Но все мысли исчезли, как будто провалились в чёрную дыру безумия, слова, как назло, не шли с языка, губы одеревенели, и в горле почему-то пересохло от волнения.
Вдруг Ольга отбросила прочь окурок, потом со своей обычной бесцеремонностью молча протянула к парню руку. Руслан хотел увернуться, но не успел. Её пальчик, больно царапнув длинным, острым ногтем по коже, ловко поддел цепочку у него на шее, вытащил её из-под ворота лонгслива и нащупал кулончик в виде крошечного замочка.
—Ты всё ещё носишь его, этот кулон с замочком, который я тебе подарила, — негромко проговорила девушка и медленно перекатила украшение между подушечками двух пальцев.
—Ношу, — тихо сказал Руслан.
—А ты помнишь, что эта милая вещица была подарена тебе в знак того, что ты принадлежишь мне?
—Помню.
—Почему же ты до сих пор носишь кулон? — с лёгким удивлением спросила Ольга.
Руслан не отвечал. Тогда девушка крепче сжала цепочку у него на шее, заставив её звенья впиться в кожу, затем мягко, но настойчиво потянула его к себе. Растерявшийся от её странной выходки парень невольно выронил окурок, покачнулся, потом восстановил ускользнувшее равновесие и послушно подался к ней всем телом, а Ольга всё туже затягивала цепочку, чувствуя, как учащается его дыхание, как беспокойно бьётся жилка под его кожей, совсем рядом с её безжалостно сомкнувшимися пальцами.
—Почему ты носишь кулон? — требовательно повторила свой вопрос девушка и подтащила парня так близко к себе, что теперь их губы почти соприкасались, а дыхание смешивалось.
—Потому что он мне нравится, — взволнованно проговорил Руслан и уже хотел поцеловать её, но тут с насмешливой улыбкой Ольга разжала пальцы, выпустила его и быстро отпрянула назад.
—А где твой кулон? — робко спросил парень, немного переведя дыхание. — Тот, который я… подарил тебе. Ведь их было два.
—Ты хочешь знать, где мой кулон? — усмехнулась Ольга. — Он же потерялся на том дне рождения Люкса, который мы с тобой так славно отпраздновали. Разве ты не помнишь? Ты грубо схватил меня, цепочка порвалась, и кулон потерялся в суматохе.
—Мне жаль, что я был груб с тобой, Оля, — упавшим голосом пробормотал Руслан.
—Неужели? Это сейчас тебе жаль, а тогда никаких сожалений в тебе не наблюдалось.
—Прости меня.
—Прощаю, но это уже не имеет никакого значения, — невозмутимо сказала девушка и добавила, меняя тему: — Я заметила, что ты сделал себе новые татухи на шее. Раньше их не было.
—Не только на шее.
—А где ещё? — с внезапным любопытством спросила Ольга.
—Ну... на руках... на груди… на... ну, это неважно... — смущённо запнулся парень.
—Ты всё больше становишься похож на Оливера из «Bring Me the Horizon», — засмеялась девушка. — Останавливаться не собираешься?
—Тебе не нравится?
—Нравится. На шее очень красиво получилось, — сказала она и добавила с коварной усмешкой, — но хотелось бы увидеть и все остальные.
—Что, прямо сейчас? Здесь? — растерялся Руслан, не зная, как реагировать на её странные слова.
—Ну, ведь твой дом сегодня занят.
—У Игоря проблемы с предками, — торопливо принялся объяснять парень и, не удержавшись, добавил с горечью и сожалением: — Я ведь не знал, что… что ты… что встречу тебя сегодня и…
—Неужели ради меня ты готов выставить за дверь лучшего друга? — вдруг с притворным возмущением перебила его Ольга.
—Не знаю, — едва слышно пробормотал Руслан, избегая её насмешливого взгляда.
Девушка снова приблизилась к нему вплотную, её тонкие пальцы нежно и осторожно коснулись его лица, медленно убрали с изуродованной щеки длинную, неровную прядь спутанных волос, ласково погладили виски. Руслан замер, сдерживая дыхание, он больше не сопротивлялся, не пытался увернуться от её лёгких, бесцеремонных прикосновений. Он остался неподвижным даже тогда, когда её пальчик мягко провёл по шраму у него на щеке, словно изучая эту страшную метку прошлого, и двинулся прямо к плотно сомкнутым губам, игриво коснулся колечка пирсинга, привычно скользнул дальше, вниз по шее, слегка подёргал за цепочку с кулоном.
