— Ты про что?
— Ни про что. Еду принесли?
— Нет ещё. Позвони, узнай, почему задерживают. Я накрою на стол.
Кэрол достала фарфоровый сервис с позолоченным орнаментом и стала расставлять приборы по белоснежной скатерти. Современный стиль дома в серо-чёрных тонах выглядел слишком официально. Красочности добавляли яркие дизайнерские свечи и необычные фигурки, создающие уют. Картин было мало. Только в гостиной и холле висели абстрактные картины с хаосом линий. Краем глаза Кэрол наблюдала за сыном, пока вставляла тонкие стебельки свечей в торт. Ровно четырнадцать, и одна большая в центре — для себя. «Кажется, всё вышло не так уж и плохо», — подумала она.
— Курьер будет через пять минут, — доложил сын.
— Алан, принеси, пожалуйста, из погреба красное вино.
— Какое именно?
— Бери любое, какое захочешь.
— Мне тоже можно?
— Сегодня — да!
— Ого. Тогда я сейчас сбегаю.
— Без вина не обойтись, — произнесла Кэрол, когда сын уже ушёл.
Позвонили в дверь. Кэрол забрала заказ и красиво разложила еду по тарелкам. Праздничный стол был готов. Не хватало только именинников. Алан принёс вино и впервые сам открыл бутылку. Ему понравился вкус, и настроение сына стало улучшаться. Кэрол следила за беззаботным поеданием пищи Алана и улыбалась.
«Какой он у меня замечательный. И что на меня нашло? Это же мой Алан. Какая разница, кто его отец!» — успокаивала себя она. После трапезы Кэрол принесла нарядный торт с зажжёнными огоньками. Она выключила свет и пропела знаменитую песенку «Happy birthday».
— Вместе? — спросил Алан, посмотрев на мать.
— Всегда.
— Тогда на счёт «три».
Пока Алан считал, Кэрол ждала и радостно улыбалась. Они вместе дунули и похлопали друг другу. Огонь погас, но вместе с ним исчез и Алан. Через призму очков Кэрол смотрела на незнакомого взрослого мужчину. Её кошмар стал реальным, и он сидел перед ней.
Продолжая жизнь через потомков, мы становимся бессмертными. Страх смерти немного отходит при мысли, что частица нас остаётся, и род не прерывается. Мы боимся не столько одиночества в старости, сколько быть забытыми. Большинство не ищет ответа на вопрос: «Какой в этом смысл?!». Всё заложено на генетическом уровне. Мы действуем согласно заложенной биологической программе по выживанию вида. Но, как и в любой системе, бывают случаи возникновения дефективных генов. Например, склонность к агрессии или шизофрения, которыми страдает кто-то из родителей, с вероятностью 94% передастся малышу. Это сбой, который нужно ликвидировать и предотвратить дальнейшую порчу генофонда населения!
Кэрол читала статью про плохую генетику, сидя на кафедре в ожидании следующей лекции. Её тревога подтвердилась. Вероятность, что Алан будет таким же агрессивным, как и его отец, большая. Но психотерапевты утверждают, что многое зависит ещё от воспитания и любви, которую ребёнок получает от родителей. Сравнение детского фото с сайта клиники, скачанного четырнадцать лет назад, с фотографией сына выявило идеальное сходство. Донор, ставший отцом Алана, был убран из базы. Кэрол в очередной раз выручил её прагматизм сохранять все детали.
Она открыла на ноутбуке файл с анкетой Эндо. Идеальный кандидат: харизматичная внешность, рост 180 см, брюнет, без вредных привычек, ответственный, остроумный, любит читать и играть в шахматы, с высоким IQ — 180, врач с хорошей репутацией, интроверт. Кэрол вдруг испугалась. Его анкета слишком хороша — она могла привлечь внимание многих женщин! У Эндо может быть много детей. Осознание, что подобная проблема возникла не только у неё, ещё больше встревожило Кэрол.
