С того времени, как она поселилась здесь, её не покидало ощущение, что за ней постоянно наблюдают. Скорее всего, это следствие общей тревоги, которую она все еще испытывала после нападения. Да и слова княгини подлили масла в огонь. За окном тихо, слышно, как плещутся речные волны о каменистый берег, и никого.
Огнеслава печально вздохнула и вновь обернулась к зеркалам. В её кресле сидел Аскольд и, чуть прищурившись, смотрел на нее. От неожиданности девица шарахнулась в сторону. Но, осознав кто перед ней, выдохнула и постаралась успокоиться.
— Почему ты постоянно меня пугаешь? — еще немного подрагивающим голосом проговорила она. — Неужели нельзя приходить менее неожиданно?
— Постараюсь. Ты такая милая, когда растеряна, — заулыбался княжич, поднимаясь на ноги — И так приятно видеть, что ты ждала меня.
Он встал и подошел к Огнеславе. Взяв её руку, Аскольд медленно дотронулся до нее губами, не сводя глаз с лица невесты. Как и хотел, смутилась, густо заливаясь краской. Ему нравилось, как она нервно кусает губы и боится взглянуть в ответ.
— Ты боишься? — издевательски проговорил княжич, выпуская её руку.
— Отчего же, — отступила назад Огнеслава, потирая место поцелуя другой рукой. — Просто я не привыкла к такому обращению. Я не знаю, как мне вести себя с вами… с тобой.
— Не переживай за условности сейчас, их и так слишком много днем, когда ты на виду, — отошел от нее суженый. — Я просто хочу узнать тебя ближе.
— Тогда не надо так делать, — ответила княжна.
— Как?
— Так, что я места себе найти не могу и теряюсь в догадках, — честно призналась она. — Ваша матушка, сегодня довольно откровенно со мной говорила и, кажется, я начинаю понимать, что к чему.
— Что она сказала? — тон его голоса из беззаботного превратился в настороженный, даже суровый.
— Она уведомила меня насколько для вас важно содержимое ларца, что выбора у меня особенно нет, вы уже получили что хотели, и если я буду вести себя хорошо, то буду жить в почете и уважении. Это если коротко, — ответила Огнеслава.
— Это правда, но матушка всегда несколько сгущает краски, — немного расслабился Аскольд. — Не переживай, я не дам тебя в обиду.
— Не знаю. Как я могу доверять, если не понимаю, что движет тобой? Враг ты мне или друг?
— А ты? Ты сама? Враг ты мне или друг? — явно что-то задумав, проговорил он.
Огнеслава удивленно смотрела на жениха. Почему он назвал её своим возможным врагом?
— Иди сюда, — сказал он, достав что-то из-за голенища.
Подойдя, Огнеслава увидела в его руках нож. В сознании вновь мелькнули воспоминания первой встречи. Хотя это был совсем другой клинок, девица очень хорошо помнила слова ведьмы «прямо в сердце, это вот сюда».
— Тебе ведь не впервой, так? — проговорил он, вкладывая в её ладонь нож и упирая лезвие себе в шею. — Ты ведь уже собиралась однажды сделать нечто подобное, но передумала? Мне интересно, почему ты передумала. Как видишь, я тоже не могу пока полностью доверять тебе.
Огнеслава, глазами полными ужаса, смотрела перед собой. Нет, она не собиралась его убивать. О Боги, неужели он думает, что она бы смогла? Её взгляд встретился с серыми глазами княжича, внимательный и холодный взгляд, почти, как вчера днем. Так вот в чем дело! Она и думать забыла о разговоре с ведьмой. Но если он узнал, то, скорее всего, могут знать и его родители. Поэтому княгиня так вела себя? Наверняка, она действительно думает, что Огнеслава, собиралась убить её сына. Откуда им стало известно? Хотя не важно. Важно, что её считают лицемерной, способной на убийство, женщиной. Руки у девицы дрожали, она судорожно соображала, как ей поступить и что сказать.
— Если я тебе враг, то решись уже. Сейчас, у тебя еще есть шанс, — нарочно провоцируя, шептал княжич.
Огнеслава стояла, держа клинок у его подбородка, и медлила.
