- Мы не дадим тебя в обиду, - негромким, но неожиданно твёрдым голосом произнёс вдруг Тору. - Мы уже справились с ними один раз, справимся и второй.
- Ага, при условии, что граф решит не вмешиваться во всё это, - теперь, в голосе мага раздражение мешалось с некоторой растерянностью.
- Я уверен, что Ноэль не поступит с нами бесчестно, - а вот в голосе рыцаря Сэй смогла различить нотки сомнения.
Препирательства Ульрика и Сетмы отвлекали её от размышлений, однако, более-менее действенный план уже начал вырисовываться в её сознании. В нём всё ещё был множество нюансов и различного рода вероятностей, однако, времени на то, чтобы всё обдумать как следует, у них, увы, почти не было.
- Откуда, интересно, такая уверенность? – язвительно поинтересовался маг у рыцаря. – На сколько я понял, вы с племянником давно не общались, и ты просто не можешь знать наверняка, как и в какую сторону он изменился за прошедшие годы. Так что подумай, сир рыцарь, и скажи – скажи откровенно, так ли хорошо ты его знаешь?
Сэй не могла видеть лицо Ульрика, зато хорошо почувствовала вспыхнувшую в нём злость. Пора было вмешаться в этот спор.
Она открыла глаза, и чуть повернув голову, посмотрела на Сетму:
- Тебе известно, кто именно нанял Гончих?
Маг, явно сбитый с толку внезапной сменой разговора, сначала покачал головой, а потом всё же ответил:
- Всё что я знаю – это кто-то из Совета. Один из тех магов, что приходили ко мне домой, - тут он поморщился, явно припомнив нечто неприятное, - он не из простых. Да, я почти уверен, что гримуар понадобился кому-то из Совета.
Они переговаривались не громко, так, чтобы всадники не могли их услышать, но Сэй видела, как время от времени подозрительно косится в их сторону командир отряда.
- Значит, Гончие должны вернуться с гримуаром в Коссхоэн и передать его заказчику из Совета, - задумчиво подвела итог Сэй.
Сетма кивнул.
- А нам необходимо попасть в Коссхоэн и встретиться с кем-то из Совета, - тем же тоном продолжила она, наблюдая за тем, как меняется выражение лица мага.
На губах Сетмы появилась понимающая ухмылка:
- Тот, кто нам мешает, тот нам и поможет?
В общих чертах, план Сэй звучал именно так.
Однако снова вмешался сир Ульрик:
- Только вот книги у нас больше нет, - негромко заметил рыцарь. – Что вы собираетесь предъявить Гончим в качестве… веского аргумента для временного сотрудничества?
На это у Сэй уже был ответ:
- Если у графа найдётся необходимый материал, я сумею сделать копию. Сомневаюсь, что кто-то из них умеет читать на древнем квирре, так что вряд ли распознают подделку.
- Ты что, помнишь её наизусть? – недоверчиво спросил Тору.
- Зачем же? – улыбнулась ему Сэй. – Они понятия не имеют что там написано, так что внести туда можно всё что угодно, хоть рецепт пирога с дикими яблоками.
Губы мальчика дрогнули, а затем он, впервые за прошедшее время, искренне рассмеялся, заставив скачущих рядом всадников настороженно посмотреть в их сторону. Ульрик, и даже Сетма, тоже не удержались от коротких смешков.
Да, идея была рискованной и дерзкой, в ней по-прежнему имелось много белых пятен, но общее настроение заметно поднялось.
Сэй радовалась тому, что ей удалось хоть немного растормошить Тору, по крайней мере, на какое-то время.
А если Алиссара вновь попытается дать о себе знать, она будет готова.
Она будет рядом.
Его Сиятельство встречал их на ступенях замка, одетый в тёплый тёмно-синий дублет, плотные чёрные штаны и высокие - почти до колена, сапоги на небольшом квадратном каблуке.
Прямая осанка, чуть приподнятый подбородок, пронзительный, уверенный взгляд - именно таким его и запомнил Тору.
Мальчик заметил, что первым делом граф отыскал взглядом сира Ульрика, и ему даже показалось, что в глазах мужчины на короткий миг отразилось облегчение.
