Так что да, в Ашасси всего несколько капель нашей крови и немногим больше – крови демонов. Они даже на внешности никак не отражаются. Но ее родство с Киритани не вызывает сомнений. Она Хассимэ – и она ари. Как и Ашер».
Актар закрыл лицо руками, с силой растер.
- Что же получается тогда? – прошептал он. – Мы были правы, да? С самого начала?
- О, да. Еще как правы.
Актар разродился заковыристым ругательством.
- Я выразился примерно так же, когда все сомнения отпали. Правда, про себя, в Теннори запрещено говорить вслух.
Вампир взглянул на своего повелителя.
- И как ты к этому относишься? Судя по тому, что ты продолжаешь с ней общаться…
И тут маска спокойствия наконец слетела.
- Сам еще не понял, - признался Аргихар, а в глазах плескалась тоска. – И старательно гоню от себя мысль о том, что, возможно, снова наступаю на те же грабли.
Актар неожиданно усмехнулся.
- Что?
- Ты это выражение у Ашасси подцепил?
Вампир ответил невеселой усмешкой.
- Вполне может быть.
Помолчав немного, Актар решительно сказал:
- Нет. Не наступаешь. Я помню… хм, ее предка… и поверь мне, в моей семье его ненавидели не только за то, что он был твоим дружком. Аш совсем другая. Но, пожалуй, ты верно поступил, не рассказав ей… обо всем.
На лице императора отчетливо мелькнуло облегчение.
«Он сомневался, - понял Дан, - снова сомневался в своей правоте. Это приключение и впрямь его изменило… Жаль, что не до конца».
- И что теперь? – вслух спросил он.
- Я должен был ее предупредить о том, что в ее жизни весьма вероятны скорые перемены.
- А ты не мог сделать это… мм… потактичнее, что ли?
- Нет. – Даскалиар отошел от окна и посмотрел на только начинающий зеленеть дворцовый парк. – Я все еще император, Актар. И мои приказы не оспариваются. В любом случае, независимо от того, нравятся они кому-то или нет. И да, если того потребует благо империи – Ашасси придется выполнить мой приказ, даже если она не в восторге от обрисованной мной перспективы.
Эти слова неприятно резанули Дана.
- Ее одна мысль об этом довела до слез, - осторожно произнес он, внимательно наблюдая за императором.
Даскалиар едва заметно вздрогнул. Но все тем же спокойным тоном продолжил:
- Я надеюсь, однако, что до этого не дойдет. Я вызову дев-лорда Эмиэта.
- Пятый дом, дом Крови – и их лучший маг, к тому же член гильдии магии крови… Хочешь установить долю черной крови в ней?
- Да. Возможно, она достаточно велика, чтобы…
- Она недостаточно велика. Иначе мы оба бы почувствовали в ней родственную частичку. Но если ни ты, ни я ничего не заметили… Да ты и сам это знаешь – ты же только что обмолвился про «несколько капель».
- Будем знать наверняка, тогда и подумаем. Пока все останется как было. У нас есть еще пара недель на проверку, подготовку документов и всего остального. Я завтра отправлю курьера в Архив, пусть пришлют подтверждение, не раскрывая гостайну. Впрочем, учитывая гриф документов, они и так догадаются.
- Этого недостаточно. Мне нужны гарантии, что ей не будет плохо.
Едва сказав это, Дан почувствовал, как в императоре вспыхнул гнев.
- С какой стати ты вообще требуешь от меня гарантий?! Ты ей никто! Я и так сделал все, что было в моих силах! Я не хочу ее к чему-то принуждать, и сделаю все, чтобы она осталась довольна, но назад теперь дороги нет. Остается только выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. И если ей придется стать человеческой леди – она ею станет. Это лучший способ оградить ее и от косых взглядов, и от возможных поползновений личностей вроде лорда Праша. Поначалу будет нелегко, я это понимаю… Но люди ко всему привыкают. К тому же это не моя прихоть, Актар. Это ради блага империи.
Несколько долгих биений сердца Дан смотрел на императора, а затем тихо произнес:
- Как скажете, император.
Он поднялся с кресла.
