— Привет. Какой приятный сюрприз. Вот уж не ожидал тебя здесь встретить. Какая у тебя красивая причёска. Я даже сразу тебя не узнал и сильно удивился. Думаю, что это за девушка незнакомая меня зовёт…
—Неужели эта ужасная причёска настолько меня изменила? — упавшим голосом спросила Полина. — Никто меня не узнаёт.
—Просто ты стала ещё красивее, — убеждённо заявил Димка, рассматривая её со счастливой улыбкой на добром лице. — Ты очень красивая c этой новой причёской.
—А ты сейчас занят, Дима? Может, посидишь со мной немного, чтобы мне не было скучно одной?
—Нет, я не занят. Я совсем не занят. Я с большим удовольствием посижу здесь с тобой, — тут же с радостью согласился Димка. — Только подожди одну минутку, хорошо? Всего одну минутку.
Парень вдруг стремительно бросился в ту сторону, откуда пришёл, и исчез из вида. Полина вернулась за столик, задумчиво помешала ложечкой свой порядком уже остывший кофе, потом взглянула на часы. Времени было ещё вполне достаточно, чтобы успеть поговорить с Димой до прихода Руслана. А ей очень хотелось поговорить с ним, потому что с момента их знакомства на работе, преданный, добрый и всегда неизменно готовый выслушать и помочь Димка фактически стал её единственным, близким другом. Ни одной своей легкомысленной знакомой или коллеге Полина не смогла бы доверить того, о чём спокойно рассказывала этому застенчивому, скромному парню с таким сочувствующим и всё понимающим взглядом светло-карих глаз.
Правда, иногда девушку грызли смутные сомнения. Уж не влюблён ли в неё тайно её лучший и верный друг? Но скромный и застенчивый Дима ни разу за всё время их знакомства не дал ей ни малейшего повода утвердиться в этих сомнениях. Он никогда не пытался пригласить её на свидание. Инициатором их встреч всегда была сама Полина. Он не проявлял никакого желания обнять или поцеловать её, никогда ничего не говорил о своих чувствах и вёл себя чисто по-дружески, сочувствуя ей и поддерживая девушку во всех сложных ситуациях.
Дима обычно терпеливо выслушивал все запутанные перипетии её безумной любви к Руслану и даже осмеливался давать советы, так как знал Руслана намного дольше и ближе её. А если Полина спрашивала о жизни Руслана, о его характере или привычках, Димка охотно рассказывал ей о своём друге. Причём говорил всегда только хорошее, преувеличивал и подчёркивал все положительные черты его характера, преуменьшал или вообще игнорировал отрицательные, что, несомненно, было очень приятно влюблённой девушке. И Полина позволила себе успокоиться на этот счёт.
Постепенно она привыкла считать Димку кем-то вроде своего младшего брата, с которым можно поделиться самым сокровенным и тайным, получить поддержку или полезный совет. К тому же парень, действительно, был младше её на два года и с радостью выполнял любые её просьбы, не требуя абсолютно ничего взамен.
Сейчас Дима вдруг возвратился к ней с огромным, роскошным букетом красных роз. Полина, застыв от изумления, наблюдала, как он торжественно идёт между столиками с открытой, радостной улыбкой, сияющей на его добром лице.
—Димка, ну, зачем ты? Не надо было этого делать, — растерянно пролепетала девушка, когда он приблизился. — Ну, зачем?
—Вот… это тебе… — смущённо пробормотал парень, робко протягивая ей ароматный, шуршащий нарядным целлофаном букет и заливаясь краской до самых ушей.
—Спасибо…
—Тебе нравится? — с беспокойством спросил Дима, преданно заглядывая ей в глаза.
—Да. Очень красивые цветы. Спасибо, Димка. Но зачем было так тратиться на меня? Этот букет, наверно, больших денег стоит.
—Просто… ты такая красивая сегодня. Я хотел поднять тебе настроение, чтобы ты не грустила, — смущённо объяснил парень, улыбаясь во весь рот.
—Спасибо. Ты мой настоящий друг, Димка, — растрогалась взволнованная неожиданным подарком Полина. — Ну, садись же, садись. Что ты стоишь?
