И за это твоих родных точно не накажут - а вот за укрывательство мятежницы могли бы запросто. А так твой лорд ругнется, ну, может, всыплет плетей твоему отцу, да и найдет себе другую игрушечку. И скорее всего, в другой деревне, чтобы не усугублять и без того напряженную ситуацию.
Ашасси потупилась, безжизненным голосом произнесла:
- А вдруг они пойдут меня искать сами?
- Кто? Родные? - жесткая усмешка, которой девчонкане увидела. - Если твой отец умный человек, то он сразу понял, что ты уже не вернешься. Это лучше, чем отдать доченьку в жадные лапы лорда. Ты ведь лес хорошо знаешь, он решит, что ты где-то схоронилась.
Но тут Ашасси в голову пришла новая мысль.
- Если лорд приведет магов, родные тоже подумают, что я мертва...
- Твой отец с самого начала должен был понимать, что дочь рано или поздно уйдет - в услужение, в чужую семью, на тот свет, неважно. И поверь, чистая смерть лучше, чем попользованное десятками мужиков тело, в котором уже не осталось ничего от его дочери. Раз у тебя брат охотник, он поймет.
Она содрогнулась и снова залилась слезами.
- Хватит реветь. Не поможет, - резко бросил вампир. - Прошлое в прошлом, ты подписала себе приговор, сбежав. Свернула на новую дорогу. Теперь иди тем путем, который выбрала. И в любом случае... - Вампир замолчал, вынудив Ашасси перевести на него взгляд. Затем узкие губы растянулись в демонической усмешке, и он прошипел, склонившись над девушкой и снова вжимая ее в землю: - С чего ты взяла, что я предлагаю тебе выбор?
- Но... ты... - прошептала она. От ужаса даже слезы высохли.
- Я лишь обрисовал те моменты, которые тебе были непонятны. Точка. Это не означало, что я давал тебе право выбора. Ты идешь со мной. Вдоль реки. К морю. Хочешь ты того или нет.
- Зачем? Зачем я тебе? - в ее глазах плескалась боль, но разжалобить вампира было не так-то просто.
- Во-первых, не хватало еще, чтобы ты всем растрезвонила о моем... хм, участии в этом милом инциденте. Во-вторых, мне может снова понадобиться кровь, а во второй раз вряд ли так же повезет. В-третьих, - его лицо теперь было совсем близко, так близко, что Ашасси хотелось закрыть глаза и завыть от ужаса или снова лишиться чувств, лишь бы не видеть жутких черных зрачков, опять полыхнувших алым.
- В-третьих, - прошипел незнакомец, - ты же не хочешь, чтобы я двинулся к твоей деревне, верно? Я могу ведь поступить по-другому. Выпустить тебя, проследить за тобой и... Там я возьму столько крови, сколько захочу. Выясню все об этих местах - люди почему-то плохо реагируют на боль. Узнаю, куда мне лучше всего будет направиться и как добраться до цели. А потом убью каждого, кто меня увидел. Как тебе этот вариант, маленькая?
- Нет, - помертвевшими губами прошептала она. - Ты этого не сделаешь...
Вампир иронично изогнул бровь.
- И кто меня остановит?
Ашасси молча опустила голову, с подбородка вновь закапали слезы.
- Я пойду с тобой, - через силу, еле шевеля губами, пробормотала она.
- Что, прости? Не расслышал, - издевательски ухмыльнулся он.
Подняв голову, Ашасси с чеканной ненавистью процедила:
- Я пойду с тобой!
- А с чего ты взяла, что предложение все еще действительно?
Ашасси пораженно уставилась на вампира. В душе волной поднялась паника. А в самом деле, он ведь может так поступить. И для него куда полезнее будет зачарованный или запуганный охотник или торговец, тот, кто часто ездил к морю, пусть и по суше... И он убьет ее родных, не дожидаясь...
- Нет, прошу тебя...
- Ну, раз ты просишь, - ехидно выплюнул вампир, - то так и быть, в дороге обойдусь твоей кровью. Хотя бы до следующего селения. А сдохнешь в пути - ну, что ж делать. Зато ваш лорд до тебя не доберется. Небось когда он тебя по лесу гонял, ты так и думала - что угодно, только не к нему.
