***
- Что-то пропал этот клоун. – Роза приникла глазами к биноклю и внимательно рассматривала территорию административного здания, которую около получаса назад ещё можно было назвать обитаемой из-за большого скопления нанятых Германом бойцов, нежели сейчас, когда снаружи лишь изредка возникала пара фигур в формах «диких гусей» и исчезала обратно в здании. Вдохновлённую близкой минутой расправы над ученым девушку напрягало как бездействие со стороны противника, так и бездействие с их стороны, вызванное строгим запретом Корда, который чего-то ждал. Чего именно – командир «Спарты» делиться не спешил и на все вопросы сухо отвечал, что так надо.
Добравшись до указанного неизвестным отправителем места, «Спартанцы», по приказу своего лидера, обустроились в небольших зарослях, что находились в начале аллеи, ведущей к административному корпусу, и стали ждать.
Ждать чего-то, о чём знал только Корд.
- Усядься, - протянул Морфей, немного громче, чем требовалось, из-за чего тут же словил звонкую оплеуху от своего командира, сидевшего на данном участке вместе с ним и ученой. На недовольный взгляд парня, Корд укоризненно зашипел, приставив к губам указательный палец, и отвернулся в сторону соседней полосы зарослей, в которой пряталась остальная часть группы. Сталкер пододвинулся ближе к девушке и тихо шепотом продолжил: - От того, что ты мечешься, время быстрее не пойдёт.
- Ну и что. – Фыркнула Роза и опустила бинокль, поправив на место ветки с сухой листвой. Ученая итак не особо любила, когда её начинали поучать, а сейчас ей это не нравилось вдвойне. Не до поучений, когда в непосредственной близости находиться объект вожделенной мести, которую девушка выносила в себе на протяжении такого долгого времени.
На секунду ученая замерла. «А что будет потом?» - задалась она себе вопросом, ведь последние месяцы девушка жила буквально только мыслями о мести за своих товарищей и совершенно не задумывалась о том, что будет после возмездия. Роза недовольно нахмурилась, мысленно поругав себя за то, что мыслить приспичило именно сейчас, когда нельзя впадать в какое-либо другое состояние кроме решительности, тем более что мысли грозились завершиться далеко не самыми боевыми нотами. Однако, не смотря на внутренние возмущения, поток мыслей останавливаться не собирался, разгоняясь всё с большей скоростью и, в свойственной всем женщинам манере, накручивая ученую.
«В «Спарте» не могу остаться» – Продолжала про себя Роза, как бусинки на четках перебирая все возможные варианты своего будущего. Оставаться в группировке девушке не хотелось – слишком тяжелую атмосферу она успела создать вокруг себя, ещё больше раскалив ту, когда выяснилось, из-за чего «Спарту» покинула медик, да до такого состояния, что теперь кроме ярлыка выкормыша командира к ней прилипло ещё несколько далеко не самых приятных народных наименований. И хотя большая часть группировки была настроена к ученой дружелюбно, отношение остальной части сильно давило на психику.
- Что, обдумываешь, как лучше наказать профэссора? – Усмехнулся Морф, наблюдая за напряженным мыслительным процессом подруги. Роза отрицательно покачала головой.
- Нет.
- А что тогда? – Спросил тот?
- Не важно. – Девушка поспешила вернуться к наблюдению, сделав максимально занятый вид, но, достаточно долго знавшему её сталкеру, было просто понять, что ученая притворяется. Поэтому «Спартанец» сдавать позиции не поторопился.
- Самое время поныть – возможно, это последний раз в жизни. – Сказал тот и тихо рассмеялся, но, вновь услышав знакомое шипение, замолк.
- Да уж, спасибо. – Роза, обернулась к товарищу и показательно отвесила тому небольшой поклон, тут же раздраженно отодвинувшись немного в сторону. – Мотивировал.