—Посмотри на меня, — прошептала Ольга и слегка надавила на его подбородок, заставляя повернуть голову.
Руслан прямо взглянул девушке в лицо, пытаясь отыскать в её глазах хоть каплю волнения, хоть слабую искорку привязанности, но два больших, холодных, непроницаемых омута лучились своим обычным серо-стальным, равнодушным светом, каким-то неживым и безжалостным.
—Я не потребую от тебя никаких ужасных жертв, Руслан, — спокойно произнесла Ольга, — пусть твой верный друг Игорь сегодня сладко спит в твоём доме. Мы его не потревожим. Нам с тобой вполне хватит парка, верно? Пошли, прогуляемся немного, погода замечательная. Так тихо и тепло.
—Прогуляемся? — растерянно повторил парень, не зная, что и думать, и даже опасаясь думать о чём-то конкретном.
—Да, пойдём. Я покажу тебе свою новую машину. Это просто сказка, а не машина.
—Я уже видел твою машину, Оля. Много раз.
—Когда это ты успел? — удивлённо протянула она.
—Полгода — долгий срок.
—Я и забыла, что эти полгода ты так часто караулил меня возле дома Люкса, что, наверно, запомнил все машины из его гаража, — насмешливо бросила девушка. — Значит, ты не хочешь прогуляться со мной? Да? Ну, как хочешь.
Ольга вдруг сильно толкнула его в грудь, заставив пошатнуться, потом резко повернулась и, сбежав с крыльца по ступенькам вниз, быстро двинулась по главной аллее в парк. В течение короткого, мучительного мгновения внутренней борьбы с собственными желаниями Руслану показалось, что вот сейчас он сумеет совладать с собой и прекратить эту безумную, причиняющую ему боль игру, слишком сильно смахивающую на пытку. Он попятился назад, попытался решительно протянуть руку к двери клуба, чтобы вернуться туда и обо всём забыть. Но рука внезапно ослабела, тяжёлая дверь не открывалась, голову заполнял какой-то липкий, душный, парализующий волю туман. Он мешал сосредоточиться и принять твёрдое решение.
Не выдержав, Руслан обернулся, с отчаянием и сожалением взглянул вслед Ольге. Она как раз сворачивала с главной аллеи куда-то влево, и в следующую секунду густые кусты совсем скрыли её из вида. Когда девушка исчезла, Руслан вдруг ощутил такую сильную боль, его охватило такое мучительное сожаление, такое невыносимое раскаяние, такое беспросветное отчаяние, что он больше ни секунды не мог медлить и оставаться на крыльце.
Отбросив стыд и сомнения, наплевав на возможную опасность, чувствуя себя последним идиотом, парень стремительно сорвался с места, опрометью промчался по главной аллее, едва соображая, что он делает и куда бежит. А чем всё это закончится, ему уже было абсолютно всё равно.
—Оля! — громко позвал он, позабыв всякую осторожность. — Оля, постой. Пожалуйста, подожди. Оля! Где ты? Ну, пожалуйста, отзовись. Я прошу тебя. Ну, пожалуйста. Ты где, Оля? Оля!
Девушки нигде не было видно, и она не отвечала на его отчаянный призыв. Свернув с главной аллеи влево и остановившись, Руслан в отчаянии растерянно оглядывал массу тёмных кустов, преграждавших ему путь, не зная, куда дальше идти, как вдруг тонкие, цепкие пальцы Ольги схватили его сзади за плечи с такой силой, что он пошатнулся и едва не потерял равновесие.
—Оленька… — тихо выдохнул парень пересохшими от волнения губами, поворачиваясь к ней. — Оля…
Она молча взяла его за руку и потащила за собой в темноту, подальше от фонарей на главной аллее, в самую гущу буйно разросшихся здесь кустов.
—Куда мы, Оля? Зачем? — растерянно пробормотал Руслан, спотыкаясь, но послушно следуя за девушкой в глубину старого парка.
