Кусты недовольно засопели.
– Ой, это очень большая честь, – нужно было как-то от этой чести отвертеться. – Я… – что я? Боюсь почетных мест, аллергия на царские ложи, громко икаю, когда слышу слово «Вперед!»? – боюсь посрамить державу в своем, так сказать, домашнем.
Я провела рукой по летнему сарафану. Платье-то нормальное, только очень простое, я в нем у дедушке на даче хожу. Парадный то сарафан превратился в бинты для Севы, а второй я найти нигде не могу. По ходу опять белки! Приходится в своем ходить.
Кусты неопределенно хмыкнули.
– Энто вовсе не беда, – засмеялась царица и щелкнула пальцами. Вокруг меня закружился столб искр и тумана, а когда это блестящие марево развеялось, я оказалась одета в настолько дорогое платье, с золотой тесьмой, из настоящей парчи, с пышным подолом, что клянусь, сама себя б не узнала. На голове у меня обнаружился кокошник, но не деревянный, а металлический, похожий на те, что носят царица и царевны, только немного меньше, но тоже богато украшенный драгоценными камнями и перламутром. На ногах у меня вместо шлепок, красовались туфельки. Наверно, яхонтовые. Я не сильна в классификации старорусских материалов для производства обуви. Единственное, что смущало, костюмчик был жарковат, а на улице лето.
Василиса Премудрая оглядела меня, сама с собой согласилась и хлопнула в ладоши. Прямо передо мной появилось нечто вроде ростового зеркала, только парящее в воздухе. И я прям себе понравилась. Наряд мне как не странно шел. А больше всего порадовала прическа. Волосы кудрями лежали на плечах, перестав отливать грязно-зеленым. Сейчас единственное, что напоминало о неудачной покраске, это несколько ярко-лазурных прядей в общей копне темно-русых волос. Еще и кончики длиной, косой челки, которая немного падала на глаза, приобрели тот же приятный лазурный цвет.
Мне вообще-то нравится!
– Прости, моя волшоба, видно, с твоей вступила в … диссонанс, – задумчиво оглядела меня Василиса Премудрая. – Вот цвет и изменился да кое-где исчез.
– Нет, вот так даже хорошо, а это надолго, ну вот мой парадный костюм? – уточнила я. – В полночь не превратится в тыкву?
– Ни во что такое не обратиться. Пока сама его не снимешь. А за волосы прости, не ведаю, что такое приключилось, обычно не должно так изменятся...
Куст подозрительно затих, но было слышно как он что-то напряжённо обдумывает.
– Пойдем, и надеюсь Севу мне не чарами доставать из зарослей придется? А он добровольно присоединится к своей нареченной?
Под тяжелым взглядом Василисы Премудрой куст вздохнул и из него вылез Сева.
Возле терема была обширная поляна, на поляне соорудили нечто вроде трибун. На каждом ярусе сделали деревянные перила, что б люди не сваливались с мест. А по центру эти трибуны огородили шатром, вот там мы и расселись. Царица и царь заняли места впереди, между ними расположилась Василиса Прекрасная. Елена примостилась в самом дальнем углу. А мы с Севой на втором ряду.
Вид тут и правда был интересным. Такой стадион на очень свежем воздухе. С одной стороны трибуны, с другой лес. Между ними полоса препятствий. Сейчас она заставлена стендами с луками, арбалетами и парочкой рогаток. На противоположном от стендов конце стояли большие соломенные мишени. Правда, здесь они квадратные. Ну да ладно. На них даже красной краской были нарисованы крестики, обозначая для непонятливых, куда нужно целиться.
После отмашки, лучники подошли к черте, откуда им предстояло поражать мишени и воображение собравшихся. Нет, если б тут метали копья, то расстояние между чертой и мишенями было бы вполне. А вот для луков или даже арбалетов... Я имела сомнения, что хоть один из добрых молодцев попадет.
– Где твой-то? – шепотом спросила я у Василисы Прекрасной, чуть наклонившись вперед. Она повела плечами и чуть заметно кивнула на парня, стоящего четвертым во втором ряду конкурсантов. Волосы черные, по плечи, кожа очень белая, высокий, черты лица тонкие, выразительные. Я б даже сказала очень неплохой у Василисы вкус. Особенно, по сравнению со всякими задохликами.