Он быстрым, неловким движением сдёрнул с плеча рюкзак, повесил его на спинку стула и, старательно пригладив обеими ладонями свои длинные, непослушные, вьющиеся волосы, связанные на затылке в хвост, наконец, робко сел рядом с девушкой.
—Я так рада тебя видеть, — призналась она, поднося к лицу розы и вдыхая их приятный аромат.
—Правда? — снова мучительно краснея и смущённо заглядывая ей в лицо, недоверчиво спросил Димка. — Я тоже очень-очень рад тебя видеть. Я даже выразить это не могу. Хорошо, что я пошёл сегодня через галерею и встретил тебя. Повезло мне. А что ты здесь делаешь?
—Я жду Руслана. Он обещал мне подойти сюда через час.
—Ну, как у вас с ним дела? — тихо спросил парень, опуская глаза.
—Плохо, Димка, всё очень плохо, — печально призналась Полина и положила букет на стол рядом со своей чашкой. — Вот хочу с ним, наконец, объясниться, и… в общем, я даже не знаю, что мне теперь делать, — в отчаянии добавила она.
—Пожалуйста, не переживай так, — он снова с сочувствующим видом вскинул на неё свои лучистые, добрые глаза, — всё как-нибудь образуется, вот увидишь. Не надо только отчаиваться.
—Но он не отвечает на мои звонки. Он отключает телефон. Наверно, он больше не хочет меня видеть и общаться со мной. Я ему надоела.
—Просто понимаешь, в чём дело… он теперь очень занят, — со своей обычной доброжелательностью попытался оправдать друга Дима. — Мы шлифуем нашу программу для предстоящего концерта. Скоро будет генеральная репетиция в клубе. Нужно подготовиться, как следует, чтобы не опозориться там. Ну и вот, он ни о чём другом сейчас не может думать, поэтому…
—Да, я знаю. Я всё понимаю, — перебила его девушка. — Я же не эгоистка какая-нибудь. Конечно, я понимаю, что сейчас самое главное для него — это концерт. И всё же… всё же… — добавила она с горечью в голосе, — всё же он мог бы сказать мне пару слов по телефону, правда? Всего несколько слов, чтобы только услышать его голос. Это не заняло бы много его драгоценного времени, верно?
—Да, — едва слышно пробормотал Дима, не решаясь поднять взгляд на расстроенную Полину.
—Вот когда я звоню тебе, Димка, — грустно продолжала девушка, — ты всегда разговариваешь со мной. Даже если ты очень занят, даже если ты думаешь в этот момент только о концерте. Ты всё равно разговариваешь со мной. Ах, почему ты не он! — вдруг нечаянно сорвалось с её дрожащих губ.
Дима с ужасом взглянул на Полину и тут же поспешил отвести испуганные глаза в сторону, а доброе лицо его на мгновение исказила гримаса боли, которую он сразу же прогнал немного вымученной улыбкой.
—Да, я тоже иногда об этом жалею, — не глядя на неё, хрипло и тихо пробормотал парень, судорожно вцепившись побелевшими пальцами в край стола.
Услышав какую-то необычную ноту в его дрогнувшем голосе, девушка удивлённо посмотрела ему в лицо. Только теперь до неё полностью дошёл смысл последних, сказанных ею, неосторожных слов и затаенная горечь его ответа.
—Извини, Димка, — растерянно пробормотала она, — я сегодня несу какую-то чушь. Не слушай меня.
В это время, спасая их от тягостно повисшего, неловкого молчания, к столику подошёл официант в фирменной, сиреневой жилетке поверх белой рубашки с короткими рукавами и предложил посмотреть меню.
—Может, заказать тебе что-нибудь? — робко спросил Дима.
—Нет, не надо, — грустно покачала головой девушка, — а впрочем… принесите мне ещё кофе, пожалуйста.
—Тогда мне тоже, — сказал Димка.
Когда официант ушёл, некоторое время оба смущённо молчали. Полина задумчиво разглядывала людей, идущих мимо по галерее. Дима растерянно уставился на свои руки, судорожно сплетённые на коленях.
—Скажи, пожалуйста, честно, Димка, мне на самом деле идёт эта причёска? — вдруг спросила девушка, резко поворачиваясь к нему всем телом.
