Терзали совсем глупые мысли: что если Вальтер решил так жестоко проверить меня, но эту нелепицу я быстро отмела - Брандт серьёзный, взрослый и уверенный в себе мужчина, чтобы заниматься такой ерундой. Кому-кому, а ему звонить и жаловаться на приятеля совсем не хотелось.
- Смотри - Лимон, - шепнул Макс и повернул блокнот.
На рисунке, который больше напоминал карикатуру на карикатуру, еле угадывался курпулентный начальник в огромном жёлтом галстуке до пола. Я выдала унылое подобие улыбки.
- Всё в порядке? - обеспокоенно спросил Зенф, не отрываясь от своей раскраски.
- Да, в полном. А что? - я будто сама подталкивала Макса на откровенность, ведь за этим маленьким вопросом кричала просьба: «Спроси ещё что-нибудь, что-нибудь неожиданное!».
- Какая-то ты слишком угрюмая сегодня. Не поздоровалась даже.
- Экзамен скоро, - отговорилась я.
- Ерунда, справишься и не заметишь, а потом и не вспомнишь.
Я посмотрела на Макса с благодарной улыбкой. Сейчас он казался мне самым близким человеком на свете.
Вальтер уехал, Матиас - циничная сволочь, Дора - совсем непонятна теперь, мне её и жаль и... Нет, мне её совсем не жаль. Только Зенф остался собой в моих глазах. Из того времени, когда мы все были вместе. Когда всё только начиналось. И ничего не случилось.
Я бросила быстрый взгляд на Дору. Как ни странно, никакой женской солидарности во мне не было: я могла бы отнестись к ней с сочувствием, но одно сложное и совсем непонятное ощущение накрыло меня при взгляде на коллегу: она словно вернула мне должок за все переживания раньше. Её мужчина соблазнился мной...
Ох, а вот это совсем нехороший знак. Совсем не на ту дорожку ступает моя нога. Что за реваншистскую историю я задумала?
После обеда к нам в кабинет зашёл Матиас. И хорошо, если бы «к нам», но Дора ещё в полдень уехала под делам. Этот подлец не мог не знать об этом.
- Я пришёл попросить прощения, - сказал он, виновато смотря исподлобья.
«Ещё ножкой пошаркай», - глумилась я про себя, а на деле напустила самый серьёзный вид.
- Ок, но при одном условии, - я поднялась и вышла из-за стола, лишь бы только не дать ему шансов зажать меня где-нибудь у подоконника. Опыт-то есть теперь.
- Любое! - он вкинул руки, и открыто улыбнулся: - Я повёл себя отвратительно. Поверь, мне самому стыдно за своё поведение вчера.
- Только не говори, что Матиас вчера и Матиас сегодня - два разных человека.
- Хорошо, не буду.
- Так, условие. Я только ещё подумаю - только ещё подумаю, ты слышал? - о прощении, если ты никогда больше даже пальцем ко мне не прикоснёшься и забудешь адрес Вальтера.
- Никак не могу, - он снова пытался смягчить меня: - Как я могу забыть дорогу к другу?
- Ладно, ты забудешь адрес Вальтера до тех пор, пока он в отъезде. Так понятнее?
- Более чем.
- Всё, разговор закончен.
Матиас только кивнул, зачем-то осмотрелся по сторонам и нерешительно подошёл к моему столу, где оставил небольшую коробочку со словами:
- Ещё одно моё извинение за поспешность и грубость, - улыбнулся Фогель.
Только когда за ним закрылась дверь, я решилась приоткрыть коробочку. Извинением служил небольшой тоненький серебряный браслет.
Когда это немцы начали разбрасываться такими подарками? Нет, в истории с серьгами от Вальтера всё было ясно, а тут... С чего бы такая щедрость от практичного европейца? Да и его настроение мне совсем не понравилось. Все его слова и жесты - какой-то спектакль одного актёра для одного зрителя.
Дают - бери, бьют - беги. Работает ли эта пословица в моей истории? Я всё также смотрела на милое украшение, не смея ни примерить его, ни убрать с глаз долой. Только заслышав шаги и голос Макса, который приближался к кабинету, я схватила коробочку и бросила себе в сумку.
