-- Он жив? -- спросил он.
-- Жив, сир, -- отвечал Тирион, ловко накладывая жгут.
-- Мои воины не пострадали и наш лекарь к вашим услугам, -- поспешила сказаать юная Мормонт и Старк благосклонно ей кивнул.
-- Мы будем вам благодарны.
Лианна довольно улыбнулась.
Эта девочка понравилась Фрерину, но сейчас его больше заботил Бэггинс. И он был даже рад, что сир Эддард не стал его представлять ей. Время терять? Нет уж!
Фрерин снял с себя плащ и присев рядом с Бэггинсом, накрыл его им, укутывая и почти без усилий беря на руки.
-- Милорд! -- с беспокойством вскинулся Тирион. -- Ваша рука!
-- Уже в порядке, -- ответил он твердо.
И это было правдой. Рука зажила, пусть и плохо слушалась. И он вполне он удержать Бэггинса, не уронив его.
-- Мы остановимся на привал здесь, -- вздохнул лорд Старк. -- Леди Мормонт, пришлите вашего лекаря прежде всего сюда.
Девочка серьезно кивнула, разворачивая коня.
... Бэггинс оказался в порядке насколько это было возможно. Лекарь дал ему какое-то снадобье и сказал, что до утра лучше его трогать. Но судя по всему привал, объявленный лордом Старком, плавно перетек в ночевку. Многие воины были ранены и им требовались услуги лекаря. Многие кони были покалечены и грязная ругань воинов то и дело срывалась с губ, когда приходилось обрывать мучения лошадей.
Небо стремительно темнело -- что было обычно для Севера -- и вскоре на берегу реки разожгли костры. Труппы оттащили в сторону от разбитого лагеря, свалив в кучу. Фрерин думал о том, что их хорошо бы сжечь в связи с тем, что случилось. Но в данный момент не было ни достаточно масла, ни сил, чтобы сложить достаточный костер для погребения. Что же, когда они завтра достигнут замка, он первым делом распорядится и отправит сюда слуг. Лорд Старк с ним согласится...
Фрерин сидел у костра, рядом с Тирионом и Джейме, любовно начищающим подаренный меч. Бэггинс лежал рядом, погруженный в сон, накрытый теплым плащом Фрерина на толстой подстилке из лапника, накрытого попоной.
Над головой сияли стылые звезды...
В стороне глухо звучали редкие, наполненые мукой, крики.
-- Не думайте о том, сир, -- сухо уронил Тирион. -- На войне эта грязь постоянно... их уже не спрашивают. Все, что могли, они сказали. ТАМ развлекаются.
Фрерин склонил голову, закрывая глаза.
Одичалые не увидят рассвета...
... Лисса рассеяно спустилась с последней ступеньки и сделала шаг в сторону кухонь, как за спиной раздался требовательный горестный визг. Толстобокий, с коротким хвостиком в нитку, щенок варга-лютоволка плюхнулся на попу и обиженно завопил-захныкал, жалуясь во всю глотку на злую, нехорошую Лиссу.
Губы девушки дрогнули в улыбке и она повернулась к щенку.
-- Ну же, Тайв! Давай, это всего две ступеньки вниз! Ты можешь спуститься сам!
Щенок был категорически не согласен и завизжал еще сильнее и пронзительнее. Явно пытался пробудить совесть в черствой и жестокой Лиссе. Но та была не намерена потакать капризам щенка. Тот уже вполне мог сам спуститься по короткой лестнице.... но малыш Тайв ужасно боялся даже лапу опустить вниз... а вдруг, упадет?
Попа перевешивала.
Лисса сделала шаг прочь и щенок взвигнув, лег на пузик и зажмурившись потянул пеереднюю лапу к нижней ступени. И... стал заваливаться вниз! Лисса не выдержала и бросилась к щенку, успев перехватить уже падающего волчонка на руки.
-- Ну какой же ты неуклюжик! -- пожурила она недовольно пыхтящего щенка, перехватывая его поудобнее. -- Ничего, скоро научишься...
Тайв забил хвостиком и игриво-радостно куснул Лиссу за палец, за что тут же получил легкий шлепок по черному носу.
