«А Вы меня не обманите?» - Вайлет заинтересовался предложением.
«А деньги вот – пересчитай – тут втрое от того, что мэр с тебя запросил – я ваш разговор слышал.»
«Что-то тут не так…» - задумался мальчик.
«Конечно не так. А как ты хотел? Чтобы тебе деньги за безделицу дали? Я на прямоту скажу – вино отравленное. Не совсем так – но для простоты – представим такое. Мне очень важно, чтобы офицер Дайсон стал «мертвее не бывает». Вообще-то это вино из дорогих – он точно попробует. До остальных мне дела нет… Запомни – сам ни в коем случае не попробуй этого вина. И ещё – почему я тебе деньги сразу даю? Ты меня обмануть не посмеешь – сделаешь всё как надо. Пойми – твою мамку мне прирезать ничего не стоит. А вообще – если не хочешь – не берись – я другого парнишку найму – даже покрепче тебя. Но тогда тебе с больной матерью завтра на улицу уходить – такую её к себе в дом не пустит никто. Хочешь так? И ещё – сейчас прямо стражу звать не вздумай – меня всё равно отпустят – ты не докажешь, что я тебя просил отравленное вино куда-то тащить, а я потом твою маму накажу.»
«Не знаю. Если офицер отравится – это очень против воли моей Богини выйдет.»
«Думаешь? А ты хоть знаешь – кто твоего отца так жестоко убил? Прирезал как бешенную собаку? Вот – как раз офицер Дайсон и есть этот убийца. Так сказать – просто маленькая месть…»
«Если вино отравлено – меня вычислят – потом меня казнят. Меня – это ладно. Только и мамку тоже.»
«А вот теперь о свойствах вина. Я говорю – не совсем и отравленное. В нём – магическая хвороба. Первые два дня человек её не заметит – лёгкое недомогание только на третий начинается. Через неделю человек умрёт в страшных муках. Вот так. Откуда хворь взялась не поймёт никто. И это больше против офицера Дайсона рассчитано. Если другие и пострадают – точно не так. Берёшься, или мне другого паренька искать, а вы с мамой на улице просто окажитесь?»
Когда Вайлет с тележкой скрылся за поворотом улицы, человек в чёрных одеждах довольно громко сказал (аж какой-то прохожий обернулся): «Сделано, Господин. Всё в точности!»
Ему никто не ответил – или просто другие не могли бы услышать этот ответ.
Человек быстро пошёл по улице в сторону реки. Там его ждала огромная лодка.
Весть о том, что все обитатели замка барона Августина и прилегающего к нему селения мертвы пришла вместе с бандой разбойников и только через пару месяцев.
Бандиты – так как войска стражи барона уже нет – сначала грабили окрестные сёла, насильничая женщин и – затем – вырезая их население полностью – но у селян многого не возьмёшь – они сами очень небогато живут. Бандиты настолько охамели, что решили ограбить и городок.
Вот только город им оказался не по зубам – как только они влезли в первый попавшийся довольно богатый двор, оттуда послышались женские крики, а двое перепуганных детишек сбежали и бросились к мэру – мэр – хоть он сам та ещё зверюга – сразу послал собирать местное ополчение.
Битвы даже не получилось – большой численный перевес у защитников города был очень заметен – и бандиты решили не проявлять «чудеса храбрости». Сбежали в лес…
Сразу был послан отряд вестников к графу – в большой город – мол барон погиб – стражи больше нет.
Вайлет места себе не находил – из-за его поступка погибло столько невинных людей!
То что они с матушкой остались жить в своём доме, как и то, что если бы он этого не сделал – сделал бы какой-то другой паренёк, а планам «чёрного человека» он всё равно помешать бы никак не смог – могла пострадать Любава – нисколько не облегчало вины, которую он чувствовал.
И – главное – ни перед кем не повинишься – даже мама или Джудит не поймут и не простят.