- Ни за что не поверю, что ты перешла и на ювелирку теперь, - скептически сказала Лола, осматривая подарок Матиаса на моей руке. - Давай уже, раскалывайся, Вальтер прислал, гордость ты наша? Подгадал к экзамену?
- Нет, - я отвернулась к окну.
Зачем она произнесла его имя, когда на руке горит подарок от другого? Рассказать или нет?
Долгожданная встреча с Лолой случилась по плану в её квартире, где мы, как когда-то все четыре года, живо обсуждали предстоящее испытание. Подруге каким-то чудом досталась на перевод статья про африканского фото-репортёра, и она с огромным удовольствием работала над заданием и презентацией переводческого анализа.
- От поклонника, - туманно ответила я на вопрос о происхождении серебряной прелести.
Только услышав о внезапном повороте, Лола вспыхнула и шутя замахнулась на меня цветным вафельным полотенчиком.
- Вот как! И ты молчишь?! Ты вообще будешь мне когда-нибудь оперативно поставлять новости? А как же Вальтер?
- Да что ты заладила «Вальтер да Вальтер», будто я больше никому понравиться не могу.
- И кто он? Скажешь имя хотя бы, - подруга будто бы надумала обижаться.
- Просто другой мужчина... Просто симпатия. Мы - друзья.
- Почему ты не хочешь говорить?
- Ну ты же всё равно его не знаешь... Вася, Петя, Вольфрам, Матиас! Какая разница?
- Значит, его зовут Матиас, - хитро улыбнулась Лолита.
- Нет.
- Да. Да! Да! - ликовала подруга. - Я же всё таки лингвист по корочкам. Чувство языка немного имею. Это единственное имя, которое выбивается из твоего якобы спонтанного ряда. Попробуй ещё придумай такое на ходу. Обычно-необычное.
- Окей, его зовут Матиас, - сдалась я.
- Хм, Матиас... А я не могла раньше слышать это имя? А фото? У тебя есть его фото?
- Слушай, у меня даже фотки Вальтера нет.
- Ну, ты вообще недотёпа, как так жить-то? Дай ещё руку.
Любопытная Лолита снова внимательно изучила браслет и вздохнула:
- Стоило тебе в компанию попасть, смотри-ка, мужики на тебя посыпались...
- Это вообще не главное, - я старалась держать себя в руках, хотя слова Лолы и её настырность были мне впервые неприятны. Будто я только для этого устроилась туда. Да и я не сама пришла, все претензии - к Анне Викторовне.
- Ты бы тоже училась, осмотрелась по вакансиям, а не только бедноту на улице фоткала, глядишь...
Увидев округлившиеся безумные глаза подруги, я в ужасе крепко зажала рот рукой и заткнулась на мгновение.
- Прости-прости-прости, Лола, - взмолилась я. - Не то хотела сказать! Я не это имела в виду... В смысле, что работу найти реально и не отрываться от...
- Знаешь, - она резко встала из-за стола. - Что-то мне подсказывает, за то, за что тебе теперь подарочки кидают, Рита, - дипломов и большого ума не надо!
Мы долго молчали. Уставились друг на друга и молчали. Каждая хотела, но боялась пойти на мгновенное примирение. Каждая боялась ляпнуть очередную глупость. Подруга была совершенно права, ведь даже на шутку про её диеты она бы никогда так болезненно не отреагировала, как на упрёки о её неудачах в фото и нежелании найти работу по специальности.
- Рита-а-а, - в тихом ужасе, прищурившись, наконец прошептала Лола, чуть отойдя из-за стола. - А ведь это не ты... Я так давно не хотела признаваться, но сейчас вижу, ясно, так ясно... Моя Рита так бы никогда не сказала, она никогда не упрекнула бы меня. Моя Рита - скромная, тактичная, такая близкая во всём, такая простая и понимающая.
- Лолита, - я не знала, что говорить. Я даже забыла её укол про «подарочки», хотя бы потому что это было абсолютной правдой. Гнусное поведение рождает самые печальные последствия.
- Лолита, прости меня, - я снова стянула рукава кофточки и спрятала злополучный браслет. Руки едва заметно дрожали.