-- Нельзя кусаться, фу! -- погрозила ему укушенным же пальцем девушка и понесла в сторону кухонь.
Подаренный Фрерином волчонок рос быстро. Даже быстрее, чем привычные щенки охотничьих псов отца, Эддарда Старка. Ему было уже три с половиной недели и он довольно бодренько семенил за Лиссой на толстых лапах. Молоко он перестал сосать у приемной матери-собаки, перейдя на парное коровье молоко и мясную кашу. Ел он по многу, как не в себя, заглатывая голодно пищу и грозно-смешно рычал, прижимая уши на все, что казалось ему угрожающим и способным отнять еду. Обычно так вели себя полудикие котята и кошки в замке, когда им бросали остатки еды после трапез. И Лиссе казались несколько смешны "кошачьи" повадки питомца.
На кухне Лисса велела принести щенку миску каши и, устроив питомца, занялась своими делами. Она с радостью бралась за любое дело, лишь бы занять себя и не думать о том, что Фрерина и отца нет уже десять дней. Она призналась матери в своих волнениях, но леди Кейтелин лишь неодобрительно поджала губы, а затем сурово отчитала. Она не должна давать волю чувствам и всегда и везде, при любых обстоятельствах, обязана держаться спокойно и уверено, поддерживая тем веру людей в силе своего отца и господина. И мужа.
-- Да, матушка, простите, -- проговорила Лисса, в глубине души уязвленная этой отповедью.
Если бы она так же следила за Сансой! Вот уж кто позволял себе проявлять излишние чувства и капризы! Но... Санса была любимицей леди Старк. Возможно, леди Кейтелин так же жестко воспитывала бы и Арью, но когда ее младшую дочь мэйстеры признали "полумужем", это будто отпугнуло и заставило Кейтелин Старк отойти в сторону. И это было ясно видно.
Если сир Эддард равно любил дочерей, то любовь его жены была строго разграничена -- Сансу она любила, за Лиссой следила и воспитывала, Арья же была отдана в руки отца полностью. И подчас это было весьма обидно...
Раздав указания поварам и отчитав кухарку за расссыпанные и перемешанные пряные травы -- как можно быть такой неуклюжей! Да еще и после смешать травы вместе! -- она занялась хлебом, попросив толстушку Лив придумать, как спасти перемешанные травы и использовать их. Лив к ее радости только панюхала пряную смесь и тут же заявила, что это лучшая натирка для запекания мяса. Ну что же... это было радостное известие и для провинившейся кухарки, и для Лиссы.
Матушка всегда недовольно отмечала излишнюю "мягкость" Лиссы к слугам, но девушка не любила раздавать наказания за мелкие провинности. Хотя в Орлином Гнезде ее тетки Лиззи, за порчу пряннностей могли высечь розгами. А то и плетьми.
Может Лисса и впрямь была излишне мягкосердечна?
Отбросив неприятные мысли, Лисса усердно занялась тестом для хлеба. Вот уж что она любила! Леди замка должна уметь многое -- шить одежду для себя и своего господина с детьми, следить за слугами, управляться с хозяйством, варить мыло и следить за садом. Собирать лекарственные травы и врачевать раны... леди должна уметь многое, а не только следить за белизной рук и прической. Конечно, леди должна выглядить достойно всегда и везде, носить должные ее положению наряды, уметь танцевать и иметь манеры, пристойные ее титулу, но и хлеб печь она обязана уметь. И последнее у Лиссы выходило прекрасно. Ее хлеб всегда подавали прежде на верхний стол.
Мягкое, податливое тесто под руками успокаивало и на душе становилось радостно.
Все будет хорошо. Отец вернется, а вместе с ним вернется и ее муж...
-- Лисса, едут!! -- голос Арьи на миг перекрыл гул в кухнях, а сердце девушки чуть не выскочило из груди.
Бросив все, поспешно вытерев руки о полотенец, она чуть ли не бегом вылетела из кухонь, вслед за младшей сестрой. Едут! Вернулись! Как они?! Ах, отец не раз уезжал вот так и возвращался под час раненый, ибо никогда не щадил себя больше, чем своих воинов.
