- Да нет же, - отмахиваюсь раздраженно. – Грейстон же племянник Императора?
- Ага, - сообщает блондин. – а там чего написано?
- Что он его сын. – говорю почему-то шепотом, кинув потрясенный взгляд на Кристофа. Тот замер, как-то побледнел, затем позеленел, после, став серым, кинулся читать запись, но увидел лишь то, что уже сказала я.
- Почему и для чего они скрывали это? – спрашивает Кристоф, почему- то у меня. Понятное дело, что я развожу руками. Вообще больше не буду свои предположения высказывать, дабы стыдно за предыдущие.
- Так у вас же террористы народу угрожают, - говорю. – вот и решили скрыть, дабы наследника уберечь. Нет, а чего ты так смотришь? Не выдвигаешь теории – не критикуй уже выдвинутые.
- Да нет, я в целом согласен с тобой. – бормочет он, убирая запись на место. – Просто вдруг подумал, что валить отсюда надо.
- Вот и я говорю, что с корабля нужно бежать. Спрячемся где-нибудь на курортной планете, там неизведанных тропических лесов много, тепло и еда под боком. – мечтательно прикрываю глаза. – Вода чистая и соленая, песок белый и мягкий, пальмы высокие и зеленые, а еще там есть домики, которые можно купить и…
- Я говорил о том, что из архива этого валить нужно. – обрывает он мои надежды. – Пошли отсюда, пока нас не засекли и память не стерли. Пятке ясно, что не в свое дело влезли. – говорит Кристоф, хватает меня за руку и ведет по направлению к выходу.
- Очень жаль, тебе бы пошли трусы из кокоса…- говорю невинно. Кристоф замер, глянул на меня, хмыкнул и обернулся к выломанной стене.
Да-да, сама в шоке от того, как выломала ее. Не такая уж я и толстая. Ну, я была уверена в этом до пробоины в стене.
- Ясно, ты на панель надавила, та не справилась с множеством команд, случайно выбранных твоей…твоим копчиком, и решила просто снести стену, чтобы не перегрузить себя. Умно, я бы поступил также. – вот, я же говорила, что не толстая вовсе. Это просто копчик у меня объемный, я им сразу на несколько кнопок нажала. – Сейчас исправлю. – И его пальцы быстро забегали по сенсорной клавиатуре, нажимая код для панели. Стена на глазах засветилась белым светом, заполняя пустующее пространство и вновь собралась воедино. Вот, и как будто ничего не было!
Тем временем воздух словно загудел от напряжения. Хоть и было невероятно тихо, даже как-то слишком тихо. И если бы не звук сотни ружьев, который издают все бластеры, сообщая, что они уже наготове и вполне себе способны на выстрел, то мы бы и не догадались о надвигающемся. Оставался только один выход и мы, надеясь, что нас не заметят, двинулись по стеночке в правую сторону коридора, чувствуя напряжение, идущее с левой стороны.
Молясь, чтобы нас не застукали, тихо, практически не дыша, мы плавно двигались. И были уже за углом, когда заметили крадущихся в боевой стойке истребителей, держащих бластеры в удобной для стрельбы позиции. Все в темных костюмах, обтягивающих стройные и мускулистые торсы, широкие плечи и свидетельства о том, что тренировками здесь не брезгают, черных бронежилетах с белоснежной гравировкой их организации, темных масках и перчатках. Как есть стрелки РЕЧНО! Разве что те выглядели…менее внушительно.
Долго любоваться мне не дал Кристоф, бесшумно дернув за локоть. Я обернулась, столкнувшись с его злым и предостерегающим взглядом. Одними губами он прошептал: «Валим!», указав пальцем на коридор, который скрывался за очередным поворотом.
Не знаю как, но один из истребителей заметил это движение и двинулся в нашу сторону. Медленно, так, словно зная где мы и кто мы, так, словно всю жизнь охотился за нами.
Но мы также медленно отступали, шаг в шаг с ним, и когда дуло его бластера оказалось в коридоре, нас там уже не было.