– Нечего особенного, – прошипел рядом Сева. Я повернулась к нему и чуть склонившись к его уху, спросила:
– Как мы будем им мешать?
– Тебе же загадали желание, – буркнул он. – Я отсюдава точно не сдюжу. Давай, придумывай, Золотая рыбка, как свою волшобу применить.
Ну загадать-то загадали, но слишком уж не конкретно… Эх. Не умею я экономить. В браслете половины чешуи уже нет. Ладно, раз взялась в таком непростом деле помогать, сделаю по совести все. С магией. А потом начну жестко экономить! Если надо, саморучно овощи в приличные позы возвращать. Даже громадные репки!
Пришлось закрыть глаза, оторвать чешуйку и постараться сосредоточиться на правильной формулировки способа исполнения желания Василисы!
Вася начала шевелить пальцами словно колдуя, но никакого эффекта не последовало.
– Готовьсь!
Нужно было понять, как использовать желание чтобы и не сильно магией тут светить, а то еще заподозрят и что б все, кроме одного, промазали.
– Цельсь!
Чешуйка никак не хотела рассыпаться в золотую пыль! Так, если стрелы просто разлетятся в разные стороны, это будет дофига как странно и подозрительно. Если попадают у всех на землю и к ней прирастут, тоже так себе вариант. Нужно действовать тоньше. Может, принцы заморские, каждый промажет совсем немного, на миллиметр буквально? Словно, не знаю, мишени на чуть-чуть сдвинулись с места?
– Пли!
Тут чешуйка все же рассыпалась. И все, кто наблюдал за этим соревнованием, ахнули.
Я открыла глаза и поняла, что все, кроме меня, Севы и Василисы Премудрой, перегнулись через перила и с интересом наблюдали за происходящим.
Там мишени отрастили себе конечности и стали бегать по поляне, уклоняясь от летящих в них снарядов. Зарубежные принцы офонарели, но парочка самых настойчивых не растерялась, а подхватив стрелы, как копья, стали бегать по стадиону и охотиться на убегающие тюки соломы.
– Вася! – царица просверлила взглядом дочь.
– Энто не я! – вскинула та руки.
Затем гневный взгляд Василисы Премудрой упал на Севу, но тот, как был бесчувственной, непробиваемой статуей, так ей и остался.
И вот настала моя очередь.
– Женя, скажите, энто ваших рук дело? – спросила царица и прежде, чем я успела открыть рот, что б соврать, она сама же достроила логическую цепочку происходящего. Не зря ж ее Премудрой зовут. – Но Золотая рыбка может только желания исполнять, а ворожбу плести по своей воли нет… Скажите, Женя, кто-то сегодня вам загадывал желание?
– Нет, – честно ответила я. – Сегодня мне еще ничего не загадывали.
– А вчера? – неожиданно проявил чудеса сообразительности ее муж, в пол глаза наблюдая как одна из мишеней отобрала стрелу у несчастного королевича, непонятно откуда отросшими руками и теперь лупила ей по неприятелю.
– Вчера загадывали, – кивнула я. Вот чую, совру хоть бы одной буквой, они поймут. – И позавчера, и до этого. И вот сразу, как я сюда попала, раз, в сетку и давай вперед. Исполняй желания! Меня чуть мороки не сожрали, – пожаловалась я.
Сева заметно напрягся.
Тем временем уже все принцы пришли в себя настолько, что стали носиться за снующими туда-сюда мишенями. Только возлюбленный Василисы Прекрасной остался стоять на месте, недоумевая и интересуясь у себя, всех присутствующих и отдельно у мироздания, как он мог оказаться в этом дурдоме.
– Но я клянусь, – успела сказать я, прежде, чем Василиса Премудрая догадалась задать мне правильный вопрос. – Мне никто, никогда не загадывал желания, чтобы мишени отрастили ноги, и стали бегать по поляне, как бешеные курицы с отрубленными головами!