— Ну же! — решительно скомандовал Аскольд. Трясущаяся от нервного напряжения рука дернулась, на белой коже образовался малюсенький порез. Лезвие оказалось очень острым.
— Нет! Ой! — жалобно простонала княжна и бросила оружие, словно обожглась об него.
Все было понятно без слов. Княжич обнял невесту, чтобы успокоить. Наклонившись, он медленно поцеловал её в макушку. Огнеслава боролась со слезами. Да что это за место такое? Почему её постоянно испытывают на прочность?
— Я бы не смогла, — почти всхлипнула она.
— Я вижу, — отозвался княжич, теперь уже ласково. — Скажи, ведь тебя кто-то надоумил? Кто дал тебе тогда оружие?
— Ведьма, — выдохнула Огнеслава, его руки перестали баюкать, они обнимали теперь совсем иначе, вызывая волнение и трепет, она совершенно перестала соображать и говорила все как на духу. — Я хотела, чтобы она предсказала мне судьбу. Она сказала, что случится большая беда, но я могу все изменить, если убью человека с перстнем, а потом я увидела его у тебя...
— И передумала? — говоря это, он заглянул в ее глаза.
— Да, — подтвердила Огнеслава.
Снова это странное ощущение, будто хмельное вино ударило в голову. Не сознавая, что делает, она схватилась за плечи юноши, ибо боялась не устоять на ногах.
— Ведьма дала тебе кинжал? — вновь задал вопрос княжич, оставляя поцелуй на её губах.
— Да… — ответила Огнеслава, отвечая на поцелуй
— Кто эта ведьма? Возможно, ты знаешь ее имя? — голос стал еще более вкрадчивым.
— Она подослана братством… те люди, что напали на нас в дороге… они хотели, забрать меня… старец побоялся коснуться ларца, старый лжец… — в промежутке между поцелуями, слова сами лились с её губ, какой-то странной околесицей. — Но я не причиню тебе вреда. Никогда. Я не смогу... — отстранившись и собравшись с мыслями, она взглянула в лицо Аскольда, — Обещаю, что никогда не пойду против тебя.
Странная улыбка мелькнула на лице жениха. Эта улыбка скорее выражала довольство собой, нежели удовлетворение словами любимой. Находясь в плену страсти, Огнеслава даже не обратила на нее внимание. Тем более, что дальше вопросов уже не звучало. Молодой князь крепче обнял невесту и долго целовал. Она очнулась от наваждения, когда почувствовала, как его пальцы потянули за ленту, чтобы расплести косу.
— Постой. Это не правильно! — попыталась освободиться она, но он не слышал её слов. — Аскольд! — почти вскричав, окликнула княжна.
Прозвучавшее имя заставило остановиться. Он отступил назад, успокаивая взыгравшую кровь. Возможно, полумрак комнаты обманывал, но на миг показалось, будто глаза Аскольда отливали жутковатым красным огнем.
— Что с твоими глазами? — испуганным шепотом спросила она.
Княжич в тот же миг закрыл их и, схватившись за переносицу, встряхнул головой. Когда же вновь взглянул на невесту, то его глаза были сталисто-серыми, как всегда.
— Мне показалось видимо, — с сомнением проговорила Огнеслава, пытаясь понять, что это было. — У тебя в глазах будто играло пламя.
— Отблеск свечей, — успокоил он. – Померещилось.
— Да, похоже, померещилось, — согласилась девица.
Нельзя более позволять себе вольностей. Она совершенно не умеет контролировать подобные ситуации. «Впредь буду держать дистанцию, — пообещала себе Огнеслава, — по крайней мере, до свадьбы».
— Нам стоит быть сдержаннее и пока воздержаться от крепких объятий, – вслух произнесла она.
— Хорошо. Если нельзя тебя обнимать, то чем хочешь заняться? — беззаботно проговорил Аскольд.
Огнеслава повеселела. Такой он ей нравился гораздо больше.
— Я бы с радостью сбежала отсюда, но, к сожалению, это невозможно, — вздохнула девица. — Поэтому, будем играть!