***
Поднявшись на верхние уровни мы уже не крались, а неслись со всей возможной скоростью. И если по началу это вызывало бурю адреналина, звонкий смех от мысли, что мы спаслись, переиграв истребителей, узнали тайну правящего рода Виктории, да и просто от пережитого напряжения, то уже ближе к каюте я мечтала помереть на месте. В боку нещадно кололо, перед глазами стояла мутная пелена, из груди раздавались жуткие хрипы. Будь я на месте Кристофа, то подумала бы, что за его спиной бежит не хрупкая блондинка, а тролль с поврежденной дыхательной системой, на последнем издыхании тащащий дубину, или Рейнгар, который таки начал дышать огнем. Впрочем, Рейнгар навряд ли задохнулся бы от пройдённой дистанции. В чем-чем, а в плохой физической подготовке его не обвинить, ага.
Поэтому, когда показалась дверь родной и самой любимой каюты, я обрадованно заскакала на одной ножке, хлопая в ладоши, забыв, что минуту назад была готова передвигаться как настоящий истребитель во время прохождения тренировочной дистанции – по-пластунски. А Кристоф завис у самой двери, упиревшись руками в колени и часто дыша. Нда, не приспособлены те, кто привык работать мозгами к физически тяжелым побегам от истребителей. Эх, а вроде и фитнесом не брезгую, и в тренировочном зале достаточно времени провожу, а все равно этого оказалось недостаточно. Или все дело в мутации? Да, точно. В любой непонятной ситуации вини правительство и радиацию. Золотое, хоть и необоснованное правило Землян.
- Ты как? – хрипло вопросил Крис, приложив руку к сердцу. – Я сейчас ласты склею.
- Зачем? – удивилась я. Странный он какой-то, зачем портить древнений предмет для плавания? Вещь-то неплохая, даром, что уже не пользуются. Зато какая история! Некоторые музеи, между прочим, эти вещички бережно хранят за пуленепробиваемым стеклом и сдувают пылинки специальным очистителем, а он их клеить собрался. Варвар!
- Выражение такое, - отмахнулся он, упиревшись спиной о стену. – старое очень. Означает, что умру скоро в страшнейших муках.
- А-а, - многозначительно выдала запыхавшаяся девушка, то есть я. – какой интересный фразеологизм, - Говорю, - ты мне потом еще расскажи подобные, если нас не поймают и не прибьют, ладно? – миролюбиво предлагаю я, собравшись наконец с силами и нажимая кнопочки на панельке.
- Думаешь поймают? – вопросил он устало.
- Ну, наверняка наше отсутствие заметили. – задумчиво отвечаю. – А если не заметили, то первым делом проверят именно наши скромные персоны, прости конечно, но мы с тобой личности, которые не внушают доверия.
- Пусть проверяют, - выдает он облегченно. – то, что мы выходили из каюты, еще доказать нужно.
- Думаешь, что не смогут? – недоверчиво спрашиваю, оглядываясь по сторонам. – Возможно, что уже сейчас следят, и Рейнгар слюнки пускает, надеясь, что честь устроить нам разнос выпадет ему.
- Нам главное сделать вид, что предыдущие пару часов мы не выходили из каюты. – махнул Крис рукой. – Камеры я возьму на себя, аккуратно подчищу все. И даже если заметят, что запись стерта, то точно не смогут предоставить доказательство того, что это сделали мы.
- Интересно, - говорю невинно и словно сама с собой, - а откуда простой переводчик из делегации знает, как подчищать записи с камер корабля истребителей?
- Хах, - выдал этот чем-то безмерно довольный тип. – ты сама и ответила, дорогуша. Я переводчик из действующей делегации Виктории. Нас там обучают не хуже самих истребителей. Сама знаешь, что в политике нужно быть готовым ко всему. Это как война, где нужно показать максимум своих сил, возможности, ресурсов, знаний и талантов, припрятав при этом всех тузов.
- О да, Виктория мастер прятать своих тузов. – раздосадовано сообщила я, припоминая прошлый опыт. – Черт разберешь, то ли победила, то ли сама в дураках осталась. Неоднозначность и шаткость – вот ваши главные черты.
