Раина так и не поняла, когда ее успели посадить на стол, и нагло распахнули халат. Она растворилась в умопомрачительных ощущениях, поддаваясь дикому напору желанных прикосновений.
Страстный поцелуй забрал остатки воздуха из легких. Девушка с невероятной жаждой принимала ласки мужчины, полностью растворяясь в них, позволяя языку сплетаться с ее языком в необузданном, дурманящем поединке.
Спустя мгновение, требовательные уста принялись ласкать грудь пленницы, а нежная рука проникала под трусики. Чужая невеста, но, все же, его женщина громко застонала, выгибаясь навстречу мужчине. Тело буквально сгорало в огне, молило о продолжении.
Резкое движение, и девушку сжали в тисках, шепча ласковые слова на ухо.
– Хорошо, я дам нам время, чтобы узнать друг друга ближе. Но не обещаю быть примерным. Ты сводишь меня с ума…
Раина не понимала его слов, но знала, что они очень важны. Попыталась сосредоточиться и отойти от этой сладкой неги, но старания привести в порядок мысли заканчивались полным провалом в водоворот ощущений.
– Поклянись, что не сделаешь ничего против моей воли?! – сумела хрипло потребовать она.
– Клянусь. Но советую не дразнить меня, я ведь тоже не железный.
– Э-м-м, поняла. Но у меня просьба… Пообещай, что исполнишь?
– И что я получу взамен? – лениво поинтересовался орел, стараясь не думать о том, какая она вкусная и как сладко стонет.
– М-м-м, больше не буду обзываться. Клянусь.
– Мало…
– Ненасытный орел! Тогда, может… еще один поцелуй?
– Только если ты сама поцелуешь, и когда я попрошу… но не сейчас. Мой контроль на пределе.
– Ты многого хочешь…
– Возможно, не знаю, но точно уверен, что это для меня ничтожно мало.
– Опять будем разбирать вопросы и ответы?
– Говори просьбу…
– Я не хочу, чтобы такая прекрасная женщина страдала…
– Мы оборотни, мы ненавидим жалость. Финия не оценит твоей доброты.
– Она мать, а для любой матери важен ее ребенок, даже если она первоклассная стерва, – со вздохом выпалила Раина, вспоминая свою родительницу. – А Финия… Она искренне любит своего непутевого сына, и я не хочу, чтобы виной его гибели была я.
– Бой предусматривает две стороны…
– Ой, да ладно. Ты еще расскажи, какой ты стеснительный в схватке и как ты боишься оружия.
– Ты всегда такая? – спросил мужчина.
– Всегда, – с улыбкой подтвердила Раина и тут же оттолкнула от себя оборотня, выворачиваясь из его рук. – Все, пришла в себя. Так что ручки свои при себе держи. Я девушка очень строгого воспитания, поэтому…
Мужчина усмехнулся:
– Я дал время… но оно будет проходить не в твоих попытках сбежать отсюда, а в нашем общении. Милая, я обещал не делать ничего против твоей воли, а остальное по моему усмотрению. И еще. Я уже предупреждал, но сейчас повторюсь: хоть раз скажешь мне неправду – не сможешь сидеть. Обещаю, а я слов на ветер не бросаю.
– С твоих слов выходит, что я великая обманщица…
– А разве нет? – сказав это, Дерек внезапно нахмурился и посмотрел на дверь. Сильные руки мгновенно завязали пушистый и явно великоватый халат на девушке.
– Только ради своей безопасности и свободы, – задрав подбородок вверх, смело заявила девушка.
– В таком виде чтобы не появлялась! – резко отчеканил оборотень и, отмечая возмущение в огромных глазах возмущенной девушки, добавил: – Если, конечно, не желаешь, чтобы я убил кого-нибудь в приступе ревности и кинул тебя на пол, чтобы утолить свой голод.
Раина как-то странно крякнула, поджала губы и недовольно сообщила:
– У меня нет одежды…
– Сегодня будет! Малышка, у нас нежеланные гости. Ты не могла бы пойти в комнату, чтобы я не совершил упомянутое ранее.
