– Ну смотри, касатик, что карты говорят: казенная дорога накрылась медным тазом, а любовь твоя червовая ушла к валету крести. Тебе только дама пик остается, но я б не советовала. Говорят, Пушкин тут бывал и много интересного написал по этому поводу.
– Ты что несешь, ведьма? – вылупился на меня во все глаза прынц, блин.
– Говорю, что за членовредительством, приворотами и превращением в нечисть это не ко мне. И да, не умирает только то, что уже мертво!
Или Кощей Бессмертный. Хотя, там сложно.
– То есть? – все в том же эмоциональном диапазоне спросил принц и ох, великий интернет, этот придурок завис!
– То есть, не одно твое желание выполнить я не могу, – пожала я плечами. – Магия моя такого не исполняет. Знаешь же сам, ну или догадывался, у любого волшебства есть предел. Вот такой мой.
Ох, как я переоцениваю умственные способности некоторых индивидов.
– И что же, мне самому с людоедом и принцессой справляться? – обиженно спросил принц. А третье желание у него было, видимо, для ровного счета. И забавно, что победа над чудовищем и расположение принцессы у него примерно равные по трудоемкости процессы.
– Ага, и да, друг мой. Желание только одно. Не три, не десять. Не сколько душе угодно. Одно! И соответствующее ограничениям, – мстительно заявила я.
– Тогда зачем я тебя сюда притащил! – возмутился он, словно это я его заставила похищать незнакомую девицу, которая ему, между прочим жизнь спасла. Зачем-то. У меня вообще и голова кружится, и в глазах темнеет, и в ушах звенит, и я вся пропиталась белесой водой и теперь не очень пахну. Тошнотворно я пахну. Все парчовое платье испортила. Что там с волосами, думать не хочу. Возможно, я действительно похожа сейчас на ведьму?
– Ну вот и разойдемся миром! – я попыталась гордо удалиться, но меня снова дернули за веревку, возвращая на исконное место. Ну я и пнула принца ногой по колену. Он завыл и стал ругаться на непонятном мне языке, затем выхватил из-за пояса кинжал и по ходу, собрался меня этого, ну, того самого. Но в самый драматический момент нас окликнул голос.
Перед нами откуда не возьмись вырос кот. Не просто кот.
Всем котам кот.
Короче. Он стоял на задних лапах, как нормальный человек, и был одет в сапоги, штаны, на поясе которых висела тонкая шпага, в зеленую рубашку, под тон глаз, а на голове у него располагалась широкополая шляпа. Ежки мои, что я вижу… Ну, если досточтимый колобок настоящий, то почему бы и Коту в сапогах не быть тут тоже. Горыныч, вон не только настоящий, но еще и в отпуске, Рыбка с Котом-ученым тоже. Значит, кошачьи в этом мире стали более развитой расой. Ох, куда меня несет после этих водных процедур…
– Здравствуйте, – вспомнила о приличиях я.
– И вам, миледи, мое самое теплое мурмяу, – проговорил Кот, галантно снимая шляпу и склоняясь в поклоне. – Отчего ты, Ханс, не предупредил меня, что столь очаровательный цветок отправится сопровождать нас в таком опасном деле?
– Ведьма она, а не цветок, – буркнул, как его там обозвали, Ханс, растеряв весь свой запал.
– Прошу простить моего подопечного, манеры-с хромают, как кот, лишившийся смысла своего существования, после встрече с цирюльником, – продолжал спасать репутацию королевства разумный зверь. – Я выражаю обмурчательное раскаяние, что вам пришлось терпеть хамство столь долгое время. Позвольте же мне, прекрасная леди, облегчить ваш путь.
Кот грациозно вытащил из-за пояса шпагу и легонько ей взмахну. Веревка, связывавшая мои руки, мгновенно упала на землю.
Ханс стал ругаться на Кота в кране неприличных иностранных выражениях. Ну, настолько я могу судить по экспрессии размахивания рук и интонаций произносимой белиберды. Кот смотрел на придурка-человека откровенно скучающим взглядом, разве что только не зевал. Но затем Ханс, видимо, упомянул в своем мало понятном монологе сферу моей деятельности и Кот сразу забыл о подопечном, взглянув на меня уже с другим интересом.
