Успокоенная, Кэрол перестала противиться. Рэй откинулся на подушки и сквозь чуть прикрытые веки наблюдал за плавными сладострастными движениями ее красивого гибкого тела, разглядывал ее, испытывая ни с чем несравнимое душевное удовольствие при виде наслаждения, которое отражалась в каждой глубоко любимой им черточке этого нежного личика. Ей было с ним хорошо. Очень хорошо. Так хорошо, что ее стоны переросли в крики, которые были музыкой для его ушей, бальзамом для души и лучшим лекарством для попранной Рэндэлом гордости.
Рэй стиснул ее бедра, впившись пальцами в горячее тело, в порыве страсти не задумываясь о том, что может причинить ей боль своей силой, и застонал, когда по телу девушки пошла крупная судорожная дрожь, а ее крики превратились в тихий жалобный хрип. Но даже в такой момент она заметила, что как раз самое время отстраниться, а он или забыл, или не захотел предупредить ее, как обещал. Со стоном, она заставила себя в этот самый сладостный момент прерваться, но он вдруг с еще большей силой схватил ее за бедра, не позволяя отстраниться. Из груди Кэрол вырвался счастливый стон, и в первый момент она даже была благодарна ему за то, что не позволил испортить самый восхитительный момент, которым оба насладились полностью и вместе. В бессилии упав ему на грудь, Кэрол дрожала и задыхалась, и все никак не могла успокоиться, пока его сильные руки не обняли ее и не положили на простыни. Обвив его шею руками, она стала страстно его целовать, а он поглаживал ее вздрагивающее тело, успокаивая.
- Извини, я увлекся… Завтра обязательно зайду в аптеку. Ты не сердишься?
Кэрол посмотрела в ласковые красивые глаза и лишь улыбнулась, слишком счастливая, чтобы сердиться. Удобно устроившись в его объятиях, она положила голову ему на мускулистую грудь и умиротворенно вздохнула.
А через минуту они уже спали глубоким счастливым сном, утомленные долгой бессонной ночью, тяжелой для обоих, и прижимаясь друг к другу так, как только могут прижиматься влюбленные, обретшие друг друга тогда, когда на это уже и не надеялись и мысленно простились.
Но безмятежный сон их не длился долго. Кэрол проснулась, когда Рэй начал тихо стонать во сне и беспокойно вертеться. Заглянув ему в лицо и погладив по щеке, она обнаружила, что у него жар.
- Рэй! Рэй, тебе плохо?
В наполненной предрассветными сумерками комнате на нее блеснули из-под приоткрывшихся век горящие нездоровым огнем глаза. Он потянулся к девушке и сжал ее в крепких объятиях.
- Кэрол… я люблю тебя, - хрипло сказал он.
- Тебе плохо? Тебе больно?
- Что? А, нет, все нормально, моя любимая. Спи.
Немного высвободившись из крепких объятий, Кэрол снова взглянула ему в лицо. Он спал. Но вскоре опять начал стонать и время от времени что-то несвязно бормотать. Кэрол гладила его по груди, не смыкая глаз, вслушиваясь в его чуть слышное бормотание и пытаясь разобрать слова.
