- Она может тебя выдать, если Джек припрет ее к стенке.
- Не выдаст. Никогда. Даже если он будет ногти ей вырывать, а я не думаю, что он пойдет на это. Так что успокойся и перестань труситься от страха. Расслабься и наслаждайся свободой.
Кэрол продолжала с удивлением смотреть на него.
- Ты так уверен в этой девушке? Но почему?
Он лишь улыбнулся в ответ, не взглянув на нее.
- Рэй, но как тебе удается?
- Кэрол, ну не спрашивай, ты же прекрасно знаешь, что я хорошо разбираюсь в женщинах и могу найти подход к любой, даже самой мужененавистной мегере.
- Ты затаскиваешь их для этого в постель?
Он непринужденно засмеялся.
- Совсем не обязательно. Я просто пользуюсь тем, что женщины не могут мне отказывать, когда я о чем-то прошу. Но если бы я спал со всеми, кого мне когда-либо приходилось о чем-то просить, во мне бы уже не осталось никаких сил для этого. Нет, себя, любимого, я не отдаю, кому попало.
- Хочешь сказать, что уломал девчонку устроить побег просто так? Взглянул на нее своими игривыми красивыми глазками, и она сразу же настолько потеряла голову, что готова была сделать все, чтобы ты не попросил?
- Да. Правда, мне пришлось еще и поулыбаться. Но, думаю, дело того стоило, - и мягко добавил. - Я с ней не спал. И не собираюсь. Но, если бы понадобилось, ради тебя я бы пошел на что угодно.
- Не сомневаюсь, и не без удовольствия, как я полагаю!
Он бросил на нее веселый взгляд.
- Эй, ты никак ревнуешь? Зря. Я теперь само воплощение верности и неприступности.
- Да, воплощение, только абсолютно противоположное тому, что ты сейчас назвал, - фыркнула Кэрол, ощущая раздражение и недовольство, вызванное ничем иным, как страхом за него. Она лихорадочно обдумывала, как выйти из сложившейся ситуации так, чтобы он не пострадал. И злилась на него за его упрямство и дерзость, которые могут стоить ему жизни. Да и ей тоже. Уж лучше бы она оставалась в психушке.
- Рэй, верни меня обратно. Это же можно устроить? Твоя медсестра поможет.
- Боже, неужели я опоздал, и тебя успели там лишить рассудка? Спокойней, девочка, не нервничай так. Сейчас мы приедем в безопасное место, где Джек тебя никогда не найдет. Придешь в себя, успокоишься, и тогда подумаем, как нам действовать дальше. Хотя у меня уже есть кое-какие планы, только, боюсь, ты еще не готова их обсудить.
- Какие планы?
- Позже, любовь моя, позже. Отдохнешь, перестанешь труситься от ужаса, тогда и поговорим.
- А что это за место, куда ты меня везешь?
- Это всего лишь квартира, которую Джек ни за что не сможет вычислить, как бы не старался. И там ты будешь вне его досягаемости и, следовательно, в полной безопасности.
- Он найдет меня, даже если я спрячусь под землей или улечу на самую далекую звезду.
- Нет. Только если он не станет обыскивать каждую квартиру в городе. Даже если так, у него на это уйдет достаточно времени для того, чтобы мы успели обдумать наши дальнейшие действия и оставить это убежище. Кстати, тебя там ждет роскошный ужин, мягкая постелька и приятный сюрприз.
- Сюрприз? Почему ты уверен, что он будет мне приятен? - все еще ворчала Кэрол, не смиряясь и сердясь.
Он загадочно улыбнулся.
- Потому что я знаю. Ты бросишься мне на шею и расцелуешь от радости.
- Да, если увижу там живую и невредимую Куртни. Больше обрадовать меня ничто не сможет до такой степени.
- Увидим.
Сердце Кэрол вдруг встрепенулась.
- Патрик? Там Патрик?
- Пока нет, Кэрол, но не расстраивайся, скоро он будет с тобой, я даю тебе слово. Он самая важная часть моих грандиозных замыслов! - он нежно улыбнулся мгновенно поникшей девушке, вспышка радости которой угасла так же быстро, как и появилась.
