А затем склонись головой к земле–матушке, упрись в нее. Только лоб не расшиби, а то вишь соколы взяли манеру, об землю шибаться, чуть ли не в кашу. А что б обратно человеком стать, тоже глаза закрой, женщиной себя вообрази и к земельке нашей прильни...»
Я рассудила так, Первая ведьма женщина умная, в магии по–больше моего понимает. Значит надо выполнять инструкции, как можно точнее. Вот я, в одной шкуре, и сиганула на улицу, пробежав мимо удивленных Васьки и Лины. Макс отнесся к этому моему перфомансу патетически.
Оказавшись на морозе, я быстро закрыла глаза, вспомнила, как себя чувствовала, когда была волколаком, по-сильнее завернулась в шкуру и склонила голову на землю. Ничего не произошло… Тогда я решилась на последний отчаянный шаг, пока не замерзла окончательно – я откинула от себя шкуру и вновь приложилась лбом о землю.
В прошлый раз я теряла сознание, но сейчас нет. Я просто вдруг поняла, что теперь у меня четыре ноги и при ходьбе нужно использовать хвост для равновесия.
– Не знала, что у вас есть собака… – прошептала Лина, когда я зашла в дом. Пришлось выть под дверью, что б меня пустили погреться.
– Это Саша, – хмуро сказал Макс. – Как обратилась–то?
Я выразила намерение не отвечать на этот вопрос, а заняться делом.
– Что с ней? – удивился Вася, потрепав меня за ухом. Я не стала его кусать, потому что хорошо к нему отношусь.
– Хочет по-быстрее допросить потерпевших, – пояснил Макс.
Конек–Горбунок, увидел меня и сходу поведал все что знал. Его хозяин работал в центре психологической помощи, а сам Конек водился с детьми, для стабилизации их душевного развития. Хозяина он своего любил, попал к нему по наследству от дедушки, а к тому он попал, когда не прижился в колхозе. Конек родился у тяговой лошади, но сам был слишком мал для работы. Тогда прежние хозяева его продали. Второй хозяин очень ценил Конька за характер и умения перемещаеться на большие расстояния в одно мгновение.
Позавчера, когда они возвращались домой, на них напал огромный конь. Тот потребовал, что бы Конек немедленно пошел с ним. Но наш малыш ответил, что не может уйти, покуда не осуществит мечту своего хозяина. Откуда такие условия взялись, Конек отвечать отказался и сообщил, что тема эта слишком личная. Затем громадное животное набросилось на хозяина Горбунка и затоптало на смерть.
Тогда я уточнила был ли на коне всадник. Конек пояснил, что нет, всадника не было. Горбунок сказал, что не знает, что это был за конь, запомнил только, что тот был черный. Еще у него что–то блестело во лбу. Не звезда, я уточнила. К сожалению, деталей потерпевший запомнил мало, шел снегопад. Огромный конь потребовал, что бы Конек–Горбунок последовал за ним, но тот испугался. Милый зверек выразил глубочайшее раскаяние своим поступком, но не смог поступить иначе. Он убежал. Бежал долго. Убийца следовал за ним по пятам, так прошла ночь. Днем конь исчез, а потерпевший вернулся к своему хозяину и оставался с ним, пока его не отогнали от тела громким звуком, напоминающем жуткое ржание убийцы. Но Конек все равно последовал за машиной, куда забрали тело хозяина. Там он встретил Васю.
Я выразила все возможное сочувствие и грозно клацнув зубами, пообещала поймать убийцу. Затем пошла допрашивать второго свидетеля, правда чуть поругавшись с курицей Рябой.
Та слишком громко демонстрировала недовольство условиями ее содержания.
На что я дала понять, что если она мечтает оказаться на птицефабрике, где в одном курятнике проживают пятьсот особей, то мы будем рады ей это устроить.
Эта наглая птица заявила, что она нужна нам тут и если мы не станем выполнять ее желания, то она лично уйдет к магам темной силы.
