Но то, что он увидел краем глаза в узкое окошечко, произвело на него неизгладимое впечатление. Его родной город превратился в локацию для съемок ужастика. Дома были разбиты, вокруг самых высоких зданий кружили ураганы теней, по улицам ползали неизвестные ему существа, даже тьма не решалась сгущаться вокруг них. Через рев двигателей Макс мог слышать истеричный плачь и жуткий смех.
– Готовьсь! – скомандовал Кирилл и надел на себя противогаз. Макс немного замешкался с ремешками и креплениями, которыми был оснащен сей головной убор и Кирилл быстро помог ему.
– А у нас же прививки, – запоздало дошло до Макса. – Разве они не защитят?
– От тьмы ничего не защитит, – раздался голос Кирилла по встроенному динамику внутри противогаза. Штуковина серьезно уменьшала обзор, а кислородный баллон, который Кирилл тоже помог закрепить на спине, уменьшал скорость и маневренность. – Мы выработали несколько степеней защиты и то, вместе они действуют короткий отрезок времени. Так что нужно спешить.
– А Лера?
– Кто?
Макс указал на девушку, которая все так же сидела в недвижной позе, но теперь что–то беззвучно шептала.
– Ведьмы не боятся тьмы. Они в ней, как рыбы. Практически родная среда обитания.
Макс уставился в черное марево, пытаясь понять, как там вообще может жить хоть что–то, когда увидел это. Башню. Саня любит размах. Огромное строение возвышалось в центре Новосибирска, ее стены были сделаны из черного глянцевого камня, в котором мерцали красные прожилки. Вверху башня имела конусообразный шпиль, в который то и дело била черная молния, а вокруг кружились тучи.
– Я приземлюсь недалеко, но не прям возле башни. За пару улиц. Надеюсь, вы справитесь, – крикнул Гриша. – Согласно приказу, если вы не вернетесь через семь часов, я должен буду возвращаться один.
– Мы поняли, стандартный протокол, – крикнул Сергей, перед тем, как надеть противогаз и Макс увидел, как лицо маньяка стало двоиться. Двоедушник не хотел надевать защитный костюм и был достаточно силен, что бы заявлять свои желания.
Кирилл подошел к Лере и взял ее за руки. Та зажмурилась.
Гриша посадил машину за руинами стадиона, там, где сохранился небольшой клочок асфальта, кивнул брату на прощанье и открыл люк в полу. В него тут же стала заползать тьма, по тому им пришлось выскакивать из машины так быстро, как это было возможно.
Когда они выбрались, люк машины автоматически захлопнулся, а ее корпус почернел, сливаясь с обстановкой вокруг. Кирилл помог Лере спустится на землю, но после все равно придерживал за руку. Сергей же держал ее на прицеле своего пистолета.
Они двинулись к башне, прячась за разрушенными зданиями и перевернутыми машинами, покрытыми склизкой нефтяной пленкой. Земля же была засеяна серовато–белесым слоем пепла, в некоторых местах из нее били фонтаны тьмы. По небу, черному и маслянистому летали инфернальные твари. В закоулках улиц, не боясь больше света, праздновали свою победу упыри, вурдалаки, навьи и прочая хтонь. На руинах театра лениво ворочало хвостом огромное трехглавое чудовище, чем–то напоминавшее дракона. Когда Макс вместе с остальными уже подходили к башне, совсем близко к ним из мрака выскочило нечто крутящиеся, с множеством жутких рук и десятками лиц на своем безголовом туловище. Этого монстра Макс теперь будет видеть в кошмарах. Им повезло, неясное чудовище мчалось вперед не замечая Стражей.
На самом деле Сашка никогда бы, даже за большие деньги и звание лучшего психиатра всея галактики, не стала бы жить в таком помпезном, гротескном и слишком мультяшном месте. Вот если бы башня была собрана из костей грифонов или нерасторопных курьеров, тогда да, а так... Они подошли к стене здания, где на уровне груди красным квадратом алела мистическая панель с неизвестными символами. Кирилл взял руку девушки и приложил ее к квадрату. Послышался негромкий писк, с пальцев Леры потекла кровь, черный камень впитал капли и стены расступились.