- Я уже горько жалею, что ввязался в дела вашего государства… Но я увяз в них слишком глубоко, как и Ашасси. На вашу империю, по сути, мне плевать. На чувства этой человечки – нет. И в этом случае, - в глазах полыхнуло тщательно сдерживаемое бешенство, и вампир холодно процедил: - я оставляю за собой право действовать на собственное усмотрение.
Даскалиар горько пожалел, что пошел на поводу у гнева и сказал эти последние слова.
- Актар…
Но вампир отвесил короткий поклон и вышел.
...Что ж, если ты, дорогой враг, ничего умнее придумать не можешь, я знаю, как тебя обойти. Тот факт, что она Хассимэ, покажется тебе сущей мелочью!
На миг Дан остановился и привалился к стене в парадной галерее.
...А мне? Я знаю, каким был Ашер. И его ненавидели за высокомерие, гордость и готовность добиваться своего, не жалея никого и ничего на своем пути. Даже прежний ар-лорд Дариэт не убивал детей. Ашер мог на это пойти – и шел. Дочери моего кузена не было и двенадцати, когда она вместе с ним и его женой поплатилась за «предательство и трусость отца». Я хотел спасти их от Дариэтов, которые не простили бы заговора против наследника-императора – а в итоге невольно обрек на смерть… Ашасси тоже Хассимэ и несет в себе частичку него. Имеет ли это значение для меня?
Он свернул в переход между крыльями, крытый горным хрусталем. В солнечные дни по полу рассыпались радужные блики… огромные окна были, по счастью, из обычного стекла.
Актар автоматически бросил взгляд на улицу.
Ашасси, как девчонка, резвилась и дурачилась с детьми служанок, играя в снежки остатками талого снега под деревьями.
Вампир невольно улыбнулся и покачал головой.
Он знал ответ.
Хотелось с кем-то поговорить, с кем-то, кто поймет и поддержит, но…
Эйна не хотела его видеть. Не то чтобы Дан ее в этом винил, но ситуация начинала раздражать…
Он знал, что поступил глупо. Но синее свечение перстня так поразило его, что он ничего не ответил.
В очередной раз услышав, что леди Лориэль занята и никого не принимает, он сдался и отправился бродить по дворцу. А в главном крыле наткнулся на лорда Лориэля, которому удалось его удивить.
- Лорд Селиэт, не соблаговолите зайти в мою гостиную на пару слов? Скажем, за чашкой кофе?
Дан с нарастающим чувством обреченности согласился. Целитель не так часто заговаривал с ним без необходимости, и на сей раз было несложно догадаться, чего он потребует.
Однако эльф, утянувший Актара в эльфийское крыло, вел себя до странности благожелательно.
Когда они наконец расположились в креслах в светлой, хоть и не слишком просторной гостиной, оформленной по всем вкусам эльфов (пастельные тона, прежде всего кремовый, бледно-зеленый и разные оттенки голубого), лорд Лориэль как-то очень по-доброму улыбнулся и внезапно произнес:
- Я так понял – по косвенным признакам – Эйнариле попыталась объясниться с вами?
У вампира поданный служанкой кофе встал поперек горла. Лорд Лориэль деликатно подождал, пока гость прокашляется, а затем произнес:
- Я бы не стал вас смущать, однако подумал, что, возможно, вы не знаете некоторых вещей, а потому не до конца понимаете подоплеку происходящего, лорд Селиэт. Я возьму на себя смелость дать вам небольшой совет, если вы не против.
Актар опешил. Он полагал, что эльф холодным тоном сделает ему выговор и потребует оставить его дочь в покое, но тот почему-то повел себя иначе. Учитывая, как он в свое время обошелся с лордом Мэнкасиэлем, подобного снисхождения Дан не ожидал.
- Почту за честь, милорд, - чуть поклонился он, еще покашливая.
- Начну, пожалуй, с главного. Зная Эйну… опять же, я догадываюсь, в чем причина недопонимания. По нашим обычаям, женщины не признаются в любви первыми, начинать отношения любого рода - это удел мужчин.
Дан молча уставился на пожилого целителя, не зная, что сказать. Об этом нюансе он действительно даже не подозревал.