Что если и сейчас?
А что если... Фрерин?!
От страха сердце заходилось в груди, а ноги несли ее вперед и она чудом не упала на ступеньках, вылетев из главных дверей на двор замка. на миг девушка остановилась, потерявшись, лихорадочным взглядом смотря на всхрапывающих коней, спешиваемых воинов... но вот отец! И Арья, с визгом бросившаяся ему на шею.
А где же?
Фрерин лишь спешился, устало став на замощенный двор, как на него налетел рыжий вихрь и тонкие руки обвили его.
-- Фрерин! Вы вернулись! -- радостно восклинул голос и он с изумлением узнал в тоже мгновение Лиссу.
Как же... хорошо, когда тебе рады!
-- Мы так волновались! Так волновались за вас! -- выдохнула Лисса и личико девушки озарилось улыбкой.
Какая же она милая... на сердце Фрерина стало так тепло и легко, что он сам улыбнулся ей в ответ и, удержав в объятиях, порывисто коснулся ее губ поцелуем. Вздох девушки обжег губы и Фрерин едва удержался, чтобы не подхватить ее на руки и не отнести в замок.
-- Моя леди, -- мягко сказал он, отстранившись, отмечая жаркий румянец на ее лице. -- Как же я рад видеть вас.
Кашель лорда Старка, что неожиданно напал на доблестного сира Эддарда, застал и Лиссу и Фрерина в расплох и оба смущенно разорвали объятия, отступив друг от друга.
И как же они досадовали, что не одни!
Лисса, не в силах посмотреть в глаза отца, и, чувствуя, как горят щеки от смущения, отвела взгяд и только тут заметила, что не все вернувшиеся, были невредимы. Невольно вздрогнув, она отпрянула и испуганно схватилась за ладонь Фрерина, когда мимо прошла лошадь, ведамая слугой. Поперёк седла безжизненно свисало тело человека, привязанное ремнями. Обведя расширенными глазами двор, девушка насчитала еще несколько лошадей с трупами, а также самодельные носилки, прикрепленные к седлам меж двух коней, с лежащими на ним раненными.
-- Что случилось? -- спросила она обернувшись и переводя взор зеленых глаз с Фрерина на отца. -- На вас напали? Кто?
Меж тем она с радостью отметила, что и отец, и Фрерин были целы.
Мужчины переглянулись.
-- Не думайте об этом, -- со вздохом сказал Фрерин. -- Те, кто напал на нас, заплатили за это. Все уже закончилось.
Не мог же он рассказать ей здесь и сейчас о мертвом караване? О ребенке, вырванном из чрева матери? О сожженной деревне и о одичалых, об оживших мертвецах... и о том, как отомстили за убитых товарищей, их воины? Нет, у него и язык не повернется рассказать о пытках и смерти последних одичалых.
К счастью, именно тут слуги отцепили носилки от лошадей с бесчувственным Бэггинсом и это был хороший повод отослать прочь Лиссу, и отвлечь её от вопросов.
Не стоит ей знать... о грязи.
-- Лисса, я знаю, вы умеете врачевать... я сам в том убедился, -- проговорил он негромко, привлекая ее внимание. -- Я хотел бы попросить вас позаботиться о моём сквайре. Мистер Бэггинс спас мне жизнь, закрыв собой от стрел.
Лисса тут же согласно кивнула ему, ужаснувшись сказанному. Если бы хоббит не успел...
-- Да, милорд! -- заверила она. -- Я прослежу, чтобы его устроили наилучшим образом и сама осмотрю раны. Не волнуйтесь, сир.
Фрерин улыбнулся ей своей уже ставшей такой привычной для нее улыбкой.
-- Спасибо, моя леди.
С неба срывался снег и медлить было нельзя. С сожалением оставив Фрерина и на прощание сделав книксен перед отцом, который с одобрением кивнул ей, Лисса поспешила за носилками, давая указания слугам нести их за собой.
Раненого полурослика она решительно устроила в небольшой комнатке рядом, на том же ярусе, на котором находились их с Фрерином покои. Служанки споро заправили постель свежим бельем, в то время как слуги-мужчины осторожно переложили раненого на кровать. Прямо в грязной одежде!