Когда они шагнули в образовавшийся проход, Макс понял, что внутри башни не было тьмы. Воздух был чистым и даже свежим, словно его, перед пропуском сюда, стирали и освежали. Еще тут было тепло, на светлых стенах висели картины, в основном пейзажи и небольшие светильники, напоминающие канделябры, только вместо свечей – светодиодные лампочки, излучавшие теплый свет. На полу были разбросаны черепа. По большей части они принадлежали животным, но Макс увидел и парочку человеческих. В середине помещения находилась высокая, винтовая лестница.
Тогда же девушка заорала так сильно и громко, что ее голос отразился от стен и создал эхо. Камни, из которых была построена башня, завибрировали, заволновались. Воздух прорезали темные и стремительные молнии, они били в черепа, поднимая их над полом. Из них стали вырастать темные человекоподобные тела.
Резко в пустых глазницах вспыхнули красные огни и монстры заревели, готовясь напасть на незваных гостей. Чудовища застыли на местах, ожидая чего–то. Макс направил на одну из ближайших тварей пистолет, но очень сомневался, что пули смогут убить этих мутантов. Сергей схватил Леру и приставил к ее голове пистолет.
– Убью тварь! – заорал он, оглушая своих же. Динамик затрещал, а Макс, скривившись от звукового удара, думал, что к Сашке попасть будет чуть сложнее, чем взломать сервера Пентагона. Она всегда была параноиком. Если б могла, у них дома такую систему безопасности выставить, как тут, то даже его, Макса, одобрения бы не спросила. Просто в один прекрасный момент он обнаружил бы что их ограда завалена черепами. И пришлось бы смириться.
Тут раздался вой такой силы, что Макс мог бы поклясться, что его барабанные перепонки сели писать увольнительное с такой страшной и травмоопасной работы. Источник звука показался тут же. Это был Полкан, спускавшийся по винтовой лестнице. Он замер так, что бы смотреть на взломщиков сверху вниз. Полкан оскалил мощные клыки и сверкнул зеленющими глазами, на его шее был повязан красный отрезок ткани.
– Я не хотела! Они меня заставили! Она ведь все равно победит! – закричала Лера, пытаясь высвободится из хватки Сергея. Безуспешно. Полкан дернул ухом. Макс мог бы поклясться, что этот жест означает: «оставь девушку в покое, псих, тогда вы, возможно, умрете быстро и не слишком позорно». Кирилл тоже догадался о требованиях пса и жестом показал Сергею, что бы тот опустил пистолет. Он послушался, даже убрал его в обойму, но тут же резко схватил обрадовавшуюся Леру за голову и в одно движение сломал ей шею. Безвольное тело упало на черный пол и башня закричала.
Макс мог в этом поклясться. Стены издали звук полный невыносимой боли. Тогда же существа с черепами зверей бросились в атаку. Сергей скинул с себя противогаз и его темный двойник выскочил из тела. Твари тут же вцепились в его темную фигуру, пытаясь разорвать, но двойник и сам был порождением тьмы. Он не боялся боли, его раны тут же срастались, но и навредить монстрам он не мог. А вот они, догадавшись, бросились к человеческому телу двоедушника. Кирилл пытался спасти его, отстреливая чудовищам головы, осколки черепов сыпались на пол, но их было больше. Вытащив из пояса несколько гранат Кирилл бросил их в толпу монстров. Макс успел попрощаться с жизнью, гранаты в помещении – это ж все, кирдык, но те разорвались обливая всех святой водой. Монстры получили порцию ожогов, но их раны тут снова затянулись и чудовища с новыми силами бросились в бой. Их основной целью был именно Сергей. Они рвались к нему, не сильно обращая внимания на остальных Стражей. И своей цели черепоголовые существа достигли довольно быстро.