- Эльфийский уклад формален до мелочей, все прописано, все расписано… Но свою дочь я знаю слишком хорошо, а значит, вряд ли она его придерживалась. И, возможно, застала вас врасплох, хотя сама этого не поняла.
Еще как застала!
- Простите, лорд Лориэль, если вы сочли, что я недостаточно…
- К вам у меня нет ни малейших претензий, лорд Селиэт. Объяснять что-либо мне вы не обязаны совершенно, и у меня в мыслях не было требовать оправданий. Но я бы хотел, чтобы вы объяснились с моей дочерью, - он помолчал, а затем продолжил: - Вы знаете, что у нас принято все решать за детей. У вампиров принято не вмешиваться в жизнь совершеннолетних. Я предпочел избрать среднюю тактику, раз уж, к некоторому моему удивлению, сложилась такая непредсказуемая пара. Надеюсь, вы не в обиде на меня за смелость.
- Напротив, любой ваш совет ценен для меня, - поспешно произнес Дан, по-прежнему не в силах оправиться от удивления.
- Я не знаю, что именно между вами произошло, потому что дочь свою допрашивать никогда не пытался и не собираюсь начинать теперь, но по ее поведению кое-какие выводы я сделал. К тому же характером она пошла в мать… Так вот, если Эйна решилась нарушить традиции, соблюдавшиеся веками, это может говорить лишь об одном – весьма сильном чувстве, которое она испытывает к вам, лорд Селиэт.
Актар против воли покраснел. Он не ожидал такого подхода и такой прямоты со стороны лорда-целителя.
В глазах того блеснули смешинки.
- Не буду вас долго мучить. Если вам кажется, что Эйнариле охладела к вам или не желает вас видеть, могу сказать только одно. Не сдавайтесь, давите, добивайтесь своего, действуйте жестко, если понадобится. Если отступитесь – притворная холодность со временем превратится в настоящую. Не давайте ей времени на раздумья, добивайтесь ее внимания. Поверьте мне, я хорошо знаю мою дочь и умею читать по глазам ее истинные чувства. Так, как она смотрела на вас, еще когда вы лежали без сознания, она не смотрела ни на одного другого мужчину – включая императора. А поэтому, лорд Селиэт, я могу только повторить: не отступайтесь. А дальше… - он пожал плечами и сделал глоток чая из чашки. – Принять совет или нет – целиком и полностью ваше дело.
Он смерил все еще заметно смущенного вампира проницательным взглядом и с легкой улыбкой добавил:
- Надеюсь, я не был неделикатен.
- Н-напротив, - заверил его Актар, не в силах оправиться от изумления. – Но почему?.. Я же вампир, - зачем-то напомнил он.
- Если она вас любит, мне нет дела до того, какая кровь течет в ваших венах. Не говоря о том, что я не разделяю предрассудков, свойственных моей расе в целом. Я слишком долго прожил в империи, слишком много путешествовал, слишком многое повидал, чтобы кичиться мнимым превосходством своего народа. А Эйнариле… - эльф с доброй улыбкой покачал головой. – Она моя гордость, лорд Селиэт. Мое утешение, самое дорогое, что есть у меня в этой жизни с тех пор, как не стало моей жены. С ней сейчас разговаривать бесполезно, но вы… я понадеялся, что вы окажетесь более рациональны.
Первый в его жизни отеческий совет.
Дан поднялся с кресла, глядя на эльфа. И низко поклонился ему.
- Оставьте эти церемонии, - улыбнулся эльф. – Я желаю вам удачи. Прошу только об одном: не сделайте ей больно.
- Я не могу этого обещать, жизнь бывает непредсказуема… Но я обещаю вам, что приложу все усилия к тому, чтобы выполнить вашу просьбу.
- Большего мне и не нужно. Надеюсь, вы не злитесь на бедного отца за небольшое вмешательство.
Серьезный взгляд черных глаз.
- Примите мою искреннюю благодарность, лорд Лориэль.
Новый поклон.
Эльф иронично, по-доброму хмыкнул.
- Кофе, конечно, хорош… а отсюда вопрос: собираетесь и дальше наслаждаться его вкусом или предпочли бы немного побыть в одиночестве?