Понимая, что деваться ей больше не куда, по крайней мере, пока, Кэрол позволила отвезти ее в это загадочное и укромное местечко, которое даже Джек не сможет разнюхать, как надеялся Рэй. Только сама Кэрол не заблуждалась на этот счет, как он. Джек найдет ее, в этом не было никаких сомнений. Но уверенность Рэя все же заставила зародиться в ней хоть и слабому, но теплому лучику надежды. Разглядывая его хитрое самоуверенное лицо, Кэрол не могла не признать, что он всегда обладал такими завидными качествами, как ловкость, изворотливость и хитрость. Насколько Кэрол помнила, никогда и никому не удавалось взять его за горло так, чтобы он не сумел выкрутиться. Скользкого и изворотливого, его невозможно было ухватить и удержать даже самой цепкой и сильной хваткой. И Куртни тому пример, а уж рук посильнее и хватче ее стоит поискать! Никогда Рэй не был простачком. Он умел лгать, притворяться и хитрить, умел вести двойную жизнь так, что никогда и никем не был пойманным. Ведь встречался же он где-то со своими многочисленными любовницами, наверняка у него имелись для этого специальные гнездышки, и, возможно, даже не одно, которые даже Куртни не смогла разоблачить. Он всю жизнь ловко водил ее за нос, может, у него получится обвести и Джека? Один прожженный и коварный брехун без стыда и совести и хитрющий подлец против другого такого же. Кто кого? Это было бы довольно интересно, если бы не предвиделся плачевный конец одного из этих отчаянных ловкачей. И почему-то Кэрол думала не в пользу Рэя, не смотря на все его признанные ею таланты.
Но мысли ее стало занимать совсем другое. Она сжалась на сидении, смотря в окно и больше не поворачиваясь к нему. По телу гуляла нервная дрожь, а почти забытая и задавленная сильными препаратами душевная боль снова заняла свое место в груди. Она почти пожалела о том полусознательном состоянии, в которое ее постоянно вводили врачи, приглушая все ее эмоции и чувства. А теперь, когда он сидел рядом, как живое напоминание о ее предательстве Куртни и себя самой, ее снова обуревали сильнейшие эмоции. Это была и злость, и негодование, и возмущение, и горечь. Как на себя, так и на него. Кэрол не могла определиться, на кого она злилась больше и кого больше винила. Невыносимый стыд сжигал ее изнутри, заставляя пылать ее лицо.
А он сидел такой невозмутимый и самодовольный, с уверенным лицом, красивым, немного хищным из-за сходства с лукавым и бессовестным зверьком. Проклятый наглый лис. Все-таки сцапал ее. И это ее спаситель? Кто б от этого спасителя бы еще спас… Кэрол совсем не нравилось все это. Она бы предпочла, чтобы он был где-нибудь подальше. Конечно, кроме его объятий ей ничего не грозит, но именно это и было для нее самым ужасающим и недопустимым. Она находилась в крайнем напряжении, готовая проявить самое отчаянное сопротивление, на какое только была способна, при малейшей его попытке или даже намеке на домогательство. Хоть и поздно было уже сопротивляться, но она не хотела повторять то, что натворила. Этого больше не будет. Никогда.
Он бросал на нее косые взгляды, видимо догадываясь о ее мыслях и напряжении, но оставался все таким же непринужденным, словно они были такими же друзьями, как и раньше и ничего между ними теперь не стояло. И он совсем не походил на человека, которого бы мучили угрызения совести, и это злило Кэрол еще сильнее. Более того, она буквально кожей ощущала его жгучее желание продолжить их постельные приключения, едва начавшиеся и так жестоко прерванные. Но она была иного мнения. Этого мимолетного и короткого «приключения» хватило для того, чтобы потерять все самоуважение и отравить ядом всю ее душу. И она считала, что это худшее, что могло случиться с ней в жизни, и до сих пор недоумевала, как могло такое произойти. Но Рэя, судя по всему, это совсем не удивляло. Самодовольный самец, уверенный в том, что перед ним не устоит ни одна женщина. А может, так и есть, и самодовольство его вполне обосновано, если даже она не устояла со всеми своими принципами и любовью к Куртни? Но как же он мог так с ней поступить, зная, как будет она страдать и винить себя после этого?