- Давай еще поругаемся. – фыркнул он. – Ты главное уяснила? Тебе нужно сделать вид, будто ты никуда не уходила, поняла? И спрячь костюм. – Выдал искрометное Кристоф, подмигнул жизнерадостно, и круто развернувшись на пятках, потопал к своей каюте. Нда, а парню уже тридцать.
Детектор лжи, неожиданная помощь
и прорыв в расследовании .
Войдя в каюту, тут же сняла костюм, запутавшись пару раз в рукавах, больно упав, но все же сняла! Кроссовки в срочном порядке были закинуты в специальный блок, предназначенный для стирки, костюм полетел в стоящий рядом, затем, недолго думая, запихнула туда еще дополнительные вещи, чтобы все выглядело как можно естественнее. Мол, стирку затеяла.
Так, с этим разобрались.
Дальше нужно было сделать все как можно правдоподобнее. Поэтому, я расстелила кровать, включила ноутбук, бросив его на середину, рядом кинула несколько пакетиков с орешками. Так-с, уже более-менее смахивает на привычный вечер. Следом немного приглушила свет, зажгла пару свечей и создала косметический беспорядок, разложив баночки-скляночки, мол готовлюсь к отходу ко сну, ага. А сама в спешном порядке направилась в ванную.
Нужно было вымыть голову, оставив волосы сырыми. Да, есть специальные сушки, которые за секунду высушат и уложат волосы. Но план был таков, что если ко мне ввалятся истребители, то я сделаю вид, что принимала ванну, а из-за них не успела даже волосы высушить.
***
Когда раздался стук в дверь, я уже была готова встречать гостей. Замотанная в полотенце, в тапочках и с абсолютно сырыми волосами, пошла открывать, надеясь на свою актерскую игру. Пока пальцы вводили код, открывая дверь, я отчаянно пыталась натянуть на лицо возмущенно-удивленное выражение лица.
- Кэсседи, - вежливо и нахально поприветствовала довольная рожа Рейнгара. Да, именно рожа, потому, что то выражение лица, что была натянуто у него, я бы никак иначе не назвала. Такая едка улыбочка-ухмылочка на пол лица, словно его перекосило или его в стену лицом припечатали. Нда, мне его даже жалко стало. Это ж надо таким родиться.
- Здрастье, - говорю потрясенно, словно не ожидала их тут увидеть. Пошло дело! Актриса медленно просыпается, скидывая сонливость. – а вы чего приперлись? – И словно невзначай смотрю на толпу довольных мужиков за его спиной.
Неужели меня все так ненавидят, что пришли выносить мозг скопом? Или это уже сразу арест, и они хотят лично убедиться, что моя скромная персона окажется запертой? Небось, потом еще и отмечать пойдут.
- Фи, как грубо. – выдал кто-то за спиной.
У меня дернулся глаз. Пардоньте, а вваливаться к девушке в каюту не грубо? Или здесь это в порядке нормы?
Этого я не сказала, но, видимо, что-то подобное промелькнуло у меня на лице, потому что ухмылочки стали пропадать, а брови начали хмуриться. Мне же наоборот захотелось улыбнуться. Но нельзя, я играю оскорбленную невинность и если начну дико ржать, то это вызовет сомнения касательно моей искренности.
- Кхм, чего вам надо-то? – вопрошаю также нагло-возмущенно. – Я тут, между прочим, ко сну готовлюсь, у меня дел завались, а вы меня отвлекаете. – А это я сказала укоризненно.
Лицо за левым плечом Рейнгара даже смутилось. А этому, который падла аналитическая, все равно. Он и не с таким сталкивался.
- Конечно, - ласково согласился Рейнгар. Так, что сразу стало ясно – дальше последует удар. – и поэтому ваши волосы сырые, да?
- Ну да, - говорю удивленно. – я из душа только. А вы на что это намекаете? – страшным шепотом вопрошаю, словно меня подозревают в сплошном…непотребстве.