—Да, — он поднял на неё искренний и преданный взгляд. — Ты такая красивая с этой причёской. Мне очень нравится.
—Тебе нравится, — с горькой иронией повторила она, — а ему, наверно, совсем не нравится. Он даже меня не узнал. Конечно, как же он может меня узнать? Ведь теперь я совсем не похожа на его драгоценную Ольгу.
—А тебе вовсе и не надо быть похожей на Ольгу, — спокойно сказал Дима, — особенно, если ты хочешь, чтобы он её забыл. Зачем тебе пытаться быть похожей на неё? Ты красива своей собственной красотой. Я тебе уже говорил раньше, прежняя твоя причёска не слишком-то тебе подходила. Не надо было её делать.
—Как ты не понимаешь, я сделала её для него. Я думала, что ему нравятся блондинки, — понизив голос и наклонившись к плечу Димки, горячим полушепотом произнесла Полина. — Я хотела отвлечь его, утешить, хотела показать ему, что я ничем не хуже Ольги. Я даже намного лучше её, потому что я люблю его и никогда-никогда не брошу. Я хотела помочь ему освободиться, спасти его от этой гадкой стервы, которая только дразнила его и издевалась над ним. Но всё оказалось напрасным. Всё зря. Она держит его просто мёртвой хваткой и никогда не отпустит. Никогда. А знаешь, почему? Потому что он сам этого не хочет. Он не хочет освободиться от неё. Наверно, ему нравится терпеть её отвратительные выходки и побитой собачонкой послушно и покорно бросаться к её ногам всякий раз, когда ей вздумается снова его поманить. Ему нравится, когда она издевается над ним, дразнит и бросает его, чтобы потом опять поманить и проверить границы его послушания. Он вытерпит от неё всё что угодно и простит ей всё что угодно. А я… я ему вообще не нужна. Я такая скучная, и я не умею так изобретательно, красиво и остроумно издеваться и бросать. Я могу только любить. Только любить и всё. А это ему совсем не нужно.
—Не надо преувеличивать, Полинка, — робко попытался успокоить её Дима, шокированный этой горячей, отчаянной и откровенной речью, — ты не права. И вовсе ему не нравится, когда его бросают, когда издеваются. Это никому не понравится. Просто… понимаешь… иногда мне кажется, что он чувствует себя виноватым в том, что она такая. Я тебе уже рассказывал, после того как погибли его родители, они с Олей долго жили вместе, как… в общем, как муж и жена. А до знакомства с Русланом Оля была тихой, послушной, примерной девочкой-отличницей. Из-за него она ушла из дома, бросила учёбу. Под его влиянием она сильно переменилась. Я думаю, именно поэтому Руслан так… терпеливо к ней относится, он как бы чувствует себя ответственным за неё. Но я уверен, после той кошмарной истории, которая случилась полгода назад, когда он попал в больницу, всё между ними изменилось. Оля теперь с Люксом, ты же знаешь, с Лёшей Сидорчиком. Когда-то он учился с Русланом в одной школе, а сейчас стал крутым бизнесменом, он даже устроил для Оли конкурс красоты. Не волнуйся, она уже привыкла к роскошной жизни и теперь вряд ли вернётся к прошлому. Наш Руслан ей больше не нужен.
Девушка, казалось, совсем не слушала то, что он говорил, поглощённая какими-то своими мрачными мыслями. Её широко распахнутые карие глаза были неподвижно устремлены в пространство, губы непроизвольно сложились в некрасивую, угрюмую, злую гримасу, портившую её симпатичное лицо. Она едва обратила внимание на то, что официант поставил перед ней новую чашку кофе. Диме было больно на неё смотреть. Не выдержав вида её страданий, парень робко и нежно коснулся её холодной руки, безвольно лежащей на столе.
