРАТИТЬ!!! – закричала директриса, а я незаметно раскрыла второй пакетик и быстрым движением метнула его в сторону наших голубков.
Директриса хотела броситься их разнимать, но мой порошок сработал, и комнату оглушил взрыв. Голубков отбросило в стенку. Прямиком на этажерку с порошками и баночками, в результате чего те с весёлым «Дзинь!» посыпались на бессознательную парочку сверху. Что-то я не думала, что взорвется так сильно, дозировку попутала?
– Это что было? – растерялась Маргарита Павловна, помощница директрисы.
– Так они в порыве страсти разбили чемодан с зельями, вот и сдетонировало, – на ходу сочинила я.
– Хоть живы? – испуганно всплеснула руками Зина и кинулась выяснять. Но я ее остановила: мало ли порошок на них остался.
– Не трогайте, тут разные зелья намешаны, это опасно! – остановила я желающих помочь.
– И то правда! Живо вызывайте целителей, будем разбираться с ними. Руднева, пошли уведомление через консьержку, только тихо. Нельзя чтобы узнали, чем они тут занимались, – отослала директриса, чему я была очень рада.
Нет уж, я сама позабочусь, чтобы все училище узнало, что и как случилось с этими двумя. Позор – это тоже часть мести. Кто же мне в этом поможет, как не та самая консьержка – первая сплетница училища? Надо же, как приятно быть плохой, у меня к этому талант.
Часть 10. Серафима, проклятье и прочие неприятности.
Вальтер
Моё и так не бескрайнее терпение иссякло. Даже не так, оно исчезло, просто испарилось. Внутри проснулся ужасный дикий зверь, который требовал лишь одного – найти ее! Ее – это не некромантку, мне на нее плевать, если она, конечно, не является моей женой. А вот женушку я видеть хочу сильно. Очень, очень сильно! Столько вопросов к ее скромной персоне, что и не сосчитать.
От раздражения магия плохо слушается, комиссаров приводит в ужас вышедший из-под контроля родовой огонь. Как же ярко он горит, никогда раньше так не горел. Когда-то, очень давно отец рассказывал мне, что в этом огне горят души наших предков. Забавная сказка для маленьких детей. Но это единственное объяснение, почему огонь оберегает нас, защищает от опасностей, как родители защищают свое дитя. Отец говорил, что когда он женился на матери, огонь воспылал сильнее и ярче, словно обрел новую силу. Будто сами предки одобрили его выбор жены. Бред, никогда не верил в эту историю, пока подобное не случилось со мной. Однако уверен, что в моем случае предки не рады моему выбору, а просто насмехаются над моей глупостью.
Как так-то? Как я наломал таких дров? Как я поставил ей эту чёртову Брачною Метку?! Ладно, если бы она была невинна, но в это верится с трудом. Какая невинная девушка придёт к мужчине в номер голая? Комната сгорела полностью, никаких следов не осталось. Сам я был слишком пьян, чтобы заметить. Хорошо, допустим, она и впрямь была невинна, хоть это и смахивает на невозможный бред. Но все же, как я против ее воли забрал невинность? КАК?! ОНА ЖЕ САМА КО МНЕ ПРИШЛА!!! Да как такое возможно?!
Я думаю об этом все время, пока ору на комиссаров, пока допрашиваю персонал, который несет некий бред. Весь город стоит на ушах, правда не из-за одного меня. Один весьма сумасшедший военный министр сжег целый район столицы! Нет, официально там начался пожар. Вот только где вы видели пожар зеленого цвета?!
Похоже, некромантка и до него добралась, ему ведь она тоже грозилась отомстить. Знать бы: как отомстила? Я даже шпионов своих навострил, чтобы за ним поглядывали. Те вернулись довольно быстро и сообщили, что военный министр, оказывается, ищет женщину, прямо как описывал охранник: страшненькую с длинными волосами. У моей жены… Спаситель, как бесит это слово! У моей жены волосы, конечно, длинные, однако на лицо она точно не страшная. Но у меня никак не получается сложить всё в единую картину, в одном я уверен, некромантка и моя, прости Спаситель, жена как-то связаны. Не некромантку ли жёнушка тащила за собой из отеля? Очень может быть, что ее.
– Господин, что прикажете? – спрашивает Катрина, и я возвращаюсь в настоящее.
За окном закат, а я думал, что и до рассвета не доживу. Как все меняется резко, жизнь смешная штука. Когда-то я смирился со своей судьбой, теперь же не хочу ее принять. Какой же я идиот, умереть спокойно и то не могу. Красивый все-таки вид открывается из окна моего личного кабинета: на сад королевского дворца, но и он не способен отвлечь меня от мыслей.
– Господин? – переспросила Катрина, мой секретарь и наказание в одном лице.