На несколько недель он перестал ходить к озеру. Вместо этого он занялся рукоделием – сидеть в углу и мастерить великолепные поделки, забывшись в работе – это немного помогало. А ещё он стал очень часто ходить в храм Латхи – ночами – когда там никого не было – даже жриц. Весь город мирно спал, а он пробирался по улицам и проникал в храм. Бессонные ночи – конечно – плохо сказывались на нём, но детский организм силён – ничего – поправится…
Давайте посмотрим – что происходило в замке сразу после того, как неимоверно изнеможённый тяжёлой тележкой и очень плохой дорогой мальчик оставил свой груз возле казармы стражи и незамеченный в толпе точно таких-же мальчишек-грузчиков совершенно спокойно ушёл?
Уже смеркалось, когда один из стражников пошёл «до ветра» - идти в штатный гальюн не хотелось – грязно там, потому нужду можно справить прямо на улице.
Стражника очень уж привлекла тележка со странной бочкой – похожей на бочку для вина.
Он сбегал за глиняной кружкой – надо же проверить, что за «подарок» кто-то так неосторожно «забыл» на улице.
Сковырнул пробку, чуть повернул бочонок – потекла красная жидкость – вино.
Такого вкусного вина он даже никогда не пробовал.
Пробка была аккуратно вбита обратно – чтобы ни капли ценной жидкости не пропало.
Он вкатил тележку с бочкой в ворота казармы: «Мальчики, девочки! Гуляем! На улице кто-то вино неосторожно забыл. Вот это – подарочек!»
Офицер Дайсон, который «развлекался» с одной из «весёлых девиц» из местного трактира, на пару минут прекратил своё «занятие» и обратился к стражнику: «Ты уже это пробовал? Если да – то выпей ещё – полную кружку – чтобы все видели – если что – тебя уже всё равно ничто не спасёт. Остальные – засекайте полчаса – кто-то там песочные часы переворачивать не забудьте и считать. Большинство ядов – как минимум те, что в наших краях можно достать – за это время уже должны подействовать. Кто знает – подарок это от Богов, что кто-то передал – или отрава жуткая. Вино хоть хорошее? Не зря подыхать будешь?» - он подождал, пока перепуганный и трясущийся стражник выпьет кружку загадочного напитка и продолжил своё «дело». Вообще-то эта женщина, что сейчас была с ним, ему даже не нравилась. Он действительно любил свою жену – и только её. Сейчас его любимая дожидалась дома, но нужно соблюдать особый имидж. Бог Харос требует именно так, да и подчинённые не поймут…
Пол часа прошли – даже гораздо больше – стражники решили перестраховаться…
Пьяный донельзя стражник, что бочку нашёл, развеселился. Еле ворочая языком, он закричал: «Говорил же! Хор-рошее вино!» - вообще-то от страха он продолжал пить, но не так много и «загубил» «ценного напитка» - скорее на нём сказалось нервное напряжение – быть отравленным страшным ядом и корчиться в муках тут – перед всеми – ему уж очень не хотелось.
Пьянка удалась на славу! Трезвым не остался никто. Стражники не привыкли выпивку оставлять «на потом»…
Остатки вина они – веселясь – заливали в глотки «весёлых девиц» - те захлёбывались и кашляли, что стражу очень уж развлекало…
По «счастливой» случайности из замка и прилежащего к нему селения никому никуда ехать было не нужно – иначе магическая хворь могла бы начать гулять по континенту. Барон до сих пор горевал о своём старшем сыне, который жутко погиб в лесу – потому никаких увеселительных выездов просто быть не могло, налоги были уже собраны, а до очередной ярмарки оставались месяцы.
Так – у стражников – постоянная муштра на плацу, полоса препятствий и занятия воинскими искусствами – офицер Дайсон никого не щадил – зато стражники барона Августина считались чуть ли не самыми знатными воинами королевства.