Он понял, что угадал, и почти физически ощутил тот момент, когда ярость заглушила в человечке страх и боль.
- Я тебя ненавижу, - прошипела Ашасси.
Он снова склонился к девушке с издевательской усмешкой и прошептал почти что ей в губы:
- Мне плевать.
Отстранившись, подбросил в костер побольше дров, а потом... потянулся в карман и в следующий миг, молниеносно прижав Ашасси к земле, стянул ей руки за спиной обрывком ее же платья и поднялся.
- Прости, деточка, но рассвет уже близко. А мне бы хотелось сегодня еще что-нибудь съесть. Я отлучусь ненадолго, но скоро вернусь, сладкая моя. Не скучай.
В спину ему полетели ругательства, которых приличная девушка знать бы не должна... но эта, видно, частенько помогала папочке в кузнице. Вампир усмехнулся, не обернувшись. Ничего, ей будет чем себя занять. Как немного успокоится, наверняка попробует сбежать. У людей с соображением вообще туго. Иначе бы девчонка поняла, что он умело ей манипулирует, особенно после последней смехотворной угрозы. К чему ее запугивать, если можно было бы молча прикопать ненужную человечку в лесу и тихонько вырезать остальных?
Нет, юная деревенская травница точно попробует сбежать. И ему было очень интересно, как она планирует это сделать.
Охотиться вампиру было несложно, тем более теперь, когда к нему вернулись силы и разум. Через час, поймав двух кроликов и небрежно вырвав им горло, он возвращался к лагерю.
Предсказуемо.
На лежаке никого не было. Валялись обрывки веревки, пара угольков, от которых тлела ткань, и камень с острой гранью. Вампир клыкасто усмехнулся, подвешивая тушки на ветку дерева, чтобы кровь стекла. Отошел подальше от кроликов и от костра и вдумчиво принюхался, а затем насмешливо покачал головой.
- Идиотка. Даже сбежать по-человечески не смогла.
В лесу раздался дикий визг, затем топот и треск ломаемых сучьев. Вампир невозмутимо скрестил руки на груди. Ну-ну, пусть побегает немного от стаи мранов-гексанов, догнать-то они ее не догонят, но напугают изрядно - нежить, ожившая в фазе перехода первой стадии разложения во вторую, двигаться быстро не способна по определению, но впечатление производит неизгладимое. Особенно когда ей становится и без того не слишком симпатичная "жить". Эту стаю мранов он засек, еще когда на поиски источника отправился. Пятерых шестилапых и четырехглазых гексанов трудно пропустить.
Крики и топот приближались. Вампир клыкасто усмехнулся, когда на поляну выбежала перепуганная девчонка, спотыкаясь через шаг, кинулась к нему и спряталась за спиной, забыв и про его угрозы, и про свою ненависть. Эк ее впечатлило...
- Там... там... - задыхаясь, произнесла она, судорожно вцепившись ему в плечи. - Надо...
- Успокоиться, - невозмутимо посоветовал вампир.
- Но там же...
- Они сюда не придут, - сообщил он, обернувшись к девушке. Та уставилась на него, хлопая глазами.
- Почему?
- Потому что здесь я, - загадочно пояснил он.
- И что с того?
- Ну, скажем так, низшая нежить вампиров не жалует. Боится и правильно делает. Поэтому они сюда не пойдут и продолжат облизываться из кустов.
- Так ты знал, что эти твари тут сидят?! - ужаснулась девушка.
- Знал, конечно. Если бы ты осталась в лагере, они бы тебе ничего не сделали. Огонь они тоже не жалуют. Я не зря в костер перед уходом дров подбросил. К тому же здесь остался мой запах.
- Ты... - ее подбородок жалко дрогнул. - Надо было сказать, и...
- Зато так куда нагляднее. Дошло теперь? Ты без меня в этом лесу не выживешь.
Она шмыгнула носом, опустив голову, и сдавленным голосом произнесла:
- А тебе-то что?