- Чё орать то сразу? – Морфей упрямо пододвинулся к ученой, за любопытством похоронив возникшую обиду. Сталкер на секунду посмотрел на лидера, что всё так же продолжал сидеть к нему спиной, только теперь, видимо, всматриваясь в сторону, откуда они пришли. Корд, слыша разговор молодых людей, не спешил его останавливать – мужчина понимал, что сейчас подчиненным нужна была разрядка, в особенности Розе, для которой этот поход значил немного больше, чем для всех остальных.
К тому же, сидеть в ожидании неизвестно чего – скучно и эта самая скука вызвала в мужчине некоторую тревогу, предчувствие чего-то плохого, которую Корд старался утихомирить и отвлечься, бессовестно подслушивая разговор ученой и капитана.
- Я не ору. – Уже спокойнее ответила девушка и, поняв, что отвязаться от беседы не получиться, повернулась к товарищу, приготовившись защищать свои мысли всеми позволительными способами. Но защитить крепость от того, кто знает все тайные проходы, ведущие внутрь – трудно, поэтому, не выдержав под вопросительным взглядом сталкера, ученая объяснила содержимое своих мыслей. Морфей, дослушав подругу, тяжело посмотрел на ту, и с какой-то обидой спросил:
- Что значит: не знаешь, куда деться?
- А как? – Роза почувствовала внутри нарастающее отчаянье, ведь вместо того, чтобы получить дельного совета от единственного человека, ставшего ей довольно близким, девушка получила в ответ целую гору непонимания. Но разговор прерывать не стала, мол, сам всё начал – теперь будь добр терпеть. – Остаться я не могу, а возвращаться мне не к кому и некуда: ба умерла, имущество я продала, чтобы добыть деньги на поход в эту долбанную Зону для поисков отца, который, кстати, тоже окочурился, понимаешь?
- А мать? – Сталкер на время проглотил фразу, вертевшуюся на языке, решив для начала, расспросить о более важных вещах, тем более что отсутствие этой части в списке подруги его заинтересовало.
- Мертва. – Ученая проглотила ком, вставший в горле, но ответ продолжила. Девушка говорила быстро: было понятно, что данная тема для неё не приятна. – Я поздний ребенок, она роды не перенесла, так что воспитывали меня бабушка с отцом, а их судьба тебе уже известна.
- Прости, я не знал. – Морф немного с опаской посмотрел на лидера и, убедившись, что тот не наблюдает за ними, осторожно приобнял Розу за печи, следом, как бы извиняясь, мягко чмокнув подругу в светлую макушку. Та неловко пожала плечами, пальцами приоткрыв ветки кустарника и устремив взгляд на площадь у здания.
- Всё в порядке, ты и не мог знать об этом.
- Кстати, да: а я? – Выдал сталкер свою мысль, голосом стараясь всячески показать, словно только что об этом вспомнил, но, от чего-то дрогнувшая нотка в вопросе раскрывала его со всеми вытекающими. Ученая на секунду немного непонятливо посмотрела на товарища и по-своему грустно усмехнулась.
- А толку? Мы либо сегодня умрём, либо потом ты исчезнешь, как в прошлый раз…
- Нет, - «Спартанец» не дал договорить девушке, грубо прервав ту. Суждения подруги сейчас ему не нравились и, более того, они казались ему обидными и больно били по самолюбию. Однако заканчивать разговор сталкеру не хотелось: с одной стороны, сказывалось напряжение, которое требовало хоть какой-то разрядки, а с другой – парень понимал, как сейчас тяжело его подруге и старался поддержать ту. Как умел.
- Давай так, - продолжил Морф после недолгой паузы, - если выживем – уйдём из Зоны, вместе.
- В смысле? – Спросила Роза, наверное, впервые за всё время разговора окончательно переключив внимание на товарища. Тот смотрел на ученую уверенно, словно знал, что отказать та ему не сможет, но каких-то посторонних вопросов сейчас слышать не хотелось и определенное непонимание его подбешивало.