Актар невольно улыбнулся.
- Я смотрю, вы неплохо успели меня изучить.
Лорд-целитель пожал плечами.
- Это профессиональное.
- С вашего разрешения, я пойду, милорд.
- Ступайте, ступайте, - с хитрой улыбкой кивнул тот. – Долгого дня.
- Долгой ночи.
И Актар вышел за дверь, а затем снова побрел по коридорам куда глаза глядят, пытаясь осознать случившееся.
Не похоже, чтобы целитель его обманывал, да и такие увертки не в его характере… Лорд Лориэль явно искренне беспокоился за дочь. А если бы был недоволен их отношениями – мог бы попытаться прекратить их давным-давно. У эльфов отец ведь действительно имеет полное право приказать дочери. Эйна, конечно, своенравна… но она как минимум стала бы осторожнее, начала бы скрывать, что видится с ним. Она же, напротив, всегда была уверена, что отец не пойдет против ее сердца.
Демон знает что…
Дан тряхнул головой, резко развернулся и направился в эльфийское крыло.
Последуем совету лорда-целителя. Даже если придется вломиться в ее покои силой, связав служанку и заткнув ей рот кляпом. А потом проделать то же самое с его эльфийской упрямицей.
Не помирится с ней – хотя бы спросит совета насчет Ашасси. Он знал, что Эйна, как бы сильно ни была обижена, в помощи не откажет точно… А вот, кстати, и способ вызвать ее на разговор, не ломая двери… Дариэт ему этого во второй раз не простит.
Короткая усмешка снова сменяется мрачностью.
Холодность, молчание и разлука стали невыносимы. И Дан прекрасно знал, почему.
Потому что он любит эту девушку. Глупо убеждать себя в обратном, когда он получил столь наглядное тому подтверждение.
Дан достал из нагрудного кармана родовые перстни Селиэтов, задумчиво посмотрел на них. С мрачной решимостью надел мужское кольцо на безымянный палец левой руки. Женское убрал на место. И ускорил шаг.
- Леди Лориэль не…
Даже не дослушав, Актар холодно бросил:
- Сообщите ей, что мне необходимо поговорить с ней о госпоже Ашасси.
- Госпожа Ашасси сегодня здесь была.
- Тем более. Передайте мои слова леди.
- Леди просила ничего не передавать от вас.
Молниеносное движение. Сверкнули клыки, глаза полыхнули красным. Но ладонь лишь мягко сдавила плечо служанки. Пока.
- А я вас настоятельно прошу передать ей то, что я сказал. Я бы хотел обсудить с леди Лориэль одну проблему, связанную с госпожой травницей. Мне нужна ее помощь и мудрость.
- Х… хорошо, - сжавшись, пролепетала эльфийка, с лица которой молниеносно слетела надменность – вместе со всеми красками.
Актар медленно убрал руку.
- Благодарю вас, - выплюнул он.
Дверь закрылась. Он ждал, внешне не проявляя признаков нетерпения, хотя на деле уже был готов ее взломать. И если Эйна откажется с ним встретиться – он так и сделает! В конце концов, лорд Лориэль дал свое благословение на подобные меры.
- Леди Лориэль согласилась вас выслушать, – пряча взгляд, произнесла служанка, и дверь перед ним наконец распахнулась.
Первый этап пройден.
...Ну, будем надеяться, связывать не понадобится.
Тем же вечером за ужином Ашасси сидела за своим столом, по-прежнему думая о разговоре с Аргихаром и стараясь не смотреть на императора. На сей раз рядом с ней сидела Эйна, появление которой несколько удивило и ее, и лорда Антела. Эльфийка не часто приходила вечером в обеденный зал, обычно предпочитая полноценному ужину чай в своей гостиной, однако сегодня почему-то изменила своей привычке. Она появилась на пороге, встревоженно-суетливая, задумчивая, мечтательная, непривычно румяная – и как-то странно поглядывала на Ашасси. Когда та спросила, все ли в порядке, Эйна ответила утвердительно, потом села рядом и уставилась в пустую тарелку. Правда с Даном поругалась, что ли…
Не успела девушка подумать об этом, как перед ней неожиданно материализовался друг, вырвав ее из меланхолии.