Она уверенно тащила его всё дальше и дальше по каким-то узким, едва заметным тропинкам. Руслан не сопротивлялся, не спорил, ему казалось, что он вынужден подчиниться властному течению безумного, стремительного потока, который не оставил ему ни единого шанса на спасение из своих непреодолимо влекущих, заманчивых бездн.
Неожиданно Ольга остановилась в темноте, резко повернулась к парню, не давая опомниться, крепко обняла его за шею обеими руками, тесно прижалась к нему всем телом, и прежде чем обалдевший Руслан успел вымолвить хоть слово, их горячие губы встретились и слились жадно, изгиб в изгиб.
Несколько безумных и сладостных мгновений, бесконечных и нереальных, как чёрная дыра, они жарко ласкали друг друга и целовались с такой неистовой жадностью и всепоглощающей страстью, что у обоих от возбуждения перехватило дыхание. Ослеплённый близостью девушки и её настойчивыми, откровенными, бесстыдными поцелуями, Руслан почти утратил контроль над собой, беспомощно рухнул в неудержимый, огненный вихрь желания, быстро пожиравший его дрожащее от нетерпения тело, но жестокая Ольга вдруг отняла свои губы, резко и грубо вырвалась из его объятий и отступила на несколько шагов.
—Ты, я вижу, всё-таки скучал по мне, Руслан, — тихо сказала она в темноте и, ловко увернувшись от его вслепую протянутых к ней, ищущих рук, невозмутимо поправила своё помявшееся платье.
—Пожалуйста, Оля, — сдавленным, хриплым от возбуждения голосом умоляюще пробормотал Руслан, — иди ко мне.
—А ты всё так же классно целуешься. Мне нравятся твои губы. Они такие нежные, такие сладкие. Они такие умелые. Они знают, что мне нужно. Они помнят, что я люблю.
—Тебе ещё не надоело меня мучить? — грустно спросил он.
—Разве ты мучаешься? Что-то не заметно. Ну, ладно, давай, покажи мне ещё разик, как ты мучаешься.
Ольга стремительно приблизилась к парню, мягко нашла ладонями его лицо в темноте и вдруг снова прижалась к его рту долгим, глубоким, страстным поцелуем, обжигающим и повергающим в пучину безумного возбуждения. На этот раз выбраться из его объятий оказалось не слишком простым делом, так как поначалу обезумевший от желания Руслан вцепился в неё мёртвой хваткой. Но, упорно вырываясь, девушка всё-таки разомкнула его руки, воспользовавшись тем, что парень не хотел быть грубым и причинять ей боль. Немного овладев собой, он, тяжело дыша, выпустил яростно рвущуюся прочь Ольгу, позволил ей освободиться, и девушка сразу же отпрянула на безопасное расстояние.
—Что ты только со мной делаешь, — после небольшой, растерянной паузы, отдышавшись, с нервным смешком пробормотал Руслан, пытаясь разглядеть её в темноте. — Кому рассказать, не поверят.
—А кому ты хочешь рассказать? Игорю? Или, может быть, твоей Полине? — иронически осведомилась Ольга, сохраняя приличную дистанцию между ними. — Пока рассказывать особо нечего. Я ведь ничего ещё не сделала.
—Ну, да, конечно. Ничего не сделала. Только затащила в какие-то тёмные кусты, но всё время вырываешься, как дикая кошка, не позволяешь ни обнять, ни поцеловать. Ты сегодня, наверно, решила меня доконать, — мрачно проговорил Руслан, — поиздеваться, порезать на кусочки, поджарить на медленном огне…
—Поджарить на медленном огне? — с тихим смехом повторила девушка. — Ты так это сказал, Руслан, что мне прямо захотелось попробовать это сделать. Ещё немного кулинарных усилий, и из тебя может получиться замечательное блюдо, шикарный десерт с мягкой, пьяной начинкой и хрустящей, сладкой корочкой.
—Нет уж, никаких сладких корочек. Знаешь, что из меня выйдет благодаря твоим усилиям? Замученный до смерти жестокими пытками, отравленный издевательствами, испорченный насмешками, в общем, убитый медленно и мучительно, сгоревший, отчаявшийся, пустой и горький десерт, от которого тебя может стошнить.
—Ого, как красиво сказано. Какая у тебя бурная фантазия в области кулинарии. Да ты поэт, Руслан. Впрочем, ничего удивительного, если вспомнить, какие классные песни ты пишешь. Ты настоящий романтик.