Первым к нему приблизился монстр со свиным черепом, он вцепился в руку Сергея, неестественно острыми зубами и рванулся назад. Раздался слишком зловещий хруст и Сергей лишился правой руки. Кровь фонтаном заливала пол, но имела не красный цвет а темно–бордовый. Двоедушник заорал, глядя, как свиноголовый откидывает свой трофей и вновь бросается в атаку.
Макс был занят тем, что сам пытался не попасть в их лапы. Стоило прострелить одну конечность, как она тут же отмирала, а на ее месте вырастала другая, точно такая же. Но целая. Монстры нападали без устали. Макс использовал все оружие, какое они взяли с собой, но удача была на стороне этих бесконечных, не убиваемых существ. Он заметил, как парочка монстров подобралась к телу Леры, как один из них аккуратно поднял ее и развернувшись, понес прочь с поля сражения.
Полкан был верен Сашке. А Сашка была доброй. Что бы не произошло в этом мире, она была хорошим человеком. Занудой, занозой, врединой, но хорошей. И он пришел сюда не драться с ней, а зло не всегда так просто остановить, тем более в одиночку.
Несколько существ рвали на части двоедушника, его темная душа в бессильной ярости бросалась на монстров, но не могла спасти своего носителя. Черепоголовые монстры, вцепившись зубами в еще живого Сергея, неожиданно провалились под пол.
Кирилл бросился за ним, но Макс перехватил его, вырывая из лап чудовищ и вместо новой атаки, содрал с лица противогаз, и крикнул:
– Полкан, останови их! Это я – Макс! Я пришел все исправить!
Полкан посмотрел на него с легкой долей скептицизма. Но черепоголовые замерли на своих местах.
– Я знаю, что ты умеешь разговаривать. И знаю, что ты мой друг! – пес скривил нос, выглядело это комично. – Да, друг. А еще я знаю, что Сашка бы не хотела моей смерти. Она вообще ни чьих смертей не хотела бы. Я облажался, ладно? Я хотел все исправить и сделал только хуже! Я… я виноват. Но я могу все исправить! И… И вот, знакомься. Это – Кирилл, отец Сашки.
Нужны были аргументы, Полкан начал задумываться. А значит есть надежда. Он никогда не навредит Саше. А Саша очень скучала по родителям.
– Ты же не позволишь этим тварям убить ее отца, да? – и впервые Макс увидел в глазах пса нечеловеческую печаль.
Полкан не проронил ни слова. Даже не смотрел на тех, кого вел вверх по лестнице. Когда они, через приличное количество ступеней, Сашка – маньяк, так измываться над людьми, уперлись в черную дверь, он лишь вежливо поскребся в нее и стал жать ответа. Каменная дверь приоткрылась, разрешая зайти на самый вверх башни.
– НЕВЫНОСИМАЯ ИДИОТКА! – раздался знакомый, потусторонний голос. Полкан прижал уши и практически ползком прошел в комнату, в которой происходило локальное землетрясение.
– Странно слышатся такое от бестелесной сущности, запертой в отражении зеркал. Может быть твои эфирные человечки–медузы явятся сюда и объяснят, как я не права? – А вот этот голос Макс слышать был рад. И он… он очень хотел увидеть напарницу. По тому без колебаний последовал за Полканом.
–УБИРАЙСЯ! – закричал Верховный, который отражался во множественных зеркалах на стенах башни. Все в этой комнате было увешано ими, даже потолок. Не отражающей поверхностью оставался лишь черный пол. По зеркалам ползли многочисленные трещины, преломляя отражения и разбивая их на множество мелких картинок. И на каждом из зеркал виднелся кровавый отпечаток руки. Она открывает порталы прямо от сюда, правильно, Сашка не дура туда–сюда по лестнице в миллион ступеней бегать.
Посреди комнаты стояло кресло из черного и белого камня, обвитое узорами из металла. На нем лежала подушка из бархата. Саня сделала себе трон. Почему нет, в самом деле? Человек мог мечтать о троне с детства, а ее заставили устраивать конец света, у всех свои маленькие радости, короны напарница никогда не любила, а вот трон – это стильно! Рядом с нем стояла табуретка по ниже и по бархатистей. Саша сидела закинув на нее ноги и откровенно скучала. Полкан сел с ней рядом и она, почесав его за ушами, подняла взгляд на Макса. Ее глаза полыхали радиоактивным светом, а белки имели кроваво–красный цвет. Саша и в целом выглядела иначе, чем привык Макс.