Между тем хворь начала действовать…
Дайсон и несколько других офицеров занесли заразу домой – передали семьям. «Весёлые девицы» в трактире успели заразить множество «клиентов» - это у них удача была, что в казармы стражи на целую ночь позвали – не так и плохо, а вообще-то они «работать» должны. Да и вообще – трактир – в замке – это как магазинчик – многие даже вполне набожные и тихие люди (особенно хозяйки) постоянно заходят что-то купить – соли, окорок, кружку крупы. А если трактирщица уже тоже больна (девочки заразили) – то и покупатель заразу унесёт.
Два дня лил жутко холодный ливень, но ведь селяне не бросят свои работы из-за такой мелочи, а офицер Дайсон не даст стражникам послабление.
Потому – когда на третий или четвёртый день все почувствовали лёгкое недомогание – каждый подумал, что это обычная сезонная хворь.
Первыми погибли старенькая местная знахарка (хиленькая старушка, к которой очень многие приходили за микстурой) и лекари барона (тоже почтенные старцы, которые обихаживали и стражников).
Однако «бить тревогу» было уже поздно – если ты почти не можешь ходить – жуткая слабость, с коня падаешь, да и тот еле ноги волочит (живность заболела вся – птица дохла уже на третий день, другие животные по разному) – куда и как уже бежать?
«Чёрный человек» был прав – для офицера Дайсона хворь выдалась особой – он единственный ещё держался на ногах, когда остальные уже даже не то, что встать не могли – голову поднять. Измученные судорогами тела отказались служить…
Дайсон впервые испытал невозможный ужас, когда его маленькая дочка умирала в страшных судорогах, а за ней и жена…
Он проклинал Бога Хароса, да и всех Богов вместе взятых – но это уж точно помочь не могло.
Когда он понял, что во всём замке и селении он остался один – рассудок его немного помутился. Вообще-то почётно погибнуть в бою, а не в кровати больным. Но до леса было никак не дойти – там бы он точно мог приять бой с разъярёнными мавками и даже чем-то более страшным – но не добраться – сил просто не хватит. Потому он решил атаковать ветряную мельницу – только за то, что она своими «крыльями» смеет махать – когда вокруг всё так плохо. Так он на одном из крыльев и повис – ремни его военного костюма запутались. При слабом ветре мельница останавливалась – не могла поднять дополнительную тяжесть, сильный ветер его вертел – поднимал высоко, опускал – такая себе страшноватая «карусель».
Если носителя нет – магическая хворь тоже погибает.
Опустевшие селение и замок обнаружил только пришлый представитель воровского люда – который зашёл «на ремесло» - в замке, где обычно людно всегда, можно разжиться тем, что плохо лежит. Это даже легче, чем на ярмарке, где каждый торговец научен и смотрит во все глаза.
Конечно – золота он унёс столько, что еле шёл.
Только и дошёл он недалеко – до первого трактира, где и был прирезан уже местным лихим народом.
После этого началось!
Ладно – давайте вернёмся к нашим героям:
«Сестра! За нашим мальчиком наблюдаешь?» - спросила Лескоруя – она была как всегда хороша – у другой красотки: «Что-то он нашу девочку забыл совсем – к озеру приходить перестал. Та – бедная – по пять раз на дню бегает – хочет его застать. Мне её аж жалко становится! Хотя – мой храм она посещать перестала почти – раньше каждый день молилась. Чем он хоть там занимается?»
«Ну – сейчас он как раз мне молится – грехи замаливает. Видать ты в споре про веру победишь. А вообще-то он очень плохое дело совершил,» - с красивой улыбкой отвечала Латха.
«Плохое дело? А ты так спокойно об этом говоришь?» - удивилась богиня природы и леса.
«Ну не он – так другой бы сделал – братьям – сиамским близнецам – чем-то один замок местного барончика очень мешал. Вот – они и нашли способ его уничтожить… А так… Да мне до этого замка и дела нет – никто из тамошних обитателей в меня не верил. Треть поклонялась Харосу – нашему братишке – Богу Войны, остальные – по большей части - Бхуну – Богу дома и достатка… Нам с тобой – говорю – никто… Пусть Харос и Бхун себе головы ломают – что да как. Вообще – против близнецов они сами не пойдут. Те гораздо сильнее. В них верит меньше людей, зато жертвы им приносят очень уж знатные…»
«Ну… Ладно – не будем об этом. Если говоришь – наши люди не пострадали – нам тоже влезать незачем. А вот наш спор я так легко выигрывать не хочу. Интересно же было за этими детишками наблюдать? Хоть какая-то забава… Можешь что-то сделать?»
