– Ну, этот тип в красной кепке, которого мы с Широй в «джипе» на берегу видели, — пояснила Вика.
– А вот с этого момента, Виктория Денисовна, попрошу подробнее, — Криницын с любопытством посмотрел на Вику.
Отправиться в грот с утра не удалось, и ребята вышли в море только после полудня. Идти оказалось совсем недалеко — через пару минут, обогнув скалистый мыс (тот, что был виден из окна дачи Корабельниковых), ребячий парусник подошёл к высокому, как показалось Павлику, обрыву. Внизу обрыва, среди нагромождения камней виднелся вход в пещеру.
– Ого! Я бы и не заметил, если бы Юрка не показал! — воскликнул Димка, увидев грот.
– Дед говорил, что в старину здесь прятались пираты, — уверено ответил ему Юрка.
– Твоему деду виднее — он историк, — усмехнулся Пашка.
Почти рядом со входом в грот находилась ровная площадка из известняка, выступавшая далеко в море.
– Смотрите, прям пирс настоящий! — удивился Павлик.
– А мы к нему и причалим, — распорядился Юрка.
– Пирс и правда настоящий, только недоделанный, — ответил Пашка.
– Это как?
– А так, Димка. Папа с мамой говорили, что здесь, когда они ещё в детсад ходили, дайверы хотели себе базу сделать. Вот они пирс и построили. Только у них через год — во время зимнего шторма — грот затопило и всё снаряжение унесло. Они пытались восстановить, да забросили. А от пирса только площадка осталась, — Пашка ловко спрыгнул на камни. — Ой, а тут, по-моему, кто-то уже швартовался… — растерянно сказал он, показывая на напоминающий кнехт железный обрубок, торчащий из камня. Кусок толстой железной трубы был вставлен в выдолбленное в известняке углубление и залит раствором.
– Весной этого не было, — уверенно сказал Юрка, потрогав обрубок. — Может опять дайверы или водолазы вернулись?
Ребята перебрались через камни и подошли к самому входу. Грот явно обустраивали: между пирсом и входом расчистили от камней широкую дорожку, убрали камни у входа.
Внутри после яркого полуденного солнца было темно, и Юрка зажёг фонарик. Грот представлял собой небольшую пещерку с низким сводчатым потолком. Во время штормов её, наверное, заливало водой — в пещерке было довольно сыро и пахло солью и гнилыми водорослями.
– Это после недавнего шторма, — пояснил Пашка. — Поэтому и дайверы отсюда ушли — грот волнами заливает.
– И дальний тоже? — Павлик показал на видневшийся в дальнем углу проход.
– Не зря у вас с Юлькой глаза большие, — усмехнулся Юрка. — Я сколько здесь был, а этого дальнего грота не видел.
– А ты бы его и не увидел, — ответил ему Пашка. — Здесь стенка была, а её пробили, — Пашка показал на свежие сколы камня у входа. — Темно, как в склепе.
– А это тоже пещера? — Павлик показал на другой проход.
– Нет, это проход к «чёртовой лесенке», по которой можно сверху спуститься, — Юрка подошёл к проходу и громко крикнул внутрь: — Ого!
– Ого-го-го-о! — ответило эхо.
– Там тоже грот, а от него вверх проход. А камни образуют настоящую лестницу. Дайверы их обкололи, так что получились настоящие ступени.
– А почему «чёртова»?
– А потому, что чёрт ногу сломит! — рассмеялся Пашка.
– Ага, — согласился Юрка. — Лестница крутая, можно запросто ноги переломать.
– А пойдёмте в тот новый грот, посмотрим, — предложил Димка.
Ребята осторожно вошли внутрь пещеры. Тьма была кромешная, но постепенно глаза ребят привыкли к темноте. Пещера оказалась больше наружного грота, а в одном из её углов виднелся ещё один проход.
– Ой, там кто-то есть… — дрогнувшим голосом произнёс Димка.
– С чего ты взял? — испуганно ответил ему Пашка.
– Там бормочет кто-то, слышишь? Бельчонок, ты куда?!
– Да нет здесь никого! Это ручей журчит, — послышался из тёмного прохода голос Павлика. — И тут проход. На эту «чёртову лесенку». А она и правда крутая! — голос Павлика послышался откуда-то сверху.
– Пашка! Не лезь, а то сейчас по заднице схлопочешь! — крикнул ему Юрка.