- Пищей разбрасываться не привык, - без ухмылки сообщил вампир. - К тому же раз ты у нас деревенская девка, то к готовке наверняка привычная. Шкуру я с них сниму, так и быть, - произнес он, кивнув в сторону висящих на ветке тушек, - а ты выпотроши и приготовь. Тут наверняка где-нибудь и нож, и котелок имеются... - вампир преспокойно вернулся к костру и принялся копаться в лежавшем неподалеку от второго лежака мешке.
- У мертвых взять?!
Вампир перевел на нее невозмутимый взгляд черных, как ночь, глаз и уточнил:
- А что, им разве котелок понадобится?
- Нет, но у мертвого брать - смерть накликать!
- Я тебя умоляю... - вампир вернулся к своему занятию. - В такую чушь только в деревнях и верят. Те из ваших, кто в солдаты идет, быстро об этом забывают, обшаривая тела врагов на поле боя. Не накличешь, не бойся. А если мертвые вдруг к тебе сами придут с претензиями, можешь смело послать их ко мне.
Неожиданно даже для самой себя Ашасси обессиленно упала на колени, всхлипнула, подняла на вампира потерянный взгляд и исступленно зарыдала, закрыв лицо руками.
Тот, опешив, подскочил к ней.
- Что теперь?!
- Тыыы... для тебя вообще ничего святого нету! - запинаясь, выдала она. - Ты... хуже зверя... тут смерть, тут боль, страх, а ты... а тебе... забава... у меня вся жизнь сломана... ничего нет больше, ничего! А ты...
- Не переживай, мучиться недолго осталось.
Ашасси, даже не вытерев щек и не прекращая всхлипывать, накинулась на него с кулаками. И ей было плевать, что это монстр, что он пьет кровь, что его даже нежить боится. Хотелось только одного - ударить, причинить боль, так же хлестко, как он бил ее словами.
К удивлению вампира, девушка накинулась на него фурией. Надо же, а он счел, что она совсем забитая, ни капли боевого духа... И даже драться она явно умела, другое дело, что шансы причинить ему вред для нее были практически равны нулю. Голыми руками так точно.
Дав девчонке выплеснуть агрессию в нескольких метких, но не слишком сильных ударах, он с легкостью заломил ей руки за спину. Но Ашасси на этом не остановилась и попыталась его укусить. Вампир проворно отдернул шею, потом плечо, а после без особых сантиментов схватил ее за волосы и обездвижил окончательно.
- Легче стало? - поинтересовался он.
Ее глаза яростно сверкнули.
- Так-то лучше.
- Отпусти меня, тварь!
- Я предупреждал, без оскорблений, - жестко произнес нелюдь, тряхнув ее. - Теперь послушай меня, деточка. В том, что с тобой произошло, виноват не я. Учитывая, где тебя сегодня носило, тобой бы уже закусил рашт. В том, что ты так глупо ему попалась, виноват тоже не я. Дошло?
Воинственный запал начал гаснуть. В глазах промелькнуло сомнение. Ашасси прекратила вырываться. Ослабив хватку, вампир продолжил, уже спокойнее:
- Я тоже не в восторге от этой ситуации. Но ты жива. И со мной тебе мало что угрожает в этом лесу. Да и в том, через который мы пойдем, тоже. А теперь ты успокоишься и займешься мясом. Нам обоим нужно поесть. И до рассвета.
Он отпустил ее. Расчет оказался верен. Девчонка, во-первых, еще не пришла в себя после кровопускания (а туда же в лес бежать...), во-вторых, обессилела окончательно после истерики, в-третьих, успокоилась и перестала напоминать вулкан, который вот-вот рванет.
- Почему до рассвета?
Скрывать он смысла не видел.
- Приступай, тогда расскажу.
Они уселись у костра. Молча взяв протянутый нож, принадлежащий егерям, Ашасси занялась принесенной нелюдем добычей, а закончив, выжидательно посмотрела на него.
- У нас своеобразный обмен веществ, - начал вампир, насаживая тушки на импровизированный вертел. - Я был в крайне истощенном состоянии, когда встретил тебя. И единственный способ восстановиться в такой ситуации - человеческая кровь. Другую пищу тело бы попросту не приняло. Но за все надо платить, так устроена природа, и теперь я какое-то время не смогу бывать под прямым солнцем. Оно всегда причиняет нам неудобства, но сильнее всего - в течение нескольких дней после приема человеческой крови.