Я тут же заметила, что если она хоть попытается об этом подумать, я лично найду самое темное, самое холодное, самое труднодоступное место и запру ее там навсегда. Для примера я описала маршрут к Марианской впадине и назвала примерную сумму за которую можно запаять что–то в металлическом контейнере и сбросить вниз.
Курица обозвала меня хамкой и не пожелала больше вести диалог, забравшись к Лине на руки.
– Что мы только что наблюдали? Хотя нет, Саня, я не хочу этого знать, сохрани этот секрет в себе, – пришел в гармонию с самим собой Стужев. Он и правда не хотел знать.
Кот Баюн – трус. Увидев меня он забился в самый дальний угол кабинета, стал шипеть и орать. Макс вдруг начал выплясывать русский народный танец, хлопая себя по телу с ощутимой силой. Васька, быстро сообразив, встал в пару с Линой и они утанцевали в ритме вальса из кабинета Виктора Петровича, захлопнув дверь.
– Саня, давай не будем...
Я продемонстрировала Максу, что не собираюсь реагировать на столь нездоровую реакцию в свой адрес. И вообще чары Баюна оказались не способны действовать на волколаков.
– Я не фига не понял!
Я попыталась объяснить нашему гостью, что я – та девушка, которую он уже видел. И что мои этические принципы не позволяют мне причинить вред собрату по хвосту. Затем я попросила его перестать демонстрировать черты нестабильной психики и рассказать мне, что он знает о гибели своего хозяина.
Тот не смог поведать ничего дополнительного. Но зато я узнала, что Баюн родился у обычной дворовой кошки, но вырос чуть больше, чем планировал. Пять лет назад его сбила машина, за рулем оказался ветеринар, который и стал его хозяином.
В ночь убийства, хозяин не вернулся как обычно домой, но возле окон Баюн слышал громкое, зловещее ржание и приказы выйти из квартиры, что бы следовать за говорившим. Кот, которого зовут между прочим, Крутыш, не выполнил столь хамские требования. Утром он сломал дверь балкона, спрыгнул на землю (они проживали на втором этаже) и пошел на работу к хозяину. Маршрут он знал, хозяин водил его на прививки.
Затем кот уточнил, можно ли позвать милую девушку, которая его утешала, когда он рассказывал ей в ветклинике о своей нелегкой судьбе.
Я пообещала связаться с ней. Хотя сомневаюсь, что Стефа захочет себе такого домашнего зверька...
В сухом остатке получалась такая картинка – некто, предположительно конь, возможно, управляемый своим хозяином с помощью магии, охотится за необычными зверями. Он убивает людей без сожалений и требует, что б животные, наделенные необычным даром, следовали за ним в неизвестном направлении.
Нужно порыться в библиотеке, а для этого перекинуться назад в себя. Я дала понять моим друзьям, что мне нужно на улицу (земля ж, помните?).
– В туалет что ли приспичило? Говорил же латок нужен, – брякнул Стужев и от глубоких, кусаных ран его спасло землетрясение. Дом затрясся, зазвенели стекла. Толчки были частые и сильные, на улице прогремел гром, затем послышалось ржание.
– Выходи и выводи других, я приказываю вам следовать за мной! – раздался тяжелый и громкий голос.
Конек запрыгнул на руки к Ваське, а Баюн нырнул под стол. Оба они умоляли нас не отдавать их этому существу. Я пообещала, что мы сделаем все, что бы спасти несчастных животных.
Выбежав вместе с Максом на улицу, мы увидели, как в ограде нашего дома стоял громадный конь, черной окраски. На его лбу виднелся нарост, чем–то напоминающий рог.
В общем так, я должна и могу поставить на вид всем собравшимся, что единорогов не бывает!
Вот совсем никогда не бывает! Нет их! Не водятся в природе!
Знаю, знаю. Вы спросите меня: «Саша, но о существование кота Баюна и Конька–Горбунка ты тоже не знала, а уж сколько странной нечисти ты повидала за этот год с небольшим, и думать страшно!». Да, вы правы. Столько мутантов, выведенных путем селекции, никто и никогда не встречал, кроме нас со Стужевым. Но!