- Да пошел ты! - вдруг вскрикнул он, заставив ее вздрогнуть от неожиданности, и, резко дернувшись, проснулся. Увидев рядом девушку, он успокоился и, сползя с подушек, спрятал лицо у нее на груди. Прошептав опять что-то невнятное о любви, он умиротворенно вздохнул и затих. Обнимая его, Кэрол гладила его густые мягкие волосы, перебирая их пальцами, и беззвучно плакала. Расскажет ли он ей о своей встрече, если так можно выразиться, с Джеком? Нет, наверное, потому что в этом мало приятного было для него. Джек издевался над ним. Возможно, даже пытал. Рэй никогда ей не расскажет об этом, она знала. Но она сама видела, что Джек с ним сделал. Рэй спал, а она разглядывала его разбитое лицо, его тело, на котором все яснее были видны следы от ударов, и обливалась слезами. Только теперь заметила почерневшие запястья, налившиеся гематомами. На белой повязке на руке расплылось кровавое пятно. Что же там, под бинтами, что столько крови? Стараясь его не разбудить, Кэрол осторожно целовала ссадины и синяки, гладила его кожу, всем сердцем желая облегчить его боль. В груди буйствовали горечь и ненависть. О, как могла она выйти замуж за этого подонка, эту сволочь? Если бы она послушала тогда их, Куртни и Рэя, советовавших держаться подальше от Джека, все было бы иначе теперь. Куртни бы не погибла, а Рэй не стонал бы сейчас от боли после того, как Джек выместил на нем свою ненависть. Она не верила, что на этом все закончится. Она не могла понять, каким образом Рэй остался жив, если Джек подозревает его хотя бы в том, что он помогает ей скрываться от него, отпустил ли его Джек сам, или Рэю удалось вырваться. Рэй ничего ей не рассказал, и она даже не знала, что думать. Он сказал, что Джек ничего не знает, но она не могла в это поверить. Или Рэю удалось убедить его в своей непричастности, перехитрить? Даже если так, это не продлиться долго, Джек все узнает, и тогда Рэю уже ничего не поможет. То, что произошло сегодня - это только начало.
Рассвело, а Кэрол так больше и не уснула.
К ее удивлению вскоре проснулся и Рэй. Выглядел он плохо, а чувствовал себя, судя по всему, еще хуже, но все равно поднялся со словами, что у него важная встреча.
- Рэй, какая встреча? Ты же на ногах еле стоишь, - возразила Кэрол. - И… и посмотри на себя в зеркало. Ложись, прошу тебя. Куда ты собрался?
- Извини, солнышко, если бы только знала, как мне не хочется никуда даже выходить и оставлять тебя, но надо. У меня действительно назначена очень важная встреча, и я пойду на нее в любом виде. К тому же, мне надо съездить домой. Джек установил за мной слежку, у моего дома стоит машина. Я ускользнул от них, они не заметили, а Дороти будет всем говорить, что я болею и сплю. Джек этим удивлен не будет, - он неприязненно, с горечью ухмыльнулся. - Поэтому мне надо помельтешить в доме перед окнами, чтобы они убедились в том, что я там. Черт! - он тяжко вздохнул, разглядывая себя в зеркале. - У меня сегодня запланированы встречи с кредиторами. Придется отложить. Думаю, в таком виде, я не смогу убедить их в том, чтобы они со мной сотрудничали. Я сейчас не похож серьезного бизнесмена, управляющего крупной компанией, да?
Кэрол обескуражено пожала плечами, виновато улыбнувшись.
- Нет, ты похож на хулигана, которому хорошо наподдали в каком-нибудь баре, - ласково пошутила она и, обняв его за талию, встала на цыпочки и потянулась к его губам. - Прости, что так получилось…
- Так, вот этого я чтобы больше не слышал. Ты ни в чем не виновата, - он поцеловал ее. - Помоги мне принять душ. Рука что-то совсем не работает, да что б не намочить повязку…
- Хорошо-хорошо, пойдем.
Кэрол осторожно обмыла его под душем, но он, когда она стала его намыливать, затащил ее к себе в ванну. Душ и энергичный секс взбодрили его и подняли настроение. Взгляд загорелся, лицо утратило изможденную бледность, на щеках появился румянец, движения снова стали легкими и упругими, избитое тело, размявшись, приобрело свою обычную гибкость и силу. Плотно и с аппетитом позавтракав вместе с Кэрол, он выпил две чашки кофе, оделся и отправился первым делом в аптеку за бинтами, чтобы сменить повязку на руке. Кэрол напомнила ему о другой необходимой покупке, которую нужно сделать в аптеке. Он молча кивнул и ушел. Пока его не было, Кэрол вымыла посуду и убрала постель. Он вернулся минут через десять и, вручив девушке бинты, попросил сменить повязку.
Разбинтовав его руку, она ахнула, увидев под засохшей кровью многочисленные безобразные швы. Встретив ее вопросительный взгляд, Рэй непринужденно улыбнулся.
- Давай, малыш, промой сначала.
Опустив налившиеся слезами глаза, Кэрол осторожно, боясь причинить ему боль, смыла кровь и наложила чистую повязку. Услышав, как она шмыгает носом, Рэй поднял к себе ее лицо и вытер слезы.