— Играть? — с сомнением взглянул на неё княжич. — Что за детские забавы?
— Ничего не детские, — хитро улыбнулась ему Огнеслава. — Дома я видела, как дворовая молодежь играла в одну игру. Думаю, тебе понравится.
Взяв за руки, она усадила его напротив. Юноша с интересом наблюдал, как Огнеслава вынула из сундука разноцветные бусы. Сравнив на глаз несколько ниток, она выбрала две самые похожие по размеру и форме бусин. Различался только цвет, на одной нитке бусины были из бирюзы, а на другой из красноватой яшмы. Разорвав нитки, девица ссыпала бирюзу и яшму в мешочек.
— Что ты задумала? — поинтересовался Аскольд, наблюдая, как она трясет мешочек, чтобы перемешать бусины.
— Мы будем тянуть из мешочка бусины по очереди. Кому досталась яшма, тот выиграл и может задать любой вопрос, на который другой обязан ответить, — объяснила Огнеслава.
— А кому досталась бирюза?
— Тот проиграл.
— И что?
— Ничего. Тянем заново.
— Хорошо, а что предусматривают правила игры, если проигравший не может или не хочет отвечать на вопрос? — вспоминая, что видел что-то подобное, спросил княжич.
— Ну… — замялась девица.
— Вспомнил! Если не можешь ответить на вопрос, то должен поцеловать победившего! — сам ответил он.
— … или исполнить его желание, — добавила Огнеслава. — И откуда молодой князь так осведомлен о забавах простых людей?
Юноша только задорно улыбнулся в ответ, и эта улыбка ей тоже очень нравилась.
— Я согласен! Давай играть!
— Чур, я первая тяну! — с каким-то детским энтузиазмом заявила княжна.
— Тяни! — негромко засмеялся в ответ Аскольд.
Они просидели почти до третьих петухов. За веселой игрой время прошло незаметно. Сегодня хозяин Черного дворца узнал о княжне Огнеславе больше, чем ему могли бы рассказать самые искусные шпионы. Скоро рассвет. Нужно вернуться домой до первых солнечных лучей. Стоя на мосту, меж двух дворцов, он смотрел туда, где темнота скрывала небольшой островок с теремом. Теплое и сладкое чувство обволакивало сердце. Змей был доволен и безмятежен. Очевидно, общество Огнеславы пошло на пользу им обоим.
Оказалось её несложно очаровать и без магии, достаточно проявить немного искренности. Если не останавливаться, продолжая в том же духе, скоро она не сможет отказать ему. Юные девы наивны, любовь кружит им голову сильнее любых заклинаний. Однажды она откроет ларец, сомнений нет, вопрос лишь, кто окажется рядом в этот момент, он или Аскольд. Переведя взгляд на руку, где поблескивал перстень с изображением змеи, подумал, что эта мелочь может подтолкнуть её к тому, чтобы начать замечать различия. Быстрым движением Горан сдернул кольцо с пальца и зашвырнул его в реку. Пора. Пора возвращаться. Ещё раз глянув в направлении островка, он, наконец, отправился домой.
Встреча со змеем
— Ох, не нравится мне, княгинюшка, что с вами происходит? — вздыхала Забава, заплетая косу Огнеславы. — Как сюда приехали, вы сама не своя. То плачете, то без причины смеетесь. Так недолго и ума лишиться…
— Я же невеста. Печалюсь о доме, что оставила, и радуюсь предстоящей свадьбе. Разве удивительно? — говоря это, Огнеслава улыбнулась шире, чем следовало, и Забава еще сильнее нахмурилась.
— Красив княжич, — негромко проговорила напарница.
— Красив, — согласилась княжна, заливаясь румянцем.
— И речи его для вас, что мед, — продолжила Забава.
— Слаще меда, — согласилась Огнеслава.
— И сердце то ваше томится в тоске по нем, ждете, не дождетесь, когда увидите снова?
— Откуда знаешь? — попыталась обернуться княжна, но Забава не дала ей этого сделать, потянув за косу.
— Колдовство! — заключила Забава. — Очаровал вас княжич, приворожил! Нехорошо это!