Стоило только покинуть сани, как вокруг тут же засуетились слуги, распрягая лошадей и скатывая с подстильника мех и разгружая оставшуюся после путешествия поклажу.
- Рад видеть вас в добром здравии, - произнёс Его Сиятельство, как только Тору и остальные, в сопровождении стражи подошли к ступеням. Взгляд графа снова остановился на рыцаре, и он повторил: - Всех вас.
Мальчику показалось, что напряжённые плечи сира Ульрика, после этих слов немного расслабились.
- Мы тоже рады новой встрече, Ваше Сиятельство, - ответил он, чуть склонив голову в знак почтения. – Дорога была долгой и трудной, но мы, хвала Всевышнему, справились.
- В таком случае, сейчас вас проводят в ваши покои, а после того, как отдохнёте, надеюсь, вы не откажете мне в беседе, скажем, за ужином.
Несмотря на вежливый тон, с которым обращался к ним граф, у Тору не возникло сомнений в том, что это была не просьба – Его Сиятельство намеревался расспросить их обо всём, что его заинтересует независимо от их на то желания. Хорошо, что дал им несколько часов для того, чтобы хоть немного прийти в себя после изнурительного многодневного путешествия, да и от сытного ужина, Тору, признаться, сейчас бы не отказался.
В этот раз, им всем выделили комнаты находящиеся в одном, как пояснил сир Ульрик, гостевом крыле. Сэй настояла на том, чтобы неотлучно находиться рядом с Тору и слуга, который сопровождал их по приказу графа, не стал на это возражать.
Комната оказалась чуть меньше той, в которую они все вместе делили в Доме Памяти, зато здесь были окна, и широкая кровать, укрытая серебристо-серой шкурой. На полу толстые - половицы с тёмно-зелёным лиственным узором, у изножья кровати – большой сундук из гладкого дерева с красивыми медными ручками по бокам, рядом с окном – стол для письма, к которому было приставлено кресло с высокой спинкой. У одной из стен, рядом с деревянной ширмой Тору увидел две горячие жаровни, табурет и тазик с кувшином.
Мальчик скинул с себя куртку, бросив её поверх сундука, и с блаженным вздохом растянулся на кровати, чувствуя под пальцами гладкий мех.
Голова, который уже день, была неприятно тяжёлой, а в затылке обосновалась тупая пульсирующая боль. Но Тору был готов её терпеть – всё что угодно, лишь бы не видения, посланные Алиссарой.
Конечно, Тору понимал – не спать вовсе он не может, поэтому приходилось выматывать себя до такого состояния, чтобы впадать в забытье без сновидений.
"Хватит об этом думать!", - одёрнул себя мальчик, чувствуя, как начинает шевелиться в душе затаившийся в ней страх, к которому невозможно было привыкнуть.
- Граф наверняка захочет узнать о том, что произошло в Вышегорье и что нам удалось узнать.
Донёсся до мальчика негромкий голос Сэй.
Тору приподнялся на локтях и посмотрел на подругу, которая стояла у окна, скрестив руки на груди и задумчиво глядя в окно. Что она там могла видеть, сквозь толстое, покрытое снежным узором стекло, мальчик не представлял.
- Сир Ульрик считает, что ему нужно рассказать, - напомнил Тору, чуть ослабляя ворот рубашки.
- А как думаешь ты? – обернувшись к нему, спросила Сэй.
Тору пожал плечами и всё же ответил:
- Его Сиятельство уже видел Чёрную пустошь, он наверняка почувствовал… это, - мальчик запнулся. Не зная, как словами описать то, что он ощущал всякий раз, проваливаясь в мир Алиссары.- Я… я думаю, он имеет право знать, пусть даже если прорыв случится через много лет. Лучше быть готовым к худшему.
Сэй покачала головой, прошла через комнату и присела на кровать рядом с Тору. Некоторое время он молчала, затем, взяла его за руку и, заглянув в глаза, произнесла:
- Алиссара уже пробудилась, и ты видел её армию. Не думаю, что ждать вторжения долго.
