— Однажды, — от всего сердца сказал гном, — я с удовольствием пущу его на кроличье рагу.
— Тогда я попробую гномью отбивную, — добродушно осклабился напротив Беорн.
Пёс передернул плечами, раздраженно отведя взгляд. Беорн, как и он, выглядел устрашающе, но умел создавать впечатление добродушного великана с огромным топором за спиной... нужного исключительно для рубки дров. Но кому, как не Псу знать, что Беорн своим "дружком" мог располовинить любого одним ударом? А внушающий уважение кулак мог повалить на землю быка? Выходец из захудалого дворянского рода, на чьем знамени был изображен медведь, огромный, со всклокоченной бородой и шевелюрой, мужчина сам напоминал опасного зверя.
Пострашнее медведя в минуты боя.
— Ты не ешь мяса, — проворчал в ответ Пёс, но Беорн лишь усмехнулся.
— Когда-то ел, — просветил он. — Глянь-ка лучше, какой милаха явился!
Пёс нехотя повернул голову, куда указал взглядом друг. В дверях шумного, погруженного в полутьму трактирного зала, стоял карлик. Пёс прищурился разглядывая "милаху". С Беорна сталось бы так обозвать и вооруженного до зубов громилу. Но карлик у дверей вполне смахивал на это оскорбительное словцо – золотистые завитки кудрей, тонкое лицо с высокими скулами и смешно сморщенный от сивушного аромата в воздухе чуть вздернутый нос. Тонкая, ладно скроенная подтянутая фигурка, прямая спина и чуть брезгливо поднятый вверх подбородок. Помедлив, и недовольно обведя взглядом полный народу зал, карлик уверенно зашагал через зал, ловко и без напряжения избегая столкновения с плохо стоящими на ногах пьянчугами. При этом на лице его застыло презабавное выражение недовольства с брезгливостью. И это выражение проступало на лице еще сильнее, когда карлику приходилось проходить мимо трактирных шлюх, бесстыдно сидящих на коленях мужчин и нагло прижимаясь пышными грудями к своим покупателям на ночь.
В какой-то мере Пёс понимал его.
Фыркнув, он отвернулся, возвращаясь к своему пиву.
— О, еще один милаха, — ухмыльнулся Беорн. — Да еще с дружком-человеком.
— Какая досада... — проворчал Пёс. — А то что, трахнул бы?
— Я ж не ты, — ввернул Беорн беззлобно, бережно сняв со стола своего кроля и начесывая его меж длинных ушей. Красные, крысиные глаза-бусины, таращились к омерзению Пса на него.
— Разделились... — задумчиво, проговорил Беорн. — Человек к людям, хоббиты...
— Какие хоббиты? — не понял гном.
— Милахи, — пояснил Беорн. — Один подошел к стойке и что-то выспрашивает у хозяина, а второй... а второй идет к нам.
Пёс допил пиво и обернулся. Хоббит-карлик стоял прямо за ним в двух шагах.
— Добрый вечер, господа, — сказал... хоббит. — Скучаете?
— А ты хочешь скрасить наш вечерок? — ухмыльнулся Пес.
— Возможно, — уклончиво склонил голову полурослик, скользнув к нему стелящимся шагом.
То, как он двигался... заставило Пса и Беорна насторожиться, но не один из мужчин не ожидал того, что произошло дальше. В воздухе будто скользнул холодный ветерок и в шею Пса прижался острейший кончик тонкого клинка.
— Мое имя Бильбо Бэггинс, — ровно сказал полурослик, холодными глазами убийцы смотря прямо в душу Пса. — Я не люблю шуток и мой меч может украсить пол вашей кровью... но сейчас моему лорду нужны воины и если вам надоела скука, он может принять Пса и Медведя
— А вечер перестает быть томным... — задумчиво проговорил Беорн, скосив глаза и оценивая тонкий метательный нож, наполовину воткнувшийся в стену аккурат рядом с его ухом.
Бэггинс смотрел на Пса, не удостоив Медведя взглядом.