Огнеслава на миг задумалась. А ведь и правда, то, что испытывает она при виде молодого князя сродни наваждению. Но тут вспомнилось ей, как весело было вчера с ним игрой забавляться, как легко было на душе и спокойно. Нет! Глупости Забава говорит! Темные суеверия!
— Приворот нужен тому, по кому сердце не пылает! — фыркнула Огнеслава.
— Сердце пылает! — покачала головой Забава. — Супруги должны уважать друг друга и жалеть, тогда брак будет долгим, а семья крепкой. Чувства должны расти постепенно, и крепнуть, как могучие деревья. А у вас, княгинюшка, словно ветром буйным страсть надуло, в одно мгновение пожар вспыхнул! Один раз княжича увидели и сразу влюбились? Колдовство это! Магия черная! Боязно мне за вас. Как бы не случилось чего недоброго. Не пришлось бы вам пла…
— Прикуси язык! — резко остановила княжна, мороз пробежал по коже от одного предчувствия, что Забава собралась пророчить ей беду.
— Простите, не хотела гневить. Я же только о вас думаю, чтобы были здоровы, чтобы ладно всё складывалось, — начала оправдываться помощница.
Огнеслава слушала причитания Забавы молча. Ну не может она рассказать напарнице, что уж не раз и не два с княжичем виделась. Конечно же, в глазах помощницы, не ведающей о тайных свиданиях, она выглядит, как одурманенная. «Бедная Забава, — подумала Огнеслава, — любой бы, на ее месте, думал о колдовстве».
— Ворчишь, как тетка Прасковья! — огрызнулась княжна.
— Приходится. Должен же кто-то благоразумие проявлять. Вот, например, третьего дня, зачем в воду полезли? Я никогда не поверю, что вы туда случайно упали. На вас не похоже! — насупилась девка.
Видя, что Огнеслава опять посмеивается над её словами, Забава, якобы случайно дернула, её за косу.
— Ай! — взвизгнула княжна. — Совсем страх потеряла?
— Случайно, княгинюшка! — с деланным раскаянием проговорила Забава.
— Ну, полно, полно, не злись. Обещаю, впредь, буду осторожнее, — успокоила её Огнеслава.
Да уж, будет она! Как тут быть осторожной, когда влюблена по уши. Молодой князь нравился ей все больше и больше. Оказалось, он может быть беззаботным и милым, как в последнюю встречу. Вчера ей было действительно весело.
Память тут же воспроизвела недавние события. Огнеслава сидела в этом самом кресле, только развернутом наоборот, а напротив, хитро улыбаясь и не отрывая от неё глаз, сидел княжич. Мягкий свет огня, поблескивал на ресницах, отражался в глазах, золотил белую кожу. Каждый его вопрос говорил Огнеславе, что ему действительно важно, как она росла, с кем дружила, что любит, а что ненавидит. Она с упоением рассказывала о своей семье, о тихой жизни в родительском тереме, о родичах. Княжич расспросил даже о её любимце, Ветерке. Он был так мил и заботлив, его глаза горели неподдельным интересом.
Огнеслава тоже задавала свои вопросы и узнала, что её будущий супруг любит охоту и поединки на мечах. Узнала она и о том, что княжич умеет договариваться со змеем. Он сказал, что змей скорее почитаемое, равное человеку по уму, существо, нежели необузданное чудовище. Как она для себя определила, змей для него был таким же товарищем, как для неё Ветерок, только куда более разумным. Оказывается, легенды не врали, змей Горан и вправду прорицает будущее. Словом, многое из своих догадок она вчера прояснила.
А когда княжич спросил, нравится ли он ей, Огнеслава никак не могла произнести ответ, поэтому пришлось откупаться поцелуем. От одного воспоминания, как сама целовала жениха, стало жарко, сердце забилось быстрее, и девица спешно опустила глаза, чтобы скрыть смущение. Забава недовольно покосилась на неё, но уже ничего говорить не стала. Огнеслава призвала всё своё самообладание, чтобы обрести холодный и сосредоточенный вид. Как раз вовремя, так как вошла одна из тетушек, извещая о прибытии княгини Вереи.