- Перестань, не надо плакать. Это все заживет. Доверься мне, я обещаю, что все будет хорошо. Потерпи, совсем немножко. Всего пару дней. И мы больше не будем прятаться.
- Рэй, что ты задумал? Почему ты не хочешь ничего мне рассказать? К чему вся эта таинственность? Я никуда тебя отсюда не выпущу, пока ты не расскажешь мне, что ты намерен делать!
- Успокойся, моя красавица, - он с улыбкой стал целовать ее губы, взяв ее лицо в ладони.
- Как я могу успокоиться? - отстранившись, Кэрол прижалась спиной к стене и спрятала лицо в ладонях. - Боже, что же вы оба делаете? Разве вы не понимаете, что рвете мне душу?
Рэй обнял ее и вздохнул.
- Понимаем. Только эта ситуация сама собой не разрешится. Вопрос в том, кто ее разрешит - я или он. Если он, то я вряд ли останусь в живых.
- А если ты? Рэй, посмотри на меня! - Кэрол схватила его за лицо и наклонила к себе. - Что ты задумал? Ты хочешь… навредить Джеку? Хочешь сделать что-то плохое?
- Кэрол…
- Поклянись мне! Поклянись, что не сделаешь с ним ничего плохого! Ты хочешь его убить, да? Поэтому ты так уверен в себе? - девушка в отчаянии вцепилась ему в рубашку. - Не смей, слышишь меня, не смей! Даже не думай, потому что я никогда тебя не прощу! Я… я тебя убью, если ты с ним что-нибудь сделаешь!
Лицо у Рэя окаменело, взгляд вдруг стал холодным.
- Ты… ты все еще его любишь?
- Люблю, Рэй, поэтому ты сделаешь мне очень больно… А я знаю, что ты никогда не причинишь мне намеренно боль, ведь правда, Рэй? И не только мне, но и Патрику, ведь так, а? - она смотрела на него блестевшими от слез красивыми умоляющими глазами. - Рэй, я не хочу, чтобы из-за меня кто-нибудь из вас пострадал, ни ты, ни он. Пообещай мне, Рэй.
- Не волнуйся, любовь моя, я не собираюсь его убивать или как-то вредить ему. Я не такой, как он, разве ты не знаешь? На большее, чем поколотить, я не способен.
- Да, я знаю… ты не такой, как он. Прости меня, просто я так волнуюсь, так боюсь. И ты ничего не хочешь мне рассказывать.
- Но почему не хочу? Просто у меня нет времени. Вот приду и все расскажу, хорошо? А ты пока отдыхай, а то бледная такая… - он поцеловал ее, прикрыв от удовольствия глаза, и, захватив солнцезащитные очки, пошел к двери. Кэрол уныло поплелась следом проводить его.
- Ты оставишь мне ключи или опять запрешь?
- Оставлю, если ты пообещаешь мне, что не сбежишь.
- Да куда я денусь? - обречено отозвалась девушка.
- Пожалуйста, не делай никаких глупостей. Не вздумай звонить Джеку и пытаться с ним о чем-то договориться. Погубишь нас обоих. Я скоро вернусь и все тебе расскажу. Хорошо?
Кэрол кивнула, и он вручил ей ключи.
- Рэй… а если не вернешься? - прошептала она дрожащим голосом.
- Тогда скажешь спасибо своему обожаемому Джеку, - горько бросил он и хотел уйти, но она придержала его за руку. Прижавшись к нему, она наклонила его голову и с чувством поцеловала в губы. А он вдруг набросился на нее, срывая пеньюар и жарко целуя в шею и грудь, и овладел с таким неистовством, словно сто лет к ней не прикасался. Кэрол ясно почувствовала в нем какое-то остервенение и властность, которые раньше у него не замечала. Так иногда любил ее Джек, когда злился и желал продемонстрировать ей свою власть над нею. Она закрыла глаза, представив себя в его объятиях, и сердце ее наполнилось сладостной болью, заныло от безудержной тоски. А тело загорелось таким огнем при одной только мысли о нем, что мгновенье спустя все в ней взорвалось мучительным наслаждением, потом еще раз, и она настолько погрузилась в свои мечты, что позволила мужским сокам вновь излиться в нее, забыв о своем страхе перед зачатием. И только когда она открыла глаза и встретилась с синими глазами, наваждение ее развеялось. Она выдавила из себя улыбку и с удивлением заметила, что он как-то странно на нее смотрит, с гневом, смешанным с болью. Отстранившись, он натянул брюки и, не сказав ни слова, вышел, хлопнув дверью. Кэрол изумленно застыла на месте, продолжая прижиматься к стене. Что с ним? Неужели он понял, что в своих мыслях она сейчас была не с ним? Но как?... Это невозможно…
Опустившись на пол, она уронила голову на колени. Из глаз снова побежали слезы. Сердце продолжало саднить.