- Я больше никогда такого не скажу...
- Не скажешь, зато подумаешь! - она отвернулась к окну и безобразно громко разрыдалась. Я не без труда понимала её слова за плачем.
- Все вы так думаете!!! И мама, и ты! Устроилась в компанию и ходишь теперь в дорогих шмотках за то, что в срок переложила бумажки из одной папки в другую! В побрякушках за горячие минуты в какой-нибудь подсобке, а я творить хочу! Людей радовать! Выставки хочу, благотворительность... Мне противно в офисах отсиживаться! Противно!
Она повернула заплаканное лицо. Покрасневшие, мокрые глаза, распухший нос, подбородок - всё блестело от слёз. Мне бы подойти и обнять её, но я словно оцепенела от страха перед своей же подругой и тем, что она может сказать. Оцепенела от страха перед правдой.
- Я же видела тебя несколько раз вечером во дворе, и всё ты с разными мужиками у дома. Когда ты успела, Рита... так быстро? А где же Вальтер? А? Или... теперь есть выбор? С такими мужчинами не дружат, Рита. С такими только спят и иногда за большой прайс! А дружат вот с такими как мой Димка, как Славка... Не правда ли? - размеренно сказала она, судорожно всхлипывая, но стараясь успокоиться. - Как ты можешь, Рита? Где моя подруга? У меня... У меня же никого, кроме тебя не было, кто бы поддерживал меня с этими фотками. Даже Димка теперь говорит....
Она снова заплакала и уткнулась лицом в полотенце.
- Лолита, перестань оскорблять меня, или уже назови вслух это слово, если ты правда так думаешь, - сухо потребовала я, оставаясь на месте. - Иначе дальше разговор не имеет смысла. Те мужчины меня просто до дома подвозят, они мои коллеги, друзья. Ничего не изменилось, я такая же, как раньше. Всего-то, говорю тебе, нужно смотреть на новую жизнь реально: найти работу, но не забывать про хоб... любимое дело...
- Хм, - усмехнулась подруга и пропустила мимо ушей зачатки моей неуклюжей мотивационной речи. - Рита, знаешь, что самое страшное, ты обратно уже не вернёшься. Ты - всё, пошла на взлёт, куда нам за тобой!
- Нет, не правда, не правда. Перестань, - я заткнула уши руками. - И эти люди - обычные все. Что мне сказать ещё, как тебе описать их и этот мир. Ты ведь их не знаешь!
- Ну да, куда уж нам! У вас там свой мир! А нам, живя в болоте, павлинов не увидать!
Я только приготовилась к следующему раунду, как мгла начала рассеиваться. Ещё пару минут мы сидели просто молча.
- Извини, - Лола утёрлась полотенцем и пробубнила в нос. - Блин, я ведь тебе гадостей насыпала, да?
- Есть такое, - чуть улыбнулась я. - Но и я тоже хороша, ляпнула...
- Это я тут живу в болоте... Ничего и никого не вижу, не знаю. Вся жизнь - через объектив на всякую нищету... Рита, я так устала ото всего этого... Хотя всё только начинается. Надо где-то искать дурацкую работу, искать другую квартиру, эту мы не потянем. Димка вообще намекает на ипотеку, идиот. Думает, если год проработал всего, так дальше и пойдёт гладко. Пару недель назад я чуть с ума не сошла - думала, всё - ждать через девять месяцев прибавление, но обошлось. Я так теперь всего боюсь!
- Лола, держись, и сядь уже ко мне. Всё будет хорошо, дорогая, я уверена. Ну вспомни, какая ты была... всегда на позитиве, ведь ещё недавно. Ты верила в себя, в Димку. Так и нужно, так и нужно! Мне просто повезло. Понимаешь, а это может с каждым случиться.
- Нет, Рита, тебе не просто так повезло. Ведь Анна тебя рекомендовала. Очевидно, почему тебя, а не меня, и не Камальян, и не Костика, никого другого, а тебя.
- Я не знаю... - мне не хотелось признаваться, что я и сама понимала, почему именно меня взяли на работу, но она мне досталась тоже не просто так. Стоит только вспомнить первые дни.