— Поздно встаешь, милая! — колко заметила свекровь, увидев, что Огнеслава заканчивает утренний туалет — Полдень на дворе, а ты только косу заплетаешь?
Огнеслава печально вздохнула и вновь обернулась к зеркалам. В её кресле сидел Аскольд и, чуть прищурившись, смотрел на нее. От неожиданности девица шарахнулась в сторону. Но, осознав кто перед ней, выдохнула и постаралась успокоиться.
— Почему ты постоянно меня пугаешь? — еще немного подрагивающим голосом проговорила она. — Неужели нельзя приходить менее неожиданно?
— Постараюсь. Ты такая милая, когда растеряна, — заулыбался княжич, поднимаясь на ноги — И так приятно видеть, что ты ждала меня.
Он встал и подошел к Огнеславе. Взяв её руку, Аскольд медленно дотронулся до нее губами, не сводя глаз с лица невесты. Как и хотел, смутилась, густо заливаясь краской. Ему нравилось, как она нервно кусает губы и боится взглянуть в ответ.
— Ты боишься? — издевательски проговорил княжич, выпуская её руку.
— Отчего же, — отступила назад Огнеслава, потирая место поцелуя другой рукой. — Просто я не привыкла к такому обращению. Я не знаю, как мне вести себя с вами… с тобой.
— Не переживай за условности сейчас, их и так слишком много днем, когда ты на виду, — отошел от нее суженый. — Я просто хочу узнать тебя ближе.
— Тогда не надо так делать, — ответила княжна.
— Как?
— Так, что я места себе найти не могу и теряюсь в догадках, — честно призналась она. — Ваша матушка, сегодня довольно откровенно со мной говорила и, кажется, я начинаю понимать, что к чему.
— Что она сказала? — тон его голоса из беззаботного превратился в настороженный, даже суровый.
— Она уведомила меня насколько для вас важно содержимое ларца, что выбора у меня особенно нет, вы уже получили что хотели, и если я буду вести себя хорошо, то буду жить в почете и уважении. Это если коротко, — ответила Огнеслава.
— Это правда, но матушка всегда несколько сгущает краски, — немного расслабился Аскольд. — Не переживай, я не дам тебя в обиду.
— Не знаю. Как я могу доверять, если не понимаю, что движет тобой? Враг ты мне или друг?
— А ты? Ты сама? Враг ты мне или друг? — явно что-то задумав, проговорил он.
Огнеслава удивленно смотрела на жениха. Почему он назвал её своим возможным врагом?
— Иди сюда, — сказал он, достав что-то из-за голенища.
Подойдя, Огнеслава увидела в его руках нож. В сознании вновь мелькнули воспоминания первой встречи. Хотя это был совсем другой клинок, девица очень хорошо помнила слова ведьмы «прямо в сердце, это вот сюда».
— Тебе ведь не впервой, так? — проговорил он, вкладывая в её ладонь нож и упирая лезвие себе в шею. — Ты ведь уже собиралась однажды сделать нечто подобное, но передумала? Мне интересно, почему ты передумала. Как видишь, я тоже не могу пока полностью доверять тебе.
Огнеслава, глазами полными ужаса, смотрела перед собой. Нет, она не собиралась его убивать. О Боги, неужели он думает, что она бы смогла? Её взгляд встретился с серыми глазами княжича, внимательный и холодный взгляд, почти, как вчера днем. Так вот в чем дело! Она и думать забыла о разговоре с ведьмой. Но если он узнал, то, скорее всего, могут знать и его родители. Поэтому княгиня так вела себя? Наверняка, она действительно думает, что Огнеслава, собиралась убить её сына. Откуда им стало известно? Хотя не важно. Важно, что её считают лицемерной, способной на убийство, женщиной. Руки у девицы дрожали, она судорожно соображала, как ей поступить и что сказать.
— Если я тебе враг, то решись уже. Сейчас, у тебя еще есть шанс, — нарочно провоцируя, шептал княжич.
Огнеслава стояла, держа клинок у его подбородка, и медлила.
— Ну же! — решительно скомандовал Аскольд. Трясущаяся от нервного напряжения рука дернулась, на белой коже образовался малюсенький порез. Лезвие оказалось очень острым.