– И у нас первый победитель! – заорал тот же мужчина, что давал команду к стрельбе. Победил, как нетрудно догадаться, возлюбленный Васьки. Он с видом еще большего офигения сидел на материализовавшейся под ним мишени. Хорошо хоть догадался стрелу в нее воткнуть!
Удовлетворившись моим кристально правдивым ответом, царица и царь вернулись к своим непосредственным обязанностям, то есть стали разгребать случившийся бардак. А Васька незаметно подмигнула мне, но все продолжала творить магию, незаметно для окружающих. Что она хотела наворожить, я так и не поняла.
После объявления победителей, мишени, дружным строем, разбившись на пары, ушли куда-то в лес. Вот чую сезон охоты в этом году у местных будет незабываемым.
Затем последовали еще четыре раунда стрельбишь, потому что принцы потребовали сатисфакции и справедливости. Решено было поставить на голову какого-то бедолаги яблоко. Тот не осознавал плачевности всей ситуации. Спокойно вышел на поляну, позволил водрузить на свою ценную часть организма фрукт.
– Звиняйте, царица-матушка. Все остальные захворали, – скорбно сообщил объявляющий и мужик с яблоком на голове заподозрил нечто не ладное в датском королевстве.
– По тому, дорогие королевичи, палите в яблоко, да Феофана не заденьте.
– А почему у нас стреляют в людей, Василисушка? – спросил царь, когда мужик Феофан осознал тщетность своего бытия и швырнув яблоко в кусты, стал убегать с поляны и уклоняться, от уже летевших в него стрел.
– Потому что из казны царской неча деревянные ныкать, – заявила Василиса Премудрая и взмахнула рукой. Стрелы стали отскакивать от мужика как горох, но его это не убедило в безопасности сего мероприятия. Принцы тоже не будь дураками, подхватили яблоко, и со стрелами на перевес стали гоняться за бедолагой. Самое забавное, что я была тут вообще не причем.
Просто такая вот кривая организация культурного мероприятия.
– Ваня, ты кому поручил турнир провести? – хмуро спросила Василиса Премудрая.
– Так это, Фон Штольцу, твоему советнику по заграницам, – пожал плечами Иван. – Он же лучше ведает, что там энтим заграничным прынцам надобно.
Василиса Премудрая тихо взвыла. Мужика все-таки поймали и он покусал пятерых самых ретивых. Наличие укуса стало основанием для дисквалификации.
Дальше стреляли в морковку, привязанную к столбу. Принцам завязали глаза и подожгли стрелы. Но народ требовал продолжения экспрессии, по тому парочка подпаленных женихов не слишком-то впечатлили публику. По завершению соревнования, нас с Севой отпустили и особо не сговариваясь, мы нашли самое малолюдное место за теремом, в кустах. Слишком насыщенные выдались пару часов. Чуть позже нас догнала царевна.
– Здорово с мишенями получилось. Мой Милорад точно уже прошел. Сейчас с полосой препятствий нужно обдумать, как быть, – радостно заявила она.
С полосой препятствий была беда. Потому что принцы по ней уже поскакали, им даже минуты отдыха не дали, а мы остались у терема. В кустах. Опять.
– Давайте разделимся что ли… – предложила я. – Сева пусть летит вперед, а мы ближе к концу…
– Нет, там по лесу разные тропы ведут. Кто куда поскачет, тот быстрее аль медленнее придет. – Заявила Василиса Прекрасная. – Я-то Милораду уже молвила какой путь выбрать. Там два пути, один простой, один с подковыркой...
– Значит, надо их на неправильный путь отправить, – согласилась я. – Где развилка?
– Я тебя туда отправить смогу, через Навь, сложно, но сегодня фон навий спокойный, думаю сдюжу… Маменька только мне запретила на развилке стоять, про тебя речи не было. Кого-нибудь ты отвадить успеешь. До развилки еще испытания есть на сообразительность, – согласилась царевна. – Только осторожнее будь, маменька туда витязей подрядила, что б эксцессов избежать, как с тем залетным рыцарем. Спрячься где-нибудь, дабы не узрели тебя. А я пред маменькой останусь, прикрою.