– Надо же, никогда не видела таких отчаянных экстрималов, – ухмыльнулась она, голос у этой девушки был слишком хриплый. И усталый. Лицо намного худее, чем у его Саши, болезненнее, что ли и острее. От глаз расходились почерневшие сосуды. На себя эта, не его Саша, напялила черное платье, расшитое красными камнями. В нем нечисть не половишь, даже сидеть в такой одежки, на взгляд Макса, было неудобно. А еще волосы… Даже когда Макс чуть не сжег ей всю прическу, он не видел ее с настолько короткой стрижкой. Черные пряди едва закрывали уши. Единственное, что он узнавал в этой чужой девушке была кроваво–красная помада. Любимый Сашкин цвет.
– Мы просто мечтали увидеть ведьму уничтожившую мир в естественных условиях обитания, – ляпнул Макс, вот вообще не та фраза с которой нужно начинать объяснять незнакомой девушке, что ты ее друг. – Давай, показывай, где тут жертвоприношения невинных проводишь, где в крови девственниц купаешься, да и вообще, чем злые ведьмы занимаются на досуге? Вяжут особо колючие свитера, которые потом дарят несчастным людям родственники и тем приходится носить подарок? Чесаться, но носить?
Она моргнула, не веря в смысл произнесенных им слов.
Но дальше произошло что–то совсем странное и нелепое. Верховный явно был не рад их визиту, а реплика Макса и вовсе разозлила это чудовище. А Саша… засмеялась. Засмеялась так, словно Макс хорошо пошутил. Он иногда так умел, по большей части, когда она плакала и требовалось отвлечь ее от того непомерного горя, какое падает на плечи двенадцатилетним девочкам. Тогда Макс из невыносимого придурка превращался в остроумного друга. Потому что не мог смотреть, как она плачет.
– КАК ТЫ СМЕЕШЬ, ЩЕНОК! УБЕЙ ЕГО! ГДЕ ЭТА ШАВКА, ЧТО ТЫ СМЕЕШЬСЯ, НЕБЛАГОДАРНАЯ! УБЕЙ ЕГО! – зеркала заходили ходуном и по ним пробежало еще несколько трещинок. Верховный сверкал глазами, но сам сделать ничего не мог.
– Не ори, придурок. Стекла побьешь своим девчачьим ультразвуком, – все еще смеясь отмахнулась напарница.
И нет, Саша ведь, из его времени, по большому счету права, Макс невыносим. Не один человек его не вынесет, даже у Верховного нервы сдали. Хотя, может он не выносил именно здешнюю Сашку. Ну так он с настоящей не знаком.
– А ты забавный, – проговорила она и не обращая внимания на истерику Верховного, махнула рукой. Зеркала покрылись неизвестными знаками и темный колдун пропал. – Так за чем на самом деле пришли? Крови девственниц, извини, еще не завезли.
– Тебя хотел увидеть, – выпалил Макс. – Ты должна уходить из этого места. Стражи знают, где ты.
– Тоже мне новость, – фыркнула она. – Чего твой приятель за дверью мнется, пусть или заходит, или идите отсюда оба. Мне нужно поговорить со своим не очень хорошим защитником. – Пес прижал уши к голове.
– Полкан не виноват, – счел своим долгом оправдать друга Макс.
– Кто?
– Пес.
– Почему он вдруг Полкан?
– Ты его так зовешь, а вот почему… – Сашка любит необычные имена, одно время она звала таракана, который жил вместе с ними на очередной съемной квартире – Никитичем. И вот пойми почему.
– Это не его имя… – она прикрыла глаза и в комнате стало темнее. – Так чего вам надо или ты пришел меня убить и как честный человек предупреждаешь о своих намерениях?