Актар закрыл лицо руками, с силой растер.
- Что же получается тогда? – прошептал он. – Мы были правы, да? С самого начала?
- О, да. Еще как правы.
Актар разродился заковыристым ругательством.
- Я выразился примерно так же, когда все сомнения отпали. Правда, про себя, в Теннори запрещено говорить вслух.
Вампир взглянул на своего повелителя.
- И как ты к этому относишься? Судя по тому, что ты продолжаешь с ней общаться…
И тут маска спокойствия наконец слетела.
- Сам еще не понял, - признался Аргихар, а в глазах плескалась тоска. – И старательно гоню от себя мысль о том, что, возможно, снова наступаю на те же грабли.
Актар неожиданно усмехнулся.
- Что?
- Ты это выражение у Ашасси подцепил?
Вампир ответил невеселой усмешкой.
- Вполне может быть.
Помолчав немного, Актар решительно сказал:
- Нет. Не наступаешь. Я помню… хм, ее предка… и поверь мне, в моей семье его ненавидели не только за то, что он был твоим дружком. Аш совсем другая. Но, пожалуй, ты верно поступил, не рассказав ей… обо всем.
На лице императора отчетливо мелькнуло облегчение.
«Он сомневался, - понял Дан, - снова сомневался в своей правоте. Это приключение и впрямь его изменило… Жаль, что не до конца».
- И что теперь? – вслух спросил он.
- Я должен был ее предупредить о том, что в ее жизни весьма вероятны скорые перемены.
- А ты не мог сделать это… мм… потактичнее, что ли?
- Нет. – Даскалиар отошел от окна и посмотрел на только начинающий зеленеть дворцовый парк. – Я все еще император, Актар. И мои приказы не оспариваются. В любом случае, независимо от того, нравятся они кому-то или нет. И да, если того потребует благо империи – Ашасси придется выполнить мой приказ, даже если она не в восторге от обрисованной мной перспективы.
Эти слова неприятно резанули Дана.
- Ее одна мысль об этом довела до слез, - осторожно произнес он, внимательно наблюдая за императором.
Даскалиар едва заметно вздрогнул. Но все тем же спокойным тоном продолжил:
- Я надеюсь, однако, что до этого не дойдет. Я вызову дев-лорда Эмиэта.
- Пятый дом, дом Крови – и их лучший маг, к тому же член гильдии магии крови… Хочешь установить долю черной крови в ней?
- Да. Возможно, она достаточно велика, чтобы…
- Она недостаточно велика. Иначе мы оба бы почувствовали в ней родственную частичку. Но если ни ты, ни я ничего не заметили… Да ты и сам это знаешь – ты же только что обмолвился про «несколько капель».
- Будем знать наверняка, тогда и подумаем. Пока все останется как было. У нас есть еще пара недель на проверку, подготовку документов и всего остального. Я завтра отправлю курьера в Архив, пусть пришлют подтверждение, не раскрывая гостайну. Впрочем, учитывая гриф документов, они и так догадаются.
- Этого недостаточно. Мне нужны гарантии, что ей не будет плохо.
Едва сказав это, Дан почувствовал, как в императоре вспыхнул гнев.
- С какой стати ты вообще требуешь от меня гарантий?! Ты ей никто! Я и так сделал все, что было в моих силах! Я не хочу ее к чему-то принуждать, и сделаю все, чтобы она осталась довольна, но назад теперь дороги нет. Остается только выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. И если ей придется стать человеческой леди – она ею станет. Это лучший способ оградить ее и от косых взглядов, и от возможных поползновений личностей вроде лорда Праша. Поначалу будет нелегко, я это понимаю… Но люди ко всему привыкают. К тому же это не моя прихоть, Актар. Это ради блага империи.
Несколько долгих биений сердца Дан смотрел на императора, а затем тихо произнес:
- Как скажете, император.
Он поднялся с кресла.