Сердито отчитав мужчин, она отослала их на кухни за горячей водой, а сама подозвала Тисс, одну из служанок, чтобы та помогла ей раздеть полурослика. Другая служанка умчалась за бинтами и травами к мейстеру. Лисса и Тисс споро сняли с хоббита грязный, заляпанный кровью и грязью камзол и порванную рубаху. Растегнув ремень, Тисс уже было потянула вниз бриджи, но вдруг замешкалась. Тут в комнату вошла служанка с тазом, полным горячей воды и Тисс заполошно накинула на хоббита одеяло. Отвлекшаяся на миг Лисса, возмутилась:
-- Что ты делаешь?! Тисс, мы должны обмыть его прежде и промыть раны!
-- Да, миледи, -- Тисс настороженно оглянулась на служанку, что поставила таз с водой рядом с кроватью. -- Но отошлите Лиару, ваша светлость!
Что еще за глупости! Но было что в лице служанки такое, что Лисса молча кивнула и отослала прочь Лиару. Тисс с облегчением вздохнула.
-- Тисс? -- окликнула ее Лисса, вздергивая бровь вверх и служанка горестно вздохнула.
-- Ох, леди... не должно вам бы такое видеть... не девицам благородных кровей...
-- Тисс, довольно! -- оборвала ее Лисса недовольно. -- Дочери Старков не боятся ран!
Тисс обреченно кивнула, и нехотя откинула одеяло.
-- У Лиары язык без костей, -- проговорила она, не подымая глаз, и вновь принимаясь за дело. -- Не нужно, чтобы об этом знали...
Лисса нахмурилась на это, но стоило Тисс снять с хоббита бриджи и она охнула, невольно прикрыв рот ладошкой. Мгновение она с ужасом и жалостью смотрела на полурослика, прежде чем смогла взять себя в руки.
Она вздохнула и взяла в руки тряпку из таза, выжала от воды и шагнуа к кровати, глухо сказав:
-- Давай, Тисс! Не будем медлить. Обмоем его, а после очистим раны...
Служанка и Лисса работали слаженно, тщательно оттерев грязь с тела, они сняли временную повязку, промокшую и ставшую коркой от крови и гноя. Раны от стрел были воспаленными и взглянуть было страшно на провалы в плече плурослика. Кусая губы, Лисса очистила раны, отгоняя мысли, что ее палец свободно мог войти в следы от стрел. Сколько крови же он потерял!
К счастью, хоббит так и не пришел в себя и наложив свежую чистую повязку, Лисса хорошо укрыла хоббита одеялом. После этого она понемногу, по капельке, влила в рот полурослика настойку от жара и лихорадки, придерживая его за плечи. Слава Богам, и в таком состоянии хоббит был способен глотать жидкость, не приходя в сознание.
После этого Лисса отпустила Тисс и устало присела на кровать, с жалостью смотря на изможденное, болезненно осунувшееся лицо полурослика. Ей было безмерно его жаль... никому она не пожелала бы такой страшной участи! Мало у кого хватило бы сил, жить дальше после подобного случившегося зверства...
Тихо скрипнула дверь и вскинувшаяся Лисса, увидела вошедших в комнату Тириона и Джейме. Оба Ланистера настороженно смотрели на нее.
-- Миледи, -- Тирион учтиво поклонился. -- Можем ли мы надеятся... и просить...
-- Нет, -- оборвала его Лисса. -- Не надо. Ничего не говорите. Не стоит... это обсуждать. Никто ничего не скажет, обещаю.
Тирион и Джейме с облегчением поклонились ей, прижав руку к сердце.
-- Спасибо, миледи...
Фрерин видел, что Лисса расстроена, но спрашивать ее о причине, когда они были на виду у всех, было не лучшей идеей. Он едва дождался, когда закончится вечерняя трапеза и тут же увлек девушку за собой из-за стола.
-- Что с вами? -- спросил он. -- Вы расстроены, я вижу. Неужели не рады, что мы вернулись?