— Хорошо. Согласен, — проговорил, не делая лишних движений, гном.
— Извинения? — спросил хоббит.
— Принимаю, — усмехнулся Пес.
Хоббит дернул щекой, но отвел клинок и Пес с облегчением отодвинулся, потерев горло ладонью.
— И что если мы...? — спросил Беорн.
—... те, кого ты ищешь? — эхом продолжил гном.
— Укрепленный замок, теплая зимовка, жратва, женщины и деньги, — коротко посулил главное хоббит.
— Хм-м... все, что нам требуется, — оценил Пес.
— Если вы те, кто требуется, — отрезал полурослик.
— Считай, это мы, — ухмыльнулся Беорн.
— Приходите завтра к замку. Вас и других пропустит стража, — ровно продолжил Бэггинс. — На плацу вы покажите как владеете оружием, сир посмотрит и решит. Вы не теряете ничего, но можете приобрести больше. Думайте.
*** *** *** *** *** *** ***
Лисса знала о старом свадебном обычае и когда служанка сняла простынь и пошла к дверям, девушке от стыда хотелось погрузиться в горячую воду с головой. Воды в ванне было вполне довольно и желание было вполне осуществимо.
Но ведь не утопишься же...
Какой все же ужасный обычай, выставлять напоказ всем желающим то, что должно остаться лишь между двумя! И как смотреть в глаза других, зная что тебя -- вас, -- обсудили за спиной со всем бесстыдством?
Лисса съежилась в ванне, по подбородок опустившись в воду, и очень долго жалела себя и проклинала дурацкий обычай. Меж бедер чуть саднило, но горячая ванна была так приятна, а добавленный в воду отвар душистых трав щекотал ноздри и успешно отвлекал от слабого недомогания и плохих мыслей. И в какой-то миг девушке стали безразличны чужие мысли и бесстыдные их домыслы о свершившейся близости.
Вода стала понемногу остывать, служанка вновь впорхнула в дверь спальни со стопкой свежего белья и Лисса нехотя подозвала ее. Пора заканчивать с ванной, одеваться и... смело выйти за двери с ее мужем. Сегодня уезжает сир Торин, а затем его примеру последуют и прочие гости – сквайры, вассалы отца и приехавшие на свадьбу лорды. На Юге, на следующий день после свадьбы, гости вручают свои подарки молодоженам, но на Севере все было суше и скоротечней. О своих дарах лорды сообщили ещё во время самого свадебного пира... правда Лисса была так взволнованна тогда, – и несколько испуганна, – что не смогла бы припомнить кто и что дарил... в памяти отпечаталось лишь то, что один из лордов подарил несколько боевых жеребцов из южного Харада, граничившего с югом Шира – низкорослых, выносливых, славящихся своим легким бегом скакунов. Это был воистину королевский дар.
Другой лорд за ним так же показал щедрость, но несколько иную. Он сказал, что передает под руку нового лорда Старка, хранителя земель у Стены, две сотни крестьян с их домами и скотом. Не пройдет и месяца, а рядом с замком Винтеррайс вырастут еще две деревни. Лисса помнила, что рядом с замком, на некотором отдалении друг от друга, было три деревни. Теперь у них в собственности будет пять поселений крестьян, а этого вполне достаточно, чтобы обеспечить продовольствием их замок.
Еще им дарили ткани, оружие, и даже дорогую, с золоченным корешком и с обитыми серебряными уголками, книгу сказаний о Семерых Богах. В обмен на эту книгу можно было приобрести еще две деревни... и Лисса даже не знала, стоило ли оставить дар себе? Книга не принесет ни зерна, ни скота, не обработает господское поле и прочие повинности, повышая их благосостояние. Но с другой стороны, эта книга, украшенная драгоценностями, могла стать первой реликвией новой семьи Старк. Так что девушка не знала, как решить сей вопрос?
Это все, что запомнила Лисса о свадебных дарах, но подарков было больше.