—Полинка, пожалуйста, поверь мне, не всё так страшно и ужасно, как ты думаешь, — сочувственно произнёс он, желая её подбодрить. — Я знаю, что тебя мучает. Он всё ещё иногда ездит туда, к дому Люкса. Ну и что? Это ещё ровным счётом ничего не значит, — горячо добавил Дима, когда официант удалился, и продолжал, даже не подозревая в своей наивности и чистоте, как далеки от истины его слова: — Возможно, это просто привычка, дань прошлому. Теперь он делает это так редко. Говорю тебе, не надо отчаиваться. Он уже почти забыл Олю, да и она явно не собирается возвращаться к нему. И если ты…
От его лёгкого прикосновения к её руке Полина вдруг вся встрепенулась и, придвинувшись вплотную, так близко, что растерявшийся Димка был вынужден отшатнуться, чтобы сохранить приличное расстояние между ними, взволнованно зашептала прямо ему в лицо:
—Димочка, ты мой единственный близкий друг в этой жизни. Только ты один можешь помочь мне, можешь успокоить меня. Только ты один понимаешь меня и поддерживаешь. Поверь, я очень-очень ценю твою дружбу, Димка. Я так тебе благодарна. Если бы не ты, моя жизнь была бы совсем безрадостной и унылой. Ты столько раз помогал мне и…
—Что ещё я могу сделать для тебя? — тут же с радостной готовностью отозвался Дима, краснея от волнения. — Я всё готов сделать для тебя.
—Спасибо, Димочка. Ничего делать не надо, только скажи мне, пожалуйста, ты должен знать… несколько дней назад, в тот вечер, когда вы помирились с этим Люксом и поехали потом в его клуб… — скороговоркой начала девушка и вдруг запнулась, поражённая какой-то тайной мыслью, глядя на него испуганными, влажными от непролитых слёз глазами.
—Что? — спросил Дима, видя, что она почему-то не решается продолжать. — Что в тот вечер?
—Он видел её в клубе? — выдохнула Полина. — Он встретился с ней?
—С кем? Ааа… понимаю… нет… я не думаю. Правда, я ушёл из клуба раньше всех, и я не знаю точно, — растерянно признался Дима, — но, по-моему, её не было в клубе, когда мы приехали и…
—Поздно ночью он привез её к себе на такси. Наверно, она оставалась у него всю ночь. Димка, ты должен был увидеть её на следующий день, когда пришёл к нему. Ты видел её? Умоляю тебя, скажи мне честно, ты видел у него Ольгу? — спросила девушка, с мучительной тревогой вглядываясь в его доброе, полное сочувствия лицо.
Но вдруг густые тёмные брови парня сердито сошлись над переносицей, а в светло-карих глазах мелькнуло недовольство и даже гнев.
—А откуда ты это знаешь? — после небольшой паузы расстроенно произнёс Дима. — Откуда ты знаешь, кого он привозит к себе домой на такси, поздно ночью?
—Значит, это всё-таки была Ольга, — упавшим голосом прошептала Полина, в изнеможении откидываясь на спинку своего стула и устало закрывая глаза, — это была она, больше некому…
—Полина, послушай, ты ведь обещала мне больше не следить за ним. Ты обещала мне вернуться жить к родителям и выбросить бинокль, — возмущённо сказал Дима. — Ну, как можно строить отношения с человеком и одновременно постоянно исподтишка подглядывать за ним? Разве ты не чувствуешь, как всё это отвратительно. Ты, наверно, просто сошла с ума. Ты ведь совсем ему не доверяешь, ты стремишься контролировать буквально каждый его шаг, каждый поступок. Если это будет продолжаться, у вас точно ничего не выйдет.
—Пожалуйста, не сердись на меня, Димочка, прошу тебя. Это вышло случайно, — оправдываясь, проговорила Полина. — В ту ночь… в ту ночь я проснулась от шума автомобиля и женского смеха на улице. Ты же знаешь, как там тихо по ночам. А я сплю очень чутко. И вот я выглянула… я просто не смогла удержаться. Прости меня. Я выглянула и увидела приехавшую вместе с ним на такси девушку, высокую блондинку. Это была она, Ольга, больше некому, — в отчаянии закончила Полина и вдруг с явным беспокойством заглянула парню в лицо, поражённая внезапной мыслью. — А ты случайно не рассказал ему о том, что я живу напротив и слежу за ним? Ты же обещал молчать, Дима. Ты нарушил своё обещание? Да? Ты всё ему рассказал, и поэтому он так охладел ко мне. Ну, что ты молчишь и смотришь на меня такими странными глазами? Отвечай. Ты всё ему рассказал?