Тору и сам понимал это. Более того – был почти уверен в том, что Сэй права, однако как же тяжело признать эту страшную правду.
Поэтому, он неуверенно заметил:
- В Пустоши время течёт иначе. Точнее, оно… словно перестаёт существовать, понимаешь? Здесь для нас могут пройти года, в то время как для Алиссары это будет всего лишь мгновением.
Сэй улыбнулась, и улыбка эта вышла печальной.
Наверняка она понимала, что Тору таким образом пытается утешить – в первую очередь, себя.
Пусть это окажется простым самообманом, но так хотя бы немного легче.
- Давай больше не будем об этом, ладно? – вздохнув, попросил мальчик, прижимаясь к Сэй и чувствуя её бережные объятия. – Хотя бы не сейчас.
- Как скажешь, мой маленький маг.
- Это правда? - вскочив с постели, первым делом спросил Дирк, стоило только Ноэлю войти в комнату. – Они вернулись из Ледяной пустыни?
Граф Гильм лично приказал слугам вскользь упомянуть при Паттаки о прибывших гостях. Судя по бурной реакции, сделал он это не зря. Предводитель Гончих, даже оставшись без стаи, явно не растерял пыл и не намерен был отказываться от своих планов.
- Если я отвечу положительно, что именно вы собираетесь с этим делать, господин Паттаки? – поинтересовался Ноэль, глядя на собеседника с видимым любопытством.
Не хотелось бы разочаровываться в Дирке, так что оставалось надеяться на то, что он проявит благоразумие и дальновидность.
Однако в этом случае победило упрямство.
- Я надеюсь, что наши договоренности остаются в силе и вы, Ваше Сиятельство, сдержите данное вами слово.
Паттаки глядел вызывающе, и с его белёсыми глазами, которые он перестал подкрашивать каплями, смотрелось это довольно неприятно.
- Вы по-прежнему хотите забрать мага и девушку? – невозмутимо спросил Ноэль, словно речь шла не о живых людях, а о том, что не имеет собственной воли.
Дирк, как и следовало ожидать, не уловил иронии в голосе графа, поэтому кивнул, добавив:
- И мальчишку, его я тоже хочу забрать.
На этот раз Ноэль удивился, хоть и не подал вида, однако холода в тоне, когда он зада вопрос, скрыть так и не получилось:
- С каких это пор Совет стал заказывать Гончим детей?
Паттаки поморщился, но всё же ответил:
- Скажем так, в этом случае, я проявил инициативу. Не смотрите на меня так, Ваше Сиятельство, поверьте – у меня есть на это веские причины.
Разумеется, он не собирался отдавать мальчишку Паттаки, однако всколыхнувшееся любопытство требовало удовлетворения.
- И какие же причины, позвольте узнать, побудили предводителя гончих охотиться за ребёнком?
Дирк явно не горел желанием отвечать на этот неудобный вопрос. Не нужно было владеть ментальной магией, чтобы догадаться о том, что в данный момент Паттаки решает, как именно отвязаться от графа и что именно сказать.
Ноэль решил ему немного помочь.
- Позвольте напомнить, что вы по-прежнему пользуетесь моим гостеприимством, но может случиться так, что я решу, будто вы им злоупотребляете.
Светлые брови Дирка нахмурились – ненавязчивая угроза возымела действие. Паттаки наверняка понимал расстановку сил и не спешил рисковать, ссорясь с хозяином замка, у которого в подчинении находятся как маги, так и те, кто не абсолютно не поддавался её воздействию, зато прекрасно знали, с какой стороны браться за оружие.
Предводитель Гончих дёрнул уголком рта и опустился на кровать, опершись локтями о колени. На графа он больше не смотрел.
- Вы же видели этого мальчишку, да? – негромко спросил он. – Видели его глаза?
- Они довольно необычные, - согласился Ноэль, поощряя Паттаки на дальнейший разговор.
- Таких как он в Коссхоэне называют выродками – дети, рождённые в результате противоестественной кровосмесительной связи.