- Скажи-ка лучше, значит, правда, с этими мужиками можно сдружиться? - подруга наконец-то, пусть нервно, но засмеялась.
- Ты не поверишь, но гораздо легче и приятнее, чем с местными девчонками!
- Представляю! Если они все такие же, как и ты теперь!
- Ну перестань, - смеясь, я кинула в Лолу малюсенькой карамелькой.
Распрощавшись с подругой, я заглянула домой на встречу с родителями, которые до сих пор ничего не знали про Вальтера, а были убеждены, я просто снимаю квартиру, чтобы работать и заниматься в одиночестве.
Оказавшись дома, я словно вернулась в прежнее мироощущение и мысли.
Ты не можешь вернуться назад, но ты можешь изменить завтрашний день. Решено! Развлеклись, поели пицы, попили пива, покричали, и хватит! Если лучшая подруга налепила мне ярлык на лоб... Я же сама слишком близко подпустила Матиаса к себе.
Его слова «мои извинения за поспешность и грубость», кажется, означали совсем не то... А что именно, докрутить не получалось.
Спасибо, Матиас, за науку и ещё больше - за разрушенную репутацию перед самой собой! Снова и снова я ругала себя за сами мысли о том, что мне на самом деле льстит его внимание, что я - достойна и такого мужчины, что Дора - мне никакая не соперница ни с кем. Моё отражение в зеркале каждый день теперь говорило мне, что я - хороша, я - достойна Вальтера, достойна этого мира, мне не нужно больше смущаться ни перед кем, но нельзя же разбрасываться собой вот так, самым недостойным, но таким простым образом.
И я ненавидела и себя, и его равно. Он, как яркий питон, привлёк меня оболочкой, запугал меня, как крохотную мышь, своей холодностью и отчуждённостью, и обвил, стянул в самый удачный момент.
Оказалось, избегать Матиаса не так уж и сложно. Достаточно было переехать обратно к родителям. Там, где точно ничего случится не могло. Они восприняли мои переезды туда-обратно опять же нормально: экзамен сдан, работа идёт своим чередом, а я всё ещё будто мечусь в поисках удобного места. Знали бы они, сколько всего скрывает от них собственная дочь. Нимало бы удивились даже тому, что можно было уже и рассказать. Но я отчего-то медлила.
Как ни странно, приезда Вальтера я больше не боялась. Мы слишком тесно связаны с Матиасом тайной. Слишком много заинтересованных лиц со всех сторон. Мне просто хотелось, чтобы этот день настал, и всё решилось любым образом. Главное, сбросить груз, избавить от которого может только Брандт.
А сам Фогель... Он вдруг попытался мне звонить в нерабочее время - я просто не брала трубку, не читала его сообщения. К тому же, сама природа надёжно оградила меня от связи и с ним, и с любым мужчиной на три-четыре дня. На работе же я старалась держаться Доры и Лены, чтобы как можно меньше оставаться одной в замкнутом пространстве и не быть пойманной.
В то воскресенье Макс, к великому моему сожалению, отменил занятие снова, а я решила довести до ума диплом. На первое июля поставлена защита, а у меня ещё презентация не сделана. Отправив графики к практической части на проверку Анне Викторовне, решено было подумать над планом выступления.
Только я засела в десятом часу вечера над своими важными бумажками, как пришла смс-ка от Макса:
«Приезжай как сможешь»
Сообщение от Зенфа являло собой любопытное событие. Особенно, если знать, что он любитель сразу звонить и выкладывать по сути.
А может он ошибся? Может, это сообщение предназначалось загадочной даме сердца - брюнетке?
Я решила позвонить ему для начала, но на вызовы никто не отвечал. Пришлось тревожить Леночку, потому что до сих пор я не знала адреса Зенфа - ведь он сам всегда приезжал за мной, чтобы отвезти к себе для занятия.
Узнав, где живёт Макс, я кинулась заказывать такси. Что же могло случиться на этот раз? Не знаю, что мной двигало больше: любопытство или желание помочь.
- Вот я какой красивый сегодня! - он еле стоял на ногах, открыв дверь. Вся его белая футболка была мокрой на груди и животе. От него жутко и слишком резко пахло алкоголем. Скула под левым глазом подбита. Точнее, кроме назревающего синяка, там алела большая ссадина, будто Зенфа проволокли по асфальту за ноги.