Поджав губы, Кэрол готова была взорваться от злости и обиды, когда он остановил машину - которую, кстати, Кэрол видела впервые в жизни - и не сдвинулась с места, когда он вышел. Обойдя машину, он открыл с ее стороны дверь и протянул ей руку. Девушка продолжала сидеть, упрямо скрестив на груди руки и упершись взглядом в лобовое стекло, всем своим видом демонстрируя протест и недовольство его очередным вмешательством в ее дела, в ее жизнь, о котором его никто не только не просил, но и наоборот, просили избавить от его чрезмерной заботы.
Он постоял, положив руки на крышу и дверь, подождал, а затем с лукавой усмешкой поинтересовался:
- Как я понимаю, ты хочешь ночевать в машине?
- Да, если ты намерен сам остаться там, куда хочешь меня отвести, - резко ответила Кэрол.
Он озадачено потер пальцем гладко выбритый подбородок и вздохнул.
- Я уйду, если ты так захочешь.
- Да, я так хочу.
- Хорошо. Пойдем, я провожу тебя, покажу квартиру, вручу сюрприз и уйду… раз тебе так невыносимо мое присутствие.
- Представь себе.
- Все еще злишься на меня? - горько спросил он.
Кэрол прожгла его красноречивым взглядом, стараясь, чтобы в нем отразилось как можно больше неприязни и обиды. Он отступил назад, позволяя ей выйти.
- Что ж, хоть разговаривать со мной стала - это уже прогресс, - удрученно сказал он с таким несчастным видом, который бы тронул кого угодно, но только не ее. Коварный притвора, уж она-то знала о его таланте «находить подход к женщинам» и растоплять их сердца. А при свете комнаты ей еще предстоит любоваться его прекрасными невинными глазами, способными превращать самых умных женщин в обыкновенных дурочек и идти у него на поводу послушными наивными собачонками. Сама Кэрол не раз бывала в этой же роли, не говоря уже о Куртни. Оставалось только удивляться, как ему удавалось из своих хитрющих лисьих глаз строить такие искренне невинные и ангельские, которые могли ввести в заблуждение кого угодно, даже тех, кто знал его, как облупленного и понимали, что ничего невинного, а тем более, ангельского в нем отродясь не было и никогда не будет. Но на этот раз она была полна решимости проявить твердость и не верить в его блестевшие затаенными слезами глаза, полные раскаяния и смирения, не верить несчастному страдальческому виду и умоляющему о примирении взгляду, даже если во всем этом будет доля искренности. Конечно, его огорчает ее поведение, в это она верила, могла поверить даже в то, что он на самом деле страдает, но все равно запретила себе обращать на это внимание.
Выйдя из машины, она выпрямилась перед ним и вызывающе посмотрела прямо в глаза.
- Так ты действительно уйдешь? Ты даешь мне слово?
- А у меня есть выбор? Даю, не могу же я оставить тебя в машине, - буркнул он и повел ее в подготовленное им загадочное супер-убежище. Это оказалась самая обыкновенная квартира в самом обыкновенном доме в несколько этажей. Может, во всей этой обыкновенности и заурядности и был весь секрет конспирации? Но внутри убежище оказалось неожиданно восхитительным, как самое настоящее любовное гнездышко заядлого ловеласа, созданное для удовольствий не только тела, но и души, как маленький райский уголок для Адама и Евы. Удивленно и не без доли восхищения Кэрол разглядывала все вокруг, медленно переходя из одной комнаты в другую. Роскошь сочеталась с красотой, уютом и комфортом, все располагало к неге и пробуждало какую-то чувственность. Кэрол одолевало любопытство, потому что впервые ей удалось заглянуть в тайный мир Рэя и на него самого с той стороны его личности, которую он всегда тщательно скрывал. И она была поражена, хотя бы вот этой заурядной квартирой, которую он так мастерски сумел превратить в райский уголок. Что ж, она всегда подозревала, что он не лишен романтики и обладает тонкой и чувственной натурой. И к тому же, превосходно знает женщин и то, как и чем производить на них сильное и шокирующее впечатление, бросающее их ему в ноги. Интересно, способности обольстителя - это в крови, или просто приобретенный опыт? Нет, в случае с Рэем, это в крови, несомненно. Плюс опыт. И берегитесь, несчастные женщины.