- Хорошая попытка. – ухмыльнулся он. – Но у вас есть специальная приспособление для мгновенной сушки волос, дорогая. И даже если мы вас отвлекли, то вам потребовалось бы не больше трех секунд, чтобы их высушить. А что это значит?
- Что она хотела показать, что была в душе? – подал кто-то голос.
А я стояла с недоуменным выражением лица и тихо проклинала себя за глупость. Доказать я хотела, идиотка. Надо было к доку идти, он бы мое алиби поддержал.
- Правильно, Джейк. – кивнул Рейнгар, складывая руки на груди. – И зачем ей это нужно? Стойте, подождите, я отвечу сам. – И наклонившись к моему лицу, он победно сверкнув глазами, негромко произнес:
- Чтобы показать, что все это время она находилась в своей каюте, так, Кэс? Отсюда следует закономерный вопрос о твоем реальном местонахождении. Но ты ведь не расскажешь нам, да?
И когда это мы успели на «Ты» перейти? Впрочем, неудобно когда оскорбляешь собеседника называть его на «Вы».
- Я была в своей каюте, Рейнгар. – говорю угрюмо, но еще спокойно. – Я думала, что стучался док или Крис, поэтому поспешила открыть, собираясь высушить волосы чуть позже, когда они подсохнут сами. Знаешь ли, Рейнгар, искусственная сушка вредит структуре волос. – Закончила я сладко-приторно, что он даже поморщился. Захотелось поаплодировать самой себе.
- Я не верю тебе, Кэсседи. – заявил он.
- Это не удивительно. Женоненавистники вообще имеют привычку не доверять женщинам. – отмахнулась я от его слов, очаровательно улыбнувшись. – Но, может быть, ты наконец обозначишь цель своего визита? Здесь холодно, я начинаю замерзать и мне уже становиться скучно. Извини, но ты ужасно утомителен.
- Кто-то ворвался на нижние этажи, - хмуро оповестил он. - запретные для свободного входа, разрушил одно из помещений и взломал систему...мм…лаборатории. – сухо закончил Рейнгар, известный нам, как козел аналитический.
- Отлично, когда найдете этого человека, то приведите его ко мне. Поаплодирую ему. Такой талант! – хмыкнула я. - Но я то тут при чем?
– Все остальные знают о наказание за нарушение правила, запрещающего спускаться на нижний уровень, а ты - нет. – сообщил он, оценивающе скользя взглядом по моему невозмутимому лицу. – К тому же, ты ненавидишь нас и делаешь все, чтобы доставить как можно больше хлопот. К тебе нет доверия, ты агрессивная и безрассудная, идешь на поводу у своих эмоций. Поэтому, я здесь.
- Но я уже сказала, что не имею никакого отношения к произошедшему. – уже реально начиная злиться, ответила я.
- И я сказал, что не верю тебе. – скрестил Рейнгар руки на груди, склонив голову к левому плечу и наблюдая за мной с высоты своего роста.
- Спокойной ночи. – сухо произнесла я, собираясь захлопнуть дверь у него перед носом.
Не получилось, на запястье легла внушительная ладонь, дернула на себя, и я оказалась по середине коридора, буквально окруженная кольцом рук Рейнгара. Он подался вперед, коснувшись дыханием виска, сообщил искрометное:
- Я - не верю тебе, ты - не доверяешь мне и правду не скажешь. Поэтому, мы проверим тебя на детекторе лжи и вот тогда, дорогая, ты расскажешь нам все.
- Руки убери, чудовище, уверенное в себе через чур. – выпалила я первое, пришедшее на ум. – А то твой парень начнет ревновать, и ты потеряешь доверие последнего человека, который тебя хоть немного уважает, Рейнгар. – Меня резко толкнули, высвобождая из кольца рук, после чего озверевший Рейнгар развернулся лицом к подошедшим фигурам.
Фигуры оказались небезызвестными мне людьми, вернее сказать, абсолютно точно известными. Генри, недавно повстречавшийся мужчина, блондин и Крис. К слову, последний был в наручниках, но с улыбкой. Генри с удивлением разглядывал происходящее здесь, придерживая Криса за наручники. Засранец некультурно держал в руках небольшой бластер, и только блондин даже не удивился.