– Я… – Макс думал, что ей сказать. Верни меня домой? Отмотай время назад, я слегка налажал? Все тут происходящее не по правде, я хочу назад? Глупо говорить девушке, устроившей конец света, такие вещи на первом знакомстве. Нужно хоть бы еще пару раз встретиться, ради приличий.
– Готовьсь! – скомандовал Кирилл и надел на себя противогаз. Макс немного замешкался с ремешками и креплениями, которыми был оснащен сей головной убор и Кирилл быстро помог ему.
– А у нас же прививки, – запоздало дошло до Макса. – Разве они не защитят?
– От тьмы ничего не защитит, – раздался голос Кирилла по встроенному динамику внутри противогаза. Штуковина серьезно уменьшала обзор, а кислородный баллон, который Кирилл тоже помог закрепить на спине, уменьшал скорость и маневренность. – Мы выработали несколько степеней защиты и то, вместе они действуют короткий отрезок времени. Так что нужно спешить.
– А Лера?
– Кто?
Макс указал на девушку, которая все так же сидела в недвижной позе, но теперь что–то беззвучно шептала.
– Ведьмы не боятся тьмы. Они в ней, как рыбы. Практически родная среда обитания.
Макс уставился в черное марево, пытаясь понять, как там вообще может жить хоть что–то, когда увидел это. Башню. Саня любит размах. Огромное строение возвышалось в центре Новосибирска, ее стены были сделаны из черного глянцевого камня, в котором мерцали красные прожилки. Вверху башня имела конусообразный шпиль, в который то и дело била черная молния, а вокруг кружились тучи.
– Я приземлюсь недалеко, но не прям возле башни. За пару улиц. Надеюсь, вы справитесь, – крикнул Гриша. – Согласно приказу, если вы не вернетесь через семь часов, я должен буду возвращаться один.
– Мы поняли, стандартный протокол, – крикнул Сергей, перед тем, как надеть противогаз и Макс увидел, как лицо маньяка стало двоиться. Двоедушник не хотел надевать защитный костюм и был достаточно силен, что бы заявлять свои желания.
Кирилл подошел к Лере и взял ее за руки. Та зажмурилась.
Гриша посадил машину за руинами стадиона, там, где сохранился небольшой клочок асфальта, кивнул брату на прощанье и открыл люк в полу. В него тут же стала заползать тьма, по тому им пришлось выскакивать из машины так быстро, как это было возможно.
Когда они выбрались, люк машины автоматически захлопнулся, а ее корпус почернел, сливаясь с обстановкой вокруг. Кирилл помог Лере спустится на землю, но после все равно придерживал за руку. Сергей же держал ее на прицеле своего пистолета.
Они двинулись к башне, прячась за разрушенными зданиями и перевернутыми машинами, покрытыми склизкой нефтяной пленкой. Земля же была засеяна серовато–белесым слоем пепла, в некоторых местах из нее били фонтаны тьмы. По небу, черному и маслянистому летали инфернальные твари. В закоулках улиц, не боясь больше света, праздновали свою победу упыри, вурдалаки, навьи и прочая хтонь. На руинах театра лениво ворочало хвостом огромное трехглавое чудовище, чем–то напоминавшее дракона. Когда Макс вместе с остальными уже подходили к башне, совсем близко к ним из мрака выскочило нечто крутящиеся, с множеством жутких рук и десятками лиц на своем безголовом туловище. Этого монстра Макс теперь будет видеть в кошмарах. Им повезло, неясное чудовище мчалось вперед не замечая Стражей.
На самом деле Сашка никогда бы, даже за большие деньги и звание лучшего психиатра всея галактики, не стала бы жить в таком помпезном, гротескном и слишком мультяшном месте. Вот если бы башня была собрана из костей грифонов или нерасторопных курьеров, тогда да, а так... Они подошли к стене здания, где на уровне груди красным квадратом алела мистическая панель с неизвестными символами. Кирилл взял руку девушки и приложил ее к квадрату. Послышался негромкий писк, с пальцев Леры потекла кровь, черный камень впитал капли и стены расступились.