- Вот как? Но разве это причина ненавидеть дитя за грехи родителей? – поинтересовался Ноэль. – И какое отношение ко всему этому имеете непосредственно вы?
Дирк всё-таки поднял на него взгляд, и графу на мгновение стало не по себе от этих почти полностью белых глаз. К этому сложно было привыкнуть.
- Около одиннадцати лет назад, мне поступил заказ от одного весьма влиятельного мага из Совета, - начал Дирк. – Нужно было найти сбежавших в Асгалот брата и сестру, которые являлись любовниками. Я знал их, но от задания не отказался и намеревался его исполнить.
Ноэль отметил, что Паттаки умышленно не называет имён – что же, довольно профессионально с его стороны.
- Стая долго выслеживала их – они хорошо прятали следы. Наконец, нам удалось загнать их в ловушку – к тому времени женщина была на последнем сроке беременности.
Ноэль чуть поджал губы, и всё же предположил:
- Вы убили их.
Паттаки снова поморщился и, покачав головой, с некоторым раздражением ответил:
- Не успели – нас опередили Сыны. Мужчина отвлёк их на себя и погиб, женщине удалось скрыться. Продолжать погоню было рискованно, тем более что рыцари тоже занялись её поисками.
- И как же вы поступили?
- Вернулись в Коссхоэн и отчитались перед заказчиком, - судя по тому, с какой неохотой отвечал Паттаки, отчёт имел мало общего с действительностью. – Я сказал ему, что оба мертвы, умолчав о том, как именно они погибли. Тогда я ещё не знал что Ме… женщина успела родить ребёнка.
Некоторое время Ноэль задумчиво разглядывал Дирка, а потом спросил:
- И теперь, вы, господин Паттаки, намереваетесь завершить начатое?
- Это дело чести! – тут же вскинулся Дирк, осёкся и поправился: - Точнее, моей репутации. Тем более, если то, что говорят о выродках правда, то мальчишке и так недолго осталось.
Ноэль тут же насторожился:
- О чём это вы?
Паттаки провёл ладонью по взъерошенным волосам и ответил:
- Такие как он рано или поздно сходят с ума и становятся опасны как для себя, так и для окружающих. Их сила выходит из-под контроля и может натворить много бед. Именно поэтому близкие связи между родственниками считаются одним из тяжелейших преступлений, наказание за которое - смерть.
- Что же, господин Паттаки, вы дали мне хорошую пищу для размышлений, - задумчиво хмыкнув, произнёс Ноэль. – Я надеюсь, вы не откажетесь составить мне компанию за ужином?
Дирк явно не ожидал, что этот непростой разговор закончится именно таким образом, поэтому просто молча кивнул, забыв в очередной раз напомнить графу о заключённом между ними договоре.
Не прощаясь, Ноэль покинул комнату Паттаки, направившись в свои покои.
"Ужин обещает быть интересным".
Дирк шёл вслед за слугой, раздумывая над тем, с какой целью граф Гильм пригласил его на ужин.
То, что Его Сиятельство снова искал лазейки для того, чтобы обойти договор, совершенно не нравилось предводителю Гончих. Тем более что сегодня ему снова недвусмысленно намекнули на то, кто именно хозяин на этих землях и чьё слово здесь непреложный закон. Неприятно было признавать, но без своей стаи Паттаки и правда мало что мог противопоставить графу и его воинам. Да и со стаей, если уж на то пошло, силы были явно не равны.
Поэтому Дирку приходилось подстраиваться под чужие правила и надеяться на то, что Его Сиятельство всё же сочтёт нужным сдержать данное обещание и выдать ему мага и серую тварь, тем более что амулет блокирующий энергию источника, пусть пока ещё не активный, лежал в потайном кармане камзола.
Что до мальчишки… после разговора с графом Дирк решил, что если Его Сиятельство так хочет, может оставить выродка себе. В Коссхоэне вряд ли кто-нибудь знает о его существовании, а что до потенциальной опасности, которую таит в себе парень, это будет уже не его, Дирка, проблемой. Главное, предъявить Аверти гримуар и серую тварь с необычными способностями. Паттаки был уверен, что такой подарок полностью искупит все накладки и задержки поможет восстановить пошатнувшуюся репутацию.