Единороги вымерли во время великого потопа, это официально задокументированные данные. Потоп был. Тут нет места спорам. По легенде, единороги не пожелали сесть на ковчег и утонули. И с тех пор ни одного единорога, ни в одной точке земного шара не видели. А вот, как сохранился наш – вопрос.
И еще кое–что … Конь этот, гарцующий в нашей ограде, не был похож на стандартного единорога из сказок. Он больше напоминал единорога, который обслушался тяжелого рока и решил, что он не лошадь, а мотоцикл.
– Саня, кивни, если понимаешь, что происходит, – шепотом попросил Макс, я дала отрицательный ответ. – Понятно. Значит так. Хорошая лошадка, у нас тут нет для тебя корма, шел бы ты… Я пистолет в доме оставил!
Конь оскорбился, что к нему обратился человек и выпустив из ноздрей клубы черного дыма, бросился на Стужева, но когда я прыгнула наперерез, надеясь выиграть время, то копытный изменил траекторию движения и очутился на крыше. Стоит ли мне вообще волноваться о том, какую картину сегодня увидят соседи или их мир не потерпит решительных изменений от вида лошади на крыше дома? Спасало только то, что уже было довольно темно. Зима, вечер наступает рано.
Конь гневно заржал, его темный рог засветился фиолетовым, ярким светом. Знаете, фиг с ними, с соседями, эта туша нам крышу проломит!
– Эй, прыгун, че тебе надо? – крикнул Стужев. И как бы это не было неожиданным, конь ответил ему вполне на человеческом:
– Все мои поданные, кот, конь и эта волчица.
– Сашку не отдам, она не животное. Почти. Ну в какой–то степени... Ай! За что?
Я поставила ему на вид ему, что некорректно так рассуждать о своей напарнице, которая вот тут рядом. Или же она, то бишь я, могу оставить ему легкое и веселое напоминание, вот прям тут, чуть выше колена. Зубы всегда готовы, пусть не волнуется.
Судя по взгляду Стужева – он меня понял.
Затем я обратилась к коню и постаралась объяснить, что его поведение не способствует установлению конструктивного диалога, а поступки создают имидж крайне сомнительный и даже неприятный. Я особо подчеркнула, что убийство людей недостойно для мыслящего животного и надеялась бы, что он воздержится от подобных шагов впредь. А так же всем нам нужно было понимать, зачем столько гордое и мощное животное поступило таким образом и чего в итоге желает добиться.
– Все живое стремится на край конца света и времени, жизнь падет под натиском тьмы. Из–за тебя. Ты, маленькая волчица, поставила мир на грань забвения. И не смей мешать мне снова!
Я выразила удивление и заверила коня, что ничего такого не делала. Более того, я не могла специально мешать ему, ведь я не знаю, кто он в прицепе. Меня волнуют лишь те непотребства, которые он совершил на вверенной мне для зашиты от темных сил территории и я хотела бы говорить без подобного рода эмоций со стороны копытного переростка.
– Ты просила моей помощи! – зло бросил он, выдыхая новые клубы дыма.
Я еще раз подчеркнула, что вижу его в первый раз и никогда бы не стала просить незнакомого, огромного коня–убийцу об услуге.
Конь заржал, без особой смысловой нагрузки.
– Может быть и не ты… та просила за волчонка… Люди убивали ее волчат, она смогла спасти не всех… Да, не ты. Но ты похожа! Волчонок оказался неблагодарным и не пожелал вечно мне служить. Он сбежал, а волчица чуть не уничтожила мир. И теперь снова все так же. Тогда, что бы спасти волчонка от чудовищ и людей, я пожертвовал своими слугами, но теперь не допущу подобной ошибки! Даже если ты не она, то так похожа, что почти она. От тебя несет ее магией. Я требую отдать мне моих поданных немедленно!
– Это он сейчас про эту… первую? – задумчиво проговорил Макс.
Я не удостоила его ответа, пояснив коню, что животные не желают быть его подданными, ведь он их пугает. И вообще, поступил не лучшим образом. Расположение нужно завоевывать медленно, комплиментами, активным слушанием и помощью, а не убивая близких людей!