Они могут подать в суд. А что если это дело войдёт в массы? Тогда до Алана тоже дойдут слухи и рано или поздно он обо всём догадается. Сама Кэрол тянула со звонком в клинику, решив вначале проконсультироваться с хорошей подругой-адвокатом.
На лекции Кэрол была рассеянной. Её мысли были заняты мысленным разговором с Дилис. Она была одной из немногих, посвященных в тайну зачатия Алана. Человек, который всегда свободен для друзей, несмотря на плотный график. Дилис — подруга детства, знала о Кэрол практически всё. Она была счастливой матерью студента и образцовой женой. Карьера адвоката отнимала много времени, но ей удалось удержать семью и воспитать умного сына. Он учился на юридическом и часто советовался с родителями. Колин, муж Дилис, в прошлом тоже адвокат, занимался арендой недвижимости. Со стороны их жизнь казалась идеальной, и Кэрол не хотела смотреть дольше, чем требует поверхностный осмотр. Она придерживалась мнения «не лезть, если не зовут».
В кафе Дилис пришла раньше и успела уже сделать заказ на двоих. Она была в деловом костюме с шёлковой рубашкой. Рядом лежал кейс.
— Я заказала тебе твой любимый салат и апельсиновый сок.
— Спасибо, Дилис.
— Что с тобой? Выглядишь неважно.
— Есть большая проблема. Мне нужен твой совет.
— У меня есть двадцать минут. Давай сразу к делу, не будем терять времени.
— Дилис... Ты помнишь клинику, где мне делали ЭКО? — тихо произнесла Кэрол
— Да. А почему ты шепчешь?
— Не хочу, чтобы нас подслушивали. Так вот, они не проверили достоверность данных донора.
— Что-то с Аланом ? Он болен?
— Как сказать. Внешне никаких признаков нет, но я подозреваю, что ему могли передаться негативные гены.
— Почему ты так решила? У Алана подростковый возраст, им свойственно перечить родителям.
— Дело не в этом. Алан не ведёт себя агрессивно. Но меня интересует сам факт: если клиника совершила подобную ошибку, я могу подать на них в суд? И ещё: я могу попросить раскрыть данные донора?
— Кэрол, ты перечишь сама себе. В твоих словах нет логики. Расскажи, что случилось, чтобы я смогла помочь тебе.
— Я пока что не замечала агрессивного поведения со стороны сына, но он мог срываться на других. Так написано в интернете. Хотя я знаю его и не думаю... Извини. Сейчас. Я знаю, у тебя график. Начну сначала.
— Давай. А то я ничего не поняла.
— Смотри. Видишь сходство? — произнесла Кэрол, положив на стол две фотографии.
— Вижу. Это Алан, правильно? А кто второй?
— Его отец. Эндо Бацрид. Знаешь его?
— Это... Что-то знакомое. Не может быть! Тот маньяк, которого поймали год назад?
— Да, это он.
— Но как? Ты уверена, что он отец? Внешнее сходство — это ещё не повод паниковать! Ты ездила в клинику?
— Нет. Поэтому я и хотела с тобой проконсультироваться. Данные доноров засекречены. Клиника сохраняет анонимность для обеих сторон процесса. Мне стоит упомянуть, что я подам на них в суд? Или что мне сказать? Дилис, я совсем не соображаю. Уже третьи сутки не могу спать. Во сне вижу кошмары с этими бедными девушками. Он такие зверства совершал! Это не человек. Я так боюсь, что Алан...
— Кэрол, успокойся. Выпей сок. Я помогу тебе составить запрос на получение данных. Не изводи себя, пока всё не подтвердилось.
— Спасибо, Дилис.
— Прямо сегодня же вечером займусь, ладно? Обещай поспать сегодня. Не читай больше ничего про него в интернете.
— Постараюсь.
— Хорошо. Куда ты сейчас пойдёшь? Алан дома?