В ее глазах, помимо страха и гадливости, промелькнула искорка интереса.
- Неудобства?
- Глаза болят, и кожа, когда на нее падает яркий солнечный свет, зудит, словно под ней бегают мелкие муравьи. Но это еще терпимо. А вот после крови солнце жжет. Накатывает головная боль, беспощадная, такая, что в глазах темнеет, на открытых участках кожи появляются ожоги. Вампиры так устроены, что поделать. Так что ночь скоротаем здесь, а на рассвете возвращаемся в укрытие, в котором я пережидал вчерашний день. Отсыпаемся и вечером выходим, медлить опасно. Вопросы?
Ужас, охвативший ее, настойчиво требовал выхода, и Ашасси решилась спросить:
- А... ты сказал "поесть", ты снова будешь?..
Вампир вздохнул и для разнообразия ответил честно:
- Твоя кровь мне пока не нужна. Обычно мы едим мясо. Растительную пищу - нет, только мясо. И нет, - вампир вдруг усмехнулся, но не злобно или ехидно, а почти добродушно. - Не сырым. То есть я могу, конечно, но, боюсь, это отобьет тебе аппетит.
Страх немного утих.
- Пока не нужна? - тихо спросила она.
- Не буду тебе врать, могут возникнуть ситуации... когда она будет даже очень нужна. Я могу даже обезуметь от жажды крови.
- Как тогда?
- Примерно. Но тогда дело было не только в этом.
- А в чем?
Он обругал себя последними словами. Расслабился, сболтнул лишнего.
- Неважно.
Вампир резко поднялся и ушел в тень, затем вернулся, словно вспомнив о каком-то важном деле, и начал что-то искать в траве. На робкий вопрос, что ему нужно, огрызнулся. Недоумевая, девушка снова взялась за готовку и перестала обращать на него внимание.
Поздний ужин (или ранний завтрак?) вышел молчаливым и напряженным. Вампир слегка хмурился, думая о чем-то своем, Ашасси с трудом сдерживала слезы, понимая, что завтра покинет родные места, и, возможно, уже не вернется. Хотя какое возможно, точно не вернется. Во-первых, лорд Праш никуда не денется. Во-вторых, вампир ее так просто не отпустит. Он сам сказал, ему ни к чему, чтобы она кому-то проболталась о его появлении здесь. Значит, подстрахуется, дотащит ее до нужного ему места и выпьет уже там. И все-таки интересно, зачем ему к морю... но ведь не скажет. Уже один раз отмолчался.
- Чего ты носом шмыгаешь?! - наконец не выдержал вампир.
- Да нет. Ничего. Все в порядке, - испуганно произнесла девушка, пытаясь взять себя в руки.
- Раз все в порядке, собирай остатки ужина. Пора уходить.
У нее затряслись разом и руки, и подбородок.
- Сейчас, - сдавленно прошептала она.
- Живо! - рявкнул вампир.
Подскочив, Ашасси поспешно принялась за сборы, хотя перед глазами все расплывалось из-за слез. Ей сразу стало ясно, почему он спешил - ночь понемногу начала уступать новому дню. И все же... добровольно, самой, разрушить остатки своей жизни, затоптать последнюю надежду... Еще позавчера она такое даже представить бы себе не смогла. Вспомнилось недошитое платье на праздник Зимней Звезды. Рукав так и останется недоделанным, да и в платье этом она никогда не выйдет красоваться перед подругами и возможными женихами... Мама обещала к нему дать свой кулон из морского камня - первое украшение, которое Ашасси должна была надеть в своей жизни. Она бы впервые, несмотря на то, что ей уже восемнадцать, пошла на праздник как будущая невеста, сама, без мамы... Мама... Мамины ласковые руки... А ведь с ней она не успела не то что проститься, а словом перемолвиться... Отец с братьями сидели внизу, обсуждая, как будет лучше дать отпор лорду и где спрятать Ашасси, а она, зная, что у них ничего не выйдет, прокралась незаметно к терраске и дала деру по крыше... Вспомнились шалости Дахин, младшей, которая то и дело путала ее пакеты и коробки с травами и таскала тесьму из сундука, куда мама потихоньку складывала приданое...