Впрочем, мысли об этом очень скоро оставили ее. Стоило ей и Фрерину выйти за порог их комнат, и на них обрушился водопад дел, требующих их внимания. Празднество было окончено и пора было озаботиться жизненно важными делами. Лиссу увела мать с Сансой, а сир Эддард с Фрерином удалились вместе на скотный двор. Часть скота лорд Старк передавал им, часть животных им придется закупить самим, остро стоял вопрос с лошадьми, которых было не так много...
А Лиссе следовало подобрать челядь и слуг, которые отправятся с ними в Винтеррайс. Потом осмотреть ткани, подаренные им на свадьбу, решить что стоит упаковать и сберечь к особо торжественному дню, и какие можно пустить на наряды сейчас. Проверить, как справляются служанки, которым Лисса доверила шить раскроенные ей и Сансой с Веленой вещи для сира Фрерина. Девушке хотелось, чтобы Фрерин был хорошо одет на зависть тому же сиру Торину. Пусть тот уже и уехал...
И неприятным сюрпризом этого дня стало то, что гномы увезли с собой белошвейку и ее сыновей. Лисса не понимала, зачем белошвейка сиру Торину... гномы не считали человеческих женщин привлекательными, и уж тем более обычная простолюдинка не могла привлечь взор сира Торина. Лисса сильно сомневалась, что при других обстоятельствах показалась бы хоть сколько ни будь красивой своему мужу. И это при том – и девушка не стала себе лгать, – ей самой Фрерин нравился...
— Лисса... Лисса! – настойчивый оклик отвлек девушку от мыслей и она, вздрогнув, посмотрела на сестру.
— Прости, Санса, ты что-то сказала? – чуть виновато спросила она.
Санса нехорошо прищурилась в ответ. Девушки были одни в Белой Комнате для рукоделия, куда снесли на время подаренные ткани. Кейтелин ушла узнать, пришел ли из городка кто-нибудь желающий служить в новом замке. Весть о наборе слуг и прочей челяди была объявлена еще до свадьбы. И Лисса предполагала – желающих будет много.
— Лисса, о чем ты думаешь? — спросила Санса.
— Я не знаю как отобрать правильно слуг, – призналась девушка со вздохом.
Санса пренебрежительно фыркнула.
— Поверь, матушка не оставит тебя одну в этом сложном деле, – легкомысленно пожала она плечами. – Не думай об этом. Ну, кажется, с тканями мы решили... Лисса, а это... как?
Девушка растерянно моргнула, не поняв вопроса.
— О чем ты? – удивленно спросила она.
Санса чуть порозовела и демонстративно расправила складки на платье. Смотря в сторону, она негромко проговорила:
— Я... прости, просто... мне ведь тоже придется и... это очень больно?
Лисса вновь не поняла вопроса Сансы, но спустя короткий миг наконец осознала о чем волновалась сестра. И покраснела. Она даже не знала, что сказать...
— Немного, – тихо пробормотала она, смутившись в свой черед. – Это... неприятно, сначала, но... мне кажется это может быть... приятным.
Какое-то время ей было приятно... и боли было немного.
— О, – произнесла озадаченно Санса. – Вот как...
— На самом деле это приятно, – вдруг сказала молчавшая до этого Джейни Пуль. Пока в комнате была леди Старк, подружка Сансы старалась быть тихой и незаметной, но старательно услужливой. Но стоило Кейтелин выйти, и Джейни осмелела.
— Если бы вы видели то, что видела я, – многозначительно сказала она, – вы бы в этом не сомневались.
Сестры переглянулись и не сказать, чтобы слова Джейни понравились Лиссе.
— Что значит, ты видела? – нахмурившись, спросила первой Санса.
Джейни покосилась на дверь, присела рядом с сестрами на скамью, и с таинственным видом сказала:
— Я видела, как мужчина и женщина занимаются любовью...
И Лисса, и Санса изумленно уставились на Пуль.
— Это... это отвратительно! – возмутилась Лисса. – Джейни Пуль, ты бесстыдница! Как ты могла подглядывать! Твоему отцу следует выпороть тебя розгами!
Джейни обиженно надула губки.