— Нет! Ой! — жалобно простонала княжна и бросила оружие, словно обожглась об него.
Все было понятно без слов. Княжич обнял невесту, чтобы успокоить. Наклонившись, он медленно поцеловал её в макушку. Огнеслава боролась со слезами. Да что это за место такое? Почему её постоянно испытывают на прочность?
— Я бы не смогла, — почти всхлипнула она.
— Я вижу, — отозвался княжич, теперь уже ласково. — Скажи, ведь тебя кто-то надоумил? Кто дал тебе тогда оружие?
— Ведьма, — выдохнула Огнеслава, его руки перестали баюкать, они обнимали теперь совсем иначе, вызывая волнение и трепет, она совершенно перестала соображать и говорила все как на духу. — Я хотела, чтобы она предсказала мне судьбу. Она сказала, что случится большая беда, но я могу все изменить, если убью человека с перстнем, а потом я увидела его у тебя...
— И передумала? — говоря это, он заглянул в ее глаза.
— Да, — подтвердила Огнеслава.
Снова это странное ощущение, будто хмельное вино ударило в голову. Не сознавая, что делает, она схватилась за плечи юноши, ибо боялась не устоять на ногах.
— Ведьма дала тебе кинжал? — вновь задал вопрос княжич, оставляя поцелуй на её губах.
— Да… — ответила Огнеслава, отвечая на поцелуй
— Кто эта ведьма? Возможно, ты знаешь ее имя? — голос стал еще более вкрадчивым.
— Она подослана братством… те люди, что напали на нас в дороге… они хотели, забрать меня… старец побоялся коснуться ларца, старый лжец… — в промежутке между поцелуями, слова сами лились с её губ, какой-то странной околесицей. — Но я не причиню тебе вреда. Никогда. Я не смогу... — отстранившись и собравшись с мыслями, она взглянула в лицо Аскольда, — Обещаю, что никогда не пойду против тебя.
Странная улыбка мелькнула на лице жениха. Эта улыбка скорее выражала довольство собой, нежели удовлетворение словами любимой. Находясь в плену страсти, Огнеслава даже не обратила на нее внимание. Тем более, что дальше вопросов уже не звучало. Молодой князь крепче обнял невесту и долго целовал. Она очнулась от наваждения, когда почувствовала, как его пальцы потянули за ленту, чтобы расплести косу.
— Постой. Это не правильно! — попыталась освободиться она, но он не слышал её слов. — Аскольд! — почти вскричав, окликнула княжна.
Прозвучавшее имя заставило остановиться. Он отступил назад, успокаивая взыгравшую кровь. Возможно, полумрак комнаты обманывал, но на миг показалось, будто глаза Аскольда отливали жутковатым красным огнем.
— Что с твоими глазами? — испуганным шепотом спросила она.
Княжич в тот же миг закрыл их и, схватившись за переносицу, встряхнул головой. Когда же вновь взглянул на невесту, то его глаза были сталисто-серыми, как всегда.
— Мне показалось видимо, — с сомнением проговорила Огнеслава, пытаясь понять, что это было. — У тебя в глазах будто играло пламя.
— Отблеск свечей, — успокоил он. – Померещилось.
— Да, похоже, померещилось, — согласилась девица.
Нельзя более позволять себе вольностей. Она совершенно не умеет контролировать подобные ситуации. «Впредь буду держать дистанцию, — пообещала себе Огнеслава, — по крайней мере, до свадьбы».
— Нам стоит быть сдержаннее и пока воздержаться от крепких объятий, – вслух произнесла она.
— Хорошо. Если нельзя тебя обнимать, то чем хочешь заняться? — беззаботно проговорил Аскольд.
Огнеслава повеселела. Такой он ей нравился гораздо больше.
— Я бы с радостью сбежала отсюда, но, к сожалению, это невозможно, — вздохнула девица. — Поэтому, будем играть!
— Играть? — с сомнением взглянул на неё княжич. — Что за детские забавы?
— Ничего не детские, — хитро улыбнулась ему Огнеслава. — Дома я видела, как дворовая молодежь играла в одну игру. Думаю, тебе понравится.