- Ага, - сообщает блондин. – а там чего написано?
- Что он его сын. – говорю почему-то шепотом, кинув потрясенный взгляд на Кристофа. Тот замер, как-то побледнел, затем позеленел, после, став серым, кинулся читать запись, но увидел лишь то, что уже сказала я.
- Почему и для чего они скрывали это? – спрашивает Кристоф, почему- то у меня. Понятное дело, что я развожу руками. Вообще больше не буду свои предположения высказывать, дабы стыдно за предыдущие.
- Так у вас же террористы народу угрожают, - говорю. – вот и решили скрыть, дабы наследника уберечь. Нет, а чего ты так смотришь? Не выдвигаешь теории – не критикуй уже выдвинутые.
- Да нет, я в целом согласен с тобой. – бормочет он, убирая запись на место. – Просто вдруг подумал, что валить отсюда надо.
- Вот и я говорю, что с корабля нужно бежать. Спрячемся где-нибудь на курортной планете, там неизведанных тропических лесов много, тепло и еда под боком. – мечтательно прикрываю глаза. – Вода чистая и соленая, песок белый и мягкий, пальмы высокие и зеленые, а еще там есть домики, которые можно купить и…
- Я говорил о том, что из архива этого валить нужно. – обрывает он мои надежды. – Пошли отсюда, пока нас не засекли и память не стерли. Пятке ясно, что не в свое дело влезли. – говорит Кристоф, хватает меня за руку и ведет по направлению к выходу.
- Очень жаль, тебе бы пошли трусы из кокоса…- говорю невинно. Кристоф замер, глянул на меня, хмыкнул и обернулся к выломанной стене.
Да-да, сама в шоке от того, как выломала ее. Не такая уж я и толстая. Ну, я была уверена в этом до пробоины в стене.
- Ясно, ты на панель надавила, та не справилась с множеством команд, случайно выбранных твоей…твоим копчиком, и решила просто снести стену, чтобы не перегрузить себя. Умно, я бы поступил также. – вот, я же говорила, что не толстая вовсе. Это просто копчик у меня объемный, я им сразу на несколько кнопок нажала. – Сейчас исправлю. – И его пальцы быстро забегали по сенсорной клавиатуре, нажимая код для панели. Стена на глазах засветилась белым светом, заполняя пустующее пространство и вновь собралась воедино. Вот, и как будто ничего не было!
Тем временем воздух словно загудел от напряжения. Хоть и было невероятно тихо, даже как-то слишком тихо. И если бы не звук сотни ружьев, который издают все бластеры, сообщая, что они уже наготове и вполне себе способны на выстрел, то мы бы и не догадались о надвигающемся. Оставался только один выход и мы, надеясь, что нас не заметят, двинулись по стеночке в правую сторону коридора, чувствуя напряжение, идущее с левой стороны.
Молясь, чтобы нас не застукали, тихо, практически не дыша, мы плавно двигались. И были уже за углом, когда заметили крадущихся в боевой стойке истребителей, держащих бластеры в удобной для стрельбы позиции. Все в темных костюмах, обтягивающих стройные и мускулистые торсы, широкие плечи и свидетельства о том, что тренировками здесь не брезгают, черных бронежилетах с белоснежной гравировкой их организации, темных масках и перчатках. Как есть стрелки РЕЧНО! Разве что те выглядели…менее внушительно.
Долго любоваться мне не дал Кристоф, бесшумно дернув за локоть. Я обернулась, столкнувшись с его злым и предостерегающим взглядом. Одними губами он прошептал: «Валим!», указав пальцем на коридор, который скрывался за очередным поворотом.
Не знаю как, но один из истребителей заметил это движение и двинулся в нашу сторону. Медленно, так, словно зная где мы и кто мы, так, словно всю жизнь охотился за нами.
Но мы также медленно отступали, шаг в шаг с ним, и когда дуло его бластера оказалось в коридоре, нас там уже не было.