Светловолосая красавица с недовольным выражением лица посмотрела на орла и горделивой походкой направилась на второй этаж. Дерек провожал ее горячим взглядом, пока она не скрылась из виду, и пошел встречать гостей.
Мужчин было двое, они стояли на его крыльце, глядя в пропасть, находившуюся под домом.
– Не боишься, что твоя хибара сорвется вниз? – спросил старый худой мужчина с черными волосами и длинным подбородком.
– Что тебе нужно в моем доме, Габриель? – процедил Дерек, обдумывая цель прилета стервятников.
– Не знал, что орлы такие негостеприимные.
– Теперь знаешь. Так что? – громко поинтересовался вожак коричневых орлов.
– Я бы хотел поговорить в тихом месте…
– Нет, – отчеканил орел, краем глаза глядя на окна комнаты, где была его женщина.
– Странно, раньше ты не боялся нас…
– Не льсти себе, гриф. Зачем явился?
– Наглец… Как и твой отец… Может, в дом пригласишь?
– Нет такого желания, – недовольно сообщил оборотень. – Не смей лезть в мою семью!
– Ах, ты о стае или о своей девочке? Уже семья? А я слышал, что девочка та еще штучка…
Договорить ему Дерек не дал, крепко сжав руками шею, передавливая горло. Второй оборотень попытался откинуть крепкого орла, но его откинули в сторону.
– Спрашиваю в последний раз: что надо? – проревел мужчина.
– Отпусти, Дерек. Мне нечем дышать, – прокряхтел Габриель.
– Ну! – рявкнул альфа, сильнее сдавливая шею.
– Мы хотели предложить вам мир с нами и совместное нападение на силовые касты, чтобы уничтожить их.
Дерек ослабил нажим и наклонился к старому оборотню.
– Я, как и мой отец, презираю эту идею. Нам не нужно доминирование над кастами, мы и так доминанты. Рисковать своей стаей из-за глупости я не намерен. Убирайся с моей территории и больше никогда не возвращайся. А если сунешься вновь – пощады не жди.
Старик кивнул, за несколько секунд обернулся грифом, и взлетел в небо. Дерек повернулся к сыну Габриеля, который с лютой ненавистью смотрел на него.
– Я сделаю все, чтобы ты сдох, – прошипел тот, перекидываясь в черного грифа.
– Не подохни от натуги, падальщик, – четко выговорил Дерек, приходя в бешенство оттого, что грифам известно о Раине.
Он с яростью ударил по горе, глядя вдаль, куда улетали две точки. Мерзкие стервятники. Если они так быстро узнали о его паре, то только один оборотень мог сказать им об этом. Олаф. И он заплатит за свое предательство… Его время наступило.
Юливия ехала в черной тонированной машине, тихо плача и шмыгая носом. Совсем недавно они отбыли из прайда ее бывшего жениха. Женщина с ужасом вспоминала сцену объяснения с Дидаром, его просьбы и требования. Но она только ревела, чувствуя себя последней дрянью, так как разбила сердце замечательному мужчине.
Она вздрогнула, когда в ее памяти возникла сцена расставания, тяжелая и непонятная. Когда она уже выходила с сумкой из дома, тигр догнал ее и поцеловал. Так, как никогда: с обидой, страстью и надеждой. Но это был неправильный поступок, который вывел медведя из себя. Он кинулся на Дидара, откидывая в сторону Юливию, и стал наносить сильнейшие удары по лицу тигра, не давая тому выбраться из-под своего мощного тела.
Красавица взвыла, видя такую жестокость, и сломя голову бросилась в лес, не соображая, куда бежит, но четко понимая, что только так отвлечет медведя от убийства тигра.
Когда она пробежала метров пятьсот, то упала на землю от сильного толчка большого мужчины, который навалился на нее сверху. Она пыталась сопротивляться, но это лишь вывело медведя из себя. Серж вытянул ей руки над головой и с рычанием накинулся на ее уста грубым поцелуем. Он не соблазнял, нет, он утверждал свое право. Брал то, что считал своим, сминая нежные губы, врываясь своим языком в ее рот.