- Смотри - Лимон, - шепнул Макс и повернул блокнот.
На рисунке, который больше напоминал карикатуру на карикатуру, еле угадывался курпулентный начальник в огромном жёлтом галстуке до пола. Я выдала унылое подобие улыбки.
- Всё в порядке? - обеспокоенно спросил Зенф, не отрываясь от своей раскраски.
- Да, в полном. А что? - я будто сама подталкивала Макса на откровенность, ведь за этим маленьким вопросом кричала просьба: «Спроси ещё что-нибудь, что-нибудь неожиданное!».
- Какая-то ты слишком угрюмая сегодня. Не поздоровалась даже.
- Экзамен скоро, - отговорилась я.
- Ерунда, справишься и не заметишь, а потом и не вспомнишь.
Я посмотрела на Макса с благодарной улыбкой. Сейчас он казался мне самым близким человеком на свете.
Вальтер уехал, Матиас - циничная сволочь, Дора - совсем непонятна теперь, мне её и жаль и... Нет, мне её совсем не жаль. Только Зенф остался собой в моих глазах. Из того времени, когда мы все были вместе. Когда всё только начиналось. И ничего не случилось.
Я бросила быстрый взгляд на Дору. Как ни странно, никакой женской солидарности во мне не было: я могла бы отнестись к ней с сочувствием, но одно сложное и совсем непонятное ощущение накрыло меня при взгляде на коллегу: она словно вернула мне должок за все переживания раньше. Её мужчина соблазнился мной...
Ох, а вот это совсем нехороший знак. Совсем не на ту дорожку ступает моя нога. Что за реваншистскую историю я задумала?
После обеда к нам в кабинет зашёл Матиас. И хорошо, если бы «к нам», но Дора ещё в полдень уехала под делам. Этот подлец не мог не знать об этом.
- Я пришёл попросить прощения, - сказал он, виновато смотря исподлобья.
«Ещё ножкой пошаркай», - глумилась я про себя, а на деле напустила самый серьёзный вид.
- Ок, но при одном условии, - я поднялась и вышла из-за стола, лишь бы только не дать ему шансов зажать меня где-нибудь у подоконника. Опыт-то есть теперь.
- Любое! - он вкинул руки, и открыто улыбнулся: - Я повёл себя отвратительно. Поверь, мне самому стыдно за своё поведение вчера.
- Только не говори, что Матиас вчера и Матиас сегодня - два разных человека.
- Хорошо, не буду.
- Так, условие. Я только ещё подумаю - только ещё подумаю, ты слышал? - о прощении, если ты никогда больше даже пальцем ко мне не прикоснёшься и забудешь адрес Вальтера.
- Никак не могу, - он снова пытался смягчить меня: - Как я могу забыть дорогу к другу?
- Ладно, ты забудешь адрес Вальтера до тех пор, пока он в отъезде. Так понятнее?
- Более чем.
- Всё, разговор закончен.
Матиас только кивнул, зачем-то осмотрелся по сторонам и нерешительно подошёл к моему столу, где оставил небольшую коробочку со словами:
- Ещё одно моё извинение за поспешность и грубость, - улыбнулся Фогель.
Только когда за ним закрылась дверь, я решилась приоткрыть коробочку. Извинением служил небольшой тоненький серебряный браслет.
Когда это немцы начали разбрасываться такими подарками? Нет, в истории с серьгами от Вальтера всё было ясно, а тут... С чего бы такая щедрость от практичного европейца? Да и его настроение мне совсем не понравилось. Все его слова и жесты - какой-то спектакль одного актёра для одного зрителя.
Дают - бери, бьют - беги. Работает ли эта пословица в моей истории? Я всё также смотрела на милое украшение, не смея ни примерить его, ни убрать с глаз долой. Только заслышав шаги и голос Макса, который приближался к кабинету, я схватила коробочку и бросила себе в сумку.
***
- Ни за что не поверю, что ты перешла и на ювелирку теперь, - скептически сказала Лола, осматривая подарок Матиаса на моей руке. - Давай уже, раскалывайся, Вальтер прислал, гордость ты наша? Подгадал к экзамену?