-- Жив, сир, -- отвечал Тирион, ловко накладывая жгут.
-- Мои воины не пострадали и наш лекарь к вашим услугам, -- поспешила сказаать юная Мормонт и Старк благосклонно ей кивнул.
-- Мы будем вам благодарны.
Лианна довольно улыбнулась.
Эта девочка понравилась Фрерину, но сейчас его больше заботил Бэггинс. И он был даже рад, что сир Эддард не стал его представлять ей. Время терять? Нет уж!
Фрерин снял с себя плащ и присев рядом с Бэггинсом, накрыл его им, укутывая и почти без усилий беря на руки.
-- Милорд! -- с беспокойством вскинулся Тирион. -- Ваша рука!
-- Уже в порядке, -- ответил он твердо.
И это было правдой. Рука зажила, пусть и плохо слушалась. И он вполне он удержать Бэггинса, не уронив его.
-- Мы остановимся на привал здесь, -- вздохнул лорд Старк. -- Леди Мормонт, пришлите вашего лекаря прежде всего сюда.
Девочка серьезно кивнула, разворачивая коня.
... Бэггинс оказался в порядке насколько это было возможно. Лекарь дал ему какое-то снадобье и сказал, что до утра лучше его трогать. Но судя по всему привал, объявленный лордом Старком, плавно перетек в ночевку. Многие воины были ранены и им требовались услуги лекаря. Многие кони были покалечены и грязная ругань воинов то и дело срывалась с губ, когда приходилось обрывать мучения лошадей.
Небо стремительно темнело -- что было обычно для Севера -- и вскоре на берегу реки разожгли костры. Труппы оттащили в сторону от разбитого лагеря, свалив в кучу. Фрерин думал о том, что их хорошо бы сжечь в связи с тем, что случилось. Но в данный момент не было ни достаточно масла, ни сил, чтобы сложить достаточный костер для погребения. Что же, когда они завтра достигнут замка, он первым делом распорядится и отправит сюда слуг. Лорд Старк с ним согласится...
Фрерин сидел у костра, рядом с Тирионом и Джейме, любовно начищающим подаренный меч. Бэггинс лежал рядом, погруженный в сон, накрытый теплым плащом Фрерина на толстой подстилке из лапника, накрытого попоной.
Над головой сияли стылые звезды...
В стороне глухо звучали редкие, наполненые мукой, крики.
-- Не думайте о том, сир, -- сухо уронил Тирион. -- На войне эта грязь постоянно... их уже не спрашивают. Все, что могли, они сказали. ТАМ развлекаются.
Фрерин склонил голову, закрывая глаза.
Одичалые не увидят рассвета...
******************************************************************************
... Лисса рассеяно спустилась с последней ступеньки и сделала шаг в сторону кухонь, как за спиной раздался требовательный горестный визг. Толстобокий, с коротким хвостиком в нитку, щенок варга-лютоволка плюхнулся на попу и обиженно завопил-захныкал, жалуясь во всю глотку на злую, нехорошую Лиссу.
Губы девушки дрогнули в улыбке и она повернулась к щенку.
-- Ну же, Тайв! Давай, это всего две ступеньки вниз! Ты можешь спуститься сам!
Щенок был категорически не согласен и завизжал еще сильнее и пронзительнее. Явно пытался пробудить совесть в черствой и жестокой Лиссе. Но та была не намерена потакать капризам щенка. Тот уже вполне мог сам спуститься по короткой лестнице.... но малыш Тайв ужасно боялся даже лапу опустить вниз... а вдруг, упадет?
Попа перевешивала.
Лисса сделала шаг прочь и щенок взвигнув, лег на пузик и зажмурившись потянул пеереднюю лапу к нижней ступени. И... стал заваливаться вниз! Лисса не выдержала и бросилась к щенку, успев перехватить уже падающего волчонка на руки.
-- Ну какой же ты неуклюжик! -- пожурила она недовольно пыхтящего щенка, перехватывая его поудобнее. -- Ничего, скоро научишься...
Тайв забил хвостиком и игриво-радостно куснул Лиссу за палец, за что тут же получил легкий шлепок по черному носу.