Дикая волна возбуждения накрыла женщину с головой, заставляя выгибаться дугой. Огромная мужская рука обхватила ее грудь.
Юливия готова была скулить от предательства и слабости своего тела, которое дрожало от прикосновений этого грубого мужчины. Она плавилась в яростном огне, позволяя ему все, что он хотел ей дать. В двадцать пять лет у нее было трое мужчин, но ни с кем она не могла терять себя, как с ним. Жесткий поцелуй возбудил ее так, что она вся тряслась от желания.
Сержем управляли животные инстинкты, он не владел собой. После того как он увидел тигра, сжимающего и целующего женщину, согласившуюся быть с ним, у него отказали тормоза, и он бешено набросился на своего соперника. Ярость управляла им, подначиваемая слепой ревностью и свирепостью оборотня. Серж наносил удары тигру, пользуясь внезапностью действий, пока не понял, что женщина побежала в лес.
В это время тигр пришел в себя, впадая в бешенство и, вырвавшись, стал нападать на медведя. Они рвали друг друга, но медведь, движимый охотой за своей самкой, мощно упал на Дидара, подминая его своим телом. Он схватил тигра за шею и, процедив, что Юливия только его женщина, помчался за ней, направляемый древними инстинктами охотника в поисках желанной добычи.
Кошечка сводила его с ума, и он презирал себя за это. Целый год он пытался ненавидеть ее всем своим сердцем. Унижал, когда видел и чувствовал ее запах. Да, он делал все, чтобы всячески очернить малышку в своих глазах, чтобы не выдать истинную потребность в этой слабой женщине, которая рвала его тело и душу на части своими взглядом, голосом и телом. Серж держался подальше от нее, так как знал, что если позволит себе расслабиться, то уже через пять минут разложит ее на полу, врывая в сладкое тело.
Женщина извивалась, как кошка, что неимоверно возбуждало зверя. Серж устроился между ног женщины, мечтая о долгожданном удовлетворении, но до сознания стали доходить звуки, которые раздавались в прайде.
Проклятье, и почему он так реагирует на нее? Почему только на нее? Терпение. Он получит ее, но не здесь и не сейчас, когда все их прекрасно слышат.
Он с трудом оторвался от ее губ и одним движением поднял с земли, с силой вдавливая в свою грудь.
– Еще раз сбежишь, то мне будет плевать, где ты будешь лежать в тот момент, когда я тебя настигну. В следующий раз я доведу дело до конца. Так что не делай лишних движений, чтобы не смотреть, как работают мои инстинкты. Уверяю, мой хищник может найти любую добычу в самой непроходимой местности, а ты – самый желанный трофей для моего зверя. Поэтому о таких глупостях можешь и не думать.
– Ненавижу тебя, – процедила женщина, стараясь прийти в норму.
– Мне плевать. Это не изменит факта, что ты теперь моя, – прорычал оборотень.
– Я не твоя! У нас будет секс, пока не найдем мою сестру, и только…
Серж с бешенством посмотрел на девушку, которая до ужаса боялась его, при этом стараясь показать на каждом шагу, что он для нее ничего не значит. Даже тогда… когда он был пленником в силовом медицинском центре…
После того как он увидел ее в белом халате, стоящую над ним и возвращающую его с того света, стал неадекватно реагировать на самку. Она видела его в разных состояниях, но все их встречи заканчивались тем, что он готов был сожрать ее взглядом.
Маленькая самка делала вид, что ничего не замечает, лишь просила охранника быть в кабинете. Сучка. Как же это бесило его! Так продолжалось до того момента, пока его вновь довели до полусмерти неизвестными вакцинами, и врачи сочли мертвым, направляя в кремационную печь. Юливия не дала одобрение на это решение, вновь выходила его. И тогда он выпустил на волю всех своих демонов. Да, в ее кабинете-лаборатории, где находилась комната для тяжелобольных. Когда наступила ночь, и охранник ушел по своим делам, считая Сержа будущим мертвецом, доктор пришел на обязательную процедуру, работать с сознанием Сержа. Женщина подошла вплотную к кровати, и мужчина, резким движением уложив ее на койку, налетел, как ураган.