—Неужели эта ужасная причёска настолько меня изменила? — упавшим голосом спросила Полина. — Никто меня не узнаёт.
—Просто ты стала ещё красивее, — убеждённо заявил Димка, рассматривая её со счастливой улыбкой на добром лице. — Ты очень красивая c этой новой причёской.
—А ты сейчас занят, Дима? Может, посидишь со мной немного, чтобы мне не было скучно одной?
—Нет, я не занят. Я совсем не занят. Я с большим удовольствием посижу здесь с тобой, — тут же с радостью согласился Димка. — Только подожди одну минутку, хорошо? Всего одну минутку.
Парень вдруг стремительно бросился в ту сторону, откуда пришёл, и исчез из вида. Полина вернулась за столик, задумчиво помешала ложечкой свой порядком уже остывший кофе, потом взглянула на часы. Времени было ещё вполне достаточно, чтобы успеть поговорить с Димой до прихода Руслана. А ей очень хотелось поговорить с ним, потому что с момента их знакомства на работе, преданный, добрый и всегда неизменно готовый выслушать и помочь Димка фактически стал её единственным, близким другом. Ни одной своей легкомысленной знакомой или коллеге Полина не смогла бы доверить того, о чём спокойно рассказывала этому застенчивому, скромному парню с таким сочувствующим и всё понимающим взглядом светло-карих глаз.
Правда, иногда девушку грызли смутные сомнения. Уж не влюблён ли в неё тайно её лучший и верный друг? Но скромный и застенчивый Дима ни разу за всё время их знакомства не дал ей ни малейшего повода утвердиться в этих сомнениях. Он никогда не пытался пригласить её на свидание. Инициатором их встреч всегда была сама Полина. Он не проявлял никакого желания обнять или поцеловать её, никогда ничего не говорил о своих чувствах и вёл себя чисто по-дружески, сочувствуя ей и поддерживая девушку во всех сложных ситуациях.
Дима обычно терпеливо выслушивал все запутанные перипетии её безумной любви к Руслану и даже осмеливался давать советы, так как знал Руслана намного дольше и ближе её. А если Полина спрашивала о жизни Руслана, о его характере или привычках, Димка охотно рассказывал ей о своём друге. Причём говорил всегда только хорошее, преувеличивал и подчёркивал все положительные черты его характера, преуменьшал или вообще игнорировал отрицательные, что, несомненно, было очень приятно влюблённой девушке. И Полина позволила себе успокоиться на этот счёт.
Постепенно она привыкла считать Димку кем-то вроде своего младшего брата, с которым можно поделиться самым сокровенным и тайным, получить поддержку или полезный совет. К тому же парень, действительно, был младше её на два года и с радостью выполнял любые её просьбы, не требуя абсолютно ничего взамен.
Сейчас Дима вдруг возвратился к ней с огромным, роскошным букетом красных роз. Полина, застыв от изумления, наблюдала, как он торжественно идёт между столиками с открытой, радостной улыбкой, сияющей на его добром лице.
—Димка, ну, зачем ты? Не надо было этого делать, — растерянно пролепетала девушка, когда он приблизился. — Ну, зачем?
—Вот… это тебе… — смущённо пробормотал парень, робко протягивая ей ароматный, шуршащий нарядным целлофаном букет и заливаясь краской до самых ушей.
—Спасибо…
—Тебе нравится? — с беспокойством спросил Дима, преданно заглядывая ей в глаза.
—Да. Очень красивые цветы. Спасибо, Димка. Но зачем было так тратиться на меня? Этот букет, наверно, больших денег стоит.
—Просто… ты такая красивая сегодня. Я хотел поднять тебе настроение, чтобы ты не грустила, — смущённо объяснил парень, улыбаясь во весь рот.
—Спасибо. Ты мой настоящий друг, Димка, — растрогалась взволнованная неожиданным подарком Полина. — Ну, садись же, садись. Что ты стоишь?
Он быстрым, неловким движением сдёрнул с плеча рюкзак, повесил его на спинку стула и, старательно пригладив обеими ладонями свои длинные, непослушные, вьющиеся волосы, связанные на затылке в хвост, наконец, робко сел рядом с девушкой.