- Ага, при условии, что граф решит не вмешиваться во всё это, - теперь, в голосе мага раздражение мешалось с некоторой растерянностью.
- Я уверен, что Ноэль не поступит с нами бесчестно, - а вот в голосе рыцаря Сэй смогла различить нотки сомнения.
Препирательства Ульрика и Сетмы отвлекали её от размышлений, однако, более-менее действенный план уже начал вырисовываться в её сознании. В нём всё ещё был множество нюансов и различного рода вероятностей, однако, времени на то, чтобы всё обдумать как следует, у них, увы, почти не было.
- Откуда, интересно, такая уверенность? – язвительно поинтересовался маг у рыцаря. – На сколько я понял, вы с племянником давно не общались, и ты просто не можешь знать наверняка, как и в какую сторону он изменился за прошедшие годы. Так что подумай, сир рыцарь, и скажи – скажи откровенно, так ли хорошо ты его знаешь?
Сэй не могла видеть лицо Ульрика, зато хорошо почувствовала вспыхнувшую в нём злость. Пора было вмешаться в этот спор.
Она открыла глаза, и чуть повернув голову, посмотрела на Сетму:
- Тебе известно, кто именно нанял Гончих?
Маг, явно сбитый с толку внезапной сменой разговора, сначала покачал головой, а потом всё же ответил:
- Всё что я знаю – это кто-то из Совета. Один из тех магов, что приходили ко мне домой, - тут он поморщился, явно припомнив нечто неприятное, - он не из простых. Да, я почти уверен, что гримуар понадобился кому-то из Совета.
Они переговаривались не громко, так, чтобы всадники не могли их услышать, но Сэй видела, как время от времени подозрительно косится в их сторону командир отряда.
- Значит, Гончие должны вернуться с гримуаром в Коссхоэн и передать его заказчику из Совета, - задумчиво подвела итог Сэй.
Сетма кивнул.
- А нам необходимо попасть в Коссхоэн и встретиться с кем-то из Совета, - тем же тоном продолжила она, наблюдая за тем, как меняется выражение лица мага.
На губах Сетмы появилась понимающая ухмылка:
- Тот, кто нам мешает, тот нам и поможет?
В общих чертах, план Сэй звучал именно так.
Однако снова вмешался сир Ульрик:
- Только вот книги у нас больше нет, - негромко заметил рыцарь. – Что вы собираетесь предъявить Гончим в качестве… веского аргумента для временного сотрудничества?
На это у Сэй уже был ответ:
- Если у графа найдётся необходимый материал, я сумею сделать копию. Сомневаюсь, что кто-то из них умеет читать на древнем квирре, так что вряд ли распознают подделку.
- Ты что, помнишь её наизусть? – недоверчиво спросил Тору.
- Зачем же? – улыбнулась ему Сэй. – Они понятия не имеют что там написано, так что внести туда можно всё что угодно, хоть рецепт пирога с дикими яблоками.
Губы мальчика дрогнули, а затем он, впервые за прошедшее время, искренне рассмеялся, заставив скачущих рядом всадников настороженно посмотреть в их сторону. Ульрик, и даже Сетма, тоже не удержались от коротких смешков.
Да, идея была рискованной и дерзкой, в ней по-прежнему имелось много белых пятен, но общее настроение заметно поднялось.
Сэй радовалась тому, что ей удалось хоть немного растормошить Тору, по крайней мере, на какое-то время.
А если Алиссара вновь попытается дать о себе знать, она будет готова.
Она будет рядом.
***
Его Сиятельство встречал их на ступенях замка, одетый в тёплый тёмно-синий дублет, плотные чёрные штаны и высокие - почти до колена, сапоги на небольшом квадратном каблуке.
Прямая осанка, чуть приподнятый подбородок, пронзительный, уверенный взгляд - именно таким его и запомнил Тору.
Мальчик заметил, что первым делом граф отыскал взглядом сира Ульрика, и ему даже показалось, что в глазах мужчины на короткий миг отразилось облегчение.