Конь рассердился еще больше, его ржач перерос в оглушительные вибрации. Он затопал копытами по нашей крыше и с нее стало отлетать покрытие. Но неожиданно недовольство гигантской лошади прервала тряпка, прилетевшая прямо по морде. Мы обернулись и увидели, что Яга вернулась вместе с перекрашенной в розовый цвет избушкой.
– Ох, тебя тут только не хватало, морда твоя лошадиная, – прокричала Яга, у нее в волосах тоже виднелись розовые прядки.
– Вы его знаете? – в кой–то веке Стужев задал вопрос по делу. – Что тут происходит, я тут стою, что–то вижу, что–то слушаю и нифига не понимаю!
– Это Индрик–зверь. Праотец всех зверей. Ну всех магических зверей, – поправила себя Яга. – Но он не главная проблема. Кажется, твой волколак завис.
– Саня.. – позвал Макс. – Ты хоть моргни. Или рот закрой. Или одну лапу опусти. Саня!
Индрик… я … не… ну слушайте… Да идете вы…. Сколько ж можно… А что еще? Василиса Премудрая явится и начнет всех в лягушек обращать? Или может быть Кощей начнет давать лекции о долголетии? А нет, знаю. Змей Горыныч поднатужится и уронит цены на авиаперевозки?
Представите, подлетает такой трехглавый ящер к самолету Москва–Красноярск и спрашивает у пилотов:
«– Золото есть? А если найду?»
– Может ее валерьянкой отпоить? У меня есть полный пузырек, – предложила Яга.
– Конечно есть, вы ж сами просили вам запасы пополнить, список целый дали, мы с Саней весь день по аптекам и строительным мотались. А я так и не понял, нафига вам семь литров мазута, – отмахнулся от помощи Стужев. – Сань, Саня, я тут, погляди на меня. Ну хочешь – укуси. Легонько. Блин, ладно. Гав! Гав–гав! Гав, гав, гав, гав–гав?
У Стужева был ужасный акцент.
– Она оттаяла… А то я уж… Что ты на меня рычишь?
Я поставила на вид Максу, что мы в заднице. Индрик–зверь. Я про него вообще ничего не знаю. Не знаю, как с ним сражаться. Чем его можно ранить. Где слабые места. Просто видела, что он упоминается в наших легендах. Я умоляюще повернулась к Яге.
– А, поняла, выразительно у нее получается вот это все мордой, – хмыкнула Яга, затем пояснила: – Сашка волнуется, что не может придумать, что делать. А тут такая фишка, Индрик–зверя убить нельзя. Его можно только приручить. И то, получится лишь у того человека, которого сам Индрик сочтет достойным.
– Ха–ха, старая, никто уже многие столетия не мог справиться со мной, на что толкаешь своих собратьев, костяная нога? Нет ни одного противника, который был бы достоит этого испытания! – обидно заржал конь. – Иль сама хочешь попытать удачу.
– Ах ты, засранец копытный! Знаешь же, не мне с тобой тягаться! – погрозила ведьма кулаком.
Мне пришлось донести до этого обнаглевшего коня, что некоторые традиции особенно хороши, когда их нарушаешь. И сегодня эта толстомордая лошадь будет приручена настоящим, сильным, смелым героем. Имя его – Максим Стужев. Лучший Страж нашей эпохи. Он голыми руками ломает кирпич, замки и даже вражеские рожи. Он изворотлив, как пьяная сова и непредсказуем, как еще более пьяная сова. Он гроза всех колдунов, девиц и продавцов супермаркетов. Упыри, завидев его в радиусе километра, устраиваются на работу и начинают платить налоги в фонд социального страхования. Русалки услышав его шаги заныривают на дно и притворяются илом без активной жизненной позиции… Фух… Колдуны плачут от счастья и гордости, когда Максим Стужев является лишить их сил и выстраиваются в очередь на этот почетный бой. Предварительно пройдя между собой испытание на соответствие высоким стандартам врага Максима Стужева! Да что говорить, я сама каждый день почти рыдаю от счастья, что могу работать с таким удивительным напарником!