—Только вот наша с тобой романтика, Оля, получается какой-то дохлой и совсем не романтичной. Тебе нравится меня мучить. И всегда нравилось.
—Не преувеличивай. Вот скажи, разве ты скучал без меня? Разве эти полгода ты не спал с другими девчонками? Просто сейчас ты сильно пьян, ты возбуждён, и тебе всё равно, с кем целоваться. Ты вон даже с Люксом целовался…
—Я скучал без тебя, — перебивая её, сердито и возмущённо выпалил Руслан. — Разве это не заметно? И мне совсем не всё равно, с кем целоваться. Хочешь, чтобы я признался, да? Хочешь вывернуть меня наизнанку, чтобы продолжать насмехаться надо мной? Ладно, я скажу тебе правду. Я скажу тебе всё, как есть, и мне плевать, что ты обо мне подумаешь.
—Если тебе плевать, что я о тебе подумаю, тогда совсем не обязательно говорить мне правду. Можно и приврать немного для собственной безопасности.
—Нет, я скажу правду, — упрямо повторил парень. — Хочешь узнать, как я жил эти полгода? Я умирал без тебя. Я с ума сходил без тебя. Теперь ты довольна? Именно это ты хотела услышать от меня? Тебе смешно, да? Ну, что же, тогда можешь продолжать смеяться надо мной, можешь продолжать издеваться и мучить меня. Смейся, что же ты замолчала, скажи ещё что-нибудь остроумное о том, как я целовался с Люксом.
—Не нужно так волноваться, Руслан. Это лишнее.
—Если бы ты только знала, Оля, чего мне стоила наша ссора, — в отчаянии выдохнул Руслан.
—Ну, вот, теперь знаю, — спокойно произнесла Ольга.
—Тогда иди ко мне, и закончим эти дурацкие игры в притворное равнодушие. Если бы я был тебе по-настоящему безразличен, ты не заставляла бы меня страдать, ты не стала бы меня мучить. Я знаю, что ты тоже хочешь меня. Иди сюда.
—Не сейчас, — девушка покачала головой и отступила ещё на несколько шагов в темноту, — нужно ещё немного подождать.
—Что? Подождать? Но зачем? Мы вылезли из клуба, мы уединились в этих кустах. Чего нам ещё ждать? — удивлённо протянул парень.
—Я скоро вернусь. Подожди меня здесь.
—А куда ты? Погоди. Куда ты? Ты уходишь, что ли? — в панике Руслан стремительно рванулся к ней, попытался схватить её за руку, но опьянение сыграло с ним злую шутку, он споткнулся и едва не упал, а Ольга проворно увернулась.
—Подожди меня здесь, — повторила она властным, не терпящим возражений тоном и тут же быстро скрылась за кустами.
Оставшись в одиночестве, парень некоторое время стоял в оцепенении, словно оглушённый, пытаясь сообразить, где он находится, и что с ним происходит. Сумбурные, лихорадочные, сердитые мысли его кружились в беспорядочном, хаотичном вихре, цепляясь одна о другую, и любая попытка собрать волю в кулак повергала в ужаснейшее смятение и причиняла невыносимую душевную боль. Руслан в изнеможении провел ладонями по своему разгорячённому лицу, пытаясь справиться с возбуждением, так умело и изощрённо разожжённым в его теле жестокой девчонкой, потом растерянно и беспомощно огляделся вокруг.
Ну, что за дурацкое положение. Затащила в какие-то тёмные, непролазные кусты и бросила. Издевается над ним, как хочет, и не стыдно ей ни капельки, и не жалко его ничуть, всегда он был для неё лишь интересной забавой, любопытной игрушкой, не больше. Но разве не сам он виноват во всей этой отвратительной ситуации? Ведь советовал же ему Игорь пойти домой, настойчиво просил не встречаться сегодня с Ольгой, а он, как всегда, сделал по-своему, пошёл на поводу у вздорной, жестокой девчонки. И вот он, неприглядный итог его глупости и упрямства. Совсем один, пьяный и несчастный, брошенный в старом, тёмном парке, ожидающий неизвестно чего, скорее всего, новых издевательств и насмешек. И это после того, как он все эти долгие полгода мечтал снова увидеться с Ольгой, безумно надеялся вернуть её, помириться с ней, любить её, как прежде.