Когда они шагнули в образовавшийся проход, Макс понял, что внутри башни не было тьмы. Воздух был чистым и даже свежим, словно его, перед пропуском сюда, стирали и освежали. Еще тут было тепло, на светлых стенах висели картины, в основном пейзажи и небольшие светильники, напоминающие канделябры, только вместо свечей – светодиодные лампочки, излучавшие теплый свет. На полу были разбросаны черепа. По большей части они принадлежали животным, но Макс увидел и парочку человеческих. В середине помещения находилась высокая, винтовая лестница.
Тогда же девушка заорала так сильно и громко, что ее голос отразился от стен и создал эхо. Камни, из которых была построена башня, завибрировали, заволновались. Воздух прорезали темные и стремительные молнии, они били в черепа, поднимая их над полом. Из них стали вырастать темные человекоподобные тела.
Резко в пустых глазницах вспыхнули красные огни и монстры заревели, готовясь напасть на незваных гостей. Чудовища застыли на местах, ожидая чего–то. Макс направил на одну из ближайших тварей пистолет, но очень сомневался, что пули смогут убить этих мутантов. Сергей схватил Леру и приставил к ее голове пистолет.
– Убью тварь! – заорал он, оглушая своих же. Динамик затрещал, а Макс, скривившись от звукового удара, думал, что к Сашке попасть будет чуть сложнее, чем взломать сервера Пентагона. Она всегда была параноиком. Если б могла, у них дома такую систему безопасности выставить, как тут, то даже его, Макса, одобрения бы не спросила. Просто в один прекрасный момент он обнаружил бы что их ограда завалена черепами. И пришлось бы смириться.
Тут раздался вой такой силы, что Макс мог бы поклясться, что его барабанные перепонки сели писать увольнительное с такой страшной и травмоопасной работы. Источник звука показался тут же. Это был Полкан, спускавшийся по винтовой лестнице. Он замер так, что бы смотреть на взломщиков сверху вниз. Полкан оскалил мощные клыки и сверкнул зеленющими глазами, на его шее был повязан красный отрезок ткани.
– Я не хотела! Они меня заставили! Она ведь все равно победит! – закричала Лера, пытаясь высвободится из хватки Сергея. Безуспешно. Полкан дернул ухом. Макс мог бы поклясться, что этот жест означает: «оставь девушку в покое, псих, тогда вы, возможно, умрете быстро и не слишком позорно». Кирилл тоже догадался о требованиях пса и жестом показал Сергею, что бы тот опустил пистолет. Он послушался, даже убрал его в обойму, но тут же резко схватил обрадовавшуюся Леру за голову и в одно движение сломал ей шею. Безвольное тело упало на черный пол и башня закричала.
Макс мог в этом поклясться. Стены издали звук полный невыносимой боли. Тогда же существа с черепами зверей бросились в атаку. Сергей скинул с себя противогаз и его темный двойник выскочил из тела. Твари тут же вцепились в его темную фигуру, пытаясь разорвать, но двойник и сам был порождением тьмы. Он не боялся боли, его раны тут же срастались, но и навредить монстрам он не мог. А вот они, догадавшись, бросились к человеческому телу двоедушника. Кирилл пытался спасти его, отстреливая чудовищам головы, осколки черепов сыпались на пол, но их было больше. Вытащив из пояса несколько гранат Кирилл бросил их в толпу монстров. Макс успел попрощаться с жизнью, гранаты в помещении – это ж все, кирдык, но те разорвались обливая всех святой водой. Монстры получили порцию ожогов, но их раны тут снова затянулись и чудовища с новыми силами бросились в бой. Их основной целью был именно Сергей. Они рвались к нему, не сильно обращая внимания на остальных Стражей. И своей цели черепоголовые существа достигли довольно быстро.
Первым к нему приблизился монстр со свиным черепом, он вцепился в руку Сергея, неестественно острыми зубами и рванулся назад. Раздался слишком зловещий хруст и Сергей лишился правой руки. Кровь фонтаном заливала пол, но имела не красный цвет а темно–бордовый. Двоедушник заорал, глядя, как свиноголовый откидывает свой трофей и вновь бросается в атаку.