Стоило только покинуть сани, как вокруг тут же засуетились слуги, распрягая лошадей и скатывая с подстильника мех и разгружая оставшуюся после путешествия поклажу.
- Рад видеть вас в добром здравии, - произнёс Его Сиятельство, как только Тору и остальные, в сопровождении стражи подошли к ступеням. Взгляд графа снова остановился на рыцаре, и он повторил: - Всех вас.
Мальчику показалось, что напряжённые плечи сира Ульрика, после этих слов немного расслабились.
- Мы тоже рады новой встрече, Ваше Сиятельство, - ответил он, чуть склонив голову в знак почтения. – Дорога была долгой и трудной, но мы, хвала Всевышнему, справились.
- В таком случае, сейчас вас проводят в ваши покои, а после того, как отдохнёте, надеюсь, вы не откажете мне в беседе, скажем, за ужином.
Несмотря на вежливый тон, с которым обращался к ним граф, у Тору не возникло сомнений в том, что это была не просьба – Его Сиятельство намеревался расспросить их обо всём, что его заинтересует независимо от их на то желания. Хорошо, что дал им несколько часов для того, чтобы хоть немного прийти в себя после изнурительного многодневного путешествия, да и от сытного ужина, Тору, признаться, сейчас бы не отказался.
В этот раз, им всем выделили комнаты находящиеся в одном, как пояснил сир Ульрик, гостевом крыле. Сэй настояла на том, чтобы неотлучно находиться рядом с Тору и слуга, который сопровождал их по приказу графа, не стал на это возражать.
Комната оказалась чуть меньше той, в которую они все вместе делили в Доме Памяти, зато здесь были окна, и широкая кровать, укрытая серебристо-серой шкурой. На полу толстые - половицы с тёмно-зелёным лиственным узором, у изножья кровати – большой сундук из гладкого дерева с красивыми медными ручками по бокам, рядом с окном – стол для письма, к которому было приставлено кресло с высокой спинкой. У одной из стен, рядом с деревянной ширмой Тору увидел две горячие жаровни, табурет и тазик с кувшином.
Мальчик скинул с себя куртку, бросив её поверх сундука, и с блаженным вздохом растянулся на кровати, чувствуя под пальцами гладкий мех.
Голова, который уже день, была неприятно тяжёлой, а в затылке обосновалась тупая пульсирующая боль. Но Тору был готов её терпеть – всё что угодно, лишь бы не видения, посланные Алиссарой.
Конечно, Тору понимал – не спать вовсе он не может, поэтому приходилось выматывать себя до такого состояния, чтобы впадать в забытье без сновидений.
"Хватит об этом думать!", - одёрнул себя мальчик, чувствуя, как начинает шевелиться в душе затаившийся в ней страх, к которому невозможно было привыкнуть.
- Граф наверняка захочет узнать о том, что произошло в Вышегорье и что нам удалось узнать.
Донёсся до мальчика негромкий голос Сэй.
Тору приподнялся на локтях и посмотрел на подругу, которая стояла у окна, скрестив руки на груди и задумчиво глядя в окно. Что она там могла видеть, сквозь толстое, покрытое снежным узором стекло, мальчик не представлял.
- Сир Ульрик считает, что ему нужно рассказать, - напомнил Тору, чуть ослабляя ворот рубашки.
- А как думаешь ты? – обернувшись к нему, спросила Сэй.
Тору пожал плечами и всё же ответил:
- Его Сиятельство уже видел Чёрную пустошь, он наверняка почувствовал… это, - мальчик запнулся. Не зная, как словами описать то, что он ощущал всякий раз, проваливаясь в мир Алиссары.- Я… я думаю, он имеет право знать, пусть даже если прорыв случится через много лет. Лучше быть готовым к худшему.
Сэй покачала головой, прошла через комнату и присела на кровать рядом с Тору. Некоторое время он молчала, затем, взяла его за руку и, заглянув в глаза, произнесла:
- Алиссара уже пробудилась, и ты видел её армию. Не думаю, что ждать вторжения долго.
Тору и сам понимал это. Более того – был почти уверен в том, что Сэй права, однако как же тяжело признать эту страшную правду.