– Я тебе не Рыжик — её шлёпай! — весело откликнулся Павлик, но всё-таки спустился вниз. Из грота блеснул луч его фонарика, рассекая темноту, как лазерный меч из фантастических фильмов.
– Так вот куда эта ниша вела! А мы-то всё боялись туда спуститься!
– Почему? — улыбнулся Павлик.
– Так там темно и бормочет кто-то всегда. Жутковато, — честно признался Юрка. — А в посёлки страшилку рассказывали, что там в нише живёт злой дух, который топит всех любопытных, кто проникнет в грот.
– Смотрите, а здесь и правда дайверы были! — Павлик подбежал к дальней стене пещеры.
В свете фонарей ребята разглядели сложенные у стены гидрокостюмы, криоланги и даже два водолазных скафандра с электрожабрами, наподобие тех, в которых ребята спускались к каравелле. А ещё рядом были сложены инструменты. Павлик без труда узнал их.
– А здесь кто-то раскопками занимается!
– Раскопками… — медленно произнёс Пашка, и ребята переглянулись. Всем в голову внезапно пришла одна и та же догадка о том, кем могли быть таинственные археологи.
Юрка обернулся, осветив фонариком пещеру — в другом углу виднелись закрытые ящики, которые явно готовили к перевозке.
– А если это Сабир с компанией? — шёпотом сказал Димка, озвучив посетившую всех мысль.
– Знаете, ребята, — Юрка оглядел друзей. — Надо вечером засаду устроить. Там наверху есть площадка, рядом с «лесенкой». Снизу её не видно, а мы сверху увидим всех, кто выйдет на пирс. А если что — можно легко убежать, там спуск по склону.
Ребята, стараясь не шуметь, вышли из грота и вскоре отчалили.
Гуля торопливо шагала в посёлок по пустынной в этот час береговой дороге. Послезавтра день рождения у её подруги, Нонки Кокоревой, а она ещё никак не придумает, что ей подарить. «Надо посоветоваться с бабушкой», — подумала девушка, когда сзади раздался шум автомобиля. Гуля инстинктивно отошла в сторону, но шум смолк — машина, видимо, остановилась на оставшейся в нескольких метрах позади площадки для отдыха. Гуля снова вышла на дорогу.
– Добрый день, уважаемая Гюли! — раздался сзади вкрадчивый голос с южным акцентом.
– Скорее, уже вечер, — Гуля, оглянувшись, увидела Сабира.
– Хорошее время для прогулок, не так ли?
– Смотря с кем… — мрачно ответила девушка.
– Вы не хотите составить мне компанию в морской прогулке?
– Представьте себе, не хочу! — довольно неприязненно ответила девушка, ускоряя шаг.
– Неужели я вам так противен, Гюли?! Вы ведь ещё недавно находили мою компанию приятной!
– У меня морская болезнь. А приятной вашу компанию я находила до того момента, когда ваши приятели обчистили нашу дачу!
– Но поверьте, уважаемая Гюльнара, я не имею ни малейшего отношения к этому! — Сабир довольно бесцеремонно схватил Гулю за локоть. Девушка вырвала руку и резко остановилась, обернувшись к Сабиру. — Сабир, шли бы вы… Сами знаете куда! Вы мне противны! С вами разговаривать, что жабу целовать!
В этом момент за поворотом взревел двигатель и на шоссе выскочил «джип», за рулём которого сидел Шира.
– И всё же вам придётся составить нам компанию! — раздражённо ответил Сабир и, вновь схватив девушку за локоть, буквально швырнул её в подъехавший автомобиль.
– Пустите меня! Помогите!!! —успела крикнуть Гуля, прежде чем Сабир зажал ей рот. — Быстро, пока никто не видел! — крикнул он Шире.
– Добро пожаловать на борт! — осклабился Шира, выжимая акселератор.
Они не заметили, как на обрыве, нависшем над дорогой, показались фигурки двух девочек.
– Вик, ты видела!? — Зоя, уронив велосипед, испуганно обернулась к подруге.
– Видела… — процедила сквозь зубы Вика, набирая на смартфоне номер Ахмеда.
Едва начало вечереть, Пашка с Павликом, прихватив бинокль, оправились к Димке Смирнову. Юрку не отпустили: они с Женькой давно обещали убраться в комнате и теперь обоих оставили на «штрафные работы». От Димкиного дома почти сразу начиналась дорога, ведущая к морю. Ребята справедливо рассудили, что лучше дойти до грота пешком — парусник сразу увидят, да и пришвартовать его негде. «И не дадут без Юрки», — справедливо рассудил Димка.