– Прошу прощения, миледи, но Ханс утверждает что вы, пардон, рыба, исполняющая желания.
– Я ее заместительница. И да, желания исполняю. А сама «Рыба» в отпуске. В горах, – скромно подтвердила я.
– О, экскузи, какой умурчательный случился у нас момент, – сверкнул глазами кот. – Ханс, пойди посмотри, все ли чисто на подступах.
Ханс выдал гневную иностранную тираду, смысл которой от меня ускользнул.
– Как не стыдно, разве твой отец, самый выдающийся правитель нашего небольшого королевства, тебя этому учил? Да еще и такие нескромные выражения при леди, – пожурил его Кот. Затем, когда злой Ханс удалился, умный зверь подошел ко мне и движением лапы предложил пройтись. – Понимаю и ужасно не одобряю отвратительный поступок Ханса, но все же вынужден с большим умурчанием просить вашей помощи, о добрая волшебница севера.
Я чуть не ляпнула, что в книжке волшебница с юга была. Но потом вспоминала, что и север вроде тоже упоминался. И вообще мы не в той сказке!
– Простите, но я уже объясняла вашему другу...
– Подопечному, – вздохнул кот. – Вынужден присматривать за этим не разумным отпрыском по настоянию его отца, тот очень переживал за младшего. Когда-то сам таким был и получил в наследство от отца не деньги или ремесло, а кота. Разумного и умурчательного кота. Мой друг всегда был хорошим человеком и я помог ему одолеть тогдашнего людоеда, чтобы он женился на принцессе. По прошествии времени, мой друг стал королем.
– Постойте. А мы тут тоже к людоеду, тому же самому? – удивилась я логическим несостыковкам.
– Нет, что вы, прошлого мы одолели много лет назад. Это уже из новой партии. Как грибы растут, замурчиться можно, – тяжко вздохнул Кот в сапогах.
– Но раз у вас уже есть опыт…
– Скажу так, замурчательная леди, я бы обошелся без единой встречи с людоедом и был бы самым счастливым говорящим котом в королевстве. Я ведь и отправил Ханса на турнир в соседнее царство-государства в надежде, что удастся заполучить ему жену там, – покачал головой Кот. – Хотя и понимал, Мудрая Царица не выдаст наследницу за моего неразумного подопечного. Надеялся, пыл его чуть поубавиться. Но он очень переживает. У всех его братьев уже есть жены, а у него все нет. Вот Ханс твердо и решил сыскать себе невесту. А раз всех свободных разобрали, пришлось идти сюда. И здесь мне понадобится ваша помощь.
– Простите, но я не знаю, как побеждать людоедов, – развела я руками.
– Он, нет, нет, нет. Миледи, – замахал лапами Кот, – что же я за Кот в сапогах, если вместо себя заставлю сражаться с кровожадным чудовищем прелестную леди. Я прошу вас проследить, чтобы Ханс, пока я отвлекаю людоеда, пробрался в башню к принцессе и вывел ее из замка. Когда окажетесь за пределами замковых стен, прошу, подайте мне сигнал.
И после этих слов браслет стал нагреваться. Да блин!
Замок людоеда был… скромным таким. Одна башня, половина корпуса здания и дальше графские развалины. Ох, мучают его обитателя особенности вентиляции. Я б тоже злилась, если б меня кусали все время комары и продувало сквозняками. Тут хочешь – не хочешь, а задумаешься о природе зла.
Я вот уже задумалась, но сначала работа. Надо исполнить желание Кота в сапогах и помочь вытащить принцессу из башни.
Мы все втроем пробрались к руинам, придвинули несколько булыжников к высокому окну и аккуратненько взглянули на обстановку в полуразрушенном замке. Мебель внутри была ветхой, наполовину развалившейся. Громадный людоед сидел за огромным мраморным столом и пил чай из фарфоровой чашечки, оттопырив мизинец.