Поэтому, он неуверенно заметил:
- В Пустоши время течёт иначе. Точнее, оно… словно перестаёт существовать, понимаешь? Здесь для нас могут пройти года, в то время как для Алиссары это будет всего лишь мгновением.
Сэй улыбнулась, и улыбка эта вышла печальной.
Наверняка она понимала, что Тору таким образом пытается утешить – в первую очередь, себя.
Пусть это окажется простым самообманом, но так хотя бы немного легче.
- Давай больше не будем об этом, ладно? – вздохнув, попросил мальчик, прижимаясь к Сэй и чувствуя её бережные объятия. – Хотя бы не сейчас.
- Как скажешь, мой маленький маг.
***
- Это правда? - вскочив с постели, первым делом спросил Дирк, стоило только Ноэлю войти в комнату. – Они вернулись из Ледяной пустыни?
Граф Гильм лично приказал слугам вскользь упомянуть при Паттаки о прибывших гостях. Судя по бурной реакции, сделал он это не зря. Предводитель Гончих, даже оставшись без стаи, явно не растерял пыл и не намерен был отказываться от своих планов.
- Если я отвечу положительно, что именно вы собираетесь с этим делать, господин Паттаки? – поинтересовался Ноэль, глядя на собеседника с видимым любопытством.
Не хотелось бы разочаровываться в Дирке, так что оставалось надеяться на то, что он проявит благоразумие и дальновидность.
Однако в этом случае победило упрямство.
- Я надеюсь, что наши договоренности остаются в силе и вы, Ваше Сиятельство, сдержите данное вами слово.
Паттаки глядел вызывающе, и с его белёсыми глазами, которые он перестал подкрашивать каплями, смотрелось это довольно неприятно.
- Вы по-прежнему хотите забрать мага и девушку? – невозмутимо спросил Ноэль, словно речь шла не о живых людях, а о том, что не имеет собственной воли.
Дирк, как и следовало ожидать, не уловил иронии в голосе графа, поэтому кивнул, добавив:
- И мальчишку, его я тоже хочу забрать.
На этот раз Ноэль удивился, хоть и не подал вида, однако холода в тоне, когда он зада вопрос, скрыть так и не получилось:
- С каких это пор Совет стал заказывать Гончим детей?
Паттаки поморщился, но всё же ответил:
- Скажем так, в этом случае, я проявил инициативу. Не смотрите на меня так, Ваше Сиятельство, поверьте – у меня есть на это веские причины.
Разумеется, он не собирался отдавать мальчишку Паттаки, однако всколыхнувшееся любопытство требовало удовлетворения.
- И какие же причины, позвольте узнать, побудили предводителя гончих охотиться за ребёнком?
Дирк явно не горел желанием отвечать на этот неудобный вопрос. Не нужно было владеть ментальной магией, чтобы догадаться о том, что в данный момент Паттаки решает, как именно отвязаться от графа и что именно сказать.
Ноэль решил ему немного помочь.
- Позвольте напомнить, что вы по-прежнему пользуетесь моим гостеприимством, но может случиться так, что я решу, будто вы им злоупотребляете.
Светлые брови Дирка нахмурились – ненавязчивая угроза возымела действие. Паттаки наверняка понимал расстановку сил и не спешил рисковать, ссорясь с хозяином замка, у которого в подчинении находятся как маги, так и те, кто не абсолютно не поддавался её воздействию, зато прекрасно знали, с какой стороны браться за оружие.
Предводитель Гончих дёрнул уголком рта и опустился на кровать, опершись локтями о колени. На графа он больше не смотрел.
- Вы же видели этого мальчишку, да? – негромко спросил он. – Видели его глаза?
- Они довольно необычные, - согласился Ноэль, поощряя Паттаки на дальнейший разговор.
- Таких как он в Коссхоэне называют выродками – дети, рождённые в результате противоестественной кровосмесительной связи.
- Вот как? Но разве это причина ненавидеть дитя за грехи родителей? – поинтересовался Ноэль. – И какое отношение ко всему этому имеете непосредственно вы?