-- Нельзя кусаться, фу! -- погрозила ему укушенным же пальцем девушка и понесла в сторону кухонь.
Подаренный Фрерином волчонок рос быстро. Даже быстрее, чем привычные щенки охотничьих псов отца, Эддарда Старка. Ему было уже три с половиной недели и он довольно бодренько семенил за Лиссой на толстых лапах. Молоко он перестал сосать у приемной матери-собаки, перейдя на парное коровье молоко и мясную кашу. Ел он по многу, как не в себя, заглатывая голодно пищу и грозно-смешно рычал, прижимая уши на все, что казалось ему угрожающим и способным отнять еду. Обычно так вели себя полудикие котята и кошки в замке, когда им бросали остатки еды после трапез. И Лиссе казались несколько смешны "кошачьи" повадки питомца.
На кухне Лисса велела принести щенку миску каши и, устроив питомца, занялась своими делами. Она с радостью бралась за любое дело, лишь бы занять себя и не думать о том, что Фрерина и отца нет уже десять дней. Она призналась матери в своих волнениях, но леди Кейтелин лишь неодобрительно поджала губы, а затем сурово отчитала. Она не должна давать волю чувствам и всегда и везде, при любых обстоятельствах, обязана держаться спокойно и уверено, поддерживая тем веру людей в силе своего отца и господина. И мужа.
-- Да, матушка, простите, -- проговорила Лисса, в глубине души уязвленная этой отповедью.
Если бы она так же следила за Сансой! Вот уж кто позволял себе проявлять излишние чувства и капризы! Но... Санса была любимицей леди Старк. Возможно, леди Кейтелин так же жестко воспитывала бы и Арью, но когда ее младшую дочь мэйстеры признали "полумужем", это будто отпугнуло и заставило Кейтелин Старк отойти в сторону. И это было ясно видно.
Если сир Эддард равно любил дочерей, то любовь его жены была строго разграничена -- Сансу она любила, за Лиссой следила и воспитывала, Арья же была отдана в руки отца полностью. И подчас это было весьма обидно...
Раздав указания поварам и отчитав кухарку за расссыпанные и перемешанные пряные травы -- как можно быть такой неуклюжей! Да еще и после смешать травы вместе! -- она занялась хлебом, попросив толстушку Лив придумать, как спасти перемешанные травы и использовать их. Лив к ее радости только панюхала пряную смесь и тут же заявила, что это лучшая натирка для запекания мяса. Ну что же... это было радостное известие и для провинившейся кухарки, и для Лиссы.
Матушка всегда недовольно отмечала излишнюю "мягкость" Лиссы к слугам, но девушка не любила раздавать наказания за мелкие провинности. Хотя в Орлином Гнезде ее тетки Лиззи, за порчу пряннностей могли высечь розгами. А то и плетьми.
Может Лисса и впрямь была излишне мягкосердечна?
Отбросив неприятные мысли, Лисса усердно занялась тестом для хлеба. Вот уж что она любила! Леди замка должна уметь многое -- шить одежду для себя и своего господина с детьми, следить за слугами, управляться с хозяйством, варить мыло и следить за садом. Собирать лекарственные травы и врачевать раны... леди должна уметь многое, а не только следить за белизной рук и прической. Конечно, леди должна выглядить достойно всегда и везде, носить должные ее положению наряды, уметь танцевать и иметь манеры, пристойные ее титулу, но и хлеб печь она обязана уметь. И последнее у Лиссы выходило прекрасно. Ее хлеб всегда подавали прежде на верхний стол.
Мягкое, податливое тесто под руками успокаивало и на душе становилось радостно.
Все будет хорошо. Отец вернется, а вместе с ним вернется и ее муж...
-- Лисса, едут!! -- голос Арьи на миг перекрыл гул в кухнях, а сердце девушки чуть не выскочило из груди.
Бросив все, поспешно вытерев руки о полотенец, она чуть ли не бегом вылетела из кухонь, вслед за младшей сестрой. Едут! Вернулись! Как они?! Ах, отец не раз уезжал вот так и возвращался под час раненый, ибо никогда не щадил себя больше, чем своих воинов.