Идти было не так уж и далеко — около километра. Уже вечерело, стоял тихий тёплый июльский вечер. Лёгкий бриз приятно обдувал после дневного зноя, вечернее солнце золотило поднимавшуюся от подошв сандалий дорожную пыль. Шагать было легко и приятно, и ребята сами не заметили, как за разговорами о том, о сём дошли до мыса. Дети осторожно приблизились к холму, поднимавшемуся над гротом.
– Они там… — прошептал Пашка. — Баркас Жорки у пирса.
Мальчишки, стараясь не шуметь, поднялись наверх. И тут, почти у самой вершины, Димка оступился — предательский камешек выскочил из-под сандалии, и мальчик, вскрикнув, упал на траву.
– Ты чего, Димк? — Пашка кинулся к другу.
– Ногу подвернул, — плаксиво ответил Димка, закусив губу, — больно!
– Ну… Я же говорил — осторожнее!
– А я что, виноват? Там камень такой попался, я думал, он крепкий. А он рассыпался! — захныкал Димка.
– Ладно, не реви. Больно? Идти можешь?
– Могу, только не очень… — Димка встал, и припадая на ногу, поковылял к ребятам.
– Вот здесь… — Пашка показал на ровную травяную площадку, с которой открывался вид на пирс и стоящие около него баркас и катер. С другой стороны холма, в кустах стоял джип, который ребята видели во время плавания с Ахмедом.
– Все здесь, только мезоскафа нет, — тревожным шёпотом сказал Павлик.
– Тихо! Они в пещере! — Пашка приложил палец ко рту. — Отсюда слышно, как они разговаривают.
– А о чём? — спросил, вытянув от любопытства шею, Димка.
– Не слышно — в пещере гулко… Несколько человек, трое или четверо.
– И в катере кто-то сидит. За баркасом не видно, — Павлик вгляделся в силуэт судна. В катере действительно сидел человек. Он нагнулся к пульту, кивнул, видимо отвечая на видеовызов коммуникатора, и завёл мотор. Катер взревел и рванулся в море. А затем, заложив лихой вираж, пошёл в сторону города.
– Лихо, прям, как на гонках! — присвистнул Пашка.
– Не видно, кто — он в шлеме, — с досадой ответил ему Павлик.
– Ладно, посмотрим, кто там ещё… — подвёл итог Дима.
Ребята улеглись в высокой траве и начали наблюдение. Быстрые южные сумерки уже окутали берег сиреневой мглой, когда Павлик, Димка и Пашка увидели выходивших из грота людей. Их было четверо. Двоих мальчишки уже знали. Матрос с поселкового сейнера Григорий Рудин по прозвищу Шира и моторист того же сейнера Жорик Крутилин. А двое других… Мужчина и молоденькая девушка. Мужчина был незнакомым: смуглый, горбоносый, с чёрными вьющимися волосами, он был похож на араба или индийца. А девушка…
– Это же Гулька! — свистящим шёпотом сказал Пашка.
– Кто? — едва слышно переспросил Павлик.
– Гюльнара Гарифуллина, — ответил Димка, — не узнал, что ли?
– Внучка деда Ахмеда?! — удивился Павлик.
– Угу, и Гульку прихватили, — сплюнул Пашка. — А с ней этот Сабир. Мне его Зойка в городе показала.
– Неужели Гулька — предательница? Не может быть — она не такая! — воскликнул Павлик.
– Гулька не предательница, она хорошая, как дед Ахмед. Вон как этот «индус» её за локоть схватил. Сейчас руку вывернет. Она не сама с ними пошла, — зло проговорил Пашка.
– Заложница! — ахнул Димка.
– Угу, — мрачно согласился Пашка. — Сабир, гад, ей прикрывается. Это они убили Кешку… И ранили Зою…
При воспоминании о Кешке у Павлика заскребло в горле. Кешка… добрый, озорной Кешка. Больше он никогда не встретит их в бухте… Никогда не позовёт играть в ласковой шёлковой воде их любимой бухточки…
– Кешка… — прошептал Павлик. И услышал, как рядом кто-то всхлипнул. Он оглянулся: Пашка плакал, не скрываясь от друзей, слёзы текли по его щекам.