Ашасси потупилась, безжизненным голосом произнесла:
- А вдруг они пойдут меня искать сами?
- Кто? Родные? - жесткая усмешка, которой девчонкане увидела. - Если твой отец умный человек, то он сразу понял, что ты уже не вернешься. Это лучше, чем отдать доченьку в жадные лапы лорда. Ты ведь лес хорошо знаешь, он решит, что ты где-то схоронилась.
Но тут Ашасси в голову пришла новая мысль.
- Если лорд приведет магов, родные тоже подумают, что я мертва...
- Твой отец с самого начала должен был понимать, что дочь рано или поздно уйдет - в услужение, в чужую семью, на тот свет, неважно. И поверь, чистая смерть лучше, чем попользованное десятками мужиков тело, в котором уже не осталось ничего от его дочери. Раз у тебя брат охотник, он поймет.
Она содрогнулась и снова залилась слезами.
- Хватит реветь. Не поможет, - резко бросил вампир. - Прошлое в прошлом, ты подписала себе приговор, сбежав. Свернула на новую дорогу. Теперь иди тем путем, который выбрала. И в любом случае... - Вампир замолчал, вынудив Ашасси перевести на него взгляд. Затем узкие губы растянулись в демонической усмешке, и он прошипел, склонившись над девушкой и снова вжимая ее в землю: - С чего ты взяла, что я предлагаю тебе выбор?
- Но... ты... - прошептала она. От ужаса даже слезы высохли.
- Я лишь обрисовал те моменты, которые тебе были непонятны. Точка. Это не означало, что я давал тебе право выбора. Ты идешь со мной. Вдоль реки. К морю. Хочешь ты того или нет.
- Зачем? Зачем я тебе? - в ее глазах плескалась боль, но разжалобить вампира было не так-то просто.
- Во-первых, не хватало еще, чтобы ты всем растрезвонила о моем... хм, участии в этом милом инциденте. Во-вторых, мне может снова понадобиться кровь, а во второй раз вряд ли так же повезет. В-третьих, - его лицо теперь было совсем близко, так близко, что Ашасси хотелось закрыть глаза и завыть от ужаса или снова лишиться чувств, лишь бы не видеть жутких черных зрачков, опять полыхнувших алым.
- В-третьих, - прошипел незнакомец, - ты же не хочешь, чтобы я двинулся к твоей деревне, верно? Я могу ведь поступить по-другому. Выпустить тебя, проследить за тобой и... Там я возьму столько крови, сколько захочу. Выясню все об этих местах - люди почему-то плохо реагируют на боль. Узнаю, куда мне лучше всего будет направиться и как добраться до цели. А потом убью каждого, кто меня увидел. Как тебе этот вариант, маленькая?
- Нет, - помертвевшими губами прошептала она. - Ты этого не сделаешь...
Вампир иронично изогнул бровь.
- И кто меня остановит?
Ашасси молча опустила голову, с подбородка вновь закапали слезы.
- Я пойду с тобой, - через силу, еле шевеля губами, пробормотала она.
- Что, прости? Не расслышал, - издевательски ухмыльнулся он.
Подняв голову, Ашасси с чеканной ненавистью процедила:
- Я пойду с тобой!
- А с чего ты взяла, что предложение все еще действительно?
Ашасси пораженно уставилась на вампира. В душе волной поднялась паника. А в самом деле, он ведь может так поступить. И для него куда полезнее будет зачарованный или запуганный охотник или торговец, тот, кто часто ездил к морю, пусть и по суше... И он убьет ее родных, не дожидаясь...
- Нет, прошу тебя...
- Ну, раз ты просишь, - ехидно выплюнул вампир, - то так и быть, в дороге обойдусь твоей кровью. Хотя бы до следующего селения. А сдохнешь в пути - ну, что ж делать. Зато ваш лорд до тебя не доберется. Небось когда он тебя по лесу гонял, ты так и думала - что угодно, только не к нему.
Он понял, что угадал, и почти физически ощутил тот момент, когда ярость заглушила в человечке страх и боль.