– Пусть Сева летит с тобой, – настаивала я. А что, такая напряженная ситуация, многое на кону, вот пусть влюбленный юноша попытается утешить нашу царевну, вместе побудут, опять же.
Царевна согласилась. Сева же по неведомой всем нам, и возможно даже ему самому причине, стал спорить. Мол, лучше ему остаться со мной. Пришлось пнуть его в коленку.
– Василисе нужна помощь, ты же ее друг и не можешь бросить девушку одну в столь серьезный момент ее жизни, – тонко намекнула я.
– А тебя эти залетные на вилы подымут, если скумекают, что ты им мешаешь! – в такое неподходящее время Сева решил подумать обо мне. Ну надо ж! – А через Навь вообще опасно перемещаться! Матушка и то аль зелье специальное варит, аль на метле и ступе до мест нужных добирается! А у Васьки с перемещениями вообще раз на раз не приходится, да еще и живое существо тудым-сюдым мотать! А ежли тебя там мороки сцапают аль хуже кто?
– Тогда исполнять обязанности Золотой рыбке придется тебе! Видишь, с любой стороны ты в выигрыше! – развела руками я. – И вообще, нет у них вил. Вроде только стрелы?
– Я не согласен! – уперся этот... но Василиса, видимо, сообразила, что мое предложение имеет большую практическую направленность, чем вредность Севы, и решив не терять время на препирательства, щелкнула пальцами. Мир снова утонул в тумане магии, затем я очутилась в темном царстве, но всего на одно мгновение и меня выбросило в глухой-глухой лес, на развилку двух дорог. Вот только мне сказать эти сказочные… персонажи забыли какая из тропинок-то правильная! По какой кавалеров отправлять?
Судя по протоптаности колеи, общей ухоженности, чистоте и удобству передвижения в парчовом платье, самой пригодной была левая тропа. В сторону правой даже смотреть было страшно, сплошной бурелом, под ним булькает, как на болоте, с деревьев свисают толи лианы, толи плющ такой мутанский. Можд даже плотоядный. Но! Не могла же Василиса Премудрая все так просто обставить. Мол, вот, все кристально ясно, гости дорогие, кто с мозгом дружит, тот поймет что простая тропинка с подвохом. Тест такой, модный нынче у нас в интернетах – подтвердите, что вы не робот.
По этому, когда на горизонте показались первые всадники на взмыленных лошадях, я отодрала еще одну чешуйку от браслета и она легко рассыпалась золотой пылью. Сосредоточившись, я загадала, чтобы сложная дорожка скрылась с глаз путников, словно ее тут и нет. Парочка молодцев проскакали по единственной тропе, даже не обратив на меня никакого внимания. Вот это я понимаю – целеустремленность у людей. Милорад ехал третьим и ему хватило мозгов остановиться возле меня.
– Василисушка наказывала, что пути два должно быть, – промолвил парень. Учитывая, что Милорад тут один не принц и не царевич, т.е. с точки зрения политики и дипломатии совершенно провальная партия для царевны Василисы Прекрасной, он очень достойно держался.
– Я нужную скрыла. Вот там все заросло и…
– Вася сказывала, что это испытание на смекалку. Мол, все знают, что царица умна и премудра, загадки загадывать позаковырестей ей любо. По тому она и пустила слух о трудных и легких путях, что б все ломанулись по ложному, а не по легкому. А на самом деле наоборот нужно, – пояснил мне Милорад.
– Ой!
Оказия, однако. Я отправила Милорада по маршруту и стала решать что делать с моей глупостью! Но чары, что скрывали трудную тропу моментально рассеялись. Ура! Ну а раз все знают про две тропы, то легкую скрывать не стоит. И я теперь особо была тут не нужна, потому что все принцы и так не долго думая, точнее вообще не думая, время терять еще на такую ерунду, скакали по сложной тропе. Я уселась за ближайшим деревом и стала ждать когда меня отсюда заберут. Или самой по нужной тропе выходить придется? Только парочка королевичей за все время соревнования остановилась для раздумий.