«Уже почти сделала – ты не беспокойся. Я в сердечко этого мальчика такую любовь к твоей девочке вселила – он без неё и жить уже не может. Побежит к озеру как миленький! Кстати – а зачем твоя девчонка по пять раз на дню туда бегает? Не проще ли там и ждать?»
«Так там время почти не идёт…»
«А как тогда у них когда-то получилось? Твоя девчонка рано утром на рыбалку пришла, мой к полудню завалился. Встретиться никак бы не должны… А встретились.»
«А я там знаю колдовские законы? Он как-то в прошлое перенёсся, а потом – когда вышел – снова в будущее. Наверное хотел к утреннему клёву попасть – сосед-рыбак и вилии ему многое о рыбной ловле рассказали… Смотри – кое-какой магический потенциал у него точно есть – не упусти такого поклонника. Мага своим верующим иметь – милое дело.»
«Да постараюсь… Сама понимаю.»
Вайлет – хоть и считал себя таким виноватым, что боялся Джудит в честные красивые глаза посмотреть, но без девочки жить просто не мог. Ему везде её фигурка чудиться начала…
Всё-таки к озеру он побежал.
Любава (которая уже пришла в себя – единственное, что после болезни осталось – она каждый раз, когда на что-нибудь очень отвлечётся, ловила себя на том, что ждёт – вот сейчас Михай прийти должен… Она вполне понимала – не будет этого – никак невозможно, но каждый раз (если забудешься) сердце теплом наполнялось.) – так вот - мать была рада – сын – хоть и рассказывает всякие небылицы – каждый раз из леса приносит рыбину, а то и несколько – если поменьше – значит таинственное озеро там всё-таки есть. Но это совсем не главное – очень похоже на этом озере её сын всё-таки нашёл себе девочку. Причём – вполне человеческую – «засос» на шейке мальчика любая женщина от обычного синяка легко отличит. Что там у них сталось, и почему сын так долго был мрачнее тучи – мудрая женщина решила не выяснять – сами разберутся. И вот её любимый ребёнок снова туда бежит – наверное – мириться будут. Сердце матери радовалось – да и для Латхи это приятно будет…
«Как же долго я тебя ждала!» - закричала на ухо мальчику Джудит, повиснув у него на шее.
От крика Вайлету немного больно стало, но он даже не поморщился – прижал к себе тельце красавицы и стал губами искать её губки.
«Ты чего, дурачок? Зачем меня в нос целовать? Почти всю краску съел. А она – небось – горькая – я опять новый рецепт для раскраски лица попыталась найти – она так не слишком слазит, хотя немного даже печёт…»
«Сладкая! Какая ты сладкая, моя девочка!»
«Ага – а как пару недель не приходить? Это как? Другую себе там в городке отыскал, или случилось что серьёзное как в прошлый раз?»
«Другой нет и не будет – ты для меня – единственная! А так – случилось – очень плохое и очень серьёзное. Но рассказать даже не могу – не спрашивай!»
«С мамой что?»
«Да нет – с ней как раз уже почти всё хорошо. Совсем другое. Я очень виноват…»
«Ну – если с мамой твоей всё нормально – остальное – мелочи. Не хочешь – не рассказывай. Давай ещё немножечко поцелуемся, потом всё-таки рыбу станем ловить. Мариэль говорит – сейчас другая рыба клевать должна. Она хоть и мельче, но даже гораздо вкуснее. Для неё другая насадка нужна – но у меня есть. Представь – без тебя я даже рыбачить не могла – слишком грустно всё было…»
Герцог поставил нового барона – если вся семья Августина погибла – наследников нет.