Дирк всё-таки поднял на него взгляд, и графу на мгновение стало не по себе от этих почти полностью белых глаз. К этому сложно было привыкнуть.
- Около одиннадцати лет назад, мне поступил заказ от одного весьма влиятельного мага из Совета, - начал Дирк. – Нужно было найти сбежавших в Асгалот брата и сестру, которые являлись любовниками. Я знал их, но от задания не отказался и намеревался его исполнить.
Ноэль отметил, что Паттаки умышленно не называет имён – что же, довольно профессионально с его стороны.
- Стая долго выслеживала их – они хорошо прятали следы. Наконец, нам удалось загнать их в ловушку – к тому времени женщина была на последнем сроке беременности.
Ноэль чуть поджал губы, и всё же предположил:
- Вы убили их.
Паттаки снова поморщился и, покачав головой, с некоторым раздражением ответил:
- Не успели – нас опередили Сыны. Мужчина отвлёк их на себя и погиб, женщине удалось скрыться. Продолжать погоню было рискованно, тем более что рыцари тоже занялись её поисками.
- И как же вы поступили?
- Вернулись в Коссхоэн и отчитались перед заказчиком, - судя по тому, с какой неохотой отвечал Паттаки, отчёт имел мало общего с действительностью. – Я сказал ему, что оба мертвы, умолчав о том, как именно они погибли. Тогда я ещё не знал что Ме… женщина успела родить ребёнка.
Некоторое время Ноэль задумчиво разглядывал Дирка, а потом спросил:
- И теперь, вы, господин Паттаки, намереваетесь завершить начатое?
- Это дело чести! – тут же вскинулся Дирк, осёкся и поправился: - Точнее, моей репутации. Тем более, если то, что говорят о выродках правда, то мальчишке и так недолго осталось.
Ноэль тут же насторожился:
- О чём это вы?
Паттаки провёл ладонью по взъерошенным волосам и ответил:
- Такие как он рано или поздно сходят с ума и становятся опасны как для себя, так и для окружающих. Их сила выходит из-под контроля и может натворить много бед. Именно поэтому близкие связи между родственниками считаются одним из тяжелейших преступлений, наказание за которое - смерть.
- Что же, господин Паттаки, вы дали мне хорошую пищу для размышлений, - задумчиво хмыкнув, произнёс Ноэль. – Я надеюсь, вы не откажетесь составить мне компанию за ужином?
Дирк явно не ожидал, что этот непростой разговор закончится именно таким образом, поэтому просто молча кивнул, забыв в очередной раз напомнить графу о заключённом между ними договоре.
Не прощаясь, Ноэль покинул комнату Паттаки, направившись в свои покои.
"Ужин обещает быть интересным".
Глава 15
Дирк шёл вслед за слугой, раздумывая над тем, с какой целью граф Гильм пригласил его на ужин.
То, что Его Сиятельство снова искал лазейки для того, чтобы обойти договор, совершенно не нравилось предводителю Гончих. Тем более что сегодня ему снова недвусмысленно намекнули на то, кто именно хозяин на этих землях и чьё слово здесь непреложный закон. Неприятно было признавать, но без своей стаи Паттаки и правда мало что мог противопоставить графу и его воинам. Да и со стаей, если уж на то пошло, силы были явно не равны.
Поэтому Дирку приходилось подстраиваться под чужие правила и надеяться на то, что Его Сиятельство всё же сочтёт нужным сдержать данное обещание и выдать ему мага и серую тварь, тем более что амулет блокирующий энергию источника, пусть пока ещё не активный, лежал в потайном кармане камзола.
Что до мальчишки… после разговора с графом Дирк решил, что если Его Сиятельство так хочет, может оставить выродка себе. В Коссхоэне вряд ли кто-нибудь знает о его существовании, а что до потенциальной опасности, которую таит в себе парень, это будет уже не его, Дирка, проблемой. Главное, предъявить Аверти гримуар и серую тварь с необычными способностями. Паттаки был уверен, что такой подарок полностью искупит все накладки и задержки поможет восстановить пошатнувшуюся репутацию.