***
Поднявшись на верхние уровни мы уже не крались, а неслись со всей возможной скоростью. И если по началу это вызывало бурю адреналина, звонкий смех от мысли, что мы спаслись, переиграв истребителей, узнали тайну правящего рода Виктории, да и просто от пережитого напряжения, то уже ближе к каюте я мечтала помереть на месте. В боку нещадно кололо, перед глазами стояла мутная пелена, из груди раздавались жуткие хрипы. Будь я на месте Кристофа, то подумала бы, что за его спиной бежит не хрупкая блондинка, а тролль с поврежденной дыхательной системой, на последнем издыхании тащащий дубину, или Рейнгар, который таки начал дышать огнем. Впрочем, Рейнгар навряд ли задохнулся бы от пройдённой дистанции. В чем-чем, а в плохой физической подготовке его не обвинить, ага.
Поэтому, когда показалась дверь родной и самой любимой каюты, я обрадованно заскакала на одной ножке, хлопая в ладоши, забыв, что минуту назад была готова передвигаться как настоящий истребитель во время прохождения тренировочной дистанции – по-пластунски. А Кристоф завис у самой двери, упиревшись руками в колени и часто дыша. Нда, не приспособлены те, кто привык работать мозгами к физически тяжелым побегам от истребителей. Эх, а вроде и фитнесом не брезгую, и в тренировочном зале достаточно времени провожу, а все равно этого оказалось недостаточно. Или все дело в мутации? Да, точно. В любой непонятной ситуации вини правительство и радиацию. Золотое, хоть и необоснованное правило Землян.
- Ты как? – хрипло вопросил Крис, приложив руку к сердцу. – Я сейчас ласты склею.
- Зачем? – удивилась я. Странный он какой-то, зачем портить древнений предмет для плавания? Вещь-то неплохая, даром, что уже не пользуются. Зато какая история! Некоторые музеи, между прочим, эти вещички бережно хранят за пуленепробиваемым стеклом и сдувают пылинки специальным очистителем, а он их клеить собрался. Варвар!
- Выражение такое, - отмахнулся он, упиревшись спиной о стену. – старое очень. Означает, что умру скоро в страшнейших муках.
- А-а, - многозначительно выдала запыхавшаяся девушка, то есть я. – какой интересный фразеологизм, - Говорю, - ты мне потом еще расскажи подобные, если нас не поймают и не прибьют, ладно? – миролюбиво предлагаю я, собравшись наконец с силами и нажимая кнопочки на панельке.
- Думаешь поймают? – вопросил он устало.
- Ну, наверняка наше отсутствие заметили. – задумчиво отвечаю. – А если не заметили, то первым делом проверят именно наши скромные персоны, прости конечно, но мы с тобой личности, которые не внушают доверия.
- Пусть проверяют, - выдает он облегченно. – то, что мы выходили из каюты, еще доказать нужно.
- Думаешь, что не смогут? – недоверчиво спрашиваю, оглядываясь по сторонам. – Возможно, что уже сейчас следят, и Рейнгар слюнки пускает, надеясь, что честь устроить нам разнос выпадет ему.
- Нам главное сделать вид, что предыдущие пару часов мы не выходили из каюты. – махнул Крис рукой. – Камеры я возьму на себя, аккуратно подчищу все. И даже если заметят, что запись стерта, то точно не смогут предоставить доказательство того, что это сделали мы.
- Интересно, - говорю невинно и словно сама с собой, - а откуда простой переводчик из делегации знает, как подчищать записи с камер корабля истребителей?
- Хах, - выдал этот чем-то безмерно довольный тип. – ты сама и ответила, дорогуша. Я переводчик из действующей делегации Виктории. Нас там обучают не хуже самих истребителей. Сама знаешь, что в политике нужно быть готовым ко всему. Это как война, где нужно показать максимум своих сил, возможности, ресурсов, знаний и талантов, припрятав при этом всех тузов.
- О да, Виктория мастер прятать своих тузов. – раздосадовано сообщила я, припоминая прошлый опыт. – Черт разберешь, то ли победила, то ли сама в дураках осталась. Неоднозначность и шаткость – вот ваши главные черты.