– Я им отомщу, гадам! — сквозь слёзы прошептал Пашка. — Я им всё припомню…
– Смотрите, ребята! Там ящики и криоланг, — Димка показал на качавшийся за камнем баркас. — Они, наверное, собираются на корабль…
– Зачем им на каравеллу? Всё уже вытащили.
– Ноги они делать собрались… — согласился с Павликом Пашка. Он поднёс к лицу браслет-коммуникатор и вдруг с досадой сплюнул. — Батарейка села! Зарядить забыл, голова дырявая!
– А я свой дома забыл… — Павлик растерянно посмотрел на друзей, схватившись за запястье.
– Балда! — в сердцах ответил Пашка. — Я же тебе сказал: «Не забудь браслет!». А ты сказал: «Сейчас возьму — он на тумбочке!»
– Сказал… Меня тётя Наташа позвала, я и забыл про него… — честно признался Павлик.
– Димка, на тебя последняя надежда, — Пашка обернулся к нему.
– Ага. Она помирает последней, — мрачно пошутил мальчишка. — Я его разбил, когда споткнулся.
– И что теперь делать? — тревожно спросил Павлик.
– Павлик, — Пашка вытер кулаком мокрые щёки, — беги в посёлок! Зови Грека и ребят! Быстро!
– Почему я?
– Потому что ты самый быстрый! А мы последим за ними.
– Или потому что самый маленький? — обиженно хмыкнул Павлик.
– Павлик, ты бегаешь как… Как олень! Я так быстро не могу! — ответил ему Димка.
– Потому что я так решил. Я старше. И я за вас отвечаю, — совершенно спокойно произнёс Пашка. Димка удивился этому спокойствию, у него-то сердце колотилось где-то у горла и неприятный холодок сосал в животе.
– А вас будет всего двое! А их — четверо!
– Павел, это приказ. В посёлок, пулей! — отрезал Пашка.
– Слушаюсь, капитан, — ответил Павлик. По его голосу было слышно, что Павлик обиделся, но несмотря на обиду, Павлик понимал — кроме него никто не сможет так быстро добраться до посёлка. И иного выхода не было — Бельчонок действительно был самым быстрым из них, к тому же Димку с его ногой не пошлёшь — дохромает только часа через два. Да и… Димка… У него, как и у Яськи порой язык не успевает за мыслями, и пока он объяснит, что к чему… И по характеру Димка — сорвиголова, может наделать каких-нибудь глупостей. Тут хоть Пашка за ним приглядит… Знал бы он, что приглядывать надо было за Пашкой, а не за Димой…
– Я побежал, держитесь тут! — прошептал Павлик.
– Удачи, Бельчонок! — махнул ему рукой Пашка. — Продержимся.
Павлик улыбнулся — Бельчонком раньше его называли только Юлька, Пашка и Алиса, да ещё Валя. А теперь, среди ребят «Бригантины» ласковое прозвище стало будто вторым именем Павлика. Теперь Бельчонком его называли друзья. Павлик не мог их подвести и, ещё раз оглянувшись на бухту, припустил к посёлку.
Пашка некоторое время лежал на траве, наблюдая за возившимися у баркаса Широй и Жоркой. А потом задумался, отложив бинокль.
– Ты чего? — Димка повернулся к нему.
– Вот что, Димка. Сиди здесь, а я им сюрприз устрою.
– Чего?
– Я канат перережу, которым баркас к этой трубе привязан. Пока они возятся — баркас отнесёт в море. Помнишь, как мы сегодня чуть наш ял не упустили.
– Ага.
– Ну, вот. Я пошёл.
– Стой, Пашка! А если тебя поймают? — Димка с тревогой посмотрел на друга.
– Не поймают! — самоуверенно заявил Пашка. — Я пошёл.
– Подожди, давай Бельчонка дождёмся!
– Сиди здесь. Если что — скатись вниз по склону, там внизу балка, тебя в ней и с собаками не найдут.
Пашка полез вниз по едва заметной тропинке. Димка, закусив кулак, с тревогой смотрел за ним. Когда Пашка уже скрылся за кустами, Дима услышал чей-то голос, доносившийся с лесенки. Мальчик глянул вниз — все четверо: Сабир, Жорка, Шира, Гуля были около пирса.
«Значит, там кто-то ещё!» — Димка с тревогой глянул вдоль склона. Пашка уже спустился и подползал к пирсу. Сабир и его подельники его бы не заметили. Но тот, кто сейчас выйдет из грота, увидит мальчишку!