Ежики-макарожики! Ну он был страшным. Вот реально страшным и огромным. Очень-очень волосатым. Там такие брови. За ними глаз не видно, хотя сама башка лысая. Не пойму этих сказочных кульбитов природы. Вот каким ты был, неандерталец, а то я вашего брата только на картинках в учебнике видела. Никогда не думала, что узрею тебя в живую…
– Ну что же, вход в башню в середине бальной залы. За портретом грустной леди в красном, – заявил Кот. И когда мы с Хансом уставились на него во все глаза, пояснил. – Я в отличие от некоторых отроков, несу ответственность за жизни доверившихся мне людей, и разведываю всю мурчательную обстановку, чтобы одерживать победу, а не нестись по полям теряя портки.
Ханс покраснел. Это что, случай из жизни?
А потом до меня дошло, что придется бегать по замку у людоеда под носом. Класс...
Кот не дал мне времени свыкнуться с этой непростой мыслью и резко вскочил из нашего укрытия на подоконник, эффектно выдернул шпагу и закричал на не понятном мне языке. Учитывая, как запунцовели, а потом побелели щеки Ханса это был еще более неприличный пассаж, касающийся лично людоеда, его предков и возможно, в словах Кота содержался намек, что пить чай с оттопыренным мизинчиком это моветон по меркам приличного царства-государства. Людоед вскочил из-за стола, откинув его в сторону. А, вот почему тут мебель такая побитая жизнью. Оказывается, ее реально бьют. Кот пулей бросился на утек в коридоры замка, Людоед побежал за ним. Я схватила замешкавшегося Ханса и затащив его внутрь через окно, потянула в противоположную сторону замка.
– Знаешь, где бальная зала? – спросила я, когда мы оказались в темном коридоре. Тут вместо нормального человеческого электроосвещения или хотя бы на худой конец магических канделябров, как у Кощея, стояли просто канделябры, без свечей. А телефон мой, со встроенным фонариком в Теремке остался. Эх…
– Знаю. Тут типовая постройка. Все замки до прихода магии так сооружали. У нас такой же, – гордо заявил Ханс.
– Ну так веди! Чего встал-то, придурок!
По моему он обиделся. Ну по кране мере, до бальной залы мы шли в полном молчании. Внутри было сумрачно, а еще протяжно тоскливо и холодно. Все здесь напоминало, что просторы в которых могла бы учиться выступать и шить наряды бальная гимназия на тысячу человек, простаивают без дела. На противоположной от входа стены висел в массивной железной раме большой портрет красивой женщины, с такими невыразимо печальными глазами, что плакать хотелось. Особую печальность создавали витражные окна, через которые в залу проникал тусклый, теплый свет.
– Не знаешь что за тетка? – уточнила я на всякий случай, в сказке любая информация может стать жизненно важной.
– Королева-лебедей. Умерла, когда муж ее предал и сбежал с фрейлиной, – пояснил Ханс. – Раньше замок назывался «Лебединое озеро», потому что тут всегда было много лебедей.
Из коридора раздались топот, шипение и ультрозвуковой визг. Кому принадлежал последний звук, я не определила. Равнозначно и людоед, и Кот могли его издать.
– Так… ты выходит хорошо знаешь историю этого места и смею надеяться, в курсе, как открыть проход? – без особой надежды уточнила я. Ханс пожал плечами, вытащил меч и вспорол по середине портрет печальной женщины. Прям даже как-то не удобно перед хозяевами…
Но зато оказалось, что это было единственное препятствие на пути в башню к принцессе. За полотном, словно за шторами располагалась винтовая лестница.
Опять ступеньки.
Сколько можно!
Допустим, у Кощее такая система безопасности, что оправдано.
Ну хоть от части. А тут что? В чем подвох, почему так просто? Ладно, это не важно. Но!
Почему одни сплошные лестницы в моей жизни?!
Неужели вселенная так кардинально против, чтобы я ездила на лифте или учитывая специфику окружения, хотя бы на ковре-самолете? На ступе там… эх… Ступа далеко. У Яги. Что там вообще в Тридевятом происходит, после столь фееричного турнира?