- На коромысле. – Фыркнул тот и сильнее, чем требовалось, сжал пальцами ладонь девушки, от чего та тихонько ойкнула, но руку освободить не попыталась. – Уйдём, заведем семью, будем жить обычной жизнью: без смертей, монстров и двинутых ученых. Годиться такое «дальше»?
Роза удивленно смотрела на парня, откровенно не понимая шутит тот, пытается её утешить или всерьез предлагает подобное. Девушка знала, что Зона для Морфея стала вторым домом и покидать его будет тяжело, что впоследствии грозит бесконечным унынием, недовольством жизнью и невыполнимым желанием вернуться назад. Отобрать у сталкера Зону всё равно, что оторвать от его души огромный кусок и заставить жить с этим, постоянно жалея о потере.
Сколь заманчиво и мотивирующее не звучало предложение парня, ученая не могла лишить того «дома» и от осознания, что сделать желаемое без ущерба для обоих не получиться, на душе становилось хуже.
- Ты ведь этого не хочешь. – Тихо проговорила девушка и с недовольством заметила, что, держащиеся внутри на протяжении разговора, слезы таки вырвались наружу и сейчас проделывали тонкие соленые дорожки по её лицу.
- Дура. – Морфей раздраженно выпустил руку ученой из хватки и отвернулся, дрожащей рукой достав из кармана початую пачку сигарет, но тут же убрал ту обратно, вспомнив, что командир строго настрого запретил курить, пока они находятся в засаде. Вместо этого он взял в рот кончик спички и стал тот пожевывать, стараясь унять накрывшую его волну злости. Парень не любил, когда кто-то решал за него какие-то важные вещи. «Откуда тебе знать, чего я хочу?» - прокрутил он в голове фразу, собираясь сказать ту, но остановился, почувствовав, как его обхватили женские руки, а через секунду – как девушка уткнулась в его спину лицом. Оборачиваться прямо сейчас Морф не хотел, зная наверняка, что плаксивая подруга и теперь льёт слезы ему в костюм, но, понимая, что времени у них на самом деле не много, всё же сделал это.
Обернувшись, «Спартанец» не успел ничего сказать, как в его адрес посыпались извинения и оправдания.
- Так, хорош реветь. – Сталкер обнял Розу и прижал к себе, стараясь успокоить, но девушка довольно быстро успокоилась сама, сумев взять себя в руки. Подняв голову, ученая протерла ладонью лицо и благодарно посмотрела на товарища: он один мог спокойно реагировать на частое слезокапство с её стороны, скалой выдерживая разного вида срывы, но не оставляя ту наедине с собственными мыслями в таких случаях.
- Можно попробовать. – Девушка немного улыбнулась, своими словами сдвинув с души сталкера булыжник и заставив того облегченно улыбнуться.
- Другое дело.
- Закончили, любовнички? – Спросил Корд, всё это время делающий вид, что не слушает молодых людей. На самом же деле, слыша, о чем именно разговаривают его подчиненные, мужчина сам не минул задуматься о том, что в свои далеко не молодые годы он не имел семьи и продолжать его род – не кому.
Раньше, когда Александр жил на Большой Земле, он не задумывался о создании собственной ячейки общества, потому что в его руках был буквально весь мир, зовущий мужчину для изучения его тайн. Возможности заставляли отодвигать банальные житейские проблемы на задний план, ведь когда ты молод, кажется, что ещё так много времени.
Попав в Зону, Корд добрых пять лет занимался воспитанием себя как бойца и наработкой своей репутации среди остальных сталкеров, а собрав «Спарту» - занялся воспитанием своих подчиненных, передавая им все знания, которые у него успели накопиться на протяжении боевого опыта. Да и не место в Зоне думать о подобных вещах. Но сейчас он сидел и прокручивал в голове всю свою жизнь, словно перед высшим судом, откровенно начиная жалеть, что после себя не успел оставить ничего кровного.
Подобнее мысли начинали пугать командира группировки и тот с нетерпением ожидал появления таинственного человека, непонятно почему писавшего и помогавшего им.