- Нет, - я отвернулась к окну.
Зачем она произнесла его имя, когда на руке горит подарок от другого? Рассказать или нет?
Долгожданная встреча с Лолой случилась по плану в её квартире, где мы, как когда-то все четыре года, живо обсуждали предстоящее испытание. Подруге каким-то чудом досталась на перевод статья про африканского фото-репортёра, и она с огромным удовольствием работала над заданием и презентацией переводческого анализа.
- От поклонника, - туманно ответила я на вопрос о происхождении серебряной прелести.
Только услышав о внезапном повороте, Лола вспыхнула и шутя замахнулась на меня цветным вафельным полотенчиком.
- Вот как! И ты молчишь?! Ты вообще будешь мне когда-нибудь оперативно поставлять новости? А как же Вальтер?
- Да что ты заладила «Вальтер да Вальтер», будто я больше никому понравиться не могу.
- И кто он? Скажешь имя хотя бы, - подруга будто бы надумала обижаться.
- Просто другой мужчина... Просто симпатия. Мы - друзья.
- Почему ты не хочешь говорить?
- Ну ты же всё равно его не знаешь... Вася, Петя, Вольфрам, Матиас! Какая разница?
- Значит, его зовут Матиас, - хитро улыбнулась Лолита.
- Нет.
- Да. Да! Да! - ликовала подруга. - Я же всё таки лингвист по корочкам. Чувство языка немного имею. Это единственное имя, которое выбивается из твоего якобы спонтанного ряда. Попробуй ещё придумай такое на ходу. Обычно-необычное.
- Окей, его зовут Матиас, - сдалась я.
- Хм, Матиас... А я не могла раньше слышать это имя? А фото? У тебя есть его фото?
- Слушай, у меня даже фотки Вальтера нет.
- Ну, ты вообще недотёпа, как так жить-то? Дай ещё руку.
Любопытная Лолита снова внимательно изучила браслет и вздохнула:
- Стоило тебе в компанию попасть, смотри-ка, мужики на тебя посыпались...
- Это вообще не главное, - я старалась держать себя в руках, хотя слова Лолы и её настырность были мне впервые неприятны. Будто я только для этого устроилась туда. Да и я не сама пришла, все претензии - к Анне Викторовне.
- Ты бы тоже училась, осмотрелась по вакансиям, а не только бедноту на улице фоткала, глядишь...
Увидев округлившиеся безумные глаза подруги, я в ужасе крепко зажала рот рукой и заткнулась на мгновение.
- Прости-прости-прости, Лола, - взмолилась я. - Не то хотела сказать! Я не это имела в виду... В смысле, что работу найти реально и не отрываться от...
- Знаешь, - она резко встала из-за стола. - Что-то мне подсказывает, за то, за что тебе теперь подарочки кидают, Рита, - дипломов и большого ума не надо!
Мы долго молчали. Уставились друг на друга и молчали. Каждая хотела, но боялась пойти на мгновенное примирение. Каждая боялась ляпнуть очередную глупость. Подруга была совершенно права, ведь даже на шутку про её диеты она бы никогда так болезненно не отреагировала, как на упрёки о её неудачах в фото и нежелании найти работу по специальности.
- Рита-а-а, - в тихом ужасе, прищурившись, наконец прошептала Лола, чуть отойдя из-за стола. - А ведь это не ты... Я так давно не хотела признаваться, но сейчас вижу, ясно, так ясно... Моя Рита так бы никогда не сказала, она никогда не упрекнула бы меня. Моя Рита - скромная, тактичная, такая близкая во всём, такая простая и понимающая.
- Лолита, - я не знала, что говорить. Я даже забыла её укол про «подарочки», хотя бы потому что это было абсолютной правдой. Гнусное поведение рождает самые печальные последствия.
- Лолита, прости меня, - я снова стянула рукава кофточки и спрятала злополучный браслет. Руки едва заметно дрожали.
- Я больше никогда такого не скажу...
- Не скажешь, зато подумаешь! - она отвернулась к окну и безобразно громко разрыдалась. Я не без труда понимала её слова за плачем.