— Через час на лекцию. Алан должен был к Майку пойти, они делают вместе проект, — потухшим голосом ответила Кэрол.
— Мне кажется, ты зря волнуешься. Такое поведение нехарактерно для серийных убийц. Они не становятся донорами. Это долго, и не каждый подойдёт. Зачем Эндо стал бы сдавать биоматериал?
— Чтобы расплодить по земле таких же уродов, как он, например. Кто знает, что на уме у этих извращенцев?
— У доноров должно быть идеальное здоровье. Они проходят множество обследований, в том числе и на генетическом уровне. Беседуют с психологом и проходят разные тесты. Ты думаешь, он всё это прошёл?
— Я всё это знаю. И думаю, Эндо, тоже знал. Он же врач. У меня плохое чувство, понимаешь?! Со мной ещё никогда такого не было.
— Понимаю. Но тебе следует подумать о себе и об Алане. Он ни в чём не виноват.
— Согласна. У тебя как дела? Всё хорошо на работе? — сменила тему Кэрол.
— Да, есть пара запутанных дел, а так всё хорошо. Я тебе напишу вечером насчёт запроса. Отправишь мне дополнительную информацию.
— Спасибо большое, Дилис.
— Не за что. Ладно, я уже опаздываю. На связи, — произнесла подруга, положила руку на плечо Кэрол в знак поддержки и ушла.
А Кэрол продолжила сидеть. Она ковырялась вилкой в листьях салата, выискивая помидоры черри, и, словно в замедленной съёмке, заставляла себя жевать. Ей не хотелось есть, не было аппетита. Она ела, чтобы чем-то занять себя просто так, просиживая в кафе. Кэрол придумала несуществующую лекцию, отодвигая возвращение домой.
После дня рождения она избегала встреч с сыном. Ей казалось, что Эндо смеётся над ней. Он продолжит своё дело через своих детей. Кэрол не могла избавиться от этого необоснованного страха. Смотря на Алана, она видела его хитрую улыбку, которой он наградил телевизионщиков. «Я ни о чём не жалею. Это единственный путь обновить мир!» — произнёс он. Серийный убийца с высокими идеологическими идеями — так окрестили Эндо Бацрида в прессе. Преступник имел даже собственную лабораторию, где работал над разработкой лекарства от деменции. Он презирал глупость.
Многие из его жертв были клиентами пластического хирурга, озабоченные только своей внешностью. Но Кэрол больше всего волновало, что, окажись Эндо в действительности отцом Алана, его будущее, возможность стать видным учёным будет напрочь перечёркнуто. Чтобы этого избежать, она намеревалась держать всё в тайне. Единственное, что нужно обязательно сделать — это завести дневник и записывать все детали этой головоломки, решила она.
Звонкий групповой смех вывел Кэрол из транса. Девушка, сидящая в компании подруг, почти плакала от смеха. Они смотрели что-то в телефоне и заряжались позитивом. Кэрол смотрела на них с отсутствующим взглядом, как будто они сидели не за соседним столиком, а были с другой планеты, где нет проблем.
Она вспомнила себя в их годы. Даже тогда её занимала только учёба и мероприятия, которые необходимо было посетить для карьеры или связей. «Только полезное времяпрепровождение!» — девиз её жизни. Ей казалось, что с самого рождения рамки преследуют её. Даже сейчас, на встрече с подругами, они занимались в основном обсуждением проблем или хвастались достижениями. Но только не смеялись. «Как давно я не смеялась от души?! Смеялась ли я по-настоящему?!» — подумала она.
Кэрол посмотрела на свой разобранный салат и улыбнулась. Её тарелка отражала её душевные терзания, но вдруг ей стало хорошо. Проблема с сыном стала не такой уж сложной. Результат зависит от правильно расставленных по полю фигур и игрока, выбравшего стратегию. Кэрол попросила счёт и ушла домой — вносить изменения в ход игры.