Взяв за руки, она усадила его напротив. Юноша с интересом наблюдал, как Огнеслава вынула из сундука разноцветные бусы. Сравнив на глаз несколько ниток, она выбрала две самые похожие по размеру и форме бусин. Различался только цвет, на одной нитке бусины были из бирюзы, а на другой из красноватой яшмы. Разорвав нитки, девица ссыпала бирюзу и яшму в мешочек.
— Что ты задумала? — поинтересовался Аскольд, наблюдая, как она трясет мешочек, чтобы перемешать бусины.
— Мы будем тянуть из мешочка бусины по очереди. Кому досталась яшма, тот выиграл и может задать любой вопрос, на который другой обязан ответить, — объяснила Огнеслава.
— А кому досталась бирюза?
— Тот проиграл.
— И что?
— Ничего. Тянем заново.
— Хорошо, а что предусматривают правила игры, если проигравший не может или не хочет отвечать на вопрос? — вспоминая, что видел что-то подобное, спросил княжич.
— Ну… — замялась девица.
— Вспомнил! Если не можешь ответить на вопрос, то должен поцеловать победившего! — сам ответил он.
— … или исполнить его желание, — добавила Огнеслава. — И откуда молодой князь так осведомлен о забавах простых людей?
Юноша только задорно улыбнулся в ответ, и эта улыбка ей тоже очень нравилась.
— Я согласен! Давай играть!
— Чур, я первая тяну! — с каким-то детским энтузиазмом заявила княжна.
— Тяни! — негромко засмеялся в ответ Аскольд.
Они просидели почти до третьих петухов. За веселой игрой время прошло незаметно. Сегодня хозяин Черного дворца узнал о княжне Огнеславе больше, чем ему могли бы рассказать самые искусные шпионы. Скоро рассвет. Нужно вернуться домой до первых солнечных лучей. Стоя на мосту, меж двух дворцов, он смотрел туда, где темнота скрывала небольшой островок с теремом. Теплое и сладкое чувство обволакивало сердце. Змей был доволен и безмятежен. Очевидно, общество Огнеславы пошло на пользу им обоим.
Оказалось её несложно очаровать и без магии, достаточно проявить немного искренности. Если не останавливаться, продолжая в том же духе, скоро она не сможет отказать ему. Юные девы наивны, любовь кружит им голову сильнее любых заклинаний. Однажды она откроет ларец, сомнений нет, вопрос лишь, кто окажется рядом в этот момент, он или Аскольд. Переведя взгляд на руку, где поблескивал перстень с изображением змеи, подумал, что эта мелочь может подтолкнуть её к тому, чтобы начать замечать различия. Быстрым движением Горан сдернул кольцо с пальца и зашвырнул его в реку. Пора. Пора возвращаться. Ещё раз глянув в направлении островка, он, наконец, отправился домой.
ГЛАВА 8
Встреча со змеем
***
— Ох, не нравится мне, княгинюшка, что с вами происходит? — вздыхала Забава, заплетая косу Огнеславы. — Как сюда приехали, вы сама не своя. То плачете, то без причины смеетесь. Так недолго и ума лишиться…
— Я же невеста. Печалюсь о доме, что оставила, и радуюсь предстоящей свадьбе. Разве удивительно? — говоря это, Огнеслава улыбнулась шире, чем следовало, и Забава еще сильнее нахмурилась.
— Красив княжич, — негромко проговорила напарница.
— Красив, — согласилась княжна, заливаясь румянцем.
— И речи его для вас, что мед, — продолжила Забава.
— Слаще меда, — согласилась Огнеслава.
— И сердце то ваше томится в тоске по нем, ждете, не дождетесь, когда увидите снова?
— Откуда знаешь? — попыталась обернуться княжна, но Забава не дала ей этого сделать, потянув за косу.
— Колдовство! — заключила Забава. — Очаровал вас княжич, приворожил! Нехорошо это!
Огнеслава на миг задумалась. А ведь и правда, то, что испытывает она при виде молодого князя сродни наваждению. Но тут вспомнилось ей, как весело было вчера с ним игрой забавляться, как легко было на душе и спокойно. Нет! Глупости Забава говорит! Темные суеверия!