- Все вы так думаете!!! И мама, и ты! Устроилась в компанию и ходишь теперь в дорогих шмотках за то, что в срок переложила бумажки из одной папки в другую! В побрякушках за горячие минуты в какой-нибудь подсобке, а я творить хочу! Людей радовать! Выставки хочу, благотворительность... Мне противно в офисах отсиживаться! Противно!
Она повернула заплаканное лицо. Покрасневшие, мокрые глаза, распухший нос, подбородок - всё блестело от слёз. Мне бы подойти и обнять её, но я словно оцепенела от страха перед своей же подругой и тем, что она может сказать. Оцепенела от страха перед правдой.
- Я же видела тебя несколько раз вечером во дворе, и всё ты с разными мужиками у дома. Когда ты успела, Рита... так быстро? А где же Вальтер? А? Или... теперь есть выбор? С такими мужчинами не дружат, Рита. С такими только спят и иногда за большой прайс! А дружат вот с такими как мой Димка, как Славка... Не правда ли? - размеренно сказала она, судорожно всхлипывая, но стараясь успокоиться. - Как ты можешь, Рита? Где моя подруга? У меня... У меня же никого, кроме тебя не было, кто бы поддерживал меня с этими фотками. Даже Димка теперь говорит....
Она снова заплакала и уткнулась лицом в полотенце.
- Лолита, перестань оскорблять меня, или уже назови вслух это слово, если ты правда так думаешь, - сухо потребовала я, оставаясь на месте. - Иначе дальше разговор не имеет смысла. Те мужчины меня просто до дома подвозят, они мои коллеги, друзья. Ничего не изменилось, я такая же, как раньше. Всего-то, говорю тебе, нужно смотреть на новую жизнь реально: найти работу, но не забывать про хоб... любимое дело...
- Хм, - усмехнулась подруга и пропустила мимо ушей зачатки моей неуклюжей мотивационной речи. - Рита, знаешь, что самое страшное, ты обратно уже не вернёшься. Ты - всё, пошла на взлёт, куда нам за тобой!
- Нет, не правда, не правда. Перестань, - я заткнула уши руками. - И эти люди - обычные все. Что мне сказать ещё, как тебе описать их и этот мир. Ты ведь их не знаешь!
- Ну да, куда уж нам! У вас там свой мир! А нам, живя в болоте, павлинов не увидать!
Я только приготовилась к следующему раунду, как мгла начала рассеиваться. Ещё пару минут мы сидели просто молча.
- Извини, - Лола утёрлась полотенцем и пробубнила в нос. - Блин, я ведь тебе гадостей насыпала, да?
- Есть такое, - чуть улыбнулась я. - Но и я тоже хороша, ляпнула...
- Это я тут живу в болоте... Ничего и никого не вижу, не знаю. Вся жизнь - через объектив на всякую нищету... Рита, я так устала ото всего этого... Хотя всё только начинается. Надо где-то искать дурацкую работу, искать другую квартиру, эту мы не потянем. Димка вообще намекает на ипотеку, идиот. Думает, если год проработал всего, так дальше и пойдёт гладко. Пару недель назад я чуть с ума не сошла - думала, всё - ждать через девять месяцев прибавление, но обошлось. Я так теперь всего боюсь!
- Лола, держись, и сядь уже ко мне. Всё будет хорошо, дорогая, я уверена. Ну вспомни, какая ты была... всегда на позитиве, ведь ещё недавно. Ты верила в себя, в Димку. Так и нужно, так и нужно! Мне просто повезло. Понимаешь, а это может с каждым случиться.
- Нет, Рита, тебе не просто так повезло. Ведь Анна тебя рекомендовала. Очевидно, почему тебя, а не меня, и не Камальян, и не Костика, никого другого, а тебя.
- Я не знаю... - мне не хотелось признаваться, что я и сама понимала, почему именно меня взяли на работу, но она мне досталась тоже не просто так. Стоит только вспомнить первые дни.
- Скажи-ка лучше, значит, правда, с этими мужиками можно сдружиться? - подруга наконец-то, пусть нервно, но засмеялась.
- Ты не поверишь, но гораздо легче и приятнее, чем с местными девчонками!