– А вот с этого момента, Виктория Денисовна, попрошу подробнее, — Криницын с любопытством посмотрел на Вику.
Глава 40. Грот
Отправиться в грот с утра не удалось, и ребята вышли в море только после полудня. Идти оказалось совсем недалеко — через пару минут, обогнув скалистый мыс (тот, что был виден из окна дачи Корабельниковых), ребячий парусник подошёл к высокому, как показалось Павлику, обрыву. Внизу обрыва, среди нагромождения камней виднелся вход в пещеру.
– Ого! Я бы и не заметил, если бы Юрка не показал! — воскликнул Димка, увидев грот.
– Дед говорил, что в старину здесь прятались пираты, — уверено ответил ему Юрка.
– Твоему деду виднее — он историк, — усмехнулся Пашка.
Почти рядом со входом в грот находилась ровная площадка из известняка, выступавшая далеко в море.
– Смотрите, прям пирс настоящий! — удивился Павлик.
– А мы к нему и причалим, — распорядился Юрка.
– Пирс и правда настоящий, только недоделанный, — ответил Пашка.
– Это как?
– А так, Димка. Папа с мамой говорили, что здесь, когда они ещё в детсад ходили, дайверы хотели себе базу сделать. Вот они пирс и построили. Только у них через год — во время зимнего шторма — грот затопило и всё снаряжение унесло. Они пытались восстановить, да забросили. А от пирса только площадка осталась, — Пашка ловко спрыгнул на камни. — Ой, а тут, по-моему, кто-то уже швартовался… — растерянно сказал он, показывая на напоминающий кнехт железный обрубок, торчащий из камня. Кусок толстой железной трубы был вставлен в выдолбленное в известняке углубление и залит раствором.
– Весной этого не было, — уверенно сказал Юрка, потрогав обрубок. — Может опять дайверы или водолазы вернулись?
Ребята перебрались через камни и подошли к самому входу. Грот явно обустраивали: между пирсом и входом расчистили от камней широкую дорожку, убрали камни у входа.
Внутри после яркого полуденного солнца было темно, и Юрка зажёг фонарик. Грот представлял собой небольшую пещерку с низким сводчатым потолком. Во время штормов её, наверное, заливало водой — в пещерке было довольно сыро и пахло солью и гнилыми водорослями.
– Это после недавнего шторма, — пояснил Пашка. — Поэтому и дайверы отсюда ушли — грот волнами заливает.
– И дальний тоже? — Павлик показал на видневшийся в дальнем углу проход.
– Не зря у вас с Юлькой глаза большие, — усмехнулся Юрка. — Я сколько здесь был, а этого дальнего грота не видел.
– А ты бы его и не увидел, — ответил ему Пашка. — Здесь стенка была, а её пробили, — Пашка показал на свежие сколы камня у входа. — Темно, как в склепе.
– А это тоже пещера? — Павлик показал на другой проход.
– Нет, это проход к «чёртовой лесенке», по которой можно сверху спуститься, — Юрка подошёл к проходу и громко крикнул внутрь: — Ого!
– Ого-го-го-о! — ответило эхо.
– Там тоже грот, а от него вверх проход. А камни образуют настоящую лестницу. Дайверы их обкололи, так что получились настоящие ступени.
– А почему «чёртова»?
– А потому, что чёрт ногу сломит! — рассмеялся Пашка.
– Ага, — согласился Юрка. — Лестница крутая, можно запросто ноги переломать.
– А пойдёмте в тот новый грот, посмотрим, — предложил Димка.
Ребята осторожно вошли внутрь пещеры. Тьма была кромешная, но постепенно глаза ребят привыкли к темноте. Пещера оказалась больше наружного грота, а в одном из её углов виднелся ещё один проход.
– Ой, там кто-то есть… — дрогнувшим голосом произнёс Димка.
– С чего ты взял? — испуганно ответил ему Пашка.
– Там бормочет кто-то, слышишь? Бельчонок, ты куда?!
– Да нет здесь никого! Это ручей журчит, — послышался из тёмного прохода голос Павлика. — И тут проход. На эту «чёртову лесенку». А она и правда крутая! — голос Павлика послышался откуда-то сверху.
– Пашка! Не лезь, а то сейчас по заднице схлопочешь! — крикнул ему Юрка.