Что если и сейчас?
А что если... Фрерин?!
От страха сердце заходилось в груди, а ноги несли ее вперед и она чудом не упала на ступеньках, вылетев из главных дверей на двор замка. на миг девушка остановилась, потерявшись, лихорадочным взглядом смотря на всхрапывающих коней, спешиваемых воинов... но вот отец! И Арья, с визгом бросившаяся ему на шею.
А где же?
Фрерин лишь спешился, устало став на замощенный двор, как на него налетел рыжий вихрь и тонкие руки обвили его.
-- Фрерин! Вы вернулись! -- радостно восклинул голос и он с изумлением узнал в тоже мгновение Лиссу.
Как же... хорошо, когда тебе рады!
-- Мы так волновались! Так волновались за вас! -- выдохнула Лисса и личико девушки озарилось улыбкой.
Какая же она милая... на сердце Фрерина стало так тепло и легко, что он сам улыбнулся ей в ответ и, удержав в объятиях, порывисто коснулся ее губ поцелуем. Вздох девушки обжег губы и Фрерин едва удержался, чтобы не подхватить ее на руки и не отнести в замок.
-- Моя леди, -- мягко сказал он, отстранившись, отмечая жаркий румянец на ее лице. -- Как же я рад видеть вас.
Кашель лорда Старка, что неожиданно напал на доблестного сира Эддарда, застал и Лиссу и Фрерина в расплох и оба смущенно разорвали объятия, отступив друг от друга.
И как же они досадовали, что не одни!
Лисса, не в силах посмотреть в глаза отца, и, чувствуя, как горят щеки от смущения, отвела взгяд и только тут заметила, что не все вернувшиеся, были невредимы. Невольно вздрогнув, она отпрянула и испуганно схватилась за ладонь Фрерина, когда мимо прошла лошадь, ведамая слугой. Поперёк седла безжизненно свисало тело человека, привязанное ремнями. Обведя расширенными глазами двор, девушка насчитала еще несколько лошадей с трупами, а также самодельные носилки, прикрепленные к седлам меж двух коней, с лежащими на ним раненными.
-- Что случилось? -- спросила она обернувшись и переводя взор зеленых глаз с Фрерина на отца. -- На вас напали? Кто?
Меж тем она с радостью отметила, что и отец, и Фрерин были целы.
Мужчины переглянулись.
-- Не думайте об этом, -- со вздохом сказал Фрерин. -- Те, кто напал на нас, заплатили за это. Все уже закончилось.
Не мог же он рассказать ей здесь и сейчас о мертвом караване? О ребенке, вырванном из чрева матери? О сожженной деревне и о одичалых, об оживших мертвецах... и о том, как отомстили за убитых товарищей, их воины? Нет, у него и язык не повернется рассказать о пытках и смерти последних одичалых.
К счастью, именно тут слуги отцепили носилки от лошадей с бесчувственным Бэггинсом и это был хороший повод отослать прочь Лиссу, и отвлечь её от вопросов.
Не стоит ей знать... о грязи.
-- Лисса, я знаю, вы умеете врачевать... я сам в том убедился, -- проговорил он негромко, привлекая ее внимание. -- Я хотел бы попросить вас позаботиться о моём сквайре. Мистер Бэггинс спас мне жизнь, закрыв собой от стрел.
Лисса тут же согласно кивнула ему, ужаснувшись сказанному. Если бы хоббит не успел...
-- Да, милорд! -- заверила она. -- Я прослежу, чтобы его устроили наилучшим образом и сама осмотрю раны. Не волнуйтесь, сир.
Фрерин улыбнулся ей своей уже ставшей такой привычной для нее улыбкой.
-- Спасибо, моя леди.
С неба срывался снег и медлить было нельзя. С сожалением оставив Фрерина и на прощание сделав книксен перед отцом, который с одобрением кивнул ей, Лисса поспешила за носилками, давая указания слугам нести их за собой.
Раненого полурослика она решительно устроила в небольшой комнатке рядом, на том же ярусе, на котором находились их с Фрерином покои. Служанки споро заправили постель свежим бельем, в то время как слуги-мужчины осторожно переложили раненого на кровать. Прямо в грязной одежде!