Макс был занят тем, что сам пытался не попасть в их лапы. Стоило прострелить одну конечность, как она тут же отмирала, а на ее месте вырастала другая, точно такая же. Но целая. Монстры нападали без устали. Макс использовал все оружие, какое они взяли с собой, но удача была на стороне этих бесконечных, не убиваемых существ. Он заметил, как парочка монстров подобралась к телу Леры, как один из них аккуратно поднял ее и развернувшись, понес прочь с поля сражения.
Полкан был верен Сашке. А Сашка была доброй. Что бы не произошло в этом мире, она была хорошим человеком. Занудой, занозой, врединой, но хорошей. И он пришел сюда не драться с ней, а зло не всегда так просто остановить, тем более в одиночку.
Несколько существ рвали на части двоедушника, его темная душа в бессильной ярости бросалась на монстров, но не могла спасти своего носителя. Черепоголовые монстры, вцепившись зубами в еще живого Сергея, неожиданно провалились под пол.
Кирилл бросился за ним, но Макс перехватил его, вырывая из лап чудовищ и вместо новой атаки, содрал с лица противогаз, и крикнул:
– Полкан, останови их! Это я – Макс! Я пришел все исправить!
Полкан посмотрел на него с легкой долей скептицизма. Но черепоголовые замерли на своих местах.
– Я знаю, что ты умеешь разговаривать. И знаю, что ты мой друг! – пес скривил нос, выглядело это комично. – Да, друг. А еще я знаю, что Сашка бы не хотела моей смерти. Она вообще ни чьих смертей не хотела бы. Я облажался, ладно? Я хотел все исправить и сделал только хуже! Я… я виноват. Но я могу все исправить! И… И вот, знакомься. Это – Кирилл, отец Сашки.
Нужны были аргументы, Полкан начал задумываться. А значит есть надежда. Он никогда не навредит Саше. А Саша очень скучала по родителям.
– Ты же не позволишь этим тварям убить ее отца, да? – и впервые Макс увидел в глазах пса нечеловеческую печаль.
Глава 4
Полкан не проронил ни слова. Даже не смотрел на тех, кого вел вверх по лестнице. Когда они, через приличное количество ступеней, Сашка – маньяк, так измываться над людьми, уперлись в черную дверь, он лишь вежливо поскребся в нее и стал жать ответа. Каменная дверь приоткрылась, разрешая зайти на самый вверх башни.
– НЕВЫНОСИМАЯ ИДИОТКА! – раздался знакомый, потусторонний голос. Полкан прижал уши и практически ползком прошел в комнату, в которой происходило локальное землетрясение.
– Странно слышатся такое от бестелесной сущности, запертой в отражении зеркал. Может быть твои эфирные человечки–медузы явятся сюда и объяснят, как я не права? – А вот этот голос Макс слышать был рад. И он… он очень хотел увидеть напарницу. По тому без колебаний последовал за Полканом.
–УБИРАЙСЯ! – закричал Верховный, который отражался во множественных зеркалах на стенах башни. Все в этой комнате было увешано ими, даже потолок. Не отражающей поверхностью оставался лишь черный пол. По зеркалам ползли многочисленные трещины, преломляя отражения и разбивая их на множество мелких картинок. И на каждом из зеркал виднелся кровавый отпечаток руки. Она открывает порталы прямо от сюда, правильно, Сашка не дура туда–сюда по лестнице в миллион ступеней бегать.
Посреди комнаты стояло кресло из черного и белого камня, обвитое узорами из металла. На нем лежала подушка из бархата. Саня сделала себе трон. Почему нет, в самом деле? Человек мог мечтать о троне с детства, а ее заставили устраивать конец света, у всех свои маленькие радости, короны напарница никогда не любила, а вот трон – это стильно! Рядом с нем стояла табуретка по ниже и по бархатистей. Саша сидела закинув на нее ноги и откровенно скучала. Полкан сел с ней рядом и она, почесав его за ушами, подняла взгляд на Макса. Ее глаза полыхали радиоактивным светом, а белки имели кроваво–красный цвет. Саша и в целом выглядела иначе, чем привык Макс.