Вдруг Ольга отбросила прочь окурок, потом со своей обычной бесцеремонностью молча протянула к парню руку. Руслан хотел увернуться, но не успел. Её пальчик, больно царапнув длинным, острым ногтем по коже, ловко поддел цепочку у него на шее, вытащил её из-под ворота лонгслива и нащупал кулончик в виде крошечного замочка.
—Ты всё ещё носишь его, этот кулон с замочком, который я тебе подарила, — негромко проговорила девушка и медленно перекатила украшение между подушечками двух пальцев.
—Ношу, — тихо сказал Руслан.
—А ты помнишь, что эта милая вещица была подарена тебе в знак того, что ты принадлежишь мне?
—Помню.
—Почему же ты до сих пор носишь кулон? — с лёгким удивлением спросила Ольга.
Руслан не отвечал. Тогда девушка крепче сжала цепочку у него на шее, заставив её звенья впиться в кожу, затем мягко, но настойчиво потянула его к себе. Растерявшийся от её странной выходки парень невольно выронил окурок, покачнулся, потом восстановил ускользнувшее равновесие и послушно подался к ней всем телом, а Ольга всё туже затягивала цепочку, чувствуя, как учащается его дыхание, как беспокойно бьётся жилка под его кожей, совсем рядом с её безжалостно сомкнувшимися пальцами.
—Почему ты носишь кулон? — требовательно повторила свой вопрос девушка и подтащила парня так близко к себе, что теперь их губы почти соприкасались, а дыхание смешивалось.
—Потому что он мне нравится, — взволнованно проговорил Руслан и уже хотел поцеловать её, но тут с насмешливой улыбкой Ольга разжала пальцы, выпустила его и быстро отпрянула назад.
—А где твой кулон? — робко спросил парень, немного переведя дыхание. — Тот, который я… подарил тебе. Ведь их было два.
—Ты хочешь знать, где мой кулон? — усмехнулась Ольга. — Он же потерялся на том дне рождения Люкса, который мы с тобой так славно отпраздновали. Разве ты не помнишь? Ты грубо схватил меня, цепочка порвалась, и кулон потерялся в суматохе.
—Мне жаль, что я был груб с тобой, Оля, — упавшим голосом пробормотал Руслан.
—Неужели? Это сейчас тебе жаль, а тогда никаких сожалений в тебе не наблюдалось.
—Прости меня.
—Прощаю, но это уже не имеет никакого значения, — невозмутимо сказала девушка и добавила, меняя тему: — Я заметила, что ты сделал себе новые татухи на шее. Раньше их не было.
—Не только на шее.
—А где ещё? — с внезапным любопытством спросила Ольга.
—Ну... на руках... на груди… на... ну, это неважно... — смущённо запнулся парень.
—Ты всё больше становишься похож на Оливера из «Bring Me the Horizon», — засмеялась девушка. — Останавливаться не собираешься?
—Тебе не нравится?
—Нравится. На шее очень красиво получилось, — сказала она и добавила с коварной усмешкой, — но хотелось бы увидеть и все остальные.
—Что, прямо сейчас? Здесь? — растерялся Руслан, не зная, как реагировать на её странные слова.
—Ну, ведь твой дом сегодня занят.
—У Игоря проблемы с предками, — торопливо принялся объяснять парень и, не удержавшись, добавил с горечью и сожалением: — Я ведь не знал, что… что ты… что встречу тебя сегодня и…
—Неужели ради меня ты готов выставить за дверь лучшего друга? — вдруг с притворным возмущением перебила его Ольга.
—Не знаю, — едва слышно пробормотал Руслан, избегая её насмешливого взгляда.
Девушка снова приблизилась к нему вплотную, её тонкие пальцы нежно и осторожно коснулись его лица, медленно убрали с изуродованной щеки длинную, неровную прядь спутанных волос, ласково погладили виски. Руслан замер, сдерживая дыхание, он больше не сопротивлялся, не пытался увернуться от её лёгких, бесцеремонных прикосновений. Он остался неподвижным даже тогда, когда её пальчик мягко провёл по шраму у него на щеке, словно изучая эту страшную метку прошлого, и двинулся прямо к плотно сомкнутым губам, игриво коснулся колечка пирсинга, привычно скользнул дальше, вниз по шее, слегка подёргал за цепочку с кулоном.