— Ни про что. Еду принесли?
— Нет ещё. Позвони, узнай, почему задерживают. Я накрою на стол.
Кэрол достала фарфоровый сервис с позолоченным орнаментом и стала расставлять приборы по белоснежной скатерти. Современный стиль дома в серо-чёрных тонах выглядел слишком официально. Красочности добавляли яркие дизайнерские свечи и необычные фигурки, создающие уют. Картин было мало. Только в гостиной и холле висели абстрактные картины с хаосом линий. Краем глаза Кэрол наблюдала за сыном, пока вставляла тонкие стебельки свечей в торт. Ровно четырнадцать, и одна большая в центре — для себя. «Кажется, всё вышло не так уж и плохо», — подумала она.
— Курьер будет через пять минут, — доложил сын.
— Алан, принеси, пожалуйста, из погреба красное вино.
— Какое именно?
— Бери любое, какое захочешь.
— Мне тоже можно?
— Сегодня — да!
— Ого. Тогда я сейчас сбегаю.
— Без вина не обойтись, — произнесла Кэрол, когда сын уже ушёл.
Позвонили в дверь. Кэрол забрала заказ и красиво разложила еду по тарелкам. Праздничный стол был готов. Не хватало только именинников. Алан принёс вино и впервые сам открыл бутылку. Ему понравился вкус, и настроение сына стало улучшаться. Кэрол следила за беззаботным поеданием пищи Алана и улыбалась.
«Какой он у меня замечательный. И что на меня нашло? Это же мой Алан. Какая разница, кто его отец!» — успокаивала себя она. После трапезы Кэрол принесла нарядный торт с зажжёнными огоньками. Она выключила свет и пропела знаменитую песенку «Happy birthday».
— Вместе? — спросил Алан, посмотрев на мать.
— Всегда.
— Тогда на счёт «три».
Пока Алан считал, Кэрол ждала и радостно улыбалась. Они вместе дунули и похлопали друг другу. Огонь погас, но вместе с ним исчез и Алан. Через призму очков Кэрол смотрела на незнакомого взрослого мужчину. Её кошмар стал реальным, и он сидел перед ней.
Прода от 02.05.2022, 11:18
Глава 5
Продолжая жизнь через потомков, мы становимся бессмертными. Страх смерти немного отходит при мысли, что частица нас остаётся, и род не прерывается. Мы боимся не столько одиночества в старости, сколько быть забытыми. Большинство не ищет ответа на вопрос: «Какой в этом смысл?!». Всё заложено на генетическом уровне. Мы действуем согласно заложенной биологической программе по выживанию вида. Но, как и в любой системе, бывают случаи возникновения дефективных генов. Например, склонность к агрессии или шизофрения, которыми страдает кто-то из родителей, с вероятностью 94% передастся малышу. Это сбой, который нужно ликвидировать и предотвратить дальнейшую порчу генофонда населения!
Кэрол читала статью про плохую генетику, сидя на кафедре в ожидании следующей лекции. Её тревога подтвердилась. Вероятность, что Алан будет таким же агрессивным, как и его отец, большая. Но психотерапевты утверждают, что многое зависит ещё от воспитания и любви, которую ребёнок получает от родителей. Сравнение детского фото с сайта клиники, скачанного четырнадцать лет назад, с фотографией сына выявило идеальное сходство. Донор, ставший отцом Алана, был убран из базы. Кэрол в очередной раз выручил её прагматизм сохранять все детали.
Она открыла на ноутбуке файл с анкетой Эндо. Идеальный кандидат: харизматичная внешность, рост 180 см, брюнет, без вредных привычек, ответственный, остроумный, любит читать и играть в шахматы, с высоким IQ — 180, врач с хорошей репутацией, интроверт. Кэрол вдруг испугалась. Его анкета слишком хороша — она могла привлечь внимание многих женщин! У Эндо может быть много детей. Осознание, что подобная проблема возникла не только у неё, ещё больше встревожило Кэрол.