Почувствовав, что очарование обстановки действует на нее, Кэрол предприняла попытку его разрушить. Изогнув губы в ехидной ухмылке, она еще раз окинула взглядом комнату, на пороге которой остановилась, не решившись идти дальше. Это была спальня. Спальня, которая способна была вызвать мысли о сексе у самой строгой и целомудренной монашки.
- Сдается мне, это убежище создавалось совсем не для укрытия сбежавших пациентов психбольниц! - заметила она. - Стало быть, здесь ты забавлялся со своими никогда не переводящимися любовницами, да, Рэй? М-да, не могу не отдать тебе должное… производит впечатление. Только не достает одной детали. Вон там, над этой восхитительной кроватью, не плохо бы смотрелась фотография Куртни с огромными оленьими - или лосевыми - рогами над ней.
Отступив от спальни, она обернулась и устремила на Рэя насмешливый взгляд. Тот побагровел.
- Я не говорил, смею тебе напомнить, что эта квартира принадлежит мне!
- А и не надо, я сама об этом догадалась. Трудно не догадаться. Может, она официально и не твоя, что, скорее всего, так и есть, дабы тебя нельзя было здесь вычислить, но это обустроенное в ней прекрасное гнездышко явно твое, Рэй, и не надо убеждать меня в обратном. Только у меня здесь какое-то неприятное чувство дискомфорта. Мне кажется, что я здесь совсем не к месту. Другого «убежища», не предназначенного так явно для твоих любовниц, у тебя нет?
Она красноречиво поморщилась, выказывая свое недовольство. Рэй не сводил с нее угрюмого пристального взгляда. Кэрол тяжко вздохнула.
- Ладно, так и быть, останусь здесь. Не на улицу же идти, в самом деле. Пойдем, я закрою за тобой двери. Надеюсь, сюда не заявится какая-нибудь девица и не устроит мне скандал со сценами ревности? И тебя тоже попрошу немного воздержаться от того, чтобы приводить сюда девочек, пока я здесь. А то я как-то неловко себя буду чувствовать. Договорились? Ну, тогда все, спокойной ночи.
Но он не сдвинулся с места, не отрывая от нее глаз.
- Зачем ты так, а? - хрипло, с упреком спросил он.
- Спокойной ночи, - с неискренней елейной улыбкой повторила Кэрол и, взяв его под руку, решительно развернула и повела на выход. Но он внезапно вырвался и, схватив ее за талию, прижал к стене. Стиснув ее в страстных объятиях, он застонал, пожирая ее губы жадными поцелуями. Вскрикнув от негодования, Кэрол попыталась его оттолкнуть.
- Рэй! Ты же обещал! Ты дал мне слово! Уходи!
- Прости… но я тебя обманул, - прохрипел он, задыхаясь. - Я хочу тебя… я умру, если ты сейчас же не будешь моей.
- Ах ты, скотина! Умирай, мне нет дела! Отпусти меня, я закричу!
Он впился в ее рот, предотвращая возможные крики, вдавив ее в стену своим дрожащим от нестерпимого желания телом. Не прошло и пары секунд, как он расстегнул на ней джинсы и стащил с ее бедер. Так как штаны были на нее великоваты, они упали на пол, как только он выпустил их из рук. Наступив на них ногами, Рэй приподнял девушку, буквально выдернув ее из штанин. На трусики у него терпения уже не хватило, и они, разорванные, отправились на пол следом за джинсами. Все это он проделал так быстро и ловко, что Кэрол и опомниться не успела, как он закинул ее ноги себе на талию и через мгновение был уже внутри нее.