Сева-то, наверное, сейчас с Василисой всем объявляют что вот они нашли свою судьбу. Конечно, она красивая. Царевна, как ни крути, навьей магией владеет. Кощей опять же в дедушках. В других дедушках цари. Мать с характером… Ну Сева с ней по кране мере знаком. Сын подруги как-никак. Договорятся.
А у меня лестницы. Одни сплошные лестницы. Ненавижу лестницы. И этот еще еле-еле тащится. Мог бы хоть доспехи свои дурацкие скинуть, не так тяжело бы было взбираться. Уф…. Какой этаж-то? Ну допустим пятый. А еще до фига пути. О, ну молодец, зачем рыцарю нагрудник. Пусть валяется тут. Может людоед сейчас обнаружит, что в его доме вандалы, побежит за нами следом, подскользнется на раскиданном где попало металле и упадет. Тогда хоть одной проблемой станет меньше. Уф…
Вообще, я заметила, что чем выше поднимаешься по этой лестнице бесконечной, тем кровожадней мысли в голове. Вот, к примеру, Саша и Ирка. Ведь с детства их знаю, всю школу списывать давала. В институт поступила с ними, потому что они меня отговорили поступать туда, куда мне хотелось. Мол, я не потяну. А вот мама с папой наоборот считали, что я так свою судьбу не найду. Не работу по душе, не человека. Если буду всю жизнь претворяться и подстраиваться, то и буду чужой жизнью жить… Надо было слушать маму и отправить короткометражку на конкурс. Там главный приз стипендия, правда нужно еще собеседование выдержать, если отборочный пройдешь, но... Теперь-то я отсюда ничего не успею. Тут ж ни ноута моего с короткометражкой, ни совести у принцев некоторых королевств.
Как же меня раздражает этот Ханс.
И лестница, и уф…. Сколько еще нам вперед-то шкандыбать, ну в самом деле!
– Ты бы по-быстрее шла! – рыкнул Ханс, когда я чуть отстала.
– Сам иди!
Я даже ему подсказать загадать желание не могу, потому что уже исполняю желание Кота в сапогах! И вот наконец-то долгожданная, выстраданная бесконечным подъемом по ступенькам, дверь в саму башню! Запертая на массивный железный замок, забитая досками, еще и стульчиком подпертая.
– Не хилые тут способы охраны, – пропыхтела я.
Ханс не думая отшвырнул стул вниз, тот покатился по лестнице. Не самая здравая затея, учитывая, что мы вроде здесь инкогнито. Но в принципе, пока людоед заметит что стул не на своем почетном месте в качестве подпорки, мы успеем отсюда свалить. Надеюсь. Браслет нагрелся, напоминая, зачем я вообще сюда тащилась. Я оторвала чешуйку, и когда она рассыпалась золотыми блестками, швырнула их в дверь. Замок тут же щелкнул и свалился на пол, за ним стали отваливаться прибитые доски и в качестве финального аккорда, петли тоже попадали. Дверь же проявила чудеса нонкосерватизма и упала не к нашим ногам, а во внутрь. В довольно милых, хоть и темных, комнатах с большим количеством разных безделушек, подушек и прочего мимимишного хлама обнаружилась донельзя испуганная принцесса. Освещали убранства несколько толстых свеч. Вот так я себе и представляла типичных принцесс. Белокурая, миловидная, глаза как два блюдца, носик маленький, вздернутый, роста небольшого, одета в пышное розовое платьице, на голове золотая корона, в руках пара спиц. Вяжет, наверное.
Но почему без пряжи… Нда, тяжело людям без интернета.
– Здрасте, мы это, пришли вас спасти замуж, – сразу перешла я к делу и хлопнула Ханса по спине, показывая товар лицом. – Вот он мечтает стать вашим супругом и готов, ради этого делать массаж ног вашей матушке.
Ханс скривился, но промолчал. Принцесса тоже промолчала. Странно, где бурные восторги, я ж с козырей зашла. Блин, а может она по-нашенски не понимает?
– Как вас зовут, рыцарь мой? – отмерла девица. Ура, по нашему хорошо говорит. Принцев и принцесс, по ходу, всех с рождения на десяти языках учат трендеть. А я-то в школе ныла от нелинейных уравнений и органических реакций на уроках химии.