- Я тебя ненавижу, - прошипела Ашасси.
Он снова склонился к девушке с издевательской усмешкой и прошептал почти что ей в губы:
- Мне плевать.
Отстранившись, подбросил в костер побольше дров, а потом... потянулся в карман и в следующий миг, молниеносно прижав Ашасси к земле, стянул ей руки за спиной обрывком ее же платья и поднялся.
- Прости, деточка, но рассвет уже близко. А мне бы хотелось сегодня еще что-нибудь съесть. Я отлучусь ненадолго, но скоро вернусь, сладкая моя. Не скучай.
В спину ему полетели ругательства, которых приличная девушка знать бы не должна... но эта, видно, частенько помогала папочке в кузнице. Вампир усмехнулся, не обернувшись. Ничего, ей будет чем себя занять. Как немного успокоится, наверняка попробует сбежать. У людей с соображением вообще туго. Иначе бы девчонка поняла, что он умело ей манипулирует, особенно после последней смехотворной угрозы. К чему ее запугивать, если можно было бы молча прикопать ненужную человечку в лесу и тихонько вырезать остальных?
Нет, юная деревенская травница точно попробует сбежать. И ему было очень интересно, как она планирует это сделать.
Охотиться вампиру было несложно, тем более теперь, когда к нему вернулись силы и разум. Через час, поймав двух кроликов и небрежно вырвав им горло, он возвращался к лагерю.
Предсказуемо.
На лежаке никого не было. Валялись обрывки веревки, пара угольков, от которых тлела ткань, и камень с острой гранью. Вампир клыкасто усмехнулся, подвешивая тушки на ветку дерева, чтобы кровь стекла. Отошел подальше от кроликов и от костра и вдумчиво принюхался, а затем насмешливо покачал головой.
- Идиотка. Даже сбежать по-человечески не смогла.
В лесу раздался дикий визг, затем топот и треск ломаемых сучьев. Вампир невозмутимо скрестил руки на груди. Ну-ну, пусть побегает немного от стаи мранов-гексанов, догнать-то они ее не догонят, но напугают изрядно - нежить, ожившая в фазе перехода первой стадии разложения во вторую, двигаться быстро не способна по определению, но впечатление производит неизгладимое. Особенно когда ей становится и без того не слишком симпатичная "жить". Эту стаю мранов он засек, еще когда на поиски источника отправился. Пятерых шестилапых и четырехглазых гексанов трудно пропустить.
Крики и топот приближались. Вампир клыкасто усмехнулся, когда на поляну выбежала перепуганная девчонка, спотыкаясь через шаг, кинулась к нему и спряталась за спиной, забыв и про его угрозы, и про свою ненависть. Эк ее впечатлило...
- Там... там... - задыхаясь, произнесла она, судорожно вцепившись ему в плечи. - Надо...
- Успокоиться, - невозмутимо посоветовал вампир.
- Но там же...
- Они сюда не придут, - сообщил он, обернувшись к девушке. Та уставилась на него, хлопая глазами.
- Почему?
- Потому что здесь я, - загадочно пояснил он.
- И что с того?
- Ну, скажем так, низшая нежить вампиров не жалует. Боится и правильно делает. Поэтому они сюда не пойдут и продолжат облизываться из кустов.
- Так ты знал, что эти твари тут сидят?! - ужаснулась девушка.
- Знал, конечно. Если бы ты осталась в лагере, они бы тебе ничего не сделали. Огонь они тоже не жалуют. Я не зря в костер перед уходом дров подбросил. К тому же здесь остался мой запах.
- Ты... - ее подбородок жалко дрогнул. - Надо было сказать, и...
- Зато так куда нагляднее. Дошло теперь? Ты без меня в этом лесу не выживешь.
Она шмыгнула носом, опустив голову, и сдавленным голосом произнесла:
- А тебе-то что?
- Пищей разбрасываться не привык, - без ухмылки сообщил вампир. - К тому же раз ты у нас деревенская девка, то к готовке наверняка привычная. Шкуру я с них сниму, так и быть, - произнес он, кивнув в сторону висящих на ветке тушек, - а ты выпотроши и приготовь. Тут наверняка где-нибудь и нож, и котелок имеются... - вампир преспокойно вернулся к костру и принялся копаться в лежавшем неподалеку от второго лежака мешке.