– Ой, это очень большая честь, – нужно было как-то от этой чести отвертеться. – Я… – что я? Боюсь почетных мест, аллергия на царские ложи, громко икаю, когда слышу слово «Вперед!»? – боюсь посрамить державу в своем, так сказать, домашнем.
Я провела рукой по летнему сарафану. Платье-то нормальное, только очень простое, я в нем у дедушке на даче хожу. Парадный то сарафан превратился в бинты для Севы, а второй я найти нигде не могу. По ходу опять белки! Приходится в своем ходить.
Кусты неопределенно хмыкнули.
– Энто вовсе не беда, – засмеялась царица и щелкнула пальцами. Вокруг меня закружился столб искр и тумана, а когда это блестящие марево развеялось, я оказалась одета в настолько дорогое платье, с золотой тесьмой, из настоящей парчи, с пышным подолом, что клянусь, сама себя б не узнала. На голове у меня обнаружился кокошник, но не деревянный, а металлический, похожий на те, что носят царица и царевны, только немного меньше, но тоже богато украшенный драгоценными камнями и перламутром. На ногах у меня вместо шлепок, красовались туфельки. Наверно, яхонтовые. Я не сильна в классификации старорусских материалов для производства обуви. Единственное, что смущало, костюмчик был жарковат, а на улице лето.
Василиса Премудрая оглядела меня, сама с собой согласилась и хлопнула в ладоши. Прямо передо мной появилось нечто вроде ростового зеркала, только парящее в воздухе. И я прям себе понравилась. Наряд мне как не странно шел. А больше всего порадовала прическа. Волосы кудрями лежали на плечах, перестав отливать грязно-зеленым. Сейчас единственное, что напоминало о неудачной покраске, это несколько ярко-лазурных прядей в общей копне темно-русых волос. Еще и кончики длиной, косой челки, которая немного падала на глаза, приобрели тот же приятный лазурный цвет.
Мне вообще-то нравится!
– Прости, моя волшоба, видно, с твоей вступила в … диссонанс, – задумчиво оглядела меня Василиса Премудрая. – Вот цвет и изменился да кое-где исчез.
– Нет, вот так даже хорошо, а это надолго, ну вот мой парадный костюм? – уточнила я. – В полночь не превратится в тыкву?
– Ни во что такое не обратиться. Пока сама его не снимешь. А за волосы прости, не ведаю, что такое приключилось, обычно не должно так изменятся...
Куст подозрительно затих, но было слышно как он что-то напряжённо обдумывает.
– Пойдем, и надеюсь Севу мне не чарами доставать из зарослей придется? А он добровольно присоединится к своей нареченной?
Под тяжелым взглядом Василисы Премудрой куст вздохнул и из него вылез Сева.
***
Возле терема была обширная поляна, на поляне соорудили нечто вроде трибун. На каждом ярусе сделали деревянные перила, что б люди не сваливались с мест. А по центру эти трибуны огородили шатром, вот там мы и расселись. Царица и царь заняли места впереди, между ними расположилась Василиса Прекрасная. Елена примостилась в самом дальнем углу. А мы с Севой на втором ряду.
Вид тут и правда был интересным. Такой стадион на очень свежем воздухе. С одной стороны трибуны, с другой лес. Между ними полоса препятствий. Сейчас она заставлена стендами с луками, арбалетами и парочкой рогаток. На противоположном от стендов конце стояли большие соломенные мишени. Правда, здесь они квадратные. Ну да ладно. На них даже красной краской были нарисованы крестики, обозначая для непонятливых, куда нужно целиться.
После отмашки, лучники подошли к черте, откуда им предстояло поражать мишени и воображение собравшихся. Нет, если б тут метали копья, то расстояние между чертой и мишенями было бы вполне. А вот для луков или даже арбалетов... Я имела сомнения, что хоть один из добрых молодцев попадет.
– Где твой-то? – шепотом спросила я у Василисы Прекрасной, чуть наклонившись вперед. Она повела плечами и чуть заметно кивнула на парня, стоящего четвертым во втором ряду конкурсантов. Волосы черные, по плечи, кожа очень белая, высокий, черты лица тонкие, выразительные. Я б даже сказала очень неплохой у Василисы вкус. Особенно, по сравнению со всякими задохликами.