—Посмотри на меня, — прошептала Ольга и слегка надавила на его подбородок, заставляя повернуть голову.
Руслан прямо взглянул девушке в лицо, пытаясь отыскать в её глазах хоть каплю волнения, хоть слабую искорку привязанности, но два больших, холодных, непроницаемых омута лучились своим обычным серо-стальным, равнодушным светом, каким-то неживым и безжалостным.
—Я не потребую от тебя никаких ужасных жертв, Руслан, — спокойно произнесла Ольга, — пусть твой верный друг Игорь сегодня сладко спит в твоём доме. Мы его не потревожим. Нам с тобой вполне хватит парка, верно? Пошли, прогуляемся немного, погода замечательная. Так тихо и тепло.
—Прогуляемся? — растерянно повторил парень, не зная, что и думать, и даже опасаясь думать о чём-то конкретном.
—Да, пойдём. Я покажу тебе свою новую машину. Это просто сказка, а не машина.
—Я уже видел твою машину, Оля. Много раз.
—Когда это ты успел? — удивлённо протянула она.
—Полгода — долгий срок.
—Я и забыла, что эти полгода ты так часто караулил меня возле дома Люкса, что, наверно, запомнил все машины из его гаража, — насмешливо бросила девушка. — Значит, ты не хочешь прогуляться со мной? Да? Ну, как хочешь.
Ольга вдруг сильно толкнула его в грудь, заставив пошатнуться, потом резко повернулась и, сбежав с крыльца по ступенькам вниз, быстро двинулась по главной аллее в парк. В течение короткого, мучительного мгновения внутренней борьбы с собственными желаниями Руслану показалось, что вот сейчас он сумеет совладать с собой и прекратить эту безумную, причиняющую ему боль игру, слишком сильно смахивающую на пытку. Он попятился назад, попытался решительно протянуть руку к двери клуба, чтобы вернуться туда и обо всём забыть. Но рука внезапно ослабела, тяжёлая дверь не открывалась, голову заполнял какой-то липкий, душный, парализующий волю туман. Он мешал сосредоточиться и принять твёрдое решение.
Не выдержав, Руслан обернулся, с отчаянием и сожалением взглянул вслед Ольге. Она как раз сворачивала с главной аллеи куда-то влево, и в следующую секунду густые кусты совсем скрыли её из вида. Когда девушка исчезла, Руслан вдруг ощутил такую сильную боль, его охватило такое мучительное сожаление, такое невыносимое раскаяние, такое беспросветное отчаяние, что он больше ни секунды не мог медлить и оставаться на крыльце.
Отбросив стыд и сомнения, наплевав на возможную опасность, чувствуя себя последним идиотом, парень стремительно сорвался с места, опрометью промчался по главной аллее, едва соображая, что он делает и куда бежит. А чем всё это закончится, ему уже было абсолютно всё равно.
—Оля! — громко позвал он, позабыв всякую осторожность. — Оля, постой. Пожалуйста, подожди. Оля! Где ты? Ну, пожалуйста, отзовись. Я прошу тебя. Ну, пожалуйста. Ты где, Оля? Оля!
Девушки нигде не было видно, и она не отвечала на его отчаянный призыв. Свернув с главной аллеи влево и остановившись, Руслан в отчаянии растерянно оглядывал массу тёмных кустов, преграждавших ему путь, не зная, куда дальше идти, как вдруг тонкие, цепкие пальцы Ольги схватили его сзади за плечи с такой силой, что он пошатнулся и едва не потерял равновесие.
—Оленька… — тихо выдохнул парень пересохшими от волнения губами, поворачиваясь к ней. — Оля…
Она молча взяла его за руку и потащила за собой в темноту, подальше от фонарей на главной аллее, в самую гущу буйно разросшихся здесь кустов.
—Куда мы, Оля? Зачем? — растерянно пробормотал Руслан, спотыкаясь, но послушно следуя за девушкой в глубину старого парка.
Она уверенно тащила его всё дальше и дальше по каким-то узким, едва заметным тропинкам. Руслан не сопротивлялся, не спорил, ему казалось, что он вынужден подчиниться властному течению безумного, стремительного потока, который не оставил ему ни единого шанса на спасение из своих непреодолимо влекущих, заманчивых бездн.