Они могут подать в суд. А что если это дело войдёт в массы? Тогда до Алана тоже дойдут слухи и рано или поздно он обо всём догадается. Сама Кэрол тянула со звонком в клинику, решив вначале проконсультироваться с хорошей подругой-адвокатом.
На лекции Кэрол была рассеянной. Её мысли были заняты мысленным разговором с Дилис. Она была одной из немногих, посвященных в тайну зачатия Алана. Человек, который всегда свободен для друзей, несмотря на плотный график. Дилис — подруга детства, знала о Кэрол практически всё. Она была счастливой матерью студента и образцовой женой. Карьера адвоката отнимала много времени, но ей удалось удержать семью и воспитать умного сына. Он учился на юридическом и часто советовался с родителями. Колин, муж Дилис, в прошлом тоже адвокат, занимался арендой недвижимости. Со стороны их жизнь казалась идеальной, и Кэрол не хотела смотреть дольше, чем требует поверхностный осмотр. Она придерживалась мнения «не лезть, если не зовут».
В кафе Дилис пришла раньше и успела уже сделать заказ на двоих. Она была в деловом костюме с шёлковой рубашкой. Рядом лежал кейс.
— Я заказала тебе твой любимый салат и апельсиновый сок.
— Спасибо, Дилис.
— Что с тобой? Выглядишь неважно.
— Есть большая проблема. Мне нужен твой совет.
— У меня есть двадцать минут. Давай сразу к делу, не будем терять времени.
— Дилис... Ты помнишь клинику, где мне делали ЭКО? — тихо произнесла Кэрол
— Да. А почему ты шепчешь?
— Не хочу, чтобы нас подслушивали. Так вот, они не проверили достоверность данных донора.
— Что-то с Аланом ? Он болен?
— Как сказать. Внешне никаких признаков нет, но я подозреваю, что ему могли передаться негативные гены.
— Почему ты так решила? У Алана подростковый возраст, им свойственно перечить родителям.
— Дело не в этом. Алан не ведёт себя агрессивно. Но меня интересует сам факт: если клиника совершила подобную ошибку, я могу подать на них в суд? И ещё: я могу попросить раскрыть данные донора?
— Кэрол, ты перечишь сама себе. В твоих словах нет логики. Расскажи, что случилось, чтобы я смогла помочь тебе.
— Я пока что не замечала агрессивного поведения со стороны сына, но он мог срываться на других. Так написано в интернете. Хотя я знаю его и не думаю... Извини. Сейчас. Я знаю, у тебя график. Начну сначала.
— Давай. А то я ничего не поняла.
— Смотри. Видишь сходство? — произнесла Кэрол, положив на стол две фотографии.
— Вижу. Это Алан, правильно? А кто второй?
— Его отец. Эндо Бацрид. Знаешь его?
— Это... Что-то знакомое. Не может быть! Тот маньяк, которого поймали год назад?
— Да, это он.
— Но как? Ты уверена, что он отец? Внешнее сходство — это ещё не повод паниковать! Ты ездила в клинику?
— Нет. Поэтому я и хотела с тобой проконсультироваться. Данные доноров засекречены. Клиника сохраняет анонимность для обеих сторон процесса. Мне стоит упомянуть, что я подам на них в суд? Или что мне сказать? Дилис, я совсем не соображаю. Уже третьи сутки не могу спать. Во сне вижу кошмары с этими бедными девушками. Он такие зверства совершал! Это не человек. Я так боюсь, что Алан...
— Кэрол, успокойся. Выпей сок. Я помогу тебе составить запрос на получение данных. Не изводи себя, пока всё не подтвердилось.
— Спасибо, Дилис.
— Прямо сегодня же вечером займусь, ладно? Обещай поспать сегодня. Не читай больше ничего про него в интернете.
— Постараюсь.
— Хорошо. Куда ты сейчас пойдёшь? Алан дома?