— Ах так? Тогда я не стану рассказывать, как служанка ласкала ртом того стражника...
И замолчала с обиженным видом. Но потом покосилась на возмущенную Лиссу, и, шкодливо улыбнувшись, многозначительно подняла руку и лизнула средний палец.
От догадки Лиссу обожгло, и она вся вспыхнула краской до корней волос. И даже до Сансы что-то дошло.
— Джейни! – с укором воскликнула сестра, тогда как Лисса потеряла дар речи.
— Что? – невинно спросила дочурка управляющего замком. – Я ничего не сделала! И я не знаю, о чем вы тут подумали!
— Джейни... – прошипела Лисса и так посмотрела на бесстыдницу, что Пуль, состроив испуганную мордашку, вылетела за двери комнаты.
— Иногда она... такая... – пробормотала Санса.
— Ужасна, – хмуро продолжила Лисса.
Нет, кое-кому не помешали бы розги! Но неужели ее слова правда?! Неужели можно делать... так? Брать в рот... Лисса зябко передернула плечами, отведя взгляд. Мужское естество Фрерина девушка видела. И вряд ли она бы решилась бы... да оно бы и не поместилось! И это... это мерзко.
ОНИ ЖЕ ЭТИМ ПИСАЮТ!
Но ведь не только это... – шепнуло что-то из глубин души, и Лисса в отчаянье закрыла глаза.
Ох, уж эта Пуль!!
— Лисса, Санса! – в комнату стремительно зашла Кейтелин Старк. – Во дворе собрались люди. Идемте, посмотрит кого стоит... девочки, с вами все хорошо?
— Да! – хором с сестрой ответила матери Лисса, поспешно вставая. Не хотелось бы отвечать леди Старк, почему у них горят щеки!
... а она ласкала отца...
— Идемте скорей! – в отчаянии воскликнула Лисса, схватив сестру за руку и потянув к дверям.
Ужасная мысль не хотела покидать головку девушки и она то и дело краснела под подозрительным взглядом Кейтелин Старк. Встречая испуганный и чуть виноватый взгляд дочери, леди Старк едва удерживала себя от поспешных вопросов. Они были на людях и сейчас не время... к тому же она была не готова узнать, как прошла первая брачная ночь у новобрачных. Судя по всему, Лиссу сир Фрерин не обидел и крови на простыне было немного, и двигалась девушка вполне свободно.
И все же, вечером Кейтелин не выдержала:
— Лисса, он не обидел тебя? – тихо спросила она дочь, стоило им остаться одним.
Дочь смутилась.
— Нет, матушка...
Кейтелин облегченно выдохнула.
— Хорошо. Ты всегда можешь попросить помощи. Отец тебе не откажет, – мягко сказала она. – Но будет славно, найди вы с сиром Фрерином силы построить свой брак без нас. Научись его уважать за его поступки к тебе и он будет добр. Семьи без терпения и уважения не построить. Понимаешь?
— Да, матушка, – смиренно проговорила уставшая за день Лисса.
К вечеру девушка настолько устала, что бездумно направилась к их общей с Сансой до недавнего времени спальне. И только оказавшись перед дверью, она почувствовала некую неправильность... и некоторое время растерянно смотрела на ручку двери.
— Ли-исс, – мягко проговорила Санса, которая лишь сейчас решилась окликнуть сестру, – разве ты не должна быть с сиром Фрерином?
Лисса со стоном легонько стукнулась лбом об дверь. Ох, да что же она!
— Да, конечно... я забыла! – страдальчески призналась она.
Санса издала тихий смешок и заслужила возмущенно-измученный взгляд сестры.
— До завтра, Лисса, – попрощалась с улыбкой Санса и вошла в комнату.
— До завтра, Санса, – вздохнула, смотря на закрывшуюся дверь, Лисса.
Пришлось развернуться и пойти в совершенно другую сторону... к комнатам ее мужа и ее. К временным покоям, конечно... почти к гостевым. Которые станут необитаемы, стоит им уехать в Винтеррайс. Но это произойдет лишь через две недели.