—Я так рада тебя видеть, — призналась она, поднося к лицу розы и вдыхая их приятный аромат.
—Правда? — снова мучительно краснея и смущённо заглядывая ей в лицо, недоверчиво спросил Димка. — Я тоже очень-очень рад тебя видеть. Я даже выразить это не могу. Хорошо, что я пошёл сегодня через галерею и встретил тебя. Повезло мне. А что ты здесь делаешь?
—Я жду Руслана. Он обещал мне подойти сюда через час.
—Ну, как у вас с ним дела? — тихо спросил парень, опуская глаза.
—Плохо, Димка, всё очень плохо, — печально призналась Полина и положила букет на стол рядом со своей чашкой. — Вот хочу с ним, наконец, объясниться, и… в общем, я даже не знаю, что мне теперь делать, — в отчаянии добавила она.
—Пожалуйста, не переживай так, — он снова с сочувствующим видом вскинул на неё свои лучистые, добрые глаза, — всё как-нибудь образуется, вот увидишь. Не надо только отчаиваться.
—Но он не отвечает на мои звонки. Он отключает телефон. Наверно, он больше не хочет меня видеть и общаться со мной. Я ему надоела.
—Просто понимаешь, в чём дело… он теперь очень занят, — со своей обычной доброжелательностью попытался оправдать друга Дима. — Мы шлифуем нашу программу для предстоящего концерта. Скоро будет генеральная репетиция в клубе. Нужно подготовиться, как следует, чтобы не опозориться там. Ну и вот, он ни о чём другом сейчас не может думать, поэтому…
—Да, я знаю. Я всё понимаю, — перебила его девушка. — Я же не эгоистка какая-нибудь. Конечно, я понимаю, что сейчас самое главное для него — это концерт. И всё же… всё же… — добавила она с горечью в голосе, — всё же он мог бы сказать мне пару слов по телефону, правда? Всего несколько слов, чтобы только услышать его голос. Это не заняло бы много его драгоценного времени, верно?
—Да, — едва слышно пробормотал Дима, не решаясь поднять взгляд на расстроенную Полину.
—Вот когда я звоню тебе, Димка, — грустно продолжала девушка, — ты всегда разговариваешь со мной. Даже если ты очень занят, даже если ты думаешь в этот момент только о концерте. Ты всё равно разговариваешь со мной. Ах, почему ты не он! — вдруг нечаянно сорвалось с её дрожащих губ.
Дима с ужасом взглянул на Полину и тут же поспешил отвести испуганные глаза в сторону, а доброе лицо его на мгновение исказила гримаса боли, которую он сразу же прогнал немного вымученной улыбкой.
—Да, я тоже иногда об этом жалею, — не глядя на неё, хрипло и тихо пробормотал парень, судорожно вцепившись побелевшими пальцами в край стола.
Услышав какую-то необычную ноту в его дрогнувшем голосе, девушка удивлённо посмотрела ему в лицо. Только теперь до неё полностью дошёл смысл последних, сказанных ею, неосторожных слов и затаенная горечь его ответа.
—Извини, Димка, — растерянно пробормотала она, — я сегодня несу какую-то чушь. Не слушай меня.
В это время, спасая их от тягостно повисшего, неловкого молчания, к столику подошёл официант в фирменной, сиреневой жилетке поверх белой рубашки с короткими рукавами и предложил посмотреть меню.
—Может, заказать тебе что-нибудь? — робко спросил Дима.
—Нет, не надо, — грустно покачала головой девушка, — а впрочем… принесите мне ещё кофе, пожалуйста.
—Тогда мне тоже, — сказал Димка.
Когда официант ушёл, некоторое время оба смущённо молчали. Полина задумчиво разглядывала людей, идущих мимо по галерее. Дима растерянно уставился на свои руки, судорожно сплетённые на коленях.
—Скажи, пожалуйста, честно, Димка, мне на самом деле идёт эта причёска? — вдруг спросила девушка, резко поворачиваясь к нему всем телом.
—Да, — он поднял на неё искренний и преданный взгляд. — Ты такая красивая с этой причёской. Мне очень нравится.