- Давай еще поругаемся. – фыркнул он. – Ты главное уяснила? Тебе нужно сделать вид, будто ты никуда не уходила, поняла? И спрячь костюм. – Выдал искрометное Кристоф, подмигнул жизнерадостно, и круто развернувшись на пятках, потопал к своей каюте. Нда, а парню уже тридцать.
Глава 7.
Детектор лжи, неожиданная помощь
и прорыв в расследовании .
Войдя в каюту, тут же сняла костюм, запутавшись пару раз в рукавах, больно упав, но все же сняла! Кроссовки в срочном порядке были закинуты в специальный блок, предназначенный для стирки, костюм полетел в стоящий рядом, затем, недолго думая, запихнула туда еще дополнительные вещи, чтобы все выглядело как можно естественнее. Мол, стирку затеяла.
Так, с этим разобрались.
Дальше нужно было сделать все как можно правдоподобнее. Поэтому, я расстелила кровать, включила ноутбук, бросив его на середину, рядом кинула несколько пакетиков с орешками. Так-с, уже более-менее смахивает на привычный вечер. Следом немного приглушила свет, зажгла пару свечей и создала косметический беспорядок, разложив баночки-скляночки, мол готовлюсь к отходу ко сну, ага. А сама в спешном порядке направилась в ванную.
Нужно было вымыть голову, оставив волосы сырыми. Да, есть специальные сушки, которые за секунду высушат и уложат волосы. Но план был таков, что если ко мне ввалятся истребители, то я сделаю вид, что принимала ванну, а из-за них не успела даже волосы высушить.
***
Когда раздался стук в дверь, я уже была готова встречать гостей. Замотанная в полотенце, в тапочках и с абсолютно сырыми волосами, пошла открывать, надеясь на свою актерскую игру. Пока пальцы вводили код, открывая дверь, я отчаянно пыталась натянуть на лицо возмущенно-удивленное выражение лица.
- Кэсседи, - вежливо и нахально поприветствовала довольная рожа Рейнгара. Да, именно рожа, потому, что то выражение лица, что была натянуто у него, я бы никак иначе не назвала. Такая едка улыбочка-ухмылочка на пол лица, словно его перекосило или его в стену лицом припечатали. Нда, мне его даже жалко стало. Это ж надо таким родиться.
- Здрастье, - говорю потрясенно, словно не ожидала их тут увидеть. Пошло дело! Актриса медленно просыпается, скидывая сонливость. – а вы чего приперлись? – И словно невзначай смотрю на толпу довольных мужиков за его спиной.
Неужели меня все так ненавидят, что пришли выносить мозг скопом? Или это уже сразу арест, и они хотят лично убедиться, что моя скромная персона окажется запертой? Небось, потом еще и отмечать пойдут.
- Фи, как грубо. – выдал кто-то за спиной.
У меня дернулся глаз. Пардоньте, а вваливаться к девушке в каюту не грубо? Или здесь это в порядке нормы?
Этого я не сказала, но, видимо, что-то подобное промелькнуло у меня на лице, потому что ухмылочки стали пропадать, а брови начали хмуриться. Мне же наоборот захотелось улыбнуться. Но нельзя, я играю оскорбленную невинность и если начну дико ржать, то это вызовет сомнения касательно моей искренности.
- Кхм, чего вам надо-то? – вопрошаю также нагло-возмущенно. – Я тут, между прочим, ко сну готовлюсь, у меня дел завались, а вы меня отвлекаете. – А это я сказала укоризненно.
Лицо за левым плечом Рейнгара даже смутилось. А этому, который падла аналитическая, все равно. Он и не с таким сталкивался.
- Конечно, - ласково согласился Рейнгар. Так, что сразу стало ясно – дальше последует удар. – и поэтому ваши волосы сырые, да?
- Ну да, - говорю удивленно. – я из душа только. А вы на что это намекаете? – страшным шепотом вопрошаю, словно меня подозревают в сплошном…непотребстве.
- Хорошая попытка. – ухмыльнулся он. – Но у вас есть специальная приспособление для мгновенной сушки волос, дорогая. И даже если мы вас отвлекли, то вам потребовалось бы не больше трех секунд, чтобы их высушить. А что это значит?