- У мертвых взять?!
Вампир перевел на нее невозмутимый взгляд черных, как ночь, глаз и уточнил:
- А что, им разве котелок понадобится?
- Нет, но у мертвого брать - смерть накликать!
- Я тебя умоляю... - вампир вернулся к своему занятию. - В такую чушь только в деревнях и верят. Те из ваших, кто в солдаты идет, быстро об этом забывают, обшаривая тела врагов на поле боя. Не накличешь, не бойся. А если мертвые вдруг к тебе сами придут с претензиями, можешь смело послать их ко мне.
Неожиданно даже для самой себя Ашасси обессиленно упала на колени, всхлипнула, подняла на вампира потерянный взгляд и исступленно зарыдала, закрыв лицо руками.
Тот, опешив, подскочил к ней.
- Что теперь?!
- Тыыы... для тебя вообще ничего святого нету! - запинаясь, выдала она. - Ты... хуже зверя... тут смерть, тут боль, страх, а ты... а тебе... забава... у меня вся жизнь сломана... ничего нет больше, ничего! А ты...
- Не переживай, мучиться недолго осталось.
Ашасси, даже не вытерев щек и не прекращая всхлипывать, накинулась на него с кулаками. И ей было плевать, что это монстр, что он пьет кровь, что его даже нежить боится. Хотелось только одного - ударить, причинить боль, так же хлестко, как он бил ее словами.
К удивлению вампира, девушка накинулась на него фурией. Надо же, а он счел, что она совсем забитая, ни капли боевого духа... И даже драться она явно умела, другое дело, что шансы причинить ему вред для нее были практически равны нулю. Голыми руками так точно.
Дав девчонке выплеснуть агрессию в нескольких метких, но не слишком сильных ударах, он с легкостью заломил ей руки за спину. Но Ашасси на этом не остановилась и попыталась его укусить. Вампир проворно отдернул шею, потом плечо, а после без особых сантиментов схватил ее за волосы и обездвижил окончательно.
- Легче стало? - поинтересовался он.
Ее глаза яростно сверкнули.
- Так-то лучше.
- Отпусти меня, тварь!
- Я предупреждал, без оскорблений, - жестко произнес нелюдь, тряхнув ее. - Теперь послушай меня, деточка. В том, что с тобой произошло, виноват не я. Учитывая, где тебя сегодня носило, тобой бы уже закусил рашт. В том, что ты так глупо ему попалась, виноват тоже не я. Дошло?
Воинственный запал начал гаснуть. В глазах промелькнуло сомнение. Ашасси прекратила вырываться. Ослабив хватку, вампир продолжил, уже спокойнее:
- Я тоже не в восторге от этой ситуации. Но ты жива. И со мной тебе мало что угрожает в этом лесу. Да и в том, через который мы пойдем, тоже. А теперь ты успокоишься и займешься мясом. Нам обоим нужно поесть. И до рассвета.
Он отпустил ее. Расчет оказался верен. Девчонка, во-первых, еще не пришла в себя после кровопускания (а туда же в лес бежать...), во-вторых, обессилела окончательно после истерики, в-третьих, успокоилась и перестала напоминать вулкан, который вот-вот рванет.
- Почему до рассвета?
Скрывать он смысла не видел.
- Приступай, тогда расскажу.
Они уселись у костра. Молча взяв протянутый нож, принадлежащий егерям, Ашасси занялась принесенной нелюдем добычей, а закончив, выжидательно посмотрела на него.
- У нас своеобразный обмен веществ, - начал вампир, насаживая тушки на импровизированный вертел. - Я был в крайне истощенном состоянии, когда встретил тебя. И единственный способ восстановиться в такой ситуации - человеческая кровь. Другую пищу тело бы попросту не приняло. Но за все надо платить, так устроена природа, и теперь я какое-то время не смогу бывать под прямым солнцем. Оно всегда причиняет нам неудобства, но сильнее всего - в течение нескольких дней после приема человеческой крови.