– Вот сейчас мне страшно, – произнес Стужев. – Что она вокруг меня с там лицом выплясывает?
Я рассудила так, Первая ведьма женщина умная, в магии по–больше моего понимает. Значит надо выполнять инструкции, как можно точнее. Вот я, в одной шкуре, и сиганула на улицу, пробежав мимо удивленных Васьки и Лины. Макс отнесся к этому моему перфомансу патетически.
Оказавшись на морозе, я быстро закрыла глаза, вспомнила, как себя чувствовала, когда была волколаком, по-сильнее завернулась в шкуру и склонила голову на землю. Ничего не произошло… Тогда я решилась на последний отчаянный шаг, пока не замерзла окончательно – я откинула от себя шкуру и вновь приложилась лбом о землю.
В прошлый раз я теряла сознание, но сейчас нет. Я просто вдруг поняла, что теперь у меня четыре ноги и при ходьбе нужно использовать хвост для равновесия.
– Не знала, что у вас есть собака… – прошептала Лина, когда я зашла в дом. Пришлось выть под дверью, что б меня пустили погреться.
– Это Саша, – хмуро сказал Макс. – Как обратилась–то?
Я выразила намерение не отвечать на этот вопрос, а заняться делом.
– Что с ней? – удивился Вася, потрепав меня за ухом. Я не стала его кусать, потому что хорошо к нему отношусь.
– Хочет по-быстрее допросить потерпевших, – пояснил Макс.
Конек–Горбунок, увидел меня и сходу поведал все что знал. Его хозяин работал в центре психологической помощи, а сам Конек водился с детьми, для стабилизации их душевного развития. Хозяина он своего любил, попал к нему по наследству от дедушки, а к тому он попал, когда не прижился в колхозе. Конек родился у тяговой лошади, но сам был слишком мал для работы. Тогда прежние хозяева его продали. Второй хозяин очень ценил Конька за характер и умения перемещаеться на большие расстояния в одно мгновение.
Позавчера, когда они возвращались домой, на них напал огромный конь. Тот потребовал, что бы Конек немедленно пошел с ним. Но наш малыш ответил, что не может уйти, покуда не осуществит мечту своего хозяина. Откуда такие условия взялись, Конек отвечать отказался и сообщил, что тема эта слишком личная. Затем громадное животное набросилось на хозяина Горбунка и затоптало на смерть.
Тогда я уточнила был ли на коне всадник. Конек пояснил, что нет, всадника не было. Горбунок сказал, что не знает, что это был за конь, запомнил только, что тот был черный. Еще у него что–то блестело во лбу. Не звезда, я уточнила. К сожалению, деталей потерпевший запомнил мало, шел снегопад. Огромный конь потребовал, что бы Конек–Горбунок последовал за ним, но тот испугался. Милый зверек выразил глубочайшее раскаяние своим поступком, но не смог поступить иначе. Он убежал. Бежал долго. Убийца следовал за ним по пятам, так прошла ночь. Днем конь исчез, а потерпевший вернулся к своему хозяину и оставался с ним, пока его не отогнали от тела громким звуком, напоминающем жуткое ржание убийцы. Но Конек все равно последовал за машиной, куда забрали тело хозяина. Там он встретил Васю.
Я выразила все возможное сочувствие и грозно клацнув зубами, пообещала поймать убийцу. Затем пошла допрашивать второго свидетеля, правда чуть поругавшись с курицей Рябой.
Та слишком громко демонстрировала недовольство условиями ее содержания.
На что я дала понять, что если она мечтает оказаться на птицефабрике, где в одном курятнике проживают пятьсот особей, то мы будем рады ей это устроить.
Эта наглая птица заявила, что она нужна нам тут и если мы не станем выполнять ее желания, то она лично уйдет к магам темной силы.
Я тут же заметила, что если она хоть попытается об этом подумать, я лично найду самое темное, самое холодное, самое труднодоступное место и запру ее там навсегда. Для примера я описала маршрут к Марианской впадине и назвала примерную сумму за которую можно запаять что–то в металлическом контейнере и сбросить вниз.