Оборотень сжигал своей силой, страстью, желанием, не давая красавице сопротивляться. Не оставлял выбора, подчиняя себе. Он был невменяем от желания и ее стонов. Безумец, находящийся во власти зверя, который творил то, что считал необходимым. Его медведь требовал ее, хрупкую женщину, о которой он думал постоянно, пока был взаперти. На тот момент ему было без разницы, что она слабо сопротивляется. Серж действовал на инстинктах, подчиняя самку, в которой нуждался, чувствуя яростную необходимость.
У Юливии не было никакого шанса освободиться. Мужчина пленил красавицу, врываясь в нежное, такое необходимое ему тело, закрывая сладкий ротик поцелуями. Сумасшествие породило неконтролируемое желание укусить женщину, что он и сделал. Но это было временным помешательством, на которое они не обратили внимания. Безумие длилось всю ночь, пока он не заснул под утро, крепко прижимая к своей груди спящую женщину.
Оборотень очнулся одетым и в своей камере, ставшей для него агонией. Юливия не выдала его, но держалась на расстоянии, всячески избегая. Она не приходила к нему и не разговаривала, даже когда он специально злил охранников, забивающих его почти до смерти. Он сходил с ума от потери общения и невозможности прикоснуться к той, что его игнорировала. Серж сгорал на костре своих эмоций, что выводило из себя. Оборотень превратился в агрессивного и неуправляемого зверя.
Когда все же случалось чудо, и его, избитого, тащили к ней, Юливия делала вид, что все, как прежде, избегая его взгляда. Мужчина ненавидел женщину, которая своей неприступностью и холодностью рвала его сердце на куски. Он стал таким бешеным и неконтролируемым, что опыты было невозможно проводить. На спаривание он не шел, отвергая женщин, которых ему приводили. Он не хотел их, ему нужна была только одна – ОНА.
Его агрессия начала злить силовиков, и неуравновешенного оборотня решили убить. Когда он задыхался от едкого газа, то думал о ней. Даже в последние минуты Серж сходил с ума, что не может увидеть Юливию. Но судьба перетасовала колоду. В тот день на центр напали дикие хищники, которые спасли его шкуру, притащив в вертолет в коматозном состоянии.
Когда он пришел в себя, то надеялся, что его зависимость прошла, но нет, она сжигала его изнутри каждый день. Его трясло от воспоминаний о маленькой лекарше, превращая в ненасытного, тоскующего зверя. Его не удовлетворяли никакие женщины, а у него их было очень много. Он грезил лишь об одной…
Когда через два месяца он по работе приехал в прайд тигров к Джону Регарису, то был до бешенства удивлен, увидев там Юливию. Она работала в медицинском центре и была под защитой альфы прайда. Тогда Серж повадился периодически заглядывать туда, чтобы видеться и говорить с ней. Но все их общение сводилось к ругани и обвинениям.
Теперь он добился того, что она будет временно с ним, чтобы утолить голод, съедающий его изнутри. Он насытит свою потребность, чтобы мог дальше жить, не думая о ней.
Сейчас женщина вновь показывала свое пренебрежение и нежелание быть с ним, хотя по запаху он чувствовал, что она хочет его и очень сильно.
– В машину! – прорычал медведь. – И постарайся без прощаний…
Юливия с ненавистью посмотрела на Сержа и поднялась с земли, поправляя одежду. Она гордо пошла к автомобилю и села на заднее сиденье, ни на кого не глядя. Через десять минут вернулся Серж. Гризли завел машину, и они тронулись в путь.
Внедорожник ехал без остановок восемь часов, пока женщина не заснула. Медведь сжал руль и посмотрел на Юливию. Он ругал себя за то, что довел желанную самку до такого состояния. Пока кошечка плакала, он старался не глядеть в ее сторону, чтобы сдержать себя от порыва притянуть к себе и успокоить. Раньше за ним такого не наблюдалось, а сейчас эта потребность давила на него. Но он сдержался, чтобы еще больше не напугать свою спутницу.