– Ты что несешь, ведьма? – вылупился на меня во все глаза прынц, блин.
– Говорю, что за членовредительством, приворотами и превращением в нечисть это не ко мне. И да, не умирает только то, что уже мертво!
Или Кощей Бессмертный. Хотя, там сложно.
– То есть? – все в том же эмоциональном диапазоне спросил принц и ох, великий интернет, этот придурок завис!
– То есть, не одно твое желание выполнить я не могу, – пожала я плечами. – Магия моя такого не исполняет. Знаешь же сам, ну или догадывался, у любого волшебства есть предел. Вот такой мой.
Ох, как я переоцениваю умственные способности некоторых индивидов.
– И что же, мне самому с людоедом и принцессой справляться? – обиженно спросил принц. А третье желание у него было, видимо, для ровного счета. И забавно, что победа над чудовищем и расположение принцессы у него примерно равные по трудоемкости процессы.
– Ага, и да, друг мой. Желание только одно. Не три, не десять. Не сколько душе угодно. Одно! И соответствующее ограничениям, – мстительно заявила я.
– Тогда зачем я тебя сюда притащил! – возмутился он, словно это я его заставила похищать незнакомую девицу, которая ему, между прочим жизнь спасла. Зачем-то. У меня вообще и голова кружится, и в глазах темнеет, и в ушах звенит, и я вся пропиталась белесой водой и теперь не очень пахну. Тошнотворно я пахну. Все парчовое платье испортила. Что там с волосами, думать не хочу. Возможно, я действительно похожа сейчас на ведьму?
– Ну вот и разойдемся миром! – я попыталась гордо удалиться, но меня снова дернули за веревку, возвращая на исконное место. Ну я и пнула принца ногой по колену. Он завыл и стал ругаться на непонятном мне языке, затем выхватил из-за пояса кинжал и по ходу, собрался меня этого, ну, того самого. Но в самый драматический момент нас окликнул голос.
***
Перед нами откуда не возьмись вырос кот. Не просто кот.
Всем котам кот.
Короче. Он стоял на задних лапах, как нормальный человек, и был одет в сапоги, штаны, на поясе которых висела тонкая шпага, в зеленую рубашку, под тон глаз, а на голове у него располагалась широкополая шляпа. Ежки мои, что я вижу… Ну, если досточтимый колобок настоящий, то почему бы и Коту в сапогах не быть тут тоже. Горыныч, вон не только настоящий, но еще и в отпуске, Рыбка с Котом-ученым тоже. Значит, кошачьи в этом мире стали более развитой расой. Ох, куда меня несет после этих водных процедур…
– Здравствуйте, – вспомнила о приличиях я.
– И вам, миледи, мое самое теплое мурмяу, – проговорил Кот, галантно снимая шляпу и склоняясь в поклоне. – Отчего ты, Ханс, не предупредил меня, что столь очаровательный цветок отправится сопровождать нас в таком опасном деле?
– Ведьма она, а не цветок, – буркнул, как его там обозвали, Ханс, растеряв весь свой запал.
– Прошу простить моего подопечного, манеры-с хромают, как кот, лишившийся смысла своего существования, после встрече с цирюльником, – продолжал спасать репутацию королевства разумный зверь. – Я выражаю обмурчательное раскаяние, что вам пришлось терпеть хамство столь долгое время. Позвольте же мне, прекрасная леди, облегчить ваш путь.
Кот грациозно вытащил из-за пояса шпагу и легонько ей взмахну. Веревка, связывавшая мои руки, мгновенно упала на землю.
Ханс стал ругаться на Кота в кране неприличных иностранных выражениях. Ну, настолько я могу судить по экспрессии размахивания рук и интонаций произносимой белиберды. Кот смотрел на придурка-человека откровенно скучающим взглядом, разве что только не зевал. Но затем Ханс, видимо, упомянул в своем мало понятном монологе сферу моей деятельности и Кот сразу забыл о подопечном, взглянув на меня уже с другим интересом.