Курица обозвала меня хамкой и не пожелала больше вести диалог, забравшись к Лине на руки.
– Что мы только что наблюдали? Хотя нет, Саня, я не хочу этого знать, сохрани этот секрет в себе, – пришел в гармонию с самим собой Стужев. Он и правда не хотел знать.
Кот Баюн – трус. Увидев меня он забился в самый дальний угол кабинета, стал шипеть и орать. Макс вдруг начал выплясывать русский народный танец, хлопая себя по телу с ощутимой силой. Васька, быстро сообразив, встал в пару с Линой и они утанцевали в ритме вальса из кабинета Виктора Петровича, захлопнув дверь.
– Саня, давай не будем...
Я продемонстрировала Максу, что не собираюсь реагировать на столь нездоровую реакцию в свой адрес. И вообще чары Баюна оказались не способны действовать на волколаков.
– Я не фига не понял!
Я попыталась объяснить нашему гостью, что я – та девушка, которую он уже видел. И что мои этические принципы не позволяют мне причинить вред собрату по хвосту. Затем я попросила его перестать демонстрировать черты нестабильной психики и рассказать мне, что он знает о гибели своего хозяина.
Тот не смог поведать ничего дополнительного. Но зато я узнала, что Баюн родился у обычной дворовой кошки, но вырос чуть больше, чем планировал. Пять лет назад его сбила машина, за рулем оказался ветеринар, который и стал его хозяином.
В ночь убийства, хозяин не вернулся как обычно домой, но возле окон Баюн слышал громкое, зловещее ржание и приказы выйти из квартиры, что бы следовать за говорившим. Кот, которого зовут между прочим, Крутыш, не выполнил столь хамские требования. Утром он сломал дверь балкона, спрыгнул на землю (они проживали на втором этаже) и пошел на работу к хозяину. Маршрут он знал, хозяин водил его на прививки.
Затем кот уточнил, можно ли позвать милую девушку, которая его утешала, когда он рассказывал ей в ветклинике о своей нелегкой судьбе.
Я пообещала связаться с ней. Хотя сомневаюсь, что Стефа захочет себе такого домашнего зверька...
В сухом остатке получалась такая картинка – некто, предположительно конь, возможно, управляемый своим хозяином с помощью магии, охотится за необычными зверями. Он убивает людей без сожалений и требует, что б животные, наделенные необычным даром, следовали за ним в неизвестном направлении.
Нужно порыться в библиотеке, а для этого перекинуться назад в себя. Я дала понять моим друзьям, что мне нужно на улицу (земля ж, помните?).
– В туалет что ли приспичило? Говорил же латок нужен, – брякнул Стужев и от глубоких, кусаных ран его спасло землетрясение. Дом затрясся, зазвенели стекла. Толчки были частые и сильные, на улице прогремел гром, затем послышалось ржание.
– Выходи и выводи других, я приказываю вам следовать за мной! – раздался тяжелый и громкий голос.
Конек запрыгнул на руки к Ваське, а Баюн нырнул под стол. Оба они умоляли нас не отдавать их этому существу. Я пообещала, что мы сделаем все, что бы спасти несчастных животных.
Выбежав вместе с Максом на улицу, мы увидели, как в ограде нашего дома стоял громадный конь, черной окраски. На его лбу виднелся нарост, чем–то напоминающий рог.
Глава 5
В общем так, я должна и могу поставить на вид всем собравшимся, что единорогов не бывает!
Вот совсем никогда не бывает! Нет их! Не водятся в природе!
Знаю, знаю. Вы спросите меня: «Саша, но о существование кота Баюна и Конька–Горбунка ты тоже не знала, а уж сколько странной нечисти ты повидала за этот год с небольшим, и думать страшно!». Да, вы правы. Столько мутантов, выведенных путем селекции, никто и никогда не встречал, кроме нас со Стужевым. Но!
Единороги вымерли во время великого потопа, это официально задокументированные данные. Потоп был. Тут нет места спорам. По легенде, единороги не пожелали сесть на ковчег и утонули. И с тех пор ни одного единорога, ни в одной точке земного шара не видели. А вот, как сохранился наш – вопрос.