«А деньги вот – пересчитай – тут втрое от того, что мэр с тебя запросил – я ваш разговор слышал.»
«Что-то тут не так…» - задумался мальчик.
«Конечно не так. А как ты хотел? Чтобы тебе деньги за безделицу дали? Я на прямоту скажу – вино отравленное. Не совсем так – но для простоты – представим такое. Мне очень важно, чтобы офицер Дайсон стал «мертвее не бывает». Вообще-то это вино из дорогих – он точно попробует. До остальных мне дела нет… Запомни – сам ни в коем случае не попробуй этого вина. И ещё – почему я тебе деньги сразу даю? Ты меня обмануть не посмеешь – сделаешь всё как надо. Пойми – твою мамку мне прирезать ничего не стоит. А вообще – если не хочешь – не берись – я другого парнишку найму – даже покрепче тебя. Но тогда тебе с больной матерью завтра на улицу уходить – такую её к себе в дом не пустит никто. Хочешь так? И ещё – сейчас прямо стражу звать не вздумай – меня всё равно отпустят – ты не докажешь, что я тебя просил отравленное вино куда-то тащить, а я потом твою маму накажу.»
«Не знаю. Если офицер отравится – это очень против воли моей Богини выйдет.»
«Думаешь? А ты хоть знаешь – кто твоего отца так жестоко убил? Прирезал как бешенную собаку? Вот – как раз офицер Дайсон и есть этот убийца. Так сказать – просто маленькая месть…»
«Если вино отравлено – меня вычислят – потом меня казнят. Меня – это ладно. Только и мамку тоже.»
«А вот теперь о свойствах вина. Я говорю – не совсем и отравленное. В нём – магическая хвороба. Первые два дня человек её не заметит – лёгкое недомогание только на третий начинается. Через неделю человек умрёт в страшных муках. Вот так. Откуда хворь взялась не поймёт никто. И это больше против офицера Дайсона рассчитано. Если другие и пострадают – точно не так. Берёшься, или мне другого паренька искать, а вы с мамой на улице просто окажитесь?»
***
Когда Вайлет с тележкой скрылся за поворотом улицы, человек в чёрных одеждах довольно громко сказал (аж какой-то прохожий обернулся): «Сделано, Господин. Всё в точности!»
Ему никто не ответил – или просто другие не могли бы услышать этот ответ.
Человек быстро пошёл по улице в сторону реки. Там его ждала огромная лодка.
***
Весть о том, что все обитатели замка барона Августина и прилегающего к нему селения мертвы пришла вместе с бандой разбойников и только через пару месяцев.
Бандиты – так как войска стражи барона уже нет – сначала грабили окрестные сёла, насильничая женщин и – затем – вырезая их население полностью – но у селян многого не возьмёшь – они сами очень небогато живут. Бандиты настолько охамели, что решили ограбить и городок.
Вот только город им оказался не по зубам – как только они влезли в первый попавшийся довольно богатый двор, оттуда послышались женские крики, а двое перепуганных детишек сбежали и бросились к мэру – мэр – хоть он сам та ещё зверюга – сразу послал собирать местное ополчение.
Битвы даже не получилось – большой численный перевес у защитников города был очень заметен – и бандиты решили не проявлять «чудеса храбрости». Сбежали в лес…
Сразу был послан отряд вестников к графу – в большой город – мол барон погиб – стражи больше нет.
Вайлет места себе не находил – из-за его поступка погибло столько невинных людей!
То что они с матушкой остались жить в своём доме, как и то, что если бы он этого не сделал – сделал бы какой-то другой паренёк, а планам «чёрного человека» он всё равно помешать бы никак не смог – могла пострадать Любава – нисколько не облегчало вины, которую он чувствовал.
И – главное – ни перед кем не повинишься – даже мама или Джудит не поймут и не простят.