Страстный поцелуй забрал остатки воздуха из легких. Девушка с невероятной жаждой принимала ласки мужчины, полностью растворяясь в них, позволяя языку сплетаться с ее языком в необузданном, дурманящем поединке.
Спустя мгновение, требовательные уста принялись ласкать грудь пленницы, а нежная рука проникала под трусики. Чужая невеста, но, все же, его женщина громко застонала, выгибаясь навстречу мужчине. Тело буквально сгорало в огне, молило о продолжении.
Резкое движение, и девушку сжали в тисках, шепча ласковые слова на ухо.
– Хорошо, я дам нам время, чтобы узнать друг друга ближе. Но не обещаю быть примерным. Ты сводишь меня с ума…
Раина не понимала его слов, но знала, что они очень важны. Попыталась сосредоточиться и отойти от этой сладкой неги, но старания привести в порядок мысли заканчивались полным провалом в водоворот ощущений.
– Поклянись, что не сделаешь ничего против моей воли?! – сумела хрипло потребовать она.
– Клянусь. Но советую не дразнить меня, я ведь тоже не железный.
– Э-м-м, поняла. Но у меня просьба… Пообещай, что исполнишь?
– И что я получу взамен? – лениво поинтересовался орел, стараясь не думать о том, какая она вкусная и как сладко стонет.
– М-м-м, больше не буду обзываться. Клянусь.
– Мало…
– Ненасытный орел! Тогда, может… еще один поцелуй?
– Только если ты сама поцелуешь, и когда я попрошу… но не сейчас. Мой контроль на пределе.
– Ты многого хочешь…
– Возможно, не знаю, но точно уверен, что это для меня ничтожно мало.
– Опять будем разбирать вопросы и ответы?
– Говори просьбу…
– Я не хочу, чтобы такая прекрасная женщина страдала…
– Мы оборотни, мы ненавидим жалость. Финия не оценит твоей доброты.
– Она мать, а для любой матери важен ее ребенок, даже если она первоклассная стерва, – со вздохом выпалила Раина, вспоминая свою родительницу. – А Финия… Она искренне любит своего непутевого сына, и я не хочу, чтобы виной его гибели была я.
– Бой предусматривает две стороны…
– Ой, да ладно. Ты еще расскажи, какой ты стеснительный в схватке и как ты боишься оружия.
– Ты всегда такая? – спросил мужчина.
– Всегда, – с улыбкой подтвердила Раина и тут же оттолкнула от себя оборотня, выворачиваясь из его рук. – Все, пришла в себя. Так что ручки свои при себе держи. Я девушка очень строгого воспитания, поэтому…
Мужчина усмехнулся:
– Я дал время… но оно будет проходить не в твоих попытках сбежать отсюда, а в нашем общении. Милая, я обещал не делать ничего против твоей воли, а остальное по моему усмотрению. И еще. Я уже предупреждал, но сейчас повторюсь: хоть раз скажешь мне неправду – не сможешь сидеть. Обещаю, а я слов на ветер не бросаю.
– С твоих слов выходит, что я великая обманщица…
– А разве нет? – сказав это, Дерек внезапно нахмурился и посмотрел на дверь. Сильные руки мгновенно завязали пушистый и явно великоватый халат на девушке.
– Только ради своей безопасности и свободы, – задрав подбородок вверх, смело заявила девушка.
– В таком виде чтобы не появлялась! – резко отчеканил оборотень и, отмечая возмущение в огромных глазах возмущенной девушки, добавил: – Если, конечно, не желаешь, чтобы я убил кого-нибудь в приступе ревности и кинул тебя на пол, чтобы утолить свой голод.
Раина как-то странно крякнула, поджала губы и недовольно сообщила:
– У меня нет одежды…
– Сегодня будет! Малышка, у нас нежеланные гости. Ты не могла бы пойти в комнату, чтобы я не совершил упомянутое ранее.