- Джек… ах, Джек… ну почему так, почему?
И впервые за все это время она плакала по нему и по их утерянной любви. Она знала, что никогда они больше не будут вместе, никогда не вернутся в их маленький мирок, где любили друг друга и были счастливы. А как счастливы, она поняла лишь теперь. Но потом слезы ее высохли и сердце снова наполнилось льдом, когда она вспомнила Мэтта, Даяну, Элен, Куртни… Всех тех, кого она не могла ему простить. И пробившаяся вдруг через все это любовь была вновь подавлена жгучей неприязнью и обидами. И Кэрол жалела лишь о том, что позволила своей извечной слабости перед Джеком вновь взять над ней верх, да еще в такой момент, оскорбив и ранив Рэя…
Глава 15
Первым делом Рэй поспешил на запланированную еще несколько дней назад встречу, боясь опоздать.
Подъезжая к назначенному месту, он замедлил ход и остановился у обочины рядом с человеком, стоявшим у дороги.
Перегнувшись через сиденье, Рэй открыл дверь и взглянул на него.
- Подвезти?
Человек кивнул и уселся рядом, захлопнув за собой дверь машины, а Рэй тронулся с места и покатил дальше. Потом открыл бардачок и, достав оттуда фотографию, вручил своему спутнику. Не говоря ни слова, тот уставился на снимок. Скосив глаза, Рэй украдкой его разглядывал. Этого парня он видел впервые. Его порекомендовал одни из надежных приятелей Рэя, которому тот без опасений доверил свою проблему. Приятель был не простым. И этот парень, сидящий сейчас в его машине - тоже. У него была внешность типичного еврея, но довольно симпатичного и даже приятного, что немного удивило Рэя, не говоря уже о молодости этого юноши. С большой натяжкой ему можно было дать лет двадцать пять. Рэй удивился потому, что ожидал увидеть кого-нибудь постарше и посерьезней, а не этого сопляка. Но лицо этого сопляка выдавало в нем прожженного и закаленного жизнью, причем жестокой и тяжелой, человека. И Рэй перестал сомневаться в том, что он именно тот, кто ему нужен. А взгляд черных, как сама преисподняя, глаз развеял последнюю неуверенность.
- Я знаю, кто этот человек. Все знают. На него покушались пять раз, но так никому и не удалось его пришить. Он опасен и мстителен.
- Последнее должно волновать вас только в том случае, если вы не уверены в том, что справитесь с работой. Если так, то говорить нам с вами больше не о чем. Жаль, что я потратил на вас свое время. Меня уверили, что вы хоть и новенькие в этом деле, но безупречно выполняете работу и уже успели за короткий срок приобрести популярность.
- Это так. И вы не зря потратили время. Вы просто неправильно меня поняли. Я всего лишь говорил о том, что чем сложнее и рискованнее заказ, тем выше гонорар. Об успехе дела можете не волноваться. Мой снайпер не промахивается.
- Да, я знаю. Мне говорили. О деньгах не думайте. Я заплачу столько, сколько скажете, и даже больше, если вы все сделаете чисто и профессионально. Вот, это аванс, - Рэй вынул из бардачка конверт и положил на колени собеседнику. Тот без смущения заглянул внутрь и, по-видимому, остался доволен содержимым. Положив в конверт фотографию, он спрятал его во внутренний карман пиджака.
- Когда? - холодно спросил Рэй.
- Я сообщу вам вечером. На этом же месте, в десять вас устроит?