– Я тебе не Рыжик — её шлёпай! — весело откликнулся Павлик, но всё-таки спустился вниз. Из грота блеснул луч его фонарика, рассекая темноту, как лазерный меч из фантастических фильмов.
– Так вот куда эта ниша вела! А мы-то всё боялись туда спуститься!
– Почему? — улыбнулся Павлик.
– Так там темно и бормочет кто-то всегда. Жутковато, — честно признался Юрка. — А в посёлки страшилку рассказывали, что там в нише живёт злой дух, который топит всех любопытных, кто проникнет в грот.
– Смотрите, а здесь и правда дайверы были! — Павлик подбежал к дальней стене пещеры.
В свете фонарей ребята разглядели сложенные у стены гидрокостюмы, криоланги и даже два водолазных скафандра с электрожабрами, наподобие тех, в которых ребята спускались к каравелле. А ещё рядом были сложены инструменты. Павлик без труда узнал их.
– А здесь кто-то раскопками занимается!
– Раскопками… — медленно произнёс Пашка, и ребята переглянулись. Всем в голову внезапно пришла одна и та же догадка о том, кем могли быть таинственные археологи.
Юрка обернулся, осветив фонариком пещеру — в другом углу виднелись закрытые ящики, которые явно готовили к перевозке.
– А если это Сабир с компанией? — шёпотом сказал Димка, озвучив посетившую всех мысль.
– Знаете, ребята, — Юрка оглядел друзей. — Надо вечером засаду устроить. Там наверху есть площадка, рядом с «лесенкой». Снизу её не видно, а мы сверху увидим всех, кто выйдет на пирс. А если что — можно легко убежать, там спуск по склону.
Ребята, стараясь не шуметь, вышли из грота и вскоре отчалили.
***
Гуля торопливо шагала в посёлок по пустынной в этот час береговой дороге. Послезавтра день рождения у её подруги, Нонки Кокоревой, а она ещё никак не придумает, что ей подарить. «Надо посоветоваться с бабушкой», — подумала девушка, когда сзади раздался шум автомобиля. Гуля инстинктивно отошла в сторону, но шум смолк — машина, видимо, остановилась на оставшейся в нескольких метрах позади площадки для отдыха. Гуля снова вышла на дорогу.
– Добрый день, уважаемая Гюли! — раздался сзади вкрадчивый голос с южным акцентом.
– Скорее, уже вечер, — Гуля, оглянувшись, увидела Сабира.
– Хорошее время для прогулок, не так ли?
– Смотря с кем… — мрачно ответила девушка.
– Вы не хотите составить мне компанию в морской прогулке?
– Представьте себе, не хочу! — довольно неприязненно ответила девушка, ускоряя шаг.
– Неужели я вам так противен, Гюли?! Вы ведь ещё недавно находили мою компанию приятной!
– У меня морская болезнь. А приятной вашу компанию я находила до того момента, когда ваши приятели обчистили нашу дачу!
– Но поверьте, уважаемая Гюльнара, я не имею ни малейшего отношения к этому! — Сабир довольно бесцеремонно схватил Гулю за локоть. Девушка вырвала руку и резко остановилась, обернувшись к Сабиру. — Сабир, шли бы вы… Сами знаете куда! Вы мне противны! С вами разговаривать, что жабу целовать!
В этом момент за поворотом взревел двигатель и на шоссе выскочил «джип», за рулём которого сидел Шира.
– И всё же вам придётся составить нам компанию! — раздражённо ответил Сабир и, вновь схватив девушку за локоть, буквально швырнул её в подъехавший автомобиль.
– Пустите меня! Помогите!!! —успела крикнуть Гуля, прежде чем Сабир зажал ей рот. — Быстро, пока никто не видел! — крикнул он Шире.
– Добро пожаловать на борт! — осклабился Шира, выжимая акселератор.
Они не заметили, как на обрыве, нависшем над дорогой, показались фигурки двух девочек.
– Вик, ты видела!? — Зоя, уронив велосипед, испуганно обернулась к подруге.
– Видела… — процедила сквозь зубы Вика, набирая на смартфоне номер Ахмеда.
***
Едва начало вечереть, Пашка с Павликом, прихватив бинокль, оправились к Димке Смирнову. Юрку не отпустили: они с Женькой давно обещали убраться в комнате и теперь обоих оставили на «штрафные работы». От Димкиного дома почти сразу начиналась дорога, ведущая к морю. Ребята справедливо рассудили, что лучше дойти до грота пешком — парусник сразу увидят, да и пришвартовать его негде. «И не дадут без Юрки», — справедливо рассудил Димка.