– Прошу прощения, миледи, но Ханс утверждает что вы, пардон, рыба, исполняющая желания.
– Я ее заместительница. И да, желания исполняю. А сама «Рыба» в отпуске. В горах, – скромно подтвердила я.
– О, экскузи, какой умурчательный случился у нас момент, – сверкнул глазами кот. – Ханс, пойди посмотри, все ли чисто на подступах.
Ханс выдал гневную иностранную тираду, смысл которой от меня ускользнул.
– Как не стыдно, разве твой отец, самый выдающийся правитель нашего небольшого королевства, тебя этому учил? Да еще и такие нескромные выражения при леди, – пожурил его Кот. Затем, когда злой Ханс удалился, умный зверь подошел ко мне и движением лапы предложил пройтись. – Понимаю и ужасно не одобряю отвратительный поступок Ханса, но все же вынужден с большим умурчанием просить вашей помощи, о добрая волшебница севера.
Я чуть не ляпнула, что в книжке волшебница с юга была. Но потом вспоминала, что и север вроде тоже упоминался. И вообще мы не в той сказке!
– Простите, но я уже объясняла вашему другу...
– Подопечному, – вздохнул кот. – Вынужден присматривать за этим не разумным отпрыском по настоянию его отца, тот очень переживал за младшего. Когда-то сам таким был и получил в наследство от отца не деньги или ремесло, а кота. Разумного и умурчательного кота. Мой друг всегда был хорошим человеком и я помог ему одолеть тогдашнего людоеда, чтобы он женился на принцессе. По прошествии времени, мой друг стал королем.
– Постойте. А мы тут тоже к людоеду, тому же самому? – удивилась я логическим несостыковкам.
– Нет, что вы, прошлого мы одолели много лет назад. Это уже из новой партии. Как грибы растут, замурчиться можно, – тяжко вздохнул Кот в сапогах.
– Но раз у вас уже есть опыт…
– Скажу так, замурчательная леди, я бы обошелся без единой встречи с людоедом и был бы самым счастливым говорящим котом в королевстве. Я ведь и отправил Ханса на турнир в соседнее царство-государства в надежде, что удастся заполучить ему жену там, – покачал головой Кот. – Хотя и понимал, Мудрая Царица не выдаст наследницу за моего неразумного подопечного. Надеялся, пыл его чуть поубавиться. Но он очень переживает. У всех его братьев уже есть жены, а у него все нет. Вот Ханс твердо и решил сыскать себе невесту. А раз всех свободных разобрали, пришлось идти сюда. И здесь мне понадобится ваша помощь.
– Простите, но я не знаю, как побеждать людоедов, – развела я руками.
– Он, нет, нет, нет. Миледи, – замахал лапами Кот, – что же я за Кот в сапогах, если вместо себя заставлю сражаться с кровожадным чудовищем прелестную леди. Я прошу вас проследить, чтобы Ханс, пока я отвлекаю людоеда, пробрался в башню к принцессе и вывел ее из замка. Когда окажетесь за пределами замковых стен, прошу, подайте мне сигнал.
И после этих слов браслет стал нагреваться. Да блин!
***
Замок людоеда был… скромным таким. Одна башня, половина корпуса здания и дальше графские развалины. Ох, мучают его обитателя особенности вентиляции. Я б тоже злилась, если б меня кусали все время комары и продувало сквозняками. Тут хочешь – не хочешь, а задумаешься о природе зла.
Я вот уже задумалась, но сначала работа. Надо исполнить желание Кота в сапогах и помочь вытащить принцессу из башни.
Мы все втроем пробрались к руинам, придвинули несколько булыжников к высокому окну и аккуратненько взглянули на обстановку в полуразрушенном замке. Мебель внутри была ветхой, наполовину развалившейся. Громадный людоед сидел за огромным мраморным столом и пил чай из фарфоровой чашечки, оттопырив мизинец.