– Нечего особенного, – прошипел рядом Сева. Я повернулась к нему и чуть склонившись к его уху, спросила:
– Как мы будем им мешать?
– Тебе же загадали желание, – буркнул он. – Я отсюдава точно не сдюжу. Давай, придумывай, Золотая рыбка, как свою волшобу применить.
Ну загадать-то загадали, но слишком уж не конкретно… Эх. Не умею я экономить. В браслете половины чешуи уже нет. Ладно, раз взялась в таком непростом деле помогать, сделаю по совести все. С магией. А потом начну жестко экономить! Если надо, саморучно овощи в приличные позы возвращать. Даже громадные репки!
Пришлось закрыть глаза, оторвать чешуйку и постараться сосредоточиться на правильной формулировки способа исполнения желания Василисы!
Вася начала шевелить пальцами словно колдуя, но никакого эффекта не последовало.
– Готовьсь!
Нужно было понять, как использовать желание чтобы и не сильно магией тут светить, а то еще заподозрят и что б все, кроме одного, промазали.
– Цельсь!
Чешуйка никак не хотела рассыпаться в золотую пыль! Так, если стрелы просто разлетятся в разные стороны, это будет дофига как странно и подозрительно. Если попадают у всех на землю и к ней прирастут, тоже так себе вариант. Нужно действовать тоньше. Может, принцы заморские, каждый промажет совсем немного, на миллиметр буквально? Словно, не знаю, мишени на чуть-чуть сдвинулись с места?
– Пли!
Тут чешуйка все же рассыпалась. И все, кто наблюдал за этим соревнованием, ахнули.
Я открыла глаза и поняла, что все, кроме меня, Севы и Василисы Премудрой, перегнулись через перила и с интересом наблюдали за происходящим.
Там мишени отрастили себе конечности и стали бегать по поляне, уклоняясь от летящих в них снарядов. Зарубежные принцы офонарели, но парочка самых настойчивых не растерялась, а подхватив стрелы, как копья, стали бегать по стадиону и охотиться на убегающие тюки соломы.
– Вася! – царица просверлила взглядом дочь.
– Энто не я! – вскинула та руки.
Затем гневный взгляд Василисы Премудрой упал на Севу, но тот, как был бесчувственной, непробиваемой статуей, так ей и остался.
И вот настала моя очередь.
– Женя, скажите, энто ваших рук дело? – спросила царица и прежде, чем я успела открыть рот, что б соврать, она сама же достроила логическую цепочку происходящего. Не зря ж ее Премудрой зовут. – Но Золотая рыбка может только желания исполнять, а ворожбу плести по своей воли нет… Скажите, Женя, кто-то сегодня вам загадывал желание?
– Нет, – честно ответила я. – Сегодня мне еще ничего не загадывали.
– А вчера? – неожиданно проявил чудеса сообразительности ее муж, в пол глаза наблюдая как одна из мишеней отобрала стрелу у несчастного королевича, непонятно откуда отросшими руками и теперь лупила ей по неприятелю.
– Вчера загадывали, – кивнула я. Вот чую, совру хоть бы одной буквой, они поймут. – И позавчера, и до этого. И вот сразу, как я сюда попала, раз, в сетку и давай вперед. Исполняй желания! Меня чуть мороки не сожрали, – пожаловалась я.
Сева заметно напрягся.
Тем временем уже все принцы пришли в себя настолько, что стали носиться за снующими туда-сюда мишенями. Только возлюбленный Василисы Прекрасной остался стоять на месте, недоумевая и интересуясь у себя, всех присутствующих и отдельно у мироздания, как он мог оказаться в этом дурдоме.
– Но я клянусь, – успела сказать я, прежде, чем Василиса Премудрая догадалась задать мне правильный вопрос. – Мне никто, никогда не загадывал желания, чтобы мишени отрастили ноги, и стали бегать по поляне, как бешеные курицы с отрубленными головами!