—Тебе нравится, — с горькой иронией повторила она, — а ему, наверно, совсем не нравится. Он даже меня не узнал. Конечно, как же он может меня узнать? Ведь теперь я совсем не похожа на его драгоценную Ольгу.
—А тебе вовсе и не надо быть похожей на Ольгу, — спокойно сказал Дима, — особенно, если ты хочешь, чтобы он её забыл. Зачем тебе пытаться быть похожей на неё? Ты красива своей собственной красотой. Я тебе уже говорил раньше, прежняя твоя причёска не слишком-то тебе подходила. Не надо было её делать.
—Как ты не понимаешь, я сделала её для него. Я думала, что ему нравятся блондинки, — понизив голос и наклонившись к плечу Димки, горячим полушепотом произнесла Полина. — Я хотела отвлечь его, утешить, хотела показать ему, что я ничем не хуже Ольги. Я даже намного лучше её, потому что я люблю его и никогда-никогда не брошу. Я хотела помочь ему освободиться, спасти его от этой гадкой стервы, которая только дразнила его и издевалась над ним. Но всё оказалось напрасным. Всё зря. Она держит его просто мёртвой хваткой и никогда не отпустит. Никогда. А знаешь, почему? Потому что он сам этого не хочет. Он не хочет освободиться от неё. Наверно, ему нравится терпеть её отвратительные выходки и побитой собачонкой послушно и покорно бросаться к её ногам всякий раз, когда ей вздумается снова его поманить. Ему нравится, когда она издевается над ним, дразнит и бросает его, чтобы потом опять поманить и проверить границы его послушания. Он вытерпит от неё всё что угодно и простит ей всё что угодно. А я… я ему вообще не нужна. Я такая скучная, и я не умею так изобретательно, красиво и остроумно издеваться и бросать. Я могу только любить. Только любить и всё. А это ему совсем не нужно.
—Не надо преувеличивать, Полинка, — робко попытался успокоить её Дима, шокированный этой горячей, отчаянной и откровенной речью, — ты не права. И вовсе ему не нравится, когда его бросают, когда издеваются. Это никому не понравится. Просто… понимаешь… иногда мне кажется, что он чувствует себя виноватым в том, что она такая. Я тебе уже рассказывал, после того как погибли его родители, они с Олей долго жили вместе, как… в общем, как муж и жена. А до знакомства с Русланом Оля была тихой, послушной, примерной девочкой-отличницей. Из-за него она ушла из дома, бросила учёбу. Под его влиянием она сильно переменилась. Я думаю, именно поэтому Руслан так… терпеливо к ней относится, он как бы чувствует себя ответственным за неё. Но я уверен, после той кошмарной истории, которая случилась полгода назад, когда он попал в больницу, всё между ними изменилось. Оля теперь с Люксом, ты же знаешь, с Лёшей Сидорчиком. Когда-то он учился с Русланом в одной школе, а сейчас стал крутым бизнесменом, он даже устроил для Оли конкурс красоты. Не волнуйся, она уже привыкла к роскошной жизни и теперь вряд ли вернётся к прошлому. Наш Руслан ей больше не нужен.
Девушка, казалось, совсем не слушала то, что он говорил, поглощённая какими-то своими мрачными мыслями. Её широко распахнутые карие глаза были неподвижно устремлены в пространство, губы непроизвольно сложились в некрасивую, угрюмую, злую гримасу, портившую её симпатичное лицо. Она едва обратила внимание на то, что официант поставил перед ней новую чашку кофе. Диме было больно на неё смотреть. Не выдержав вида её страданий, парень робко и нежно коснулся её холодной руки, безвольно лежащей на столе.