— Тогда я попробую гномью отбивную, — добродушно осклабился напротив Беорн.
Пёс передернул плечами, раздраженно отведя взгляд. Беорн, как и он, выглядел устрашающе, но умел создавать впечатление добродушного великана с огромным топором за спиной... нужного исключительно для рубки дров. Но кому, как не Псу знать, что Беорн своим "дружком" мог располовинить любого одним ударом? А внушающий уважение кулак мог повалить на землю быка? Выходец из захудалого дворянского рода, на чьем знамени был изображен медведь, огромный, со всклокоченной бородой и шевелюрой, мужчина сам напоминал опасного зверя.
Пострашнее медведя в минуты боя.
— Ты не ешь мяса, — проворчал в ответ Пёс, но Беорн лишь усмехнулся.
— Когда-то ел, — просветил он. — Глянь-ка лучше, какой милаха явился!
Пёс нехотя повернул голову, куда указал взглядом друг. В дверях шумного, погруженного в полутьму трактирного зала, стоял карлик. Пёс прищурился разглядывая "милаху". С Беорна сталось бы так обозвать и вооруженного до зубов громилу. Но карлик у дверей вполне смахивал на это оскорбительное словцо – золотистые завитки кудрей, тонкое лицо с высокими скулами и смешно сморщенный от сивушного аромата в воздухе чуть вздернутый нос. Тонкая, ладно скроенная подтянутая фигурка, прямая спина и чуть брезгливо поднятый вверх подбородок. Помедлив, и недовольно обведя взглядом полный народу зал, карлик уверенно зашагал через зал, ловко и без напряжения избегая столкновения с плохо стоящими на ногах пьянчугами. При этом на лице его застыло презабавное выражение недовольства с брезгливостью. И это выражение проступало на лице еще сильнее, когда карлику приходилось проходить мимо трактирных шлюх, бесстыдно сидящих на коленях мужчин и нагло прижимаясь пышными грудями к своим покупателям на ночь.
В какой-то мере Пёс понимал его.
Фыркнув, он отвернулся, возвращаясь к своему пиву.
— О, еще один милаха, — ухмыльнулся Беорн. — Да еще с дружком-человеком.
— Какая досада... — проворчал Пёс. — А то что, трахнул бы?
— Я ж не ты, — ввернул Беорн беззлобно, бережно сняв со стола своего кроля и начесывая его меж длинных ушей. Красные, крысиные глаза-бусины, таращились к омерзению Пса на него.
— Разделились... — задумчиво, проговорил Беорн. — Человек к людям, хоббиты...
— Какие хоббиты? — не понял гном.
— Милахи, — пояснил Беорн. — Один подошел к стойке и что-то выспрашивает у хозяина, а второй... а второй идет к нам.
Пёс допил пиво и обернулся. Хоббит-карлик стоял прямо за ним в двух шагах.
— Добрый вечер, господа, — сказал... хоббит. — Скучаете?
— А ты хочешь скрасить наш вечерок? — ухмыльнулся Пес.
— Возможно, — уклончиво склонил голову полурослик, скользнув к нему стелящимся шагом.
То, как он двигался... заставило Пса и Беорна насторожиться, но не один из мужчин не ожидал того, что произошло дальше. В воздухе будто скользнул холодный ветерок и в шею Пса прижался острейший кончик тонкого клинка.
— Мое имя Бильбо Бэггинс, — ровно сказал полурослик, холодными глазами убийцы смотря прямо в душу Пса. — Я не люблю шуток и мой меч может украсить пол вашей кровью... но сейчас моему лорду нужны воины и если вам надоела скука, он может принять Пса и Медведя
— А вечер перестает быть томным... — задумчиво проговорил Беорн, скосив глаза и оценивая тонкий метательный нож, наполовину воткнувшийся в стену аккурат рядом с его ухом.
Бэггинс смотрел на Пса, не удостоив Медведя взглядом.
— Хорошо. Согласен, — проговорил, не делая лишних движений, гном.