– И у нас первый победитель! – заорал тот же мужчина, что давал команду к стрельбе. Победил, как нетрудно догадаться, возлюбленный Васьки. Он с видом еще большего офигения сидел на материализовавшейся под ним мишени. Хорошо хоть догадался стрелу в нее воткнуть!
Удовлетворившись моим кристально правдивым ответом, царица и царь вернулись к своим непосредственным обязанностям, то есть стали разгребать случившийся бардак. А Васька незаметно подмигнула мне, но все продолжала творить магию, незаметно для окружающих. Что она хотела наворожить, я так и не поняла.
После объявления победителей, мишени, дружным строем, разбившись на пары, ушли куда-то в лес. Вот чую сезон охоты в этом году у местных будет незабываемым.
Затем последовали еще четыре раунда стрельбишь, потому что принцы потребовали сатисфакции и справедливости. Решено было поставить на голову какого-то бедолаги яблоко. Тот не осознавал плачевности всей ситуации. Спокойно вышел на поляну, позволил водрузить на свою ценную часть организма фрукт.
– Звиняйте, царица-матушка. Все остальные захворали, – скорбно сообщил объявляющий и мужик с яблоком на голове заподозрил нечто не ладное в датском королевстве.
– По тому, дорогие королевичи, палите в яблоко, да Феофана не заденьте.
– А почему у нас стреляют в людей, Василисушка? – спросил царь, когда мужик Феофан осознал тщетность своего бытия и швырнув яблоко в кусты, стал убегать с поляны и уклоняться, от уже летевших в него стрел.
– Потому что из казны царской неча деревянные ныкать, – заявила Василиса Премудрая и взмахнула рукой. Стрелы стали отскакивать от мужика как горох, но его это не убедило в безопасности сего мероприятия. Принцы тоже не будь дураками, подхватили яблоко, и со стрелами на перевес стали гоняться за бедолагой. Самое забавное, что я была тут вообще не причем.
Просто такая вот кривая организация культурного мероприятия.
– Ваня, ты кому поручил турнир провести? – хмуро спросила Василиса Премудрая.
– Так это, Фон Штольцу, твоему советнику по заграницам, – пожал плечами Иван. – Он же лучше ведает, что там энтим заграничным прынцам надобно.
Василиса Премудрая тихо взвыла. Мужика все-таки поймали и он покусал пятерых самых ретивых. Наличие укуса стало основанием для дисквалификации.
Дальше стреляли в морковку, привязанную к столбу. Принцам завязали глаза и подожгли стрелы. Но народ требовал продолжения экспрессии, по тому парочка подпаленных женихов не слишком-то впечатлили публику. По завершению соревнования, нас с Севой отпустили и особо не сговариваясь, мы нашли самое малолюдное место за теремом, в кустах. Слишком насыщенные выдались пару часов. Чуть позже нас догнала царевна.
– Здорово с мишенями получилось. Мой Милорад точно уже прошел. Сейчас с полосой препятствий нужно обдумать, как быть, – радостно заявила она.
***
С полосой препятствий была беда. Потому что принцы по ней уже поскакали, им даже минуты отдыха не дали, а мы остались у терема. В кустах. Опять.
– Давайте разделимся что ли… – предложила я. – Сева пусть летит вперед, а мы ближе к концу…
– Нет, там по лесу разные тропы ведут. Кто куда поскачет, тот быстрее аль медленнее придет. – Заявила Василиса Прекрасная. – Я-то Милораду уже молвила какой путь выбрать. Там два пути, один простой, один с подковыркой...
– Значит, надо их на неправильный путь отправить, – согласилась я. – Где развилка?
– Я тебя туда отправить смогу, через Навь, сложно, но сегодня фон навий спокойный, думаю сдюжу… Маменька только мне запретила на развилке стоять, про тебя речи не было. Кого-нибудь ты отвадить успеешь. До развилки еще испытания есть на сообразительность, – согласилась царевна. – Только осторожнее будь, маменька туда витязей подрядила, что б эксцессов избежать, как с тем залетным рыцарем. Спрячься где-нибудь, дабы не узрели тебя. А я пред маменькой останусь, прикрою.