Светловолосая красавица с недовольным выражением лица посмотрела на орла и горделивой походкой направилась на второй этаж. Дерек провожал ее горячим взглядом, пока она не скрылась из виду, и пошел встречать гостей.
Мужчин было двое, они стояли на его крыльце, глядя в пропасть, находившуюся под домом.
– Не боишься, что твоя хибара сорвется вниз? – спросил старый худой мужчина с черными волосами и длинным подбородком.
– Что тебе нужно в моем доме, Габриель? – процедил Дерек, обдумывая цель прилета стервятников.
– Не знал, что орлы такие негостеприимные.
– Теперь знаешь. Так что? – громко поинтересовался вожак коричневых орлов.
– Я бы хотел поговорить в тихом месте…
– Нет, – отчеканил орел, краем глаза глядя на окна комнаты, где была его женщина.
– Странно, раньше ты не боялся нас…
– Не льсти себе, гриф. Зачем явился?
– Наглец… Как и твой отец… Может, в дом пригласишь?
– Нет такого желания, – недовольно сообщил оборотень. – Не смей лезть в мою семью!
– Ах, ты о стае или о своей девочке? Уже семья? А я слышал, что девочка та еще штучка…
Договорить ему Дерек не дал, крепко сжав руками шею, передавливая горло. Второй оборотень попытался откинуть крепкого орла, но его откинули в сторону.
– Спрашиваю в последний раз: что надо? – проревел мужчина.
– Отпусти, Дерек. Мне нечем дышать, – прокряхтел Габриель.
– Ну! – рявкнул альфа, сильнее сдавливая шею.
– Мы хотели предложить вам мир с нами и совместное нападение на силовые касты, чтобы уничтожить их.
Дерек ослабил нажим и наклонился к старому оборотню.
– Я, как и мой отец, презираю эту идею. Нам не нужно доминирование над кастами, мы и так доминанты. Рисковать своей стаей из-за глупости я не намерен. Убирайся с моей территории и больше никогда не возвращайся. А если сунешься вновь – пощады не жди.
Старик кивнул, за несколько секунд обернулся грифом, и взлетел в небо. Дерек повернулся к сыну Габриеля, который с лютой ненавистью смотрел на него.
– Я сделаю все, чтобы ты сдох, – прошипел тот, перекидываясь в черного грифа.
– Не подохни от натуги, падальщик, – четко выговорил Дерек, приходя в бешенство оттого, что грифам известно о Раине.
Он с яростью ударил по горе, глядя вдаль, куда улетали две точки. Мерзкие стервятники. Если они так быстро узнали о его паре, то только один оборотень мог сказать им об этом. Олаф. И он заплатит за свое предательство… Его время наступило.
ГЛАВА 9
Юливия ехала в черной тонированной машине, тихо плача и шмыгая носом. Совсем недавно они отбыли из прайда ее бывшего жениха. Женщина с ужасом вспоминала сцену объяснения с Дидаром, его просьбы и требования. Но она только ревела, чувствуя себя последней дрянью, так как разбила сердце замечательному мужчине.
Она вздрогнула, когда в ее памяти возникла сцена расставания, тяжелая и непонятная. Когда она уже выходила с сумкой из дома, тигр догнал ее и поцеловал. Так, как никогда: с обидой, страстью и надеждой. Но это был неправильный поступок, который вывел медведя из себя. Он кинулся на Дидара, откидывая в сторону Юливию, и стал наносить сильнейшие удары по лицу тигра, не давая тому выбраться из-под своего мощного тела.
Красавица взвыла, видя такую жестокость, и сломя голову бросилась в лес, не соображая, куда бежит, но четко понимая, что только так отвлечет медведя от убийства тигра.
Когда она пробежала метров пятьсот, то упала на землю от сильного толчка большого мужчины, который навалился на нее сверху. Она пыталась сопротивляться, но это лишь вывело медведя из себя. Серж вытянул ей руки над головой и с рычанием накинулся на ее уста грубым поцелуем. Он не соблазнял, нет, он утверждал свое право. Брал то, что считал своим, сминая нежные губы, врываясь своим языком в ее рот.