Неожиданно Ольга остановилась в темноте, резко повернулась к парню, не давая опомниться, крепко обняла его за шею обеими руками, тесно прижалась к нему всем телом, и прежде чем обалдевший Руслан успел вымолвить хоть слово, их горячие губы встретились и слились жадно, изгиб в изгиб.
Несколько безумных и сладостных мгновений, бесконечных и нереальных, как чёрная дыра, они жарко ласкали друг друга и целовались с такой неистовой жадностью и всепоглощающей страстью, что у обоих от возбуждения перехватило дыхание. Ослеплённый близостью девушки и её настойчивыми, откровенными, бесстыдными поцелуями, Руслан почти утратил контроль над собой, беспомощно рухнул в неудержимый, огненный вихрь желания, быстро пожиравший его дрожащее от нетерпения тело, но жестокая Ольга вдруг отняла свои губы, резко и грубо вырвалась из его объятий и отступила на несколько шагов.
—Ты, я вижу, всё-таки скучал по мне, Руслан, — тихо сказала она в темноте и, ловко увернувшись от его вслепую протянутых к ней, ищущих рук, невозмутимо поправила своё помявшееся платье.
—Пожалуйста, Оля, — сдавленным, хриплым от возбуждения голосом умоляюще пробормотал Руслан, — иди ко мне.
—А ты всё так же классно целуешься. Мне нравятся твои губы. Они такие нежные, такие сладкие. Они такие умелые. Они знают, что мне нужно. Они помнят, что я люблю.
—Тебе ещё не надоело меня мучить? — грустно спросил он.
—Разве ты мучаешься? Что-то не заметно. Ну, ладно, давай, покажи мне ещё разик, как ты мучаешься.
Ольга стремительно приблизилась к парню, мягко нашла ладонями его лицо в темноте и вдруг снова прижалась к его рту долгим, глубоким, страстным поцелуем, обжигающим и повергающим в пучину безумного возбуждения. На этот раз выбраться из его объятий оказалось не слишком простым делом, так как поначалу обезумевший от желания Руслан вцепился в неё мёртвой хваткой. Но, упорно вырываясь, девушка всё-таки разомкнула его руки, воспользовавшись тем, что парень не хотел быть грубым и причинять ей боль. Немного овладев собой, он, тяжело дыша, выпустил яростно рвущуюся прочь Ольгу, позволил ей освободиться, и девушка сразу же отпрянула на безопасное расстояние.
—Что ты только со мной делаешь, — после небольшой, растерянной паузы, отдышавшись, с нервным смешком пробормотал Руслан, пытаясь разглядеть её в темноте. — Кому рассказать, не поверят.
—А кому ты хочешь рассказать? Игорю? Или, может быть, твоей Полине? — иронически осведомилась Ольга, сохраняя приличную дистанцию между ними. — Пока рассказывать особо нечего. Я ведь ничего ещё не сделала.
—Ну, да, конечно. Ничего не сделала. Только затащила в какие-то тёмные кусты, но всё время вырываешься, как дикая кошка, не позволяешь ни обнять, ни поцеловать. Ты сегодня, наверно, решила меня доконать, — мрачно проговорил Руслан, — поиздеваться, порезать на кусочки, поджарить на медленном огне…
—Поджарить на медленном огне? — с тихим смехом повторила девушка. — Ты так это сказал, Руслан, что мне прямо захотелось попробовать это сделать. Ещё немного кулинарных усилий, и из тебя может получиться замечательное блюдо, шикарный десерт с мягкой, пьяной начинкой и хрустящей, сладкой корочкой.
—Нет уж, никаких сладких корочек. Знаешь, что из меня выйдет благодаря твоим усилиям? Замученный до смерти жестокими пытками, отравленный издевательствами, испорченный насмешками, в общем, убитый медленно и мучительно, сгоревший, отчаявшийся, пустой и горький десерт, от которого тебя может стошнить.
—Ого, как красиво сказано. Какая у тебя бурная фантазия в области кулинарии. Да ты поэт, Руслан. Впрочем, ничего удивительного, если вспомнить, какие классные песни ты пишешь. Ты настоящий романтик.