– Надо же, никогда не видела таких отчаянных экстрималов, – ухмыльнулась она, голос у этой девушки был слишком хриплый. И усталый. Лицо намного худее, чем у его Саши, болезненнее, что ли и острее. От глаз расходились почерневшие сосуды. На себя эта, не его Саша, напялила черное платье, расшитое красными камнями. В нем нечисть не половишь, даже сидеть в такой одежки, на взгляд Макса, было неудобно. А еще волосы… Даже когда Макс чуть не сжег ей всю прическу, он не видел ее с настолько короткой стрижкой. Черные пряди едва закрывали уши. Единственное, что он узнавал в этой чужой девушке была кроваво–красная помада. Любимый Сашкин цвет.
– Мы просто мечтали увидеть ведьму уничтожившую мир в естественных условиях обитания, – ляпнул Макс, вот вообще не та фраза с которой нужно начинать объяснять незнакомой девушке, что ты ее друг. – Давай, показывай, где тут жертвоприношения невинных проводишь, где в крови девственниц купаешься, да и вообще, чем злые ведьмы занимаются на досуге? Вяжут особо колючие свитера, которые потом дарят несчастным людям родственники и тем приходится носить подарок? Чесаться, но носить?
Она моргнула, не веря в смысл произнесенных им слов.
Но дальше произошло что–то совсем странное и нелепое. Верховный явно был не рад их визиту, а реплика Макса и вовсе разозлила это чудовище. А Саша… засмеялась. Засмеялась так, словно Макс хорошо пошутил. Он иногда так умел, по большей части, когда она плакала и требовалось отвлечь ее от того непомерного горя, какое падает на плечи двенадцатилетним девочкам. Тогда Макс из невыносимого придурка превращался в остроумного друга. Потому что не мог смотреть, как она плачет.
– КАК ТЫ СМЕЕШЬ, ЩЕНОК! УБЕЙ ЕГО! ГДЕ ЭТА ШАВКА, ЧТО ТЫ СМЕЕШЬСЯ, НЕБЛАГОДАРНАЯ! УБЕЙ ЕГО! – зеркала заходили ходуном и по ним пробежало еще несколько трещинок. Верховный сверкал глазами, но сам сделать ничего не мог.
– Не ори, придурок. Стекла побьешь своим девчачьим ультразвуком, – все еще смеясь отмахнулась напарница.
И нет, Саша ведь, из его времени, по большому счету права, Макс невыносим. Не один человек его не вынесет, даже у Верховного нервы сдали. Хотя, может он не выносил именно здешнюю Сашку. Ну так он с настоящей не знаком.
– А ты забавный, – проговорила она и не обращая внимания на истерику Верховного, махнула рукой. Зеркала покрылись неизвестными знаками и темный колдун пропал. – Так за чем на самом деле пришли? Крови девственниц, извини, еще не завезли.
– Тебя хотел увидеть, – выпалил Макс. – Ты должна уходить из этого места. Стражи знают, где ты.
– Тоже мне новость, – фыркнула она. – Чего твой приятель за дверью мнется, пусть или заходит, или идите отсюда оба. Мне нужно поговорить со своим не очень хорошим защитником. – Пес прижал уши к голове.
– Полкан не виноват, – счел своим долгом оправдать друга Макс.
– Кто?
– Пес.
– Почему он вдруг Полкан?
– Ты его так зовешь, а вот почему… – Сашка любит необычные имена, одно время она звала таракана, который жил вместе с ними на очередной съемной квартире – Никитичем. И вот пойми почему.
– Это не его имя… – она прикрыла глаза и в комнате стало темнее. – Так чего вам надо или ты пришел меня убить и как честный человек предупреждаешь о своих намерениях?
– Я… – Макс думал, что ей сказать. Верни меня домой? Отмотай время назад, я слегка налажал? Все тут происходящее не по правде, я хочу назад? Глупо говорить девушке, устроившей конец света, такие вещи на первом знакомстве. Нужно хоть бы еще пару раз встретиться, ради приличий.