— Извинения? — спросил хоббит.
— Принимаю, — усмехнулся Пес.
Хоббит дернул щекой, но отвел клинок и Пес с облегчением отодвинулся, потерев горло ладонью.
— И что если мы...? — спросил Беорн.
—... те, кого ты ищешь? — эхом продолжил гном.
— Укрепленный замок, теплая зимовка, жратва, женщины и деньги, — коротко посулил главное хоббит.
— Хм-м... все, что нам требуется, — оценил Пес.
— Если вы те, кто требуется, — отрезал полурослик.
— Считай, это мы, — ухмыльнулся Беорн.
— Приходите завтра к замку. Вас и других пропустит стража, — ровно продолжил Бэггинс. — На плацу вы покажите как владеете оружием, сир посмотрит и решит. Вы не теряете ничего, но можете приобрести больше. Думайте.
*** *** *** *** *** *** ***
Лисса знала о старом свадебном обычае и когда служанка сняла простынь и пошла к дверям, девушке от стыда хотелось погрузиться в горячую воду с головой. Воды в ванне было вполне довольно и желание было вполне осуществимо.
Но ведь не утопишься же...
Какой все же ужасный обычай, выставлять напоказ всем желающим то, что должно остаться лишь между двумя! И как смотреть в глаза других, зная что тебя -- вас, -- обсудили за спиной со всем бесстыдством?
Лисса съежилась в ванне, по подбородок опустившись в воду, и очень долго жалела себя и проклинала дурацкий обычай. Меж бедер чуть саднило, но горячая ванна была так приятна, а добавленный в воду отвар душистых трав щекотал ноздри и успешно отвлекал от слабого недомогания и плохих мыслей. И в какой-то миг девушке стали безразличны чужие мысли и бесстыдные их домыслы о свершившейся близости.
Вода стала понемногу остывать, служанка вновь впорхнула в дверь спальни со стопкой свежего белья и Лисса нехотя подозвала ее. Пора заканчивать с ванной, одеваться и... смело выйти за двери с ее мужем. Сегодня уезжает сир Торин, а затем его примеру последуют и прочие гости – сквайры, вассалы отца и приехавшие на свадьбу лорды. На Юге, на следующий день после свадьбы, гости вручают свои подарки молодоженам, но на Севере все было суше и скоротечней. О своих дарах лорды сообщили ещё во время самого свадебного пира... правда Лисса была так взволнованна тогда, – и несколько испуганна, – что не смогла бы припомнить кто и что дарил... в памяти отпечаталось лишь то, что один из лордов подарил несколько боевых жеребцов из южного Харада, граничившего с югом Шира – низкорослых, выносливых, славящихся своим легким бегом скакунов. Это был воистину королевский дар.
Другой лорд за ним так же показал щедрость, но несколько иную. Он сказал, что передает под руку нового лорда Старка, хранителя земель у Стены, две сотни крестьян с их домами и скотом. Не пройдет и месяца, а рядом с замком Винтеррайс вырастут еще две деревни. Лисса помнила, что рядом с замком, на некотором отдалении друг от друга, было три деревни. Теперь у них в собственности будет пять поселений крестьян, а этого вполне достаточно, чтобы обеспечить продовольствием их замок.
Еще им дарили ткани, оружие, и даже дорогую, с золоченным корешком и с обитыми серебряными уголками, книгу сказаний о Семерых Богах. В обмен на эту книгу можно было приобрести еще две деревни... и Лисса даже не знала, стоило ли оставить дар себе? Книга не принесет ни зерна, ни скота, не обработает господское поле и прочие повинности, повышая их благосостояние. Но с другой стороны, эта книга, украшенная драгоценностями, могла стать первой реликвией новой семьи Старк. Так что девушка не знала, как решить сей вопрос?
Это все, что запомнила Лисса о свадебных дарах, но подарков было больше.