В ее глазах, помимо страха и гадливости, промелькнула искорка интереса.
- Неудобства?
- Глаза болят, и кожа, когда на нее падает яркий солнечный свет, зудит, словно под ней бегают мелкие муравьи. Но это еще терпимо. А вот после крови солнце жжет. Накатывает головная боль, беспощадная, такая, что в глазах темнеет, на открытых участках кожи появляются ожоги. Вампиры так устроены, что поделать. Так что ночь скоротаем здесь, а на рассвете возвращаемся в укрытие, в котором я пережидал вчерашний день. Отсыпаемся и вечером выходим, медлить опасно. Вопросы?
Ужас, охвативший ее, настойчиво требовал выхода, и Ашасси решилась спросить:
- А... ты сказал "поесть", ты снова будешь?..
Вампир вздохнул и для разнообразия ответил честно:
- Твоя кровь мне пока не нужна. Обычно мы едим мясо. Растительную пищу - нет, только мясо. И нет, - вампир вдруг усмехнулся, но не злобно или ехидно, а почти добродушно. - Не сырым. То есть я могу, конечно, но, боюсь, это отобьет тебе аппетит.
Страх немного утих.
- Пока не нужна? - тихо спросила она.
- Не буду тебе врать, могут возникнуть ситуации... когда она будет даже очень нужна. Я могу даже обезуметь от жажды крови.
- Как тогда?
- Примерно. Но тогда дело было не только в этом.
- А в чем?
Он обругал себя последними словами. Расслабился, сболтнул лишнего.
- Неважно.
Вампир резко поднялся и ушел в тень, затем вернулся, словно вспомнив о каком-то важном деле, и начал что-то искать в траве. На робкий вопрос, что ему нужно, огрызнулся. Недоумевая, девушка снова взялась за готовку и перестала обращать на него внимание.
Поздний ужин (или ранний завтрак?) вышел молчаливым и напряженным. Вампир слегка хмурился, думая о чем-то своем, Ашасси с трудом сдерживала слезы, понимая, что завтра покинет родные места, и, возможно, уже не вернется. Хотя какое возможно, точно не вернется. Во-первых, лорд Праш никуда не денется. Во-вторых, вампир ее так просто не отпустит. Он сам сказал, ему ни к чему, чтобы она кому-то проболталась о его появлении здесь. Значит, подстрахуется, дотащит ее до нужного ему места и выпьет уже там. И все-таки интересно, зачем ему к морю... но ведь не скажет. Уже один раз отмолчался.
- Чего ты носом шмыгаешь?! - наконец не выдержал вампир.
- Да нет. Ничего. Все в порядке, - испуганно произнесла девушка, пытаясь взять себя в руки.
- Раз все в порядке, собирай остатки ужина. Пора уходить.
У нее затряслись разом и руки, и подбородок.
- Сейчас, - сдавленно прошептала она.
- Живо! - рявкнул вампир.
Подскочив, Ашасси поспешно принялась за сборы, хотя перед глазами все расплывалось из-за слез. Ей сразу стало ясно, почему он спешил - ночь понемногу начала уступать новому дню. И все же... добровольно, самой, разрушить остатки своей жизни, затоптать последнюю надежду... Еще позавчера она такое даже представить бы себе не смогла. Вспомнилось недошитое платье на праздник Зимней Звезды. Рукав так и останется недоделанным, да и в платье этом она никогда не выйдет красоваться перед подругами и возможными женихами... Мама обещала к нему дать свой кулон из морского камня - первое украшение, которое Ашасси должна была надеть в своей жизни. Она бы впервые, несмотря на то, что ей уже восемнадцать, пошла на праздник как будущая невеста, сама, без мамы... Мама... Мамины ласковые руки... А ведь с ней она не успела не то что проститься, а словом перемолвиться... Отец с братьями сидели внизу, обсуждая, как будет лучше дать отпор лорду и где спрятать Ашасси, а она, зная, что у них ничего не выйдет, прокралась незаметно к терраске и дала деру по крыше... Вспомнились шалости Дахин, младшей, которая то и дело путала ее пакеты и коробки с травами и таскала тесьму из сундука, куда мама потихоньку складывала приданое...