- Я уже горько жалею, что ввязался в дела вашего государства… Но я увяз в них слишком глубоко, как и Ашасси. На вашу империю, по сути, мне плевать. На чувства этой человечки – нет. И в этом случае, - в глазах полыхнуло тщательно сдерживаемое бешенство, и вампир холодно процедил: - я оставляю за собой право действовать на собственное усмотрение.
Даскалиар горько пожалел, что пошел на поводу у гнева и сказал эти последние слова.
- Актар…
Но вампир отвесил короткий поклон и вышел.
...Что ж, если ты, дорогой враг, ничего умнее придумать не можешь, я знаю, как тебя обойти. Тот факт, что она Хассимэ, покажется тебе сущей мелочью!
На миг Дан остановился и привалился к стене в парадной галерее.
...А мне? Я знаю, каким был Ашер. И его ненавидели за высокомерие, гордость и готовность добиваться своего, не жалея никого и ничего на своем пути. Даже прежний ар-лорд Дариэт не убивал детей. Ашер мог на это пойти – и шел. Дочери моего кузена не было и двенадцати, когда она вместе с ним и его женой поплатилась за «предательство и трусость отца». Я хотел спасти их от Дариэтов, которые не простили бы заговора против наследника-императора – а в итоге невольно обрек на смерть… Ашасси тоже Хассимэ и несет в себе частичку него. Имеет ли это значение для меня?
Он свернул в переход между крыльями, крытый горным хрусталем. В солнечные дни по полу рассыпались радужные блики… огромные окна были, по счастью, из обычного стекла.
Актар автоматически бросил взгляд на улицу.
Ашасси, как девчонка, резвилась и дурачилась с детьми служанок, играя в снежки остатками талого снега под деревьями.
Вампир невольно улыбнулся и покачал головой.
Он знал ответ.
Хотелось с кем-то поговорить, с кем-то, кто поймет и поддержит, но…
Эйна не хотела его видеть. Не то чтобы Дан ее в этом винил, но ситуация начинала раздражать…
Он знал, что поступил глупо. Но синее свечение перстня так поразило его, что он ничего не ответил.
В очередной раз услышав, что леди Лориэль занята и никого не принимает, он сдался и отправился бродить по дворцу. А в главном крыле наткнулся на лорда Лориэля, которому удалось его удивить.
- Лорд Селиэт, не соблаговолите зайти в мою гостиную на пару слов? Скажем, за чашкой кофе?
Дан с нарастающим чувством обреченности согласился. Целитель не так часто заговаривал с ним без необходимости, и на сей раз было несложно догадаться, чего он потребует.
Однако эльф, утянувший Актара в эльфийское крыло, вел себя до странности благожелательно.
Когда они наконец расположились в креслах в светлой, хоть и не слишком просторной гостиной, оформленной по всем вкусам эльфов (пастельные тона, прежде всего кремовый, бледно-зеленый и разные оттенки голубого), лорд Лориэль как-то очень по-доброму улыбнулся и внезапно произнес:
- Я так понял – по косвенным признакам – Эйнариле попыталась объясниться с вами?
У вампира поданный служанкой кофе встал поперек горла. Лорд Лориэль деликатно подождал, пока гость прокашляется, а затем произнес:
- Я бы не стал вас смущать, однако подумал, что, возможно, вы не знаете некоторых вещей, а потому не до конца понимаете подоплеку происходящего, лорд Селиэт. Я возьму на себя смелость дать вам небольшой совет, если вы не против.
Актар опешил. Он полагал, что эльф холодным тоном сделает ему выговор и потребует оставить его дочь в покое, но тот почему-то повел себя иначе. Учитывая, как он в свое время обошелся с лордом Мэнкасиэлем, подобного снисхождения Дан не ожидал.
- Почту за честь, милорд, - чуть поклонился он, еще покашливая.
- Начну, пожалуй, с главного. Зная Эйну… опять же, я догадываюсь, в чем причина недопонимания. По нашим обычаям, женщины не признаются в любви первыми, начинать отношения любого рода - это удел мужчин.
Дан молча уставился на пожилого целителя, не зная, что сказать. Об этом нюансе он действительно даже не подозревал.