Дикая волна возбуждения накрыла женщину с головой, заставляя выгибаться дугой. Огромная мужская рука обхватила ее грудь.
Юливия готова была скулить от предательства и слабости своего тела, которое дрожало от прикосновений этого грубого мужчины. Она плавилась в яростном огне, позволяя ему все, что он хотел ей дать. В двадцать пять лет у нее было трое мужчин, но ни с кем она не могла терять себя, как с ним. Жесткий поцелуй возбудил ее так, что она вся тряслась от желания.
Сержем управляли животные инстинкты, он не владел собой. После того как он увидел тигра, сжимающего и целующего женщину, согласившуюся быть с ним, у него отказали тормоза, и он бешено набросился на своего соперника. Ярость управляла им, подначиваемая слепой ревностью и свирепостью оборотня. Серж наносил удары тигру, пользуясь внезапностью действий, пока не понял, что женщина побежала в лес.
В это время тигр пришел в себя, впадая в бешенство и, вырвавшись, стал нападать на медведя. Они рвали друг друга, но медведь, движимый охотой за своей самкой, мощно упал на Дидара, подминая его своим телом. Он схватил тигра за шею и, процедив, что Юливия только его женщина, помчался за ней, направляемый древними инстинктами охотника в поисках желанной добычи.
Кошечка сводила его с ума, и он презирал себя за это. Целый год он пытался ненавидеть ее всем своим сердцем. Унижал, когда видел и чувствовал ее запах. Да, он делал все, чтобы всячески очернить малышку в своих глазах, чтобы не выдать истинную потребность в этой слабой женщине, которая рвала его тело и душу на части своими взглядом, голосом и телом. Серж держался подальше от нее, так как знал, что если позволит себе расслабиться, то уже через пять минут разложит ее на полу, врывая в сладкое тело.
Женщина извивалась, как кошка, что неимоверно возбуждало зверя. Серж устроился между ног женщины, мечтая о долгожданном удовлетворении, но до сознания стали доходить звуки, которые раздавались в прайде.
Проклятье, и почему он так реагирует на нее? Почему только на нее? Терпение. Он получит ее, но не здесь и не сейчас, когда все их прекрасно слышат.
Он с трудом оторвался от ее губ и одним движением поднял с земли, с силой вдавливая в свою грудь.
– Еще раз сбежишь, то мне будет плевать, где ты будешь лежать в тот момент, когда я тебя настигну. В следующий раз я доведу дело до конца. Так что не делай лишних движений, чтобы не смотреть, как работают мои инстинкты. Уверяю, мой хищник может найти любую добычу в самой непроходимой местности, а ты – самый желанный трофей для моего зверя. Поэтому о таких глупостях можешь и не думать.
– Ненавижу тебя, – процедила женщина, стараясь прийти в норму.
– Мне плевать. Это не изменит факта, что ты теперь моя, – прорычал оборотень.
– Я не твоя! У нас будет секс, пока не найдем мою сестру, и только…
Серж с бешенством посмотрел на девушку, которая до ужаса боялась его, при этом стараясь показать на каждом шагу, что он для нее ничего не значит. Даже тогда… когда он был пленником в силовом медицинском центре…
После того как он увидел ее в белом халате, стоящую над ним и возвращающую его с того света, стал неадекватно реагировать на самку. Она видела его в разных состояниях, но все их встречи заканчивались тем, что он готов был сожрать ее взглядом.
Маленькая самка делала вид, что ничего не замечает, лишь просила охранника быть в кабинете. Сучка. Как же это бесило его! Так продолжалось до того момента, пока его вновь довели до полусмерти неизвестными вакцинами, и врачи сочли мертвым, направляя в кремационную печь. Юливия не дала одобрение на это решение, вновь выходила его. И тогда он выпустил на волю всех своих демонов. Да, в ее кабинете-лаборатории, где находилась комната для тяжелобольных. Когда наступила ночь, и охранник ушел по своим делам, считая Сержа будущим мертвецом, доктор пришел на обязательную процедуру, работать с сознанием Сержа. Женщина подошла вплотную к кровати, и мужчина, резким движением уложив ее на койку, налетел, как ураган.