— Приворот нужен тому, по кому сердце не пылает! — фыркнула Огнеслава.
— Сердце пылает! — покачала головой Забава. — Супруги должны уважать друг друга и жалеть, тогда брак будет долгим, а семья крепкой. Чувства должны расти постепенно, и крепнуть, как могучие деревья. А у вас, княгинюшка, словно ветром буйным страсть надуло, в одно мгновение пожар вспыхнул! Один раз княжича увидели и сразу влюбились? Колдовство это! Магия черная! Боязно мне за вас. Как бы не случилось чего недоброго. Не пришлось бы вам пла…
— Прикуси язык! — резко остановила княжна, мороз пробежал по коже от одного предчувствия, что Забава собралась пророчить ей беду.
— Простите, не хотела гневить. Я же только о вас думаю, чтобы были здоровы, чтобы ладно всё складывалось, — начала оправдываться помощница.
Огнеслава слушала причитания Забавы молча. Ну не может она рассказать напарнице, что уж не раз и не два с княжичем виделась. Конечно же, в глазах помощницы, не ведающей о тайных свиданиях, она выглядит, как одурманенная. «Бедная Забава, — подумала Огнеслава, — любой бы, на ее месте, думал о колдовстве».
— Ворчишь, как тетка Прасковья! — огрызнулась княжна.
— Приходится. Должен же кто-то благоразумие проявлять. Вот, например, третьего дня, зачем в воду полезли? Я никогда не поверю, что вы туда случайно упали. На вас не похоже! — насупилась девка.
Видя, что Огнеслава опять посмеивается над её словами, Забава, якобы случайно дернула, её за косу.
— Ай! — взвизгнула княжна. — Совсем страх потеряла?
— Случайно, княгинюшка! — с деланным раскаянием проговорила Забава.
— Ну, полно, полно, не злись. Обещаю, впредь, буду осторожнее, — успокоила её Огнеслава.
Да уж, будет она! Как тут быть осторожной, когда влюблена по уши. Молодой князь нравился ей все больше и больше. Оказалось, он может быть беззаботным и милым, как в последнюю встречу. Вчера ей было действительно весело.
Память тут же воспроизвела недавние события. Огнеслава сидела в этом самом кресле, только развернутом наоборот, а напротив, хитро улыбаясь и не отрывая от неё глаз, сидел княжич. Мягкий свет огня, поблескивал на ресницах, отражался в глазах, золотил белую кожу. Каждый его вопрос говорил Огнеславе, что ему действительно важно, как она росла, с кем дружила, что любит, а что ненавидит. Она с упоением рассказывала о своей семье, о тихой жизни в родительском тереме, о родичах. Княжич расспросил даже о её любимце, Ветерке. Он был так мил и заботлив, его глаза горели неподдельным интересом.
Огнеслава тоже задавала свои вопросы и узнала, что её будущий супруг любит охоту и поединки на мечах. Узнала она и о том, что княжич умеет договариваться со змеем. Он сказал, что змей скорее почитаемое, равное человеку по уму, существо, нежели необузданное чудовище. Как она для себя определила, змей для него был таким же товарищем, как для неё Ветерок, только куда более разумным. Оказывается, легенды не врали, змей Горан и вправду прорицает будущее. Словом, многое из своих догадок она вчера прояснила.
А когда княжич спросил, нравится ли он ей, Огнеслава никак не могла произнести ответ, поэтому пришлось откупаться поцелуем. От одного воспоминания, как сама целовала жениха, стало жарко, сердце забилось быстрее, и девица спешно опустила глаза, чтобы скрыть смущение. Забава недовольно покосилась на неё, но уже ничего говорить не стала. Огнеслава призвала всё своё самообладание, чтобы обрести холодный и сосредоточенный вид. Как раз вовремя, так как вошла одна из тетушек, извещая о прибытии княгини Вереи.
— Поздно встаешь, милая! — колко заметила свекровь, увидев, что Огнеслава заканчивает утренний туалет — Полдень на дворе, а ты только косу заплетаешь?