- Что она хотела показать, что была в душе? – подал кто-то голос.
А я стояла с недоуменным выражением лица и тихо проклинала себя за глупость. Доказать я хотела, идиотка. Надо было к доку идти, он бы мое алиби поддержал.
- Правильно, Джейк. – кивнул Рейнгар, складывая руки на груди. – И зачем ей это нужно? Стойте, подождите, я отвечу сам. – И наклонившись к моему лицу, он победно сверкнув глазами, негромко произнес:
- Чтобы показать, что все это время она находилась в своей каюте, так, Кэс? Отсюда следует закономерный вопрос о твоем реальном местонахождении. Но ты ведь не расскажешь нам, да?
И когда это мы успели на «Ты» перейти? Впрочем, неудобно когда оскорбляешь собеседника называть его на «Вы».
- Я была в своей каюте, Рейнгар. – говорю угрюмо, но еще спокойно. – Я думала, что стучался док или Крис, поэтому поспешила открыть, собираясь высушить волосы чуть позже, когда они подсохнут сами. Знаешь ли, Рейнгар, искусственная сушка вредит структуре волос. – Закончила я сладко-приторно, что он даже поморщился. Захотелось поаплодировать самой себе.
- Я не верю тебе, Кэсседи. – заявил он.
- Это не удивительно. Женоненавистники вообще имеют привычку не доверять женщинам. – отмахнулась я от его слов, очаровательно улыбнувшись. – Но, может быть, ты наконец обозначишь цель своего визита? Здесь холодно, я начинаю замерзать и мне уже становиться скучно. Извини, но ты ужасно утомителен.
- Кто-то ворвался на нижние этажи, - хмуро оповестил он. - запретные для свободного входа, разрушил одно из помещений и взломал систему...мм…лаборатории. – сухо закончил Рейнгар, известный нам, как козел аналитический.
- Отлично, когда найдете этого человека, то приведите его ко мне. Поаплодирую ему. Такой талант! – хмыкнула я. - Но я то тут при чем?
– Все остальные знают о наказание за нарушение правила, запрещающего спускаться на нижний уровень, а ты - нет. – сообщил он, оценивающе скользя взглядом по моему невозмутимому лицу. – К тому же, ты ненавидишь нас и делаешь все, чтобы доставить как можно больше хлопот. К тебе нет доверия, ты агрессивная и безрассудная, идешь на поводу у своих эмоций. Поэтому, я здесь.
- Но я уже сказала, что не имею никакого отношения к произошедшему. – уже реально начиная злиться, ответила я.
- И я сказал, что не верю тебе. – скрестил Рейнгар руки на груди, склонив голову к левому плечу и наблюдая за мной с высоты своего роста.
- Спокойной ночи. – сухо произнесла я, собираясь захлопнуть дверь у него перед носом.
Не получилось, на запястье легла внушительная ладонь, дернула на себя, и я оказалась по середине коридора, буквально окруженная кольцом рук Рейнгара. Он подался вперед, коснувшись дыханием виска, сообщил искрометное:
- Я - не верю тебе, ты - не доверяешь мне и правду не скажешь. Поэтому, мы проверим тебя на детекторе лжи и вот тогда, дорогая, ты расскажешь нам все.
- Руки убери, чудовище, уверенное в себе через чур. – выпалила я первое, пришедшее на ум. – А то твой парень начнет ревновать, и ты потеряешь доверие последнего человека, который тебя хоть немного уважает, Рейнгар. – Меня резко толкнули, высвобождая из кольца рук, после чего озверевший Рейнгар развернулся лицом к подошедшим фигурам.
Фигуры оказались небезызвестными мне людьми, вернее сказать, абсолютно точно известными. Генри, недавно повстречавшийся мужчина, блондин и Крис. К слову, последний был в наручниках, но с улыбкой. Генри с удивлением разглядывал происходящее здесь, придерживая Криса за наручники. Засранец некультурно держал в руках небольшой бластер, и только блондин даже не удивился.