Впрочем, мысли об этом очень скоро оставили ее. Стоило ей и Фрерину выйти за порог их комнат, и на них обрушился водопад дел, требующих их внимания. Празднество было окончено и пора было озаботиться жизненно важными делами. Лиссу увела мать с Сансой, а сир Эддард с Фрерином удалились вместе на скотный двор. Часть скота лорд Старк передавал им, часть животных им придется закупить самим, остро стоял вопрос с лошадьми, которых было не так много...
А Лиссе следовало подобрать челядь и слуг, которые отправятся с ними в Винтеррайс. Потом осмотреть ткани, подаренные им на свадьбу, решить что стоит упаковать и сберечь к особо торжественному дню, и какие можно пустить на наряды сейчас. Проверить, как справляются служанки, которым Лисса доверила шить раскроенные ей и Сансой с Веленой вещи для сира Фрерина. Девушке хотелось, чтобы Фрерин был хорошо одет на зависть тому же сиру Торину. Пусть тот уже и уехал...
И неприятным сюрпризом этого дня стало то, что гномы увезли с собой белошвейку и ее сыновей. Лисса не понимала, зачем белошвейка сиру Торину... гномы не считали человеческих женщин привлекательными, и уж тем более обычная простолюдинка не могла привлечь взор сира Торина. Лисса сильно сомневалась, что при других обстоятельствах показалась бы хоть сколько ни будь красивой своему мужу. И это при том – и девушка не стала себе лгать, – ей самой Фрерин нравился...
— Лисса... Лисса! – настойчивый оклик отвлек девушку от мыслей и она, вздрогнув, посмотрела на сестру.
— Прости, Санса, ты что-то сказала? – чуть виновато спросила она.
Санса нехорошо прищурилась в ответ. Девушки были одни в Белой Комнате для рукоделия, куда снесли на время подаренные ткани. Кейтелин ушла узнать, пришел ли из городка кто-нибудь желающий служить в новом замке. Весть о наборе слуг и прочей челяди была объявлена еще до свадьбы. И Лисса предполагала – желающих будет много.
— Лисса, о чем ты думаешь? — спросила Санса.
— Я не знаю как отобрать правильно слуг, – призналась девушка со вздохом.
Санса пренебрежительно фыркнула.
— Поверь, матушка не оставит тебя одну в этом сложном деле, – легкомысленно пожала она плечами. – Не думай об этом. Ну, кажется, с тканями мы решили... Лисса, а это... как?
Девушка растерянно моргнула, не поняв вопроса.
— О чем ты? – удивленно спросила она.
Санса чуть порозовела и демонстративно расправила складки на платье. Смотря в сторону, она негромко проговорила:
— Я... прости, просто... мне ведь тоже придется и... это очень больно?
Лисса вновь не поняла вопроса Сансы, но спустя короткий миг наконец осознала о чем волновалась сестра. И покраснела. Она даже не знала, что сказать...
— Немного, – тихо пробормотала она, смутившись в свой черед. – Это... неприятно, сначала, но... мне кажется это может быть... приятным.
Какое-то время ей было приятно... и боли было немного.
— О, – произнесла озадаченно Санса. – Вот как...
— На самом деле это приятно, – вдруг сказала молчавшая до этого Джейни Пуль. Пока в комнате была леди Старк, подружка Сансы старалась быть тихой и незаметной, но старательно услужливой. Но стоило Кейтелин выйти, и Джейни осмелела.
— Если бы вы видели то, что видела я, – многозначительно сказала она, – вы бы в этом не сомневались.
Сестры переглянулись и не сказать, чтобы слова Джейни понравились Лиссе.
— Что значит, ты видела? – нахмурившись, спросила первой Санса.
Джейни покосилась на дверь, присела рядом с сестрами на скамью, и с таинственным видом сказала:
— Я видела, как мужчина и женщина занимаются любовью...
И Лисса, и Санса изумленно уставились на Пуль.
— Это... это отвратительно! – возмутилась Лисса. – Джейни Пуль, ты бесстыдница! Как ты могла подглядывать! Твоему отцу следует выпороть тебя розгами!
Джейни обиженно надула губки.