На несколько недель он перестал ходить к озеру. Вместо этого он занялся рукоделием – сидеть в углу и мастерить великолепные поделки, забывшись в работе – это немного помогало. А ещё он стал очень часто ходить в храм Латхи – ночами – когда там никого не было – даже жриц. Весь город мирно спал, а он пробирался по улицам и проникал в храм. Бессонные ночи – конечно – плохо сказывались на нём, но детский организм силён – ничего – поправится…
***
Давайте посмотрим – что происходило в замке сразу после того, как неимоверно изнеможённый тяжёлой тележкой и очень плохой дорогой мальчик оставил свой груз возле казармы стражи и незамеченный в толпе точно таких-же мальчишек-грузчиков совершенно спокойно ушёл?
Уже смеркалось, когда один из стражников пошёл «до ветра» - идти в штатный гальюн не хотелось – грязно там, потому нужду можно справить прямо на улице.
Стражника очень уж привлекла тележка со странной бочкой – похожей на бочку для вина.
Он сбегал за глиняной кружкой – надо же проверить, что за «подарок» кто-то так неосторожно «забыл» на улице.
Сковырнул пробку, чуть повернул бочонок – потекла красная жидкость – вино.
Такого вкусного вина он даже никогда не пробовал.
Пробка была аккуратно вбита обратно – чтобы ни капли ценной жидкости не пропало.
Он вкатил тележку с бочкой в ворота казармы: «Мальчики, девочки! Гуляем! На улице кто-то вино неосторожно забыл. Вот это – подарочек!»
Офицер Дайсон, который «развлекался» с одной из «весёлых девиц» из местного трактира, на пару минут прекратил своё «занятие» и обратился к стражнику: «Ты уже это пробовал? Если да – то выпей ещё – полную кружку – чтобы все видели – если что – тебя уже всё равно ничто не спасёт. Остальные – засекайте полчаса – кто-то там песочные часы переворачивать не забудьте и считать. Большинство ядов – как минимум те, что в наших краях можно достать – за это время уже должны подействовать. Кто знает – подарок это от Богов, что кто-то передал – или отрава жуткая. Вино хоть хорошее? Не зря подыхать будешь?» - он подождал, пока перепуганный и трясущийся стражник выпьет кружку загадочного напитка и продолжил своё «дело». Вообще-то эта женщина, что сейчас была с ним, ему даже не нравилась. Он действительно любил свою жену – и только её. Сейчас его любимая дожидалась дома, но нужно соблюдать особый имидж. Бог Харос требует именно так, да и подчинённые не поймут…
Пол часа прошли – даже гораздо больше – стражники решили перестраховаться…
Пьяный донельзя стражник, что бочку нашёл, развеселился. Еле ворочая языком, он закричал: «Говорил же! Хор-рошее вино!» - вообще-то от страха он продолжал пить, но не так много и «загубил» «ценного напитка» - скорее на нём сказалось нервное напряжение – быть отравленным страшным ядом и корчиться в муках тут – перед всеми – ему уж очень не хотелось.
Пьянка удалась на славу! Трезвым не остался никто. Стражники не привыкли выпивку оставлять «на потом»…
Остатки вина они – веселясь – заливали в глотки «весёлых девиц» - те захлёбывались и кашляли, что стражу очень уж развлекало…
По «счастливой» случайности из замка и прилежащего к нему селения никому никуда ехать было не нужно – иначе магическая хворь могла бы начать гулять по континенту. Барон до сих пор горевал о своём старшем сыне, который жутко погиб в лесу – потому никаких увеселительных выездов просто быть не могло, налоги были уже собраны, а до очередной ярмарки оставались месяцы.
Так – у стражников – постоянная муштра на плацу, полоса препятствий и занятия воинскими искусствами – офицер Дайсон никого не щадил – зато стражники барона Августина считались чуть ли не самыми знатными воинами королевства.
Между тем хворь начала действовать…
Дайсон и несколько других офицеров занесли заразу домой – передали семьям. «Весёлые девицы» в трактире успели заразить множество «клиентов» - это у них удача была, что в казармы стражи на целую ночь позвали – не так и плохо, а вообще-то они «работать» должны. Да и вообще – трактир – в замке – это как магазинчик – многие даже вполне набожные и тихие люди (особенно хозяйки) постоянно заходят что-то купить – соли, окорок, кружку крупы. А если трактирщица уже тоже больна (девочки заразили) – то и покупатель заразу унесёт.