- Эльфийский уклад формален до мелочей, все прописано, все расписано… Но свою дочь я знаю слишком хорошо, а значит, вряд ли она его придерживалась. И, возможно, застала вас врасплох, хотя сама этого не поняла.
Еще как застала!
- Простите, лорд Лориэль, если вы сочли, что я недостаточно…
- К вам у меня нет ни малейших претензий, лорд Селиэт. Объяснять что-либо мне вы не обязаны совершенно, и у меня в мыслях не было требовать оправданий. Но я бы хотел, чтобы вы объяснились с моей дочерью, - он помолчал, а затем продолжил: - Вы знаете, что у нас принято все решать за детей. У вампиров принято не вмешиваться в жизнь совершеннолетних. Я предпочел избрать среднюю тактику, раз уж, к некоторому моему удивлению, сложилась такая непредсказуемая пара. Надеюсь, вы не в обиде на меня за смелость.
- Напротив, любой ваш совет ценен для меня, - поспешно произнес Дан, по-прежнему не в силах оправиться от удивления.
- Я не знаю, что именно между вами произошло, потому что дочь свою допрашивать никогда не пытался и не собираюсь начинать теперь, но по ее поведению кое-какие выводы я сделал. К тому же характером она пошла в мать… Так вот, если Эйна решилась нарушить традиции, соблюдавшиеся веками, это может говорить лишь об одном – весьма сильном чувстве, которое она испытывает к вам, лорд Селиэт.
Актар против воли покраснел. Он не ожидал такого подхода и такой прямоты со стороны лорда-целителя.
В глазах того блеснули смешинки.
- Не буду вас долго мучить. Если вам кажется, что Эйнариле охладела к вам или не желает вас видеть, могу сказать только одно. Не сдавайтесь, давите, добивайтесь своего, действуйте жестко, если понадобится. Если отступитесь – притворная холодность со временем превратится в настоящую. Не давайте ей времени на раздумья, добивайтесь ее внимания. Поверьте мне, я хорошо знаю мою дочь и умею читать по глазам ее истинные чувства. Так, как она смотрела на вас, еще когда вы лежали без сознания, она не смотрела ни на одного другого мужчину – включая императора. А поэтому, лорд Селиэт, я могу только повторить: не отступайтесь. А дальше… - он пожал плечами и сделал глоток чая из чашки. – Принять совет или нет – целиком и полностью ваше дело.
Он смерил все еще заметно смущенного вампира проницательным взглядом и с легкой улыбкой добавил:
- Надеюсь, я не был неделикатен.
- Н-напротив, - заверил его Актар, не в силах оправиться от изумления. – Но почему?.. Я же вампир, - зачем-то напомнил он.
- Если она вас любит, мне нет дела до того, какая кровь течет в ваших венах. Не говоря о том, что я не разделяю предрассудков, свойственных моей расе в целом. Я слишком долго прожил в империи, слишком много путешествовал, слишком многое повидал, чтобы кичиться мнимым превосходством своего народа. А Эйнариле… - эльф с доброй улыбкой покачал головой. – Она моя гордость, лорд Селиэт. Мое утешение, самое дорогое, что есть у меня в этой жизни с тех пор, как не стало моей жены. С ней сейчас разговаривать бесполезно, но вы… я понадеялся, что вы окажетесь более рациональны.
Первый в его жизни отеческий совет.
Дан поднялся с кресла, глядя на эльфа. И низко поклонился ему.
- Оставьте эти церемонии, - улыбнулся эльф. – Я желаю вам удачи. Прошу только об одном: не сделайте ей больно.
- Я не могу этого обещать, жизнь бывает непредсказуема… Но я обещаю вам, что приложу все усилия к тому, чтобы выполнить вашу просьбу.
- Большего мне и не нужно. Надеюсь, вы не злитесь на бедного отца за небольшое вмешательство.
Серьезный взгляд черных глаз.
- Примите мою искреннюю благодарность, лорд Лориэль.
Новый поклон.
Эльф иронично, по-доброму хмыкнул.
- Кофе, конечно, хорош… а отсюда вопрос: собираетесь и дальше наслаждаться его вкусом или предпочли бы немного побыть в одиночестве?
Актар невольно улыбнулся.
- Я смотрю, вы неплохо успели меня изучить.