—Полинка, пожалуйста, поверь мне, не всё так страшно и ужасно, как ты думаешь, — сочувственно произнёс он, желая её подбодрить. — Я знаю, что тебя мучает. Он всё ещё иногда ездит туда, к дому Люкса. Ну и что? Это ещё ровным счётом ничего не значит, — горячо добавил Дима, когда официант удалился, и продолжал, даже не подозревая в своей наивности и чистоте, как далеки от истины его слова: — Возможно, это просто привычка, дань прошлому. Теперь он делает это так редко. Говорю тебе, не надо отчаиваться. Он уже почти забыл Олю, да и она явно не собирается возвращаться к нему. И если ты…
От его лёгкого прикосновения к её руке Полина вдруг вся встрепенулась и, придвинувшись вплотную, так близко, что растерявшийся Димка был вынужден отшатнуться, чтобы сохранить приличное расстояние между ними, взволнованно зашептала прямо ему в лицо:
—Димочка, ты мой единственный близкий друг в этой жизни. Только ты один можешь помочь мне, можешь успокоить меня. Только ты один понимаешь меня и поддерживаешь. Поверь, я очень-очень ценю твою дружбу, Димка. Я так тебе благодарна. Если бы не ты, моя жизнь была бы совсем безрадостной и унылой. Ты столько раз помогал мне и…
—Что ещё я могу сделать для тебя? — тут же с радостной готовностью отозвался Дима, краснея от волнения. — Я всё готов сделать для тебя.
—Спасибо, Димочка. Ничего делать не надо, только скажи мне, пожалуйста, ты должен знать… несколько дней назад, в тот вечер, когда вы помирились с этим Люксом и поехали потом в его клуб… — скороговоркой начала девушка и вдруг запнулась, поражённая какой-то тайной мыслью, глядя на него испуганными, влажными от непролитых слёз глазами.
—Что? — спросил Дима, видя, что она почему-то не решается продолжать. — Что в тот вечер?
—Он видел её в клубе? — выдохнула Полина. — Он встретился с ней?
—С кем? Ааа… понимаю… нет… я не думаю. Правда, я ушёл из клуба раньше всех, и я не знаю точно, — растерянно признался Дима, — но, по-моему, её не было в клубе, когда мы приехали и…
—Поздно ночью он привез её к себе на такси. Наверно, она оставалась у него всю ночь. Димка, ты должен был увидеть её на следующий день, когда пришёл к нему. Ты видел её? Умоляю тебя, скажи мне честно, ты видел у него Ольгу? — спросила девушка, с мучительной тревогой вглядываясь в его доброе, полное сочувствия лицо.
Но вдруг густые тёмные брови парня сердито сошлись над переносицей, а в светло-карих глазах мелькнуло недовольство и даже гнев.
—А откуда ты это знаешь? — после небольшой паузы расстроенно произнёс Дима. — Откуда ты знаешь, кого он привозит к себе домой на такси, поздно ночью?
—Значит, это всё-таки была Ольга, — упавшим голосом прошептала Полина, в изнеможении откидываясь на спинку своего стула и устало закрывая глаза, — это была она, больше некому…
—Полина, послушай, ты ведь обещала мне больше не следить за ним. Ты обещала мне вернуться жить к родителям и выбросить бинокль, — возмущённо сказал Дима. — Ну, как можно строить отношения с человеком и одновременно постоянно исподтишка подглядывать за ним? Разве ты не чувствуешь, как всё это отвратительно. Ты, наверно, просто сошла с ума. Ты ведь совсем ему не доверяешь, ты стремишься контролировать буквально каждый его шаг, каждый поступок. Если это будет продолжаться, у вас точно ничего не выйдет.
—Пожалуйста, не сердись на меня, Димочка, прошу тебя. Это вышло случайно, — оправдываясь, проговорила Полина. — В ту ночь… в ту ночь я проснулась от шума автомобиля и женского смеха на улице. Ты же знаешь, как там тихо по ночам. А я сплю очень чутко. И вот я выглянула… я просто не смогла удержаться. Прости меня. Я выглянула и увидела приехавшую вместе с ним на такси девушку, высокую блондинку. Это была она, Ольга, больше некому, — в отчаянии закончила Полина и вдруг с явным беспокойством заглянула парню в лицо, поражённая внезапной мыслью. — А ты случайно не рассказал ему о том, что я живу напротив и слежу за ним? Ты же обещал молчать, Дима. Ты нарушил своё обещание? Да? Ты всё ему рассказал, и поэтому он так охладел ко мне. Ну, что ты молчишь и смотришь на меня такими странными глазами? Отвечай. Ты всё ему рассказал?