И еще кое–что … Конь этот, гарцующий в нашей ограде, не был похож на стандартного единорога из сказок. Он больше напоминал единорога, который обслушался тяжелого рока и решил, что он не лошадь, а мотоцикл.
– Саня, кивни, если понимаешь, что происходит, – шепотом попросил Макс, я дала отрицательный ответ. – Понятно. Значит так. Хорошая лошадка, у нас тут нет для тебя корма, шел бы ты… Я пистолет в доме оставил!
Конь оскорбился, что к нему обратился человек и выпустив из ноздрей клубы черного дыма, бросился на Стужева, но когда я прыгнула наперерез, надеясь выиграть время, то копытный изменил траекторию движения и очутился на крыше. Стоит ли мне вообще волноваться о том, какую картину сегодня увидят соседи или их мир не потерпит решительных изменений от вида лошади на крыше дома? Спасало только то, что уже было довольно темно. Зима, вечер наступает рано.
Конь гневно заржал, его темный рог засветился фиолетовым, ярким светом. Знаете, фиг с ними, с соседями, эта туша нам крышу проломит!
– Эй, прыгун, че тебе надо? – крикнул Стужев. И как бы это не было неожиданным, конь ответил ему вполне на человеческом:
– Все мои поданные, кот, конь и эта волчица.
– Сашку не отдам, она не животное. Почти. Ну в какой–то степени... Ай! За что?
Я поставила ему на вид ему, что некорректно так рассуждать о своей напарнице, которая вот тут рядом. Или же она, то бишь я, могу оставить ему легкое и веселое напоминание, вот прям тут, чуть выше колена. Зубы всегда готовы, пусть не волнуется.
Судя по взгляду Стужева – он меня понял.
Затем я обратилась к коню и постаралась объяснить, что его поведение не способствует установлению конструктивного диалога, а поступки создают имидж крайне сомнительный и даже неприятный. Я особо подчеркнула, что убийство людей недостойно для мыслящего животного и надеялась бы, что он воздержится от подобных шагов впредь. А так же всем нам нужно было понимать, зачем столько гордое и мощное животное поступило таким образом и чего в итоге желает добиться.
– Все живое стремится на край конца света и времени, жизнь падет под натиском тьмы. Из–за тебя. Ты, маленькая волчица, поставила мир на грань забвения. И не смей мешать мне снова!
Я выразила удивление и заверила коня, что ничего такого не делала. Более того, я не могла специально мешать ему, ведь я не знаю, кто он в прицепе. Меня волнуют лишь те непотребства, которые он совершил на вверенной мне для зашиты от темных сил территории и я хотела бы говорить без подобного рода эмоций со стороны копытного переростка.
– Ты просила моей помощи! – зло бросил он, выдыхая новые клубы дыма.
Я еще раз подчеркнула, что вижу его в первый раз и никогда бы не стала просить незнакомого, огромного коня–убийцу об услуге.
Конь заржал, без особой смысловой нагрузки.
– Может быть и не ты… та просила за волчонка… Люди убивали ее волчат, она смогла спасти не всех… Да, не ты. Но ты похожа! Волчонок оказался неблагодарным и не пожелал вечно мне служить. Он сбежал, а волчица чуть не уничтожила мир. И теперь снова все так же. Тогда, что бы спасти волчонка от чудовищ и людей, я пожертвовал своими слугами, но теперь не допущу подобной ошибки! Даже если ты не она, то так похожа, что почти она. От тебя несет ее магией. Я требую отдать мне моих поданных немедленно!
– Это он сейчас про эту… первую? – задумчиво проговорил Макс.
Я не удостоила его ответа, пояснив коню, что животные не желают быть его подданными, ведь он их пугает. И вообще, поступил не лучшим образом. Расположение нужно завоевывать медленно, комплиментами, активным слушанием и помощью, а не убивая близких людей!