—Только вот наша с тобой романтика, Оля, получается какой-то дохлой и совсем не романтичной. Тебе нравится меня мучить. И всегда нравилось.
—Не преувеличивай. Вот скажи, разве ты скучал без меня? Разве эти полгода ты не спал с другими девчонками? Просто сейчас ты сильно пьян, ты возбуждён, и тебе всё равно, с кем целоваться. Ты вон даже с Люксом целовался…
—Я скучал без тебя, — перебивая её, сердито и возмущённо выпалил Руслан. — Разве это не заметно? И мне совсем не всё равно, с кем целоваться. Хочешь, чтобы я признался, да? Хочешь вывернуть меня наизнанку, чтобы продолжать насмехаться надо мной? Ладно, я скажу тебе правду. Я скажу тебе всё, как есть, и мне плевать, что ты обо мне подумаешь.
—Если тебе плевать, что я о тебе подумаю, тогда совсем не обязательно говорить мне правду. Можно и приврать немного для собственной безопасности.
—Нет, я скажу правду, — упрямо повторил парень. — Хочешь узнать, как я жил эти полгода? Я умирал без тебя. Я с ума сходил без тебя. Теперь ты довольна? Именно это ты хотела услышать от меня? Тебе смешно, да? Ну, что же, тогда можешь продолжать смеяться надо мной, можешь продолжать издеваться и мучить меня. Смейся, что же ты замолчала, скажи ещё что-нибудь остроумное о том, как я целовался с Люксом.
—Не нужно так волноваться, Руслан. Это лишнее.
—Если бы ты только знала, Оля, чего мне стоила наша ссора, — в отчаянии выдохнул Руслан.
—Ну, вот, теперь знаю, — спокойно произнесла Ольга.
—Тогда иди ко мне, и закончим эти дурацкие игры в притворное равнодушие. Если бы я был тебе по-настоящему безразличен, ты не заставляла бы меня страдать, ты не стала бы меня мучить. Я знаю, что ты тоже хочешь меня. Иди сюда.
—Не сейчас, — девушка покачала головой и отступила ещё на несколько шагов в темноту, — нужно ещё немного подождать.
—Что? Подождать? Но зачем? Мы вылезли из клуба, мы уединились в этих кустах. Чего нам ещё ждать? — удивлённо протянул парень.
—Я скоро вернусь. Подожди меня здесь.
—А куда ты? Погоди. Куда ты? Ты уходишь, что ли? — в панике Руслан стремительно рванулся к ней, попытался схватить её за руку, но опьянение сыграло с ним злую шутку, он споткнулся и едва не упал, а Ольга проворно увернулась.
—Подожди меня здесь, — повторила она властным, не терпящим возражений тоном и тут же быстро скрылась за кустами.
Оставшись в одиночестве, парень некоторое время стоял в оцепенении, словно оглушённый, пытаясь сообразить, где он находится, и что с ним происходит. Сумбурные, лихорадочные, сердитые мысли его кружились в беспорядочном, хаотичном вихре, цепляясь одна о другую, и любая попытка собрать волю в кулак повергала в ужаснейшее смятение и причиняла невыносимую душевную боль. Руслан в изнеможении провел ладонями по своему разгорячённому лицу, пытаясь справиться с возбуждением, так умело и изощрённо разожжённым в его теле жестокой девчонкой, потом растерянно и беспомощно огляделся вокруг.
Ну, что за дурацкое положение. Затащила в какие-то тёмные, непролазные кусты и бросила. Издевается над ним, как хочет, и не стыдно ей ни капельки, и не жалко его ничуть, всегда он был для неё лишь интересной забавой, любопытной игрушкой, не больше. Но разве не сам он виноват во всей этой отвратительной ситуации? Ведь советовал же ему Игорь пойти домой, настойчиво просил не встречаться сегодня с Ольгой, а он, как всегда, сделал по-своему, пошёл на поводу у вздорной, жестокой девчонки. И вот он, неприглядный итог его глупости и упрямства. Совсем один, пьяный и несчастный, брошенный в старом, тёмном парке, ожидающий неизвестно чего, скорее всего, новых издевательств и насмешек. И это после того, как он все эти долгие полгода мечтал снова увидеться с Ольгой, безумно надеялся вернуть её, помириться с ней, любить её, как прежде.