Ежики-макарожики! Ну он был страшным. Вот реально страшным и огромным. Очень-очень волосатым. Там такие брови. За ними глаз не видно, хотя сама башка лысая. Не пойму этих сказочных кульбитов природы. Вот каким ты был, неандерталец, а то я вашего брата только на картинках в учебнике видела. Никогда не думала, что узрею тебя в живую…
– Ну что же, вход в башню в середине бальной залы. За портретом грустной леди в красном, – заявил Кот. И когда мы с Хансом уставились на него во все глаза, пояснил. – Я в отличие от некоторых отроков, несу ответственность за жизни доверившихся мне людей, и разведываю всю мурчательную обстановку, чтобы одерживать победу, а не нестись по полям теряя портки.
Ханс покраснел. Это что, случай из жизни?
А потом до меня дошло, что придется бегать по замку у людоеда под носом. Класс...
Кот не дал мне времени свыкнуться с этой непростой мыслью и резко вскочил из нашего укрытия на подоконник, эффектно выдернул шпагу и закричал на не понятном мне языке. Учитывая, как запунцовели, а потом побелели щеки Ханса это был еще более неприличный пассаж, касающийся лично людоеда, его предков и возможно, в словах Кота содержался намек, что пить чай с оттопыренным мизинчиком это моветон по меркам приличного царства-государства. Людоед вскочил из-за стола, откинув его в сторону. А, вот почему тут мебель такая побитая жизнью. Оказывается, ее реально бьют. Кот пулей бросился на утек в коридоры замка, Людоед побежал за ним. Я схватила замешкавшегося Ханса и затащив его внутрь через окно, потянула в противоположную сторону замка.
– Знаешь, где бальная зала? – спросила я, когда мы оказались в темном коридоре. Тут вместо нормального человеческого электроосвещения или хотя бы на худой конец магических канделябров, как у Кощея, стояли просто канделябры, без свечей. А телефон мой, со встроенным фонариком в Теремке остался. Эх…
– Знаю. Тут типовая постройка. Все замки до прихода магии так сооружали. У нас такой же, – гордо заявил Ханс.
– Ну так веди! Чего встал-то, придурок!
По моему он обиделся. Ну по кране мере, до бальной залы мы шли в полном молчании. Внутри было сумрачно, а еще протяжно тоскливо и холодно. Все здесь напоминало, что просторы в которых могла бы учиться выступать и шить наряды бальная гимназия на тысячу человек, простаивают без дела. На противоположной от входа стены висел в массивной железной раме большой портрет красивой женщины, с такими невыразимо печальными глазами, что плакать хотелось. Особую печальность создавали витражные окна, через которые в залу проникал тусклый, теплый свет.
– Не знаешь что за тетка? – уточнила я на всякий случай, в сказке любая информация может стать жизненно важной.
– Королева-лебедей. Умерла, когда муж ее предал и сбежал с фрейлиной, – пояснил Ханс. – Раньше замок назывался «Лебединое озеро», потому что тут всегда было много лебедей.
Из коридора раздались топот, шипение и ультрозвуковой визг. Кому принадлежал последний звук, я не определила. Равнозначно и людоед, и Кот могли его издать.
– Так… ты выходит хорошо знаешь историю этого места и смею надеяться, в курсе, как открыть проход? – без особой надежды уточнила я. Ханс пожал плечами, вытащил меч и вспорол по середине портрет печальной женщины. Прям даже как-то не удобно перед хозяевами…
Но зато оказалось, что это было единственное препятствие на пути в башню к принцессе. За полотном, словно за шторами располагалась винтовая лестница.
Опять ступеньки.
Сколько можно!
Допустим, у Кощее такая система безопасности, что оправдано.
Ну хоть от части. А тут что? В чем подвох, почему так просто? Ладно, это не важно. Но!
Почему одни сплошные лестницы в моей жизни?!
Неужели вселенная так кардинально против, чтобы я ездила на лифте или учитывая специфику окружения, хотя бы на ковре-самолете? На ступе там… эх… Ступа далеко. У Яги. Что там вообще в Тридевятом происходит, после столь фееричного турнира?
Сева-то, наверное, сейчас с Василисой всем объявляют что вот они нашли свою судьбу. Конечно, она красивая. Царевна, как ни крути, навьей магией владеет. Кощей опять же в дедушках. В других дедушках цари. Мать с характером… Ну Сева с ней по кране мере знаком. Сын подруги как-никак. Договорятся.