— Через час на лекцию. Алан должен был к Майку пойти, они делают вместе проект, — потухшим голосом ответила Кэрол.
— Мне кажется, ты зря волнуешься. Такое поведение нехарактерно для серийных убийц. Они не становятся донорами. Это долго, и не каждый подойдёт. Зачем Эндо стал бы сдавать биоматериал?
— Чтобы расплодить по земле таких же уродов, как он, например. Кто знает, что на уме у этих извращенцев?
— У доноров должно быть идеальное здоровье. Они проходят множество обследований, в том числе и на генетическом уровне. Беседуют с психологом и проходят разные тесты. Ты думаешь, он всё это прошёл?
— Я всё это знаю. И думаю, Эндо, тоже знал. Он же врач. У меня плохое чувство, понимаешь?! Со мной ещё никогда такого не было.
— Понимаю. Но тебе следует подумать о себе и об Алане. Он ни в чём не виноват.
— Согласна. У тебя как дела? Всё хорошо на работе? — сменила тему Кэрол.
— Да, есть пара запутанных дел, а так всё хорошо. Я тебе напишу вечером насчёт запроса. Отправишь мне дополнительную информацию.
— Спасибо большое, Дилис.
— Не за что. Ладно, я уже опаздываю. На связи, — произнесла подруга, положила руку на плечо Кэрол в знак поддержки и ушла.
А Кэрол продолжила сидеть. Она ковырялась вилкой в листьях салата, выискивая помидоры черри, и, словно в замедленной съёмке, заставляла себя жевать. Ей не хотелось есть, не было аппетита. Она ела, чтобы чем-то занять себя просто так, просиживая в кафе. Кэрол придумала несуществующую лекцию, отодвигая возвращение домой.
После дня рождения она избегала встреч с сыном. Ей казалось, что Эндо смеётся над ней. Он продолжит своё дело через своих детей. Кэрол не могла избавиться от этого необоснованного страха. Смотря на Алана, она видела его хитрую улыбку, которой он наградил телевизионщиков. «Я ни о чём не жалею. Это единственный путь обновить мир!» — произнёс он. Серийный убийца с высокими идеологическими идеями — так окрестили Эндо Бацрида в прессе. Преступник имел даже собственную лабораторию, где работал над разработкой лекарства от деменции. Он презирал глупость.
Многие из его жертв были клиентами пластического хирурга, озабоченные только своей внешностью. Но Кэрол больше всего волновало, что, окажись Эндо в действительности отцом Алана, его будущее, возможность стать видным учёным будет напрочь перечёркнуто. Чтобы этого избежать, она намеревалась держать всё в тайне. Единственное, что нужно обязательно сделать — это завести дневник и записывать все детали этой головоломки, решила она.
Звонкий групповой смех вывел Кэрол из транса. Девушка, сидящая в компании подруг, почти плакала от смеха. Они смотрели что-то в телефоне и заряжались позитивом. Кэрол смотрела на них с отсутствующим взглядом, как будто они сидели не за соседним столиком, а были с другой планеты, где нет проблем.
Она вспомнила себя в их годы. Даже тогда её занимала только учёба и мероприятия, которые необходимо было посетить для карьеры или связей. «Только полезное времяпрепровождение!» — девиз её жизни. Ей казалось, что с самого рождения рамки преследуют её. Даже сейчас, на встрече с подругами, они занимались в основном обсуждением проблем или хвастались достижениями. Но только не смеялись. «Как давно я не смеялась от души?! Смеялась ли я по-настоящему?!» — подумала она.
Кэрол посмотрела на свой разобранный салат и улыбнулась. Её тарелка отражала её душевные терзания, но вдруг ей стало хорошо. Проблема с сыном стала не такой уж сложной. Результат зависит от правильно расставленных по полю фигур и игрока, выбравшего стратегию. Кэрол попросила счёт и ушла домой — вносить изменения в ход игры.