Два дня лил жутко холодный ливень, но ведь селяне не бросят свои работы из-за такой мелочи, а офицер Дайсон не даст стражникам послабление.
Потому – когда на третий или четвёртый день все почувствовали лёгкое недомогание – каждый подумал, что это обычная сезонная хворь.
Первыми погибли старенькая местная знахарка (хиленькая старушка, к которой очень многие приходили за микстурой) и лекари барона (тоже почтенные старцы, которые обихаживали и стражников).
Однако «бить тревогу» было уже поздно – если ты почти не можешь ходить – жуткая слабость, с коня падаешь, да и тот еле ноги волочит (живность заболела вся – птица дохла уже на третий день, другие животные по разному) – куда и как уже бежать?
«Чёрный человек» был прав – для офицера Дайсона хворь выдалась особой – он единственный ещё держался на ногах, когда остальные уже даже не то, что встать не могли – голову поднять. Измученные судорогами тела отказались служить…
Дайсон впервые испытал невозможный ужас, когда его маленькая дочка умирала в страшных судорогах, а за ней и жена…
Он проклинал Бога Хароса, да и всех Богов вместе взятых – но это уж точно помочь не могло.
Когда он понял, что во всём замке и селении он остался один – рассудок его немного помутился. Вообще-то почётно погибнуть в бою, а не в кровати больным. Но до леса было никак не дойти – там бы он точно мог приять бой с разъярёнными мавками и даже чем-то более страшным – но не добраться – сил просто не хватит. Потому он решил атаковать ветряную мельницу – только за то, что она своими «крыльями» смеет махать – когда вокруг всё так плохо. Так он на одном из крыльев и повис – ремни его военного костюма запутались. При слабом ветре мельница останавливалась – не могла поднять дополнительную тяжесть, сильный ветер его вертел – поднимал высоко, опускал – такая себе страшноватая «карусель».
Если носителя нет – магическая хворь тоже погибает.
Опустевшие селение и замок обнаружил только пришлый представитель воровского люда – который зашёл «на ремесло» - в замке, где обычно людно всегда, можно разжиться тем, что плохо лежит. Это даже легче, чем на ярмарке, где каждый торговец научен и смотрит во все глаза.
Конечно – золота он унёс столько, что еле шёл.
Только и дошёл он недалеко – до первого трактира, где и был прирезан уже местным лихим народом.
После этого началось!
Главарь одной из банд полностью обчистил замок, но ему и это малым показалось – стражников нет – значит сёла и городки никто не защитит.
Ладно – давайте вернёмся к нашим героям:
***
«Сестра! За нашим мальчиком наблюдаешь?» - спросила Лескоруя – она была как всегда хороша – у другой красотки: «Что-то он нашу девочку забыл совсем – к озеру приходить перестал. Та – бедная – по пять раз на дню бегает – хочет его застать. Мне её аж жалко становится! Хотя – мой храм она посещать перестала почти – раньше каждый день молилась. Чем он хоть там занимается?»
«Ну – сейчас он как раз мне молится – грехи замаливает. Видать ты в споре про веру победишь. А вообще-то он очень плохое дело совершил,» - с красивой улыбкой отвечала Латха.
«Плохое дело? А ты так спокойно об этом говоришь?» - удивилась богиня природы и леса.
«Ну не он – так другой бы сделал – братьям – сиамским близнецам – чем-то один замок местного барончика очень мешал. Вот – они и нашли способ его уничтожить… А так… Да мне до этого замка и дела нет – никто из тамошних обитателей в меня не верил. Треть поклонялась Харосу – нашему братишке – Богу Войны, остальные – по большей части - Бхуну – Богу дома и достатка… Нам с тобой – говорю – никто… Пусть Харос и Бхун себе головы ломают – что да как. Вообще – против близнецов они сами не пойдут. Те гораздо сильнее. В них верит меньше людей, зато жертвы им приносят очень уж знатные…»
«Ну… Ладно – не будем об этом. Если говоришь – наши люди не пострадали – нам тоже влезать незачем. А вот наш спор я так легко выигрывать не хочу. Интересно же было за этими детишками наблюдать? Хоть какая-то забава… Можешь что-то сделать?»