А у меня лестницы. Одни сплошные лестницы. Ненавижу лестницы. И этот еще еле-еле тащится. Мог бы хоть доспехи свои дурацкие скинуть, не так тяжело бы было взбираться. Уф…. Какой этаж-то? Ну допустим пятый. А еще до фига пути. О, ну молодец, зачем рыцарю нагрудник. Пусть валяется тут. Может людоед сейчас обнаружит, что в его доме вандалы, побежит за нами следом, подскользнется на раскиданном где попало металле и упадет. Тогда хоть одной проблемой станет меньше. Уф…
Вообще, я заметила, что чем выше поднимаешься по этой лестнице бесконечной, тем кровожадней мысли в голове. Вот, к примеру, Саша и Ирка. Ведь с детства их знаю, всю школу списывать давала. В институт поступила с ними, потому что они меня отговорили поступать туда, куда мне хотелось. Мол, я не потяну. А вот мама с папой наоборот считали, что я так свою судьбу не найду. Не работу по душе, не человека. Если буду всю жизнь претворяться и подстраиваться, то и буду чужой жизнью жить… Надо было слушать маму и отправить короткометражку на конкурс. Там главный приз стипендия, правда нужно еще собеседование выдержать, если отборочный пройдешь, но... Теперь-то я отсюда ничего не успею. Тут ж ни ноута моего с короткометражкой, ни совести у принцев некоторых королевств.
Как же меня раздражает этот Ханс.
И лестница, и уф…. Сколько еще нам вперед-то шкандыбать, ну в самом деле!
– Ты бы по-быстрее шла! – рыкнул Ханс, когда я чуть отстала.
– Сам иди!
Я даже ему подсказать загадать желание не могу, потому что уже исполняю желание Кота в сапогах! И вот наконец-то долгожданная, выстраданная бесконечным подъемом по ступенькам, дверь в саму башню! Запертая на массивный железный замок, забитая досками, еще и стульчиком подпертая.
– Не хилые тут способы охраны, – пропыхтела я.
Ханс не думая отшвырнул стул вниз, тот покатился по лестнице. Не самая здравая затея, учитывая, что мы вроде здесь инкогнито. Но в принципе, пока людоед заметит что стул не на своем почетном месте в качестве подпорки, мы успеем отсюда свалить. Надеюсь. Браслет нагрелся, напоминая, зачем я вообще сюда тащилась. Я оторвала чешуйку, и когда она рассыпалась золотыми блестками, швырнула их в дверь. Замок тут же щелкнул и свалился на пол, за ним стали отваливаться прибитые доски и в качестве финального аккорда, петли тоже попадали. Дверь же проявила чудеса нонкосерватизма и упала не к нашим ногам, а во внутрь. В довольно милых, хоть и темных, комнатах с большим количеством разных безделушек, подушек и прочего мимимишного хлама обнаружилась донельзя испуганная принцесса. Освещали убранства несколько толстых свеч. Вот так я себе и представляла типичных принцесс. Белокурая, миловидная, глаза как два блюдца, носик маленький, вздернутый, роста небольшого, одета в пышное розовое платьице, на голове золотая корона, в руках пара спиц. Вяжет, наверное.
Но почему без пряжи… Нда, тяжело людям без интернета.
– Здрасте, мы это, пришли вас спасти замуж, – сразу перешла я к делу и хлопнула Ханса по спине, показывая товар лицом. – Вот он мечтает стать вашим супругом и готов, ради этого делать массаж ног вашей матушке.
Ханс скривился, но промолчал. Принцесса тоже промолчала. Странно, где бурные восторги, я ж с козырей зашла. Блин, а может она по-нашенски не понимает?
– Как вас зовут, рыцарь мой? – отмерла девица. Ура, по нашему хорошо говорит. Принцев и принцесс, по ходу, всех с рождения на десяти языках учат трендеть. А я-то в школе ныла от нелинейных уравнений и органических реакций на уроках химии.