– Пусть Сева летит с тобой, – настаивала я. А что, такая напряженная ситуация, многое на кону, вот пусть влюбленный юноша попытается утешить нашу царевну, вместе побудут, опять же.
Царевна согласилась. Сева же по неведомой всем нам, и возможно даже ему самому причине, стал спорить. Мол, лучше ему остаться со мной. Пришлось пнуть его в коленку.
– Василисе нужна помощь, ты же ее друг и не можешь бросить девушку одну в столь серьезный момент ее жизни, – тонко намекнула я.
– А тебя эти залетные на вилы подымут, если скумекают, что ты им мешаешь! – в такое неподходящее время Сева решил подумать обо мне. Ну надо ж! – А через Навь вообще опасно перемещаться! Матушка и то аль зелье специальное варит, аль на метле и ступе до мест нужных добирается! А у Васьки с перемещениями вообще раз на раз не приходится, да еще и живое существо тудым-сюдым мотать! А ежли тебя там мороки сцапают аль хуже кто?
– Тогда исполнять обязанности Золотой рыбке придется тебе! Видишь, с любой стороны ты в выигрыше! – развела руками я. – И вообще, нет у них вил. Вроде только стрелы?
– Я не согласен! – уперся этот... но Василиса, видимо, сообразила, что мое предложение имеет большую практическую направленность, чем вредность Севы, и решив не терять время на препирательства, щелкнула пальцами. Мир снова утонул в тумане магии, затем я очутилась в темном царстве, но всего на одно мгновение и меня выбросило в глухой-глухой лес, на развилку двух дорог. Вот только мне сказать эти сказочные… персонажи забыли какая из тропинок-то правильная! По какой кавалеров отправлять?
Судя по протоптаности колеи, общей ухоженности, чистоте и удобству передвижения в парчовом платье, самой пригодной была левая тропа. В сторону правой даже смотреть было страшно, сплошной бурелом, под ним булькает, как на болоте, с деревьев свисают толи лианы, толи плющ такой мутанский. Можд даже плотоядный. Но! Не могла же Василиса Премудрая все так просто обставить. Мол, вот, все кристально ясно, гости дорогие, кто с мозгом дружит, тот поймет что простая тропинка с подвохом. Тест такой, модный нынче у нас в интернетах – подтвердите, что вы не робот.
По этому, когда на горизонте показались первые всадники на взмыленных лошадях, я отодрала еще одну чешуйку от браслета и она легко рассыпалась золотой пылью. Сосредоточившись, я загадала, чтобы сложная дорожка скрылась с глаз путников, словно ее тут и нет. Парочка молодцев проскакали по единственной тропе, даже не обратив на меня никакого внимания. Вот это я понимаю – целеустремленность у людей. Милорад ехал третьим и ему хватило мозгов остановиться возле меня.
– Василисушка наказывала, что пути два должно быть, – промолвил парень. Учитывая, что Милорад тут один не принц и не царевич, т.е. с точки зрения политики и дипломатии совершенно провальная партия для царевны Василисы Прекрасной, он очень достойно держался.
– Я нужную скрыла. Вот там все заросло и…
– Вася сказывала, что это испытание на смекалку. Мол, все знают, что царица умна и премудра, загадки загадывать позаковырестей ей любо. По тому она и пустила слух о трудных и легких путях, что б все ломанулись по ложному, а не по легкому. А на самом деле наоборот нужно, – пояснил мне Милорад.
– Ой!
Оказия, однако. Я отправила Милорада по маршруту и стала решать что делать с моей глупостью! Но чары, что скрывали трудную тропу моментально рассеялись. Ура! Ну а раз все знают про две тропы, то легкую скрывать не стоит. И я теперь особо была тут не нужна, потому что все принцы и так не долго думая, точнее вообще не думая, время терять еще на такую ерунду, скакали по сложной тропе. Я уселась за ближайшим деревом и стала ждать когда меня отсюда заберут. Или самой по нужной тропе выходить придется? Только парочка королевичей за все время соревнования остановилась для раздумий.