Сердито отчитав мужчин, она отослала их на кухни за горячей водой, а сама подозвала Тисс, одну из служанок, чтобы та помогла ей раздеть полурослика. Другая служанка умчалась за бинтами и травами к мейстеру. Лисса и Тисс споро сняли с хоббита грязный, заляпанный кровью и грязью камзол и порванную рубаху. Растегнув ремень, Тисс уже было потянула вниз бриджи, но вдруг замешкалась. Тут в комнату вошла служанка с тазом, полным горячей воды и Тисс заполошно накинула на хоббита одеяло. Отвлекшаяся на миг Лисса, возмутилась:
-- Что ты делаешь?! Тисс, мы должны обмыть его прежде и промыть раны!
-- Да, миледи, -- Тисс настороженно оглянулась на служанку, что поставила таз с водой рядом с кроватью. -- Но отошлите Лиару, ваша светлость!
Что еще за глупости! Но было что в лице служанки такое, что Лисса молча кивнула и отослала прочь Лиару. Тисс с облегчением вздохнула.
-- Тисс? -- окликнула ее Лисса, вздергивая бровь вверх и служанка горестно вздохнула.
-- Ох, леди... не должно вам бы такое видеть... не девицам благородных кровей...
-- Тисс, довольно! -- оборвала ее Лисса недовольно. -- Дочери Старков не боятся ран!
Тисс обреченно кивнула, и нехотя откинула одеяло.
-- У Лиары язык без костей, -- проговорила она, не подымая глаз, и вновь принимаясь за дело. -- Не нужно, чтобы об этом знали...
Лисса нахмурилась на это, но стоило Тисс снять с хоббита бриджи и она охнула, невольно прикрыв рот ладошкой. Мгновение она с ужасом и жалостью смотрела на полурослика, прежде чем смогла взять себя в руки.
Она вздохнула и взяла в руки тряпку из таза, выжала от воды и шагнуа к кровати, глухо сказав:
-- Давай, Тисс! Не будем медлить. Обмоем его, а после очистим раны...
Служанка и Лисса работали слаженно, тщательно оттерев грязь с тела, они сняли временную повязку, промокшую и ставшую коркой от крови и гноя. Раны от стрел были воспаленными и взглянуть было страшно на провалы в плече плурослика. Кусая губы, Лисса очистила раны, отгоняя мысли, что ее палец свободно мог войти в следы от стрел. Сколько крови же он потерял!
К счастью, хоббит так и не пришел в себя и наложив свежую чистую повязку, Лисса хорошо укрыла хоббита одеялом. После этого она понемногу, по капельке, влила в рот полурослика настойку от жара и лихорадки, придерживая его за плечи. Слава Богам, и в таком состоянии хоббит был способен глотать жидкость, не приходя в сознание.
После этого Лисса отпустила Тисс и устало присела на кровать, с жалостью смотря на изможденное, болезненно осунувшееся лицо полурослика. Ей было безмерно его жаль... никому она не пожелала бы такой страшной участи! Мало у кого хватило бы сил, жить дальше после подобного случившегося зверства...
Тихо скрипнула дверь и вскинувшаяся Лисса, увидела вошедших в комнату Тириона и Джейме. Оба Ланистера настороженно смотрели на нее.
-- Миледи, -- Тирион учтиво поклонился. -- Можем ли мы надеятся... и просить...
-- Нет, -- оборвала его Лисса. -- Не надо. Ничего не говорите. Не стоит... это обсуждать. Никто ничего не скажет, обещаю.
Тирион и Джейме с облегчением поклонились ей, прижав руку к сердце.
-- Спасибо, миледи...
*** *** *** *** *** *** *** ***
Фрерин видел, что Лисса расстроена, но спрашивать ее о причине, когда они были на виду у всех, было не лучшей идеей. Он едва дождался, когда закончится вечерняя трапеза и тут же увлек девушку за собой из-за стола.
-- Что с вами? -- спросил он. -- Вы расстроены, я вижу. Неужели не рады, что мы вернулись?