Лорд-целитель пожал плечами.
- Это профессиональное.
- С вашего разрешения, я пойду, милорд.
- Ступайте, ступайте, - с хитрой улыбкой кивнул тот. – Долгого дня.
- Долгой ночи.
И Актар вышел за дверь, а затем снова побрел по коридорам куда глаза глядят, пытаясь осознать случившееся.
Не похоже, чтобы целитель его обманывал, да и такие увертки не в его характере… Лорд Лориэль явно искренне беспокоился за дочь. А если бы был недоволен их отношениями – мог бы попытаться прекратить их давным-давно. У эльфов отец ведь действительно имеет полное право приказать дочери. Эйна, конечно, своенравна… но она как минимум стала бы осторожнее, начала бы скрывать, что видится с ним. Она же, напротив, всегда была уверена, что отец не пойдет против ее сердца.
Демон знает что…
Дан тряхнул головой, резко развернулся и направился в эльфийское крыло.
Последуем совету лорда-целителя. Даже если придется вломиться в ее покои силой, связав служанку и заткнув ей рот кляпом. А потом проделать то же самое с его эльфийской упрямицей.
Не помирится с ней – хотя бы спросит совета насчет Ашасси. Он знал, что Эйна, как бы сильно ни была обижена, в помощи не откажет точно… А вот, кстати, и способ вызвать ее на разговор, не ломая двери… Дариэт ему этого во второй раз не простит.
Короткая усмешка снова сменяется мрачностью.
Холодность, молчание и разлука стали невыносимы. И Дан прекрасно знал, почему.
Потому что он любит эту девушку. Глупо убеждать себя в обратном, когда он получил столь наглядное тому подтверждение.
Дан достал из нагрудного кармана родовые перстни Селиэтов, задумчиво посмотрел на них. С мрачной решимостью надел мужское кольцо на безымянный палец левой руки. Женское убрал на место. И ускорил шаг.
- Леди Лориэль не…
Даже не дослушав, Актар холодно бросил:
- Сообщите ей, что мне необходимо поговорить с ней о госпоже Ашасси.
- Госпожа Ашасси сегодня здесь была.
- Тем более. Передайте мои слова леди.
- Леди просила ничего не передавать от вас.
Молниеносное движение. Сверкнули клыки, глаза полыхнули красным. Но ладонь лишь мягко сдавила плечо служанки. Пока.
- А я вас настоятельно прошу передать ей то, что я сказал. Я бы хотел обсудить с леди Лориэль одну проблему, связанную с госпожой травницей. Мне нужна ее помощь и мудрость.
- Х… хорошо, - сжавшись, пролепетала эльфийка, с лица которой молниеносно слетела надменность – вместе со всеми красками.
Актар медленно убрал руку.
- Благодарю вас, - выплюнул он.
Дверь закрылась. Он ждал, внешне не проявляя признаков нетерпения, хотя на деле уже был готов ее взломать. И если Эйна откажется с ним встретиться – он так и сделает! В конце концов, лорд Лориэль дал свое благословение на подобные меры.
- Леди Лориэль согласилась вас выслушать, – пряча взгляд, произнесла служанка, и дверь перед ним наконец распахнулась.
Первый этап пройден.
...Ну, будем надеяться, связывать не понадобится.
***
Тем же вечером за ужином Ашасси сидела за своим столом, по-прежнему думая о разговоре с Аргихаром и стараясь не смотреть на императора. На сей раз рядом с ней сидела Эйна, появление которой несколько удивило и ее, и лорда Антела. Эльфийка не часто приходила вечером в обеденный зал, обычно предпочитая полноценному ужину чай в своей гостиной, однако сегодня почему-то изменила своей привычке. Она появилась на пороге, встревоженно-суетливая, задумчивая, мечтательная, непривычно румяная – и как-то странно поглядывала на Ашасси. Когда та спросила, все ли в порядке, Эйна ответила утвердительно, потом села рядом и уставилась в пустую тарелку. Правда с Даном поругалась, что ли…
Не успела девушка подумать об этом, как перед ней неожиданно материализовался друг, вырвав ее из меланхолии.