Идти было не так уж и далеко — около километра. Уже вечерело, стоял тихий тёплый июльский вечер. Лёгкий бриз приятно обдувал после дневного зноя, вечернее солнце золотило поднимавшуюся от подошв сандалий дорожную пыль. Шагать было легко и приятно, и ребята сами не заметили, как за разговорами о том, о сём дошли до мыса. Дети осторожно приблизились к холму, поднимавшемуся над гротом.
– Они там… — прошептал Пашка. — Баркас Жорки у пирса.
Мальчишки, стараясь не шуметь, поднялись наверх. И тут, почти у самой вершины, Димка оступился — предательский камешек выскочил из-под сандалии, и мальчик, вскрикнув, упал на траву.
– Ты чего, Димк? — Пашка кинулся к другу.
– Ногу подвернул, — плаксиво ответил Димка, закусив губу, — больно!
– Ну… Я же говорил — осторожнее!
– А я что, виноват? Там камень такой попался, я думал, он крепкий. А он рассыпался! — захныкал Димка.
– Ладно, не реви. Больно? Идти можешь?
– Могу, только не очень… — Димка встал, и припадая на ногу, поковылял к ребятам.
– Вот здесь… — Пашка показал на ровную травяную площадку, с которой открывался вид на пирс и стоящие около него баркас и катер. С другой стороны холма, в кустах стоял джип, который ребята видели во время плавания с Ахмедом.
– Все здесь, только мезоскафа нет, — тревожным шёпотом сказал Павлик.
– Тихо! Они в пещере! — Пашка приложил палец ко рту. — Отсюда слышно, как они разговаривают.
– А о чём? — спросил, вытянув от любопытства шею, Димка.
– Не слышно — в пещере гулко… Несколько человек, трое или четверо.
– И в катере кто-то сидит. За баркасом не видно, — Павлик вгляделся в силуэт судна. В катере действительно сидел человек. Он нагнулся к пульту, кивнул, видимо отвечая на видеовызов коммуникатора, и завёл мотор. Катер взревел и рванулся в море. А затем, заложив лихой вираж, пошёл в сторону города.
– Лихо, прям, как на гонках! — присвистнул Пашка.
– Не видно, кто — он в шлеме, — с досадой ответил ему Павлик.
– Ладно, посмотрим, кто там ещё… — подвёл итог Дима.
Ребята улеглись в высокой траве и начали наблюдение. Быстрые южные сумерки уже окутали берег сиреневой мглой, когда Павлик, Димка и Пашка увидели выходивших из грота людей. Их было четверо. Двоих мальчишки уже знали. Матрос с поселкового сейнера Григорий Рудин по прозвищу Шира и моторист того же сейнера Жорик Крутилин. А двое других… Мужчина и молоденькая девушка. Мужчина был незнакомым: смуглый, горбоносый, с чёрными вьющимися волосами, он был похож на араба или индийца. А девушка…
– Это же Гулька! — свистящим шёпотом сказал Пашка.
– Кто? — едва слышно переспросил Павлик.
– Гюльнара Гарифуллина, — ответил Димка, — не узнал, что ли?
– Внучка деда Ахмеда?! — удивился Павлик.
– Угу, и Гульку прихватили, — сплюнул Пашка. — А с ней этот Сабир. Мне его Зойка в городе показала.
– Неужели Гулька — предательница? Не может быть — она не такая! — воскликнул Павлик.
– Гулька не предательница, она хорошая, как дед Ахмед. Вон как этот «индус» её за локоть схватил. Сейчас руку вывернет. Она не сама с ними пошла, — зло проговорил Пашка.
– Заложница! — ахнул Димка.
– Угу, — мрачно согласился Пашка. — Сабир, гад, ей прикрывается. Это они убили Кешку… И ранили Зою…
При воспоминании о Кешке у Павлика заскребло в горле. Кешка… добрый, озорной Кешка. Больше он никогда не встретит их в бухте… Никогда не позовёт играть в ласковой шёлковой воде их любимой бухточки…
– Кешка… — прошептал Павлик. И услышал, как рядом кто-то всхлипнул. Он оглянулся: Пашка плакал, не скрываясь от друзей, слёзы текли по его щекам.