— Ах так? Тогда я не стану рассказывать, как служанка ласкала ртом того стражника...
И замолчала с обиженным видом. Но потом покосилась на возмущенную Лиссу, и, шкодливо улыбнувшись, многозначительно подняла руку и лизнула средний палец.
От догадки Лиссу обожгло, и она вся вспыхнула краской до корней волос. И даже до Сансы что-то дошло.
— Джейни! – с укором воскликнула сестра, тогда как Лисса потеряла дар речи.
— Что? – невинно спросила дочурка управляющего замком. – Я ничего не сделала! И я не знаю, о чем вы тут подумали!
— Джейни... – прошипела Лисса и так посмотрела на бесстыдницу, что Пуль, состроив испуганную мордашку, вылетела за двери комнаты.
— Иногда она... такая... – пробормотала Санса.
— Ужасна, – хмуро продолжила Лисса.
Нет, кое-кому не помешали бы розги! Но неужели ее слова правда?! Неужели можно делать... так? Брать в рот... Лисса зябко передернула плечами, отведя взгляд. Мужское естество Фрерина девушка видела. И вряд ли она бы решилась бы... да оно бы и не поместилось! И это... это мерзко.
ОНИ ЖЕ ЭТИМ ПИСАЮТ!
Но ведь не только это... – шепнуло что-то из глубин души, и Лисса в отчаянье закрыла глаза.
Ох, уж эта Пуль!!
— Лисса, Санса! – в комнату стремительно зашла Кейтелин Старк. – Во дворе собрались люди. Идемте, посмотрит кого стоит... девочки, с вами все хорошо?
— Да! – хором с сестрой ответила матери Лисса, поспешно вставая. Не хотелось бы отвечать леди Старк, почему у них горят щеки!
... а она ласкала отца...
— Идемте скорей! – в отчаянии воскликнула Лисса, схватив сестру за руку и потянув к дверям.
Ужасная мысль не хотела покидать головку девушки и она то и дело краснела под подозрительным взглядом Кейтелин Старк. Встречая испуганный и чуть виноватый взгляд дочери, леди Старк едва удерживала себя от поспешных вопросов. Они были на людях и сейчас не время... к тому же она была не готова узнать, как прошла первая брачная ночь у новобрачных. Судя по всему, Лиссу сир Фрерин не обидел и крови на простыне было немного, и двигалась девушка вполне свободно.
И все же, вечером Кейтелин не выдержала:
— Лисса, он не обидел тебя? – тихо спросила она дочь, стоило им остаться одним.
Дочь смутилась.
— Нет, матушка...
Кейтелин облегченно выдохнула.
— Хорошо. Ты всегда можешь попросить помощи. Отец тебе не откажет, – мягко сказала она. – Но будет славно, найди вы с сиром Фрерином силы построить свой брак без нас. Научись его уважать за его поступки к тебе и он будет добр. Семьи без терпения и уважения не построить. Понимаешь?
— Да, матушка, – смиренно проговорила уставшая за день Лисса.
К вечеру девушка настолько устала, что бездумно направилась к их общей с Сансой до недавнего времени спальне. И только оказавшись перед дверью, она почувствовала некую неправильность... и некоторое время растерянно смотрела на ручку двери.
— Ли-исс, – мягко проговорила Санса, которая лишь сейчас решилась окликнуть сестру, – разве ты не должна быть с сиром Фрерином?
Лисса со стоном легонько стукнулась лбом об дверь. Ох, да что же она!
— Да, конечно... я забыла! – страдальчески призналась она.
Санса издала тихий смешок и заслужила возмущенно-измученный взгляд сестры.
— До завтра, Лисса, – попрощалась с улыбкой Санса и вошла в комнату.
— До завтра, Санса, – вздохнула, смотря на закрывшуюся дверь, Лисса.
Пришлось развернуться и пойти в совершенно другую сторону... к комнатам ее мужа и ее. К временным покоям, конечно... почти к гостевым. Которые станут необитаемы, стоит им уехать в Винтеррайс. Но это произойдет лишь через две недели.