Это существо, эта девушка ощущает один лишь голод. Не знаю, докладывает ли она Труту о каждом моем шаге, но отчего-то мне и не хочется этого знать. Моё отчаянье, злость и растерянность сыграли со мной плохую шутку.
– Найди мою жену, – сказал, совсем не подумав.
– Жену? – переспросила Катрина, и я уловил ее удивление.
Вот что я делаю? Не хватало, чтобы еще Трут узнал о моей женитьбе! Этот точно попытался бы убить мою новоиспеченную женушку, чтобы избавиться от меня и отомстить.
– Невеста, которой я отдал кольцо, выбросила его. Вы не слышали о поверье? Исходя из него, кольцо само найдет подходящую пару для меня, – выкрутился я с трудом, да мне не очень была нужна ее вера, нужно отослать ее подальше. – Так вот, Катрина, найдите мне родовое кольцо и его обладательницу. Если такая имеется, конечно.
С этими словами поднялся со стула, пнул сгоревший письменный стол. Я же говорил, что не контролирую теперь свои вспышки гнева. Прошелся по сгоревшему ковру и вышел в дыру, которая раньше была дверью. Хочу отдохнуть, но не могу. В отель возвращаться, смысла нет, так что решил поехать в свой столичный дом, он же мой, в конце концов.
Настроение ужасное, мысли все время возвращаются к прошлой ночи. Что скрывать, не всегда я вспоминаю ее итог. От этого становится тошно, ведь я повелся на ее чувства. Порой кажется, что я не могу доверять ни себе, ни собственному проклятью. В моей жизни осталось так мало того, чему я действительно могу доверять.
Особняк встретил меня шумом, что ни капли не радует. Чем дальше я прохожу вглубь своего дома, тем больше завожусь.
Серафима – моя будущая покойная сестрица – нашлась в моей собственной спальне. Да еще не одна. Жить ей, что ли, надоело? Вместе с ней, на МОЕЙ кровати разлеглись три полуголых мужика, да и сама она одета исключительно в кружевной пеньюар. Вальяжно лежит, пока эти доморощенные самцы кормят ее виноградом.
– ЭТО ЧТО ТАКОЕ?! – кричу, еле сдерживая родовой огонь. – Ты что за бордель устроила в моем доме?!
Мужики вскочили вместе с Серафимой с кровати. У этой дуры от страха даже рот открылся.
– Муж? – испуганно спросил один с мужиков у сестры.
– Хуже! Брат! – выпалила сестрица с ужасом.
Мужики неловко переглянулись, собирая свои вещички.
– Ты чего вернулся? – выдало чудо, называемое моей младшей сестрой.
– Что-то я не понял: ты спрашиваешь, почему я вернулся в СОБСТВЕННЫЙ ДОМ?! – злость колотит в груди, подсказывая, что не только кабинет сегодня подпалю.
Я дал свободу эмоциям, позволяя родовому огню окутать тело. Одежда сгорела почти сразу, хахали сестрицы, пригибаясь, бежали прочь из спальни на полусогнутых под мой громкий крик «ВОН!». Жаль, сестрица слов не понимает, ошибочно считая меня добрым старшим братом.
– Вальтер, да что на тебя нашло? – ошарашенно спрашивает она, и я понимаю, что с меня хватит.
– Тебе, моя дорогая сестрица, пора напомнить, где ты находишься и за чей счёт живешь! – пылая и в прямом, и в переносном смысле, подхожу к ней.
Огонь не сделает ей ничего плохого, все-таки она моя сестра, но владеть им она уже не может. Сколько раз мне приходилось платить за спаленное ею чужое добро, просто не счесть, но это все в прошлом.
– С чего бы это? По закону предков пока я не выйду замуж, или ты не женишься, я на полном твоем попечении! Так что не командуй мне тут! – нагло заявила эта стерва.
Вот значит, как мы заговорили, теперь она точно от меня ни копейки не получит!
– Так закон предков уже действует, Серафима, – кривлюсь, тщательно давя улыбку: хоть какой-то прок от этой женитьбы. – Так что тебе пора на выход!
– Почему это? Я пока замуж не собираюсь, а ты жениться не… – она резко умолкла на полуслове, с прищуром смотря на меня.
На ее хорошенькой мордашке появилась догадка, что ей явно несвойственно. Думать – это не удел таких женщин, как Серафима.
– Только не говори, что ты женился на этой дуре Камилле лишь бы избавиться от меня? – замогильным голосом поинтересовалось она.
– А я и не говорю, – магическим воздушным пинком подтолкнул её к выходу так, чтобы не увидела печать у меня на спине. – Я говорю: ПОШЛА ВОН!!!
У нас в семье просто «идеальные» семейные отношения.
– Вальтер! Ты не можешь! – взвизгнула сестрица, когда я поднял ее в воздух и, подхватив воздушным потоком, отправил за ворота своего дома прямо в пеньюаре.