– Я им отомщу, гадам! — сквозь слёзы прошептал Пашка. — Я им всё припомню…
– Смотрите, ребята! Там ящики и криоланг, — Димка показал на качавшийся за камнем баркас. — Они, наверное, собираются на корабль…
– Зачем им на каравеллу? Всё уже вытащили.
– Ноги они делать собрались… — согласился с Павликом Пашка. Он поднёс к лицу браслет-коммуникатор и вдруг с досадой сплюнул. — Батарейка села! Зарядить забыл, голова дырявая!
– А я свой дома забыл… — Павлик растерянно посмотрел на друзей, схватившись за запястье.
– Балда! — в сердцах ответил Пашка. — Я же тебе сказал: «Не забудь браслет!». А ты сказал: «Сейчас возьму — он на тумбочке!»
– Сказал… Меня тётя Наташа позвала, я и забыл про него… — честно признался Павлик.
– Димка, на тебя последняя надежда, — Пашка обернулся к нему.
– Ага. Она помирает последней, — мрачно пошутил мальчишка. — Я его разбил, когда споткнулся.
– И что теперь делать? — тревожно спросил Павлик.
– Павлик, — Пашка вытер кулаком мокрые щёки, — беги в посёлок! Зови Грека и ребят! Быстро!
– Почему я?
– Потому что ты самый быстрый! А мы последим за ними.
– Или потому что самый маленький? — обиженно хмыкнул Павлик.
– Павлик, ты бегаешь как… Как олень! Я так быстро не могу! — ответил ему Димка.
– Потому что я так решил. Я старше. И я за вас отвечаю, — совершенно спокойно произнёс Пашка. Димка удивился этому спокойствию, у него-то сердце колотилось где-то у горла и неприятный холодок сосал в животе.
– А вас будет всего двое! А их — четверо!
– Павел, это приказ. В посёлок, пулей! — отрезал Пашка.
– Слушаюсь, капитан, — ответил Павлик. По его голосу было слышно, что Павлик обиделся, но несмотря на обиду, Павлик понимал — кроме него никто не сможет так быстро добраться до посёлка. И иного выхода не было — Бельчонок действительно был самым быстрым из них, к тому же Димку с его ногой не пошлёшь — дохромает только часа через два. Да и… Димка… У него, как и у Яськи порой язык не успевает за мыслями, и пока он объяснит, что к чему… И по характеру Димка — сорвиголова, может наделать каких-нибудь глупостей. Тут хоть Пашка за ним приглядит… Знал бы он, что приглядывать надо было за Пашкой, а не за Димой…
– Я побежал, держитесь тут! — прошептал Павлик.
– Удачи, Бельчонок! — махнул ему рукой Пашка. — Продержимся.
Павлик улыбнулся — Бельчонком раньше его называли только Юлька, Пашка и Алиса, да ещё Валя. А теперь, среди ребят «Бригантины» ласковое прозвище стало будто вторым именем Павлика. Теперь Бельчонком его называли друзья. Павлик не мог их подвести и, ещё раз оглянувшись на бухту, припустил к посёлку.
Пашка некоторое время лежал на траве, наблюдая за возившимися у баркаса Широй и Жоркой. А потом задумался, отложив бинокль.
– Ты чего? — Димка повернулся к нему.
– Вот что, Димка. Сиди здесь, а я им сюрприз устрою.
– Чего?
– Я канат перережу, которым баркас к этой трубе привязан. Пока они возятся — баркас отнесёт в море. Помнишь, как мы сегодня чуть наш ял не упустили.
– Ага.
– Ну, вот. Я пошёл.
– Стой, Пашка! А если тебя поймают? — Димка с тревогой посмотрел на друга.
– Не поймают! — самоуверенно заявил Пашка. — Я пошёл.
– Подожди, давай Бельчонка дождёмся!
– Сиди здесь. Если что — скатись вниз по склону, там внизу балка, тебя в ней и с собаками не найдут.
Пашка полез вниз по едва заметной тропинке. Димка, закусив кулак, с тревогой смотрел за ним. Когда Пашка уже скрылся за кустами, Дима услышал чей-то голос, доносившийся с лесенки. Мальчик глянул вниз — все четверо: Сабир, Жорка, Шира, Гуля были около пирса.
«Значит, там кто-то ещё!» — Димка с тревогой глянул вдоль склона. Пашка уже спустился и подползал к пирсу. Сабир и его подельники его бы не заметили. Но тот, кто сейчас выйдет из грота, увидит мальчишку!