«Уже почти сделала – ты не беспокойся. Я в сердечко этого мальчика такую любовь к твоей девочке вселила – он без неё и жить уже не может. Побежит к озеру как миленький! Кстати – а зачем твоя девчонка по пять раз на дню туда бегает? Не проще ли там и ждать?»
«Так там время почти не идёт…»
«А как тогда у них когда-то получилось? Твоя девчонка рано утром на рыбалку пришла, мой к полудню завалился. Встретиться никак бы не должны… А встретились.»
«А я там знаю колдовские законы? Он как-то в прошлое перенёсся, а потом – когда вышел – снова в будущее. Наверное хотел к утреннему клёву попасть – сосед-рыбак и вилии ему многое о рыбной ловле рассказали… Смотри – кое-какой магический потенциал у него точно есть – не упусти такого поклонника. Мага своим верующим иметь – милое дело.»
«Да постараюсь… Сама понимаю.»
***
Вайлет – хоть и считал себя таким виноватым, что боялся Джудит в честные красивые глаза посмотреть, но без девочки жить просто не мог. Ему везде её фигурка чудиться начала…
Всё-таки к озеру он побежал.
Любава (которая уже пришла в себя – единственное, что после болезни осталось – она каждый раз, когда на что-нибудь очень отвлечётся, ловила себя на том, что ждёт – вот сейчас Михай прийти должен… Она вполне понимала – не будет этого – никак невозможно, но каждый раз (если забудешься) сердце теплом наполнялось.) – так вот - мать была рада – сын – хоть и рассказывает всякие небылицы – каждый раз из леса приносит рыбину, а то и несколько – если поменьше – значит таинственное озеро там всё-таки есть. Но это совсем не главное – очень похоже на этом озере её сын всё-таки нашёл себе девочку. Причём – вполне человеческую – «засос» на шейке мальчика любая женщина от обычного синяка легко отличит. Что там у них сталось, и почему сын так долго был мрачнее тучи – мудрая женщина решила не выяснять – сами разберутся. И вот её любимый ребёнок снова туда бежит – наверное – мириться будут. Сердце матери радовалось – да и для Латхи это приятно будет…
***
«Как же долго я тебя ждала!» - закричала на ухо мальчику Джудит, повиснув у него на шее.
От крика Вайлету немного больно стало, но он даже не поморщился – прижал к себе тельце красавицы и стал губами искать её губки.
«Ты чего, дурачок? Зачем меня в нос целовать? Почти всю краску съел. А она – небось – горькая – я опять новый рецепт для раскраски лица попыталась найти – она так не слишком слазит, хотя немного даже печёт…»
«Сладкая! Какая ты сладкая, моя девочка!»
«Ага – а как пару недель не приходить? Это как? Другую себе там в городке отыскал, или случилось что серьёзное как в прошлый раз?»
«Другой нет и не будет – ты для меня – единственная! А так – случилось – очень плохое и очень серьёзное. Но рассказать даже не могу – не спрашивай!»
«С мамой что?»
«Да нет – с ней как раз уже почти всё хорошо. Совсем другое. Я очень виноват…»
«Ну – если с мамой твоей всё нормально – остальное – мелочи. Не хочешь – не рассказывай. Давай ещё немножечко поцелуемся, потом всё-таки рыбу станем ловить. Мариэль говорит – сейчас другая рыба клевать должна. Она хоть и мельче, но даже гораздо вкуснее. Для неё другая насадка нужна – но у меня есть. Представь – без тебя я даже рыбачить не могла – слишком грустно всё было…»
***
Герцог поставил нового барона – если вся семья Августина погибла – наследников нет.