– Еще как могу! – говорю с улыбкой, оставшись в одиночестве.
Обернулся на кровать, нет, на ней спать я больше не собираюсь. Остаток вечера я успокаивался тем, что нещадно палил собственную мебель. Лег спать поздно ночью на кушетке в прихожей, хоть и не был уверен, что сестрица не успела испоганить и эту мебель.
Засыпал трудно, все мои мысли крутились вокруг так называемой «дорогой» жены. Почему-то представилось, как я вот таким же образом застаю в своей кровати не сестру, а жену. Приснится же такой бред, в реальности такое невозможно. Если ее и коснется хотя бы один мужчина, мой родовой огонь мгновенно превратит его в пепел.
***
– Может, мы поговорим? – заискивающе смотрит на меня сестрица сквозь заиндевевшее стекло.
– Нет, – отвечаю ей прохладно, с видимым удовольствием отпивая горячий чай из чашки.
Утро сегодня хорошее, несмотря на плохие новости. Светит солнышко, погода – мороз и небольшой снег. Как раз то, что мне сейчас нужно, чтобы любоваться ее страданиями. Как не обрадоваться сестрице, стоящей у окна в одном летнем платье, укутанной в одеяло?
– Ну, Вальтер, ну, братик, – сюсюкает она, на что я с пренебрежением отвернулся.
Это с ее мужиками сцена с заплаканным лицом проходила, на меня это перестало действовать, едва ей стукнуло пять лет. Неужели она думает, что в ее сто с хвостиком что-то изменилось? «Мудрость приходит с возрастом» – это не про неё.
– Проваливай, – повторил, уткнувшись в очередные доклады своих подопечных.
Работы в последние дни накопилось много, весь город буквально кишит тайной полицией и комиссарами. Похоже, всего лишь одна некромантка может поднять на уши все карательные службы страны. Мои комиссары даже в провинции отправились искать эту девушку.
Работники, как всегда, жалуются, что им не хватает информации, мол, девушек с длинными волосами много. Как будто я не понимаю, какая это незначительная деталь?! Но что мне художника нанять, чтобы ее портрет нарисовал? Темно было, я еле запомнил черты ее лица, только глаза отчётливо помню. Кроме того, стоит мне это сделать, Трут сразу достанет копию портрета. Не сомневаюсь в своих возможностях, но все же на то он военный министр, чтобы быстро находить нужных ему людей. Да и не хочется давать ему еще одну возможность меня уничтожить.
– Вальтер! Ты как со мной разговариваешь?! Я твоя сестра, между прочим!
О, как обычно, перешла к своему главному и единственному аргументу. Что я могу на это ответить? Ничего, просто продолжил вчитываться в бумажки.
На западе графы опять разбушевались, все никак не могут поделить один колодец, в нем недавно золотую руду нашли. Что тут ещё нового? Эльфы снова письмо прислали, мол, приедут с дипломатическим визитом. Опять, что ли, собрались предлагать нам свои земли на востоке? Сколько им можно объяснять, что нам те болота не нужны, сколько бы редчайших трав там не росло! Серьезно, о чем они вообще думают? Наверное, ищут очередной предлог, чтобы ещё раз попытаться свою принцессу замуж за нашего принца отдать. Эта дама настолько истерична, что даже моей сестрице до нее далеко.
Эльфийский род уже отчаялся найти ее жениха, ведь сия особа портит все представления об эльфах. Поговаривают, что отвратительный характер сводит на нет всю её красоту. Вздохнул, опять маячат проблемы на горизонте. Что король, что его семья – все представляют собой одну сплошную проблему. Иногда так хочется плюнуть на все это и пожить в свое удовольствие, ни за что не отвечая.
– Я от слуг слышала, что никакой жены у тебя нет! Не обманывай меня! Впусти хоть зимние платья забрать! – запричитала сестра и попыталась достать меня из-за окна.
Вскрик «Ой!», и она на своей шкуре опробовала защитные чары моего дома. Спаситель, почему она такая глупая?
– Это кто же из моих слуг на тебя подрабатывает, Серафима? – оторвался от доносов и скосил на сестру взгляд.
Сестрица обворожительно улыбнулась, мол, ничего не знаю. Ага, наверное, дворецкий Форс постарался, старый дедок, а все туда же! Стоит только бабе перед ним задом покрутить… Хотя, кто это говорит? Мужчина, поставивший Брачную Метку на первой встречной девушке? Мне-то самому гордиться нечем.
Скривился, упоминание об этой штуке начинает бесить. Впрочем, и неясность ситуации с моей дорогой женой тоже бесит. Некромантка или бродяжка? Да кто она вообще такая, и как смеет от меня прятаться? Вдруг вообще какая-то фанатичка? Вены себе вскроет, лишь бы меня убить вместе с собой? Некромантка вела себя очень странно, вот ее фанатичкой точно можно назвать.