Конь рассердился еще больше, его ржач перерос в оглушительные вибрации. Он затопал копытами по нашей крыше и с нее стало отлетать покрытие. Но неожиданно недовольство гигантской лошади прервала тряпка, прилетевшая прямо по морде. Мы обернулись и увидели, что Яга вернулась вместе с перекрашенной в розовый цвет избушкой.
– Ох, тебя тут только не хватало, морда твоя лошадиная, – прокричала Яга, у нее в волосах тоже виднелись розовые прядки.
– Вы его знаете? – в кой–то веке Стужев задал вопрос по делу. – Что тут происходит, я тут стою, что–то вижу, что–то слушаю и нифига не понимаю!
– Это Индрик–зверь. Праотец всех зверей. Ну всех магических зверей, – поправила себя Яга. – Но он не главная проблема. Кажется, твой волколак завис.
– Саня.. – позвал Макс. – Ты хоть моргни. Или рот закрой. Или одну лапу опусти. Саня!
Индрик… я … не… ну слушайте… Да идете вы…. Сколько ж можно… А что еще? Василиса Премудрая явится и начнет всех в лягушек обращать? Или может быть Кощей начнет давать лекции о долголетии? А нет, знаю. Змей Горыныч поднатужится и уронит цены на авиаперевозки?
Представите, подлетает такой трехглавый ящер к самолету Москва–Красноярск и спрашивает у пилотов:
«– Золото есть? А если найду?»
– Может ее валерьянкой отпоить? У меня есть полный пузырек, – предложила Яга.
– Конечно есть, вы ж сами просили вам запасы пополнить, список целый дали, мы с Саней весь день по аптекам и строительным мотались. А я так и не понял, нафига вам семь литров мазута, – отмахнулся от помощи Стужев. – Сань, Саня, я тут, погляди на меня. Ну хочешь – укуси. Легонько. Блин, ладно. Гав! Гав–гав! Гав, гав, гав, гав–гав?
У Стужева был ужасный акцент.
– Она оттаяла… А то я уж… Что ты на меня рычишь?
Я поставила на вид Максу, что мы в заднице. Индрик–зверь. Я про него вообще ничего не знаю. Не знаю, как с ним сражаться. Чем его можно ранить. Где слабые места. Просто видела, что он упоминается в наших легендах. Я умоляюще повернулась к Яге.
– А, поняла, выразительно у нее получается вот это все мордой, – хмыкнула Яга, затем пояснила: – Сашка волнуется, что не может придумать, что делать. А тут такая фишка, Индрик–зверя убить нельзя. Его можно только приручить. И то, получится лишь у того человека, которого сам Индрик сочтет достойным.
– Ха–ха, старая, никто уже многие столетия не мог справиться со мной, на что толкаешь своих собратьев, костяная нога? Нет ни одного противника, который был бы достоит этого испытания! – обидно заржал конь. – Иль сама хочешь попытать удачу.
– Ах ты, засранец копытный! Знаешь же, не мне с тобой тягаться! – погрозила ведьма кулаком.
Мне пришлось донести до этого обнаглевшего коня, что некоторые традиции особенно хороши, когда их нарушаешь. И сегодня эта толстомордая лошадь будет приручена настоящим, сильным, смелым героем. Имя его – Максим Стужев. Лучший Страж нашей эпохи. Он голыми руками ломает кирпич, замки и даже вражеские рожи. Он изворотлив, как пьяная сова и непредсказуем, как еще более пьяная сова. Он гроза всех колдунов, девиц и продавцов супермаркетов. Упыри, завидев его в радиусе километра, устраиваются на работу и начинают платить налоги в фонд социального страхования. Русалки услышав его шаги заныривают на дно и притворяются илом без активной жизненной позиции… Фух… Колдуны плачут от счастья и гордости, когда Максим Стужев является лишить их сил и выстраиваются в очередь на этот почетный бой. Предварительно пройдя между собой испытание на соответствие высоким стандартам врага Максима Стужева! Да что говорить, я сама каждый день почти рыдаю от счастья, что могу работать с таким удивительным напарником!
– Вот сейчас мне страшно, – произнес Стужев. – Что она вокруг меня с там лицом выплясывает?