Оборотень сжигал своей силой, страстью, желанием, не давая красавице сопротивляться. Не оставлял выбора, подчиняя себе. Он был невменяем от желания и ее стонов. Безумец, находящийся во власти зверя, который творил то, что считал необходимым. Его медведь требовал ее, хрупкую женщину, о которой он думал постоянно, пока был взаперти. На тот момент ему было без разницы, что она слабо сопротивляется. Серж действовал на инстинктах, подчиняя самку, в которой нуждался, чувствуя яростную необходимость.
У Юливии не было никакого шанса освободиться. Мужчина пленил красавицу, врываясь в нежное, такое необходимое ему тело, закрывая сладкий ротик поцелуями. Сумасшествие породило неконтролируемое желание укусить женщину, что он и сделал. Но это было временным помешательством, на которое они не обратили внимания. Безумие длилось всю ночь, пока он не заснул под утро, крепко прижимая к своей груди спящую женщину.
Оборотень очнулся одетым и в своей камере, ставшей для него агонией. Юливия не выдала его, но держалась на расстоянии, всячески избегая. Она не приходила к нему и не разговаривала, даже когда он специально злил охранников, забивающих его почти до смерти. Он сходил с ума от потери общения и невозможности прикоснуться к той, что его игнорировала. Серж сгорал на костре своих эмоций, что выводило из себя. Оборотень превратился в агрессивного и неуправляемого зверя.
Когда все же случалось чудо, и его, избитого, тащили к ней, Юливия делала вид, что все, как прежде, избегая его взгляда. Мужчина ненавидел женщину, которая своей неприступностью и холодностью рвала его сердце на куски. Он стал таким бешеным и неконтролируемым, что опыты было невозможно проводить. На спаривание он не шел, отвергая женщин, которых ему приводили. Он не хотел их, ему нужна была только одна – ОНА.
Его агрессия начала злить силовиков, и неуравновешенного оборотня решили убить. Когда он задыхался от едкого газа, то думал о ней. Даже в последние минуты Серж сходил с ума, что не может увидеть Юливию. Но судьба перетасовала колоду. В тот день на центр напали дикие хищники, которые спасли его шкуру, притащив в вертолет в коматозном состоянии.
Когда он пришел в себя, то надеялся, что его зависимость прошла, но нет, она сжигала его изнутри каждый день. Его трясло от воспоминаний о маленькой лекарше, превращая в ненасытного, тоскующего зверя. Его не удовлетворяли никакие женщины, а у него их было очень много. Он грезил лишь об одной…
Когда через два месяца он по работе приехал в прайд тигров к Джону Регарису, то был до бешенства удивлен, увидев там Юливию. Она работала в медицинском центре и была под защитой альфы прайда. Тогда Серж повадился периодически заглядывать туда, чтобы видеться и говорить с ней. Но все их общение сводилось к ругани и обвинениям.
Теперь он добился того, что она будет временно с ним, чтобы утолить голод, съедающий его изнутри. Он насытит свою потребность, чтобы мог дальше жить, не думая о ней.
Сейчас женщина вновь показывала свое пренебрежение и нежелание быть с ним, хотя по запаху он чувствовал, что она хочет его и очень сильно.
– В машину! – прорычал медведь. – И постарайся без прощаний…
Юливия с ненавистью посмотрела на Сержа и поднялась с земли, поправляя одежду. Она гордо пошла к автомобилю и села на заднее сиденье, ни на кого не глядя. Через десять минут вернулся Серж. Гризли завел машину, и они тронулись в путь.
Внедорожник ехал без остановок восемь часов, пока женщина не заснула. Медведь сжал руль и посмотрел на Юливию. Он ругал себя за то, что довел желанную самку до такого состояния. Пока кошечка плакала, он старался не глядеть в ее сторону, чтобы сдержать себя от порыва притянуть к себе и успокоить. Раньше за ним такого не наблюдалось, а сейчас эта потребность давила на него. Но он сдержался, чтобы еще больше не напугать свою спутницу.