Ответ на свой вопрос Корд получил мгновенно, но внимания на него не обратил, устремив свой взор на вход здания, к которому во время разговора успела подойти небольшая группа хорошо вооруженных людей. По тому, как один из них осматривался по сторонам, словно ожидая кого-то, Корд понял – это прибыли их «тайные помощники».
***
Первое на что Айзек обратил внимание, приближаясь к месту встречи, было большое скопление людей в обозначенном месте.
Ученый помнил, что Герман покинул Лиманск в небольшой компании своих охранников, и его несколько насторожило столь сильное прибавление в потенциальных силах противника. Ведь если спокойно поговорить с профессором не удастся и придётся действовать агрессивно, то их небольшую компанию, состоящую из четырех человек, просто сметут с этого света. Если только к ним не присоединиться группа местных обитателей, которых, к своему неудовольствию, американец не замечал.
До парадного входа в административное здание мужчины дошли совершенно спокойно: ни один из наёмных сталкеров не попытался их остановить и Айзек сделал для себя вывод, что они были заблаговременно предупреждены своим командиром о визитерах. Но пройти в здание им не дали: один из наёмников, стоящих у входа, смело преградил дорогу профессору, желая узнать личность пришедшего. Получив ответ, охранник отправил своего товарища внутрь и через минуту тот вернулся в сопровождении профессора Германа, торопливо закидывающего через спину автомат.
- Мистер Уокер, доброго дня. – Радушно улыбнулся ученый и поспешил пожать гостю руку, чему воспрепятствовать американец не стал, сочтя подобный жест небольшим знаком, показывающим, что на контакт местный профессор идти готов.
Но что-то в радостном взгляде профессора было не так и что именно – Айзек уловить не мог.
- Здравствуйте, профессор. – Ответил американец и вновь посмотрел по сторонам: он отчетливо чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, но чей именно – не понимал и свято надеялся, что это наблюдали приглашенные им сюда сталкеры.
По инициативе профессора Германа, сопровождающие Айзека были спроважены внутрь здания, дабы немного отдохнуть после долгой дороги, а сами ученые медленной походной направились от входа. Уокера так же заинтересовало отсутствие рядом с ними вызвавшего его сюда Озёрского, но спрашивать о нём у Германа мужчина не стал, сразу же задав наводящий вопрос:
- Мистер Герман, так что вы хотели показать?
- К сожалению, мы не можем пока что начать. - Профессор на вопрос старшего коллеги кротко улыбнулся и пропустил мужчину немного вперед, сам опустившись на одно колено и принявшись зачем-то сильнее зашнуровывать итак закрепленные берцы. Для Айзека это казалось отличным плюсом и он, немного отойдя вперед, остановился, после чего достал из кармана диктофон и включил режим записи.
- Почему же? – Спросил американец, не оборачиваясь, так как его внимание привлекла быстро скользнувшая за небольшое соседнее здание темная фигура.
- Понимаете, уважаемый мистер Уокер, мы ещё не дождались ваших друзей-сталкеров. – Медленно говоря, Герман бесшумно поднялся с колена, но догонять коллегу не поспешил: вместо этого, он осторожно спустил с плеча автомат и направил дуло того в спину стоявшего впереди мужчины. Услышав звук затвора, Айзек обернулся назад, с готовностью направив на профессора пистолет, этим самым заставив ученого с Янтаря как-то хищно улыбнуться. – Вы умрете быстрее, чем нажмете на курок.
- Неужели? – Усмехнулся Уокер, надеясь разговорами протянуть время. Герман же, вновь улыбнувшись, ответил в тон профессору и тут же вскрикнул, мгновенно выронив из рук автомат. За секунду до того, как началась стрельба со стороны охраны Германа, Айзек успел заметить, что именно заставило ученого лишиться оружия: правая ладонь мужчины была полностью залита кровью от образовавшегося пулевого ранения в ту, равно как и предплечье.