- Представляю! Если они все такие же, как и ты теперь!
- Ну перестань, - смеясь, я кинула в Лолу малюсенькой карамелькой.
Распрощавшись с подругой, я заглянула домой на встречу с родителями, которые до сих пор ничего не знали про Вальтера, а были убеждены, я просто снимаю квартиру, чтобы работать и заниматься в одиночестве.
Оказавшись дома, я словно вернулась в прежнее мироощущение и мысли.
Ты не можешь вернуться назад, но ты можешь изменить завтрашний день. Решено! Развлеклись, поели пицы, попили пива, покричали, и хватит! Если лучшая подруга налепила мне ярлык на лоб... Я же сама слишком близко подпустила Матиаса к себе.
Его слова «мои извинения за поспешность и грубость», кажется, означали совсем не то... А что именно, докрутить не получалось.
Спасибо, Матиас, за науку и ещё больше - за разрушенную репутацию перед самой собой! Снова и снова я ругала себя за сами мысли о том, что мне на самом деле льстит его внимание, что я - достойна и такого мужчины, что Дора - мне никакая не соперница ни с кем. Моё отражение в зеркале каждый день теперь говорило мне, что я - хороша, я - достойна Вальтера, достойна этого мира, мне не нужно больше смущаться ни перед кем, но нельзя же разбрасываться собой вот так, самым недостойным, но таким простым образом.
И я ненавидела и себя, и его равно. Он, как яркий питон, привлёк меня оболочкой, запугал меня, как крохотную мышь, своей холодностью и отчуждённостью, и обвил, стянул в самый удачный момент.
Глава 43. Пражский крысарик
Оказалось, избегать Матиаса не так уж и сложно. Достаточно было переехать обратно к родителям. Там, где точно ничего случится не могло. Они восприняли мои переезды туда-обратно опять же нормально: экзамен сдан, работа идёт своим чередом, а я всё ещё будто мечусь в поисках удобного места. Знали бы они, сколько всего скрывает от них собственная дочь. Нимало бы удивились даже тому, что можно было уже и рассказать. Но я отчего-то медлила.
Как ни странно, приезда Вальтера я больше не боялась. Мы слишком тесно связаны с Матиасом тайной. Слишком много заинтересованных лиц со всех сторон. Мне просто хотелось, чтобы этот день настал, и всё решилось любым образом. Главное, сбросить груз, избавить от которого может только Брандт.
А сам Фогель... Он вдруг попытался мне звонить в нерабочее время - я просто не брала трубку, не читала его сообщения. К тому же, сама природа надёжно оградила меня от связи и с ним, и с любым мужчиной на три-четыре дня. На работе же я старалась держаться Доры и Лены, чтобы как можно меньше оставаться одной в замкнутом пространстве и не быть пойманной.
В то воскресенье Макс, к великому моему сожалению, отменил занятие снова, а я решила довести до ума диплом. На первое июля поставлена защита, а у меня ещё презентация не сделана. Отправив графики к практической части на проверку Анне Викторовне, решено было подумать над планом выступления.
Только я засела в десятом часу вечера над своими важными бумажками, как пришла смс-ка от Макса:
«Приезжай как сможешь»
Сообщение от Зенфа являло собой любопытное событие. Особенно, если знать, что он любитель сразу звонить и выкладывать по сути.
А может он ошибся? Может, это сообщение предназначалось загадочной даме сердца - брюнетке?
Я решила позвонить ему для начала, но на вызовы никто не отвечал. Пришлось тревожить Леночку, потому что до сих пор я не знала адреса Зенфа - ведь он сам всегда приезжал за мной, чтобы отвезти к себе для занятия.
Узнав, где живёт Макс, я кинулась заказывать такси. Что же могло случиться на этот раз? Не знаю, что мной двигало больше: любопытство или желание помочь.
- Вот я какой красивый сегодня! - он еле стоял на ногах, открыв дверь. Вся его белая футболка была мокрой на груди и животе. От него жутко и слишком резко пахло алкоголем. Скула под левым глазом подбита. Точнее, кроме назревающего синяка, там алела большая ссадина, будто Зенфа проволокли по асфальту за ноги.
